WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

МОМОТ

Анастасия Демидовна

КОГНИТИВНО-СЕМАНТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ПОНЯТИЯ LOVE В СОНЕТАХ  У. ШЕКСПИРА

Специальность: 10.02.04.  Германские  языки

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата филологических наук

Санкт-Петербург 2012

Работа выполнена на кафедре английской филологии и лингвокультурологии филологического факультета федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Санкт-Петербургский государственный университет».

Научный руководитель: доктор филологических наук, профессор

Хомякова Елизавета Георгиевна

Официальные оппоненты:                 Филимонова Ольга Евгеньевна —

доктор филологических наук, профессор,

заведующая кафедрой английского языка ФГБОУ

ВПО «Российский государственный

педагогический университет им. А. И. Герцена»

Родионова Елена Владимировна —

кандидат филологических наук, доцент,

доцент кафедры английского языка

НОУ ВПО «Санкт-Петербургский

Гуманитарный университет профсоюзов»

Ведущая организация:  ФГБОУ ВПО «Самарский государственный

университет», филологический факультет

Защита состоится « » _______ 2012 года в ________ часов на заседании совета  Д.212.232.48 по защите диссертаций на соискание ученой степени кандидата наук, на соискание ученой степени доктора наук при ФГБОУ ВПО «Санкт-Петербургский государственный университет» по адресу: 199034, Санкт-Петербург, Университетская набережная, д. 11, ауд. __.

С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке имени М. Горького Санкт-Петербургского государственного университета по адресу: 199034, Санкт-Петербург, Университетская набережная, д. 7/9.

Автореферат разослан «___» _____________ 2012 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета  д. ф. н. С.Т. Нефедов

Реферируемое диссертационное исследование посвящено выявлению и описанию понятия love в текстах сонетов У. Шекспира и изучению своеобразия его репрезентации на лексико-семантическом, прагма-коммуникативном и когнитивно-семантическом уровнях.

Исследования чувств и эмоций человека, особенностей их репрезентации в языке стали проводиться относительно недавно и совпали с общей антропотизацией научной мысли в русле когнитивной парадигмы. Вместе с тем именно чувственная и эмоциональная  составляющая позволяет человеку передавать свое отношение к окружающему его миру, используя для этого все многообразие существующих языковых средств.

Изучению понятий, связанных с чувственным и эмоциональным миром человека, их актуализации в различных языках посвящается в настоящее время значительное количество исследований. Однако анализ лексико-семантических и прагма-когнитивных характеристик языка, направленный на изучение человека говорящего и чувствующего, не теряет своей востребованности в научном сообществе, способствуя дальнейшей разработке теоретических основ лингвистики и дисциплин, непосредственно с ней связанных.

Актуальность данного исследования обусловлена рядом факторов, а именно: (1) его включенностью в современную парадигму лингвистических исследований, в русле которых особое внимание уделяется человеку говорящему, мыслящему, познающему и чувствующему; (2) использованием современных инструментов лингвистического анализа, что способствует решению такого важного вопроса лингвокогнитологии, как понимание процессов концептуализации и категоризации окружающего мира в языковом сознании человека; (3) связью исследования с когнитивно-коммуникативной парадигмой современных лингвистических исследований, основанной на учете преобладающей роли человеческого фактора во всех областях человеческой деятельности и, в частности, в плане интерпретации окружающего мира; (4) обращением к понятию love, которое играет важную роль в общественном и индивидуальном сознании в целом и англоязычного сообщества, в его культуре и общественном устройстве, в частности.

Объектом исследования выступает понятие love, которое исследуется в диссертации на материале авторитетных лексикографических источников и текстов сонетов У. Шекспира.

Предметом исследования являются языковые объективации понятия love во всем многообразии проявления лексико-семантических, прагма-коммуникативных и когнитивных характеристик.

Теоретической основой исследования послужили положения когнитивной лингвистики, разрабатываемые в трудах отечественных (А. Д. Арутюнова, Е. С. Кубрякова, Ю. С. Степанов, И. А. Стернин, И. П. Сусов и др.) и зарубежных (А. Вежбицкая, Т. Ван Дейк, Р. Лангакер, М. Минский, Р. Шенк и др.) лингвистов, представителей лингвокультурологии (Н. Ф. Алефиренко, В. А. Маслова, И. Г. Ольшанский, В. В. Красных и др.), современной концептологии (С. Г. Воркачев, Е. В. Иванова, Е. С. Кубрякова, В. И. Карасик, М. В. Никитин, И. А. Стернин, Ю. С. Степанов, Р. Лангакер, Дж. Лакофф, Р. Джакендофф), лингвистической теории эмоций (К. Э. Изард, П. Экман, Р. С. Лазарус, В. И. Шаховский, О. Е. Филимонова), коммуникативной лингвистики (Дж. Серль, Дж. Остин, Н. И. Формановская), падежной грамматики (Ч. Филлмор, У. Чейф).

Целью исследования является описание репрезентации основных лингвокогнитивных параметров языковой актуализации понятия love на материале текстов  сонетов У. Шекспира.

Цель исследования обусловливает постановку ряда конкретных задач, главными из которых являются:

(1) обобщить и проанализировать наиболее значимые из существующих теоретических положений, которые сформировали теоретическую базу проводимого исследования; (2) в результате дефиниционного анализа на материале авторитетных лексикографических источников выявить и классифицировать  семантико-синтаксические характеристики смыслового ядра понятия love в английском языке; (3) осуществить прагма-коммуникативный анализ языка сонетов У. Шекспира и классифицировать содержащиеся в них высказывания с точки зрения теории речевых актов; (4) проанализировать лингвокогнитивные параметры структуры текста сонетов У. Шекспира и  доказать правомерность рассмотрения ее в виде сценария с использованием понятий метафоричной кластерности и коррелятивности; (5) на материале сонетов У. Шекспира описать основные когнитивные механизмы концептуализации понятия love в современном английском языке; (6) определить роль образных средств объективации понятия love в английском языке с учетом своеобразия экспликации эмоционально-оценочных характеристик языка сонетов.

Методика исследования. Для решения поставленных задач в диссертационном исследовании применяется комплексная методика исследования, включающая: (1) компонентный, в том числе многоступенчатый, дефиниционный анализ; (2) метод концептуального анализа, заключающийся в реконструкции структуры понятия и стоящих за ним фрагментов действительности на основе языковых репрезентаций, объективирующих понятие love; (3) прагма-коммуникативный анализ с целью выявления видов речевых актов, актуализируемых в тексте сонетов У. Шекспира; (4) метод семантико-синтаксического анализа с целью выявления набора семантических падежей, участвующих в формировании ситуации, номинируемой текстом исследуемых сонетов; (5) метод когнитивно-семантического анализа с целью изучения кластерно-коррелятивных параметров номинируемого текстом сонетов лингвокогнитивного пространства. (6) лингвокогнитивный анализ, позволяющий в рамках когнитивной семантики изучать сонеты У .Шекспира, посвященные любви, как сценарий, отражающий специфику языковой картины мира с учетом таких его составляющих, как экспериенцер и перцептив.

Материалом исследования послужили:

(1) определения слова love в 4 одноязычных толковых словарях английского языка, в том числе «Oxford Dictionary of English» и «Longman Dictionary of Contemporary English»;

(2) фразеологические единицы современного английского языка, отражающие понятие love, которые также были получены путем выборки из полных статей английских словарей;

(3) 20 сонетов У. Шекспира, посвященных теме любви.

Научная новизна исследования заключается в следующих факторах: (1) тексты сонетов У. Шекспира как объект исследования впервые подвергаются анализу  с точки зрения выявления своеобразия языковой объективации в них понятия love; (2) тексты сонетов У. Шекспира в рамках когнитивно-семантического подхода впервые рассматриваются как языковая модель сценария, передающего динамическую модель номинируемой ситуации; (3) предлагаемый в исследовании подход впервые позволяет проводить анализ языка сонетов У. Шекспира с целью изучения метафорически окрашенных кластерных, а также коррелятивных лексических единиц, включенных в лингвокогнитивное пространство, номинируемое текстом сонетов; (4) тексты сонетов впервые анализируются с целью выявления, описания и классификации представленного в обозначаемой ими коммуникативной ситуации определенного набора речевых актов, отличающегося комбинаторикой и вариативностью; (5) тексты сонетов У. Шекспира впервые анализируются в русле семантико-синтаксического анализа с точки зрения возможности выделения в структуре обозначаемой ими семантической ситуации определенного набора партиципантов (экспериенцера, перцептива и предиката состояния); (6) тексты сонетов У. Шекспира впервые исследуются с целью выявления значения, роли и характера эмоционально-оценочной составляющей в их языковом пространстве, а также определения уровней ее функционирования; (7) в процессе выявления сочетаемостных характеристик эмоциональных и оценочных параметров в языке сонетов У Шекспира удалось впервые выявить и описать явление эмоционально-оценочного диссонанса, возникающего при несовпадении характера оценки и знака эмоций; (8) в результате процедуры лингвистического описания в исследовании впервые была предпринята попытка сопоставить, выявить и доказать наличие  сходства и различия в актуализации понятия love в современном английском языке (на основе дефиниционного анализа толковых и фразеологических словарей английского языка) и в языке сонетов У. Шекспира.

На защиту выносятся следующие основные положения:

  1. изучение лексико-семантической структуры концепта love на основе дефиниционного анализа его репрезентаций в авторитетных лексикографических источниках позволяет выявить корпус лексических единиц, которые формируют ядерную и периферийную зоны концепта love; фразеологический контекст способствует персонификации чувства любви и создает ситуацию, в рамках которой любовь может отождествляться с некоторым когнитивным пространством, в которое субъект попадает или из которого выходит;
  2. исследование языка сонетов с точки зрения теории речевых актов позволяет утверждать, что каждый из рассмотренных сонетов передает структурно-коммуникативные параметры многоуровневой ситуации речевого общения, отражающей, с одной стороны, взаимодействие читателя и писателя, а с другой — обозначенных им персонажей; в тексте сонетов, представленных 1) одним предложением, наиболее частотным речевым актом является репрезентатив, в тексте сонетов, представленных 2) двумя и более предложениями, фиксируются комбинированные варианты, в которых начало сонета представлено репрезентативом / директивом / комиссивом / рогативом, а конец — экспрессивом / директивом / репрезентативом;
  3. семантико-синтаксический подход к исследованию языка сонетов У. Шекспира позволяет констатировать наличие таких значимых в рамках теории семантических падежей семантических ролей, как экспериенцер, обозначающий лицо, испытывающее чувство любви, перцептив — лицо, которому это чувство адресовано, и предикат состояния, передающий собственно чувство любви;
  4. изучение текста сонетов в русле когнитивной парадигмы с применением скрипт-анализа позволяет предположить целесообразность анализа исследуемых текстов как сценария, обладающего динамизмом, который проявляется на лексико-семантическом, морфолого-синтаксическом и  когнитивно-семантическом уровнях исследования языка;
  5. когнитивно-семантический анализ языка сонетов У. Шекспира с целью изучения метафорически окрашенных кластерных субконцептов, а также антонимично-организованных коррелятивных лексических единиц, включенных в лингвокогнитивное пространство, номинируемое текстом сонетов, способствует выявлению структурно-содержательной модели концепта love;
  6. анализ эмоционально-оценочной составляющей сонетов свидетельствует о широком спектре используемых для ее репрезентации языковых средств на лексико-семантическом и синтаксическом уровнях, а также о возможности объективации явления эмоционально-оценочного диссонанса, который возникает при несовпадении характера оценки и знака испытываемых экспериенцером эмоций;
  7. предлагаемый в работе многоуровневый подход к изучению сонетов У. Шекспира, заключающийся в поэтапном использовании семантико-синтаксического, коммуникативно-синтаксического и когнитивно-семантического методов с применением таких инструментов анализа, как метафоричные кластеры и антонимичные корреляты, функционирующие в рамках динамично организованной структуры сценария, позволяет говорить о создании и применении в диссертации интегративной модели лингвистического описания языка сонетов.

Теоретическая значимость исследования определяется его вкладом в разработку проблем когнитивной лингвистики и концептологии, методов и инструментов анализа в русле современной антропоориентированной лингвистической парадигмы, а также обоснованием возможных  методологических и понятийно-терминологических способов исследования своеобразия языка У. Шекспира.

Практическая значимость данной работы обусловлена тем, что основные положения и результаты исследования могут быть использованы в лекционных и семинарских занятиях по когнитивной лингвистике и лингвокультурологии, а также на практических занятиях по стилистике и аналитическому анализу текстов англоязычных авторов различной временной принадлежности.

Структура и объем исследования определяются целями и задачами анализа. Диссертация общим объемом 224 страницы компьютерного набора (из них 199 страниц основного текста) состоит из введения, трех глав, выводов по главам, заключения, списка использованной литературы, включающего 161 наименование на русском и 30 на иностранных языках, а также списка использованных словарей, источников языкового материала и приложения.

Апробация работы: основные положения диссертации были изложены в  виде докладов, сделанных на V Всероссийской научной конференции «Англистика XXI века» (январь 2010) в СПбГУ, Санкт-Петербург, на VII Международной научно-практической конференции «Ключевые проблемы современной науки» (апрель 2011) в г. София, Болгария, и на IV Международной научно-практической конференции «Современная филология: теория и практика» (июнь 2011) в Москве, а также на аспирантских семинарах кафедры английской филологии и лингвокультурологии филологического факультета Санкт-Петербургского государственного университета. Основные положения диссертации отражены в шести публикациях (общим объемом 2,73 п. л.), три из которых опубликованы в изданиях, зафиксированных в перечне ВАК РФ.

Содержание работы. Во введении обосновывается выбор предмета и объекта исследования, сформулированы цель и задачи работы, обусловленные ими методы исследования, теоретическая и практическая значимость, обосновывается актуальность и научная новизна исследования.

В главе I «Лингво-теоретические основы исследования понятия “любовь”» изучается вопрос о месте языка в сложной системе познания мира, рассматриваются основные положения когнитивной лингвистики, которая заняла прочное место в современной лингвистической парадигме (Кубрякова 1997; Попова, Cтернин 2007). В связи со спецификой поставленных в диссертации цели и задач, а именно: выявлением и анализом способов репрезентации лингвокогнитивных параметров языковой актуализации понятия love на материале текстов сонетов У. Шекспира, а также описанием механизмов концептуализации понятия love в английском языке — в исследовании рассматриваются теоретические основы манипулирования такими оперативными единицами мышления, как концепт и понятие, анализируются различные способы их описания и структурирования.

В западной когнитивной лингвистике концепт — это прежде всего один из видов так называемых ментальных репрезентаций (mental representation), то есть ментальных конструктов, которые могут быть использованы для объяснения разного рода когнитивных явлений от визуальной перцепции до понимания текста (Gardner 1985: 384). По мнению отечественных лингвистов, концепт — это оперативная содержательная единица памяти, ментального лексикона, всей картины мира, отраженной в человеческой психике (Кубрякова 1997), сложное ментальное образование, дискретная единица сознания (Никитин 2003).

Проводимое исследование основывается на тождестве терминов «концепт» и «понятие». Тем не менее термин «концепт» используется в качестве основного в теоретической и практической главах, когда осуществляется обзор соответствующей теоретической литературы или проводится лингвокогнитивный анализ языкового материала. В остальных случаях в диссертации используется термин «понятие».

Исходя их того, что в сознание носителя языка непрерывно поступает новая информация, изменяющая соотношение между элементами концептуального пространства, мы рассматриваем его как открытую систему, для исследования которой достаточно описать ее основные узлы или ядра и выявить основной, организующий второстепенные элементы, принцип. Можно говорить о том, что в пределах исследуемого концепта love существует одно или более прототипных ядер, вокруг которых группируются остальные элементы концептуального пространства.

Для более продуктивного анализа языковых закономерностей функционирования концепта love в текстах сонетов У. Шекспира в работе используются такие инструменты  лингвокогнитивного анализа, как фрейм и сценарий. Сонет рассматривается как разновидность модели стереотипной ситуации, в рамках которой осуществляется наиболее емкая языковая экспликация понятия love. В связи с этим в теоретической главе значительное внимание уделяется основным вопросам, связанным c понятиями сценария и  фрейма, которые рассматривались в работах многих отечественных и западных ученых (Н. Н. Болдырев 2000; С. И. Горохова 1985; М. Минский 1979; И. П. Сусов 2002; R. Abelson 1973; G. H. Bower 1979; R. Schank 1977 и др.).

Так как в данной работе анализируется языковая репрезентация понятия «любовь», то в теоретической главе проводится обширный обзор значимых теоретических работ отечественных и зарубежных лингвистов, посвященных исследованию этого понятия. Границы аналитического обзора обусловлены выбором материала и основных аспектов проводимого исследования (когнитивно-семантический и лингвокультурологический анализ).

В семасиологической литературе одним из аспектов исследования языковых репрезентаций смысла «любить/любовь» является лексико-семантический. Он включает описание словарных значений лексемы «любить», поиск оснований их выделения и разграничения (Апресян 2000; Шмелев 2002). Лексико-семантический и историко-этимологический подход дополняется историко-этимологическим, лингвокультурологическим и лингвофилософским. Так, реконструкцию концепта «любовь» Ю. С. Степанов дополняет анализом внутренней формы слов и экскурсом в историю культуры Древней Греции, Западной Европы и России, в частности, он говорит о традиционных представлениях о двух видах любви — Божественной и Земной, отраженных в искусстве (Степанов 2001). Репрезентации понятия «любовь» в текстах посвящены работы многих исследователей (Воркачев 1995; Каштанова 1997; Бабенко, Ульянова 1997; Данькова 2000; Антюфеева 2005; Салимовский 2003).

Характерным признаком понятия «любовь» является персонификация этого межличностного чувства в поэтических текстах различной языковой принадлежности, а также высокая степень метафоризации  (отождествления любви, огня и света; реже — болезни и смерти)  контекстуально связанных с ним языковых единиц (Лакофф, Джонсон 1987; Москвин 1994; Воркачев 2007).

Для выражения эмоциональных переживаний, вызываемых чувством любви, у носителей различных языков используется специальный набор языковых единиц фразеологического и нефразеологического характера, которые представляют категорию эмотивности и тесно связанную с ней категорию оценочности (Вильмс 1997). Оценочность суждений, оформленных эмоционально, предполагает наличие ассоциаций и переосмыслений, свойственных конкретной языковой культуре. В целом, при некоторой базовой ассоциативной общности, каждое языковое сознание добавляет свои переосмысления, интерпретации, свойственные только ему и являющиеся для данного культурного социума ценностными доминантами.

В главе II «Исследование лексико-семантических параметров понятия love на основе анализа статей англоязычных словарей» описывается когнитивно-семантическая модель понятия love с применением методов дефиниционного анализа на основе авторитетных лексикографических источников.

Анализ дефиниций лексемы love из разных источников позволяет выделить основной компонент ‘feeling’. Кроме того, лексема love, по данным словарей, может являться именованием объекта, на который направлено чувство, вежливым обращением к любому другому объекту, а также использоваться в заключительной части письма близкому или хорошо знакомому человеку. Как показывает анализ словарных дефиниций, шесть лексических единиц (love, liking, romantic feeling, sex, pleasure, attraction) представляют собой ядерную, т. е. центральную, часть концепта love, которая, однако, состоит из значительно большего количества смысловых компонентов, представленных такими лексическими единицами как desire, interest, admiration, attention, satisfaction и worship.

Анализ фразеологического фонда английского языка показал, что в большинстве случаев при использовании фразеологизмов, содержащих лексему love, реализуется концепт love в различных его проявлениях: baby of love — внебрачный ребенок, дитя любви; puppy love — детская влюбленность, юношеское увлечение; cupboard love — любовь c расчетом. Некоторые фразеологические единицы, содержащие лексему love, обладают совершенно иным, переосмысленным значением и обращаются к другим понятиям, никак не связанным c концептом love, в частности к понятию игры: play for love — играть из интереса, играть не на деньги, love all — счет, не открытый ни одной стороной (0:0); понятие денег: not for love or money — ни за что на свете, ни за какие деньги; Бога — for the love of God! — ради бога!

Как показывает анализ пословиц и поговорок английского языка, в них наблюдается явление персонификации чувства любви: само понятие «любовь» или love становится субъектом, выполняющим или не выполняющим какое-либо действие. Любовь-чувство становится одушевленным и приобретает целый ряд импликационных (подразумеваемых признаком «одушевленности») признаков: любовь живет, она пытается спрятаться, она что-то порождает, она преодолевает некие преграды, она побеждает и т. д.: Love lives in cottages as well as in courts — любовь живет в лачугах, так же как и во дворцах; Love will creep where it may not go — для любви нет преград, любовь все преодолеет.

При анализе реализации концепта love на материале паремиологических и фразеологических единиц английского языка была обнаружена его амбивалентность, т. е. способность любви выступать не только как «высшее благо», но и сочетаться c такими чувствами, как ненависть или ревность.

В главе III «Исследование языковой репрезентации понятия love в сонетах Шекспира» проводится многоуровневый комплексный анализ сонетов У. Шекспира, который позволяет успешно использовать интегративную модель описания своеобразия их языка с применением семантико-синтаксического, прагма-коммуникативного и когнитивно-семантического подходов.

В первом разделе главы III речь идет об истории появления сонета как особого поэтического жанра в Англии, а также о своеобразии его языкового оформления и прагма-семантического наполнения.

Первое упоминание сонетов У. Шекспира относится к 1598 году, когда появилась книга кембриджского магистра Фрэнсиса Мереза под названием «Сокровища Паллады». Важное отличие творческой манеры У. Шекспира состоит в том, что вместо условно-декоративных персонажей, населяющих сонеты его современников, перед читателем предстают хоть и безымянные, но вполне живые и конкретные: поэт, его друг и его дама сердца. Его сонеты представляют собой непосредственное и откровенное отражение личности в интимной лирике.

Во втором разделе главы III проводится прагма-коммуникативный анализ сонетов У. Шекспира. Исследование языка сонетов Шекспира с точки зрения коммуникативного синтаксиса позволяет заключить, что каждый из рассмотренных сонетов передает своеобразие структурно-коммуникативных параметров ситуации речевого общения, отражающей, во-первых, коммуникативное взаимодействие писателя и читателя и, во-вторых, уже на другом коммуникативном уровне, персонажей повествования, номинируемых в тексте сонетов. В зависимости от адресата сообщения сонеты можно разделить на три группы.

Первая группа. В большинстве из рассмотренных 20 сонетов герой обращается от своего имени к возлюбленной, и оба они находят эксплицитное выражение в тексте при помощи противопоставления различных форм личных местоимений первого и второго лица:

(1)  …O, how thy worth with manners may I sing,

                        When thou art all the better part of me? (с. 39)

Вторая группа. Четыре сонета адресованы абстрактному читателю, которым может быть и дама сердца, и самая широкая аудитория:

(2) Let me not to the marriage of true minds

                        Admit impediments. Love is not love

                      Which alters when it alteration finds…(с.116)

Третья группа. В трех сонетах адресатом выступает персонифицированное чувство «любви», эксплицитно выраженное существительным love или личным местоимением второго лица:

(3)Sweet love, renew thy force; be it not said

                        Thy edge should blunter be than appetite… (с. 56)

Однако во всех рассмотренных сонетах герой ведет повествование от первого лица, соответственно, в основном он эксплицирован личным местоимением.

Анализ языка сонетов с точки зрения типов речевых актов, которые в них используются, позволяет прийти к выводу о возможности выделения двух групп сонетов. К первой группе относятся сонеты, наиболее частотным речевым актом в которых является репрезентатив. Вторая группа представлена сонетами, в которых удалось обнаружить комбинированное употребление речевых актов, в соответствии с которым начало сонета представлено репрезентативом/комиссивом/рогативом, а конец — экспрессивом/директивом/репрезентативом. Приведем пример реализации репрезентатива и экспрессива в тексте сонета:

(4) As a decrepit father takes delight

To see his active child do deeds of youth,

So I, made lame by fortune's dearest spite,

Take all my comfort of thy worth and truth.

For whether beauty, birth, or wealth, or wit,

Or any of these all, or all, or more,

Entitled in thy parts do crowned sit,

I make my love engrafted to this store:

So then I am not lame, poor, nor despised,

Whilst that this shadow doth such substance give

That I in thy abundance am sufficed

And by a part of all thy glory live. (с.37)

Признаюсь я, что двое мы с тобой,

Хотя в любви мы существо одно.

Я не хочу, чтоб мой порок любой

На честь твою ложился, как пятно.

Пусть нас в любви одна связует нить,

Но в жизни горечь разная у нас.

Она любовь не может изменить,

Но у любви крадет за часом час.

Как осужденный, права я лишен

Тебя при всех открыто узнавать,

И ты принять не можешь мой поклон,

Чтоб не легла на честь твою печать.

В данном случае герой повествует о том, как волею обстоятельств он лишь со стороны наблюдает  и оценивает свои отношения с возлюбленной. При этом два предложения, из которых состоит первая часть сонета, представляют собой единый речевой акт — репрезентатив. Последние две строки — завершающие сонет — наиболее эмоционально окрашены. Они представляют собой экспрессив, как в примере (5):

(5) Look, what is best, that best I wish in thee:

This wish I have; then ten times happy me! (с.37)

Ну что ж, пускай!.. Я так тебя люблю.

Что весь я твой и честь твою делю!

Анализ показывает, что наиболее распространенным видом речевого акта, присутствующим в сонетах У. Шекспира о любви, является репрезентатив. С меньшей частотностью встречаются экспрессивы, рогативы и директивы, и значительно реже — комиссив. Эгоцентричность лирики Шекспира подтверждается тем, что на вопросы, формально адресованные возлюбленной, говорящий сам дает ответ, углубляясь во внутренний диалог, самопознание и рефлексию.

В третьем разделе главы III проводится прагма-семантический анализ языка сонетов У. Шекспира. В результате анализа в рамках семантической ситуации, номинированной текстом сонетов, выявлены такие семантические падежи, как  экспериенцер, обозначающий лицо, испытывающее чувство любви, перцептив — лицо, которому это чувство адресовано, и предикат состояния, передающий собственно чувство любви.

Как показывает анализ языкового материала, наиболее типичным для языковой актуализации экспериенцера является его функционирование в предложении в синтаксической функции подлежащего с экспликацией коммуникативной функции героя повествования, представленного личным местоимением I :

(6) So I, for fear of trust, forget to say

The perfect ceremony of love's rite (с. 23)

Так я робею, путая слова,

Беспомощный в любовном ритуале…

Наряду со стереотипным эксплицитным представлением в языковом пространстве сонета роли экспериенцера, существует немало примеров, где эта роль присутствует либо в косвенной репрезентации (например, в функции притяжательного местоимения my love), либо представлена имплицитно.

(7) My love is strengthen’d …(с.102) («Моя любовь усилилась …»); 

(8) …burden of mine own love's might (с. 23) («… тяжесть (суть) силы моей собственной любви»).

Аналогичным образом можно охарактеризовать и синтаксическую позицию перцептива. Так, эксплицитная репрезентация отмечается в примере:

(9)thy love, though much, is not so great  (с. 61)

(«… твоя любовь, хоть и (её) много, не так велика;») ,

а имплицитная — в примере:

(10)me love’s picture …(с. 47) («… моей любви картина …»), т.е. «твое изображение».

Предикат состояния представлен, как правило, предикатным именем, выраженным существительным love или глаголом to love, семантика которых передает исследуемое в диссертации понятие.

Как показывает материал, можно отметить достаточное количество примеров, в которых герой наряду со своими чувствами повествует о чувствах той Прекрасной дамы, которую он любит и которая, по его мнению, чаще всего не отвечает ему взаимностью. В этом случае перцептив (Прекрасная дама) в ситуации, репрезентируемой экспериенцером, обретает еще одну роль, а именно т. н. вторичного экспериенцера, который мы обозначим как экспериенцер 2. Сформированная таким образом вторичная номинативная ситуация очевидно должна включать, как мы уже говорили выше, помимо вторичного экспериенцера 2 также и роль вторичного перцептива. В тексте сонетов она принадлежит собственно экспериенцеру, автору, носителю чувства любви. Рассмотрим пример, в котором компонент love (предикат состояния), выражает чувства перцептива (= экспериенцера 2):

(11) О no, thy love, though much, is not so great; (с. 61)

(«О, нет! Твою любовь, хоть её и много, она не такая великая;»)

Как показал анализ примеров, партиципанты номинируемых текстом сонетов семантических ситуаций являются носителями двух семантических ролей — экспериенцера и перцептива, с преобладанием функций экспериенцера 1 и перцептива 1, которые и формируют основную семантическую модель.

На следующем этапе, в четвертом разделе главы III, сонеты У. Шекспира исследуются с точки зрения прагма-когнитивного анализа. Сонет рассматривается как некий фрейм-сценарий, представляющий собой разновидность модели стереотипной ситуации. Стереотипной ситуацией считается ситуация, включающая в качестве основного ядерного элемента предикат состояния, передающий понятие love. Основным признаком реализации сценария, как показал анализ, является явление динамизма. Динамичный характер повествования может передаваться на грамматическом, лексико-семантическом, синтаксическом и когнитивно-семантическом уровне. Рассмотрим пример, в котором категория динамизма передается с помощью видо-временных форм глагола.

(12) My love is as a fever, longing still

For that which longer nurseth the disease,

Feeding on that which doth preserve the ill,

The uncertain sickly appetite to please.

My reason, the physician to my love,

Angry that his prescriptions are not kept,

Hath left me, and I desperate now approve

Desire is death, which physic did except.

Past cure I am, now reason is past care,

And frantic-mad with evermore unrest;

My thoughts and my discourse as madmen's are,

At random from the truth vainly express'd;

For I have sworn thee fair and thought thee bright,

Who art as black as hell, as dark as night. (с.147)

Любовь — недуг. Моя душа больна

Томительной, неутолимой жаждой.

Того же яда требует она,

Который отравил ее однажды.

Мой разум-врач любовь мою лечил.

Она отвергла травы и коренья,

И бедный лекарь выбился из сил

И нас покинул, потеряв терпенье.

Отныне мой недуг неизлечим.

Душа ни в чем покоя не находит.

Покинутые разумом моим,

И чувства и слова по воле бродят.

И долго мне, лишенному ума,

Казался раем ад, а светом — тьма!

В данном примере динамический характер повествования передается при помощи причастий настоящего времени (longing, feeding), использование которых позволяет автору представить свое чувство как недуг, который длится в течение долгого периода времени. Динамизм ситуации передается и использованием в одной строке настоящего и прошедшего времени (Desire is death, which physic did except), а также использованием времени Present Perfect (Hath left me).

В следующем примере динамизм передается особым лексическим значением языковых единиц:

(13) So shall I live, supposing thou art true,

Lik e a deceived husband; so love's face

May still seem love to me, though alter'd new;

Thy looks with me, thy heart in other place:

For there can live no hatred in thine eye,

Therefore in that I cannot know thy change.(с. 93)

Что ж, буду жить, приемля как условье,

Что ты верна. Хоть стала ты иной,

Но тень любви нам кажется любовью.

Не сердцем — так глазами будь со мной.

Твой взор не говорит о перемене.

Он не таит ни скуки, ни вражды.

Такие лексические единицы, как глагол to alter и существительное change, в семантике которых содержится значение изменения, передают предполагаемую утрату прежних отношений между влюбленными.

В пятом разделе главы III проводится прагма-концептуальный анализ сонетов У. Шекспира, в рамках которого исследуются, во-первых, метафоричные кластерные субконцепты и, во-вторых, коррелирующие концепты, которые достаточно тесно взаимодействуют между собой в языке сонетов. Ядерными компонентами трех метафорически окрашенных кластерных субконцептов выступают экспериенцер, перцептив и предикат состояния. Рассмотрим пример, в котором в функции ядерного компонента метафоричного кластера выступает предикат состояния love:

(14) O no! it is an ever-fixed mark

That looks on tempests and is never shaken;

It is the star to every wandering bark,

Whose worth's unknown, although his height be take

Love's not Time's fool, though rosy lips and cheeks

Within his bending sickle's compass come:

Love alters not with his brief hours and weeks,

But bears it out even to the edge of doom.

Любовь — над бурей поднятый маяк,

Не меркнущий во мраке и тумане;

Любовь — звезда, которою моряк

Определяет место в океане.

Любовь — не кукла жалкая в руках

У времени, стирающего розы

На пламенных устах и на щеках,

И не страшны ей времени угрозы (с. 116)

Здесь любовь ассоциируется c маяком (ever-fixed mark) и звездой (star), которые помогают путешественникам найти верный путь. Формирование кластера в данном случае осуществляется с помощью кластерных метафоричных компонентов, что позволяет сравнивать ядерный компонент love с понятиями, репрезентируемыми существительными «маяк», «звезда» и «кукла в руках времени».

Исследование понятия love проводится в работе с учетом его взаимодействия с антонимично-организованными коррелирующими концептами, которые передают семантически полярные понятия «разлуки–близости», «жизни–смерти», «измены–верности», «правды–лжи», «тоски–радости». Благодаря полярным коррелятам авторская оценка компонентов ситуации варьируется в тексте сонетов от категорически положительной до отрицательной, создавая тем самым общий динамичный и эмоциональный фон понятия love. В частности, одной из реализаций временного параметра является коррелирующая пара жизнь и смерть:

(15) But do thy worst to steal thyself away,

For term of life thou art assured mine,

And life no longer than thy love will stay,

For it depends upon that love of thine.

Then need I not to fear the worst of wrongs,

When in the least of them my life hath end.

I see a better state to me belongs

Than that which on thy humour doth depend

Ты от меня не можешь ускользнуть.

Моей ты будешь до последних дней.

С любовью связан жизненный мой путь,

И кончиться он должен вместе с ней.

Зачем же мне бояться худших бед,

Когда мне смертью меньшая грозит?

И у меня зависимости нет

От прихотей твоих или обид (c. 92)

Здесь понятие жизни маркируется  словосочетанием term of life, в котором term — не только «срок», но и «окончание (срока)». Ср. латинский этимон этого французского существительного: terminus «окончание, конец». Понятие смерти материализовано в существительном end. При этом важно, что существительное life здесь, по сути, приравнивается любви, которую мог бы испытывать перцептив, и от нее, выраженной двумя синонимическими словосочетаниями — поссессивным (thy love) и генитивным (love of thine) — зависит продолжительность жизни (life no longer than thy love will stay).

Стройная антонимичность, выявляемая в самих названиях коррелирующих концептов (верность–измена, разлука–близость, слово–молчание, горечь–радость, жизнь–смерть, правда–ложь), недвусмысленно подтверждает известное положение об амбивалентности понятия love и всего, что c ним концептуально связано.

В шестом разделе главы III исследуется языковая репрезентация эмоционально-оценочного аспекта в сонетах У. Шекспира. Основными  участниками эмоционально-оценочной ситуации являются субъект и объект оценки. Как правило, субъект оценки представлен эксплицитно. Он является экспериенцером переживаемых чувств, которые адресованы перцептиву, объекту оценки. Объектом оценки может выступать также предикат состояния, передающий в тексте чувство любви. Наконец, в роли объекта оценки в рассматриваемых сонетах может выступать и сам субъект оценки, оценивающий свое поведение и отношение к перцептиву.

Анализ показал, что для репрезентации эмоций на лексико-семантическом уровне автор использует эмоционально окрашенные лексические единицы, обращения, междометия, а также образные сравнения и метафоры. На синтаксическом уровне об эмоциональности языка сонетов говорит, например, употребление риторических вопросов, императива и сослагательного наклонения. Рассмотрим пример:

(16) O! how thy worth with manners may I sing,
When thou art all the better part of me?
What can mine own praise to mine own self bring?
And what is't but mine own when I praise thee?
Even for this, let us divided live,
And our dear love lose name of single one,
That by this separation I may give
That due to thee which thou deserv'st alone.
O absence! what a torment wouldst thou prove,
Were it not thy sour leisure gave sweet leave,
To entertain the time with thoughts of love,
Which time and thoughts so sweetly doth deceive,
 And that thou teachest how to make one twain,
 By praising him here who doth hence remain (с.39).

О, как тебе хвалу я воспою,
Когда с тобой одно мы существо?
Нельзя же славить красоту свою,
Нельзя хвалить себя же самого.
Затем-то мы и существуем врозь,
Чтоб оценил я прелесть красоты
И чтоб тебе услышать довелось
Хвалу, которой стоишь только ты.
Разлука тяжела нам, как недуг,
Но временами одинокий путь
Счастливейшим мечтам дает досуг
И позволяет время обмануть.
Разлука сердце делит пополам,
Чтоб славить друга легче было нам.

В данном сонете объекты оценки, в функции которых выступают как перцептив, так и само чувство любви, предикат состояния, оцениваются субъектом положительно, что в языке анализируемого сонета репрезентируется словосочетанием the better part of mine, глаголами praise, deserve, прилагательным dear, а также наречием sweetly. Важно подчеркнуть тот факт, что при положительной оценке экспериенцер может испытывать смешанные эмоции: с одной стороны, печаль в разлуке с объектом любви (sour leisure, torment), а с другой — удовольствие предаваться размышлениям о своем чувстве (to entertain the time with thoughts of love).

Изучение эмоциональных и оценочных параметров языка текстов сонетов способствует выявлению эмоционально-оценочного диссонанса, который проявляется при несовпадении характера оценки и знака испытываемых экспериенцером эмоций.

В проведенном исследовании предлагается интегративный подход к изучению сонетов У. Шекспира, который на основе использования таких эффективных инструментов анализа, как метафоричные кластерные субконцепты и антонимичные коррелятивные образования в рамках динамично организованного сценария, позволил создать продуктивную модель изучения языкового своеобразия текстов сонетов У. Шекспира.

В заключении подводятся итоги и обобщаются результаты проведенной работы, намечаются перспективы дальнейших исследований. Испытанный в диссертации метод анализа языкового материала может быть использован в процессе дальнейшего изучения своеобразия языка Шекспира, а также других англоязычных авторов.

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях:

1. Прагма-семантическая составляющая в тексте сонетов У. Шекспира о любви // Известия Самарского научного центра Российской академии наук (серия «Филология»). Т. 12. № 3 (35). Самара: Изд-во Самарского научного центра РАН, 2010. С. 216221.  0,61 п. л. (в соавторстве с Е. Г. Хомяковой).

2. Прагматический компонент концепта love в тексте сонетов У. Шекспира // Научно-технические ведомости СПбГПУ (серия «Гуманитарные и общественные науки»). СПб.: Изд-во Политехнического университета, 2011. С. 313316. 0,44 п. л.

3. К вопросу о семантическом компоненте концепта love в английском языке // Вестник Московского государственного областного университета (серия «Лингвистика»). М.: Отдел по изданию научного журнала «Вестник МГОУ», 2011. С. 7378. 0,48 п. л.

4. Амбивалентность концепта love в тексте сонетов У. Шекспира // Материалы V Всероссийской научной конференции «Англистика XXI века» — памяти профессора В. В. Бурлаковой 20–22 января 2010. — СПб.: СПбГУ, 2010. — С. 221–223. — 0,15 п. л.

5. Фрейм-сценарий как инструмент анализа текстов сонетов У. Шекспира о любви // Материалы VII научно-практической конференции 17–25 апреля 2011 «Ключевые вопросы современной науки». Т. 29: Филологические науки. — София: «Бял ГРАД-БГ» ООД, Республика Болгария, 2011. — С. 47–50. — 0,64 п. л.

6. Взаимодействие кластерных концептов для концепта love в рамках метафоры на материале текстов сонетов У. Шекспира // Материалы IV международной научно-практической конференции 29–30 июня 2011 «Современная филология: теория и практика». М., 2011. — С. 213–217. — 0,41 п. л.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.