WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

        УДК 811.161.1

ПЬЯНКОВА ТАТЬЯНА ВАЛЕРЬЕВНА

Лексическое представление

ассоциативно-семантического поля «Семья»

в современной женской прозе (на материале произведений Л. Улицкой и Л. Петрушевской)

Специальность 10.02.01 русский язык

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата филологических наук

Санкт-Петербург

2012

Работа выполнена на кафедре русского языка Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Российский государственный педагогический университет им. А.И. Герцена».

Научный руководитель:  доктор филологических наук, профессор

Сергеева Елена Владимировна

профессор кафедры русского языка

Российского государственного

педагогического университета им. А. И. Герцена

Официальные оппоненты: доктор филологических наук, доцент

                                         Котцова Елена Евгеньевна

заведующая кафедрой русского языка и речевой  культуры Института филологии и межкультурной коммуникации Северного (Арктического) федерального университета им. М.В. Ломоносова

                                       

       кандидат филологических наук, доцент

       Балахонская Людмила Владимировна

       доцент кафедры связей с общественностью

в бизнесе Высшей школы журналистики

и массовых коммуникаций Санкт-Петербургского государственного университета

Ведущая организация:        Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования Национальный минерально-сырьевой университет «Горный»

Защита состоится "22" ноября 2012 г. в 16 часов на заседании Совета по защите диссертаций на соискание ученой степени кандидата наук, на соискание ученой степени доктора наук Д 212.199.04, созданного на базе Российского государственного педагогического университета им. А. И. Герцена, по адресу: 199053, Санкт-Петербург, 1-я линия В.О., д. 52, ауд. 47.

С диссертацией можно ознакомиться в фундаментальной библиотеке Российского государственного педагогического университета им. А. И. Герцена по адресу: 191186, г. Санкт-Петербург, наб. реки Мойки, д. 48, корп. 5.

Автореферат разослан "09" октября 2012 г.

Ученый секретарь совета

доктор филологических наук,

профессор                                                                        К. П. Сидоренко

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Диссертация посвящена исследованию специфики текстового ассоциативно-семантического поля «Семья» в современной женской прозе на материале произведений Л. Улицкой и Л. Петрушевской.

Семья как уникальный социокультурный феномен служит источником важнейших ценностей, представлений, ассоциаций, культурных стереотипов и смыслов, которые соотносятся в русском языке с лексемой семья. В связи с этим образ семьи и лексические средства, служащие для его создания, приобретают в художественном тексте особую значимость. Текстовое ассоциативно-семантическое поле «Семья», воплощающее в литературных текстах одноименный художественный концепт как вербальную экспликацию особенностей содержания художественной картины мира писателя, ориентированную на эстетическую информацию о нем (Л.В. Миллер, Е.В. Сергеева, Г.Г. Слышкин, И.А. Тарасова, Л.Н. Чурилина и др.), становится ключевым во многих произведениях русской литературы.

Многие исследователи (Э.К. Васильев, С.И. Голод, М.С. Мацковский, А.Г. Харчев, З.А. Янкова, Ф. Мередит, Т. Парсонс, и др.) отмечают, что в современном обществе в целом устойчива тенденция к неблагоприятному изменению ценностных ориентиров, в том числе и взглядов на институт семьи. В связи с этим большую идейно-эстетическую значимость приобретают произведения современной русской литературы, где именно семейные ценности являются основой таких значимых понятий, как жизнь, любовь, ответственность, счастье и др. 

В диссертационном исследовании рассматривается структура и лексический состав текстового ассоциативно-семантического поля «Семья», которое вербализует весьма значимый для Л. Улицкой и Л. Петрушевской одноименный художественный концепт.

Актуальность исследования связана прежде всего со значимостью описания того, как общеязыковые средства воплощения ассоциативно-семантического поля (в данной работе – ассоциативно-семантическое поле «Семья») трансформируются в художественных текстах разных авторов. Актуальность диссертационного исследования обусловлена также тем, что анализ текстового ассоциативно-семантического поля (далее – ТАСП) «Семья» в произведениях Л. Улицкой и Л. Петрушевской позволяет выявить специфику языкового воплощения и структурирования этих полей в текстах писателей, творчество которых можно назвать заметным явлением в современной русской литературе. Помимо этого, в реферируемой работе предлагается весьма актуальная для современной науки методика собственно лингвистического анализа концепта, языковым воплощением которого является текстовое ассоциативно-семантическое поле.

Проза Л. Улицкой и Л. Петрушевской показательна для исследования авторской интерпретации ассоциативно-семантического поля (далее – АСП) «Семья» ввиду оригинального его представления в текстах: индивидуализации структурной организации, трансформации семантики общеязыковых единиц поля и изменения состава этих лексических единиц. Произведения Л. Улицкой и Л. Петрушевской, неизбежно воплощая фрагменты языковой картины мира, демонстрируют степень возможной индивидуализации языкового АСП «Семья», которая связана, с одной стороны, с особенностями мировосприятия языковой личности как таковой, а с другой стороны, со спецификой взгляда на мир и восприятия реальности творческой языковой личностью, которая воплощается прежде всего в образных номинациях.

Объектом исследования стали языковые единицы словного и сверхсловного характера, входящие в состав АСП «Семья» и являющиеся экспликантами одноименного концепта в русской языковой картине мира и в художественной картине мира Л. Улицкой и Л. Петрушевской.

Предметом анализа являются состав и структура ТАСП «Семья» как вербализатора соответствующего концепта в творчестве Л. Улицкой и Л. Петрушевской: парадигматические, синтагматические, словообразовательные, ассоциативные связи имени АСП как языковое отражение когнитивных признаков концепта «Семья», представленного в русской языковой картине мира и в индивидуальных языковых картинах мира рассматриваемых писателей.

Цель работы – выявление специфики лексического состава и структурирования ТАСП «Семья» в творчестве Л. Улицкой и Л. Петрушевской на основе сопоставления средств вербализации этого поля в русском языке и в текстах рассматриваемых авторов.

Для достижения цели в работе ставились следующие задачи:

1) рассмотрение семантики и сочетаемостных особенностей ядерной лексемы АСП «Семья» на основе анализа данных лексикографических источников и контекстов «Национального корпуса русского языка».

2) структурирование АСП «Семья» и исследование особенностей ядерно-периферийной организации макрополей в составе этого поля и их конкретного лексического представления в языке;

3) анализ наиболее значимых особенностей языкового воплощения, определение ядра и периферии и выделение степени значимости и специфики организации макрополей, микрополей и микрокомпонентов ТАСП «Семья» в творчестве Л. Улицкой и Л. Петрушевской;

4) систематизация и сопоставительная классификация лексических единиц и сверхсловных номинаций, воплощающих АСП «Семья» в произведениях Л. Улицкой и Л. Петрушевской.

Научная новизна диссертационного исследования определяется тем, что в нем впервые на основе рассмотрения ассоциативно-семантического поля «Семья» как инвариантного для носителей русского языка показаны направления его модификации и трансформации, обусловленные художественным мировидением Л. Улицкой и Л. Петрушевской. В работе также впервые сопоставлена лексическая репрезентация ассоциативно-семантического поля «Семья» в языке и соответствующего текстового ассоциативно-семантического поля в творчестве Л. Улицкой и Л. Петрушевской; описаны особенности языкового воплощения и структурирования поля «Семья» в текстах двух авторов.

Теоретическая значимость работы обусловлена осуществлением комплексного сопоставительного исследования лексических единиц ТАСП «Семья» в художественном тексте, позволяющего на этом материале поставить и разрешить проблему соотношения между воплощением и структурированием АСП «Семья» в языке и одноименным ТАСП, связанным с индивидуальным стилем определенного автора. Помимо этого, реферируемое исследование вносит вклад в лингвистику текста, выявляя закономерности моделирования текстовых ассоциативно-семантических полей на материале, ранее не подвергавшемся анализу.

Практическая значимость диссертации определяется возможностью использования результатов анализа при решении проблем, связанных с воплощением значимых фрагментов действительности в художественных текстах; в вузовских курсах лексикологии и лексической семантики и при чтении спецкурсов, посвященных языку Л. Улицкой и Л. Петрушевской, различным аспектам лингвистического анализа текста, в том числе художественного, а также при проведении исследований языка современной женской прозы. Результаты исследования могут быть также использованы в лексикографической практике при описании семантической структуры слов, содержащих сему семья.

Материалом исследования послужили данные картотеки общим объемом около 3000 фрагментов текста, полученных методом сплошной выборки из художественных текстов Л. Улицкой и Л. Петрушевской, демонстрирующих важность ТАСП «Семья» в произведениях этих авторов и открывающих широкие возможности для сопоставления художественных картин мира писателей и русской языковой картины мира: романов «Казус Кукоцкого», «Искренне ваш Шурик», «Медея и ее дети», «Зеленый шатер», повести «Сонечка» и рассказов из циклов «Девочки», «Бедные родственники» Л. Улицкой; повести «Время ночь» и рассказов из циклов «Песни восточных славян», «В садах других возможностей», «Бессмертная любовь», «My Best» Л. Петрушевской.

Материалом исследования послужили также данные лексикографических источников и примеры из «Национального корпуса русского языка» (www.ruscorpora.ru), позволяющие составить достаточно полное представление об образе семьи в сознании современной языковой личности.

В диссертации использованы различные методы и приемы: метод компонентного анализа, лексикографическая интерпретация элементов поля, метод контекстуального анализа, семантико-стилистический метод, метод анализа ассоциативного потенциала ключевого слова, анализ данных текстового корпуса, дистрибутивный анализ лексем, входящих в рассматриваемое поле, метод моделирования.

На защиту выносятся следующие положения:

1. Ассоциативный потенциал лексического значения слова хранится в ментальном лексиконе человека. Это знание о денотате, многоаспектные ассоциации, тот фон, на котором функционируют языковые единицы, что позволяет рассматривать ассоциативно-семантическое поле в качестве наиболее адекватного языкового воплощения концепта.

2. Лексикографический анализ словарей различных типов выявляет семантические признаки, образующие ядерную зону АСП «Семья», и позволяет структурировать это поле, выделяя макрополя, которые могут быть условно названы «Состав семьи», «Взаимоотношения в семье», «Пространство семьи», «Время семьи».

3. Эксплицируемый в тексте посредством языковых единиц ассоциативно-семантического поля художественный концепт «Семья» формируется в соотнесенности смысловых составляющих концепта (как инвариантного образа) в языковой картине мира и авторской интерпретации, (вариантного образа), воспринимаемой через призму личностных установок, понятий, опыта, становясь важным элементом индивидуальной картины мира Л. Улицкой и Л. Петрушевской.

4. Для ТАСП «Семья» в художественных текстах Л. Улицкой характерно большое количество лексических единиц, совпадающих с теми, которые воплощают рассмотренное поле в языке, и меньшее количество номинаций, связанных с общей семантикой поля на уровне потенциальных сем, актуализирующихся лишь в контексте произведений.

5. Для ТАСП «Семья» в прозе Л. Петрушевской характерно небольшое количество языковых единиц, совпадающих с теми, которые воплощают это поле в языке, причем многие из них совпадают лишь в некоторой степени, и значительное число номинаций, связанных с основным семантическим признаком и другими единицами поля на уровне потенциальных сем, актуализирующихся лишь в контексте произведений.

6. ТАСП «Семья» и в творчестве Л. Улицкой, и в творчестве Л. Петрушевской связано с общеязыковым воплощением АСП «Семья», однако не только образные, но и общеязыковые единицы этого поля трансформируются в художественном тексте.

Апробация работы. Положения исследования обсуждались на заседаниях и семинарах аспирантов кафедры русского языка, были изложены на Всероссийских научных конференциях «Слово. Словарь. Словесность: Текст словаря и контекст лексикографии» (СПб., ноябрь 2009г.) и «Слово. Словарь. Словесность: Языковая личность ученика и учителя. Актуальные проблемы межличностной коммуникации» (СПб., ноябрь 2010 г.) в РГПУ им. А.И. Герцена; на Международных научно-практических конференциях «Философия и филология классического текста» (Пенза, сентябрь 2010 г.) и «Актуальные научные вопросы: реальность и перспективы» (Тамбов, декабрь 2011 г.). По материалам диссертации опубликовано 8 работ общим объёмом 3,3 п.л.

Структура диссертации обусловлена целью и поставленными задачами. Работа состоит из введения, двух глав, заключения, библиографии и приложения. Общий объем работы составляет 203 страницы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновываются актуальность и научная новизна исследования, формулируются цель и основные задачи работы, её практическая и теоретическая значимость, определяются объект, предмет, содержится характеристика материала и методов его анализа, формулируются положения, выносимые на защиту и приводятся данные об апробации работы.

В первой главе «Ассоциативно-семантическое поле и репрезентация одноименного концепта в русском языке» рассматривается широкий круг теоретических вопросов, связанных с проблемами анализа ассоциативно-семантического поля в языке и текстового ассоциативно-семантического поля в художественном произведении, а также выделяются существующие подходы к интерпретации термина «концепт» и подтверждается его соотнесенность со структурой АСП.

Понятие ассоциативно-семантического поля и других полевых структур текста (семантические, ассоциативные, текстовые метафорические, функционально-семантические поля и др. поля) подробно изучаются в лингвистике конца XX начала XXI вв. (работы В.П. Абрамова, И.В. Арнольд, Л.Г. Бабенко, Н.С. Болотновой, А.В. Бондарко, Ю.Н. Караулова, И.С. Куликовой, Л.А. Новикова, Н.Е. Сулименко, Л.Н. Чурилиной и др.).

Ключевыми для работы, связанной с особенностями репрезентации АСП «Семья» в художественном тексте, становятся понятия «языковая картина мира», «художественная картина мира», «художественный концепт», «ассоциативно-семантическое поле», «текстовое ассоциативно-семантическое поле». Главным лингвистическим инструментом, служащим для рассмотрения актуализации в языке и тексте лексических номинаций, в диссертации выступает ассоциативно-семантическое поле, под которым, вслед за Н.С. Болотновой, понимается сложная иерархически организованная структурная модель семантических макро- и микрополей, отображающая коммуникативные свойства слова и обусловленная коммуникативными установками автора.

Языковым воплощением концепта в художественном тексте служит текстовое ассоциативно-семантическое поле, выделяемое такими лингвистами, как Ю.Н. Караулов, Л.О. Чернейко, Л.Н. Чурилина, А.Е. Супрун, Н.С. Болотнова и др. По утверждению Л.О. Чернейко, ТАСП отражает уникальность опыта личности, проекцию мира на личность. Основными признаками ТАСП, выделяемыми Ю.Н. Карауловым, являются структурированность, семантическая общность и единство функции элементов; наличие микрополей (областей, зон), отличающихся наибольшей интенсивностью семантических связей; выделение ядерной и периферической части, нечеткость границы между ядром и периферией; наличие зон семантического перехода между полями. Н.С. Болотнова справедливо замечает, что текстовые ассоциативно-смысловые поля репрезентируются лексическими структурами разного типа, включая ключевые слова-стимулы, опорные слова и слова-маркеры ассоциатов; эти поля, организованные концептуально, объединяют словные и неоднословные единицы, связанные парадигматически и синтагматически. Текстовые ассоциативные поля с ее точки зрения являются регулятивными структурами, коррелирующими с квантами знания – концептами в сознании воспринимающего субъекта, что принципиально важно для нашего исследования. Вслед за Н.С. Болотновой полагаем, что ТАСП ключевых лексем можно рассматривать в качестве структурной единицы текста, объединяющей концептуально лексические средства, имеющие смысловую, формальную или формально-смысловую общность, и в качестве единицы анализа текста как формы коммуникации.

Следующим этапом исследования становится описание языкового АСП «Семья», необходимого в качестве социокультурного фона для анализа соответствующего ТАСП. Лексикографическая интерпретация имени АСП «Семья» и материалы «Национального корпуса русского языка» позволили выделить признаки, образующие ядро, околоядерную и периферийную зоны этого поля.

Ассоциативный потенциал лексических значений слов – это составляющая ментального лексикона человека и в то же время – инструмент его изучения. Это знание о денотате, многоаспектные ассоциации, тот культурный фон, на котором функционируют языковые единицы, что позволяет рассматривать АСП в качестве языкового воплощения концепта. Воссоздание АСП «Семья» происходит в направлении от ядерной лексемы к ее смысловому содержанию. Толкования значений и иллюстративный материал словарей позволяют достаточно полно выявить семантические признаки, формирующие АСП «Семья» в языке, и выделить лексемы, демонстрирующие эти признаки.

В представлении современной языковой личности семья – это группа людей, состоящая из мужа, жены, детей и других близких родственников, живущих вместе. При более детальном описании семантических признаков, характерных для АСП «Семья» в языке, можно утверждать, что семья – это брачный союз людей, связанных родственными отношениями и наличием детей (номинации муж, жена, супруг, супруга, ребенок, дети, сын, дочь, брат, сестра, дядя, племянница, родители, родственники и др.), основанный на любви к членам семьи и заботе о них (лексемы любовь, опора, забота, уважение, родной, любимый, счастливый и др.), проживающих в определенном пространстве (лексемы и словосочетания дом, очаг, жилище, гнездо, кров, домашний круг, семейный круг, теплое гнездо и др.); это ячейка общества (союз, брак), занимающаяся воспитанием детей (школа, воспитание), для которой характерно единство, общность, эмоциональная близость всех членов семьи (благополучие, взаимопонимание, привязанность, согласие, гармония, доброта, поддержка, крепкий и др.); у семьи есть свой «жизненный цикл» (свадьба, замужество, женитьба, развод); в семье могут быть конфликты, приводящие к ее распаду (расставание скандал, ссора, конфликт, раздор, проблема, позор, непонимание, неблагополучная, порознь и др.). Перечисленные семантические признаки связаны и с употреблением предметно-бытовой лексики, ассоциирующейся со словом семья. Таким образом, АСП «Семья» в языке включает основные лексические единицы, интерпретирующие знания и опыт социума, связанные с семьей вообще и семейными ценностями прежде всего.

Комплексное исследование всех смыслов, связанных с существительным семья, и значимых для русской языковой личности лексем, прочно ассоциирующихся с ним, позволило структурировать основные семантические признаки АСП «Семья» в языке. К ним можно отнести признаки, характеризующие макрополя ядерной зоны поля:

1. «состоящий с кем-либо в родстве» (лексемы муж, жена, супруг /-а, ребенок, дети, сын, дочь, брат, сестра, тетя, дядя, племянник, родители, родня, родственники, близкие, семейство и др., отражающие данный признак, могут быть объединены в макрополе «Состав семьи»). Названия макрополей носят условный характер согласно классификации, осуществленной в работе;

2. «связанный близкими отношениями, чувствами» (номинации любовь, опора, взаимопонимание, уважение, родной, любимый, счастливый, дружный, крепкий, родимый, кровный, близкий и др. составляют макрополе «Взаимоотношения в семье»);

3. «связанный территориально совместным проживанием» (языковые единицы дом, очаг, жилище, гнездо, кров, домашний (семейный) круг, теплое гнездо и др. представляют макрополе «Пространство семьи»);

4. «характерный для всех поколений семьи, всего рода» (ассоциаты род, ряд, поколение, предок, потомок, фамилия, фамильный, династия, клан, наследственный, традиция и др. объединяются в макрополе «Время семьи»).

Околоядерную зону составляют лексемы, которые находятся в  синтагматических и парадигматических отношениях с ядерной лексемой. Это наименования дальних родственников (тесть, теща, свекор, свекровь, зять, невестка, свояк, сват, кум, правнук, правнучка, прадед, прабабушка, и др.), а также такие лексемы, как благополучие, привязанность, согласие, гармония, доброта, поддержка, женитьба, замужество, родина, мир, приют, многодетная, словосочетания узы брака, родовые традиции и др.

Ближняя периферия представлена лексемами, которые в лексикографических источниках квалифицируются как имеющие ограничения в употреблении: диалектными, просторечными, устаревшими словами, эмоционально-экспрессивной лексикой: семеюшка, семьища, семьяк, семейник, семьяне, семьиться, чада, домочадцы, свойственник, отчий, родимый, женатик, сродники, сродственники, пращур, праматерь, праотцы, старики, родичи и др.

Дальнюю периферию АСП «Семья», соотносимого в сознании индивида с лексемой семья, составляют образные номинации и жаргонизмы, такие, как крепость, колено, двор, племя, гнездо, двор, народ, шнурки, родаки, олд, папики, паханы, черепа, штрихи и др.

АСП «Семья» в русском языке содержит неизменные базовые компоненты (муж, жена, дети, родные, близкие, брак, дом, очаг, любовь, род, поколение, вместе), сохраняющиеся на протяжении столетий, что позволяет констатировать устойчивость представлений о семье и невысокую степень динамичности лексических единиц в пределах АСП «Семья». Изменчивость характерна только для периферии поля.

Во второй главе «Репрезентация ассоциативно-семантического поля «Семья» в современной женской прозе» рассматривается вербализация представления о семье в женской прозе конца XX века. Лексическим воплощением образа семьи является одноименное текстовое ассоциативно-семантическое поле, наиболее показательное воплощение которого наблюдается в произведениях Л. Улицкой и Л. Петрушевской.

Проведенный анализ, и прежде всего структурирование лексических единиц ТАСП «Семья» в прозе Л. Улицкой и Л. Петрушевской и определение их ассоциативного потенциала и характерных для них семантических трансформаций, позволил сделать вывод об индивидуализации этого поля в творчестве названных авторов по сравнению с АСП «Семья» в языке, а также о существенном отличии ТАСП «Семья» в произведениях Л. Улицкой от одноименного поля в текстах Л. Петрушевской. Структура и лексическое наполнение ТАСП «Семья» в проанализированных художественных текстах частично не совпадает со структурой и лексическими единицами АСП «Семья» в русском языке.

На основе рассмотренных текстов была определена структура и соотношение макрополей, микрополей и микрокомпонентов в составе ТАСП «Семья», а также представлено их языковое воплощение. Различие состава и лексического наполнения макрополей в составе ТАСП «Семья» в творчестве обоих авторов не менее значительно, чем различие с языком.

В результате классификация, разработанная в реферируемом исследовании, выглядит следующим образом:

ТАСП «Семья» в творчестве Л. Улицкой

I. Макрополе «Пространство семьи, домашний очаг»

II. Макрополе «Состав семьи»

1. Микрополе «Члены семьи»

2. Микрополе «Роль мужчины и женщины в семье»

3. Микрополе «Смещение традиционных ролей в семье»

4. Микрополе «Многодетность / бездетность»

5. Микрополе «Сиротство, отсутствие семьи»

III. Макрополе «Взаимоотношения в семье»

1. Микрополе «Единство в семье»

2. Микрополе «Любовь членов семьи»

2.1. Микрокомпонент «Любящие родители / любящие дети»

2.2. Микрокомпонент «Любимые дети»

3. Микрополе «Семейное счастье» 

4. Микрополе  «Неполнота семьи, разъединенность»

IV. Макрополе «Время семьи»

1. Микрополе «Время существования семьи»

2. Микрополе «Семейные традиции и обычаи»

3. Микрополе «Род, наследственность»

ТАСП «Семья» в творчестве Л. Петрушевской

I. Макрополе «Любовь-ненависть в семье»

1.1 Микрокомпонент «Противоестественность любви»

1.2 Микрокомпонент «Одиночество, разъединенность»

II. Макрополе «Родственные отношения»

III. Макрополе «Пространство семьи»

IV. Макрополе «Время семьи»

1. Микрополе «Время существования семьи»

1.1. Микрокомпонент «Семейные традиции и обычаи»

1.2. Микрокомпонент «Род, наследственность».

Макрополя в классификации расположены по степени значимости в структуре всего поля того или иного автора.

В диссертации показано, что фактически любое АСП в языке может трансформироваться в художественном тексте, а следовательно, будут меняться состав и стилистическая окраска лексем, входящих в это поле.

В отличие от АСП «Семья» в языке, где ядерным можно считать макрополе «Состав семьи», включающее прежде всего группу лексики, номинирующую членов семьи, в творчестве рассмотренных авторов в качестве ядерных выделяются другие макрополя, условно названные нами «Пространство семьи, домашний очаг» в текстах Л. Улицкой и «Любовь-ненависть в семье» в текстах Л. Петрушевской. Поэтому и в структуре ТАСП «Семья» в произведениях этих писателей наблюдается существенные различия в связи со значимостью выделенных макрополей и составляющих их лексических единиц.

Ядерное макрополе «Пространство семьи, домашний очаг» ТАСП «Семья» в творчестве Л. Улицкой связано с положительным образом дома-хозяйства. В его состав, помимо собственно названий места проживания (жилье; дом; изба; дача; подъезд; парадная; квартира; комната; закут; коммуналка; общежитие; подвал; кухня; столовая; мастерская; кабинет и др.), входят номинации с положительно-оценочной семантикой (прекрасный, любимый, чудесный, счастливый (дом); красота домашнего творчества; убедительная художественность; высокая осмысленность; наслаждаться стряпней; рай; мир; сванская башня и др.). Состав единиц этого макрополя в текстах Л. Улицкой требует уточнения названия – «домашний очаг», поскольку именно дом, настоящий, любимый, родной, который связан не только с определенным пространством, а именно с атмосферой уюта, очага, в представлении писателя и есть настоящее пространство семьи:

«Он вошел в парадное и едва не потерял сознание от запаха стен — как если бы это был запах родного тела» [Чужие дети] // «Роберт Викторович иногда внимательно смотрел из-за ее большой спины и со свойственной ему остротой отмечал убедительную художественность, высокую осмысленность и красоту Сонечкиного домашнего творчества» [Сонечка].

Словосочетанием великое переселение семьи автор романа «Искренне ваш Шурик» подчеркивает важность образа семьи, воплощенного в домашнем очаге, домашнем мире. В контексте весьма значима ассоциация переселения семьи с великим переселением народов, условным названием, характеризующим глобальные миграционные процессы, происходившие в Европе в IV – VII вв. Это чрезвычайное событие для семьи, домашнего мира. Так семья сопоставляется с народом, небольшим по численности, но очень значимым для героев произведений Л. Улицкой:

«В шестьдесят девятом году произошло великое переселение семьи из Камергерского переулка <…> к Брестской заставе» [Искренне ваш Шурик].

Макрополе «Пространство семьи, домашний очаг» в произведениях Л. Улицкой может быть репрезентировано также экспликантами с отрицательной коннотацией вопреки восприятию очага как чего-то любимого, счастливого, тыла, опоры. Лексемы и словосочетания гнилой, помои, нечистоты, домишко, помойка, бедняцкое гнездо включают в свою семантическую структуру семы «нищета», «неустроенность», «грязь»:

«Елена в то время снимала угол за ситцевой занавеской в гнилом деревянном домишке на окраине <…> Павлу Алексеевичу ударило запахом помоев и нечистот. Не снимая тулупа, он сделал три шага, откинул занавеску и мельком заглянул внутрь их бедняцкого гнезда. Оставлять трудную больную в такой помойке было невозможно» [Казус Кукоцкого].

С помощью подобных образов в контексте произведений писателя воплощается «неистинный дом», противоположный по атмосфере настоящему домашнему очагу.

В большинстве текстов Л. Улицкой семья воспринимается как некое замкнутое, принадлежащее только двоим пространство. Например, очень показательно в повести «Сонечка» сравнение семьи со сванской башней, ассоциатом, находящимся на периферии макрополя «Пространство семьи, домашний очаг». Этот образ представляет семью как место творчества и в то же время крепость. Башня – это то, что объединяет и отъединяет, что-то отдельное от всего остального мира и в то же время возвышающее. Сванская башня может быть воспринята как место уединенного творчества (ср. роман М. Пруста «По направлению к Свану»), а Сонечка, как и многие другие героини Л. Улицкой, творит семью (красота домашнего творчества, наслаждаться стряпней и др.), как произведение искусства:

«Откуда взялись у истощенного Роберта Викторовича и хрупкой от природы Сонечки силы, чтобы посреди бедственной пустыни эвакуационной жизни, посреди нищеты,<…> выстраивать новую жизнь, замкнутую и уединенную, как сванская башня, однако вмещающую без малейших купюр все их разъединенное прошлое…» [Сонечка].

Приведенное сравнение может иметь и еще одно значение: сванские башни – это уникальные крепости-башни, которые в горах строят сваны. Это укрепленные сооружения в Грузии, полные запасов, которые при нападении могли выдержать осаду в несколько месяцев. Именно такой крепостью, могущей выдержать осаду внешнего мира, становится семья в текстах писателя.

Таким образом, для макрополя «Пространство семьи, домашний очаг» ТАСП «Семья» в произведениях Л. Улицкой характерны номинации с нейтральной или положительной оценочной семантикой (утепленный, целый, огромный, материнский, незамысловатый, стройный, великий, просторный, прекрасный, любимый, чудесный, счастливый, жилье, дом, дача, подъезд, парадная, квартира, кухня, мастерская, кабинет и др.). Единичны языковые единицы с отрицательной коннотацией (гнилой, помои, нечистоты, бедняцкое гнездо и др.), а индивидуализируют поле лексические единицы рай, мир, сванская башня, домашнее творчество, убедительная художественность, высокая осмысленность, наслаждаться стряпней и др.

Макрополе «Состав семьи» составляют наиболее частотные и значимые лексемы, номинирующие членов семьи (отец, мать, ребенок, дочь, сын, жена, муж, бабушка, дед, внук и др.), а также лексемы (любимый, любящий, сирота, многодетный, любовь и др.). Единицами этого макрополя

становятся не только лексемы и словосочетания, характерные и для языка в целом, но и сугубо авторские номинации, в том числе образные: (детство, освещенное присутствием бабушки; запах бабушкиных духов; сладкая ноша; бог жизни; пища женской стихии; бездарь; тряпка; вшивый интеллигент; маменькин сынок и др.):

«…лёгкий запах вечных бабушкиных духов <…> очки, носильные вещи на полке шкафа… хочется убрать подальше, чтобы глаз постоянно не ранился, чтобы сердце не болело, но в то же время совершенно невозможно выпустить из рук остатки живого материнского тепла, скрытые в этих вещах…» [Искренне ваш Шурик] // «Он [Роберт Викторович] видел женщину, освещенную изнутри подлинным светом, предчувствовал в ней жену <…> и видел одновременно, что она будет сладкой ношей для его не утружденных семьей плеч, для трусливого его мужества, избегавшего тягот отцовства, обязанностей семейного человека...» [Сонечка] и др.

Индивидуализация и трансформация ТАСП «Семья» осуществляется не только с помощью образных номинаций: например, лексемы, характерные для общеязыкового восприятия образа семьи, могут относиться не к тому члену семьи, к которому традиционно относятся в языке. Контекстуальными синонимами в тексте могут стать номинации отец, старший брат, паж, собеседник, восторженная толпа, мужчина по отношению к сыну; младшая сестра, ребенок, дитя – по отношению к матери; ребенок, дитя, младшая сестра, полуродственница, жена – по отношению к девушке (подруге дочери) и т.д.

Единицы макрополя «Взаимоотношения в семье» ТАСП «Семья» в прозе Л. Улицкой частично совпадают с лексическими номинациями, входящими в макрополе «Взаимоотношения в семье» в языке, например единство, совместная жизнь, общение, диалог, любовь; любимый; любоваться; влюбиться; обожать, жертвовать, ценить и др. Своеобразие восприятия взаимоотношений, прежде всего положительных, между членами семьи, характерное для произведений Л. Улицкой, демонстрируют лексемы и словосочетания музыка, священное отсутствие опыта; ночные разговоры и ночные беседы с женой; безграничная отзывчивость; один организм; странный разговор безумий; ширококрылые ангелы; чудо природы; драгоценность; дар небес; стонать от счастья; груз непереносимого счастья и др. Этими номинациями воплощается индивидуальное, в том числе образное восприятие семьи, характерное для ядерной зоны макрополя «Взаимоотношения в семье» ТАСП «Семья» Л. Улицкой. Например, метафора груз непереносимого счастья отражает нечто такое, что одновременно является бременем и наивысшим удовольствием, выражает настолько сильную радость, что она становится невыносимой и ее трудно выдержать.

Макрополе «Время семьи» в текстах Л. Улицкой находится на периферии ТАСП «Семья» и содержит в своем составе лексические единицы, часто формально связанные с понятием время в языке (лексемы секунда, минута, час, год, неделя, осень, утро, ночь и т.д.), но в контексте становящиеся номинациями, связанными с семьей, традициями, родом, наследственностью.

Помимо этого, можно выделить лексемы и словосочетания с положительным эмоционально-оценочным компонентом в значении, характерные для этого макрополя именно в рассмотренных художественных текстах: рисунки, запахи, оттенки дня; ворох чисел, часов, деталей; множество воспоминаний; долгие разговоры с женой; предутренний час; незыблемое старшинство; непреходящее ощущение неувядающей молодости; семейная легенда; сила крови; родовая, семейная черта; наследственная особенность и др.

В творчестве Л. Петрушевской ядерным является макрополе «Любовь ненависть в семье», которое соответствует макрополю «Взаимоотношения в семье», выделяемому в АСП «Семья» в русском языке и в текстах Л. Улицкой, и значительно отличается от этого макрополя, так как подавляющее количество лексических единиц, входящих в него, связаны не только с любовью, но и с ненавистью и любовью-ненавистью членов семьи, а также состоянием разъединенности, отчужденности от близких.

Ввиду максимальной семантической слитности это макрополе невозможно разделить на какие-либо микрополя, однако на периферии макрополя находятся микрокомпоненты «противоестественность любви» (номинации страшная темная сила; слепая безумная страсть; сумасшедшая любовь; подвергнуть ласкам дочь и др.) и «одиночество, разъединенность» (лексемы одинокий; лишний; несчастный; сиротство; один; брошенный и др.). Ядро макрополя составляют номинации другая; бывшая; групповая; многодетная; кривая, гарем; содом (о семье); простое кровосмешение; большой печальный опыт; ночные крики; скандалы, в которых всё утонуло; греческая трагедия; грандиозный развод; увольняться из семьи; скорбно ликовать и др. К периферии макрополя относятся такие лексические единицы и словосочетания, как священный восторг, настоящая любовь, наслаждение, счастье, радость, благоговеть, вознести, царить в сердце, любить коленопреклоненно и т.д. Чаще всего с восприятием любви связана лексика с отрицательной коннотацией.

Приведенные номинации ярко демонстрируют характерное для Л. Петрушевской восприятие семьи как средоточия равнодушия, непонимания, ссор, неспособности и нежелания понять своих близких. Сема интенсивности актуализируется в таких единицах поля, как крики, скандалы, великий, грандиозный, бурно, ликовать.

Сема интенсивности в семантической структуре слов связана с силой выраженности эмоций, процессов и действий. Например, метафора греческая трагедия в повести Л. Петрушевской «Время ночь» обозначает высшую степень трагичности, рок, невозможность спасения из замкнутого круга сложившихся обстоятельств. События в семье заставляют вспомнить Эсхила, Софокла и Еврипида, в трагедиях которых гибель героев неизбежна. Контекстуальный оксюморон скорбно ликовать называет состояние намного более ярко выраженное, чем просто «печально радоваться»: противоестественно ликовать, когда распадается семья. В словах гарем (разг.) и содом (разг.) в контексте наводится сема «разврат, раздор и беспорядок».

Во многих текстах значимой становится лексика, называющая отрицательные стороны существования семьи (бурно попрекать, скорбно ликовать, увольняться из семьи, крики, жить на шее и др.):

«Как моя мать скорбно ликовала, когда он [муж]приехал за вещами и увольняться из семьи!» [Время ночь] // «Свекрови нужно было, видимо, чтобы Ляля как-то рассосалась. Тяжело было всем четырем сторонам в этой постоянной борьбе» [Проходят годы] и др.

Естественными в семьях героев Л. Петрушевской становятся как раз противоестественные, уродливые отношения членов семьи друг к другу. Например, в сверхсловной номинации простое кровосмешение определением простой подчеркивается обыденность аномального явления.

В произведениях Л. Петрушевской происходит смещение значения ядерных лексем, входящих в ТАСП «Семья», и ядро этого поля перестает совпадать с его ядром в языке. При рассмотрении макрополя «Любовь – ненависть» закономерно идти от содержательной составляющей, однако не следует забывать об эмоционально-оценочном слое ввиду его большой значимости. Если в произведениях Л. Улицкой микрополе «любовь членов семьи» включает группу лексем, имеющих положительную оценочную составляющую (любовь – отдохновение; радость; счастье), то у Л. Петрушевской макрополе «Любовь – ненависть в семье» неоднозначно и диалектически противоречиво, так как некоторые номинации, входящие в него, включают положительную сему (священный восторг; настоящая любовь; наслаждение; счастье; радость и др.), однако в подавляющем большинстве случаев имеют или приобретают в контексте отрицательную эмоционально-оценочную сему: любовь, семейная жизнь – это ненависть, жалость, ревность, стыд, ужас, сумасшествие, насилие, мука, обреченность, унижение, равнодушие, скука; жизнь от удара до удара, страдания родителей и детей и т.д.

Языковые единицы называют отрицательные эмоции, испытываемые членами семьи:

«… муж вышел на пенсию, стало совсем невмоготу…» [Хэппи-энд] // «Алена глаза в сторону и медленно налилась слезами, набухла. Налилась опять ненавистью ко мне…» [Время ночь] // «Он [сын] страдал оттого, что отец все реже приходил, а мать все чаще убегала из дома…» [Проходят годы] и др.

Взаимоотношения в семье, изображенные в произведениях Л. Петрушевской, характеризуются ненавистью, невозможностью находиться вместе. Таким образом, содержание макрополя «Любовь – ненависть в семье» и входящих в него микрокомпонентов демонстрируют несоответствие представления о семье в текстах Л.Петрушевской и языковой картине мира усредненной языковой личности.

В макрополе «Родственные отношения» ТАСП «Семья» в произведениях Л. Петрушевской объединяются лексемы, формально совпадающие с единицами этого макрополя в русском языке, но часто наполняющиеся индивидуально-авторской семантикой в пределах словосочетания, меняющие свое значение в контексте. В текстах встречаются номинации хромой на голову, брошенный, придавленный, бывший, изменник, рогоносец, клеветник муж; дура, змеистая жена; мать кобра, мать-одиночка, мать-кукушка, многодетная, сбрендившая мамаша; отец подлец, пресловутый, дармоед, ловкач; родители враги; нагульная, приблудная, незаконнорожденная, ненавистная, престарелая, крикливая, нищая, сволочь, собака дочь; дети дураки, невестка недостойная; зять охламон, бабушка змея и т.д.:

«…Андрей галантно заговорил со своей дурой Надюшей, которая победоносно смотрела на меня, жену придавленного мужа» [Свой круг] // «Бабушка нашего папу считала дармоедом, ловкачом…» [Время ночь] // «Полина никак не отвечала теперь на бессильные крики хромого на голову мужа» [Хэппи-энд] и др.

Лексемы и словосочетания, более характерные для АСП «Семья» в языке (красавица; тихое гнездышко; солнце всей жизни, дочь-ангел; любимое дитя; чудо природы; счастье, радость, и др.), находятся на периферии макрополя «Родственные отношения».

Макрополе «Пространство семьи» ТАСП «Семья» в текстах Л. Петрушевской представлено большим количеством отрицательной и сниженной лексики, что не характерно для текстов Л. Улицкой и для языка в целом. Это макрополе представлено номинациями казарма; землянка; конура; подземелья; темница; страшная, убогая, загаженная кухня; углы и закрома; жуткий, страшный коридорчик; грязная комната; подвал; бывшее, прежнее семейное гнездо; бывший очаг; содом; царство окаменелых тарелок; страшная человеческая преисподняя; запах зверинца и т.д.

Существительное преисподняя в значении «ад» позволяет провести параллель между обычным человеческим жильем и местом загробных мучений грешников. Книжная, традиционно-поэтическая лексема темница, книжная, традиционно–поэтическая, имеющая значение «место заключения, тюрьма», обогащается новыми оттенками значения: «семья», «дом», «очаг» может быть или казаться «тюрьмой, неволей».

Словосочетание запах зверинца и лексему конура в узуальных языковых высказываниях невозможно употребить применительно к человеческому жилью, домашнему очагу. Лексема конура в значении «тесное, темное, грязное помещение, жилье» не просто дает экспрессивную характеристику месту проживания персонажей, но и вызывает ассоциацию «дом – людям, а конура – собакам», сближая, таким образом, героев Л. Петрушевской с животными, посаженными в клетку. Номинации демонстрируют дикие, невозможные для не только комфортного, но для просто нормального проживания условия и взаимоотношения между членами семьи.

Макрополе «Время семьи» ТАСП «Семья» в творчестве Л. Петрушевской является периферийным и выделяется прежде всего на уровне словосочетаний, а не лексем, например: страшный период; мутное утро казни; утро стрелецкой казни; утро расплаты; утро начала зловещих перемен; безумные ночи; вечная гонка; время перед пенсией; время алиментов; время пик; туманные праздники и похороны семьи; ежегодный скандал; ежемесячная дань и т.д. Специфические, свойственные индивидуально-авторской картине мира автора единицы ТАСП «Семья», характеризуют прежде всего неблагополучие любого периода существования семьи.

В мировосприятии Л. Петрушевской представление о семье редко связано с ее положительным восприятием. Поэтому закономерно, что для ТАСП «Семья» в произведениях этого автора характерно большое количество лексических единиц, содержащих в своей семантической структуре отрицательные денотативные и коннотативные семы.

Сопоставительный анализ макрополей, составляющих ТАСП «Семья» в творчестве Л. Улицкой и Л. Петрушевской, показал, что языковые единицы этого поля лишь отчасти совпадают с единицами, составляющими АСП «Семья» в языке. Отличия касаются и набора лексем, и их расположения в том или ином микро- и макрополе. Значимое в представлении «усредненного» носителя языка АСП «Семья», являющееся лексическим воплощением одноименного концепта в языковой картине мира, в значительной мере трансформируется в творчестве рассмотренных авторов.

Таким образом, на основании проведенного анализа можно утверждать, что текстовое ассоциативно-семантическое поле в идиостиле определенного автора может значительно отличаться от аналогичного текстового ассоциативно-семантического поля в творчестве другого писателя, свидетельствуя о высокой степени индивидуализации мировосприятия художника слова, причем для подобной индивидуализации отнюдь не всегда требуется образная номинация, а может быть достаточно употребления лексических единиц, не относящихся к данному полю в языке. Это в полной мере относится к АСП «Семья», несмотря на вполне сформировавшееся представление о семье в сознании современной языковой личности.

Проведенное исследование еще раз подтвердило то, что функцию воплощения художественной картины мира писателя – эстетическую функцию в самом широком смысле – в художественном тексте могут приобретать любые языковые единицы.

В заключении подводятся основные итоги проведенного исследования.

В индивидуальном лексиконе каждой языковой личности существуют некоторые фрагменты поля «Семья», не связанные с его общеязыковым представлением. Это утверждение вдвойне справедливо, когда речь идет о творческой языковой личности.

ТАСП «Семья» в прозе Л. Улицкой в целом включает подавляющее большинство номинаций с положительной или оценочно нейтральной семантикой, объективируя в текстах то оценочное представление о семье, которое в целом совпадает с имеющимся у современной «усредненной» языковой личности, однако в большей степени ориентировано на изображение высокой ценности семейных отношений и семейного пространства. Отдельные языковые единицы с отрицательной коннотацией находятся на периферии ТАСП «Семья» и не нарушают целостного положительного восприятия образа семьи.

Структура ТАСП «Семья» в творчестве Л. Петрушевской, отличающаяся от соответствующего поля в произведениях Л. Улицкой и в языке в целом как составом лексических единиц, так и ядерно-периферийной организацией, явно демонстрирует своеобразие восприятия семьи, представленное в текстах этого автора и ориентированное прежде всего на отрицательный образ.

В результате сопоставления макрополей, микрополей, микрокомпонентов и составляющих их лексических номинаций, а также при сопоставлении некоторых наиболее значимых лексем, можно утверждать, что ТАСП «Семья» в творчестве Л. Улицкой не просто значительно отличается от ТАСП «Семья» в творчестве Л. Петрушевской, а демонстрирует принципиально иную картину мира. Различия макро- и микрополей с точки зрения состава и ядерно-периферийной организации свидетельствуют о высокой степени индивидуализации ТАСП «Семья» и в творчестве Л. Улицкой, и в творчестве Л. Петрушевской. Различия связаны со структурой самих макрополей, их значимостью (отношение ядерное – периферийное макрополе) и лексическим наполнением.

В Приложении помещены таблицы, которые полно демонстрируют языковые единицы, составляющие ТАСП «Семья» в произведениях Л. Улицкой и Л. Петрушевской, и характеризуют их как ядерные или периферийные в зависимости не только от частотности, но и от значимости в макро- и микроконтексте.

Основные положения диссертационного исследования нашли отражение в следующих публикациях (общим объемом 3,3 п.л.):

1. Пьянкова Т.В. Лексическое представление художественного концепта «Семья» в повести Л. Улицкой «Сонечка» // Известия Российского государственного педагогического университета имени А.И.Герцена. Серия общественные и гуманитарные науки. СПб.: 2009. N 117. С.218-224 (0,55 п.л.).

2. Пьянкова Т.В. Особенности лексического представления художественного концепта «Семья» в романе Л. Улицкой «искренне ваш Шурик» // Мир науки, культуры, образования. Горно-Алтайск: 2010. № 6 (25). С. 18-22 (0,6 п.л.).

3. Пьянкова Т.В. Ассоциативно-семантическое поле «Семья» в повести Л. Петрушевской «Время ночь» // Мир науки, культуры, образования. Горно-Алтайск: 2011. № 4 (29). С. 116-119 (0,7 п.л.).

4. Пьянкова Т.В. К вопросу о проблеме языкового концепта в современной лингвистике // Современные социально-экономические процессы и их автоматизация: сборник статей / под ред. А.М. Копейкина. – Архангельск: Изд-во ИЦ СГМУ, 2008. – С. 93-98 (0,4 п.л.).

5. Пьянкова Т.В. Репрезентация концепта «Семья» в русской языковой картине мира (на материале лексикографических изданий) // Слово. Словарь. Словесность: Текст словаря и контекст лексикографии. Материалы Всерос-сийской научной конференции. – Санкт-Петербург, 11-13 ноября 2009г. / Отв. ред. В.Д. Черняк. – СПб.: Изд-во САГА, 2010. – С. 294-300 (0,3 п.л.).

6. Пьянкова Т.В. Современная женская проза как система особого эстетического мировосприятия // Филология и философия классического текста: сборник статей Всероссийской научно-практической конференции / МНИЦ ПГСХА. – Пенза: Изд-во РИО ПГСХА, 2010. – С. 120-123 (0,2 п.л.).

7. Пьянкова Т.В. Особенности лексикона творческой языковой личности (специфика репрезентации концепта «Семья» в произведениях Л. Петрушевской) // Слово. Словарь. Словесность: Языковая личность ученика и учителя. Актуальные проблемы межличностной коммуникации. Материалы Всероссийской научной конференции. Санкт-Петербург, 10-11 ноября 2010 г. / Отв. ред. В.Д. Черняк. – СПб.: Изд-во САГА, 2011. – С. 122-128 (0,35 п.л.).

8. Пьянкова Т.В. Соотношение ассоциативно-семантического поля «Семья» в языке и текстового ассоциативно-семантического поля в творчестве Л. Петрушевской // Актуальные научные вопросы: реальность и перспективы: сборник научных трудов по материалам Международной заочной научно-практической конференции 26 декабря 2011 г.: в 7 частях. Часть 5. Тамбов: Изд-во ТРОО «Бизнес-Наука-Общество», 2012 (январь). – С. 109-111 (0,2 п.л.).

 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.