WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


На правах рукописи

РУСЕЦКАЯ ЙОВИТА КОНЦЕПТУАЛИЗАЦИЯ

КУЛЬТУРНЫХ СТЕРЕОТИПОВ ДУША И ТЕЛО В РУССКОЙ СОМАТИЧЕСКОЙ ФРАЗЕОЛОГИИ (С ПРИВЛЕЧЕНИЕМ ЛИТОВСКИХ ПАРАЛЛЕЛЕЙ)

Специальность 10.02.01 – русский язык

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук

Москва – 2012

Работа выполнена в Государственном бюджетном образовательном учреждении высшего профессионального образования города Москвы «Московский городской педагогический университет» в Институте гуманитарных наук на кафедре русского языка и общего языкознания

Научный консультант: доктор филологических наук, профессор Киров Евгении Флорентович Научный консультант: доктор филологических наук, профессор Кундротас Гинтаутас

Официальные оппоненты: доктор филологических наук, профессор, академик Российской академии образования, президент Государственного института русского языка им. А.С. Пушкина Костомаров Виталий Григорьевич, кандидат филологических наук, доцент, заведующая кафедрой русского языка и культуры речи Московского института иностранных языков Ломакина Ольга Валентиновна

Ведущая организация: Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова

Защита состоится «19» ноября 2012 г. в 15.00 часов на заседании диссертационного совета Д 850.007.07 по защите докторских и кандидатских диссертаций на базе ГБОУ ВПО города Москвы «Московский городской педагогический университет» по адресу: 129226, г. Москва, 2-й Сельскохозяйственный проезд, д. 4, корп. 4, ауд. 3406.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ГБОУ ВПО города Москвы «Московский городской педагогический университет» по адресу:

129226, г. Москва, 2-й Сельскохозяйственный проезд, д. 4, корп. 4.

Автореферат разослан «___» сентября 2012 г.

Ученый секретарь диссертационного совета кандидат филологических наук, профессор В.А. Коханова

Общая характеристика работы

Реферируемая диссертационная работа посвящена изучению соматических фразеологических единиц в русском языке на фоне подобных ФЕ литовского языка.



Актуальность исследования определяется необходимостью солидарного, многоаспектного рассмотрения базовых концептов и культурных стереотипов в языковой картине мира (ЯКМ) в когнитивно-лингвокультурологической парадигме знания, которая позволяет наиболее глубоко понять и объяснить культурные доминанты национальной психологии, реализующиеся в языковом поведении, как человека, так и языкового сообщества. Рассматриваемые в данной работе концепты «душа» и «тело» следует признать базовыми, поскольку оба они ложатся в основу мировоззренческого, религиозного и мифопоэтического, а также бытового взаимодействия человека с окружающей действительностью, т.е. в основу его миропонимания.

Весьма актуальным является также вербализация концептов «душа» и «тело» в единицах, избранных в качестве изучаемых объектов, которые, как нам представляется, значимы для русской ментальности в целом. При этом важно подчеркнуть, что рассматриваемая пара лингвокультуроцептов (под которыми понимаются гибриды концептов, лингвокультуремы, логоэпистемы и лингвоконцепта) характеризуется как диалектическим единством (в период жизни человека), так и разделимостью (период после жизни). К числу важнейших лингвокультуроцептов могут быть отнесены и другие базовые концепты русской ментальности, в частности концепты «начала» и «конца» и др.

Оговоримся сразу, что в данной работе будут рассмотрены лингвокультуроцепты «душа» и «тело» только в витальный период.

Весьма актуальным в лингвистике последнего времени является также проблематика, связанная с рассмотрением языковой картины мира, под которой обычно понимается совокупность знаний о действительности, которая наиболее полно абсорбируется в лексико-семантической системе языка, а также в его грамматическом строе. Однако языковая картина мира семантикопрототипически систематизируется не только в лексико-грамматическом составе языка, но и наиболее образно во фразеологической системе языка, которая в сжатой и емкой форме отражает все базовые культурные концепты (с момента их отражения в языке — лингвокультуроцепты) языкового менталитета. Именно фразеологическая система формирует так называемую «наивную» (по терминологии Ю.Д. Апресяна) картину мира, которая воплощает в себе прошлое и частично нынешнее национальное обыденное общественное сознание, являющееся «продуктом длительного исторического развития и объектом межпоколенческой передачи опыта» [Караулов, 1987: 42].

Таким образом, в нашем исследовании мы исходим из того, что ментально-концептуальная система, состоящая из лингвокультуроцептов, является ядром, который структурирует менталитет национального языка в целом. Данное обстоятельство делает особо актуальным изучение фразеологических тематических подсистем (фразеополей), концептуализирующих культурные стереотипы «душа» и «тело», которые образуют стержень всей фразеосистемы.

Анализ языковой личности приводит к мысли о том, что процесс языковой коммуникации устроен прототипически, т.е. на основании универсальных когнитивных принципов. В качестве прототипических элементов концептуализации общих идей (топосов, по терминологии Аристотеля) в единицах языка в целом можно назвать его фразеологические средства, поэтому осмысление текста или микротекста сводится к обнаружению того или иного фразеологизма (приравниванию смысла микротекста к смыслу фразеологической единицы (ФЕ)), что в целом и приводит к пониманию смысла текста.

Исследование фразеологического состава русских ФЕ с соматическими элементами представляет значительный интерес, поскольку соматические элементы оказываются особо значимыми в системе понимания «мира души» через элементы «внешнего мира» человека, каждый из которых обильно отражается (концептуализируется) во фразеологическом фонде национального языка.

Степень научной разработанности проблемы В теории когнитивной лингвистики (Е.С. Кубрякова, В.З. Демьяноков, О.Н. Селиверстова и другие) разработана теория концептуализации, в которой объясняется, как основные идеи и образы общественного сознания реализуются в значении ФЕ и слов языка [Селиверстова, 1968, 1975, 1980, 2011]. Данная концепция развивалась также О.А. Сулеймановой (1986), А.А. Шабановой (1998) и др. Перспективным представляется развитие концепции А. Вежбицкой в работах А.Д. Шмелева (особый интерес представляет работа «Можно ли понять русскую культуру через ключевые слова русского языка?», 2005), а также работы о концепте (Аскольдов С.А., 1997; Лихачев Д.С., 1997; Степанов Ю.С., 1997; Демьянков В.З., 2007; Евтушенко О.В., 2010 и др.).

К числу работ, характеризующих языковую картину мира (ЯКМ), относятся также статьи В.С. Шмакова, Г.А. Шушариной, Л.А. Шестак, Л.А.

Шемтак, В.М. Шаклеина, П.В. Чеснокова, Л.О. Чернейко, А. Ченки, сборник статей под ред. А.А. Кибрика, И.М. Кобозевой, И.А. Серекиной (1997) и др.

Особый интерес для нашего исследования представляют также работы: Н.И.

Толстого (1973), В.Н. Топорова (1973), В.В. Морковкина (1977), В.П. Жукова (1978), Н.М. Шанского (1985), В.М. Мокиенко (1989); А.Н. Баранова, Д.О.

Добровольского (1990), Ю.Д. Апресяна (1995), В.Н. Телии (1996), Р.Х.

Хайруллиной (2008), а также работы: Бабушкина А.П. (1997), Ковалевой Л.В.

(Воронеж, 2004), Новикова Ю.А., Петкевича Г.С. (2008), Дж. Лакоффа и М.

Джонсона (2008), Шестеркиной Н.В. (2010), Пищальниковой В.А., Сонина А.Г., Тимофеевой М.К. (2010), М.Л. Ковшовой (2012) и др.

Другая линия работ, связанная с нашим исследованием, посвящена лингвострановедению и лингвокультурологии, а также теории поля. Следует назвать работы Е.М. Верещагина и В.Г. Костомарова (1990, др. годы издания), В.В. Воробьева (2008), А.Н. Тихонова (1991) и др.

Оптимизируя сведения по филологическому концептуализму, мы в данной работе используем синтетический термин лингвокультуроцепт (впервые упоминается в работе Е.Ф. Кирова и Й. Русецкой (2012)), который обобщает термины и понятия подобного типа. В.В. Воробьев выделяет понятие «лингвокультуремы» и определяет ее как «диалектическое единство лингвистического и экстралингвистического (понятийного и предметного) содержания» [Воробьев, 2008: 336.]. В.И. Карасик выделяет когнитивные и культурные концепты, когнитивные концепты определяет как «индивидуальные содержательные ментальные образования, структурирующие и реструктурирующие окружающую действительность, а культурные концепты — это коллективные содержательные ментальные образования, фиксирующие своеобразие соответствующей культуры» [Карасик, 2007: 33]. В качестве исходного понятия для синтеза терминов можно избрать также термин В.Г.

Костомарова и Н.Д. Бурвиковой «логоэпистема», который понимается следующим образом: «Логоэпистема — “зонтиковый” термин, объединяющий явления самого разного калибра — от слова до предложения или даже больше по одному признаку, выражения такого типа являются следами языка в культуре или культуры в языке» [Костомаров, Бурвикова, 2008: 5]. В.Н. Базылев использует термин «мифологема» [Базылев, 2000: 130–134], С. Воркачев — «лингвоконцепт» [Воркачев, 2007: 16]. В нашем термине «лингвокультуроцепт» суммируется содержание всех вышеназванных понятий, при этом в качестве центральной идеи предложенного термина выделяется идея воплощенности культурно «нагруженного» концепта в языковой единице — слове или ФЕ.

Научная гипотеза исследования состоит в том, что корпус соматических концептов, реализованных как в лексике, так и во фразеологии, является исходным для первичного и базового понимания реалий мира, отраженных в языковой сфере. При этом имеется два вектора рассмотрения: внутрь и вне, поэтому структурные компоненты души реализуют взгляд от соматической оболочки тела внутрь («мир души»), напротив, взгляд от (из) тела первично формирует изначально понятные соматически-ориентированные гештальты для построения внешнего мира объективной реальности по схемам и лекалам тела человека (реже животного, еще реже «тела» растения (два последних аспекта не рассматриваются в нашем исследовании).

Цель и задачи исследования.

Цель данного диссертационного исследования состоит в том, чтобы представить систематику ФЕ как ключевой элемент механизма мышления человека, построенный по принципу уподобления устройства важных фрагментов мира души и физического мира устройству тела человека — как своеобразного прототипа мира. Данная цель предусматривает постановку и решение следующих основных исследовательских задач:

• создать научно-методологическую базу описания подсистемы фразеологизмов русского языка с опорой на лингвокультурологические принципы и принципы контраста (на фоне литовского языка, на котором отчетливо проявляется значение русского фразеологизма), однако при этом становятся понятными также и общие универсальные черты ФЕ;

• методом выборки из существующего фразеологического состава создать фонд фразеологизмов с соматическим компонентом;

• обосновать понятие «лингвокультуроцепт» в философском, лингвистическом, и культурологическом плане с учетом национальной специфики понимания данного элемента в русской языковой картине мира и менталитете;





• описать макрополе и микрополя ФЕ русского языка, концептуализирующие лингвокультуроцепт «тело» (soma), осуществив их анализ с учетом литовских параллелей;

• проанализировать макрополе и микрополя русских ФЕ, в которых концептуализирован лингвокультуроцепт «душа», осуществив их анализ с учетом литовских параллелей.

Объектом исследования выступают культурно-когнитивные структуры «душа» и «тело», рассматриваемые в концептуализированном воплощении в русской фразеологии. Данные культурные стереотипы признаются в нашем исследовании базовыми, основополагающими для всей русской ментальности в целом (в том числе они отражаются и в фольклоре).

Предметом исследования является концептуализация душевных и соматических культурных стереотипов в русской фразеологии, рассматриваемой с привлечением литовской фразеологии в качестве фонового материала.

Материалом исследования послужили фразеологические единицы, зафиксированные в известных фразеологических словарях русского языка (А.Н.

Баранова, Д.О. Добровольского; В.И. Зимина; В.И. Мокиенко; А.И. Молоткова;

В.Н. Телия, Н.М. Шанского), а также во фразеологических словарях (Й.

Паулаускаса (J. Paulauskas); В. Сташайтене (V. Staaitien)) и соматических словарях (Й. Липскене (J. Lipskien)) литовского языка. В качестве дополнительно источника использовался национальный корпус русского языка (НКРЯ).

Методологическая и теоретическая основа исследования Основным методом нашего анализа является полевой анализ фразеологических единиц, сущность которого сводится к классификации ФЕ по микрополям при параллельном их объединении в общее семантическое поле на базе центрирующего лингвокультуроцепта. Для решения задач диссертации введено понятие фразеополя (фразеологического кластера), под которым понимается корпус однородных по значению (синонимичных в разной степени) фразеологических единиц, структурированных как центр (ядро) и периферия. В качестве примера фразеологического словаря, построенного по принципам полевой структуризации, можно привести объяснительный словарь тезаурусного типа «Пословицы и поговорки русского народа» В.И. Зимина, — в данном словаре пословицы и поговорки объединены в макрополя типа «любовь», «семья», «родня» и т.д.

В качестве частнометодологического основания работы также используется теория прототипов, разработанная в когнитивной лингвистике последнего времени (Э. Рош, В.З Демьянков, 1994, и др.). Методологическая база исследования включает в себя положение когнитивной науки, изложенной в работах Ю.Д. Апресяна, Н.Д. Арутюновой, Е.С. Кубряковой, О.Н.

Селиверстовой, а также положения лингвострановедения и лингвокультурологии, разработанные В.Г. Костомаровым, В.В. Воробьевым и др. Общеметодологическим основанием является признание общефилософского представления об определяющей роли условий жизни социума в формировании его миропонимания, которое отражается в формировании концептов, приобретающих «устроение» в ЯКМ в виде лексического и фразеологического фонда языка, а также его грамматической структуры. Также в данной работе используется описательная методика значения фразеологизмов. Для предпринятого исследования была разработана методика фонового анализа (анализа материала русского языка на фоне соответствующих данных литовского языка), которая относится к лингвострановедческому методу описания языка (и языков) в целом. Подчеркнем, что данная методика не имеет прямого соответствия сопоставительно-контрастивному анализу, поскольку ориентирована, в отличие от него, по преимуществу на обнаружение специфики языковой единицы на фоне другого языка — с целью преподавания неродного языка. Целью использования данной методики является наиболее отчетливое проявление семантических особенностей фразеологизмов в русском языке на фоне литовского. Данный вид анализа следует считать специфичным для лингвокультурологии, поскольку обучение иностранному языку проводятся на фоне родного языка обучаемых (В.Г. Костомаров).

Научная новизна исследования состоит в том, что выявлены принципиально единые траектории в мыслительном восприятии объектов внутреннего мира (души) на базе и посредством соматических объектов.

Подобный подход в целом применим и для понимания объектов внешнего мира, которые нередко метафоризируются посредством соматических элементов. При этом соматические (телесные) объекты оказываются исходными, базовыми, прототипическими конструктами, которые накладываются на объекты «мира души» и на объекты «вне тела» человека в физическом мире («душа поет», «душа радуется», «душа плачет», как человек поет/радуется/плачет, «город видит», как видит человек, как у человека — «у страха глаза велики» и т.д.). В этой связи описание соматизмов в ФЕ через призму метафоризации (в рамках лингвокультурологической парадигмы знания и конструирования представлений о ментальных объектах) характеризует собою новизну предпринятого исследования.

К новизне следует также отнести системно-дуалистическое (неизолированное) рассмотрение лингвокультуроцептов «душа» и «тело».

Изолированное рассмотрение концепта «душа» было предпринято в кандидатской диссертации А.К. Перевозниковой и др. работах, концепт «рука" был рассмотрен в работе А.Р. Поповой, концепт «голова — в работе Н.Г.

Ненилиной и т.д.

К новизне исследования следует также отнести изучение и описание соматических ФЕ в их дистрибутивном распределении по микрополям в рамках общего тематического поля (фразеополя), связанного с лингвокультуроцептами «душа» и «тело», на фоне литовского языка.

Теоретическая значимость исследования заключается в описании лингвокультуроцептов «душа» и «тело» как базовых для понимания высказываний о внутреннем и внешнем мире человека. К теоретически значимым следует также отнести формирование принципа описания картины мира с использованием лингвокультуроцептов в качестве структурирующих смысловых центров, которые выполняют функцию семантического притяжения вторичных концептов (подобно полюсам в многополярной системе). Также теоретически значимым следует признать семантическое описание ФЕ в русском и литовском языках, которое необходимо для формирования адекватных методик в преподавании русского языка в литовской аудитории с учетом лингвострановедческих данных.

Практическое значение диссертационного исследования состоит в том, что материалы работы могут быть использованы при создании словарей русской и литовской фразеологии, построенных по полевому принципу, при создании общего словаря пневмизмов и соматизмов русского языка, а также для создания спецкурсов по фразеологии русского языка, общего лекционного комплекса по русской фразеологии. Результаты исследования также могут быть использованы в практике преподавания русского языка как иностранного, а также при изучении менталитета русского народа и его духовной истории. Данные, полученные в результате исследования, вносят вклад в лингвострановедение, а также в лингвокультурологию русского языка (в той части, которая связана с лингвокультуроцептами «душа» и «тело»).

Апробация работы. Основные результаты исследования были апробированы на международных научных конференциях: «Язык и межкультурная коммуникация» (г. Минск, 2007 г.), «Художественный текст:

Восприятие. Анализ. Интерпретация» (г. Вильнюс, 2008 г.), «Виноградовские чтения «Текст и контекст: лингвистический, литературоведческий и методический аспекты» (г. Москва, 2009 г.), «Фразеология, познание и культура» (г. Белгород, 2010 г.), «Понимание в коммуникации» (г. Москва, 20г.), «Пространства диалога» (г. Вильнюс, 2011 г.), а также на IV Международном конгрессе исследователей русского языка «Русский язык: исторические судьбы и современность» (г. Москва, 2010 г.).

Содержание и основные результаты предпринятого исследования отражены в 9 научных публикациях, в том числе в трех из списка рекомендованных ВАК при Минобрнауки России.

Основные положения выносимые на защиту 1. Языковая картина мира (ЯКМ) понимается как структурированная на базе определенных принципов: лингвокультуроцепты «душа» и «тело» являются краеугольными элементами для национального менталитета, поскольку обуславливают основы миропонимания через призму хорошо осознанных объектов посредством их метафоризации во фразеологическом фонде языка.

2. Прототипически-проективным и центральным в силу изначальной осознанности человеком является лингвокультуроцепт «тело», который проецирует свое структурные элементы как на внутренней «мир души», так и на внешний объективный окружающий мир человека.

3. Оба названных лингвокультуроцепта находят свое первичное воплощение (концептуализируются) во фразеологическом фонде русского языка.

4. Фразеополе, воплощающее лингвокультуроцепт «душа», испытывает влияние фразеополя, формируемого лингвокультуроцептом «тело» человека.

5. Соматические фразеологизмы, как и фразеологизмы в целом, являются прототипическими в когнитивной парадигме описания фразеологической системы русского языка.

Структура диссертации подчинена логике решения поставленных задач и состоит из введения, трех глав, заключения и списка литературы.

Основное содержание работы

Во введении обосновывается актуальность темы диссертационного исследования, выявляется степень ее разработанности, определяется объект и предмет исследования, формулируется его цель и задачи, указываются элементы научной новизны, характеризуется методологическая основа работы, сообщается теоретическая и практическая значимость, излагаются основные положения, выносимые на защиту.

В первой главе «Соматическая подсистема фразеологической картины мира» анализируется литература, посвященная осмыслению языковой картины мира (ЯКМ), и особое внимание уделяется описанию фразеологической картины мира (ФКМ), одним из подсистем которой является поле соматических фразеологических единиц (СФЕ). В этой главе описана также методология полевого анализа, используемая в настоящей работе.

В данном диссертационном исследовании осуществлена гибридизация терминов: «концепт», «логоэпистема», «лингвокультурема», «лингвоконцепт», в результате нами используется как рабочий термин гибридный вариант — «лингвокультуроцепт», под которым мы пониманием прототипический концептуальный элемент культуры, реализовавшийся во фразеологических единицах того или иного языка, важных для миропонимания в целом.

Лингвокультуроцепт является семантическим ядром, объединяющим фразеологические единицы в фразеополе. Из сказанного следует, что лингвокультуроцептов структурирующих всю систему концептов картины мира (в том числе и лингвистической КМ), — немного. Мы далеки от мысли дать полный перечень лингвокультуроцептов для русской языковой картины мира, однако считаем, что две базовых единицы — «душа» и «тело» — обладают статусом основных лингвокультуроцептов, объединяя вокруг себя целые системы ФЕ, входящих в корпус топосов русского менталитета.

Понятие «языковая картина мира» (ЯКМ), как и понятие «концепта» в русской лингвоконцептологии, учеными понимается неодинаково, но данные понятия осознаются всем ученым сообществом как весьма важные.

Современному термину «картина мира» в определенной степени соответствует понятие «дух народа», которое ввел в научный оборот В. фон Гумбольдт (это понятие вошло составной частью в ряд последующих определений ЯКМ многими исследователями).

Р.Х. Хайруллина, в отличие от других исследователей, предлагает выделить в языковой картине мира (ЯКМ) особый фрагмент, который она называет «Фразеологическая картина мира» (ФКМ), — как особую часть ЯКМ.

Р.Х. Хайруллина считает также, что особенностью ФКМ является его свойство в наиболее яркой образной форме выражать дух народа, его издревле устоявшийся менталитет, закреплять культурно-исторический опыт познания мира в виде образных устойчивых оборотов, не столько называющих, сколько (почти всегда) оценивающих явления и предметы, действия и состояния и т.д. Поэтому ФКМ содержит не только рациональную, но и эмоциональную информацию о действительности [Хайруллина, 2008: 14].

Подчеркнем, что особое место во фразеологии занимает проблематика, связанная с лингвострановедением и лингвокультурологией, являющимися необходимыми элементами в преподавании русского как иностранного/неродного языка. Производимое нами исследование призвано способствовать решению именно таких задач применительно к фразеополям, связанным с идеями «души» и «тела».

На основании анализа разных концепций по теории фразеологии мы принимаем определение фразеологизма, которое связано с идеей Аристотеля о топосе: «Фразеологизм — это образное устойчивое (штампованное) словосочетание или предложение, в виде целостного представления воплощающее в своей семантике топос (нечто общеизвестное) или концепт национального менталитета, обладающее стилистической функцией и эмоционально-оценочной нагруженностью» [Киров, 2010: 90–91].

В качестве метаязыка для описания семантики фразеологизма мы используем обычные слова, т.е. «семемы» и ЛСВ языка, следуя принципу, описанному И.М. Кобозевой: «извлекаем словарь метаязыка из словаря языкаобъекта» [Кобозева, 2004: 271], что удовлетворяют принципу естественности элементов метаязыка, восходящему к еще идеям Г. Лейбница.

Вышеуказанные основания являются методологическим и теоретическим базисом нашей работы.

Во второй главе «Лингвокультуроцепт «тело» во фразеологии русского языка (на фоне литовских ФЕ)» подробно анализируется фразеополе, связанное с лингвокультуроцептом «тело». Описаны микрополя, которые составляют данное фразеополе в целом.

Проделанный анализ свидетельствует, что метафорическая концептуализация окружающего мира как в русском, так и в литовском языке осуществляется посредством лингвокультуроцепта «тело», однако наблюдается и определенная специфика: так, если в русском языке элементы внешнего мира метафорически концептуализируются при использовании соматизма «руки», то в литовском — посредством соматической лексемы «глаза», но в целом наблюдается единство восприятия духовного и материального мира именно через соматический объект.

Еще во времена средневековья считалось, что понять человеческое тело — значит понять природу самого человека. Тот факт, что в центре внимания человека находится он сам, обусловливает его постоянное стремление описывать окружающий мир по образу и подобию своему (даже Бога в иконописи человек рисует в виде очеловеченного телесного существа).

Метафоризированными аналогами физического состояния человека, описываемыми при помощи соматических ощущений (через лингвокультуроцепт «тело»), являются эмоции и состояния психики человека, которые базируются на лингвокультуроцепте «душа». Тем не менее, концептуализация и лингвистическое отражение в виде ФЕ (т.е.

фразеорефлексия) элементов объективной реальности происходит преимущественно по схемам и лекалам тела человека, реже животного, еще реже «тела» растения, поскольку понимание реалий внешнего мира через хорошо осознанные и понятные соматические элементы (органы тела человека или животного) представляется человеку наиболее легким и полным (нос корабля, крыло здания, хвост поезда и т.д.).

В данном исследовании нами проанализированы и выделяются фразеополя, описывающие внешний мир через тело человека, которые включает в себя микрополя: голова (волосы, ухо, лицо, лоб, глаз, нос, усы, борода, рот, зуб, язык); шея (горло, глотка); туловище (плечи, рука, пальцы, живот (брюхо), пуп, бок, спина); ноги (нога, пятки, колено); внутренние органы (кишки, печень, жилы, мускулы). При этом важно подчеркнуть, что очень широко осуществляется перенос значения соматизма, который образует соответствующую соматическую фразеологическую единицу СФЕ.

Человек концептуализирует окружающую действительность, а также душевные состояния самого себя через тело (в «соотношении» с органом определенной части (области) тела) потому, что познает свое тело с самого раннего детства. Поэтому при анализе СФЕ мы выделяем не только «области» тела, но и соответствующие этой области органы в соотношении «человек – область тела – орган (тела)».

Анализ материала фразеологических словарей русского и литовского языков показал также, что в русском языке из 4000 изученных нами фразеологизмов 721 единицу (~18 %) составляют соматические фразеологизмы.

В самом большом количестве представлены СФЕ, содержащие слово-компонент ‚рука‘ (160 соматизмов (~22 %)), за ними следуют СФЕ с компонентами ‚глаза’ (142 сом. (~20 %)), ‚голова‘ (121 сом. (~17 %))‚,нога‘ (88 сом. (~12 %)), ‚сердце‘ (60 сом. (~8 %)), ‚язык‘ (57 сом. (~7 %)), ‚зубы‘ (30 сом. (~4 %)), ‚нос‘ (25 сом. (~3 %)) и т.д.

В литовском языке из 9000 фразеологизмов, отмеченных в словарях, соматические фразеологизмы составляют 2726 единиц (~30 %). Самую большую группу СФЕ образуют фразеологизмы, с компонентом ‚akys‘ (‚глаза‘) (653 сом.

(~24%)), ‚galva‘ (голова) (424 сом. (~16 %)), ‚irdis‘ (сердце) (360 сом. (~13 %)), ‚ranka‘ (рука) (275 сом. (~10 %)), ‚koja‘ (нога) (211 сом. (~8 %)), ‚nosis‘(нос) (200 сом. (~7 %)), ‚lieuvis‘ (язык) (192 сом. (~7 %)), ‚dantis‘ (зубы) (174 сом.

(~6 %)) и т.д.

Более того, выяснилось, что в русском языке фразеологизации подвергается меньшее количество наименований частей тела человека (наимен.) в сопоставлении с литовским языком (94 наимен.), что является очень важным для построения лингвострановедческой методики преподавания русского языка в литовской аудитории, поскольку полного соответствия в устроении соответствующих фразеоподсистем в том и другом языке не наблюдается.

В результате проведенного нами анализа выяснилось, что в русском языке в состав СФЕ входят 77 соматизмов, в литовском — 473 соматизма. Это свидетельствует о том, что чем важнее для человека и для выражения его переживаний является какая-то часть тела, тем чаще его название входит в состав СФЕ и тем легче происходит процесс понимания текстов через приравнивание его смысла к значению этих выражений (СФЕ).

Почти все соматические фразеологизмы, включающие в себя определенный орган тела, характеризуются переносным значением данного соматизма (метонимическим или метафорическим); это явление носит всеобъемлющий характер. Так, например, во фразеологизмах, включающих в себя соматизм «рука» (это наиболее типичной и распространенный соматический элемент, образующий СФЕ), оттенки метафорического значения весьма многообразны. Нами отмечен редчайший случай, когда «рука» в прямом значении части человеческого тела отмечается в русском СФЕ, — в выражении типа: «От руки (писать)»).

В остальных случаях этот соматизм подвергается переносу в своем значении, будучи включенным в СФЕ, например:

– «рука» как символ действия, деяния, поступка или бездействия в СФЕ типа:

«Не покладая рук» (лит. соотв. „Nenuleidiant rankas“ (букв. перевод «Не опуская рук»)); «Руки в брюки» (лит. соотв. „Rankas kienes“ (букв. перевод «Руки в карманы»)); «(что-л. чьих-л./кого-л.) Рук дело» (лит. соотв. „Nagus prikiti” (букв. перевод «Ногти (пальца) приблизить к чему-то»)) и др.

– «рука» как символ состояния человека, его статуса: «Правая рука» / «(чья-л.) Правая рука» (лит. соотв. „Deinioji ranka“); «Под пьяную руку» (лит. соотв.

„Akis usipylus” (букв. перевод «Глаза залив»)); «Держать себя в руках» (лит.

соотв. „Laikyti save suemus rankas”) / «Брать/взять себя в руки» (лит. соотв.

„Paimti save rankas“) и др.

– «рука» как символизация характеристики: «Мастер на все руки» (лит. соотв.

„Vis gal mogus“ (букв. перевод «Всех конечностей человек») / „Devyni amat meistras“ (букв. перевод «Девяти ремесел мастер»)); «Золотые руки» (лит. соотв.

„Auksins rankos“); «Руки коротки» (лит. соотв. „Rankos per trumpos” (букв.

«Руки слишком короткие»)); «Широкой (щедрой рукой)» (лит. соотв. „Dosnia ranka“) и др.;

– «рука» как метонимическая символизация лица (человека): «Из первых рук» (лит. соотв. „I pirmuj rank“); «Через третье / четвертые / пятые... руки» (лит. соотв. „Per treias rankas“) и др.

– «рука» как символ власти, права, силы: «Иметь руку» (лит. соотв. „Turti unugar“ (букв. перевод «Иметь тылы»)); «Своя рука» (лит. соотв. нет).

Особо подчеркнем пример последнего типа, поскольку такие примеры СФЕ особо важны для лингвострановедческой методики преподавания русского языка;

– наречные значения (семантика СФЕ, подобная наречию): «Из рук вон плохо» (лит. соотв. „Per tvor mesti“ (букв. перевод «Через забор бросать/бросить»)); «С руками и ногами» (лит. соотв. „Su dia ir knu” (букв. перевод «С душой и телом»)); «Рука об руку» (лит. соотв. „Susikibus u rank“ / „Susikabin u rank“ (букв. перевод «взявшись за руки»)); «Положа руку на сердце» (лит. соотв.

„Padjus rank ant irdies”) и др.

Уникальной семантикой обладает ряд соматических фразеологизмов (СФЕ) типа: «Смотреть из рук» (лит. соотв. „Gyventi savo galva“ (букв. перевод «Жить своей головой»)); «Сон в руку» и др.

Важно подчеркнуть, что при фоновом сопоставлении языков выявляются не только базовые лингвокультуроцепты концептуализации мира, но и те различия, которые являются индивидуальными для определенного языка, тем самым образуя пласт языковых трудностей как при межъязыковой и межкультурной коммуникации, так и для восприятия мира в целом. Поэтому проблема понимания окружающей действительности является одной из наиболее актуальных, особенно в свете межкультурной коммуникации. К тому же именно фразеология (идиоматика) образует своеобразный идиоэтнический пласт понимания (интерпретации) другой (чужой) культуры, что важно в плане лингвокультурологического описания.

В третьей главе «Лингвокультуроцепт «душа» во фразеологии русского языка (с параллельным рассмотрением в литовском языке)» подвергнуты анализу фразеополя, включающие в свой состав лингвокультуроцепт «душа», рассматриваемые через призму соматических метафор. Описываются микрополя, входящие в состав указанного фразеополя.

Представление о душе в русской ментальности восходит в своих истоках к аристотелевскому представлению о душе, по мнению которого, душа является сущностью тела, т.е. тем, благодаря чему мы живем.

Концептуализация во фразеологических системах основных лингвокультуроцептов — «душа» и «тело» — приводит к непосредственному их взаимодействию друг с другом, что неминуемо метафоризируется на уровне фразеологической рефлексии по поводу мира души и тела. Душа, как и тело, «испытывает» различные ощущения и состояния, т.к. человек рассматривает мир души сквозь призму своего собственного тела, т.е. обнаруживает мифическое тело души, которое может испытывать ощущения, подобные тем, что испытывают органы человеческого тела. В соответствии с этим можно считать эмоции как психологические состояния человека метафорами (метафоризированными аналогами) физического состояния какого-либо органа тела человека. В результате нередко в смысловом контуре фразеологизма такого типа описываются метафоризированные состояния психики человека, понимаемые при помощи соматических ощущений (соматическая теория эмоций приведена в работах Уильяма Джеймса и Карла Георга Ланге, разделение на положительные и отрицательные эмоции было предпринято В.Вундтом).

Как указывалось выше, концептуализация во фразеологических системах основных прототипических лингвокультуроцептов — «душа» и «тело» — приводит к непосредственному их взаимодействию друг с другом в рамках концептуального дуализма, однако на уровне лингвокультуроцептов целесообразно говорить о двух отдельных единицах. Душа, как и тело, «испытывает» различные ощущения и состояния, поэтому в данной главе настоящего исследования мы выделили и подробно проанализировали те соматизмы, которые могут метафорически или метонимически переноситься в составе фразеологизма для описания состояния души, как бы наделяя ее возможностями и ощущениями частей тела.

Структура семантического микрополя, концептуализирующего тот или иной лингвокультуроцепт русского менталитета и языка, построена нами по принципу «атома», т.е. выделена центральная ФЕ (ядро) и на разном орбитальном удалении от него располагаются другие ФЕ, которые близки по семантике «ядерной ФЕ», но концептуализируют лингвокультуроцепт в той или иной степени опосредованно и отдаленно с точки зрения своей семантики, которая остается в пределах синонимического соотнесения с ядерной ФЕ.

Возникает — как следствие — структура из нескольких орбит, удаленных от ядерной ФЕ в разной степени.

Приведем схематическое изображение микрополя, связанного с негативной эмоцией душевной боли:

В другой группе ФЕ в русском языке метафоризация лингвокультуроцепта «душа» через соматизм «сердце» может выражаться эксплицитно (подобное обнаруживается в литовском языке в очень значительной степени). К таким единицам относятся следующие ФЕ, которые образуют синонимический ряд в рамках микрополя ФЕ с семантикой «боль души»: «Сердце кровью обливается» — лит. „irdis apsipyl kraujais“ / „irdis aptekjo krauju“ (букв. рус. «Сердце обтекло кровью»); «Душа [сердце] разрывается [на части] — лит. „irdis plyta“ / „irdis plyta per pus“ / „irdis plyta perpus“ / „irdis plyta pusiau“ (букв. рус. «Сердце разрывается на половины») / „irdis sprogsta pusiau“ (букв.

рус. «Сердце взрывется напополам»); «Нож в сердце» / «Вонзать, вонзить острый нож в сердце» — лит. „Devyni peiliai pervr ird“ (букв. рус. перевод:

«девять ножей пронзили сердце») и др.

Следует отметить, что многим фразеологическим единицам данного фразеополя русского языка нет прямого и точного соответствия в литовском языке, как и наоборот — нами отмечены ФЕ литовского языка, соответствий которым нет в русском языке, а именно: „ird skaudinti“ / „ird skaudinti“ / „ird suskaudinti“ / „ird perskaudinti“ / „ird suskudinti“ / „ird susopinti“ (рус. перевод «причинять боль сердцу»); Skaudama irdimi“(рус. перевод «с болью в сердце»); „ird suskaudti“ / „ird suskausti“ / „irdis suskaudo“ / „ird suskaudo“ / „irdis suskudo“ / „ird susopo“„ird nuskaudjo“ (рус. пер.

«Заболело сердце»); „ird suspaud“ (букв. рус. «сердце зажало»).

Как следует из значений данных ФЕ, все они имеют семантический компонент «ранить сердце» или «лишить сердца», что неминуемо приводит к корреспондирующему семантическому компоненту боли соматического органа, поскольку ранение или лишение органа в соматической структуре тела человека сопровождается болевыми ощущениями. Характерной чертой ФЕ такого типа является метонимизация ситуации: причинение вреда сердцу влечет за собой неминуемое причинение вреда душе, поскольку душа и сердце метонимически расположены в пространстве человеческого тела и нередко воспринимаются как единое целое. Заметим также, что данные соматизмы содержат в качестве дополнительной сему «негативное отношение какого-либо человека к какомулибо лицу», т.к. семантический контур их значения связан с идеей — причинять боль, заставлять страдать. На это особо указывают «вредоносные» по значению глаголы разорваться, вонзить и т.д., которые в сочетании со словом сердце передают основную экспрессию данных фразеологизмов.

Среди проанализированных «эмоциотропных» ФЕ тематического поля такого состояния души, как «любовь», включающих в свой состав прямо или косвенно тот или иной соматический элемент, мы обнаружили только высокую степень проявления любви (т.е. нет или почти нет фразеологизмов, характеризующихся разной степенью проявления любви в нашей аналитической группе фразеологизмов. Так, высокая степень проявления чувства может быть отмечена в ФЕ «Влюбится по [самые] уши» (лит. соотв. „simylti iki aus“).

Соматический элемент уши в контексте данного ФЕ определяет высокую степень погружения в некую (подобную жидкой) среду, с которой сравнивается любовь (в этой среде можно «утонуть»). В этом смысле семантический контур, мотивированный символически-метафорическим фреймом «утонуть по самые уши в любви», свидетельствует о другом — о негативной оценке состоянии любви, которая достигла чрезмерного предела. В результате данное микрополе ФЕ семантической группы, соотнесенной с любовным душевным состоянием, не образует обширного и многоорбитного атомарного единства, подобного выщеописанным.

В результате анализа и систематизации ФЕ с семантикой состояния души мы выделили следующие семантические микрополя ФЕ положительных эмоций: «удовольствие души», «восторг/радость души», «любовь души», «искренность души». Перечисленные микрополя являются прототипическим центром общего макрополя положительных эмоций, переживаемых душой (т.е.

психикой человека в целом), поскольку имеют в своем семантическом контуре опору на соматический компонент, позволяющий понимать смысл ФЕ наиболее полно, т.е. сравнивать это чувство (психическое состояние человека) с переживанием, подобным физическому ощущению того или иного органа человеческого тела.

Однако жизнь человека не ограничивается положительными эмоциями и состояниями души. В результате систематизации мы выделяем следующие семантические микрополя ФЕ отрицательных эмоций: «боль души», «ужас – страх – боязнь души», «тревога – волнение – беспокойство – трепет души», «ненависть – отвращение – неприятие души», «скорбь – унынье – печаль души», «плач души», «гнев души».

Анализ микрополей с отрицательной коннотаций показал, что перенос физического соматического состояния боли, ощущаемой органом тела человека, на ментальное состояние души осуществляется в русских ФЕ достаточно часто, однако в литовском языке, в отличие от русского языка, при образовании такой ФЕ участвует соматический элемент сердце, хотя он в общем смысловом контексте ФЕ означает то же, что русские называют душой. Кроме того, согласно мифопоэтическому воззрению русского и литовского народов, душа находит свою локализацию в сердце (или, как минимум, в груди: русские всегда прижимают руку к груди, когда говорят о душе).

Более того, состояния души человека в русской фразеологии понимаются и осознаются, прежде всего, через метафоризацию соматических состояний организма человека (или отдельного органа человеческого тела), который в целом имеет прототипический характер в системе внешнего миропонимания и понимания мира души.

В некоторых описываемых ФЕ такого рода соматический элемент в семантическом контуре заявлен прямо и непосредственно, в других же ФЕ он присутствует опосредованно, но почти всегда мы встречаемся с обширной полисемией используемого в ФЕ соматизма.

В заключении приводятся результаты диссертационного исследования, подводятся итоги и намечаются дальнейшие перспективы сопоставительного исследования соматических фразеологических единиц.

Библиография содержит список цитируемой литературы русских исследователей, список использованных словарей и цитируемые зарубежные источники.

Содержание диссертации отражено в следующих печатных работах 1. Концептуализация культурных стереотипов «душа», «тело» «мир» во фразеологических единицах русского языка (с привлечением литовских параллелеий) // Вестник ОГУ. Серия «Новые гуманитарные исследования».

– 2012. – No 1 (21) – С. 428–431. – ISSN 1997-9878.

2. Концепты «душа», «тело» во фразеологических единицах русского языка // Вестник МГПУ. Серия «Филологическое образование». – 2012. – No 1 (8) – С. 8–17. – ISSN 2074-7829.

3. Фразеологические соматизмы русского и литовского языков // Мир русского слова: науч.-метод. иллюстр. жур- нал. – СПб.: Изд. дом «МИРС» 2010. – No 3. – С. 27–30. – ISSN 1811-1629.

4. Сопоставительная идиоматика (на материале русских и литовских соматизмов) // Meninis tekstas: Suvokimas. Analiz. Interpretacija. – Vilnius: VPU leidykla, 2010. – No 7 (2). – Р. 130–137. – ISSN 1648-1089. (MLA, EBSCO).

5. Соматизмы как средство познания мира на фоне русского и литовского языков // Фразеология и познание. Сборник докладов 2-й Межд. научной конференции (Белгород, 7–9 сентября 2010): в 2-х тт. / Отв. ред. Н.Ф.

Алиференко. – Белгород: Изд-во БелГУ, 2010. – Т. 1. – С. 198–201. – ISBN 978-59571-0401-1.

6. Соматизмы в русском и литовском языках (в контексте межнационального общения) // Русский язык: исторические судьбы и современность: IV Международный конгресс исследователей русского языка (Москва, МГУ им. М.В. Ломоносова, филологический факультет, 20–23 марта 2010 г.): Труды и материалы / Сост.: М.Л. Ремнева, А.А. Поликарпов. – М.: Издво Моск. ун-та. 2010. – С. 548–549.

7. «Душа болит, а сердце плачет». Особенности употребления соматизмов в русском и литовском языках» // Текст и контекст: лингвистический, литературоведческий и методический аспекты: сб. науч. ст. – М. – Ярославль:

Ремдер, 2010. – Т. 1. – С. 231–236.

8. Сопоставительный анализ фразеологических подсистем в русском и литовском языках (в контексте межъязыковой и межкультурной коммуникации)» // Meninis tekstas: Suvokimas. Analiz. Interpretacija. – Vilnius:

VPU leidykla, 2008. – No 6 (2). – Р. 139–146.

9. Фразеологизмы как средство отражения картины мира в русском языке на фоне литовского языка» // Язык и межкультурные коммуникации: Сб. научн.

ст. – Мн.: БГПУ, 2007. – С. 140–144.

Перевод оригинальных цитат в тексте диссертации с польского и литовского языков на русский язык выполнен автором диссертационной работы.

Перевод фразеологических единиц литовского языка, совпадающих полностью с ФЕ русского языка, в работе не приводится.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.