WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

На правах рукописи

Лыскова Татьяна Викторовна

Субстантивные перифразы

в современном публицистическом дискурсе

10.02.01. Русский язык

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата филологических наук

Киров 

2012

Работа выполнена в ФГБОУ ВПО «Вятский государственный

гуманитарный университет» на кафедре русского языка

Научный руководитель                доктор филологических наук, доцент

Сандакова Марина Всеволодовна

Официальные оппоненты:                Лагузова Евгения Николаевна

доктор филологических наук, профессор

ФГБОУ ВПО «Ярославский

государственный педагогический

университет им. К. Д. Ушинского»,

заведующий кафедрой

Иванова Галина Анатольевна

кандидат филологических наук, доцент

ФГБОУ ВПО «Вятский государственный гуманитарный университет», доцент

Ведущая организация        ФГБОУ ВПО «Калужский

государственный университет

им. К. Э. Циолковского»

Защита состоится 21 мая 2012 г. в 15.00 часов на заседании диссертационного совета Д 212.041.04 при ФГБОУ ВПО «Вятский государственный гуманитарный университет» по адресу: 610002, Киров, ул. Красноармейская, 26, ауд. 104.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке ФГБОУ ВПО «Вятский государственный гуманитарный университет»

Автореферат разослан «____» ____________ 2012 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

кандидат филологических наук, доцент                                К. С. Лицарева

Общая характеристика работы

Предлагаемое диссертационное исследование выполнено на материале русского языка и представляет собой системную семантикостилистическую и коммуникативнопрагматическую характеристику языковых и речевых субстантивных перифраз и их преобразований в языке современной публицистики.

Актуальность данной работы определяется возросшим интересом современных исследователей к коммуникативнопрагматическому аспекту лингвистики, к воздействующей силе единиц языка и речи, а также связана с активным изучением единиц вторичной номинации. Кроме того, изучение функционирования перифрастических единиц в текстах современной публицистики закономерным образом включается в стремительно развивающуюся сейчас область лингвистики медиалингвистику.

Наблюдаемые сегодня процессы образования и вовлечения субстантивных перифраз как вторичных номинаций в публицистические тексты многообразны и достаточно активны. Они находят свое выражение в однопорядковых фактах, которые нуждаются в лингвистическом описании и осмыслении.

Научная новизна исследования заключается в том, что в нём впервые:

  1. определено место перифразы во фразеологической системе языка в свете новейших тенденций в области фразеологии;
  2. предложена типология перифрастических значений в аспекте денотативносемантических корреляций;
  3. рассмотрены основные семантические доминанты, а также лексемы, которые в рамках структурносемантических моделей порождают серийные перифрастические ряды;
  4. выявлен и описан механизм неоднократного применения одной и той же субстантивной перифразы как номинативнохарактеризующей единицы к разным денотатам («принцип бумеранга»);
  5. описано явление интертекстуальности в перифрастике; выявлены лингвокреативные преобразования субстантивных перифраз;
  6. выделены и описаны коммуникативные функции субстантивных перифраз в современных публицистических текстах.

Объект исследования – субстантивные перифразы, функционирующие в современном публицистическом дискурсе.

Предмет исследования – денотативносемантические свойства, экспрессивностилистические особенности и коммуникативнопрагматический потенциал субстантивных перифраз, употребительных в текстах современной газетной публицистики.

Цель исследования – провести комплексный анализ перифразы, установить денотативносмысловые, семантикостилистические, прагмалингвистические особенности и функции языковых и речевых субстантивных перифраз в современном публицистическом дискурсе.

В соответствии с указанной целью необходимо решение следующих задач:

  • охарактеризовать сущность перифразы; определить категориальные признаки перифрастических единиц;
  • описать семантические особенности перифразы; определить типы перифрастических значений;
  • рассмотреть семантические доминанты, вокруг которых организуются субстантивные перифразы; выделить серийные перифрастические ряды;
  • исследовать механизм повторного использования субстантивных перифраз («принцип бумеранга»);
  • выяснить основные экспрессивные тенденции, сопровождающие субстантивные перифразы в языке публицистики; проанализировать наиболее продуктивные приёмы реактуализации экспрессивных свойств с учётом их семантической, коммуникативнопрагматической нагрузки в контексте;
  • проанализировать функции субстантивных перифраз в современном публицистическом дискурсе.

Основная гипотеза диссертационного исследования: значение субстантивной перифразы определяется характером денотативносемантических соотношений перифразы и объекта внеязыковой действительности, типом значения опорного компонента перифразы и его корреляцией с перифразируемым словом; современный публицистический дискурс как основная сфера бытования перифрастики обусловливает динамические процессы структурносеманти­че­ских и оценочнопрагматических преобразований субстантивных перифраз.

На защиту выносятся следующие положения:

  1. Категориальными признаками для перифрастических единиц являются: расчлененность структуры, семантическая целостность, моделируемость и возможная проницаемость структуры, (условная) воспроизводимость, (динамическая) устойчивость, референциальная переинтерпретация.
  2. В основе механизма образования перифрастического значения (целостного значения перифразы) – пять видов корреляций, которые выявляются между перифразируемым словом и опорным словом перифразы: гиперогипонимическая корреляция, идентифицирующая корреляция, экспрессивная корреляция, корреляция семантической совместимости, метонимическая корреляция, метафорическая корреляция.

Перифрастические единицы обладают тремя типами целостных значений: целостное описательное значение, целостное метонимическое значение и целостное метафорическое значение.

  1. Субстантивные перифразы, образующиеся по определенным структурносемантическим моделям, формируют серийные перифрастические ряды, которые возглавляются определенными семантическими доминантами. Каждый серийный перифрастический ряд открыт для новых членов и может включать от двух до нескольких десятков единиц.
  2. В современном публицистическом дискурсе действует механизм неоднократного повторного использования одной и той же субстантивной перифразы применительно к незамкнутому кругу объектов, что названо в данной работе «принципом бумеранга».
  3. В современном публицистическом дискурсе субстантивные перифразы развивают семантикостилистический потенциал и приобретают новый функциональный признак – преобразуемость. Преобразование субстантивных перифраз происходит посредством: 1) образнооценочной переориентации; 2) формальносемантических трансформаций: а) конкретизирующей замены; б) ассоциативносемантической замены; в) расширения компонентного состава; г) распространения прецедентного имени. Формальносе­мантические трансформации субстантивных перифраз основываются на интертекстуальных связях между узуальными и преобразованными единицами.
  4. Субстантивные перифразы в современном публицистическом дискурсе выполняют следующие коммуникативные функции: информационносубститутивная, комплиментарная, ироническая, порицательная, эвфемистическая, игровая функция. Основной коммуникативной функцией является оценка в её мелиоративной и пейоративной разновидностях.

Осуществлению коммуникативных функций субстантивных перифраз способствует их вербальная (маркерыпредикаты, позиция приложения, позиция сказуемого, позиция ремы, кавычки, заголовок) и невербальная (фотографии, рисунки) актуализация в публицистическом контексте.

В качестве методологической и теоретической базы были использованы работы В. Г. Костомарова (1971, 1999), В. Н. Телии (1977, 1986, 1991, 1996), Ю. Н. Караулова (1987), А. Б. Новикова (1988, 2000, 2004), Н. Д. Арутюновой (1990), Ю. А. Бельчикова (1990, 2003), Е. А. Земской (1996),
О. П. Ермаковой (2000, 2005), Л. П. Крысина (2000), Н. Ю. Шведовой (1998), Д. Б. Гудкова (1999), Ф. Б. Альбрехта (2001), Г. Я. Солганика (2002, 2004, 2006, 2008), Т. И. Бытевой (2002, 2004, 2008), В. П. Москвина (2004),
Н. И. Клушиной (2004, 2008), М. Л. Ковшовой (2007), А. Н. Баранова,
Д. О. Добровольского (2008), О. С. Иссерс (2008), М. Н. Кожиной (2008),
Л. В. Грехнёвой (2009), О. Н. Паршиной (2012) и др.

Методы и приёмы исследования: при помощи описательнокласси­фи­кационного метода и метода компонентного анализа осуществлялся структурносемантический и функциональный анализ субстантивных перифраз; сопоставительный анализ позволил установить сходства и различия между перифразами и фразеологическими единицами; количественный метод составил основу для квантитативной характеристики субстантивных перифраз; методом анализа словарных дефиниций, лингвистического наблюдения, интерпретации языковых фактов и семантикостилистическим методом анализировались преобразованные единицы; посредством приёма дистрибутивного анализа исследовалось контекстное употребление субстантивных перифраз.

Материалом филологического анализа послужили перифразы в объеме: 1) более 3500 единиц, заимствованные из текстов газетной российской публицистики за период с 2005 по 2012 гг. и 2) более 3000 единиц, извлеченные из словарей. Кроме того, в главах III и IV привлекаются материалы прессы советского периода, а также начала XX в. (более 500 единиц). В качестве иллюстративного материала, показывающего аналогичные процессы в близкородственном языке, используются тексты современной белорусской публицистики (более 1000 единиц).

Теоретическая значимость проведенного исследования определяется тем, что выводы и наблюдения, представленные в работе, могут использоваться в системных трудах по проблемам семантики, фразеологии, неологии, теории номинации, коммуникативной лингвистики.

Практическая значимость исследования заключается в возможности использования его результатов для дальнейшего изучения субстантивных перифраз, их функционирования в различных дискурсах русского языка. Материалы и результаты исследования могут быть использованы в практике преподавания современного русского языка в высших учебных заведениях (в лекционных курсах по лексикологии, стилистике текста, риторике и культуре речи). Собранный перифрастический материал актуален для практики журналистов.

Апробация исследования. Основные положения диссертации отражены в публикациях в научных журналах ВАК РФ «Аспирантские тетради (Общественные и гуманитарные науки)» (СПб., 2008), «Вестник Вятского государственного гуманитарного университета» (Киров, 2008), «Ярославский педагогический вестник (Гуманитарные науки)» (Ярославль, 2010), в международном межвузовском сборнике научных трудов «Семантика. Функционирование. Текст» (Киров, 2007, 2008), а также докладывались и обсуждались на внутривузовских научных конференциях ВятГГУ, на международных научных конференциях в Москве, Минске, Нижнем Новгороде, Кирове.

Структура диссертации соответствует её целям и задачам. Диссертация состоит из введения, четырёх глав, заключения, библиографии.

Основное содержание работы

Во Введении определяются цели и задачи исследования, его актуальность, научная новизна, методологическая и теоретическая база, теоретическая и практическая значимость, формулируется основная гипотеза, описываются приёмы и методы исследования, формулируются основные положения, выносимые на защиту, приводятся сведения о структуре и апробации работы.

Глава I «Перифраза в современных исследованиях», состоящая из пяти параграфов (§ 1. Из истории термина перифраза; § 2. Перифраза в современной лингвистике; § 3. Перифраза и фразеологические единицы;
§ 4. Перифрастическое значение. Типы перифрастических значений в аспекте денотативносемантических корреляций; § 5. Проблема отражения перифраз в словарях), посвящена определению сущностных характеристик понятия перифраза. В главе рассматривается история возникновения и развития понятия перифраза, а также существующие в отечественном языкознании подходы к изучению перифразы и особенности толкования термина перифраза, затрагивается вопрос о разграничении перифразы и фразеологических единиц и об отражении перифраз в лексикографических изданиях.

Перифрастические сочетания известны с библейских времен, а их описание встречается уже в работах античных теоретиков языка и стиля (Аристотель, Квинтилиан). В античности перифраза причислялась к фигурам или тропам, способствовала созданию эффекта возвышенности речи, а также использовалась для замещения эстетически недопустимых слов и выражений.

Отечественной филологической наукой понятие о перифразе было воспринято из латинской риторики, однако термин перифраза длительное время не употреблялся. Отечественные представления о перифразе XVIII–XIX вв. продолжили традиции античных теоретиков языка: перифраза рассматривалась как средство украшения речи (М. В. Ломоносов, А. С. Никольский, И. С. Рижский, А. Серебренников, А. Н. Могилевский, В. С. Подшивалов, В. И. Даль), как описательная номинативная фигура речи (А. И. Галич, А. А. Потебня).

В современной лингвистике существует несколько подходов к изучению перифразы:

  • ономасиологический подход (перифраза как вторичная номинация) (Е. С. Кубрякова, В. Н. Телия, В. Г. Гак, Ю. М. Скребнев, Н. И. Базарская,
    И. С. Торопцев, И. Р. Гальперин, А. Б. Новиков, С. И. Комарова, В. Г. Кульпина, О. Ф. Катаева, Л. В. Грехнёва и др.);
  • лексикосемантический подход (перифраза в составе фразеологического фонда русского языка, сходства и отличия перифраз и фразеологизмов) (В. П. Уткина, Т. Л. Павленко, Н. М. Шанский, Л. В. Шубина, В. И. Милехина, З. П. Попова, М. М. Копыленко, Т. А. Османова, В. В. Похмельных,
    Т. И. Бытева и др.);
  • стилистический подход (перифраза как стилистическое средство) (И. З. Ильина, А. Н. Кожин, И. Б. Голуб, Л. Н. Синельникова, Г. З. Розанова, Г. Н. Моложай, Т. И. Наймушина, Е. Т. Лисовская, В. С. Соловьева и др.);
  • психолингвистический подход (перифраза как образная форма мышления, развернутая форма повторения мысли) (А. А. Потебня, Ш. Балли, Ю. Д. Апресян, Л. В. Лисоченко и др.).

Множественность мнений и многоликость включаемых в понятие перифразы единиц вызвали необходимость сформулировать определение и постулировать основные признаки перифразы.

В работе нами дано определение перифразы с учётом уже существующих определений. Перифраза – это вторичная описательная номинация неоднословной структуры, коррелирующая со словом и являющаяся его заместителем. Перифраза обычно обладает экспрессивностью и оценочностью, а также ей может быть присуща образность (двуплановость).

Признаки перифразы как вторичной номинации были выявлены в результате её сравнительного анализа с фразеологическими единицами.

При всём многообразии интерпретаций перифраз в работах по фразеологии, можно выделить две основные позиции: 1) перифраза рассматривается как составная частью фразеологического фонда русского языка (И. З. Ильина, В. П. Уткина, В. Л. Архангельский, Н. М. Шанский, В. И. Милехина, З. Д. Попова, А. И. Фёдоров, Н. Ф. Алефиренко, Н. И. Базарская, Е. И. Беглова, Л. В. Грехнёва, С. В. Гусева и др.); 2) перифраза выводится за пределы фразеологии, трактуется как переходная единица между свободными словосочетаниями и фразеологическими оборотами, являющаяся одним из источников пополнения общеязыковой фразеологии (И.Л. П. Рапшите, М. А. Бакина, Е. А. Некрасова, Л. Н. Синельникова, Т. И. Бытева, А. Т. Липатов,
Л. В. Хамидова и др.).

Сравнение с фразеологическими единицами позволило нам выделить следующие признаки перифразы: 1) речевой характер образования, 2) расчленённость структуры, 3) семантическая целостность, 4) моделируемость и возможная проницаемость структуры, 5) (динамическая) устойчивость, 6) (ус­ловная) воспроизводимость, 7) референциальная переинтерпретация.

В диссертации отмечается, что перифразы бывают речевыми и языковыми. Первоначально перифразы рождаются в речи и являются контекстуально обусловленными единицами, однако со временем они могут становиться фактами языка, то есть воспроизводимыми в готовом виде и устойчивыми единицами, обладающими узуальным лексическим значением, например: королева спорта ‘легкая атлетика’, второй хлеб ‘картофель’.

Перифразы могут быть моделируемыми и немоделируемыми. Структурносемантические модели, по которым строятся перифразы, являются принадлежностью системы языка, например «город + существительное
в Р. п.»: город греха (ЛасВегас), город любви (Париж), город миллионеров (БаденБаден), город металлургов (Вологда), город мостов (СанктПе­тер­бург) и др. Речевые реализации перифрастических моделей либо остаются единичными новообразованиями в пределах одного контекста, либо приобретают свойства воспроизводимости и устойчивости (узуализируются) и входят в корпус языка.

В работе различается три типа перифрастических значений, выделяемых на основе видом корреляций, возникающих между перифразируемым словом и опорным словом перифразы: 1) целостное описательное значение, 2) целостное метонимическое значение и 3) целостное метафорическое значение.

В диссертации разработана классификация различных видов корреляций: 1) гиперогипонимическая корреляция заключается в использовании при построении перифраз родовых понятий в опорном слове, соответствующих видовому понятию, обозначаемому перифразируемым словом: голубая планета (Земля) – Земля (гипоним) планета (гипероним); 2) идентифицирующая корреляция представляет собой использование в опорном компоненте перифразы слов, которые идентифицируют объект, названный перифразируемым словом: первый космонавт Земли (Гагарин) – Гагарин космонавт; 3) экспрессивная корреляция – это использование в опорном компоненте перифразы слов в прямых значениях, осложнённых коннотациями, отличающихся эмоциональнооценочной характеристикой или стилистической окраской (мошенник XXI века (Г. П. Грабовой), кривляки из «Городка»
(Ю. Н. Стоянов и И. Л. Олейников)); 4) корреляция семантической совместимости – это отношения ассоциативной связи между опорным и перифразируемым словом, возникающие в том случае, когда оба слова принадлежат одному тематическому полю (дом на воде (яхта)); 5) метонимическая корреляция – это отношения метонимической связи (серые пиджаки (чиновники)); 6) метафорическая корреляция – отношения метафорической мотивации (зелёное мясо (крапива)).

Целостное описательное значение базируется на гиперогипони­ми­че­ской, идентифицирующей, экспрессивной корреляции и корреляции семантической совместимости; целостное метонимическое значение опирается на метонимическую корреляцию; в основе целостного метафорического значения – метафорическая корреляция.

В работе проведён обзор лексикографического представления перифраз. Проанализирован 51 словарь. Перифразы находят отражение в словарях разной направленности: во фразеологических словарях (например, в «Большом фразеологическом словаре русского языка» под редакцией
В. Н. Телии зафиксировано 5 единиц); в «Словаре эвфемизмов русского языка» под редакцией Е. П. Сеничкиной (зафиксирована 91 единица); в «Большом словаре русских прозвищ» Х. Вальтера и В. М. Мокиенко (зафиксировано 563 единицы) и др. Специализированный «Словарь перифраз русского языка» А. Б. Новикова, включающий 1075 единиц, представляет наиболее подробный перечень. Однако данный словарь содержит главным образом перифразы советских газет. Современная публицистическая перифрастика во всём её богатстве и многообразии пока ещё не нашла адекватного лексикографического отображения.

В Главе II «Субстантивные перифразы как денотативносеманти­че­ские единицы», включающей в свой состав четыре параграфа (§ 1. Обзор классификаций перифраз в научной литературе; § 2. Субстантивная перифраза; § 3. Лексикосемантическая классификация субстантивных перифраз. Серийные перифрастические ряды; § 4. «Принцип бумеранга» как механизм неоднократного повторного использования субстанти в ных перифраз), систематически описываются существующие в научной литературе классификации перифраз, определяются признаки, мотивирующие субстантивные перифрастические наименования, анализируются и типизируются субстантивные перифразы с позиции лексикосемантического подхода, исследуется принцип неоднократного применения субстантивных перифраз.

В научной литературе существует множество классификаций перифраз, базирующихся на разных основаниях: 1. Классификация по грамматическим особенностям (Ю. А. Бельчиков, Д. П. Вовчок, А. Н. Кожин,
М. А. Бакина, Е. А. Некрасов); 2. Классификация по количеству компонентов (В. П. Москвин, Н. А. Басилая); 3. Классификация по деривационным особенностям (В. П. Москвин); 4. Классификация по типам объектов (В. И. Орлова, С. Я. Макарова, А. Б. Новиков, Л. В. Хамидова; Т. В. Клубкова, А. Н. Беляева, Т. И. Бытева, Т. В. Кочеткова); 5. Классификация по наличию/отсутствию образности (И. Б. Голуб, Г. З. Розанова, И. Р. Гальперин, Л. В. Грехнёва);
6. Классификация по типам значений (А. Н. Кожин, М. А. Бакина, Н. И. Базарская, З. Д. Попова, Т. И. Бытева); 7. Классификация по степени номинативной адекватности (В. П. Москвин); 8. Классификация по степени освоенности языковой системой (М. П. Коломиец, С. С. Регушевский, И. Б. Голуб, А. Н. Кожин, Л. В. Грехнёва, Ю. А. Бельчиков); 9. Классификация по наличию/отсутствию контакта с перифразируемым словом (В. П. Москвин,
М. А. Сиривля); 10. Классификация по наличию/отсутствию в тексте перифразируемого слова (В. С. Соловьева, В. П. Москвин, М. А. Сиривля); 11. Классификация по выполняемым функциям (А. С. Елизаров, С. И. Комарова,
К. А. Отт, О. Ф. Катаева, Е. В. Евдокимова, Л. В. Хамидова, И. А. Сидорова).

В диссертации разработаны две классификации субстантивных перифраз (СП), раскрывающие их семантические особенности.

  1. Классификация признаков, на основании которых происходит наименование объектов/явлений действительности:
  2. уникальный признак – признак, который характеризуется описанием какихлибо неповторимых свойств объектов или явлений действительности (спутник Земли (Луна));
  3. устойчивый признак, связанный с определенной языковой традицией, выделяющей в объекте или явлении его постоянную яркую черту, которая не обязательно является определяющей и существенной для данного объекта (голубое золото (природный газ));
  4. темпоральный признак, описывающий качества, которые в объектах и явлениях действительности изменяются со временем (первая леди (жена президента России));
  5. характеризующий признак – признак, заключающий в себе некоторое яркое отличительное свойство, которое может быть приписано не только одному объекту или явлению действительности (королева сцены (выдающаяся певица/актриса).

2.        Лексикосемантическая классификация СП.

Две и более СП, объединенные между собой определенной структурносемантической моделью с повторяющимся компонентом (названным серийным компонентом), образуют группу, которая получила в работе терминологическое обозначение серийный перифрастический ряд (СПР). Например, структурносемантическая модель «мама (серийный компонент) + существительное в Р. п.» реализуется в следующих СП: мама Карлсона (Астрид Лингрен), мама Штирлица (Т. М. Лиознова), мама дзюдо (Рена Канакоджи), мама российской региональной тележурналистики (М. А. Асламазян), мама русского стиля (Е. Д. Поленова), мама всех бомб (вакуумная бомба) и др. Лексические значения серийных компонентов могут быть обращены одновременно к разным классам денотатов.

СПР группируются вокруг семантических доминант. Под семантической доминантой мы вслед за Н. Ю. Шведовой понимаем «абстрактный семантический компонент» («Русский семантический словарь»), который может служить наименованием одного и более СПР.

Ориентируясь на классификацию наименований лиц в «Русском семантическом словаре», мы выделяем следующие семантические доминанты: 1. «Обозначения по общему наименованию человека/совокупности людей»: СПР нация Левшей и Кулибиных (русские), нация Обломовых (русские), нация с душой церкви (американцы) и др.; человек порядка (Г. Г. Онищенко), человек с портфелем (чиновник), самый светлый человек на эстраде
(В. В. Толкунова) и др.; ср. бел. самы галоўны чалавек беларускага КВНа самый главный человек белорусского КВНа (А. Муковозчик), чалавек зямлі человек земли (колхозник, фермер) и др.). 2. «Обозначения по гендерному признаку»: СПР звездная девочка (Д. Ю. Мороз), гуттаперчевые девочки (гимнастки), бордюрные девочки (проститутки) и др.; ср. бел. беларуская дзяўчыначайка белорусская девочкачайка (Л. Каберник) и др.; золотой мальчик канадского хоккея (С. П. Кросби), солнечный мальчик (М. Шумахер) и др.; 3. «Обозначение по умонастроению, мироощущению»: СПР великий романтик эпохи (А. Г. Абдулов), романтик первого ранга (Н. А. Черкашин), дворовый романтик (Е. В. Осин) и др.; 4. «Обозначения по нравственному мировосприятию»: СПР последний русский интеллигент на сцене (Н. Н. Волков), интеллигент высшей пробы (А. В. Петровский) и др.; совесть нации (А. И. Солженицын), совесть России (В. П. Астафьев), интеллектуальная совесть России (С. Горячев) и др.; 5. «Обозначения по одарённости, обладанию способностями, умом, талантом, опытом»: СПР акула пера (журналист), акула шоубизнеса (продюсер), акула из Тревизо (Д. Баньоли) и др.; ср. бел. акулы беларускай эстрады акулы белорусской эстрады (И. А. Дорофеева, П. П. Елфимов, И. Афанасьева) и др.; виртуоз русского слова (писатель, поэт), виртуоз мяча (футболист), главный виртуоз России (В. Т. Спиваков)
и др.; 6. «Обозначения по приверженности своему делу»: СПР последний рыцарь нашего кино (В. В. Тихонов), рыцарь петербургского образа
(К. Ю. Лавров), рыцарь природоохраны (О. Л. Митволь) и др.; 7. «Обозначения по общественной признанности, авторитету, значимости в какойлибо среде»: СПР гуру гастрономического Интернета (С. Ханкишиев), гуру российского рока (Б. Б. Гребенщиков), гуру британского высшего света (светский журнал “Tatler”) и др.; примадонна фашистской сцены (О. К. Чехова), примадонна российской эстрады (А. Б. Пугачева), примадонна отечественного кино (Л. М. Гурченко) и др.; принц мирового балета (М. Н. Барышников), принц биатлона (С. В. Чепиков), принц либерализма (А. Л. Кудрин)
и др.; 8. «Обозначения по владению богатством, большой или коллективной собственностью»: СПР алюминиевый барон (О. В. Дерипаска), нефтяной барон (Ш. П. Чигиринский), оружейный барон (В. А. Бут) и др.; королева меха (И. В. Крутикова), мучная королева (Н. А. Бурджанадзе), золотая королева (А. В. Бабосюк) и др.; речной олигарх (Р. В. Троценко), водочный олигарх
(Е. А. Черняк), строительный олигарх (В. Ю. Доронин) и др. СПР являются открытыми для пополнения новыми СП.

Всего нами выделено 25 семантических доминант.

В главе рассматривается механизм неоднократного применения одних и тех же СП, соотносящихся с различными денотатами, который мы назвали «принципом бумеранга».

Перифрастический «бумеранг» основывается на зависимости денотативносоотносительных возможностей СП от признака, положенного в их основу. Способность к «бумеранговым запускам» могут проявлять следующие виды СП:

  • СП с устойчивыми признаками: например, СП город невест (1) Иваново, Карачаевск, Великий Новгород (ср. бел. горад нявест (Мінск, Вітебск)); 2) Сыктывкар, Курск, Смоленск). Возможность приобретения СП новых денотатов обусловлена экстралингвистическими факторами: 1) уникальная демографическая ситуация, когда на одного мужчину приходится несколько женщин и 2) проведение парадов невест.
  • СП с темпоральными признаками: например, СП хозяин Кремля (Б.Н. Ельцин, В.В. Путин, Д.А. Медведев, В.В. Путин). Свойство «бумеранговости» у них обусловлено также экстралингвистическими факторами: конкретными событиями или ситуациями, которые ставят перифрастические наименования в зависимость от определенных отрезков времени, эпохи.
  • СП с характеризующими признаками: например, СП икона стиля (Коко Шанель, Нина Гарсия, Виктория Бекхэм, Мишель Обама, Э. Л. Хромченко, Т. Г. Канделаки и др.). Данные СП обладают высокой степенью «бумеранговости», которая развивается на основании одновременного поливекторного использования перифрастических единиц и актуализации в перифрастическом значении качественных сем (‘тот (та), кому подражают’).

Принцип неоднократного использования не может быть применим к СП с уникальными признаками (ср.: автор «Маленького принца» (Антуан де СентЭкзюпери)), поскольку уникальность не может быть объектом повторения.

В Главе III «Экспрессивная динамика субстантивных перифраз в современном публицистическом дискурсе», состоящей из двух параграфов (§ 1. Антиномия стандартизации и экспрессивности в современном публицистическом дискурсе и § 2. Семантикостилистический потенциал субстантивных перифраз и способы его реализации), прослеживается развитие экспрессивных свойств субстантивных перифраз в текстах современной публицистики.

В работе используется термин «дискурс», который мы понимаем как «связный текст в совокупности с экстралингвистическими, социокультурными, психологическими и другими факторами; текст, взятый в событийном аспекте; речь, рассматриваемая как целенаправленное, социальное действие, как компонент, участвующий во взаимодействии людей и механизмах их сознания (когнитивных процессах)» (Н. Д. Арутюнова). В дискурсе как в интегративной совокупности определенных коммуникативных актов реализуется «содержательнотематическая общность многих текстов» (В. Е. Чернявская).

Термин публицистический дискурс мы используем вслед за Т. В. Чернышовой, О. В. Киселевой и др.

СП как единицы, совмещающие в себе одновременно качества информативности и воздействия, реализуют взаимопереходы стандарта и экспрессии в публицистических текстах. Обладая свойством экспрессивности и осуществляя, прежде всего, экспрессивную функцию, СП в то же время являются единицами, способными отвечать «процессам универсализации и серийного упорядочения» (В. Г. Костомаров).

Процесс универсализации сопровождается образованием СПштампов, которые характеризуются механическим воспроизводством, частотностью употребления и, следовательно, ослабленной экспрессивностью (например, страна Восходящего Солнца (Япония), голубой экран (телевизор), чёрное золото (нефть)).

Процесс серийного упорядочения обусловлен адаптацией в современной публицистике экспрессивных серий, которые порождаются структурносе­мантическими моделями. Например, структурносемантическая модель «прилагательное + магнат», обозначающая богатых людей, обладающих большой или коллективной собственностью: кровельный магнат (Кеннет Хендрикс), медийный магнат (Руперт Мёрдок), шоколадный магнат
(А. Н. Коркунов), металлургический магнат (В.С. Лисин), алюминиевый маг­нат (О.В. Дерипаска) и др.

Следующим этапом в эволюции перифрастических единиц в современной публицистике может стать тенденция к восстановлению экспрессивности. Реализация данной тенденции происходит посредством уже имеющихся элементов перифрастической системы и систем других устойчивых выражений по двум основным направлениям: 1) образнооценочная переориентация СПштампов и 2) формальносемантические трансформации СП.

В основе механизма образнооценочной переориентации СПштампов лежит сочетание «реанимированной» перифрастической образности (если образность присутствовала в исходной СП) и мены оценочности, которые сопровождаются установкой на снижение, негативную оценку, актуализацию иронии: «Вождь пролетариата Владимир Ленин «украл» у латышей идею субботника, которую впоследствии приписали ему» (КП. 29.04.2009).

Формальносемантические трансформации осуществляются на базе интертекстуальных связей между СПштампами или устойчивыми выражениями неперифрастического типа и трансформированными СП (ТСП). Трансформации СП распадаются на четыре разновидности: 1) конкретизирующая замена, 2) расширение компонентного состава, 3) ассоциативносемантическая замена, 4) распространение прецедентного имени.

  • Конкретизирующая замена – это замена устойчивого компонента СПштампа речевым компонентом для усиления эмоциональноэкспрессив­ного значения СП. Конкретизирующая замена влияет как на рациональную часть значения СП, так и на её экспрессивный потенциал. Например: СПштамп люди в погонах ТСП филологи в погонах, браконьеры в погонах, рейдеры в погонах, брокеры в погонах, акулы в погонах, звери в погонах, проходимцы в погонах и др.
  • Расширение компонентного состава – это введение в структуру СПштампа дополнительно одного или нескольких компонентов. Дополнительный компонент является не только количественной структурной инконстантой, но и отражает качественный признак именуемого объекта или явления действительности. В результате компонентного расширения восстанавливается экспрессивность СПштампов, возрастает их воздействующий эффект.

Встречаются следующие типы расширения СПштампов: 1) адъективное расширение: СП царь зверей (лев) ТСП афганский царь зверей (слон); СП служители порядка (милиционеры (полицейские)) ТСП асфальтовые служители порядка (лежачие полицейские) и др.; 2) субстантивное расширение: СП железный Феликс (Ф.Э. Дзержинский) ТСП внуки железного Феликса (сотрудники КГБ), СП великий инквизитор (Понтий Пилат) ТСП великий инквизитор санэпидемнадзора (Г.Г. Онищенко) и др.

  • Ассоциативносемантическая замена – это приём, который основывается на использовании с целью усиления выразительности не целого СПштампа или общеизвестного выражения, а его части. В ТСП происходит ассоциативносемантическая замена опорного компонента. От исходных СПштампов или устойчивых выражений остается только зависимая часть общей структуры. Отсутствующий опорный компонент восстанавливается в памяти по модели. Например, модель Патриарх Московский и Всея Руси порождает такие ТСП, как: главный надзиратель Всея Руси (А. А. Реймер), эскадронщик Всея Руси (О. М. Газманов), реставратор Всея Руси (С. В. Ямщиков), певец Всея Руси (Д. А. Хворостовский), дирижёр Всея Руси
    (В. А. Гергиев) и др.
  • Распространение прецедентного имени – это речевой приём, основанный на апелляции к прецедентным именам и их распространении в составе СП для достижения целей коммуникативного воздействия в современном публицистическом дискурсе. Например, ТСП с прецедентными именами: Данте советского времени (В.Т. Шаламов), Ходорковский наших дней
    (М. Ю. Зурабов), русская Пэрис Хилтон (К.А. Собчак), японский Тарантино (Такеши Китано), хоккейный Джеймс Бонд (С.В. Мозякин) и др.

В Главе IV «Коммуникативнопрагматические особенности субстантивных перифраз в современном публицистическом дискурсе», состоящей из двух параграфов (§ 1. Способы актуализации субстантивных перифраз и § 2. Коммуникативные функции субстантивных перифраз), исследуются способы актуализации СП в контексте, рассматриваются их коммуникативные функции.

Осуществлению определенных коммуникативнопрагматических задач, поставленных журналистами, способствует актуализированное включение СП в контекст. Под актуализированным включением понимается такое воспроизведение СП с определенными экспрессивностилистическими целями, при которых они воспринимаются на фоне контекста как необычные и выразительные сочетания слов.

В работе выделяется два типа актуализации СП: вербальная и невербальная. Способы вербальной актуализации СП:

  1. Актуализация на лексическом уровне проявляется в использовании при СП маркеровпредикатов: называют, величают, известен, как, окрестили, прозвали, имевший славу, оценили, получивший прозвище (по прозвищу), принято говорить как о, оправдывать звание, считается и под.: «19летняя Екатерина Тудегешева стала первой в истории отечественного сноуборда чемпионкой мира в параллельном слаломегиганте. За её скорость и агрессивность на трассе Катю прозвали «русской торпедой» (НГ. 22.01.– 24.01.2007) и др.
  2. Актуализация СП на синтаксическом уровне:
  3. Формальнограмматическая актуализация – это использование СП: а) в позиции приложения: «Назову лишь книгу «дальневосточного Фенимора Купера» Юрия Янковского «Полвека охоты на тигров» (ЛГ. 13.12.–19.12.2006); «На третьей позиции Hummer, «танк дорог» (КП. 24.04.–01.05.2008); б) в позиции сказуемого: «Ведь зеленые зоны – легкие столицы» (ЛГ. 21.02.–27.02.2007) и др.
  4. Коммуникативнорелевантная актуализация отражается в рематической позиции СП: «Это такой морской «сноуборд», только в качестве тягловой силы используется воздушный змей» (кайтсерфинг) (КП. 15.02.–18.02.2007); «Красавицу Голикову, которая до своего повышения была замминистра финансов, и в правительстве, и в Госдуме называют не иначе как «женщинакомпьютер», «женщинабюджет» или «королева бюджета» (Известия. 26.09.2007) и др.
  5. Пунктуационнографическая актуализация обнаруживается в использовании при СП кавычек: а) метафорические СП: «Питер Даймонд из Массачусетского технологического института (в этой «кузнице интеллекта» маститый профессор как раз и преподает экономику) – человек, хорошо известный в своей стране» (Известия. 12.10.2010) и др.; б) иронические СП: «Однако создаётся стойкое впечатление, что почти для всех «тружеников экрана» дети – лишь удобный повод «сотворить лихую сенсацию», заявить о себе как о непримиримом «борце за права сирых и убогих» (журналисты) (ЛГ. 15.12.–21.12.2010) др.; в) СП из чужого текста, цитаты: «Обама назвал Украину «житницей Европы» и призвал помнить о жертвах голодомора» (Известия. 14.11.2009) др.
  6. Позиционная актуализация – это употребление СП в заголовке: «Родоначальница хоккея» (Канада) [заголовок] (Сов. спорт. 26.04.2008); «Отец неолиберализма» отрекся от… либерализма» (Р. Манделл) [заголовок] (KM. 22.10.2010) и др.

Невербальная актуализация заключается в применении в современной публицистике креолизованных текстов с фотографиями, рисунками, комментарии к которым содержат СП.

В главе рассматриваются коммуникативные функции СП.

Мы разделяем все функции СП на имманентные и коммуникативные. К имманентным функциям СП принадлежат номинативная и описательная функции. Все остальные функции СП являются коммуникативными и обусловливаются семантической природой СП. К ним мы относим четыре основные функции: информационносубститутивную, оценочную, эвфемистическую и игровую функцию.

  • Информационносубститутивная функция – функция СП, направленная не только на устранение тавтологии, но и на введение дополнительной информации в публицистический текст: «Европейцы открывают свой зонд к ближайшей к Солнцу планете… В 2013 г. Европейское космическое агентство (ЕКА) намерено запустить к Меркурию исследовательский зонд BepiColombo» (Известия. 22.01.2008); «Демонстранты ждут, что власти все же решатся штурмовать их лагерь в центре Бангкока. «Красные рубашки» устроили баррикады из покрышек и частоколы из бамбука…» (РГ. 27.04.2010) и др.
  • Оценочная функция – функция СП, реализующаяся в положительной/отрицательной оценке того объекта/явления, который называется СП. Оценочная функция обнаруживается в трёх разновидностях:

1.        Комплиментарная функция – функция СП, состоящая в том, чтобы вызвать симпатию, расположить к объекту/явлению, о котором идет речь в публицистическом тексте: «В этом доме родился и вырос «самый знаменитый стиляга из Москвы» Валерий Сюткин» (КП. 22.03.2008); «Великая актриса, легенда отечественного кино скончалась сегодня днем на 76м году жизни»
(Л. М. Гурченко) [подзаголовок] (ЭГ. 30.03.2011); «Впервые за сорок лет только одно агентство будет представлять права Короля футбола» (Пеле) (Газета. 14.02.2012) и др.; ср. бел. «Самародак зямлі Палескай» (са­мо­родок земли Полесской (М. Цурканов)) [заголовок] (Культура. 13.01.–19.01.2007) и др.

2.        Ироническая функция – функция СП, которая заключается в непрямом насмешливокритическом отношении к объекту/явлению, который называется СП: «Иваново не злится на приросший к нему советский титул «города невест» и новейший статус «эрогенной зоны России» (НГ. 03.06.2009); «Калифорния – «последняя жертва Терминатора» – так теперь здесь шутят» (Правда. 07.05.2010); «Но мы, без сомнения, еще не раз о ней услышим: ведь «блондинка в шоколаде» позиционирует себя как человека, не бросающего дело на полпути» (К. А. Собчак) (ЭГ. 28.11.2011) и др.; ср. бел. «Цырымонія ўручэння «оскараў» мясцовага разліву працаўнікам пяра і нататніка праходзіла ў барысаўскім Палацы культуры (труженики пера и заметок (журналисты)) (Хартия'97. 15.05.2007) и др.

3.        Порицательная функция – функция СП, нацеленная на формирование отрицательного мнения, дискредитации в отношении какоголибо факта/объекта: «Глупый ящик» в меняющемся времени» (телевизор) [подзаголовок] (ЛГ. 11.02.2007); «А вот в телеэфир в качестве ведущей… попала… благодаря редкой удаче: скандальной встрече в эфире радиостанции «Маяк» с «национальной хамкой» (определение Кати Гордон) Ксюшей Собчак (Известия. 18.07.2009); «Родители «коллекционера трупов» знали, что ученый сын собирает дома мумии людей» (А. Ю. Москвин) [заголовок] (КП. 07.11.2011) и др.; ср. бел. «Віртуальны нашчадак Маўродзі» (виртуальный наследник Мавроди) [заголовок] (Звязда. 29.08.2008) и др.

  • Эвфемистическая функция – функция использования СП в качестве эвфемизма: «На сегодняшний день написано около ста книг на тему странного пристрастия гениального художника к «ночным бабочкам» (МК. 30.03.2008); «Салат с летальным исходом» [заголовок] (Труд. 01.06.2011)
    и др.; ср. бел. «Напрыклад, заняцца гандлем... жывым таварам» (живой товар) (Чырвоная змена. 28.09.2007) и др.
  • Игровая функция – функция, связанная с развлечением читателя, со снижением официальности и приданием непринужденного характера изложению. Следует отметить, что языковая игра в чистом виде для публицистической перифрастики не характерна и встречается крайне редко: «Князи грязи» (холодостойкая морковь, ранние сорта редиса и др.) [заголовок] (АиФ. 26.03.–01.04.2008); «Пресса и болельщики дали Гусу Хиддинку множество прозвищ: Гуссчастливчик, Везучий голландец, Царь Гус, Волшебник Гус, Гус всемогущий» (Коммерсантъ. 17.11.2011) и др.

Доминирующей функцией СП является оценочная функция в её мелиоративной (комплиментарная функция) и пейоративной (ироническая и порицательная функции) разновидностях.

В Заключении обобщаются результаты, подводятся итоги исследования.

Результаты выполненного исследования подтверждают, что, вопер­вых, субстантивные перифразы обладают специфическим значением, которое обусловливается характером денотативносемантических соотношений перифразы и объекта внеязыковой действительности, типом значения опорного компонента перифразы и его корреляцией с перифразируемым словом; вовторых, в современном публицистическом дискурсе субстантивные перифразы подвергаются динамическим процессам структурносемантических и оценочнопрагматических преобразований и используются прежде всего для оценки актуальных в современном обществе объектов/фактов.

Основное содержание отражено в следующих публикациях

Публикации в изданиях, рекомендуемых ВАК РФ:

  1. Лыскова Т. В. Структурносемиологический аспект ономасиологического изучения перифразы // Известия Российского государственного педагогического университета им. А. И. Герцена: Аспирантские тетради Ч. I. (Общественные и гуманитарные науки). – СПб., 2008. – № 35 (76). – С. 230–235.
  2. Лыскова Т. В. Перифраза как единица промежуточной зоны // Вестник Вятского государственного гуманитарного университета. – Киров, 2008. – № 4(2). – С. 39–42.
  3. Лыскова Т. В. Классификация перифрастических значений в аспекте денотативносемантических корреляций // Ярославский педагогический вестник. Том I (Гуманитарные науки). – Ярославль, 2010. – № 4 – С. 196–201.

Публикации в других изданиях:

  1. Лыскова Т. В. К вопросу о понятийнотерминологическом аспекте перифразы // Семантика. Функционирование. Текст: Международный межвузовский сборник научных трудов. – Киров: Издво ВятГГУ, 2007. – С. 105–113.
  2. Лыскова Т. В. Перифразы в современной публицистике // Русский человек на изломе эпох в отечественной литературе: сборник статей по материалам Международного литературнообразовательного форума. – Киров: Издво ВятГГУ, 2007. – С. 182–186.
  3. Лыскова Т. В. Ценностный аспект исследования перифразы в современной публицистике // Ценности современной науки и образования: материалы международной научнотехнической конференции (г. Киров, ВятГГУ, 3–
    4 апреля 2008 г.): в 2 т. Т. 2. – Киров: Издво ВятГГУ, 2008. – С. 192–197.
  4. Лыскова Т. В. Перифразы в современной публицистике (оценочный аспект) // Проблемы языковой картины мира на современном этапе: Сборник статей по материалам Международной научной конференции молодых ученых. 12–13 марта 2008 г. – Нижний Новгород: Издво НГПУ, 2008. – С. 216–220.
  5. Лыскова Т. В. Цветовые перифразы в русской и белорусской публицистике (сопоставительный аспект) // Семантика. Функционирование. Текст: Межвузовский сборник научных трудов с международным участием. – Киров: Издво ВятГГУ, 2008. С. 235–242.
  6. Лыскова Т. В. Перифрастические наименования лиц в современной публицистике // Лингвистика и её место в междисциплинарном научном пространстве: сборник статей по материалам Всероссийской научной конференции с международным участием / науч. ред. С. В. Чернова. – Киров: Издво ВятГГУ, 2008. – С. 212–217.
  7. Лыскова Т. В. Опыт построения типологии субстантивных перифраз (тезисы) // Язык и дискурс в статике и динамике: тезисы докл. Междунар. науч. конф., Минск, 14–15 ноября 2008 г. / ред колл.: З. А. Харитончик (отв. ред.), А. М. Горлатов [и др.]. – Мн.: МГЛУ, 2008. – С. 181–182.
  8. Лыскова Т. В. Субстантивные перифразы с символическим компонентом как один из приёмов реализации стратегии речевого воздействия в современной российской публицистике // Материалы Международной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов». Секция «Филология». – М.: МАКС Пресс, 2009. – 2009. – С. 122–124.

Подписано в печать 11.04.2012 г.

Формат 60?84/16.

Бумага офсетная.

Усл. печ. л. 1,75.

Тираж 100 экз.

Заказ № 093.

Издательство

Вятского государственного гуманитарного университета,

610002, г. Киров, ул. Красноармейская, 26, т. (8332) 673-674www.vggu.ru

Отпечатано
в полиграфическом цехе Издательства ВятГГУ,

610002, г. Киров, ул. Ленина, 111, т. (8332) 673-674

 






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.