WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

ВОЕННЫЙ        УНИВЕРСИТЕТ МО РФ

-------------------------------------------------------------------------------------------------                

На правах рукописи

  ДАНИЛИНА

                 Лариса Юрьевна

Лингвопрагматические особенности коммуникативных актов несогласия в диалогическом дискурсе

(на материале английского и русского языков)

Специальность: 10.02.19 – теория языка

       

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата филологических наук

                               Москва – 2011 г.

Работа выполнена на кафедре английского языка (вторых языков) Военного университета РФ

Научный руководитель:  доктор филологических наук, профессор, действительный член Российской академии социальных наук Евгений Владимирович Сидоров.

Официальные оппоненты:

Доктор филологических наук, профессор Алла Петровна Миньяр-Белоручева

Кандидат филологических наук, доцент Баграмянц Нонна Левенбертовна

Ведущая организация: Московский государственный областной университет.

Защита диссертации состоится на заседании диссертационного совета Д.215.005.01 в Военном университете « 26 » января 2012 г. в 11 часов по адресу: Москва, Волочаевская ул., д.3/4. Тел. для справок: 267-09-01.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Военного университета.

Автореферат разослан «___» декабря 2011 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

кандидат филологических наук, доцент  Нечаевский В.О.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Настоящее исследование посвящено лингвопрагматическому анализу явления вербального обозначения несогласия в диалоге. Обозначения такого рода часто имеют место в диалогах, например:

1) - Красота…- Пойдешь со мной?

- Нет. Здесь постою1.

2) -It’s unoriginal. You get no needle in me with ideas like that2.

(В твоей идее нет ничего оригинального. Вряд ли ты сможешь меня заинтересовать.)

Таким образом, исследованию подлежат высказывания диалога, областью референции которых является позиция несогласия говорящего как одного из участников диалогического взаимодействия. Формальным признаком высказывания такого типа является наличие в его составе словесных единиц, обозначающих несогласие. Но особенности таких высказываний не сводятся к только формальным показателям. Следует полагать, что высказывания такого рода играют в диалогах заметную роль, прежде всего в регулировании взаимоотношений между партнерами как участниками словесной интеракции, в организации самой вербальной диалогической интеракции как определенной целостности.

Рабочая гипотеза исследования. На основе допущения об интерактивной природе диалогического дискурса, представляется рациональным полагать, что диалогические реплики с обозначением несогласия являются интерактивно значимыми компонентами диалога, что их значение, структура и другие свойства обеспечивают выполнение ими определенных функций по управлению деятельностью реципиента в интересах говорящего, знаковой координации деятельностей коммуникантов и тем самым в оптимальной организации словесной интеракции как целого.

По-видимому, побуждение к употреблению высказывания рассматриваемого типа состоит не просто в констатации факта действительного или предполагаемого несогласия, но, путем предъявления вербального обозначения несогласия, в побуждении реципиента к определенному действию, а также в побуждении его к тому, чтобы принять определенное представление о действиях и личности говорящего, осознать их соответствие  определенным нормам и правилам. 



Актуальность темы исследования состоит в том, что исследование феномена вербального обозначения несогласия отвечает потребности современного языкознания в разработке научных концепций интерактивной обусловленности прагмасемантической организации диалогического дискурса.

Объектом исследования является диалогическая речь на английском и русском языках.

Предметом исследования являются лингвопрагматические закономерности употребления высказываний с обозначением несогласия в диалогической речи на английском и русском языках.

Цель и задачи исследования. Цель данного исследования состоит в выявлении лингвопрагматической обусловленности употребления языковых средств, используемых говорящим для построения диалогических высказываний с обозначением несогласия, и в установлении функций, возлагаемых в коммуникации на эти средства.

В соответствии с целью исследования в диссертации ставятся следующие задачи:

  • систематизировать разработанные в языкознании научные взгляды на интерактивную природу диалога для формирования теоретического основания для анализа ситуаций обозначения несогласия в диалоге;
  • исследовать ситуации обозначения несогласия в диалоге как частный случай языковой номинации в плане выявления его семантико-прагматической мотивации;
  • исследовать разнообразные ситуации употребления высказываний с обозначением несогласия с целью изучения лингвопрагматически значимых свойств высказываний данного дискурсивного типа;
  • выявить основные виды функций  высказываний с обозначением несогласия в диалогическом дискурсе;

- выявить особенности реализации коммуникативных стратегий и тактик способом обозначения несогласия в диалоге.

Научная новизна настоящей работы заключается в следующем:

1. Впервые выявляется и получает интерактивно-деятельностное описание особый тип диалогического дискурса,  дискурс, референциально соотносящийся с феноменом несогласия в диалоге. Впервые выявляется и получает описание интерактивно-деятельностный механизм речевого воздействия и лингвопрагматической регуляции диалога способом вербального обозначения несогласия.

2. Впервые получают систематическое интерактивно-деятельностное описание семантические особенности высказываний диалогического дискурса с обозначением несогласия на материале русского и английского языков.

3. Впервые выявляются основные типы функций высказываний диалогического дискурса с обозначением несогласия в организации диалога как словесной интеракции.

4. Впервые устанавливается зависимость между типом функции и типом структурно-семантической организации диалогического дискурса с обозначением несогласия.

5. Впервые обосновывается идея зависимости семантической организации высказываний от интеракциональных мотивов в процессе номинации особого рода, а именно номинации несогласия в диалоге.

На защиту выносятся следующие научные положения:

       1. Проведенное исследование подтверждает, применительно к феномену словесного обозначения несогласия, статус знаковой координации деятельностей говорящего и адресата как потенциального реципиента в диалоге в качестве базового механизма дискурса на английском и русском языках, а также необходимость и продуктивность изучения дискурсивной номинации в контексте лингвопрагматической деятельностной интеракции.

2. Высказывания с обозначением несогласия в диалоге образуют особую разновидность дискурса. Феномен вербального обозначения несогласия следует рассматривать в качестве интерактивно значимого компонента построения диалога.

  3.Семантическая природа высказывания с обозначением несогласия не является механически отражательной, а характеризуется прагматической, сопряженно-деятельностной обусловленностью и значимостью с точки зрения организации деятельностной интеракции в диалоге. Несогласие, входящее в систему диалога, получает наименование и входит в систему семантики диалога не потому, что оно каким-то отвлеченным от речевой деятельности способом отражается как действительная реальность, а потому, что его номинация интерактивно необходима для организации диалога как оптимального координационного взаимодействия.

4.Высказывания диалогического дискурса с обозначением несогласия  являются средством такого логического и эмоционально-оценочного влияния на реципиента - партнера по диалогу, которое направлено на достижение коммуникативных и внекоммуникативных целей диалога как системы координационной интеракции деятельностей его участников.

5.Структурная организация высказываний диалогического дискурса с обозначением несогласия разнообразна – от однословной номинации до предложения разных типов и даже ряда предложений. Разнообразие типов высказываний данной разновидности обеспечивает многообразие функций, выполняемых данным коммуникативным образованием в целесообразном формировании диалога как деятельностной интеракции.

6.Высказывания с обозначением несогласия выступают как регулятивное звено диалога, позволяющее в ходе формирования диалога как вербальной  интеракции: предлагать знаковую программу управления поведением партнера; детерминацию речевого поведения партнера; детерминацию неречевого поведения партнера; детерминацию мыслительной активности партнера; смешанные формы детерминации; предлагать партнеру ситуацию, в которой могут быть результативно согласованы действия партнеров (знаковое формирование моделей ситуации в целях координации действий), осуществлять другие функции по управлению поведением партнера по диалогическому взаимодействию.

Теоретическая значимость  научных результатов исследования состоит в продуктивном развитии, которое получают в данной диссертации перспективные научные представления о речевом процессе как системе взаимной координации деятельностей его участников. Материалы исследования и полученные научные выводы существенным образом уточняют научное представление о диалоге как форме употребления языка, в которой осуществляется социовербальная интерактивная регуляция деятельностей ее участников, а также о координационных мотивах употребления языковых средств для обозначения несогласия, о семантических, функциональных и структурных свойствах такого рода средств.

Практическая значимость диссертационного исследования заключается в том, что полученные результаты могут использоваться в курсах коммуникативной лингвистики, культуры речи, риторики, в теории речевой коммуникации, в практике развития навыков диалогической речи в рамках курсов иностранных языков, в частности при формировании навыков интерактивно значимой номинации несогласия как средства целесообразного формирования диалогического взаимодействия.

       Материалом настоящего исследования послужили диалоги, взятые из произведений художественной литературы, видео- и кинофильмов на русском и английском языках, а также собственные наблюдения автора за диалогической речью окружающих.

Методологическую и теоретическую основу диссертации составили труды российских и зарубежных ученых, посвященные описанию речевой деятельности как важнейшей стороны языка, анализу речевой коммуникации как социовербального взаимодействия людей. Методы исследования определены его целью и задачами, а также объективной спецификой изучаемого предмета и включают моделирование речепсихических процессов как основной метод с опорой на психолингвистическую методологию, разработанную в отечественной теории речевой деятельности Л.С.Выготским, Л.В.Щербой, А.Н.Леонтьевым, А.А.Леонтьевым, А.Р.Лурией, Е.Ф.Тарасовым и их последователями, метод интроспекции и интерпретации текста, метод структурно-функционального анализа дискурса, метод контекстно-ситуативного анализа высказываний, элементы стилистического анализа.





       Апробация работы осуществлена в научных статьях, в виде научных докладов на заседаниях кафедры английского языка (вторых языков) Военного университета, на научных конференциях в Военном университете, в Московском государственном областном университете, в Российском государственном социальном университете, в Московской академии образования Натальи Нестеровой и других вузах, на Международном социальном конгрессе.

       Структура и объем работы.  Работа включает Введение, две главы, Заключение, список использованной научной литературы, список источников языкового материала, выполнена на 168 стр.

Во Введении обосновывается актуальность исследования, определяется теоретическая значимость полученных результатов, формулируются цель и задачи исследования, приводятся положения, выносимые на защиту, приводятся сведения об апробации научных результатов, о методах и материале исследования.                

       Глава 1 диссертации посвящена обоснованию представления о диалоге как о социовербальном процессе координации деятельностей его участников, об интерактивной стороне речевой деятельности вообще и диалогической ее формы в частности; вводятся и обосновываются понятия координационного феномена несогласия в диалогическом дискурсе и лингвопрагматической регуляции диалога; обосновывается представление о прагматической, сопряжено-деятельностной обусловленности семантики высказываний с вербальным обозначением несогласия, обосновывается идея конструктивной функциональности высказываний с вербальным обозначением несогласия.

       Глава 2 диссертации посвящена рассмотрению особенностей семантики высказываний с вербальным обозначением несогласия, принадлежности данных обозначений разнообразным дискурсивным формам, стратегиям и тактикам речевого взаимодействия, а также участия данных речевых образований в формировании плана оценочности, рассмотрению когнитивных и прагматических характеристик, особенностей языковых средств высказываний с вербальным обозначением несогласия, а также выявлению разнообразных функций, выполняемых высказываниями данного типа в диалогической интеракции.

       В Заключении подводятся итоги работы, формулируются общие выводы, намечаются возможные пути дальнейших исследований интерактивной обусловленности ресурсов языка в коммуникации, формулируются предложения по использованию полученных научных результатов в практике.

       В диссертации также имеется список использованной литературы и список источников исследованного языкового материала.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Глава 1. Интерактивная природа дискурса и вербальное обозначение несогласия в диалоге.

       Исследование высказываний с обозначением несогласия в диссертации основывается на разрабатываемом в современном языкознании представлении о дискурсе и диалогическом дискурсе как межличностно-вербальной деятельностной интеракции.        

Последовательность событий в диалоге можно представить следующим образом. Инициатор диалога, выстраивая первую, инициирующую  реплику, выражает, прежде всего, свое коммуникативное намерение (интенцию) и эмоциональное состояние, соответствующее социальной и психологической роли, и, пользуясь общим со вторым коммуникантом кодом, воздейст­вует на него, либо сообщая новые знания и тем самым изменяя мир знаний реципиента, либо побуждая его к совершению некоторого действия и тем самым изменяя положение дел в мире и т. д. Партнер инициатора, выстраивая вторую, реактивную  реплику, сопоставляет полученную инфор­мацию с той, что имеется в его когнитивном мире, тезаурусе, понимая суть сказанного и вычленяя намерения инициатора, совершает ряд когнитивных операций и определяет направление собственного реагирования в сторону унисонных (согласие) или диссонансных (разногласие) взаимодействий с партнером.

И реплика инициатора, и ответная реплика могут содержать вербальные обозначения несогласия, как, например, в диалоге

  • He seems quite a drab little man.
  • Yeah. Probably has a run-down office someplace, over a garage.
  • Oh, darling. Don’t be such a bastard3.

(- Он выглядит совсем никчемным человечком.

- М-да. Возможно, у него где-то имеется убежище, что-то вроде офиса над гаражом.

- О, дорогой, не будь таким злым)

На уничижительную оценку ситуации и личности третьего лица одним участником диалога его партнер по диалогу отвечает знаками несогласия – («Oh, darling. Don’t be such a bastard») которые представляют собой вербальную реакцию на высказывание партнера, но одновременно и знаковую программу речепсихического действия для партнера (осознания излишне резкой, лишенной снисходительности позиции говорящего относительно личности третьего лица).

Если намерения инициатора оказываются приемлемыми для слушающего (потенциального говорящего), то в ответной реплике партнера реализуются поддакивание, несогласие, одобрение и т. п. Но если первый партнер не удовлетворяет ожидания (экспектации) второго, то в ответной реплике — несогласие, отказ, протест и п. Поскольку в диалоге так же много социального, как и речевого, диалог считают социально-речевым образованием, в котором есть ориентировка на другое лицо (прагматическая адресация) как конкретную социально-детерминированную личность со своим статусом и ролями. Эта ориентировка выражается, в частности в семантике вербальных построений, составляющих реплики диалога. Ориентировка на другое лицо, как мы полагаем, определяет и вербальные обозначения несогласия, входящие в реплики участников диалога.

Диссертация основана на представлении об интерактивной природе диалога. Представление о дискурсе как о явлении принципиально интерактивной природы знаменует, как мы полагаем, формирование новой, более содержательной парадигмы взглядов на дискурс.

С особой яркостью представления о социально-интерактивной природе высказывания сформулированы в работах М. М. Бахтина. В частности, выдающийся теоретик указывает, что конкретное высказывание «родится, живет и умирает в процессе социального взаимодействия высказывания». Его значение и форма в основном определяются формой и характером этого взаимодействия. Оторвав высказывание от этой реальной питающей его почвы, мы теряем ключ как к его форме, так и к его смыслу, - в руках у нас остается или абстрактно-лингвистическая оболочка, или абстрактная же схема смысла (пресловутая «идея произведения» старых теоретиков и историков литературы)4.

Высказанные научные представления имеют непосредственное отношение к изучаемому нами явлению – к дискурсу, отмеченному обозначением несогласия, изучение которого требует анализа целостного дискурса, в котором эти речевые образования употребляются с учетом предполагаемого мотива, семантического содержания и фактора адресата: ведь нет никакого смысла в том, чтобы говорящий сам себя информировал о том, что ему и без того известно.

Ведущей стороной, или функциональной доминантой, диалога является вербальная реализация позиций участников диалога, направляемых на партнера и реализуемых никак иначе, как в диалоговых шагах, или репликах, и проявляющаяся, в частности, как мы полагаем, в вербальном обозначении несогласия в диалоге.

В силу сопряженно-деятельностной природы дискурса он может быть осмыслен в терминах прагматики.  Известно, что прагматический аспект языка и общения связан с отношением человека к языковым знакам, с выражением его установок, оценок, эмоций, интенций при производ­стве (и восприятии) речевых действий в высказываниях и дискурсах.

Действительно, трудно себе представить формы, в которых на текст (дискурс) может быть оказано определяющее влияние со стороны прагматических, психологических, гносеологических, социокультурных и других однопорядковых факторов вне коммуникативных деятельностей участников акта общения с текстом (дискурсом), в обход деятельности или каким-то еще другим путем. В этом отношении показательно определяющее влияние на текст (дискурс) такого прагматического фактора, как принципы, или постулаты, общения, которыми руководствуются коммуниканты. Эти постулаты, бесспорно, определяют природу дискурса, поскольку последний выстраивается на соблюдении или не соблюдении данных постулатов. Но сами эти постулаты влияют на построение дискурса лишь в той мере, в какой они представлены в коммуникативных деятельностях участников общения и реализованы ими. Есть все основания утверждать, что речь погружена в жизнь через коммуникативные деятельности общающихся.

Освещая вопрос о характере прагматической детерминации речевого поведения, выявляемой в употреблении обозначений несогласия в составе дискурса, следует прежде всего сделать общий вывод о том, что такого рода детерминация реально прослеживается при анализе речевого материала с учетом факторов, сопутствующих речевому общению. Следующее заключение, к которому мы приходим,  выявляя характер социальной детерминации речевого поведения, состоит в том, что семантические факторы влияют на речь коммуникантов не сами по себе и не прямо и непосредственно, а через посредство психической активности самих коммуникантов, выступая уже в качестве личностных, индивидуальных психических факторов.

Опыт восприятия текстов не может не сформировать в сознании, а также и в подсознании коммуниканта интуитивного чувствования того, как воспринимается обозначение несогласия в составе текста, и, употребляя такое обозначение, говорящий, скорее всего, интуитивно исходит из некоторого ощущения или представления о том, как данная словесная форма будет воспринята реципиентом.

Тем самым детерминация вербального поведения коммуниканта со стороны желаемого воздействия на коммуникативную деятельность реципиента, в частности, реализующееся в форме обозначений несогласия в составе дискурса, занимает вполне определенное место  в системе сил, взаимодействующих в акте речевой коммуникации5.

Приведенное описание вербальных обозначений несогласия в диалоге позволяет сделать вывод о том, что эти формы обладают общим назначением – осуществлять знаковую координацию деятельностей партнеров по взаимодействию путем знакового управления действиями реципиента.

Во всяком случае, в понятие «предмета мысли» и «знания говорящего о положении дел», составляющих то, что определяет в высказывании выбор номинации, следует так или иначе включить идею побуждения реципиента к определенному  поведению. Что же касается вербального обозначения несогласия, то номинации, выбираемые для этого, нередко обозначают то, чего еще нет; таким образом, речь идет о «положении дел», которого к моменту речи еще не существует, и относительно которого нельзя с полной уверенностью утверждать, что оно сложится как именуемая  уже не только ментальная, но и предметная, событийная реальность.

Явление вербального обозначения несогласия в диалоге по своей функциональной значимости в организации диалога как совокупности координируемых речевых действий участников и, в конечном итоге, как интерактивной знаковой конструкции, направленной на обеспечение успешной интеракции, заслуживает того, чтобы этому явлению был присвоен статус особого способа знакового управления поведением партнера по диалогу.

Этот вывод заслуживает того, чтобы быть сформулированным отдельно: вербальные обозначения несогласия в диалоге представляют собой специфический способ знакового управления поведением партнера по диалогической интеракции и тем самым знаковой координации деятельностей коммуникантов в диалоге. В главе предложено общее описание феномена обозначения несогласия в диалоге. Высказывания, обозначающие несогласие в диалоге, обладают особенными значениями и интерпретациями.

Например, в диалогическом фрагменте

-- А что же я должен говорить?

- А что хочешь. Шел, поскользнулся, упал, очнулся и так далее.

- Я лгать не буду… 6

на оценку ситуации одним участником диалога, его партнер по диалогу отвечает знаками несогласия – усиливающим оценку вербальной реакцией на высказывание партнера, но одновременно и знаковую программу речепсихического действия для партнера (осознания оценочного, ценностного несогласия партнера по диалогу по отношению к позиции говорящего). Тем самым выявляется интерактивная природа знаков несогласия. При этом обозначение несогласия позволяют вводить в прагматическое поле дискурса логическую, причинно-следственную мотивацию данного побуждения. Используя данные вербальные обозначения несогласия, говорящий исходит из некоторых допущений (знаний) относительно личности и деятельности партнера (он знает, что партнер поймет его речь; он знает, что партнер способен принять и, скорее всего, будет склонен принять оценку события как неприемлемого, поскольку это в его возможностях; он допускает высокую вероятность принятия реципиентом предлагаемой оценки события).

Таким образом, говорящий действует под влиянием представлений о личности и деятельности адресата; он производит высказывание, побуждающее реципиента совершить интерпретирующую, а вслед  за ней и в связи с ней и моторную деятельность, в которой он заинтересован. Обозначение собственного несогласия обусловлено со стороны адресата, поскольку говорящий допускает, что приводимые им знаковые программы будут приемлемыми для данного реципиента с его ценностями, склонностями, знаниями, коммуникативным и жизненным опытом.

Изучения материала диалогов показывает, что для осуществления знакового управления деятельностью партнера избирается особый способ: вербальное обозначение несогласия. Наиболее прозрачно этот способ реализуется в императивах и пропозитивах, особенно в слитных формах. Однако в констатативных формах выявляется тот же принцип управления интерпретативным, а впоследствии и общим поведением реципиента - партнера по диалогу.

       Очевидно, что высказывания с обозначением несогласия представляют собой коммуникативную реализацию когнитивных систем особого рода – систем представлений о позициях коммуникантов, специфических коммуникативных знаний. Однако остается спорным вопрос о том, в чем состоит мотивация вербального воплощения этих знаний. Широко распространенное объяснение, состоящее в утверждении прямо отражательного характера дискурсивной (речевой) семантики представляется неудовлетворительным.

       

Глава 2. Структурно-семантические, когнитивные свойства и функции обозначения несогласия в диалоге.

Высказывания с обозначением несогласия обладают определенными особенностями  семантики, то есть соотнесенности с областью референтов (денотатов). Семантическая организация высказываний данного типа представляет собой многоуровневую структуру, компонентами которой являются пресуппозиции, а также эксплицитное и имплицитное содержание высказывания, представляемое пропозицией и модальной рамкой. Неизменным структурно-семантическим центром семантической структуры высказываний рассматриваемого типа является обозначение несогласия.

- I promise, I swear that if you let me go I will not tell any­one. I'll tell them all some story. I will arrange to meet you as often as you like, as often as I can when I'm not working. Nobody will ever know about this except us.

- I can't. Not now7.

- Нет, со мной нельзя связаться. Мне нельзя звонить, и адрес мой засекречен. Да и незачем нам больше встречаться, я вам уже все сказал 8 .

  • Ты шутишь, а мне не до шуток…9.

- That’s not the kind of reaction I expected from an educated man like you10. (Не такой реакции я ждал от такого образованного человека, как вы).

Семантика высказывания, особенно когда в ней присутствует имплицитный компонент, всегда конкретна и индивидуальна. Данное обобщение вполне применимо к семантической структуре высказываний с обозначением несогласия, которые заслуживают более детального анализа с учетом разнообразия референциальной отнесенности дискурса такого типа.

Круг референтов с обозначением несогласия весьма широк, а номенклатура референтов весьма разнообразна, что представляется вполне естественным в связи с богатством и разнообразием отношений, которые регулируются в диалоге средствами  обозначения несогласия.

Значительное число высказываний  диалога с обозначением несогласия имеет не только предметное, но и оценочное значение, что вполне закономерно с учетом силы личностного фактора в диалогическом общении.

В самом деле, высказывания с обозначением несогласия нередко содержат выражение определенного отношения говорящего  к различным предметам (главным образом, это речевое и неречевое поведение партнера по диалогу, его высказывание), то есть оценочную модальность. Наличие оценочной модальности в семантике высказываний с обозначением несогласия представляется закономерным, поскольку выражение субъективной оценочной модальности имеет мощный потенциал психологического влияния на реципиента, что служит положительным фактором эффективного воздействия, управления поведением реципиента и, следовательно, управления вербальной диалогической интеракцией в целом.

В целом оценочная модальность дискурса с обозначением несогласия представлена двумя основными типами. Это отрицательная и положительная оценочная модальность.

Однако в одном высказывании с обозначением несогласия могут содержаться обе формы оценочной модальности, что естественным образом  отражает прагматически двухвекторную направленность данной разновидности дискурса.

Оценочная модальность, свойственная высказываниям с обозначением несогласия, может быть как эмоциональной, так и рациональной, логической.

       Изучение семантики высказываний с обозначением несогласия в плане оценочной модальности позволяет констатировать функциональность субъективно-личностных аспектов семантики дискурса, внутреннее разнообразие и содержательное богатство данного явления, что свидетельствует о коммуникативной значимости и прагматической востребованности дискурса такого типа в диалоге. Оно позволяет также осознать семантические свойства высказывания с обозначением несогласия, лежащие в основе его употребления для регуляции поведения партнеров в диалогической интеракции.

Структурно-семантические характеристики высказываний с обозначением несогласия не являются случайными, зависящими только от произвола говорящего или обусловленными только требованиями лексико-семантической или грамматической нормативности. Они демонстрируют свою значимость в качестве частных проявлений процесса лингвопрагматически мотивированной организации диалога как вербальной интеракции коммуникантов.

Высказывания с обозначением несогласия структурно разнообразны: такое высказывание может быть однословным и многословным, простым и сложным: в роли дискурса данного типа может выступать даже последовательность предложений. В этом качестве могут использоваться предложения повествовательные, вопросительные, восклицательные и утвердительные.

Структурные особенности высказываний с обозначением несогласия  связаны с выражаемыми им значениями и функциями в диалогическом взаимодействии.

В составе дискурса рассматриваемого типа используются разнообразные тропы, употребление которых способствует усилению психологической действенности высказываний данного типа. Широко употребляется метафора. Употребляются также и другие тропы, в частности, сравнение, метонимия, гипербола, а также (реже) литота, оксюморон, синекдоха. В дискурсе данного типа заметно представлен риторический вопрос. Достаточно заметно представлен в данном типе дискурса такой троп, как ирония,  нередко встречается идиома.

Высказывание с обозначением несогласия может строиться с использованием просторечной лексики.

Можно сделать вывод о том, что дискурс с обозначением несогласия характеризуется разнообразием структурно-семантических, лексических и стилистических средств построения высказываний. Вместе с тем, отмечаемое разнообразие отличается избирательностью. В дискурсе с обозначением несогласия практически отсутствует целый ряд классов языковых средств, например, синтаксические конструкции повышенной сложности, архаизмы, канцеляризмы, термины и др. Такая избирательность, как нам представляется, определена лингвопрагматическими особенностями дискурса с обозначением несогласия, на который возлагаются задачи действенного и оперативного психолингвистического влияния на поведение (речевое и неречевое) партнера по общению в условиях динамики диалога с учетом особой психологической значимости актуализации несогласия как для самого говорящего, так и для реципиента.

Основание структурного разнообразия дискурса с обозначением несогласия видится в необходимости сопровождения обозначения несогласия обозначениями как единичных действий, предметов, связей и отношений, так и комплексов действий, предметов, связей и отношений, что, в свою очередь, обусловлено многообразием задач, выполняемых высказываниями данного типа в построении диалогической интеракции.

Исследование дискурса с обозначением несогласия позволило уточнить список пресуппозиционных норм, которыми руководствуются участники диалога, и к известным максимам и правилам могут быть добавлены новые (например, максима положительного образа позиции говорящего). Также уточнен круг коммуникативных пресуппозиций диалога: могут быть введены и обоснованы понятия: 1) пресуппозиции положительности собственных позиций личности говорящего, 2) пресуппозиции релевантности позиции личности говорящего; и др.

Употребление в диалогической речи вербального обозначения несогласия основывается на коммуникативных пресуппозициях, указывает на существенную роль коммуникативных пресуппозиций в построении дилогического дискурса, способствует интерактивно адекватному построению дискурса и интерактивно мотивированному знаковому управлению интерпретацией дискурса реципиентом – партнером по лингвопрагматической интеракции.

Изучение диалогического дискурса несогласия в когнитивном аспекте позволяет отметить, что с точки зрения когнитивного фона коммуникации употребление вербального обозначения несогласия в диалоге основывается на общности знаний, представлений, имеющихся у коммуникантов относительно возможных позиций, которые могут реализовываться и реализуются коммуникантами в диалоге. Вербальная формула несогласия формируется и предъявляется реципиенту на основе когнитивного представления о том, как она будет воспринята последним и того, к каким действиям восприятие данной формулы может побудить реципиента. Когнитивные свойства участников диалога создают конструктивные предпосылки для успешной координации их действий способом несогласия через употребление определенных – соответствующих - языковых средств.

Характеристики высказываний дискурса с обозначением несогласия, связанные с реализацией стратегий и тактик речевого поведения, не являются случайными, зависящими только от произвола говорящего или обусловленными только требованиями лексико-грамматической жанровости. Они демонстрируют свою значимость в качестве частных проявлений процесса лингвопрагматически мотивированной организации диалога как вербальной интеракции коммуникантов. Высказывания  рассматриваемого дискурсивного типа используются в широком спектре речевых стратегий и тактик, в частности, в рамках осуществления речевых стратегий конфликта, доминирования, манипуляции, соперничества, партнерства, содружества, выступая в качестве знакового средства реализации, в рамках вербальной интеракции, тактик скромности, ложной скромности, хвастовства, осуждения, взятия инициативы в диалоге, откровенности, демонстрации непонимания, коррекции понимания высказывания, ролевого запрета, разъяснения и пояснения, побуждения к переформированию высказывания, насмешки, упрека, обвинения, настаивания, тематической коррекции и др. Отметим, что границы между понятиями речевых стратегий и тактик в ряде случаев остаются недостаточно четко очерченными. Отметим также, что список речевых стратегий и тактик, реализуемых с помощью средств дискурса с обозначением несогласия, остается открытым, а их лингвопрагматическая квалификация еще не приобрела устоявшиеся формы.

Изучение знаков несогласия в диалоге дает представление об особенностях коммуникативных актов, в составе которых используются  высказывания с обозначением несогласия. Диалог с участием знаков несогласия предстает как особая, частная форма знаковой координации деятельностей коммуникантов, в рамках которой психические состояния (процессы) несогласия намеренным образом вербально обозначаются для партнера по диалогу. Главной особенностью диалогической семантической конструкции в координационном плане является то, что коммуникант, осознавая особую значимость вербального обозначения своего несогласия для партнера по диалогу (обозначение позиций, желаний, целей и оценок сравнительно с обозначением предметов имеет особый субъектный, антропоцентрический вес) и, соответственно, потенциальный перенос этой значимости на воспринимаемое высказывание говорящего, предпринимает знаковое действие (производит высказывание), референциально соотносящееся с внутренней субъектностью (представляемой несогласием) для того, чтобы побудить партнера по диалогу к некоторому желательному для говорящего речепсихическому действию понимания, которое может непосредственно никак внешне не выразиться, или же к речепсихическому действию, сопровождаемому ответным высказыванием (или практическим действием), направляющему общее развитие диалога и стоящей за ним системы межличностного взаимодействия в позитивное русло.

В перспективе интерактивного рассмотрения диалогического общения все более ясно очерчиваются контуры понимания диалогической номинации как продукта прагматически регулируемого выбора, а не простого отражения некоторого положения дел (в частности, некоторого знания о мыслительной активности (позиции), которым располагает говорящий, и которое может быть релевантным для коммуникации). При этом существенно важно, что данный выбор регулируется необходимостью побуждения партнера к действиям, способствующим успеху коммуникации как продуктивной целостной интеракции.

Таким образом, высказывание с обозначением несогласия, с одной стороны являясь своеобразным знаковым продуктом реакции рефлексирующего говорящего на определенные свойства коммуникативной действительности (собственная психическая активность в речевой коммуникации), с другой стороны, выступает в качестве знакового средства управления деятельностью партнера по диалогу. Речевое воздействие на партнера по диалогу осуществляется средствами высказывания с обозначением несогласия за счет определенного обозначения свойств коммуникации, в частности, свойств, соотнесенных с представлениями о мыслящем и переживающем субъекте речевого поведения.

Формирование высказывания с вербальным обозначением несогласия  знаменует осуществление первого этапа знаковой координации: речевая деятель­ность говорящего в диалоге соотносится с деятельностью партнера (с иде­альным образом этой деятельности). На этой основе производится высказывание с обозначением несогласия. Восприятие и понимание такого высказывания партне­ром по диалогу знаменует осуществление второго этапа знаковой координа­ции, на котором речевая деятельность партнера по смысловому восприятию высказывания с обозначением несогласия соотносится с речевой деятельностью говорящего, оп­редмеченной высказыванием. Таким образом, теоретическая модель речевого общения как знаковой координации деятельностей субъектов – участников общения позволяет убедительно опи­сать данный конкретный тип речевой коммуникации, а также дать общее детерминист­ское объяснение закономерностей организации высказывания определенного семантического типа.

        Высказывания дискурса с обозначением несогласия выполняют в построении диалога определенные функции дискурса данного типа в построении диалога как интерактивно-вербальной целостности. Функции дискурса данного типа реализуются способом обозначения несогласия. Среди функций такого рода высказываний следует отметить:  а) общие функции, в частности такие, как функция знакового управления поведением партнера (в основных формах: детерминация речевого поведения партнера; детерминация моторного поведения партнера; детерминация мыслительной активности партнера; смешанные формы детерминации);  функция структурации диалога как целостного вербально-деятельностного образования; б) частные функции, например, такие, как функция предложения партнеру модели поведения; функция психологической агрессии, функция психологической защиты; функция мотивации собственного речевого поведения, поощрения партнера к дальнейшим усилиям; функция корректировки высказывания партнера; функция формирования психологической готовности партнера к восприятию последующего сообщения; функция обоснования выбранной коммуникативной стратегии и тактики и другие.

       В Заключении подводятся итоги работы, формулируются общие выводы, намечаются возможные пути дальнейших исследований интерактивной обусловленности семантических ресурсов языка в речевой коммуникации, формулируются предложения по использованию полученных научных результатов в практике.

       В ходе исследования дискурса с обозначением несогласия  в целом получила подтверждение принятая в начале рабочая гипотеза, согласно которой, исходя из допущения об интерактивной природе диалога, предполагалось, что высказывания диалога, обозначающие несогласие, являются интерактивно значимыми элементами диалога, что их значение, структура и другие свойства обеспечивают выполнение ими определенных функций по управлению деятельностью партнера в интересах говорящего как участника речевого взаимодействия, и в итоге, способствуя построению диалога как целостной словесно-интерактивной деятельностной системы.

       Исследование дискурса с обозначением несогласия имеет, как нам представляется, широкие перспективы. Использованная в нашей работе методика изучения дискурса данного типа может быть применена для исследования диалогической речи на других языках. Интересным представляется дальнейшее изучение дискурса с обозначением несогласия в коммерческой и политической рекламе, в пиаровских акциях, вообще в практике вербальной манипуляции с учетом характерных для разных лингвокультур стилей речевого общения, таких, например, как точный, вычурный, драматический, спорный, успокаивающий и другие. Многообещающим является исследование дискурса с обозначением несогласия на материале лингвокультур разных типов – закрытых и открытых, коллективистских и индивидуалистических, культур с диффузными и строго определенными социально-ролевыми структурами, с разными дистанциями власти, культур высоко и низко контекстных и других, что позволит исследовать диалогическое общение в ракурсе межкультурной коммуникации.

Результаты исследования могут быть применены в практике обучения речевой деятельности, в частности, при обучении диалогической речи. 

Основные положения диссертационного исследования отражены в следующих опубликованных работах автора:

  1. Сидоров Е.В., Данилина Л.Ю. Опыт прагматической интерпретации феномена несогласия в семантике диалога [Текст] /Е.В.Сидоров, Л.Ю.Данилина // Ученые записки РГСУ, 2009, № 4 (67). С.210-214.
  2. Данилина Л.Ю. Прагматический феномен несогласия в семантике диалога [Текст] / Л.Ю.Данилина // Инновационные технологии в гуманитарных науках: язык, образование и культура. Сборник материалов Первой научно-методической Интернет-конференции. - Часть 1. - М.: Изд. РГСУ, 2008. - С.23-26.
  3. Данилина Л.Ю. Элементы лингвопрагматики несогласия в семантике диалога [Текст] / Л.Ю.Данилина  // История и теория языка. Принципы преподавания иностранных языков: междунар.научно-прак.конф.: Научные труды: в 2-х томах: Том 1: В 2-х частях: Часть 2. – М.: МАКС Пресс, 2009. – С.148-152.
  4. Данилина Л.Ю. Фигура несогласия в прагматической семантике диалога [Текст] / Л.Ю.Данилина // Актуальные проблемы коммуникации и культуры. Вып.9. Международный сборник научных трудов. – М.- Пятигорск : Изд. ПГЛУ, 2009. – С.114-118.
  5. Данилина Л.Ю. Когнитивно-прагматические особенности акта несогласия в диалоге [Текст] / Л.Ю.Данилина // Материалы VIII Международного социального конгресса. – М.: Изд. РГСУ, 2009. – С. 322.
  6. Данилина Л.Ю. Феномен несогласия в семантике диалога [Текст] / Л.Ю.Данилина // Ученые записки Академии Натальи Нестеровой. Серия «Лингвистика», Выпуск 2. – М.: Московская Академия образования Натальи Нестеровой, 2010. -  С. 187- 194.
  7. Данилина Л.Ю. Позиция несогласия и вербальное взаимодействие в диалоге [Текст] / Л.Ю.Данилина // Вербальная характеристика личностно-ориентированного общения. – Сборник докладов Московской межвузовской научной конференции 9-11 ноября 20109 года. – М.: Изд-во МГОУ, 2010. - С.56-60.
  8. Данилина Л.Ю. Аспекты прагматической семантики вербального обозначения несогласия в диалоге  [Текст] / Л.Ю.Данилина // Современная психолингвистика. –

Сборник научных трудов. – М.: Изд-во МГОУ, 2010. - С.120-124.

Работа № 1 опубликована в журнале, входящем в перечень изданий, рекомендуемых ВАК РФ.


1 Полякова Т. Ее маленькая тайна. – М.: Эксмо, 2004. – С.231.

2 Spillane M. The Deep. - London: Transworld Publishers, 1969. – P.117.

3 Chandler R., Parker D. Poodle Springs. – N.-Y.: Berkley Books, 1990. – P.57.

4 Волошинов В.Н. Слово в жизни и слово в поэзии // Бахтин М. Под маской. – М.: Изд-во «Лабиринт», 2000. – С.83.

5 Сидоров Е.В. Онтология дискурса. – М.: Изд-во ЛКИ, 2007. – С.67.

6 Полякова Т. Сестрички не промах. Повесть. – М.: Изд-во Эксмо-Пресс, 1999. – С.254.

7 Fowles G. The Collectioner. – L., 1963. – P.106.

8 Тополь Э. Чужое лицо. Роман. – М.: Молодая гвардия, 1992. – С.165.

9 Ананьев А. Версты любви. Роман. – М.: Советская Россия, 1980. – С.321.

10 Foster A. Clash of the Titans.- N.-Y.:Warner books, 1981.- P. 261.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.