WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

На правах рукописи

ДМИТРИЕВА Кристина Валерьевна

КОНЦЕПТ ЦВЕТ В КОГНИТИВНО-ФУНКЦИОНАЛЬНО-СТИЛИСТИЧЕСКОМ АСПЕКТЕ

(на материале романов В. Набокова «Лолита» и А. Фадеева «Разгром»)

Специальность 10.02.01 – русский язык

А В Т О Р Е Ф Е Р А Т

диссертации на соискание ученой степени

кандидата филологических наук

Кемерово 2012

Работа выполнена на кафедре русского языка и стилистики Пермского государственного национального исследовательского университета

Научный руководитель:

доктор филологических наук, профессор Котюрова Мария Павловна, профессор кафедры русского языка и стилистики Пермского государственного национального исследовательского университета

Официальные оппоненты:

доктор филологических наук, профессор

Катышев Павел Алексеевич, профессор кафедры стилистики и риторики Кемеровского государственного университета;

кандидат филологических наук, доцент

Маругина Надежда Ивановна, доцент кафедры английской филологии Национального исследовательского Томского государственного университета

Ведущая организация:

Уральский государственный

педагогический университет,

г. Екатеринбург

Защита состоится «24» декабря 2012 г. в 14.00 часов на заседании диссертационного совета Д212.088.01 в федеральном государственном бюджетном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Кемеровский государственный университет» по адресу: 650043, г. Кемерово, ул. Красная, 6.

С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке Кемеровского государственного университета.

Автореферат разослан «21» ноября 2012 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета М. А. Осадчий

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Реферируемая работа посвящена когнитивно-функционально-стилистическому исследованию цветовой характеристики картины мира в тексте целого художественного произведения. Цветовая характеристика, «рассыпанная» по тексту, рассматривается в качестве концепта ввиду того, что смысловое поле цвета определяется «участием наблюдателя» (читателя, исследователя), стремящегося обнажить скрытые параметры целостности изучаемого явления.

Концепт понимается как сложная когнитивно-лингвистическая единица, конструируемая в лингвокультурологическом аспекте, репрезентируемая совокупностью языковых единиц, функционирующих в речи/тексте в соответствии с индивидуальной (уже – текстовой) языковой картиной мира автора.

Именно целостность концепта цвет дает возможность сопоставлять его репрезентацию в разных текстах художественных произведений, причем благодаря осмыслению концепта не только в общем виде, но и в отношении его идиостилевых особенностей. Такое сопоставление обеспечивает формирование индивидуально-целостной художественно-текстовой цветовой картины мира в произведениях высокой эстетической (художественно-образной) ценности.

Интерес к исследованию идиостилевых особенностей романов Владимира Набокова «Лолита» и Александра Фадеева «Разгром» вызван тем, что каждый из этих мастеров слова пользуется языковым богатством, реализуя свое видение и восприятие тех или иных концептов культуры, трансформируя свои ценностные установки в определенные характеристики художественно-образной действительности. Актуализация признаков концепта и выбор соответствующих им языковых единиц позволяет сформировать особую, а именно текстовую, цветовую картину в пределах индивидуально-авторской картины мира.



Актуальность исследования определяется научным интересом к проблеме взаимодействия языка, мышления и сознания, а также связи языка и культуры. Выбор концепта цвет объясняется его универсальностью и значимостью не только в обычной, но и в эстетической сфере коммуникации, а также недостаточной изученностью лингвоцветовых картин мира, в частности, созданных в художественных текстах В. Набокова и А. Фадеева, наконец, перспективной возможностью выявить предпочтения других писателей относительно колоративной лексики.

Данная тема представляется актуальной в разных аспектах: 1) когнитивном – в связи с особой важностью концепта цвет в общей чувственной картине мира человека; 2) функционально-стилистическом – в связи с репрезентацией концепта цвет в текстах художественных произведений и познавательным интересом к сопоставлению роли языковых единиц со значением цвета в формировании текстовой художественно-образной картины.

Значимость научных представлений о формировании, развитии, функционировании концепта цвет в эстетической сфере использования языка вытекает из более широкого научного контекста современной лингвистики, связанного с понятием концептуальной картины мира. Концептуальной картине мира посвящено большое количество исследований таких ученых, как А. П. Бабушкин, Н. Н. Болдырев, С. Г. Воркачев, В. З. Демьянков, В. И. Карасик, А. Е. Кибрик, А. А. Кибрик, И. М. Кобозева, В. В. Колесов, А. В. Кравченко, Е. С. Кубрякова, М. Вл. Пименова, Е. М. Позднякова, З. Д. Попова, И. А. Стернин, В. А. Степаненко, Е. В. Рахилина, Т. А. Фесенко, А. П. Чудинов, Г. Г. Слышкин и др. Многоаспектные исследования позволяют говорить не только о тенденции к расширению традиционных лексикоцентрических разысканий, но и о становлении новых лингвистических направлений, в частности лингвальной концептологии в трактовке М. Вл. Пименовой.

Концепт цвет и его репрезентация в художественных текстах в когнитивно-функционально-стилистическом аспекте до сих пор не исследовался. Изучение концепта цвет неизбежно требует обращения хотя бы к некоторым теоретическим понятиям, разработанным в пределах смежных направлений лингвистической науки. Иначе говоря, тема исследования предполагает использование трансдисциплинарного подхода (см., в частности: понятие концепт – из когнитивной лингвистики; понятия лексическое значение слова, синонимы, антонимы – из лексикологии; художественно-образная речевая конкретизация – из функциональной стилистики и др.).

Объектом исследования являются художественные тексты, которые можно отнести к произведениям «высшей эстетической ценности», отличающиеся, по утверждению А. Н. Васильевой, исключительной глубиной проникновения в сущностные, очень сложные и скрытые основы человеческой жизни.

Предмет исследования – в онтологическом отношении – выявленные и зафиксированные цветообозначения, или колоративы, понимаемые в совокупности в качестве концепта как единицы текстовой картины чувственного мира автора.

Материалом исследования послужили художественные тексты – романы В. Набокова «Лолита» и А. Фадеева «Разгром». В. Набоков – одна из наиболее спорных фигур в русской литературе XX века, однако как бы ни оценивали критики и литературоведы его творчество в целом, стилистика его произведений всегда оценивается как блестящая, чрезвычайно искусная. По выражению самого В. Набокова, он наделен «цветным слухом»; именно поэтому заданная его текстами ритмическая смена различных чувств, настроений, эмоций идентифицируется с цветом и запоминается в виде цветовых изменений (Б. В. Аверин, В. Е. Александров, Н. А. Анастасьев, А. А. Долинин, В. В. Ерофеев, А. М. Зверев, Е. Я. Курганов, О. Михайлов, А. С. Мулярчик, Б. М. Носик, К. Проффер, В. С. Федоров, С. Р. Федякин, З. А. Шаховская, С. Шифф, М. Шраер и др.).

А. Фадеев – один из выдающихся представителей социалистического реализма, как утверждают В. Г. Боборыкин, Л. Н. Большаков, А. С. Бушмин, К. Л. Зелинский, Е. Ф. Книпович, Н. И. Никулина, В. М. Озеров, С. И. Шешуков и др. Творчество писателя стало заложником политической конъюнктуры; в связи с этим актуальной становится задача непредвзятого прочтения творческого наследия А. Фадеева.

Материал исследования представлен колоративами и лексемами, включающими сему ‘цвет’, в минимальных контекстах романов В. Набокова и А. Фадеева. Различая термины «текст» и «произведение», подчеркнем, что в работе применяется в целом лингвистический анализ микроконтекстов. Вместе с тем именно с объяснительной целью неизбежно обращение к более объемным фрагментам текста и даже тексту целого произведения. За минимальную единицу анализа был принят лексико-семантический вариант лексемы как реально функционирующая в речи и релевантная языковому сознанию носителя языка лингвистическая единица, а также некоторые текстовые сочетания лексических единиц. В целом, в текстах романов В. Набокова и А. Фадеева зафиксировано и проанализировано – соответственно – 1076 и 386 словоупотреблений колоративов.

Целью исследования являются разработка и описание когнитивной модели функционально-семантического цветового поля, которое соотносится с концептом цвет в художественных текстах. Как видим, понятие концепта используется и в онтологическом, и в научно-познавательном (эпистемологическом) отношениях, благодаря чему это понятие приобретает объемный характер, что обусловливает его разноплановые, нередко противоречивые определения.

Поставленная цель обусловила следующие задачи:

1) зафиксировать использованные в текстах цветообозначения, провести количественный анализ употребления колоративов и определить доминирующие цвета в текстовых цветовых картинах мира В. Набокова и А. Фадеева;

2) провести количественный анализ средств репрезентации субконцептов (субординатных концептов) концепта цвет в текстах названных романов;

3) в сопоставительном плане проанализировать средства репрезентации функционально-семантических полей концепта цвет в рассматриваемых текстах;

4) дифференцировать выявленные языковые единицы и определить качественную структуру концепта с учетом разных уровней обобщения (концепт цвет, субконцепт типа красный цвет);

5) проанализировать участие колоративов в процессе художественно-образной речевой конкретизации в романах В. Набокова и А. Фадеева;

6) в результате изучения текстовой цветовой картины, понимаемой в качестве компонента чувственной картины мира, провести сопоставительный психосемантический анализ полученных данных и – на его основе – психологический анализ образа автора в текстах двух романов.

Гипотезу нашего исследования можно сформулировать следующим образом: концепт цвет обладает целостностью в соответствии с коммуникативным единством автора-читателя. При этом на первом этапе анализа концепта в тексте акцент неизбежен на втором компоненте единства автор-читатель (исследователь), поскольку не создание, а именно восприятие текста как готового продукта позволяет сформировать (но не обязательно формирует) тот или иной концепт. Вместе с тем, по-видимому, не только осмысление концепта в его целостности, но и «проникновение» в его части (и частности) конкретизируют концепт во всей его полноте и объемности. Значит, художественно-текстовая репрезентация концепта цвет в романах В. Набокова и А. Фадеева не может не быть индивидуально-целостной. С аргументацией данной гипотезы соотносится научная – теоретическая и практическая – значимость исследования.

Методологический аппарат исследования представлен совокупностью научных понятий; из них наиболее широкими, общенаучными являются принцип, подход, метод.

Научный принцип представляет собой важнейшее методологическое средство познания; в роли принципа выступают исходные теоретические положения с широким диапазоном действия. Реферируемая работа выполнена на основе принципа функционализма в единстве с не менее значимым принципом антропоцентризма, поскольку учитывается экспрессивная функция языковых единиц (колоративов), соотносимая с говорящим (автором).

Научный подход, тесно связанный с принципом, обычно трактуется как позиция, с которой рассматривается объект изучения, т.е. как понятие, руководящее общей стратегией исследования. В диссертации применяется функционально-стилистический подход, учитывающий употребление языковых единиц в речевом общении, а также комплексный (трансдисциплинарный) подход, когда используются некоторые положения, разработанные в смежных направлениях лингвистики, – подход, который ориентирует на реализацию «контурного мышления» (М. П. Котюрова, Л. С. Тихомирова, Н. В. Соловьева). Применение контурного подхода соотносится с разработкой когнитивно-функционально-стилистической модели, охватывающей лишь некоторые, но принципиально важные количественно-качественные параметры концепта цвет, репрезентированного в текстах романов В. Набокова «Лолита» и А. Фадеева «Разгром».

Научный метод объединяет совокупность целенаправленных приемов анализа текстовых единиц и тем самым позволяет конкретизировать функционально-стилистический подход, представляющий собой количественно-качественный анализ функционирования языковых (текстовых) единиц. Компонент «качественный» предполагает контекстуально-смысловой анализ в процессе установления и интерпретации колоративов в минимальном контексте синтагмы, высказывания, а также в контексте целого произведения. Последнее объясняется тем, что в художественном тексте функциональная семантика языковых единиц по своей сути является «открытой», т.е. предполагает интерпретацию с учетом среды их употребления. В этом отношении языковые единицы особенно интересны прежде всего как носители «текстовой картины мира» (А. Киклевич), создаваемой – что особенно важно! – благодаря творческой воле художника слова, а затем читателя/исследователя.

В работе применяются следующие приемы изучения материала: с «диагностирующей» целью выявления колоративов (цветообозначений, цветовых слов) – контекстуально-смысловой, или функционально-семантический, с целью объяснительной – функционально-стилистический (с учетом роли в художественно-образной речевой конкретизации), а также когнитивный (с учетом личностных, индивидуальных приращений смысла цветообозначений – см. схему 1 на с. 10).

Для решения общих либо частных задач использованы следующие методы исследования: метод сплошной выборки; метод контекстуального анализа; метод концептуального анализа; метод моделирования, дающий модельное представление о смысловой структуре концепта цвет, репрезентированного в тексте целого художественного произведения; интерпретативный метод, совмещающий функционально-стилистический и когнитивно-лингвистический анализ языковых единиц, функционирующих в роли колоративов, а также контекстуально-смысловой и сопоставительный методы.

Методика описания. Каждый субординатный концепт (субконцепт типа красный цвет) концепта цвет описан в соответствии с такими параметрами, как парадигматический, синтагматический, функционально-семантический: 1) количество колоративов, обозначающих сегмент цвета и объединяемых субконцептом; 2) дифференциация колоративов на тематической основе; 3) количество кодифицированных (общеупотребительных) и окказиональных цветообозначений; 4) функциональная интерпретация доминирующих цветообозначений в рамках субконцепта в плане художественно-образной речевой конкретизации, осуществляемой в тексте романа.

Единый порядок описания субконцептов концепта цвет, использованных тем или иным мастером слова при создании текстовой художественно-образной картины мира, предоставляет широкие возможности для сопоставления и выявления как общих черт, так и особенностей в индивидуальном использовании колоративов с целью формирования индивидуально-авторской текстовой картины мира.





Достижение познавательной цели посредством решения поставленных задач определяет научную новизну исследования: выявлены фрагменты художественно-текстовой цветовой картины мира, воплощенной в текстах романов В. Набокова «Лолита» и А. Фадеева «Разгром», очерчена методологическая база исследования, разработан научно-понятийный аппарат изучения колоративов в тексте художественного произведения, определены пути интерпретации колоративов и цветового поля в целых текстах романов в функционально-стилистическом и когнитивном отношениях.

Теоретическая значимость исследования состоит в научной разработке понятия цвет в функционально-стилистическом и когнитивном аспектах; в определении статуса и соотношения таких понятий когнитивной лингвистики, как концепт и субконцепт, а также в аргументации новыми научными фактами (полученными на материале текстов романов В. Набокова и А. Фадеева) понятия функциональной стилистики художественно-образная речевая конкретизация; применении взаимосвязанных научных понятий языковая картина мира, индивидуальная картина мира, текстовая картина мира, интерпретации совокупности цветообозначений и лексем, включающих сему ‘цвет’, в качестве репрезентантов концепта цвет в пределах текстовой цветовой картины, выявлении некоторых особенностей функционирования концепта (средств его репрезентации) в текстах названных художественных произведений. Теоретическая значимость определяется также применением комплексного языкового подхода – парадигматического, синтагматического и функционально-семантического – к описанию репрезентантов концепта цвет.

Разработанный терминологический аппарат и методика анализа текстовой цветовой картины мира В. Набокова и А. Фадеева могут быть применены к исследованию текстовых цветовых картин мира других писателей.

Практическое значение работы обусловлено возможностью включения некоторых результатов исследования в лексикографическую практику при составлении словаря русских цветообозначений, а также при изучении таких курсов, как «Лексикология и фразеология», «Стилистика художественной речи», «Когнитивная лингвистика», «Лингвистический анализ текста». Материалы исследования могут быть учтены при разработке спецкурсов и спецсеминаров по языку художественной литературы. Часть материала может быть использована при изучении идиостиля В. Набокова и А. Фадеева.

Положения, выносимые на защиту:

1. Концепт цвет содержит информацию о цветовом признаке, отражает своеобразие лингвоцветовой картины мира художника, являющейся составной частью целостной художественной картины мира.

2. Совокупность цветообозначений и лексем, включающих сему ‘цвет’, можно рассматривать в качестве когнитивной модели функционально-семантического поля цвета.

3. В использовании цветообозначений при выражении субконцептов концепта цвет в идиостилях писателей – в плане художественно-образной речевой конкретизации – выявляются значимые предпочтения.

4. Количественные параметры и качественное своеобразие художественно-речевого континуума цветовых номинаций обусловлены отбором цветовых единиц в соответствии с авторской интенцией.

5. Содержание авторских лингвоцветовых картин мира, репрезентируемых текстовыми парадигмами (единицами различных частей речи), обусловлено спецификой индивидуально-авторского восприятия мира, а также художественно-коммуникативными целями субъектов художественной речи. Авторские интенции определяют взаимосвязь концепта цвет с такими концептами культуры, как любовь, красота, судьба, родина и т.п. Связь компонентов конкретно-чувственного концепта с концептами духовной сферы осуществляется на основе художественной ассоциативности.

6. Экспликация культурных коннотаций общерусского и народного слова, приемы авторских метафоризаций, обращение авторов к «чужому слову» и текстам традиционной культуры свидетельствуют о тесной связи картин мира В. Набокова и А. Фадеева с русской языковой, фольклорной, национально-художественной картинами мира.

Апробация работы. Результаты исследования обсуждались на кафедре русского языка и стилистики Пермского государственного национального исследовательского университета. Основные положения работы изложены автором в докладах на международных научных конференциях: «Тартуская международная конференция молодых филологов» (Тарту, Эстония, 2007); «IX славистические чтения «Контакты и миграции славян» (София, Болгария, 2008); «II Новиковские чтения. Функциональная семантика языка, семиотика знаковых систем и методы их изучения» (Москва, 2009); «III Международная научно-практическая конференция «Севастопольские кирилло-мефодиевские чтения» (Севастополь, Украина, 2009); «II Международная конференция «Русский язык и литература в международном образовательном пространстве: современное состояние и перспективы. К 55-летию преподавания русского языка в Испании» (Гранада, 8-10 сентября 2010); Международная конференция «Русско-испанские сопоставительные исследования: теоретические и методические аспекты» (Гранада, 7-9 сентября 2011); Международная научно-практическая конференция «Science on border of the millennium» (Барселона, Испания, 27-29 мая 2012); Международная научно-практическая конференция «Роль науки в развитии общества» (Ницца, Франция, 7-9 октября 2012); всероссийской конференции «Слово. Словарь. Словесность: Петербургский текст русистики начала ХХI века» (С.-Петербург, 2007).

Задачи, соответствующие основным этапам исследования, обусловили структуру работы: диссертация состоит из введения, двух глав, заключения, а также списка основной использованной литературы, списка использованных словарей и справочников, списка источников анализируемого материала. Положения диссертации иллюстрируются 26 таблицами, 5 схемами и 2 диаграммами.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

Во Введении формулируется предмет диссертации, определяются ее цели и задачи, обосновываются актуальность и научная новизна работы, устанавливаются методологические приоритеты исследования, теоретическая и практическая значимость и формулируются положения, выносимые на защиту.

Первая глава «Концепт цвет в языковой, индивидуальной и текстовой картинах мира».

В первом параграфе рассматриваются истоки когнитивной лингвистики; определяется научный аппарат когнитивной лингвистики, в частности одно из основных понятий исследования – концепт. Дается описание концепта как единицы научного знания и формирования цветовой картины мира, рассматривается структура концепта в соотношении с языковой, индивидуальной и текстовой картинами мира.

С лингвистической точки зрения концепт «по своей сути является инвариантом означаемого, единицей эмического (абстрактного) уровня (сопоставимой с фонемой, морфемой, лексемой, синтаксемой), которая… реализуется в лексических значениях – способах представления внеязыкового содержания (подобно тому, как фонема реализуется в звуках/аллофонах, морфема – в морфах/алломорфах, лексема – в словоформах и лексико-семантических вариантах, синтаксема – в синтагмах/предложениях и др.)» (М. Вас. Пименова). В соответствии с данной трактовкой «концепт» цвет понимается как инвариант всех имеющихся в открытой языковой системе цветообозначений, состав которых дифференцируется на взаимосвязанные совокупности – субординатные концепты, или субконцепты.

Во втором параграфе представлены такие подходы к определению понятия цвет, как механистический, культурологический, этнопсихолингвистический и собственно лингвистический. Интерпретируются статическая и динамическая модели концепта цвет, а также определяется место этой модели в общенациональной концептосфере (см. схемы 1, 2, 3).

Схема 1

Статическая модель концепта цвет

(структура концепта)

Примечание. Пунктирная линия обозначает относительный характер дифференциации концепта, прямая линия – более жесткий, определенный характер дифференциации. Точечная линия ограничивает тот сегмент концептуального поля, которым пользуется (обладает) языковая личность.

Модель концепта цвет, отражающая статическое состояние знаний, мнений, представлений о цвете, строится (и читается) по направлению от ядра к периферии, т.е. от наиболее устойчивого знания, зафиксированного в понятиях, суждениях, концепциях, законах, к индивидуальным «штрихам» восприятия. Данная модель не отражает динамики концепта, в частности, его развития с учетом становления и формирования наук описательных (культурологии, этнопсихологии и др.), предмет которых не отличается четкостью и определенностью, а «приближен» к действительности и человеку, воспринимающему эту действительность.

В связи с этим разработана динамическая модель концепта, соотносимая с процессами формирования и познания концепта. Обе модели ни в коей мере не противоречат друг другу, являясь взаимодополняющими.

Схема 2

Путь познания концепта

(динамическая модель)

Общая характеристика концепта цвет в общенациональной концептосфере включает представление об окраске вообще (имеет цвет), о красочном (цветной) и бескрасочном (темный, светлый) цвете, об определенном цветовом тоне (красный, желтый).

Эти основания позволяют отнести концепт цвет к гиперсегментным конструктам. Авторский концепт цвета, как и общенациональный, включает в себя, в свою очередь, концепты-«гиперсегменты» ахроматических и хроматических цветов. Первый имеет чувственнообразное ядро «бескрасочный цвет» и включает такие универсальные концепты, как черный, белый, серый, светлый, темный. Гиперсегмент концепта «хроматические цвета» имеет чувственнообразное ядро «красочный цвет» и объединяет представления о прототипических цветах (в этом качестве выступают субконцепты всех семи цветов спектра – красный, оранжевый, желтый, зеленый, голубой, синий, фиолетовый).

С учетом сказанного концепт цвет интерпретируется как иерархическая структура, организованная на основе цветового тона, красочности/бескрасочности и более конкретного представления об окраске (см. схему 3).

Схема 3

Модель концепта цвет в общенациональной концептосфере

Во второй главе «Концепт цвет: структурный и функционально-семантический аспекты» представлена категориальная основа соотношения концепта цвет и его субконцептов. Структурный и функционально-семантический аспекты описания репрезентантов цвета в художественных текстах обусловлены тем, что семантика цвета выражается лексическими средствами по-разному: специальными номинациями цвета типа красный, номинациями предметов, не всегда, но обычно имеющих определенный цвет, т.е. включающих сему ‘цвет’, типа ворона (черный цвет), воробей (серый цвет), золото (желтый цвет), свежескошенная трава (зеленый) и т.д.

Лексические единицы, репрезентирующие цвет, имеют определенную парадигматическую форму – словообразовательную, морфологическую (принадлежность к определенной части речи), лексико-семантическую (наличие синонимических, антонимических, градуальных отношений), а также синтагматическую (небо включает сему ‘цвет’, однако конкретизируется в минимальном контексте: голубое небо, серое небо, синее небо и т.д.) и функционально-семантическую характеристику (белые носки свидетельствуют о подростковости Лолиты, фиолетовый халат – о необычности Гумберта и т.п.).

Функционально-семантический анализ зафиксированной лексики ориентирован на учет минимального контекста, дифференцированного в соответствии с моделью, представленной на схеме 4.

Схема 4

Минимальный контекст колоратива, дифференцированный тематически

Анализ текстов В. Набокова «Лолита» и А. Фадеева «Разгром» опирается на трактовку стиля художественного произведения как системы, в которой отражается эстетический мир писателя, поэтому задача исследования заключается в том, чтобы не оценить, а представить каждую систему (концепта цвет) в виде заполненной модели и по возможности описать характер текстовой цветовой картины мира.

Субконцепты цвета – конкретные цвета: красный, оранжевый, желтый, зеленый, голубой, синий, фиолетовый, белый, черный, коричневый. В соответствии с когнитивными исследованиями Е. С. Кубряковой, З. Д. Поповой, И. А. Стернина, Н. Н. Болдырева и др. на основе категориального принципа можно установить различия между двумя номинациями, например, цвет и фиолетовый цвет. Первая является номинацией «фокусной характеристики» – абстрактной, категориальной (Н. Н. Болдырев), т.е. служит целям репрезентации научного и языкового (инферентного), в том числе оценочного, знания.

Цвет – это точка отсчета в формировании концепта цвет, это название абстрактной, базовой категории, которая служит ориентиром для репрезентации знания как онтологического (интуитивного, созерцательного), так и языкового (инферентного). В таком случае цвет принимается в качестве номинации опорной точки, прототипа категориального, абстрактного, знания. (См. – аналогично – пример Н. Н. Болдырева: На дереве сидела птица – сидела именно птица, а не белка и не рысь, и именно на дереве, а не на скамейке и не на дорожке.)

Номинация типа фиолетовый цвет как метонимический перенос значения цвета, т.е. приписывание категориальных характеристик на основе использования соответствующего названия категории, в единстве со словом конкретной семантики фиолетовый принимается за номинацию категории субординатного уровня. При этом важно, что имена базовых категорий типа цвет и категорий субординатного уровня типа фиолетовый, синий, красный и др. используются в соответствии со следующим принципом: высокий уровень инферентности передаваемого знания диктует выбор слов абстрактной семантики, и наоборот, чем больше онтологических характеристик содержится в передаваемом знании, тем конкретнее семантика используемых для его передачи языковых средств.

Средства выражения ахроматического и хроматического спектров участвуют в создании каждым автором художественной картины мира почти в равной степени, выполняя при этом разные концептообразующие функции: языковые единицы со значением ахроматических оттенков придают динамичность как собственно цветовой, так и – в результате – всей художественной картине мира в тексте. В то время как языковые единицы со значением хроматических цветов – цветность создаваемой образной действительности.

Так, в тексте романа В. Набокова употреблено цветообозначений ахроматического спектра 44,5 %, хроматического – 55,5 %, а в тексте романа А. Фадеева соответственно – 49 % и 51 %. Соотношение субконцептов в пределах концепта цвет в двух анализируемых текстах также различно: в романе «Лолита» доминируют субконцепты белый (22,9 %), красный (21 %), черный (13,4 %); в романе «Разгром» черный (27,2 %), красный (19,9 %), белый (16,1 %) (см. табл. 1).

Таблица 1

Количественный аспект функционирования концепта цвет

Концепт цвет

В. Набоков «Лолита»

А. Фадеев «Разгром»

кол-во

%

кол-во

%

Ахроматические

цвета

белый

246

22,9

62

16,1

серый

89

8,3

22

5,7

черный

144

13,4

105

27,2

всего

479

44,5

189

49,0

Хроматические

цвета

красный

226

21

77

19,9

оранжевый

25

2,3

14

3,6

желтый

75

7

43

11,1

зеленый

61

5,7

37

9,6

голубой

45

4,2

7

1,8

синий

48

4,5

11

2,8

фиолетовый

41

3,8

коричневый

76

7,1

8

2,1

всего

597

55,5

197

51,0

Всего

1076

100

386

100

В силу неравномерного членения цветового «пространства» на сегменты формируются различные субконцепты концепта цвет, объединяемые по воле автора в один текстовый цветовой концепт.

Сопоставительный анализ тематических групп, выявленных в текстах романов В. Набокова и А. Фадеева (см. диаграмму), дал результаты, подтверждающие, что каждый художник слова в рамках исследуемого текста формирует свои стереотипы сознания и поведения, опирающиеся на собственное видение мира.

Диаграмма

Количество колоративов концепта цвет в минимальных контекстах,

дифференцированных тематически

Как видно из диаграммы, функционально-семантические поля концепта цвет универсальны и в то же время специфичны. При сопоставлении тематических групп установлены следующие особенности. В тексте романа В. Набокова доминантной является тематическая группа колоративов, описывающих внешность человека (279 словоупотреблений), а далее – окружающие предметы (219), одежду (168), природные явления (151), незрительные сенсорные ощущения (108), эмоционально-эстетическую оценку (58), прочие (93). В тексте романа А. Фадеева: природные явления (144 словоупотреблений), внешность человека (105), одежду человека (28), окружающие предметы (36), незрительные сенсорные ощущения (29), эмоционально-эстетическую оценку (19), прочие (25).

Оба автора в качестве оттеночных элементов используют сравнения, например: тот извивался как нетопырь, раскинув бурку, похожую на черные крылья; тонкие стволы берез тихо белели во тьме, как потушенные свечи; лилась в долину прозрачная пена бело-розовых облаков, соленых от моря, пузырчатых и кипучих, как парное молоко (Фадеев; ср.: ее широко расставленные, серые как матовое стекло глаза (Набоков); мой призрак его настигнет, как черный дым, как обезумелый колосс (Набоков); она бы побледнела, словно превратившись в матовое стекло (Набоков). Количественно в тексте романа А. Фадеева они значительно (втрое) превышают (23 факта использования на 151 страницу текста, или в среднем 0,15 на страницу текста); данные по роману В. Набокова – 20 на 371 страницу текста, или в среднем 0,05 на страницу текста.

На языковое представление цветовой картины мира накладывают отпечаток синестезические ассоциации В. Набокова. Они закрепляются в индивидуальных (чувственных) сочетаниях с колоративами (теплая зелень зеркала; понюхав раздавленный сочный пучок травы; сочный травяной дух; роща принялась отзываться зеленым эхом; потрескивала травяная сушь). В тексте романа В. Набокова концепт цвет тесно связан с другими концептами, обозначающими ощущения разных органов чувств, структурирующими осязательную, обонятельную, слуховую информацию. Синестезия как дополнительный признак концепта цвет определяет его специфику и указывает на своеобразие индивидуально-авторского мировидения. В тексте романа А. Фадеева синестезия также установлена.

В параграфах 1, 2, 3, 4, посвященных характеристике функционально-семантических полей субконцептов типа красный, оранжевый, желтый и др. концепта цвет, рассматриваются группы субконцептов, репрезентированных различными языковыми единицами – собственно цветообозначениями и номинациями, включающими сему ‘цвет’, типа кровь.

Представим здесь описание лишь некоторых, но самых выразительных субконцептов в текстовых цветовых картинах концепта цвет, построенных по ядерно-периферийной модели, в порядке, соответствующем следованию сегментов хроматического цвета, начиная с сегмента «красный».

Функционально-семантическое поле субконцепта красный концепта цвет. В индивидуально-текстовой колоративной парадигме обоих писателей субконцепт красный цвет, соответствующий сегменту «красный» и имеющий структуру функционально-семантического поля, занимает ядерные позиции. Несмотря на общность истоков (общеславянской культуры) и доминирующее положение субконцепта красный цвет в обоих художественных произведениях, наблюдается индивидуально-авторское освоение данного субконцепта в текстах романов в соответствии с задачами художественно-образной речевой конкретизации.

Сопоставительный анализ фрагментов картин мира двух художников слова, сосредоточенный на концептах, охватывающих разные стороны восприятия объективной действительности, позволил выявить не столько количественные, сколько качественные различия в репрезентации этих концептов лексическими единицами. В текстовой картине мира романов В. Набокова и А. Фадеева функционально-семантическое поле субконцепта красный концепта цвет (далее ФСП красный) представляет собой одно из самых обширных по количественной репрезентации и семантическому наполнению. Оба рассматриваемых ФСП красный характеризуются наличием двух ядерных зон. Так, В. Набоков фиксирует, в первую очередь, колоратив розовый (44 словоупотребления) и колоратив красный (41 словоупотребление). В отличие от В. Набокова, А. Фадеев выдвигает на первый план колоратив кровь (23 словоупотребления), нейтральное цветонаименование красный (6 словоупотреблений) не играет ведущей роли в структуре поля, поэтому ядром поля выступает колоратив кровь (не обозначает цвет непосредственно, но имеет дифференциальную сему ‘красный цвет’, поскольку в русском языковом сознании колоратив красный определенно соотносится с номинацией кровь).

ФСП красный цвет представлено – условно на одну страницу текста – 0,6 (В. Набоков) и 0,5 (А. Фадеев). Ядро ФСП субконцепта красный в тексте романа В. Набокова представлено как «плавающий» центр с размытой периферией посредством колоративов розовый и красный, в то время как в тексте романа А. Фадеева – лексемами кровь и красный. По аналогии с комплексами языковых единиц, объединенных на лексико-семантической основе, в соответствии с полевым представлением ассоциативных полей лексических единиц, в случае функционирования субконцепта красный цвет в романах «Лолита» и «Разгром» целесообразно квалифицировать данное ФСП как поле с «плавающим» центром и периферией. В лингвистической литературе понятие «плавающего» центра рассматривается в отношении синонимического гнезда, которое представляет собой не моноцентрическое, а полицентрическое образование (В. Д. Черняк). Кроме того, для определения динамического прототипа в синонимическом пространстве предложен близкий термин «плавающая доминанта» (Л. А. Араева).

Поэтому в трактовке функционально-семантического поля мы используем понятие «плавающего» центра (ядра), тем более что функционирование субконцепта красный укладывается в прокрустово ложе понятия, уже сформированного предшественниками: оно включает сему ‘имеющий окраску одного из основных цветов радуги, ряда оттенков от розового до коричневого’, ‘цвета крови’, а розовый – сему ‘бледно-красный’, кровь – сему ‘красная жидкость’; благодаря наличию этих общих сем центр поля красный легко «передвигается» в сторону номинации колоративов розовый и кровь.

Состав номинаций оттенков красного цвета также различается: в тексте романа В. Набокова использовано около 60 цветообозначений, а А. Фадеева – 20. В тексте романа В. Набокова «Лолита» границы ФСП являются размытыми, поэтому имеет место диффузная периферия, общая для нескольких ФСП (например, рубиново-изумрудный находится на общей периферии полей зеленый и красный; темно-вишневый и темно-розовый; розово-лиловый). В тексте романа А. Фадеева «Разгром» границы поля, напротив, достаточно четкие – выявлен один случай формирования диффузной периферии посредством наименования бело-розовый.

В отношении ФСП субконцепта красный в тексте романа В. Набокова можно отметить широкий состав номинаций оттенков цвета (кодифицированных и индивидуально-авторских) и богатство их семантики; в тексте же романа А. Фадеева – более узкий состав номинаций оттенков цвета. Кроме того, все лексемы по-разному дифференцируются на ядерные и периферийные, причем границы между ядром и периферией как в пределах одного поля, так и между разными полями могут быть очерчены либо нечетко (В. Набоков), либо вполне определенно (А. Фадеев).

Расширение текстовой парадигмы осуществляется за счет включения в нее индивидуально-авторских неологизмов, что придает ей открытый характер. Цветовые неологизмы – слова, составляющие ФСП красный, как правило, представляют собой речевые единицы, образованные способом чистого сложения (сочинительное или подчинительное отношение основ); см.: рубиново-изумрудный, огненно-розовый, кроваво-красный, невозможно-гранатовый, гранатово-красный, темно-вишневый, мохнато-розовый, долорозовый, розово-русый, резиново-красный, Краснополосый, «Красноборы», «Красногоры», ацтеково-красный, мясисто-красный.

В диссертационном исследовании установлено, что дополнительные признаки субконцепта красный связаны с авторской параметризацией цвета, что определяет содержание оценочных составляющих субконцепта и влияет на характер ассоциативных связей между концептами различных уровней.

Итак, субконцепт красный цвет имеет полевую, т.е. ядерно-периферийную, структуру с «плавающим» центром. Формирование такого ФСП детерминировано тем, что необходимость художественно-образной конкретизации в тексте того или иного романа ориентирует на использование определенных оттенков красного цвета – красного или розового. Компоненты ФСП – колоративы красного цвета – объединены системными отношениями, прежде всего синонимическими.

Системные отношения – синонимические, антонимические и др. – между цветовыми обозначениями в романе В. Набокова охватывают значительно большее количество кодифицированных и некодифицированных (индивидуально-авторских) цветообозначений ФСП красный. Интересным представляется в этом поле наличие приядерной энциклопедической зоны в тексте романа В. Набокова и этнолингвистической зоны – в тексте романа А. Фадеева. Характерна динамичность контекстуальных коннотаций при описании внешности героев, их одежды, окружающих предметов в тексте романа В. Набокова. Примечательна соотнесенность визуальной картины природы с эмоциональным состоянием персонажей в романе А. Фадеева. Единицы ФСП субконцепта красный цвет, особенно в тексте романа А. Фадеева, вкупе с единицами ФСП других субконцептов – цвета, слуха, осязания, обоняния – репрезентируют, конкретизируют и структурируют создаваемые художественные образы.

Функционально-семантическое поле субконцепта оранжевый концепта цвет – одно из самых незначительных полей в текстах обоих романов. Количество колоративов со значением ‘оранжевый’ в романах «Лолита» и «Разгром» почти одинаковое (0,07 и 0,09 на 1 условную страницу текста). В обоих романах оранжевый представляет собой ФСП с «плавающим» центром (ядром), зафиксированным номинацией рыжий.

В тексте романа В. Набокова зафиксировано 3 словоупотребления номинации оранжевый и 9 – рыжий; в тексте романа А. Фадеева – 3 словоупотребления оранжевый и 8 – рыжий. Состав номинаций со значением (или отдельной семой) ‘оранжевый’, формирующих периферию, в романе В. Набокова шире, чем в романе А. Фадеева. Периферия в тексте романа «Лолита» развернутая (рыжеволосый, апельсиновых цветов, рыженький, рыжинка, рыжеватый, рыжевато-розовый, оранжево-коричневый, ярко-рыжий, табачно-рыжий, охра); тогда как в тексте романа «Разгром» – более узкая (рыжеющий, рыжеватый, ярко-рыжий).

В случае функционирования субконцепта оранжевый цвет в тексте романа В. Набокова границы ФСП являются нечеткими, наблюдается диффузная периферия (оранжево-коричневый; табачно-рыжий; рыжевато-розовый), в то время как в тексте романа А. Фадеева диффузная периферия не установлена.

Интерес представляют индивидуальные особенности использования колоративной лексики: в тексте романа «Лолита» в качестве контекстуальных антонимов функционируют номинации брюнетка – рыжая и как дистантные контекстуальные синонимы номинация цвета рыжеволосая и нимфетка. Явно антропоцентричное употребление колоративов находим в тексте В. Набокова (например, рыжий по отношению к мужчине и к женщине). Цветовые характеристики рыжеволосый, рыжеватый ассоциируются с нимфетками и символизируют ‘свет’, ‘красоту’, ‘тайну’, в то время как рыжий сопровождается негативной оценкой. Номинации цвета с оттенком рыжий используются В. Набоковым не только с положительной, но и с отрицательной коннотацией. В этом проявляется авторское восприятие цвета как средства поэтической рефлексии писателя и художественно-образной речевой конкретизации в романе «Лолита».

При описании внешности персонажей А. Фадеев использует колоратив рыжий, который без контекста имеет нейтральный характер, однако в контексте «прибавляется» либо положительная, либо отрицательная авторская оценка. В контексте особенно выразительно подчеркивается положительный или отрицательный характер в сравнительных оборотах.

Функционально-семантическое поле субконцепта желтый концепта цвет – одно из объемных по семантическому наполнению и количественной репрезентации как в тексте романа В. Набокова «Лолита», так и в тексте романа А. Фадеева «Разгром» (0,2 и 0,3 на 1 условную страницу текста).

Субконцепт желтый концепта цвет функционирует по-разному: в тексте романа «Лолита» рассматриваемое поле характеризуется наличием двух ядерных номинаций – желтый и золотой, в тексте романа «Разгром» – одного ядра (желтый).

В тексте романа В. Набокова границы поля представляются размытыми, нечеткими, обнаружена диффузная периферия (золотисто-коричневый, янтарно-карий, темно-желтый), а в тексте романа А. Фадеева – достаточно резко выраженными, так как зафиксирован лишь один случай формирования диффузной периферии (желто-зеленый).

Энциклопедическая зона субконцепта желтый цвет, эксплицированного ядерными колоративами желтый и золотой, характеризуется, с одной стороны, – соответственно – как положительной, так и отрицательной оценкой, с другой – только положительной, причем особенно ярко она проявляется во фразеологических сочетаниях; многочленные (в отличие от трехчленных) синонимические ряды в тексте романа В. Набокова; выражение синестезических ассоциаций – как в тексте В. Набокова, так и в тексте А. Фадеева; наиболее широко используются лексемы ФСП желтый в тексте романа А. Фадеева при описании природных явлений. А. Фадеев в качестве оттеночного элемента использует сравнения.

Функционально-семантическое поле субконцепта зеленый концепта цвет – представлено в текстах двух романов по-разному. Количество колоративов со значением ‘зеленый’ в романе «Лолита» заметно меньше (0,16 и 0,25 на 1 условную страницу текста); и это не случайно: роман «Лолита» обычно характеризуют как урбанистический, а значит, далеко не «зеленый». В связи с этим интересно отметить различия в формировании ФСП зеленый: в тексте романа «Лолита» оно четко структурировано (традиционная ядерно-периферийная структура), тогда как в тексте романа «Разгром» характеризуется наличием двух ядерных слов (зеленый и трава). Границы функционально-семантического поля зеленый в текстах обоих романов представляются зыбкими, поскольку возникает диффузная периферия, общая для нескольких полей.

В отличие от текста романа В. Набокова, где между цветообозначениями наблюдаются отношения синонимии, градуальности, а также дистантной контекстуальной антонимии (можно интерпретировать в качестве дистантных контекстуальных антонимов номинации цвета зелень – серый), в тексте романа А. Фадеева установлены только отношения синонимии и градуальности.

В авторских концептосферах цвет контекстуально тесно связан с концептами, представляющими осязательную, обонятельную, слуховую информацию. Осязательное, обонятельное, слуховое ощущение как дополнительный признак рассматриваемого ФСП определяет его специфику в обоих романах и указывает на его синестезический характер.

В тексте романа «Лолита» в номинациях цвета, составляющих ФСП зеленый, происходит расщепление эмоциональных коннотаций на положительные и отрицательные при сохранении основного лексико-семантического компонента – цвета. Данные колоративы в художественном тексте расширяют авторскую чувственную картину и тем самым конкретизируют художественные образы в романе В. Набокова «Лолита».

В отношении цветовой (зеленой) конкретизации микрообразов следует подчеркнуть, что колоративы со значением зеленого цвета в обоих романах преимущественно используются для характеристики природных явлений. При этом состав номинаций со значением (или отдельной семой ‘зеленый’) в романе В. Набокова значительно шире, чем в романе А. Фадеева, что обусловлено не только тонким чувственным восприятием окружающей действительности, но и мастерским владением лексическим богатством языка. В романе «Лолита» автор использует расщепление эмоциональных коннотаций колоратива зеленый на положительные и отрицательные, что усложняет и индивидуализирует текстовую цветовую картину мира.

Функционально-семантическое поле субконцепта голубой концепта цвет – одно из незначительных полей по количеству репрезентантов в тексте романов как В. Набокова, так и А. Фадеева (условно на одну страницу текста – 0,12 (В. Набоков) и 0,04 (А. Фадеев). Рассматриваемые ФСП субконцепта голубой цвет в количественном отношении четко структурированы: в них можно выделить ядро и обширную (в романе В. Набокова) или компактную (в романе А. Фадеева) периферию.

В тексте романа В. Набокова расширение текстовой парадигмы по сравнению с языковой осуществляется за счет включения в нее индивидуально-авторских колоративов. Колоративы активизируют познавательную способность читателя, его интерпретационную деятельность, содействуют художественно-образной речевой конкретизации.

В тексте романа «Лолита» границы ФСП представляются неопределенными, поскольку наблюдается диффузная периферия, общая для нескольких полей. Напротив, в тексте романа «Разгром» границы поля достаточно четкие: выявлен лишь один случай формирования диффузной периферии.

Цветообозначения, структурно-семантически объединенные наличием ядра и периферии, вместе с тем включаются в отношения градуальности, в частности, В. Набоков связывает отношениями градуальности такие колоративы, как бледно-голубой – туманно-голубой – голубой – ярко-голубой, а А. Фадеев – голубой – голубовато-серый. В отличие от текста А. Фадеева, в тексте романа В. Набокова между цветообозначениями наблюдаются также отношения синонимии (голубой – бирюзовый – небесный – лазоревый).

Авторские цветовые рефлексии, употребленные В. Набоковым, предстают как общеизвестные, типичные, вместе с тем в некоторых фрагментах текста голубой несет дополнительную эмоциональную нагрузку, но только в контекстах, содержащих описание одежды Лолиты. Естественно, что положительная оценка относится к предметам, окружающим Лолиту.

При описании объектов тематической группы «внешность человека» В. Набоков использует голубой цвет только при описании глаз. В отличие от авторской негативной характеристики голубых глаз, В. Набоков, употребляя цветообозначение лазоревые глаза, посредством контактного контекста выражает позитивную характеристику. Употребление колоратива лазоревые глаза антропоцентрично: мир чувств предстает перед читателем в цветовых характеристиках. В тексте романа В. Набокова цветообозначения, входящие в состав ФСП голубой, характеризуются амбивалентностью.

В тексте романа «Разгром» все номинации, образующие ФСП голубой, употреблены А. Фадеевым при создании минимальных контекстов со значением ‘природные явления’, ‘внешность человека’.

В процессе функционирования субконцепта голубой концепта цвет в обоих исследуемых романах реализуется действие принципов градуальности и амбивалентности с целью художественно-образной речевой конкретизации содержания.

Функционально-семантическое поле субконцепта фиолетовый концепта цвет реализуется только в тексте романа В. Набокова. Этот субконцепт характеризуется типичной структурой (наличием четко очерченного ядра, которое представлено номинацией фиолетовый, и диффузной периферии, репрезентированной синонимическими и градуальными рядами колоративов). Конкретная семантика номинаций с семой ‘фиолетовый’ формируется в неразрывном тематическом контексте, состоящем из колоратива фиолетовый с обозначениями – преимущественно – окружающих предметов, одежды человека и природных явлений. Эта «предметная» семантика осложняется собственно эстетической оценкой картины мира художника, вызывающей у читателя ощущение необычности, романтичности, нереальности.

Особенно показательны номинации фиолетового цвета, использованные при описании одежды человека. В. Набоков актуализирует фиолетовый цвет, описывая халат Гумберта, а также при описании одежды других персонажей; см.: я вышел сразу после бритья, с мылом в ушах, все еще в белой пижаме с васильковым (не лиловым) узором; Я немедленно стер мыльную пену, надушил волосы на голове и подмышками, надел фиолетовый шелковый халат; потом посидел – в фиолетовом своем халате, болтая ногами; я надел свой фиолетовый халат поверх кукурузно-желтой пижамы и отправился в мотельную контору; На мне белая пижама с лиловым узором на спине; я некоторое время размышлял, ерошил себе волосы, дефилировал в своем фиолетовом халате. Повтор минимального контекста – словосочетания фиолетовый халат акцентирует внимание на необычности Гумберта, по существу холодности человека, по М. Люшеру, способного примирить чувства между собой.

Оттенки фиолетового цвета воспринимаются как цвета одежды Гумберта, когда же колоративы используются при описании одежды других героев, автор подчеркивает «принадлежность» этих оттенков к Гумберту; ср.: кузен дантиста проплыл мимо меня в фиолетовом халате, весьма похожем на один из моих (Набоков, 508). В некоторых фрагментах текста фиолетовый выполняет собственно номинативную функцию; см.: древняя старуха, обвитая фиолетовыми вуалями (Набоков, 294); они у нас имеются во всех тонах: розовая греза, матовый аквамарин, лиловая головка (купальные костюмы. – К. Д.) (Набоков, 280).

Кроме того, интересна характеристика объектов тематической группы «незрительные сенсорные ощущения»; см.: Она вошла в мою страну, в лиловую и черную Гумбрию, с неосторожным любопытством; она оглядела ее с пренебрежительно-неприязненной усмешкой; и теперь мне казалось, что она была готова отвергнуть ее с самым обыкновенным отвращением (Набоков, 351); вот она полулежала передо мной (моя Лолита!), безнадежно увядшая в семнадцать лет, с этим младенцем в ней… от нее оставалось лишь легчайшее фиалковое веяние, листопадное эхо той нимфетки (Набоков, 488).

Кажется целесообразным привести также контексты, в которых эксплицируется эмоционально-эстетическая оценка; см.: «Ах, прости меня, моя душка – моя ультрафиолетовая душка», – сказал я, тщетно пытаясь схватить ее за локоть (Набоков, 418). Можно предположить, что В. Набоков придает фиолетовому цвету дополнительное значение, подчеркивая его необычность многократным повторением. Согласимся с Н. Б. Бахилиной, которая пишет о том, что фиолетовый «часто называет не цвет, свойственный вообще предмету, а тот неуловимый беглый оттенок, который получается в каких-то особых обстоятельствах (Курсив наш. – К. Д.)» [Бахилина 1975: 255].

При описании природных явлений В. Набоков не употребляет колоратив фиолетовый, а использует цветообозначения лиловый, лиловатый, сиреневый, лилово-палевый, сиренево-серый, чернильный. В описании пейзажа В. Набоков прибегает к колоративу лиловый; см.: мы… нашли наконец уединенное место… в лиловой тени розовых скал (Набоков, 167); уклоняющиеся от ответа лиловатые горы, полукругом охватывающие город (Набоков, 421); необычность лилового цвета проявляется в минимальных, узких контекстах – в сочетании с колоративом розовый, а также словами уединенный, тень, окраска. Эти контексты придают оттенок ‘нежный’, ‘таинственный’.

Таким образом, различия функциональных моделей концепта цвет заключаются в мере и степени проявления характеристик функционирования концепта цвет в текстовой цветовой картине мира. Так, используется более или менее широкий состав цветообозначений, формируется более или менее четкое ядро поля, проявляется или не проявляется синестезический способ цветовой и нецветовой характеристик, наконец, создается разная «мозаика» тематического состава художественных образов текстовой картины мира.

В Заключении подведены итоги исследования, сформулированы обобщающие выводы и намечены перспективы дальнейшего изучения концепта цвет в текстах художественных произведений. С учетом психологических экспериментов и их теоретической трактовки Максом Люшером сопоставительный анализ индивидуально-текстовых цветовых картин эстетической действительности позволил дать обобщенную характеристику (вариативно интерпретируемую) творческой личности человека, наделенного талантом мыслителя, глубоко чувствующего действительность, и писателя, способного пользоваться неисчерпаемым языковым богатством.

Предложенная методика исследования концепта цвет может быть применена, во-первых, к изучению репрезентации концепта цвет в художественных произведениях других авторов, во-вторых, к изучению других концептов чувственной картины мира.

Основные результаты диссертационного исследования отражены в следующих публикациях.

Статьи в ведущих рецензируемых научных изданиях, включенных в перечень ВАК Минобрнауки РФ.

1. Дмитриева, К. В. Функционально-семантическое поле синий в парадигматическом, синтагматическом, функционально-семантическом аспектах (на материале романа В. Набокова «Лолита») / К. В. Дмитриева // Вестник Пятигорского государственного лингвистического университета. – 2010. – № 4 (октябрь – декабрь). – С. 19–23.

2. Дмитриева, К. В. Функционально-семантическое поле желтый в парадигматическом, синтагматическом, функционально-семантическом аспектах (на материале романа В. Набокова «Лолита») / К. В. Дмитриева, М. П. Котюрова // Вестник Кемеровского государственного университета. – 2010. – № 4 (44) (октябрь – декабрь). – С. 144–148.

3. Dmitrieva, K. V. Functioning of Blue Colour Subconcept in Literary Text (on the materials of V. Nabokov «Lolita» and A. Fadeyev «Razgrom»/«The Rout» / K. V. Dmitrieva, M. P. Kotyurova // Перспективы науки (SCIENCE PROSPECTS). № 5(32). Тамбов, 2012. – С. 212–214.

4. Dmitrieva, K. V. Functioning of the Sub-Concept “Purple Colour” in Literary Text / K. V. Dmitrieva, M. P. Kotyurova // Глобальный научный потенциал (Global Scientific Potential). № 9(18). Санкт-Петербург, 2012. – С. 153–157.

Статьи в сборниках научных трудов и тезисы докладов на научно-практических конференциях.

5. Дмитриева, К. В. Формирование концепта ЦВЕТ в идиостиле В. Набокова, И. Бунина, А. Фадеева / К. В. Дмитриева // Слово. Словарь. Словесность: Петербургский контекст русистики начала XXI века: Материалы Всероссийской научной конференции (Санкт-Петербург, 14-16 ноября 2007 г.) / Под ред. В. Д. Черняк. – СПб.: САГА, 2008. – С. 261–263.

6. Дмитриева, К. В. Средства репрезентации концепта цвет в романе А. Фадеева «Разгром») / К. В. Дмитриева // Функциональная семантика, семиотика знаковых систем и методы их изучения. II Новиковские чтения: Материалы Международной научной конференции (Москва, 16-17 апреля 2009 г.). – М.: РУДН, 2009. – С. 149–151.

7. Дмитриева, К. В. Функционально-семантический анализ колоратива оранжевый (на материале романа В. Набокова «Лолита») / К. В. Дмитриева // Социально-гуманитарные науки и современность: межвуз. сб. науч. трудов / под общ. ред. В. И. Стаматина. – Пермь: НОУ ВПО «Зап.-Урал. ин-т экономики и права», 2011. – Вып. 6. – С. 100–114.

8. Дмитриева, К. В. Цветовой код в художественном тексте (на материале романа В. Набокова «Лолита») / К. В. Дмитриева // Русский язык и литература в международном образовательном пространстве: современное состояние и перспективы. II Международная конференция: Доклады и сообщения. Том 2. (Гранада, 8-10 сентября 2010 г.). – Гранада, 2010. – С. 2036–2037.

9. Дмитриева, К. В. Колоратив зеленый в функционально-семантическом отношении (на материале романа В. Набокова «Лолита») / К. В. Дмитриева, М. П. Котюрова // Образ мира в зеркале языка: сб. науч. статей / отв. соред. В. В. Колесов, М. Вл. Пименова, В. И. Теркулов. – М: Флинта, 2011. – С. 420–427.

10. Дмитриева, К. В. Категориальная основа соотношения семантики концепта цвет и его субконцептов (на материале романа В. Набокова «Лолита») / К. В. Дмитриева, М. П. Котюрова // Русско-испанские сопоставительные исследования: теоретические и методические аспекты. Доклады и сообщения (Гранада, 7-9 сентября 2011 г.). – Гранада, 2011. – С. 109–111.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.