WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


На правах рукописи

ТАРАКАНОВА Дарья Александровна

СИМВОЛИЧЕСКИЙ КОМПОНЕНТ ЗНАЧЕНИЯ ДИАЛЕКТНОГО СЛОВА (НА МАТЕРИАЛЕ ГОВОРОВ СРЕДНЕГО ПРИОБЬЯ)

Специальность 10.02.01 – русский язык

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание учёной степени кандидата филологических наук

Томск 2012

Работа выполнена в федеральном государственном бюджетном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Национальный исследовательский Томский государственный университет» на кафедре русского языка

Научный консультант: кандидат филологических наук, доцент Банкова Татьяна Борисовна

Официальные оппоненты: Шелепова Людмила Ивановна, доктор филологических наук, профессор, федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Алтайский государственный университет», кафедра общего и исторического языкознания, профессор Серебренникова Анна Николаевна кандидат филологических наук, доцент, федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Национальный исследовательский Томский политехнический университет», кафедра русского языка и литературы, доцент

Ведущая организация:

Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Сибирский федеральный университет», г. Красноярск

Защита состоится 14 ноября 2012 года в 13.30 час. на заседании диссертационного совета Д 212.267.05, созданного на базе Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Национальный исследовательский Томский государственный университет» по адресу: 634050, г. Томск, пр. Ленина, 36.

С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке Томского государственного университета.

Автореферат разослан 11 октября 2012 г.

Ученый секретарь диссертационного совета Захарова Людмила Андреевна

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Реферируемое диссертационное исследование выполнено в лингвокультурологическом аспекте и посвящено изучению символического компонента значения слова на материале говоров Среднего Приобья.

Развитие современной лингвистической науки обусловлено интересом к взаимодействию культуры и языка. Важную роль в разрешении этой проблемы играет исследование языка как средства трансляции этнической культуры. В связи с этим наибольшую актуальность приобретает лингвокультурология, наука, которая ставит целью изучение «способности языковых знаков отображать современное культурное самосознание народа, рассматриваемое как «остов» его ментальности»1.

Лингвокультурология принадлежит к числу ведущих направлений в парадигме антропологической лингвистики, ориентированных на анализ системы языка как кумуляции особенностей мировидения той или иной лингвокультурной общности.

Являясь дисциплиной синтезирующего типа, лингвокультурология граничит с лингвистикой, этнографией, культурологией, социологией, психологией (В.В. Воробьев, 1997, С.В. Иванова, 2003, В.В. Красных, 2001, В.А. Маслова, 2011, Ю.С. Степанов, 2004, В.М. Шаклеин, 2012). Лингвокультурологические исследования направлены на изучение языковых фактов различных уровней языка (Н.Д. Арутюнова, В.В. Воробьев, С.В. Иванова, В.И. Карасик, М.А. Пахноцкая, З.Д. Попова, Л.Ю. Семейн, Г.Г. Слышкин, И.А. Стернин, М.А. Суворова, И.А. Тарасова, Л.Н. Чумак, В.М. Шаклеин и др.). В настоящее время наиболее изученным в плане репрезентации культурной информации является лексический уровень языковой системы (И.В. Арнольд, Н.Г. Комлев, Н. А. Лукьянова, И.А. Стернин, В.Н. Телия, В.И. Шаховский и др.).

Основной массив лингвокультурологических исследований выполнен на материале литературного языка (Е.М. Верещагин, В.В. Воробьев, О.В.Иванищева, В.Г. Костомаров), однако интерес к изучению специфики традиционной культуры (далее ТК) определил новый виток развития лингвокультурологических работ на диалектном материале (Т.Б. Банкова, Е.Л.Березович, Л.Г. Гынгазова, Т.В. Евсюкова, М.Л. Житникова, С.В. Иванова, Г.В. Калиткина, А.Н. Серебренникова, Н.А. Устинова, А.Т. Хроленко, Н.Л. Чулкина, Е.А. Юрина и др.).

Настоящая работа выполнена на материале говоров Среднего Приобья, которые на протяжении последних десятилетий не раз становились объектом всестороннего лингвистического анализа. Исследованию в различных аспектах подвергаются все языковые уровни: лексика, фонетика, словообразование, грамматика (Т.Б. Банкова, Е.В. Бельская, О.И. Блинова, JI.Г. Гынгазова, Т.А. Демешкина, Е.В. Иванцова, Г.В. Калиткина, В.Г. Наумов, Г.А. Раков, А.Н. Ростова, Е.А. Юрина и др.). Томскими лексикологами осуществляется работа по лексикографированию диалекта, результатом которой стало создание уникальных областных словарей. Комплексное изучение среднеобских говоров (О.И. Блинова, Т. Б. Банкова, К.В. Гарганеева, Л.Г. Гынгазова, Т.А. Демешкина, М.Л. Житникова, Е.В. Иванцова, Г.В. Калиткина, В.Г. Наумов, Г.А. Раков, А.Н. Серебренникова, Е.А. Юрина и др.) подготовило эмпирическую базу для Телия В.Н. Первоочередные задачи и методологические проблемы исследования фразеологического состава языка в контексте культуры // Фразеология в контексте культуры / отв. ред. В.Н. Телия. М., 1999. С. 15.

лингвокультурологического описания семантики диалектных лексических единиц, существенно расширяющего знания о культурной составляющей лексики диалектного языка.

Единицей исследования в настоящей работе является культурно маркированное диалектное слово как элемент живой диалектной коммуникации носителей среднеобских говоров2. Исследования, направленные на выявление специфики связи языка и культуры, традиционно указывают на наличие в семантике культурно маркированных единиц языка культурного компонента (Ю.Д. Апресян, Е.Л. Березович, Ю.А. Воробьева С.В. Иванова, В.И. Говердовский, С.Г. Фрост и др.), который отражает зависимость языка от культурной среды и реализует весь комплекс «национальноспецифического» в структуре языковой единицы. В лингвистической науке понятие культурного компонента носит различные наименования: национально-культурная семантика (Е.М. Верещагин, В.Г. Костомаров), национальная специфика семантики (В.В. Морковкин), национально-специфический компонент значения (А.К.Кравченко). При анализе культурного компонента семантики лексических единиц используется термин культурная коннотация (Ю.Д. Апресян, И.В. Арнольд, О.В. Загоровская, В.В. Воробьев, У. Гохуа, Г.В. Елизарова, О.В. Иванищева, А.С. Мамонтов, В.А. Маслова, И.А. Стернин, Н.И. Толстой, В.Н. Телия, Г.Д. Томахин, В.И. Шаховский и др.). Взгляды на культурную коннотацию отличаются разнородностью, начиная с трактовки ее как содержательного компонента коннотации и заканчивая отождествлением последней с культурным компонентом значения слова.

Неоднородностью отличается и взгляд на структуру коннотации в значении слова. В качестве возможных ее компонентов рассматривают эмотивность, экспрессивность, оценку, образность и стилистические характеристики языковых единиц (И.В. Арнольд, О.С. Ахманова, Э.В. Кузнецова, Н.А. Лукьянова и др.). Наряду с вышеперечисленными, некоторые ученые выделяют символический компонент культурной коннотации (И.Л. Андриевич, Д.Б. Гудков, В.Т. Клоков, А.В. Медведева) как систему представлений народа о явлениях мироустройства в условных и абстрактных формах, принадлежащих коллективному сознанию и являющихся общеизвестными для всех носителей языка.

В настоящей работе решается вопрос о статусе, специфике формирования и средств объективации символического компонента в значении диалектного слова как факта «оязыковления» символической семантики. Исследование ограничено рамками обряда, как формы человеческой деятельности, характеризующейся максимальной символичностью (А.К. Байбурин, Е.Л. Березович, А.А. Потебня, С.М. Толстая, Н.И. Толстой, В.Н. Топоров). В качестве языковой формы актуализации обряда выделен обрядовый дискурс, в рамках которого происходит реализация символического компонента значения диалектного слова.

Символический компонент носит узуальный характер, то есть выступает как устойчивый, коллективный, неизменный относительно конкретных ситуаций употребления «смысловой инвариант», используемый говорящим в ходе осознанного отбора, обусловленного принципом ситуативной и контекстуальной уместности (В.Н. Телия, С.Г. Фрост). В рамках обрядового дискурса символический компонент становится В настоящей работе диалектное слово рассматривается как знак традиционной культуры, как кумуляция культурного опыта сибирских крестьян. Корпус анализируемых единиц охватывает всю лексику говоров, вне зависимости от ее системной принадлежности.

доминирующим в структуре значения диалектного слова (оттесняя денотативный) и является базой для формирования символического значения слова-символа.

Таким образом, настоящее исследование продолжает традиции лингвокультурологического направления Томской диалектологической школы в описании компонентов коннотации, объективированных лексико-семантическими категориями образности (Е.А. Юрина, 2008), экспрессивности (Г.В. Калиткина,1990), интенсивности (Е.В. Бельская, 2001).

Кроме того, антропоцентрический подход к языку спровоцировал новый взгляд на лексикографирование культурно маркированных лексических единиц. Современные исследования в области лексикографии (Е.В. Бельская, 2012, О.Н. Иванищева, 2005, И.А. Стернин, 1999 и др.) указывают на необходимость регистрации культурной коннотации в процессе описания языковых единиц. В связи с этим актуальной является работа по созданию словарей, фиксирующих факт проявления в значении лексической единицы культурной коннотации и ее компонентов, в частности символического.

Все вышесказанное определяет актуальность исследования.

Цель работы – исследование статуса, специфики формирования и средств объективации символического компонента в значении диалектного слова.

В соответствии с поставленной целью в работе решаются следующие задачи:

1. Дать теоретическое обоснование исследования единиц диалектного языка для выявления символической семантики в форме символического компонента значения.

2. Определить место символического компонента в значении диалектного слова.

3. Выявить механизмы формирования символического компонента в значении диалектных лексических единиц.

4. Исследовать способы объективации символического компонента в значении диалектного слова.

5. Представить реестр слов-символов.

6. Определить принципы лексикографического описания слов, содержащих в значении символический компонент.

Объектом исследования является диалектное слово, содержащее в своем значении символический компонент. Предмет изучения – символический компонент значения.

Исследование выполнено на материале русских старожильческих говоров Среднего Приобья. В качестве источников использованы:

1. Материалы, собранные автором в диалектологической экспедиции филологического факультета Томского государственного университета на территории старожильческих сел Томской области (с. Парабель, с. Нарым) в 2012 году. Сбор осуществлялся в ходе живой коммуникации диалектоносителей (60 часов аудиозаписи).

Диалектные тексты содержат монологическую речь, а также включают диалоги нескольких информантов, что определяет естественный и спонтанный характер полученного материала. Данная группа текстов в диссертационном исследовании имеет помету САМ (собственно авторский материал).

2. Материалы картотек и текстового архива, хранящиеся в Лаборатории общей и сибирской лексикографии и на кафедре общего литературоведения филологического факультета Томского государственного университета. В рамках данной работы были привлечены: картотека «Вершининского словаря», картотека «Полного словаря языковой личности», а также материалы диалектологических экспедиций филологического факультета Томского государственного университета (1946-2000 гг.).

3. Опубликованные диалектные словари: «Вершининский словарь» (ВС) (1998-2002), «Полный словарь сибирского говора» (ПССГ) (1992-1995), «Словарь русских старожильческих говоров средней части бассейна р. Оби» (СРСГ) (19641967), «Словарь русских старожильческих говоров средней части бассейна р. Оби (Дополнение)» (1975), «Среднеобский словарь (Дополнение)» (1983-1986), «Полный словарь диалектной языковой личности» (ПСЯЛ) (2006-2009).

4. В качестве дополнительных источников использованы «Словарь русских народных говоров» (СРНГ) (1965-2007), «Славянские древности: Этнолингвистический словарь» (СД) (1995), «Этнолингвистический словарь свадебной терминологии Северного Прикамья» (ССС) (2004), «Словарь свадебной лексики Орловщины» (ССЛО) (1998).

Весь представленный в исследовании материал сопровождается в тексте пометами, обозначающими территориальную отнесенность в виде [Область. Село.] или [Область. Район.]. Привлечение дополнительных диалектных источников обусловлено необходимостью семантизации в ряде контекстов символического компонента значения, эксплицированного в говорах других территорий, а также для выявления региональной специфики путем сравнения лингвокультурологических данных нескольких говоров.

Анализируемый в диссертационном исследовании материал собран путём сплошной выборки из перечисленных выше источников. Корпус анализируемых лексических единиц включает в себя следующие: общерусские, диалектные варианты общерусских и собственно диалектные слова. В работе рассматривается более 1600 случаев контекстного употребления слов-символов.

Теоретическая значимость работы. Разработанный в исследовании понятийный аппарат и апробированная методика дополняют сложившуюся практику лингвокультурологического анализа лексических единиц: 1) выявлены механизмы формирования символического компонента в значении диалектного слова; 2) исследована структура обрядового дискурса как средства экспликации символического компонента; 3) проведена классификация слов-символов, отражающая специфику объективации символического компонента в их значении.

Представление диалектных слов, наделенных символическим компонентом значения как единиц, транслирующих особенности народного мировидения сибирских крестьян, вносит вклад в изучение лексического фонда русских старожильческих говоров Среднего Приобья и культуры их носителей.

Основным методом исследования является описательный, реализуемый в приемах сплошной выборки, интерпретации, классификации, систематизации материала; используются приемы дефиниционного, контекстного, компонентного анализа, лингвокультурологического комментария.

Научная новизна. Впервые в языковедческой практике представлена процедура вычленения и описания символического компонента значения слова на материале говоров Среднего Приобья:

1. Предложена лингвокультурологическая трактовка символического компонента значения слова. Символический компонент осмысливается как структурносемантический элемент культурной коннотации, характеризующийся ситуативной (обряд) и контекстуальной (обрядовый дискурс) обусловленностью. В процессе экс пликации символического компонента в значении слова происходит перегруппировка компонентного состава, в результате которой формируется символическое значение, являющее собой результат обобщения на абстрактном уровне соответствующего признака слова.

2. Представлена классификация слов-символов, отражающая их основные структурно-семантические особенности.

3. Предложена концепция словаря, нацеленная на отображение в толковании всего многообразия проявлений символического компонента в значении диалектного слова.

4. Впервые в качестве эмпирического материала для исследования символического компонента значения слова привлечен диалектный лексический фонд среднеобских говоров.

Научно-практическая значимость исследования заключается в разработке конкретных методик анализа диалектных лексических единиц, содержащих в значении символический компонент.

Собранный материал и полученные в ходе исследования результаты могут использоваться в научно-учебной сфере:

1. При чтении спецкурсов, посвященных проблемам лингвокультурологии, этнолингвистики.

2. В учебных курсах по русской диалектологии и лексикологии и в специальных курсах, посвященных изучению русского языка как иностранного.

3. В лексикографической практике при составлении диалектных словарей и словарей народной духовной культуры, лексических атласов русского языка.

Положения, выносимые на защиту:

1. Механизм формирования символического компонента значения связан с процессом символизации диалектных лексических единиц.

2. Процесс символизации характеризуется обогащением значения слова за счет символического компонента как абстрактной семантики, раскрывающей представления народа об идеальном.

3. Механизмами актуализации в значении диалектного слова символического компонента являются употребление собственно сакральной лексики, а также перевод значения диалектного слова из бытового в символическое по признаку символизируемого явления.

4. Реестр слов-символов в зависимости от механизмов экспликации символического компонента делится на две группы: 1) собственно слова-символы, принадлежащие терминологии обряда и имеющие символическое значение изначально; 2) потенциальные слова-символы, содержащие в денотативном значении признаки, актуализируемые в процессе символизации.

5. Объективация символического компонента в значении лексических единиц проявляется в системных отношениях синонимии (изофункциональности), монофункциональности, полифункциональности, в которые вступают слова-символы.

Апробация работы. Основные положения диссертации были представлены и обсуждались на международных и отечественных научных конференциях: VIII, IX, XI Международной научно-практической конференции студентов и молодых ученых, (Томск, 2008, 2009, 2011 гг.), Международной научной студенческой конференции «Студент и научно-технический прогресс», (Новосибирск, 2008, 2010, 2011 гг.), Международном молодежном научном форуме «Ломоносов», (Москва, 2010, 2011, 2012 гг.), IX, Х, ХII Всероссийской научно-практической конференции молодых ученых «Актуальные проблемы лингвистики и литературоведения», (Томск, 2008, 2009, 2011 гг.). По теме диссертации опубликовано 15 работ.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, списка используемой литературы и двух приложений.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении обосновывается выбор и актуальность темы исследования, формулируются цели и задачи работы, выделяются объект и предмет изучения, характеризуются материал и методы его исследования, определяется научная новизна, раскрывается теоретическая и практическая значимость работы, формулируются положения, выносимые на защиту.

Первая глава «Теоретические предпосылки исследования символической семантики» представляет описание традиций исследования символической семантики в системе научного знания, в ТК, в диалекте, в значении диалектного слова.

В разделе 1.1. «Осмысление символической семантики в контексте научного знания» характеризуются различные взгляды на природу символической семантики.

Научное осмысление символической семантики насчитывает многовековую историю и традиционно связывается с учениями философов Античности: Платона, Августина Аврелия Блаженного; европейских мыслителей Ф. Бэкона, Т. Гоббса, Дж. Локка, И. Канта. В XX веке разработка сущности понятия символ принадлежит ученым, «основоположникам» семиотики: Ф.де Соссюру и Ч.С.Пирсу.

В отечественной науке над проблемой символа работали А.Ф. Лосев, Ю.М. Лотман, М.К. Мамардашвили, А.М. Пятигорский, К.А. Свасьян, В.Н. Топоров, дополняют понимание символа труды Л.Ф. Чертова, В.И. Карасика и др.

Для настоящей работы значимо, что символ выражает связь знака с объектом через идею: высшую степень знаковости (Ч.С. Пирс), как принцип конструирования культуры (Э. Кассирер), как идею (план) содержания, которая служит планом выражения для иного, более ценного содержания (Ю.М. Лотман).

Раздел 1.2. посвящён описанию исследований «Символической семантики как объекта лингвистических рефлексий».

В лингвистике символическая семантика трактуется как реализация абстрактной идеи, образа в наглядном воплощении. Формирование символической семантики основано на сравнении, ассоциативной, образной связи означаемого и означающего. Репрезентантом символической семантики служит символ, являющийся средством постижения абстрактного через конкретное. Сущность настоящего процесса активно исследуется в работах Н.Д. Арутюновой, Е.А. Барляевой, З.В. Белкиной, Ю.А. Гвоздарева, А.Н. Молчановой, М.В. Никитина, З.Д. Поповой, И.А. Стернина, Е.В. Шелестюк и др.

В параграфе 1.3. «Символическая семантика как средство интериоризации традиционной культуры» решается вопрос о правомерности исследования единиц диалектного языка с целью выявления символической семантики в форме символического компонента значения как репрезентанта ТК.

Так, в подразделе 1.3.1. «Понятие традиционной культуры» ТК вписывается в парадигму других типов культур. На основании институциональной формы бытования ТК противопоставляется профессиональной (С.В. Лапина, Ю. Шор, К. Яс перс). По территориальному признаку традиционной (сельской) культуре противопоставлена городская культура (Л.Н. Коган, А.И. Кравченко, Э.В. Соколов); опираясь на характер носителей культуры, ТК противопоставляют элитарной (Э.В. Быкова, Г.В. Калиткина, Н.Г. Михайлова, С.В. Лапина и др.). На основании используемого типа языка носителями элитарной культуры считается городское население, владеющее литературным языком, а ТК – жители села, средством коммуникации которых являются говоры (Н.И. Толстой, 1995).

Мысль о том, что диалектный язык является отражением ТК, развивается в научных направлениях синтезирующего типа: лингвокультурологии, этнолингвистике, диалектной лингвокультурологии (О.И. Блинова, В.А. Малышева, О.А. Новоселова, Е.А. Оглезнева, М.О. Сорокина, Л.Н. Храмцова и др.). Кроме того, изучение особенностей культуры определенных регионов проводится посредством исследования местных диалектов. «Диалект представляет собой не исключительно лингвистическую территориальную единицу, а одновременно и этнографическую, и культурологическую»3.

В связи с этим диалектная речь является не только средством выражения ТК, но и ее слагаемым. Диалектный язык как отражение особенностей мировидения определенной культурной общности входит в понятие ТК. Поэтому в настоящем исследовании, говоря о ТК, мы подразумеваем диалектный язык как одну из форм ее хранения и объективации.

В разделе 1.3.2. «Традиционная культура. Парадигма сущностных характеристик» отражаются особенности ТК, определяющие необходимость хранить и передавать знания о мире при помощи системы символов, позволяющих народу обозначать и объяснять основы мироустройства и формировать собственное мировоззрение и миропонимание в виде абстрактных идей.

1. Синкретичность (С.В. Лапина) или синкретизм (Э.В. Быкова) проявляется в синтезе различных и даже противоположных видов деятельности в рамках ТК.

2. Традиционность соотносится с понятием «традиция» как системой связей настоящего с прошлым, которая является механизмом функционирования культуры (Т.А. Агапкина, А.К. Байбурин, Е.Л. Березович, Э.В. Быкова А.В. Гура, С.М. Толстая, Н.И. Толстой, Т.В. Цивьян, К.В. Чистов и др.). Формирование такого типа культуры связывается в науке с устной формой бытования (А.К. Байбурин, Т.Б. Банкова, П.Г. Богатырев, С.В. Лапина, Г.А. Левинтон, А.А. Потебня, С.М. Толстая и др.).

Все вышесказанное определяет символический характер ТК:

во-первых, в связи с особенностями памяти в бесписьменной ТК коллективом вырабатывались специальные семиотические средства хранения информации, основанные на элементах, способных фиксировать целые культурные тексты в форме символов;

во-вторых, представление о неразрывности материального и духовного проявляется в том, что окружающий мир наделяется народом абстрактными, бытийными потенциями.

В разделе 1.4. «Языковая объективация символической семантики» описывается форма реализации символической семантики в языке и диалекте.

Толстой Н.И. Язык и народная культура. Очерки по славянской мифологии и этнолингвистике.

М., 1995. С. 20.

1.4.1. «Понятие культурной коннотации и символического компонента значения слова». Репрезентантом ТК является диалектный язык, функционирующий в каждодневном общении диалектоносителей и являющийся инструментом живой диалектной коммуникации (Т.Б. Банкова, Г.В. Калиткина, 2000)4. Таким образом, культурная маркированность диалектной лексики не вызывает сомнений.

При описании культурно маркированной лексики одним из основных является понятие культурной коннотации. В настоящем исследовании мы придерживаемся мнения В.Н. Телия и под культурной коннотацией понимаем «разнохарактерную совокупность узуальных устойчивых дополнительных семантических признаков номинативных единиц, которые являются результатом использования данных лексем и их обозначения в определенной лингвокультурной общности»5.

Символический компонент культурной коннотации – «лежащие в основе типовых представлений об окружающем человека мире и образующие особую систему условные значения вещественных знаков, что позволяет описать явления общественной жизни в условных и отвлеченных формах, принадлежащих коллективному сознанию (определенной культуры, социума) и являющихся общеизвестными для всех носителей языка»6.

Корпус исследуемой в настоящей работе лексики включает номинации, представляющие собой диалектные единицы, обозначающие специфические обрядовые реалии, действия и явления. Так, в зону исследования попадают единицы с пометой «диалектное»7, называющие обрядовые действия (просватать, окрутить), участников обряда (дружка, поддружье, подженщик, стряпка), обрядовые кушанья (курник), предметы (уваль, косник, повойник, рукотельник). Список единиц исследования расширяется за счет включения в анализируемый материал общерусских слов, обозначающих еду (блины, кисель, уха), части дома (порог, окно, печь), вещный мир дома (лента, платок, лавка) и др.

В настоящей работе рассматриваются следующие группы лексических единиц:

– предметные – называющие предметы материального мира (имена существительные);

– акциональные – называющие манипуляции, совершаемые с предметами, обозначаются глаголами;

– признаковые – содержащие в своем значении указание на различные признаки предметов и действий (имена прилагательные и наречия).

Вторая глава «Формирование символического компонента значения диалектного слова» содержит исследование процесса образования символического компонента в значении слова.

2.1. «Процесс сакрализации диалектных слов». В настоящей работе мы обращаемся к вербальной сущности обряда как продуктивной эмпирической базе для ис Банкова Т.Б., Калиткина Г.В. Лексикографическое описание обрядового слова. К постановке проблемы // Актуальные проблемы русистики : сб. статей. Томск, 2000. С. 128-143.

Телия В.Н. Русская фразеология: Семантический, прагматический и лингвокультурологический аспекты. М., 1996. С. 105.

Андриевич И.Л. Коннотация как способ представления культуры в лексике семейных обрядов русских старожилов Иркутской области // Вестник Бурятского государственного университета.

2010. Вып. 10. С. 108.

См. Вершининский словарь : в 7 т. / гл. ред. О.И. Блинова. Томск, 1998-2002.

следования лексических единиц, содержащих в значении символический компонент.

Обряд формируют единицы различных кодовых систем (П.А. Алпатова, А.К. Байбурин, В.И. Поповичева, О.А. Седакова, Н.И. Толстой и др.). Для обозначения вербального кода обряда используется термин обрядовый дискурс. Выбор термина дискурс обусловлен трактовкой этого феномена как связного текста в совокупности с экстралингвистическими, прагматическими, социокультурными, психологическими и другими факторами. Дискурс «обращен к ментальным процессам участников коммуникации: этнографическим, психологическим и социокультурным правилам и стратегиям порождения и понимания речи в тех или других условиях» (Н.Д. Арутюнова, 1990, Г.В. Калиткина, 2010)8. Обрядовым дискурс назван в связи с ограничением области настоящего исследования рамками обряда.

Обрядовый дискурс в говорах Среднего Приобья представлен в следующих формах:

1) Единичный текст – форма развернутой реализации символического компонента в рамках одной иллюстрации. Единичный текст представляет собой рассказ диалектоносителя, выстраивающий момент биографии традиционного члена крестьянской общины, соотнесенный с практикой целого коллектива.

2) Комплекс текстов, дополняющих друг друга и составляющих совокупность информации, в которой проявлен символический компонент. Совокупность текстов, имеющих зачастую различную локальную принадлежность, представляет собой фрагменты речи различных диалектоносителей.

Обрядовый дискурс структурируют единицы различного характера. Так нами выделяются следующие:

1. Обрядовые слова конструируют сакральный смысл обряда, эти лексические единицы преодолевают границы бытового значения в переходе от профанного к сакральному9 в процессе сакрализации (термин Т.Б. Банковой, 2006).

В процессе сакрализации значение диалектного слова обнаруживает сакральный компонент. Именно в группе обрядовых слов, обладающих сакральной семантикой, выделяются слова с символическим компонентом значения.

2. Слова-сигналы и распространители являются средствами экспликации символического компонента и содержат информацию об участниках, целях, инструментах, месте, времени, обстановке проводимого обрядового действия. Они создают контекст для слова, содержащего символический компонент в своем значении и позволяют семантизировать содержание этого компонента.

а) Слова – сигналы. Они указывают на последовательность смены эпизодов обряда, временные характеристики, а также на условия проведения обрядового действия.

Сигналы времени характеризуют последовательность и время проведения обрядовых эпизодов, выражаются при помощи наречий: когда, вначале, сначала, потом, опять (опеть), тогда (тода), раньше, сегодня, завтра, назавтра, утром и др., а также существительных и сочетаний слов со значением ‘время, последовательность’: неделя, каждый вечер, в один день, на третий день, и уже всё, и вот.

См. подробнее Арутюнова Н.Д. Дискурс // Лингвистический энциклопедический словарь. М., 1990. С. 136-137; Калиткина Г.В. Объективация традиционной темпоральности в диалектном языке. Томск, 2010. 296 с.

См. Банкова Т.Б. Диалектное слово: материальное и духовное // Вестник Томского государственного университета : бюллетень оперативной информации. 2006. № 112. С. 47-56.

Сигналы места. Служат для обозначения локативных характеристик обрядового действия, выражены наречиями, местоимениями и другими частями речи с семантикой ‘место’: тамо-ка, туда, оттуда, там, где-нибудь (де-нибудь), куда (куды), подальше и др.

Сигналы условия. Вводят условие, служащее для обозначения эпизода обряда или сигнала к смене обрядовых эпизодов: если (еслив), когда (када) в значении «если» и др.

б) Распространители также обладают высоким уровнем функциональности, как и слова-сигналы. Они уточняют значение слова, в состав которого входит символический компонент. Нами выделяется четыре группы распространителей:

Акциональные распространители репрезентируются глагольной лексической единицей и обозначают манипуляции, производимые с предметами, названными словами, содержащими символический компонент: завязать платок, полотенце, разрезать пирог, бросать (бросить), кидать (кинуть), класть (ложить) на блины, изнарядить, украсить курник, ель (ёлочку), готовить, показывать (казать) приданое, ломать, показывать, продавать иголки и др.

Признаковые распространители называют характерные особенности и признаки слова с символическим компонентом значения: длинная вуаль (уваль), большой, красивый сундук, ящик (яшшик), красивая-раскрасивая дуга, новое платье, сладкий пирог и др.

Объектные распространители обозначают предметы (неодушевленные существительные), с которыми совершаются действия, выраженные глаголом с символическим компонентом значения: благословлять иконой, петь песни и др.

Субъектные распространители выражаются одушевленными существительными и указывают на субъекта, на которого направлено действие, обозначенное глаголом с символическим компонентом значения: дарить молодых, выкупать шубника, окручивать невесту, благословлять жениха и невесту и др.

2.2. «Символический уровень сакрализации». В составе обрядовых слов выделяется группа единиц, значение которых развивается до уровня архетипического, вмещая в себя абстрактные представления о процессах мироустройства. Значение таких слов дополняется символическим компонентом в результате символического уровня сакрализации.

Таким образом, в профанном контексте актуализируется денотативный компонент и репрезентируется бытовое значение слова.

В обрядовом же дискурсе происходит перегруппировка компонентов в структуре значения, а именно:

- в процессе сакрализации слово наделяется сакральной семантикой, проявляющей функции называемых предметов, действий, признаков в рамках обряда. Так формируются обрядовые слова.

- сакральная семантика некоторых обрядовых слов развивается до уровня абстрактных, архетипических представлений коллектива об идеальном – в значении таких слов развивается символический компонент.

В рамках обрядового дискурса символический компонент становится ведущим в структуре значения слова, эксплицируется символическое значение. Лексические единицы с символическим значением являются словами-символами.

К примеру, лексема сундук имеет бытовое значение «большой ящик с крышкой и с замком для хранения вещей, ценностей», которое эксплицировано в профанном контексте: «Сундук – для хранения. Вешши хранили каки. Комод ешо есть. Так в ём три яшшика воткнуты. А сундук кто железом обивает, кто просто краской покрасят её; Сходит муж, выпьет, да мимо сядет сундука-то» (ВС, 2002, Т. 6).

В обрядовом дискурсе лексема сундук приобретает сакральное значение – вместилище или часть приданого: «Когда невесту берут – придано готово. Он к жениху это придано везет – раньше чё в приданом было? Сундуки разны: подушки, перины» (ВС, 2002, Т. 6).

Следующий уровень процесса сакрализации – символизация, в результате которой развивается символический компонент значения – ‘материальная состоятельность невесты’. Отсюда выражения «готовить сундук», «большой сундук». Акциональные распространители, обозначающие действия по подготовке сундука (готовить сундук, покупать сундук) раскрывают семантику символического компонента – достижение девушкой брачного возраста: Тебе, Саша, в девках недолго сидеть, тебе сундук надоть готовить, жениха искать [Том. Том.]; Придано готовилось:

подрастёт девка, покупают ей сундук [Том. Пар.].

В рамках обрядового дискурса слово сундук называет не предмет для хранения вещей, а вместилище приданого, свидетельствующее: а) о материальном благосостоянии семьи невесты; б) о достижении девушкой брачного возраста.

Среди обрядовых слов выделяются группы имен, не являющихся словамисимволами:

а) названия чинов и участников обряда: старший боярин, большой боярин, средний боярин, боярин (бояры, бояра), младший боярин, малый боярин, дружка (дружко), тысяцкий, подтысяцкий, сваха, сватья, крестный, провожатка, приданщик, постельник, стряпча, жених, невеста и др.;

б) названия некоторых обрядовых действий: бабить, бабничать, бабствовать, колядовать, сватать, просватать и др.

2.3. «Импликационная основа процесса символизации». Характерной особенностью символизации является ее импликационная основа, на которой строится вторичная семиотизация знака – символизация самих знаков как вещей (Н.И. Никитин, 2007)10. При метафорическом переносе из денотата первичной номинации вычленяются определенные признаки, служащие базой (импликационной основой) для внутренней формы слов-символов.

Символический компонент, таким образом, формируется на основании определенного признака, содержащегося в денотативном значении лексемы.

2.3.1. «Виды денотативных признаков». Символический компонент значения различных групп слов-символов (предметных, акциональных, признаковых) мотивирован определенным реестром признаков, свойственных данной группе. Анализ диалектного материала позволил выявить набор релевантных признаков, характерный для каждой категории слов-символов.

1. Предметные слова-символы. Формирование символического компонента значения предметных слов-символов происходит на основе признаков обозначаемой реалии:

а) Форма и размер. В обрядовом дискурсе значение слова шаль дополняется символическим компонентом ‘оберег жениха и невесты от потусторонних сил’, который формируется в процессе переосмысления денотативного признака реалии, См. Никитин М. В. Курс лингвистической семантики. – СПб, 2007. – 819 с.

связанного с размером (шаль – это большой платок (ВС, 2002, Т. 7). Актуализация символического компонента ‘оберег’ происходит за счет условных категорий, указывающих на этап обряда -после венца-, когда происходит смена статуса жениха и невесты на мужа и жену (молодуху). Так, смена статуса невесты маркируется распространителями: девушка, невеста – молодуха, одна коса – две косы, завязать косы по-бабьи. Использование признака формы и размера как базы для формирования символического компонента ‘оберег’ эксплицируется посредством акциональных распространителей закрывать (шалью), садить под (шаль), сидеть под (шалью):

Тогда свахи закрывают молодуху шалью и плетут две косы [Том. Зыр.]; Когда девушка замуж выходит, так у ней коса одна была. В тут её под шаль садят, и жених заплетает ей косу одну, а другую кто-то другой. Потом косы уже по-бабьи завязывают платочками. Тады уж молодуха не снимает платка [Том. Том.].

б) Материал, состав. На основе признака, связанного с материалом, из которого изготовлена реалия, формируется символический компонент значения слов шуба, войлок, сковородник и др. Символический компонент значения единицы шуба ‘богатая жизнь’ формируется на основе признака, связанного с качеством материала – наличие большого количества волосков. Символическое значение слова-символа шуба реализуется в крестильном обрядовом дискурсе при помощи распространителя класть и маркируется соответствием косматый – богатый: Когда родится ребенок, берут в церкву крестных, мужчину и женщину. С церквы приедут, шубу вверх шерстью положат и приговаривают: «Мой хресник как был под крестом, так чтобы стал под венцом. И как эта шуба космата, так был бы мой хресник богатый». Ну, а потом дома гуляют [Том. Кож.].

2. Акциональные слова-символы. Формирование символического компонента значения акциональных слов-символов связано с обстоятельствами и объектом производимого действия.

Так, глагол шить, шиться имеет бытовое значение: «скреплять соединять края ткани, кожи и т.п. при изготовлении одежды, обуви» (ВС, 2002, Т. 7). Шиться в ВС трактуется как дублет глагола шить.

Символический уровень сакрализации проявляется в обозначении данным действием начала приготовлений невесты к свадьбе после просватанья и имплицитно содержит сему ‘согласие на брак’: Девки у невесты шьются, потом к венцу ведут [Кем. Крап.]; Придут, невесту высватают, пропьют. Потом, после сватовья, девки ходют, шьют, вяжут [Том. Шег.].

3. Признаковые слова-символы. Формирование символического компонента в данной группе слов-символов может происходить на основе признака, отражающего состояние объекта.

Например, в свадебном обряде одно из главных мест занимают эпизоды, связанные с проверкой невинности невесты. Так, в эпизоде демонстрации непорочности невесты актуализируются признаки, связанные с состоянием посуды или иных реалий с семантикой ‘полое, разъятое’: дырявый, бездонный, разбитый, символический компонент значения которых ‘отсутствие девственности невесты’: А после брачной ночи, если невеста худа, то родителей угощают из кружки с бездонным дном, а невесту выводят с женихом на майдан, на середину и обливают холодной водой [Том. Крив.]; Если невеста плохая, на свадьбе-то матери с отцом рюмочку дыряву и подадут [Том. Карг.]; Ладно хорошая девушка, а если плоха, то корыто разбито лежит [Том. Крив.]. Тогда если девка нечестная выйдет, бездонны рюмку берут [Том. Мол.].

2.4. «Механизмы перевода значения слова из бытового в символическое».

Значение лексических единиц дополняется символическим компонентом в результате работы определенных механизмов. Исследованный материал позволил выявить следующие механизмы:

1. Актуализация символического компонента в результате употребления собственно сакральной лексики. Собственно сакральные лексические единицы относятся к терминологии обряда, символический компонент значения изначально заложен в их семантике.

Например, единица смёртное, смёртная (одежда, одёжа) называет реалию, не являющуюся элементом повседневного гардероба. Лексема именует атрибут исключительно похоронного обряда, «одежда, предназначенная для умершего» (СРСГ, 1975): Смёртное – одежда, которую она приготовила для себя. Вот у нее была тряпочка, она ее себе приготовила в смёртное. Там эта тряпочка лежала. [САМ Том. Пар.]; Смёртну одёжу одела [Том. Крив.].

2. Перевод значения слова из бытового в символическое по признаку обозначаемого явления. В отличие от собственно сакральных, большинство обрядовых слов обладает свойством называть факты реальной действительности, а в рамках обрядового дискурса в результате процесса символизации выражать бытийные смыслы.

В говорах Среднего Приобья значение лексической единицы булавка развивается до символического. В свадебном обряде путь из дома невесты в дом жениха трактуется как промежуточное ритуальное пространство, представляющее опасность для невесты (А.В. Гура, 2011)11. Поэтому наряд невесты содержит ряд оберегов (уваль, венец, булавка и др.), защищающих от дурного влияния на этом пути. Символический компонент слова булавка ‘оберег’ формируется на основании признака ‘острота’. На его актуализацию указывает акциональный распространитель приколоть:

Мы когда к жениху ехать собирались, мне тогда мама булавку приколола сюда вот [указывает на воротник] и сюда, вкруг подола на платье, чтоб не сглазили, всяко ведь бывало, а еще пятачок под пятку положила [САМ Том. Нар.].

Третья глава «Объективация символического компонента в значении диалектного слова» посвящена описанию специфики объективации символического компонента в значении диалектного слова.

Объективация символического компонента зависит от механизмов его формирования. Так, нами выделяется две группы слов-символов соответственно механизмам формирования их значения.

В результате механизма употребления собственно сакральной лексики формируются собственно слова-символы.

В итоге перевода значения слова из бытового в символическое по признаку обозначаемого явления формируются потенциальные слова-символы.

Рассмотрим специфику объективации символического компонента в значении лексических единиц каждой из групп.

Гура А.В. Ритуальный путь в славянском свадебном обряде // Пространство и время в языке и культуре. М., 2011. С. 54-69.

3.1. «Собственно слова-символы». Лексемы, традиционно относящиеся к собственно сакральной лексике. В их состав входят названия: 1. Обрядовых кушаний (курник, кутья, каравай и др.); 2. Предметов обрядового оснащения (вуаль (уваль), приданое (придано), венец, смёртное и др.). Символический компонент в семантической структуре собственно слов-символов сливается с денотативным.

3.2. «Потенциальные слова-символы» являются результатом работы механизмов использования денотативного признака как основы формирования символического значения. Выбор термина потенциальные слова-символы обусловлен тем, что такие лексические единицы содержат в своем значении потенцию в виде признака для развития символического компонента.

В зависимости от характера и количества признаков, послуживших основой для процесса символизации, символическое значение потенциальных слов-символов может быть дифференцировано следующим образом.

3.2.1. «Тождественный признак как основа формирования синонимичных слов-символов». Слова-символы могут вступать в отношения синонимии или изофункциональности (в терминологии С.М. Толстой, 2011), если они содержат тождественный признак, взятый за основу при развитии символического значения. Так, символическое значение ‘богатство, изобилие’ может эксплицироваться словами 1) каша, блины, шуба, войлок; 2) обсыпать, дарить, кидать (на блины, пирог), сорить, а семантика ‘оберег от влияния нечистой силы, сглаза’ лексемами выметать, омывать, мыть и др., а также именами предметов отгона – веник, метла, вода, сковородник, булавка и др.

Такие ряды синонимичных слов-символов имеют общее символическое значение, а для каждого отдельного слова-символа такой ряд является одной из парадигм, в которую оно входит.

3.2.2. «Монофункциональные слова-символы». Некоторые потенциальные слова-символы имеют одно символическое значение, объективированное в результате перевода значения слова на основании одного релевантного признака. Выделяются следующие группы монофункциональных слов-символов.

Лексические единицы, обозначающие части дома: ворота, окно, порог, подпол, угол, подклет, пол и др.

ПОРОГ. Основными субъектами, преодолевающими границу в виде порога, являются представители «чужого» для невесты пространства жениха: сваха, сваты, дружка и др. Средством экспликации символического компонента служат акциональные распространители, а также слова-сигналы, маркирующие пространственное положение субъекта по отношению к порогу: у (порога), через (порог), наступать на (порог). Нахождение у порога в момент просватанья объективирует интенцию сватов – желание наладить контакт с миром невесты: Приходили, сватали сваты.

Сваты пришли у порога начинают: «У вас товар, у нас купец», ну и дальше просватают, потом девичник, потом значит у жениха, потом уже сколько-то, тада уже свадьба [САМ Том. Пар.].

Символическое значение ‘граница между «своим» и «чужим» пространством жениха и невесты’ формируется на основании одного признака обозначаемой реалии – «брус на полу в нижней части дверного проема» (ВС, 2001, Т. 5) перед входом в дом. Так, распространители со значением взаимодействия с пограничным простран ством скреплять через порог, наступать на порог актуализируют семантику ‘соединение семей’: Свахи через порог свечи скрепляют [Том. Зыр.]; Дружка три раза наступал на порог [Том. Мол.].

Также к потенциальным словам-символам относятся:

- лексические единицы, обозначающие вещный мир крестьянского дома: лавка, скамья (скамейка), веревка, войлок, колокольчик (шаркунец), мыло, иголка, булавка, зеркало, гармонь, сковородник, квашня, квашонка, литовка, плётка, шуба, лента, коса, платье и др.;

- лексические единицы, обозначающие еду и напитки: пиво, вино, брага, суп, уха, студень, кисель и др.;

- лексические единицы, обозначающие действия: смотреть, глядеть; бить, плакать, водить, шить, дарить, пропивать, мести, мыть, кидать, класть (ложить), петь, танцевать (плясать), скакать, прыгать и др.

ПРЫГАТЬ, СКАКАТЬ. Акциональные слова-символы прыгать, скакать являются синонимами. В обрядовом дискурсе эти глаголы актуализируют символическое значение – ‘преодолевать границу‘.

Как нами было отмечено ранее, свадебный обрядовый дискурс – это описание символического пути жениха и невесты, на котором выстраивается система преград, эксплицированных лексическими единицами со значением ‘граница между своим и чужим пространством’. Так, дорога жениха лежит из «своего» пространства в «чужое» (дом невесты). Границы на данном пути: ворота, веревка, порог, окно, матка, стол и др.

Символический компонент значения глаголов скакать, прыгать актуализируется в обрядовом дискурсе, описывающем эпизод после выкупа, когда жених совершает обрядовое действие – преодоление границы с целью завладения невестой: Теперь, значит, когда приедут женихи с боярами – невеста за столом с подругами сидит, коса расплетена уже и ленты убраны. Теперь там женихи, дружка, поддружье, сваха. Невеста с подружками за столом. Ну вот, рядются-рядются – должен жених через стол перескочить за невестой. Тут девушки охраняют. Ну как бы не было, жених все равно через стол перепрыгнет, невесту схватит. Ну, они отдают, конечно, чё. По рюмочке [выпьют] опять чуть-чуть, поют! [САМ Том. Пар.].

3.2.3. «Полифункциональные слова-символы». Разные признаки одного денотата не символизируются в диалектном языке одинаковым образом. Исследованный материал позволил выявить лексические единицы, имеющие несколько значений, проявляющихся в зависимости от этапа и контекста обряда. Такие лексические единицы являются многозначными или полифункциональными словами-символами.

Символическое значение (символический компонент) полифункциональных слов-символов складывается из семантических вариантов значения, объективирующихся в дискурсе разных этапов обряда. Каждый семантический вариант – результат переосмысления одного признака обозначаемой реалии. Рассмотрим группы полифункциональных слов-символов:

Лексические единицы, обозначающие части дома и предметы крестьянского быта: баня, печь, стол, сундук, ящик, полотенце, тарелка, поднос, стакан, рюмка, бутылка, горшок, кружка, платок, шаль, кокетка, повойник, одеяло (идеяло) и др.

ПОЛОТЕНЦЕ. Символическое значение лексической единицы полотенце в обрядовом дискурсе складывается из нескольких семантических вариантов:

1. Согласие сторон на совершение обрядового действия. Символический компонент объективируется при помощи акциональных распространителей бить, покрыть, обменяться, отдать и др., имеющих значение ‘соединить что-то с чем-то’.

Семантика ‘соединение предметов в обрядовом действии’ переосмысляется в ‘соединения семей’: Рукобитие – это когда приехали свататься родители. Когда высватают, приходит жених, делает рукобитие, полотенцем им руки покрывают [Том. Крив.].

2. Дар, подарок. Формирование семантики связано с представлениями о ритуале дарения, которое является средством заполнения пустоты как источника проникновения потусторонних сил (Б.А. Рыбаков, 1981)12, а также способствует преодолению отчуждения между семьями и установлению родства (СД, 1995): Мать с отцом встречают, подают рюмку, поздравляют, а сноха дарит полотенцы [Том. Зыр.]; Сундук заташшут, сундук открывают, дарят свекра, свекровку, там что наделали девки, может, полотенчик вышит, подарить, вот таки подарки были [САМ Том. Пар.].

3. Трудолюбие, мастерство невесты в выполнении домашней работы. Семантика актуализируется при помощи акциональных распространителей вешать, повесить, развешивать, украшать, украшивать: Молодуха свои полотенцы должна повесить у свекра. Вот приходит в мужнин дом и украшает полотенцами.

На зеркало вешает, на карточки, на иконы. Вышитые, с кружевами [Том. Зыр.];

Раньше украшения, на окна полотенца, на двери полотенца, по стенкам полотенца все расшитые и там цветами, галунцы такие кружево, развешивают, украшают.

Куда она приедет, в женихову квартиру, там уже украшивают [САМ Том. Пар.].

Кроме того, в группу полифункциональных входят:

- лексические единицы, обозначающие еду и напитки: блин, блины, чай, пирог, вино и др.;

- лексические единицы, называющие действия: ходить, садить, сидеть, благословлять, благословить и др.;

- лексические единицы, называющие признаки: белый, черный, красный.

Особое место среди полифункциональных слов-символов занимают признаковые единицы – цветообозначения. Исследованный материал говоров Среднего Приобья позволил сделать вывод о консервативности сибирских крестьян в использовании спектра цветообозначений. Наибольшее распространение в обрядовом дискурсе получают оппозиции белый-черный, красный-белый, таким образом, традиционная картина мира основывается на цветовой триаде белый-черный-красный.

3.3. «Объективации символического компонента в лексикографической практике». Один из способов объективации символического компонента значения – это представление слова-символа в лексикографической практике. Основная задача лексикографического описания слова, в значении которого содержится символический компонент, – представить наиболее полно и системно обозначенный феномен, для этого в настоящей работе применяется метод компонентного анализа (О.С. Ахманова, М.М. Глушко, И.А. Мельчук, А.В.Посох и др.).

Рыбаков Б.А. Язычество древних славян. М., 1981. 606 с.

Компонентный анализ в нашем понимании представляет собой метод исследования значений с целью прослеживания пути объективации символического компонента путем построения цепочки сем, которая служит в качестве базы для лексикографической интерпретации символического значения слова-символа. Так, определяем все семы, составляющие значение интересующей нас лексемы, путем анализа дефиниции слова, прослеживаем семантические связи между семами (из сочетаемости с иными обрядовыми словами, распространителями, словами-сигналами) в обрядовом дискурсе.

В работе представлен 3.3.1. «Компонентный анализ предметных словсимволов», а также 3.3.2. «Компонентный анализ акциональных словсимволов».

Проиллюстрируем анализ предметного слова-символа на примере лексемы матка (матица).

В крестьянском доме матка – это балка, поддерживающая потолочный настил.

Матка – вот стена и вот стена, а тут бревно кладется толстое. Сейчас замазано, а раньше видно было [Том. Том.]. Слово матка является производным от мать и несет в себе соответствующую символическую семантику.

Большой толковый словарь русского языка содержит семь толкований лексической единицы МАТЬ:1. Женщина по отношению к рождённым ею детям. 2. Самка по отношению к своим детёнышам. 3. Разг. О том, от которого или в котором зарождается, образуется что-л. новое или подобное ему. 4. (обычно в обращении). О женщине, жене. 5. О жене священника или монахине (обычно присоединяется к имени или званию). 6. Источник (во 2 знач.), начало чего-н., а также о том, что дорого, близко каждому.7. Трад.-нар. О том, что является родным, близким, дорогим, представляя собой какую-л. духовную ценность (БТС, 2000).

Анализ дефиниции позволяет реконструировать фрагменты действительности, которые закреплены за словом мать: женщина (1) + жена(4) +рождение (рожденные дети (1) + зарождение нового (3) + дети (1) + начало (6) + духовная ценность (7) источник жизни (6).

Каждая из перечисленных сем вступает в системные отношения с референтами.

Например, сема ‘женщина’ связана с референтами ‘жизнь’, ‘рождение’. А семы ‘источник, начало’ связаны с ‘духовной ценностью’. Этот же ряд демонстрирует, как происходит символизация значения слова мать до обобщающего смысла: самый важный человек, без которого невозможно существование; символ жизни; ‘нет матери – нет жизни’.

В диалекте есть лексическая единица матка (матица) с корнем -мат-. В ВС матка толкуется как самка-производительница у животных, самка в пчелином улье, способная откладывать яйца, женский половой орган, в котором развивается зародыш, а также балка, поддерживающая потолочный настил в доме (ВС, 2000, Т. 3).

Матка как строительный элемент является неотъемлемой частью дома, без которой дом не может стоять. Денотативный компонент значения, актуализированный в функции матки – «держать дом», становится ведущим при именовании данной реалии. На основании данной семы происходит символизация слова. Матка – средоточие устойчивости, «силы» дома – эксплицируется посредством распространителей манипуляций, действий с предметом, этим словом названным. Отсюда сидение под маткой, «возложение» подарков под нее, прикосновение к источнику силы и покровительства в поисках помощи.

Кроме того, формирование символического значения связано с бытовой функцией матки – деление дома на две половины (избу/ горницу, часть у порога/ красный угол). За матку, в «свое» пространство, гости «чужие» могли пройти только по приглашению. Так, если сваты садятся под матку, это означает их желание получить статус «своих»: Сядут там-отка, садятся под матку, пришли посвататься за дочку, она согласна пойти, благослави. Братовьям вино приносят, собирают родню, лошадей 20 – это поезд [Том. Крив.].

Таким образом, рассмотрение лексемы матка в обрядовом дискурсе говоров Среднего Приобья позволило вычленить следующие дефиниции:

1. Балка, служащая для поддержания потолка. Строительный элемент дома, его неотъемлемая часть. На основе бытовой дефиниции развивается символическое значение - ‘элемент дома, средоточие силы, защиты от потустороннего влияния.

Выполняет функцию оберега’.

2. Строительный элемент, делящий дом на две половины: порог / красный угол.

На базе бытового значения объективируется символическое – ‘граница между «своим» и «чужим» пространством’.

3.4. «Словарь символов сибирской свадьбы».

Лексикографическое описание слов-символов имеет целью показать способность последних отображать специфику ТК и мировидение народа, в котором слито бытовое и бытийное, профанное и сакральное.

Состав словаря.

Словарь символов охватывает лексику, принадлежащую говорам Среднего Приобья. Настоящий словарь является тематическим, он включает лексику, относящуюся к такой сфере человеческого бытия, как свадебный обряд. Единица описания в словаре – слово-символ, имеющее символический компонент значения.

Структура словарной статьи.

Словарная статья «Словаря символов сибирской свадьбы» состоит из следующих компонентов:

1. Заглавное слово представлено исходной формой, дается в орфографической записи. Например: ВЕРЁВКА, ЗЕРКАЛО.

2. Толкование символического значения.

Толкование слова-символа осуществляется энциклопедическим способом. Это связано с необходимостью не только описать денотативный компонент, но и ввести в толкование коннотативное значение, репрезентантом которого является символический компонент. Толкование слов-символов предполагает несколько этапов:

1. указание на символическое значение слова с учетом его семного состава;

2. анализ обрядового дискурса;

3. обозначение распространителей;

4. интерпретация признаков денотата, на основании которых сформировалось символическое значение; представление информации, отражающей внеязыковую действительность и имеющей культурологическую направленность.

3. Иллюстративный материал.

В качестве иллюстративного материала в словаре представлен обрядовый дискурс.

4. Система помет.

1. М – При заглавном слове используется помета М – «многозначный» для идентификации полифункциональных слов-символов.

2. Наличие синонимов у слова-символа в словарной статье маркируется перечнем лексических единиц, помещенных в скобки.

5. Источники словаря соотносятся с источниками диссертационного исследования.

6. Пример словарной статьи.

СТОЛ М 1. Соединение семей жениха и невесты, согласие участников обряда с каким-либо решением, событием. Сесть за стол.

Символическое значение определяется бытовыми функциями реалии. Стол – место сбора членов семьи, «своих». Приглашение за стол свидетельствует о присвоении гостю статуса «свой». Нахождение за одним столом во время свадебного обряда символизирует соединение сторон жениха и невесты и сигнализирует о согласии с проводимыми обрядовыми действиями: Тогда сели за стол, это уже прощай, назначили свадьбу [Том. Пар.]; [После венчания] Молодые... они теперь не жених и невеста, молодые стали, встретят и за стол садятся [Том. Пар.]. Соединение мира жениха и мира невесты маркируется сменой отдельных номинаций жених, невеста на единую – молодые.

2. Этап обряда – одаривание участников обряда. Невестин стол, молодухин стол, стряпкин стол – название этапов свадебного обряда, обозначающих застолье, которое сопровождалось одариванием участников свадьбы (молодых, стряпку): Невестин стол, триста рублей накидывали, молоды угощенье заплатит, пирог разрезает [Том. Колп.]; Вот сегодня погуляли, а назавтра молодухин стол [Том. Пар.];

Стряпкин был стол, кода свадьба отходит, молодые угощают, начинаются блины, выставляют стряпке на стол [Том. Том.].

В Заключении подводятся итоги исследования, намечаются перспективы дальнейшей работы.

Проведенное исследование позволило описать статус, специфику формирования и объективации символического компонента в значении диалектного слова как факта «оязыковления» символической семантики, репрезентирующей ТК.

Исследование символического компонента, представленное в данной работе путем описания механизмов его формирования и специфики объективации, позволило сделать ряд выводов.

1. Символический компонент носит узуальный характер. Контекстом, репрезентирующим символический компонент значения, выступает обрядовый дискурс, являющий собой факт живой коммуникации диалектоносителей.

2. Формирование символического компонента связано с процессом символизации, характеризующимся обогащением значения слова абстрактной семантикой, раскрывающей представления народа об идеальном.

3. Описание объективаций символического компонента позволило выявить универсальность ТК – наличие взаимосвязи в ней жизни и смерти, быта и бытия, будней и праздников. Универсальность ТК явлена в многообразии системных отношений слов-символов, объективированных в синонимии, способности иметь единичную и множественную семантику.

Перспективным видится описание взаимодействия символического компонента значения слова с иными компонентами культурной коннотации (экспрессивным, образным, оценочным и др.), а также исследование символического компонента в других формах языка и культуры.

Приложение 1 содержит фрагмент «Словаря символов сибирской свадьбы». В Приложении 2 приводится список условных сокращений.

По теме диссертации опубликованы следующие работы:

Статьи, опубликованные в журналах, входящих в перечень рецензируемых научных журналов и изданий 1. Тараканова Д.А. Механизмы перевода значения диалектного слова из «бытового» в символическое / Д.А. Тараканова // Вестник Томского государственного университета. – 2012. – № 354. – С. 27-30.

2. Тараканова Д.А. Символическое в семантике цветообозначений в народной культуре (лингвокультурологический аспект) / Д.А.Тараканова // Вестник Томского государственного университета. – 2012. – № 360. – С. 15-17.

Публикации в других научных изданиях 3. Никифорова (Тараканова) Д.А. Слова-символы в сибирском обряде / Д.А. Никифорова // Коммуникативные аспекты языка и культуры : сборник материалов VIII Международной научно-практической конференции студентов и молодых ученых : в 2 ч. – Томск : Изд-во Том. политех. ун-та, 2008. – Ч. 1. – С. 215-217.

4. Никифорова (Тараканова) Д.А. Проект словаря символов народного обряда (лингвокультурологический аспект) / Д.А. Никифорова // Актуальные проблемы лингвистики и литературоведенья : материалы IX Всероссийской научнопрактической конференции молодых ученых. – Томск : Изд-во Том. гос. ун-та, 2008.

– С. 88-90.

5. Никифорова (Тараканова) Д.А. Проект словаря символов народной культуры (лингвокультурологический аспект) / Д.А. Никифорова // Коммуникативные аспекты языка и культуры : сборник материалов VIII Международной научнопрактической конференции студентов и молодых ученых : в 3 ч. – Томск : Графика, 2008. – Ч. 3. – С. 258-263.

6. Никифорова (Тараканова) Д.А. Категория признака в символическом языке культуры / Д.А. Никифорова // Коммуникативные аспекты языка и культуры :

сборник материалов IX Международной научно-практической конференции студентов и молодых ученых : в 2 ч. / гл. ред. С.А. Песоцкая. – Томск : Изд-во Том. политех. ун-та, 2009. – Ч. 2. – С.77-79.

7. Никифорова (Тараканова) Д.А. Функция вещи в народном обряде как основа формирования символического значения диалектного слова (лингвокультурологический аспект) / Д.А. Никифорова // Студент и научно-технический прогресс.

Языкознание : материалы XLVIII Международной научной студенческой конференции. – Новосибирск, 2010. – С. 10-11.

8. Никифорова (Тараканова) Д.А. Особенности формирования символического значения диалектного слова (лингвокультурологический аспект) / Д.А. Никифорова // Ломоносов – 2010 : материалы Международного молодежного научного форума. – М. : МАКС Пресс, 2010. – С. 210-211.

9. Никифорова (Тараканова) Д.А. Признаковый компонент значения символического диалектного слова (лингвокультурологический аспект) / Д.А. Никифорова // Актуальные проблемы лингвистики и литературоведения : Материалы XI Всерос сийской научно-практической конференции молодых ученых / под ред. А. А. Казакова.– Томск : Изд-во Том. гос. ун-та, 2010. –Вып. 2. – С. 153-157.

10. Тараканова Д.А. Значение диалектного слова: механизмы перевода от бытового к символическому (лингвокультурологический аспект) / Д.А. Тараканова // Студент и научно-технический прогресс. Языкознание : материалы XLIX Международной научной студенческой конференции. – Новосибирск, 2011. – С. 16-18.

11. Тараканова Д.А. Семантика диалектного слова: перевод от бытового к символическому (лингвокультурологический аспект) / Д.А. Тараканова // Коммуникативные аспекты языка и культуры : сборник материалов XI Международной научнопрактической конференции студентов и молодых ученых : в 2 ч. / гл. ред. С.А. Песоцкая. – Томск : Изд-во Том. политех. ун-та, 2011. – Ч. 2. – С. 211-214.

12. Тараканова Д.А. Опыт интерпретации символического значения слова в диалектном словаре лингвокультурологического типа / Д.А.Тараканова // Ломоносов – 2011 : материалы Международного молодежного научного форума. – М. : МАКС Пресс, 2011. – С. 512-513.

13. Тараканова Д.А. Характер символических лексических единиц в говорах Среднего Приобья (лингвокультурологический аспект) [Электронный ресурс] / Д.А.Тараканова // Ломоносов-2012 : материалы Международного молодежного научного форума / отв. ред. А.И. Андреев, А.В. Андриянов, Е.А. Антипов, К.К. Андреев, М.В. Чистякова. – Электрон. дан. – М. : МАКС Пресс, 2012. – 1 CD-ROM.

14. Тараканова Д.А. Цветовая символика в говорах Среднего Приобья (лингвокультурологический аспект) / Д.А.Тараканова // Студент и научно-технический прогресс. Языкознание : материалы Международной научной студенческой конференции. – Новосибирск, 2012. – С. 125-127.

15. Тараканова Д.А. Механизм вычленения символической семантики в диалектном слове (лингвокультурологический аспект) / Д.А.Тараканова // Актуальные проблемы литературоведения и лингвистики : материалы конференции молодых ученых : в 2 т. / под ред. А.А. Казакова.– Томск : Изд-во Том. гос. ун-та, 2012. – Вып. 13, т. 1 : Лингвистика. – С. 254-257.

Подписано в печать 08.10.2012 г.

Формат А4/2. Ризография Печ. л. 1,5. Тираж 100 экз. Заказ № 05/10-Отпечатано в ООО «Позитив-НБ» 634050 г. Томск, пр. Ленина 34а







© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.