WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


На правах рукописи

ВОЛОСКОВИЧ Анна Михайловна

Когнитивные и семиотические аспекты взаимодействия компонентов полимодального текста

Специальность 10.02.19 – Теория языка

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук

Москва 2012

Работа выполнена на кафедре общего и сравнительного языкознания Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Московский государственный лингвистический университет»

Научный консультант: доктор филологических наук, профессор Ирисханова Ольга Камалудиновна

Официальные оппоненты: доктор филологических наук, профессор Сигал Кирилл Яковлевич кандидат филологических наук, доцент Сескутова Ирина Константинова

Ведущая организация: ФГБОУ ВПО «Волгоградский государственный университет»

Защита состоится « » ___________ 2012 г. в _____ часов на заседании диссертационного совета Д 212.135.02 при ФГБОУ ВПО «Московский государственный лингвистический университет» по адресу: 119034, Москва, ул.

Остоженка, 38.

С диссертацией можно ознакомиться в диссертационном читальном зале библиотеки ФГБОУ ВПО МГЛУ.

Автореферат разослан « » ___________ 2012 г.

Ученый секретарь диссертационного совета Страхова В. С.

Данная работа представляет собой лингвокогнитивное исследование взаимодействия компонентов полимодального текста (иконотекста), включающего как вербальные, так и невербальные (графические) знаковые комплексы.

Актуальность обращения к семиотически гибридным текстам обусловлена устойчивым вниманием лингвистов к полимодальным видам коммуникации, во многом связанным с постструктуралистским и постмодернистским «поворотом» в лингвистике XX века. Кроме того, в последние годы в связи с развитием новых мультимедийных технологий наблюдается всплеск интереса к семиотической гетерогенности как в науке о языке, так и за ее пределами. Вместе с тем, несмотря на активное изучение полимодальности в лингвистике, анализ взаимовлияния знаковых систем при формировании значения в тексте остается одной из проблем лингвистического описания из-за недостаточной методологической согласованности различных школ, в том числе семиотических и когнитивных направлений. В связи с этим особую актуальность приобретает изучение семиотической полимодальности с учетом достижений когнитивной семантики, предложившей различные способы описания семантических взаимодействий в языке.

Лингвокогнитивное исследование взаимодействия вербального и графического компонентов в иконотекстах разных типов позволяет представить взаимную адаптацию данных компонентов как действие когнитивных механизмов концептуальной интеграции и выявить особенности процессов иконизации и символизации в иконотексте как на концептуальном, так и на формальноязыковом уровнях.

Объектом исследования является иконотекст как единство вербального и невербального (графического) компонентов.

В качестве предмета исследования выступают особенности и языковые средства взаимной семиотической адаптации компонентов иконотекста в разных типах соответствующих полимодальных текстов.

В основу настоящей работы положена следующая гипотеза: взаимодействие вербального и графического знаковых комплексов в иконотексте предполагает их взаимную адаптацию, т. е. двусторонний перенос семиотических свойств с одного комплекса на другой; при этом вербальный компонент, вне зависимости от характера и роли изображения, подвергается иконизации, т. е. начинает «уподобляться» графическому компоненту. Данные процессы, обусловливающие интерпретацию иконотекста, зависят от жанровых особенностей полимодального текста.

Цель диссертации – исследовать взаимодействие вербального и невербального компонентов иконотекстов разных типов в лингвокогнитивном и лингвосемиотическом аспектах, уделяя особое внимание организации вербального знакового комплекса.

В процессе работы были поставлены следующие конкретные задачи:

- проанализировать существующие подходы к исследованию иконотекста, уточнив понятия семиотической полимодальности и семиотической гибридизации;

- рассмотреть соотношение понятий иконичности и символичности в современной лингвистике;

- описать особенности взаимодействия вербального и графического компонентов иконотекста с точки зрения процессов концептуальной интеграции;

- установить связь между характером концептуальной интеграции и особенностями иконизации (типами иконичности) в инструкциях, газетнопублицистических статьях и искусствоведческих комментариях к произведениям живописи;

- выявить основные тенденции взаимовлияния вербального текста и изображения в данных типах иконотекста и систематизировать языковые средства, реализующие адаптацию вербального компонента к графическому компоненту.

Для решения поставленных в диссертации задач использовались следующие методы: общенаучный описательный метод с его основными компонентами:

наблюдением, интерпретацией и обобщением; лингвистические и лингвокогнитивные методы контекстуального анализа, построения ментальных пространств, концептуального анализа семантики языковых единиц.

Методологической базой исследования послужили работы отечественных и зарубежных исследователей в области общей семиотики: Р. Барта, М. М. Бахтина, М. Жоли, Г. К. Косикова, Ю. Кристевой, И. Лангле, Ю. М. Лотмана, М. Б.

Мечковской, Ч. Морриса, Ч. С. Пирса, Дж. Сонессона, Ю. С. Степанова, Ж. А. У.

Хеффернана, У. Эко; в когнитивной лингвистике: В. З. Демьянкова, В. И.

Заботкиной, О. К. Ирисхановой, Е. С. Кубряковой, С. Кулсон, Р. Лэнекера, Т.

Оукли, М. Тернера, Ж. Фоконье; в области семиотики синтаксиса, полимодальности текста, семиотической гибридизации: Е. Е. Анисимовой, Д.

Будор, Т. ван Левена, И. В. Вашуниной, М. Б. Ворошиловой, А. Ж. Греймаса, Т.

Гивона, О. К. Ирисхановой, А. Е. Кибрика, Г. Кресса, Ж. Куртеса, Л. Лувела, Ф.

Мантандона, В. И. Михалковича, Е. Табаковской, К. Я. Сигала, Ю. А. Сорокина, Е. Ф. Тарасова, Дж. Хаймана, О. Фишер, Ф. Унгерера, Р. О. Якобсона.

Научная новизна работы заключается в следующем:

- впервые взаимодействие графического и вербального компонентов в иконотексте анализируется с учетом когнитивных процессов концептуальной интеграции;

- впервые в ходе лингвокогнитивного исследования семиотически гибридного текста анализируются такие типы русско- и англоязычных иконотекстов, как инструкции, газетно-публицистические статьи и искусствоведческие комментарии к произведениям живописи;

- впервые выявляются и систематизируются языковые средства (фонетические, лексические, синтаксические и др.), реализующие взаимную адаптацию семиотически разнородных компонентов гибридного текста через иконизацию;

- впервые показана зависимость типа иконичности вербального текста от характера процессов концептуальной интеграции в иконотексте.

Теоретическая значимость исследования состоит в дальнейшем развитии когнитивной теории языка с семиотических позиций; в уточнении понятий семиотической гибридности и иконотекста, иконичности и символичности, иконизации и символизации; в дальнейшей разработке методов когнитивного анализа дискурса, совмещающего свойства графической и вербальной знаковых систем.

Практическая ценность работы заключается в возможности применять результаты исследования в лекционных курсах и семинарских занятиях по общему языкознанию, лингвосемиотике, когнитивной семантике, теории коммуникации, лингвистике текста, анализу дискурса, а также в практике преподавания родного и иностранных языков.

Достоверность полученных результатов и обоснованность сделанных на их основе выводов обеспечивается репрезентативной выборкой использованного в ходе исследования языкового материала из корпусов русско- и англоязычных текстов, а также применением методов, адекватных поставленной цели.

Материалом исследования служат современные русско- и англоязычные тексты инструкций, газетных статей и искусствоведческих комментариев к произведениям живописи, в которых реализуются разные типы взаимодействия графического и вербального знаковых комплексов. В работе проанализированы русско- и англоязычные корпуса текстов общим объемом 1 187 0словоупотреблений (общее количество текстов 2853) Из них англоязычные тексты объемом 570 000 словоупотреблений (1 440 текстов: 170 инструкций, 6газетно-публицистических статей, 620 искусствоведческих комментариев) и русскоязычные тексты объемом 617 000 словоупотреблений (1 413 текстов: 2инструкций, 573 газетно-публицистические статьи, 640 искусствоведческих комментариев).

На защиту выносятся следующие положения:

• Взаимодействуя в пространстве полимодального текста (иконотекста), его компоненты, относящиеся к различным знаковым системам – вербальной и графической, влияют на семиотические свойства друг друга.

Процессы взаимной адаптации находят отражение в формально-структурной и содержательной организации вербального текста, который подвергается иконизации вне зависимости от степени символичности или иконичности изображения и его роли в иконотексте.

• Порождение новых смыслов при интерпретации различных типов иконотекстов (инструкций, газетно-публицистических статей и искусствоведческих комментариев к произведениям живописи) является результатом действия процесса концептуальной интеграции как когнитивной способности человека создавать новые структуры знания из нескольких заданных структур.

• Существует зависимость между механизмами концептуальной интеграции (типами блендов) в иконотексте и типами иконичности, наблюдаемыми в вербальном компоненте. Так, образование блендов путем дополнения и сложения сопровождает индексальную иконизацию вербального текста. Механизм концептуального наращивания приводит к появлению в тексте базовых типов иконичности, таких как иконичность релевантности, локативная (отражающая место события, изображенного на иллюстрации) и диаграмматическая (отражающая отношения между предметами, движение взгляда зрителя/читателя) иконичность.

• Иконичность вербального компонента, находящегося под влиянием графического изображения, проявляется на разных уровнях вербального текста – фонетическом, лексическом, синтаксическом, а также в структурной организации всего текста.

• В результате иконизации вербального текста не только меняются его семиотические свойства, но и происходит взаимная адаптация обоих компонентов иконотекста. Вербальный текст, сближаясь в семиотическом плане с изображением, может дополнять интерпретацию последнего новыми инференциями, непосредственно не связанными с сюжетом, структурными и иными характеристиками иллюстрации, что приводит к символизации графического компонента.

Апробация работы: основные положения и результаты исследования обсуждались на заседаниях кафедры общего и сравнительного языкознания и лаборатории гендерных исследований МГЛУ в 2009-2012 годах, а также получили отражение в ряде публикаций автора. Результаты работы были представлены на следующих конференциях: “Langage et signification. L'ambigut dans le discours et dans les arts” (Университет Тулузы, Universit Toulouse II – Le Mirail, Франция, 11-14 июля 2011); “Cognition, Conduct & Communication” (University of d, Польша, 06-08 октября 2011); «Семиотическая гетерогенность языковой коммуникации: теория и практика» (МГЛУ, Москва, 27-28 октября 2011); «Дискурс как социальная деятельность: приоритеты и перспективы» (МГЛУ, Москва, 17-18 ноября 2011).

Исследование проведено в рамках проекта «Семиотическая теория языкового творчества» по аналитической ведомственной целевой программе «Развитие научного потенциала высшей школы» (2009 – 2011 гг.).

Структура диссертации определяется спецификой ее целей, задач и методов. Работа объемом 188 страниц состоит из введения, двух глав, заключения, библиографического перечня (278 наименований).

Во введении обосновывается выбор темы и объекта исследования, раскрывается новизна, актуальность и теоретическая значимость работы, определяются ее цели и задачи.

В первой главе систематизируются существующие взгляды по теме исследования, уточняются понятия полимодальности, иконотекста, гибридности, иконичности, символичности и др. В данной части работы раскрываются теоретические предпосылки исследования иконотекстов, а также некоторые особенности их рассмотрения в теориях синкретизма, в постструктурализме, когнитивной психологии и социологии, оказавших влияние на лингвистические исследования полимодальности. Показано, что вербальный и графический знаки обладают общими свойствами, что обусловливает возможность проникновения одного семиотического кода в другой. Для рассмотрения семантических процессов, сопровождающих полимодальное взаимодействие, в первой главе предлагается метод построения ментальных пространств (концептуальной интеграции).

Вторая глава посвящена анализу взаимодействия вербального и графического компонентов иконотекста, исследованию иконических свойств текста, проявляющихся на различных языковых уровнях при его взаимодействии с изображением, а также рассмотрению некоторых аспектов символизации изображения под воздействием вербальной составляющей. В данной главе рассматриваются англо- и русскоязычные инструкции, газетно-публицистические статьи, искусствоведческие комментарии к произведениям живописи, анализируются особенности и языковые средства иконизации текста, а также признаки символизации изображения в каждом из данных типов иконотекста.

В заключении по результатам исследования формулируются теоретические и практические выводы и намечаются перспективы дальнейших исследований в данном направлении.

Содержание работы В первой главе «Понятия полимодальности и иконотекста: теоретические предпосылки исследования» рассматриваются общие проблемы изучения полимодальности, уточняются понятия иконичности и символичности, анализируется вопрос о таксономии знаков. Данная глава состоит из двух параграфов, первый из которых посвящен изучению полимодальности в лингвистике и смежных науках, а второй – проблеме взаимодействия вербального и графического знаков в рамках иконотекста.

В первом параграфе анализируются основные подходы к исследованию полимодальности в теории синкретизма, постструктурализма, социальной семиотике и психолингвистике. Отмечено, что влияние семиотики искусства и культуры, с одной стороны, и психологии, с другой, на трактовку полимодальности обусловило наличие двух направлений в исследовании данного явления в современной лингвистике – лингвосемиотического и психолингвистического подходов.

В рамках лингвосемиотического подхода полимодальность (а также синкретичность) рассматривается в связи с изучением гибридного текста, креолизации и, шире, языковой гетерогенности (см. труды Е. Е. Анисимовой, Д.

Будора, У. Гертса, А. Ж. Греймаса, О. К. Ирисхановой, Ж. Куртеса и т. д.). Хотя данные понятия сходны и нередко трактуются как синонимы, гибридность и синкретичность знаковых образований чаще указывает на результат смешения семиотических свойств разных по своей природе знаков, креолизация – на сам процесс смешения, в то время как в термине полимодальность подчеркивается изначальная способность знаков к комбинированию с другими знаками в рамках комплексных семиотических образований. В виду незначительности данных различий в настоящей работе перечисленные термины используются как взаимозаменяемые, при этом предпочтение отдается понятиям полимодальности, гибридизации и иконотексту как разновидности гибридного текста.

Сложность языковой системы не только манифестируется особой организацией знаков разного типа, но и проявляется в ее гетерогенности, во взаимодействии на разных ее участках символов, индексов и иконических знаков (Кубрякова 1993), а также в неразрывной связи иконической и символической функции ее знаков (подробнее см. (Кликс 1990, Глотова 1995)). Поскольку один и тот же знак может одновременно выступать в иконотексте как иконический знак и как символ (Сигал 1997), невозможно провести четкую границу между различными типами знаков, о чем писал еще Ч. С. Пирс. В связи с этим на современном этапе изучения полимодальность все чаще анализируется в контексте гибридности знаковых образований.

Особое место в исследованиях полимодальности принадлежит иконотексту как гибридному семиотическому комплексу, совмещающему значение вербального текста и графической иллюстрации. Подчеркивается, что гибридизация вербального и графического знака в иконотексте приводит к образованию сложнопостроенного смысла как переплетения значений двух семиотических систем, каждая из которых является гетерогенной по своей сути.

Представляется, что вопрос о взаимодействии разномодальных знаков в иконотексте не может быть полностью изучен без учета изменения их семиотических свойств. Соответственно, второй параграф первой главы содержит описание лингвистических взглядов на проблему таксономии знаков и их свойств.

В ходе анализа отмечается, что вербальный и графический знак различаются по своей сущности, хотя в механизмах их интерпретации существует много общего.

Слово отражает реальность, как бы членя предмет, представляя затем его части в некоторой очередности; изображение, напротив, показывает все, причем сразу, симультанно. Несовпадение свойств и функций вербального и графического знаков при сходстве их природы и общей роли в семиозисе приводит к переносу семиотических свойств с одного знака на другой в процессе интерпретации иконотекста.

Наряду с понятием полимодальности, рассматриваемой как результат семиотической гибридизации, уточнено соотношение понятий иконичности, индексальности и символичности. В соответствии с семиотическими и когнитивными представлениями, постулируется наличие континуума (шкалы) иконичности и существование разных типов иконичности в языке, которые в общем виде можно свести к таким базовым типам, как индексальная иконичность, иконичность релевантности, локативная и диаграмматическая иконичность. При этом в работе разграничиваются иконичность знака, присущая ему изначально и определяемая онтологически – по соотношению с референтом (например, фотография), и иконичность, приобретаемая знаком под влиянием другого знака или знакового комплекса в определенном контексте. Соответственно, под иконизацией компонента иконотекста предлагается понимать не столько уподобление знака референту, сколько приобретение изначально арбитрарным знаком (в нашем случае, вербальным текстом) тех или иных свойств иконичности в результате взаимодействия с изначально иконическим знаком (например, с иллюстрацией).

В работе показано, что взаимная адаптация обоих компонентов иконотекста предполагает связь иконизации с другим семиотическим процессом – с символизацией. Применительно к иконотексту символизация – это развитие у иконического знака свойств немотивированности, арбитрарности вследствие влияния на него знака-символа. В конкретных контекстах знаковые комплексы (или отдельные знаки), претерпевающие символизацию, существенно расширяют свой первоначальный смысл, построенный на сходстве данного знака и его референта, а интерпретация таких знаков усложняется за счет необходимости выстраивать разнообразные инференции.

В первой главе отмечается, что в современных исследованиях иконотекста процессы семиотической адаптации вербального и графического компонентов описаны недостаточно подробно, а языковые средства, посредством которых осуществляется иконизация в иконотексте, систематизированы не полностью.

Объединение традиционного семиотического ракурса с идеями и методами когнитивного анализа позволяет учесть различные аспекты взаимодействия вербального и графического знаков – собственно семиотические, когнитивные, формально-структурные, прагматические.

Анализ работ по полимодальности показал, что когнитивные исследования феномена полимодальности пока немногочисленны (см., например, работы А. Е.

Кибрика, А. Ченки и некоторых др.), однако в когнитологии предложен ряд идей, важных для исследования иконотекста. В данной работе в качестве инструмента анализа иконотекста на содержательном уровне предложен метод построения ментальных пространств (блендов), дополненный семиотическим анализом.

Вторая глава «Полимодальная гибридизация в различных типах текста», которая опирается на расширенное понимание иконичности, принятое в современной лингвистике, особенно когнитологии (А. Ж. Греймас, Т. Гивон, А. Е.

Кибрик, Е. Табаковска, К. Я. Сигал, Дж. Хайман, О. Фишер), посвящена установлению связи между механизмами концептуальной интеграции (концептуальным дополнением, сложением и наращиванием) и типами иконичности вербального текста.

В данной главе представлены результаты анализа трех типов иконотекста на русском и английском языках: инструкций, газетно-публицистических статей и искусствоведческих комментариев к произведениям живописи.

Наряду с моделированием процессов концептуальной интеграции, особое внимание в анализе текстов уделяется языковым средствам иконизации, реализующим перенос семиотических свойств с графического на вербальный компонент при интерпретации иконотекста.

Иконичность текста, появляющаяся под влиянием изображения, в основном, исследуется на двух уровнях: лексико-синтаксическом и общетекстовом, или общеструктурном, уровне. В некоторых случаях, когда в тексте отображаются звуки, типичные для изображенного референта (звукоподражание), иконичность вербального текста рассматривается также на фонетико-фонологическом уровне. На лексико-синтаксическом уровне иконичность проявляется в употреблении специальной лексики, иконически коррелирующей с изображением, а также в ее специфическом распределении в тексте в составе определенных синтаксических конструкций. К общетекстовому уровню анализа мы относим характеристики текста как целостного, структурированного образования (такие как общее расположение и последовательность его компонентов, отражающие общие характеристики изображенного графически объекта).

В целом, анализ различных типов иконотекстов показал, что в иконотексте изображение и вербальный компонент могут быть связаны разными отношениями – доминантными (отношениями функционального доминирования текста или изображения) и комплементарными (отношениями относительного равноправия обоих компонентов). Установлено, что любое изображение, вне зависимости от типа отношений между семиотически разнородными компонентами и характера изображения, при интерпретации иконотекста (а в искусствоведческих комментариях и инструкциях – также при порождении иконотекста) приводит к иконизации вербального текста по отношению к иллюстрации. Тип иконотекста во многом определяет специфику процессов концептуальной интеграции в основе построения смыслов и, как следствие, обусловливает особенности иконизации (проявления разных типов иконичности) и использования тех или иных языковых маркеров иконичности.

В инструкциях иллюстрация обычно конкретизирует текст, придавая изначальной символичности вербального знакового комплекса более выраженный индексально-иконический характер. Как правило, изображение, выполняющее здесь иллюстративную функцию (Анисимова 2003, с. 128), полностью воспроизводит часть информации, выраженной в тексте вербально, и конкретизирует ее. Благодаря изображению объектов, с которыми должны производиться действия, а также расположению иллюстраций в той последовательности, в которой эти действия следует выполнять, фрейм, структурирующий пространство вербального текста, детализируется, а сам вербальный знак приобретает иконические черты относительно изображения.

С точки зрения процессов концептуальной интеграции, в инструкциях образование бленда происходит за счет метонимического д о п о л н е н и я вводного пространства текста вводным пространством изображения.

Проследим данные особенности на основе инструкции к плите Bosch:

В данной инструкции общее пространство, задающее сценарий всей ситуации, относится к работе с приборами и структурируется фреймом [автоматическое выключение духового шкафа]. Вводное пространство текста, описывающее действия с изображенными объектами или результат этих действий (значки на дисплее), структурировано фреймом [выключение прибора]. Пространство изображения, организованное фреймом [духовой шкаф], визуализирует объекты, с которыми нужно производить определенные действия, и вводит «участников» бленда – ручки, кнопки и указатели на дисплее.

Благодаря изображению, вербализованный общий фрейм [выключение прибора] в процессе концептуальной интеграции сужается до фрейма [автоматическое выключение духового шкафа]. Элементы бленда — ручки, кнопки и указатели на экране, представленные также на изображении, — приобретают функцию индекса и устанавливают отношение смежности между изображением и самим текстом, указывая читателю на объект для выполнения действий (рис. 1):

Общее пространство Автоматическое выключение духового шкафа Пространство Пространство текста изображения Действия для выключения Ручка духового шкафа Кнопки [выключение прибора] Указатели на экране [духовой шкаф] Действия для автоматического выключение духового шкафа Ручка Кнопки Указатели на экране [автоматическое выключение духового шкафа] Рис. 1. Концептуальная интеграция в иконотексте инструкции духового шкафа Индексальная иконичность текста по отношению к изображению, являющаяся результатом метонимического дополнения при их интерпретации, не исключает иконический характер текста по отношению к описываемой ситуации. Однако именно при взаимодействии текста и иллюстрации иконические особенности текста становятся более заметными и воспринимаются, скорее, как признаки подобия текста и изображения, нежели подобия вербального текста и внешнего референта.

Индексальная иконизация текста инструкций при его соотнесении с изображением реализуется на лексико-синтаксическом и общетекстовом уровнях.

Так, на лексико-синтаксическом уровне текст инструкции отражает характеристики как иллюстрации, так и самого прибора в целом. В данном иконотексте на лексико-синтаксическом уровне такие лексемы, как установите, нажмите, выключите повторяются на всем протяжении текста (Установите необходимый вид нагрева... Установите температур… Нажмите на кнопку «Часы»… Нажмите на кнопку… и т. д.). Данные глаголы в форме императива представляют действия с объектами, изображенными на картинке. По мнению А. Холобат, инструкции и статьи, описывающие принцип работы какого-либо устройства, построены по определенной семиотической модели: при восприятии объекта мы замечаем не сам объект, а его «семантический потенциал». Под семантическим потенциалом объекта исследователь понимает возможные образцы поведения объекта или модели возможных действий с ним, которые изначально закодированы в его форме. Например, лестница позволяет взбираться, стулья – сидеть, а пуговицы – застегивать (http://www.kuleuven.be/cetra/papers/2007/Holobut.pdf). Описание объектов, построенное на основе их семантического потенциала, является иконичным по своей сути, поскольку эксплицирует представление об их возможном использовании.

В настоящем иконотексте слова, обозначающие действия с объектами, неотделимы от соответствующего изображения (глагол «установите» употребляется рядом с изображением ручки, «мигает» – рядом с изображением сигнала на дисплее). В иконотекстах инструкций подписи, относящиеся непосредственно к отдельным фрагментам изображения, становятся индексальными знаками, отсылающими к содержанию иллюстрации. Прямым указанием на индексальные отношения часто являются стрелки, соединяющие изображения с их вербальными репрезентациями. Таким образом, текст и изображение в инструкциях переплетены иконическими и индексальными связями, что приводит к более или менее однозначной проекции графического знака на вербальный и вызывает индексальную иконизацию текста в целом.

На общетекстовом уровне иллюстрация влияет на общую композицию иконотекста. Каждая из четырех частей вербального текста находится в непосредственной близости от изображения. Сами части пронумерованы, что позволяет читателю соотнести иллюстрацию с тем или иным фрагментом текста и приводит к образованию более тесных связей между изображением и текстом.

По мере детализации рисунков (от самого общего изображения ручки к более детальному изображению символов на экране) текст также становится более конкретизированным. В нем появляются числовые значения (20, 30) и изображения кнопок, не обозначенные вербально (предполагаемое значение = минут; ). Это свидетельствует о проникновении иконических свойств иллюстрации в текст. Изображенные стрелки играют роль дейктических единиц, ориентируя читателя в пространстве иллюстрации. В тексте объекты, на которые указывают стрелки, стоят в сильной позиции, являясь фокусом (ремой) предложения (Нажмите на кнопку «Часы». Раздается сигнал. На дисплее горит символ). Такое семантическое членение предложения, также как и стрелки, направляет внимание читателя на отдельные вербально (и графически) выделенные объекты.

Заключительные части текста, не сопровождающиеся отдельной иллюстрацией, также обнаруживают признаки индексальной иконичности. Как и весь иконотекст, данная часть разделена на два столбца. Иллюстрации иконически продолжаются в тексте при употреблении маленьких иконок, обозначающих кнопки дисплея. Подобно стрелкам на двух последних иллюстрациях, которые обозначены черным и белым цветом, текст, расположенный в пятой части иконотекста, может быть условно разделен на «белый» и «черный» (написанный обычным и выделенным шрифтом). Данные свойства также свидетельствуют об индексально-иконическом характере этого вербального фрагмента.

В газетно-публицистических текстах функции изображения более разнообразны, а концептуальная интеграция может носить более сложный характер и требовать достраивания большего количества инференций за счет символизации графического компонента, в ходе которой иллюстрация, обладающая a priori иконическими характеристиками, приобретает дополнительный смысл под влиянием текста.

В настоящем исследовании изображения в газетно-публицистических статьях условно разделены на реалистичные (документальные фотографии) и нереалистичные (образные рисунки, схемы, диаграммы). Реалистичное или документальное изображение, участвуя в процессах концептуального с л о ж е н и я и, реже, н а р а щ и в а н и я, приводит к иконизации вербального текста при интерпретации иконотекста в целом. При этом в ходе концептуального наращивания реалистическое изображение, несмотря на выраженный индексально-иконический характер, обнаруживает более очевидную тенденцию к с и м в о л и з а ц и и под влиянием вербального компонента.

«Нереалистическое» изображение, в отличие от документальной фотографии или рисунка, представляющее собой непрямое, образное отображение событий, приводит к их метафоризации или к существенной схематизации. Данная особенность графического компонента не приводит, однако, к нейтрализации его иконического влияния на вербальный текст, который в ходе интерпретации иконотекста начинает очевидным образом коррелировать с некоторыми характерными особенностями изображения. Текст, в свою очередь, может вызывать еще большую символизацию изображения в процессе концептуального наращивания.

Изображения, участвующие в процессах концептуального наращивания, обусловливают, в основном, реализацию в тексте газетно-публицистических статей базовых типов иконичности – и к о н и ч н о с т и р е л е в а н т н о с т и и л о к а т и в н о й и к о н и ч н о с т и. Иконичность релевантности на лексико-синтаксическом уровне выражается через многократное употребление в тексте прямых языковых коррелятов изображенных на иллюстрации объектов. Типичным является также лексическая поддержка метафоры, содержащейся в изображении.

Рассмотрим пример, иллюстрирующий данные тенденции:

Sharpening the knives Apr 26th 2007 | FRANKFURT AND NEW YORK The carve-up of a Dutch bank may help Europe's efforts to build an efficient cross-border banking system.

ABN AMRO always assumed that it would be on the attacking end of a takeover bid, not on the receiving end of one. For that reason, Rijkman Groenink, its chief executive, had for years spearheaded a vigorous campaign to stop nationalistic European politicians from blocking crossborder mergers. […] in what could be the biggest banking merger ever. Then, two days later an even bigger potential offer blew in from a European consortium led by Royal Bank of Scotland (RBS), which aims to dismember ABN. This one […] could be the biggest and most bruising takeover battle in banking's history.

Activist hedge funds are also involved, bringing a hint of insecurity to the European banking landscape. They include the London-based Children's Investment Fund, which set the ball rolling by calling for a break-up or sale of ABN. Other hedge funds have since bought ABN shares, hoping that a hard-fought struggle to win the Dutch bank will increase the value of their investments.

Dutch authorities and Mr Groenink had battled since 2004 to stop regulators meddling in cross-border mergers, partly to facilitate the Dutch bank's incursion into Italy. They are not savouring the taste of their own medicine.

A takeover tussle of this scale and complexity would be sensational enough in any industry.

But that it is taking place in a large, perfectly solvent financial conglomerate makes it doubly spectacular. It could shake up Europe's sclerotic and largely national banking structures, helping to break down the barriers blocking the much-dreamt-of single European market for financial services.

Then there is that dream of every ambitious chief executive—world domination. Excluding HSBC, most European banks are no more than half the size of American war-horses such as Citigroup, Bank of America and JPMorgan Chase when measured by capital. […] Such a partnership could exceed even that of Barclays and ABN in size; not to mention potentially stirring BNP Paribas, SocGen's French rival, into a bidding war.

All of which comes back to ABN. Whatever happens, it looks as though it will be carved up, to a greater or lesser degree depending on who wins: Barclays and Bank of America, or rival bidders.

Mr Groenink, who has already agreed to surrender his leadership if the Barclays deal goes ahead, confessed this week that he was “a little sad” that ABN would lose its independence after 183 years (http://www.financialexpress.com/news/sharpening-the-knives/198193/).

В данной статье, комментирующей раздел голландского банка, иллюстрация не только отображает содержание заголовка Sharpening the knives, но задает сквозную метафору для вербального текста, в котором она частично реализуется при помощи таких выражений, как savouring taste, break up, etc.

Благодаря своей коннотативной нагруженности, иллюстрация катализирует новый символический смысл, прямо не выводимый из вербального сообщения - а именно, восприятия банка как жертвы. Благодаря этому, при концептуальном смешении раздел банка воспринимается как поглощение пищи, а страны, участвующие в этом разделе, получают такую характеристику, как «голодные, жадные до еды»: They are not savouring the taste of their own medicine. Sharpening the knives и т. д.

Общее пространство Раздел чего-либо между двумя и более людьми Голландский Европейские Поросенок (еда для банк страны разделывания) [раздел] [соперничество и Голодные люди борьба за влияние] [ужин] Европейские страны (голодные) Банк: жертва [раздел] [соперничество] Рис. 2. Концептуальная интеграция в газетно-публицистической статье «Sharpening the knives».

В анализируемом примере в концептуальной интеграции участвуют три вводных пространства с различными фреймами [раздел банка], [соперничество] и [ужин] (рис. 2). Участники пространства «голодные люди» проецируется на «европейские страны», а «поросенок» – на «банк». Бленд наследует из текста фреймы смешанного пространства [раздел] и [cоперничество], а также участников «европейские страны» и «банк». Из вводного пространства иллюстрации наследуются характеристики актантов бленда – признаки «голодные» и «жертва», что приводит не только к метафоризации вербального компонента, но и к символизации изображения. В данном примере происходит концептуальное н а р а щ и в а н и е на основе следующих инференций читателя: «банк – жертва алчности», «раздел банка – соперничество, которое приведет к его уничтожению».

Установление метафорических связей между изображением и текстом приводит не только к символизации графического компонента, но и к иконизации вербального компонента, в частности, к проявлению в нем базовых типов иконичности – иконичности релевантности и локативной иконичности.

Так, в иконотексте “Sharpening the Knives” изображение имеет гиперболический характер (поросенок на блюде поражает своими размерами, центральное изображение представляет весьма тучного человека). На лексикосинтаксическом уровне текста многократное использование прилагательных, описывающих большое количество или крупный размер чего-либо (big, large, spectacular etc), иконически соотносится с данным свойством иллюстрации.

Многие из прилагательных в тексте стоят в сравнительной или превосходной степени, что также соотносится с карикатурным характером иллюстрации (bigger, the biggest, most bruising, doubly spectacular).

Иконичность релевантности в иконотекстах также проявляется в употреблении слов, коррелирующих с объектами, наиболее выделенными на иллюстрации. В приведенном выше примере наиболее крупный объект на рисунке – поросенок на блюде, на которого устремлены взгляды изображенных людей. При интерпретации иконотекста эта особенность иллюстрации коррелирует с определенными характеристиками вербального текста. Так, на лексико-синтаксическом уровне наблюдаются повторы выражения Dutch bank, метафорически соотнесенного с поросенком на блюде: The carve-up of a Dutch bank may help... […], hoping that a hard-fought struggle to win the Dutch bank will increase the value of their investments. […], partly to facilitate the Dutch bank's incursion into Italy.

Анализ материала показывает, что локативная иконичность не всегда последовательно реализуется в газетно-публицистических статьях. В данном примере она представлена в тексте статьи несколькими топонимами – European, Europe, Italy, Dutch, указывающими на место, где разворачиваются события (см.

скатерть в виде Флага Европы).

В искусствоведческих комментариях связи изображения и текста носят еще более многомерный характер. Иконические и символические свойства, присущие изначально изображению и вербальному тексту, в искусствоведческих комментариях переплетаются наиболее сложно в результате процессов концептуального н а р а щ и в а н и я.

Например, в комментарии к абстрактной картине Пабло Пикассо «Герника» при слиянии двух исходных пространств в бленде происходит концептуальное н а р а щ и в а н и е, и картина приобретает дополнительные символические характеристики под воздействием текста. Сам текст также испытывает влияние со стороны картины: его актанты получают новые характеристики и роли. Именно взаимовлияние графического и вербального знака приводит к иконизации текста под воздействием картины, с одной стороны, и дальнейшей символизации картины на основе текста, с другой:

Герника — небольшой городок с 5000 жителей – был священным для басков […].

Военной необходимости в авиационном налете не было никакой. […] И разрушили Гернику...

[…] На громадном черно-бело-сером холсте мечутся конвульсивно искаженные фигуры, и первое впечатление от картины было хаотичным. Но при всём впечатлении буйного хаоса композиция "Герники" строго и точно организована.

[…] Сразу же определились и главные образы: растерзанная лошадь, бык, поверженный всадник, мать с мертвым ребенком, женщина со светильником...

[…] И Пикассо сумел изобразить почти невозможное: агонию, гнев, отчаяние людей, переживших катастрофу. Но как "живописно" изобразить страдания людей, их неподготовленность к внезапной гибели и несущейся с неба угрозе? Как показать событие в его немыслимой реальности, его ужасный общий смысл? И как при всем этом выразить силу сострадания, гнева и боль самого художника? […] Все образы картины переданы упрощенно, обобщающими штрихами. Нарисовано лишь то, без чего нельзя обойтись, что прямо входит в содержание картины – все остальное отброшено. В лицах матери и мужчины, обращенных к зрителю, оставлены лишь широко открытый в крике рот, видимые отверстия ноздрей, сдвинувшиеся куда-то выше лба глаза. Никакой индивидуальности, да подробности были бы здесь и излишними, могли бы раздробить и тем самым сузить общую идею. Трагическое ощущение смерти и разрушения Пабло Пикассо создал агонией самой художественной формы, которая разрывает предметы на сотни мелких осколков.

Рядом с матерью, держащей на руках мертвого ребенка с запрокинутой головой, - бык с выражением мрачного равнодушия. […] Это контраст страдания и равнодушия был в первых набросках к "Гернике" едва ли не главной опорой всей картины. Но Пикассо не остановился на этом, и в правой части картины (рядом с мужчиной, выбросившим руки вверх) вскоре появились два человеческих лица – встревоженных, напряженных […].

В подполье стремительно врывается откуда-то сверху, как будто из другого мира, женщина с профилем античной богини. В выброшенной вперед руке она держит горящий светильник, рот ее тоже широко открыт в крике, но уже некому его услышать.

Что же все-таки происходить в "Гернике" Пикассо? Не бомбежка города с самолетов:

на картине нет ни бомб, ни самого города. […]Тогда отчего же гибнут люди и звери? Кто их загнал в ловушку? […] Другие искусствоведы (например, Н.Д. Дмитриева) предположили, что, может быть, бык - не носитель злой воли, а только неведение, непонимание, глухота и слепота.

И хотя "Герника" Пикассо молчит, как молчат и застывшие перед ней люди, все равно кажется, что слышны крики, стоны, треск, свист падающих бомб и оглушительный грохот взрывов. Для испанских республиканцев картина была символом боли, гнева и мести. И они шли в бой, неся с собой, как знамя, репродукцию "Герники" (Ионина 2006).

В данном примере в процессе концептуальной интеграции участвуют три вводных пространства, первые два из которых относятся к тексту, а третье – к картине. Первое пространство привносит так называемую «неиконическую» информацию (то есть информацию, не относящуюся непосредственно к самой картине, а описывающее предысторию ее создания) и структурируется фреймом [разрушение города в эпоху фашизма]. Второе вводное пространство структурировано фреймом [композиция картины]. Третье вводное пространство содержит фоновые знания о хаосе (войне) и структурировано соответствующим фреймом (рис. 3):

Общее пространство Герника Герника Персонажи Фашизм картины Люди [разрушение Эмоции (отчаяние) Звери города в эпоху [композиция [хаос] фашизма] картины] Люди Звери (отчаяние) Герника (разрушение) [изображение разрушения города в эпоху фашизма] Рис. 3. Концептуальная интеграция в комментарии к картине «Герника».

При концептуальном наращивании в иконотекстах искусствоведческих комментариев к произведениям живописи может наблюдаться в е с ь с п е к т р и к о н и з а ц и и вербального компонента под воздействием изображения (по принципам и к о н и ч н о с т и р е л е в а н т н о с т и, л о к а т и в н о й и д и а г р а м м а т и ч е с к о й и к о н и ч н о с т и), при этом нередко происходит выраженная с и м в о л и з а ц и я изображения, выстраиваемая вербальным текстом (особенно в случае с комментариями к произведениям абстракционистов).

Например, в данном иконотексте текст приводит к появлению дополнительных характеристик главных персонажей, изображенных на картине.

Олицетворение фашизма видится в образе быка, которому гибнущая лошадь обращает свое предсмертное проклятие. Изломанные силуэты фигур, резкие движения рук начинают под влиянием текста комментария ассоциироваться со смятением, неустойчивостью, непрочностью бытия.

Картина оказывает обратное влияние на текст. Размещенная в его начале, она структурирует текстовое пространство, которое в значительной степени состоит из ее описания. На основе иконического принципа релевантности текст следует за самой картиной (ее структурой, композицией и пр.).

Картина «Герника» выполнена в серо-черных тонах, что находит свое прямое отражение в лексике текста: «На громадном черно-бело-сером холсте».

Серо-черные тона ассоциируются с чем-то мрачным, что приводит к употреблению в тексте группы слов, таких как страдание, агония, гнев, отчаяние, мрачное равнодушие, неведение, непонимание, глухота и слепота, которые выражают негативные эмоции, усиленные экспрессией риторических вопросов: И Пикассо сумел изобразить почти невозможное: агонию, гнев, отчаяние людей, переживших катастрофу. Как показать событие в его немыслимой реальности, его ужасный общий смысл? И как при всем этом выразить силу сострадания, гнева и боль самого художника? Многоточие в конце некоторых предложений повторяет эффект незаконченности и драматичности изображения на картине: И разрушили Гернику… […] растерзанная лошадь, бык, поверженный всадник, мать с мертвым ребенком, женщина со светильником...

Эмоциональный фон картины повторяется на синтаксическом уровне: в тексте доминируют либо короткие отрывистые предложения, либо распространенные предложения с обилием однородных членов, создающих эффект градации. Таким образом, синтаксис текста передает «ритм» картины, отражая ее композицию и динамику. Кроме того, данный пример иллюстрирует еще одну общую особенность подобных иконотекстов: поскольку многие произведения живописи построены на контрасте, в вербальном компоненте, как правило, присутствует значительное количество противительных конструкций с хотя, только, а, лишь и пр.

Наряду с иконичностью релевантности последовательную реализацию в искусствоведческих комментариях получает локативная иконичность, которая передается языковыми выражениями, которые указывают на географию событий (Герника, Испания, баски), составляющих исторический контекст изображенного на картине.

Наряду с иконичностью релевантности последовательную реализацию в искусствоведческих комментариях получает локативная иконичность, которая передается языковыми выражениями, указывающими на географию событий (Герника, Испания, баски).

Диаграмматическая иконичность реализуется посредством дейктических единиц в роли обстоятельств места, указывающих на позицию объектов относительно друг друга и также относительно основных композиционных частей картины (переднего и заднего планов, центра, точки схода и пр.). При этом, в отличие от локативной иконичности, которая соотносит текст в основном с онтологической системой координат (т. е. обеспечивает указание на место событий в мире), диаграмматическая иконичность ориентирует зрителя прежде всего в условной системе координат, ограниченной рамками картины. Благодаря данному типу иконичности текст в своей общей структуре воспроизводит композицию картины, а также имитирует или направляет движение взгляда зрителя при восприятии конкретного произведения живописи.

В целом, в работе сделан вывод о том, что чем сложнее процессы концептуальной интеграции (концептуального наращивания), тем больше базовых типов иконичности встречаются в вербальном тексте и тем разнообразнее языковые средства ее реализации. Напротив, более простые типы концептуальной интеграции – дополнение и сложение – нередко ведут в проявлению в тексте, главным образом, индексальной иконичности, которая вызывает более очевидную и более легкую для восприятия перестройку текста по подобию изображения (ср. комментарии к произведениям живописи и инструкции к бытовой технике).

В работе также систематизированы языковые средства, характерные для разных типов иконизации в инструкциях, газетно-публицистических статьях и искусствоведческих комментариях к произведениям живописи. Так, к языковым маркерам индексальной иконичности в иконотекстах инструкций относятся звукоподражания (копирования звуков, характерных для работы того или иного прибора), употребление и повтор слов, детализирующих работу с прибором (числительных, существительных, обозначающих названия деталей прибора, предикатов, выраженных глаголами, которые указывают на типичные действия с устройством и его функции), а также специфическая последовательность предложений, описывающая необходимую очередность действий для работы с прибором.

Иконичность релевантности в тексте газетно-публицистических статей реализуется в повторах слов и словосочетаний, указывающих на наиболее значимые объекты на иллюстрации, а также в лексической поддержке метафоры, присутствующей на иллюстрации. Локативная иконичность получает свое выражение через топонимы, описывающие место действия на иллюстрации.

В тексте искусствоведческих комментариев к произведениям живописи иконичность релевантности получает свою реализацию в повторе в тексте лексем и словосочетаний, описывающих позы изображенных персонажей и общую композицию картины, а также относящихся к сфере цветообозначения. К ее типичным маркерам можно также отнести лексемы и словосочетания, связанные со сферой эмоций, а также выбор простых нераспространенных или, наоборот, сложных распространенных предложений, которые способствуют отражению в тексте специфический «ритм» картины, ее динамику.

Диаграмматическая иконичность проявляется через выбор специфических дейктических единиц (обстоятельств места), указывающих на положение изображенных объектов относительно друг друга, в то время как локативная иконичность реализуется, главным образом, топонимическими существительными и прилагательными.

В Заключении подводятся итоги исследования, формулируются основные выводы, намечаются перспективы дальнейших исследований. Перспективным представляется расширение спектра изучаемых текстов и анализ установленных нами закономерностей в иконотекстах других видов (текстов с аудио- и видеорядом, музыкой и другими семиотическими системами – статическими и динамическими). Целесообразным представляется также включение экспериментальной составляющей в исследование тенденций в интерпретации разных видов иконотекста.

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях автора общим объемом 7,3 п. л.

Статьи в ведущих рецензируемых научных журналах, рекомендованных ВАК РФ:

1. Волоскович А. М. Иконотекст как разновидность полимодальной гибридизации // Вестник МГЛУ, Вып. 5 (611): Языкознание. ИПК МГЛУ «Рема».

М., 2011. – С. 25-36, 0,6 п. л.

2. Волоскович А. М. Типы иконичности в тексте: инструкции и комментарии к произведениям живописи. // Вестник МГЛУ, Вып. 14 (620):

Языкознание. ИПК МГЛУ «Рема». М., 2011. – С. 16-26, 0,5 п. л.

Другие публикации автора:

3. Волоскович А. М. Процессы гибридизации в тексте: семиотическая полимодальность // Коллективная монография «Языковое творчество в динамике семиотических взаимодействий» / И. И. Халеева и др. – М.: РЕМА, 2011. – C. 198318, 5,5 п. л.

4. Волоскович А. М. Особенности концептуальной интеграции в полимодальных текстах (на материале инструкций и газетно-публицистических статей) // Материалы международной конференции «Дискурс как социальная деятельность: приоритеты и перспективы » (МГЛУ, Москва, 17-18 ноября 2011). – М.: РЕМА, 2011. – C. 222-223, 0,1 п. л.

5. Волоскович А. М. Integration conceptuelle dans les iconotextes: Etude de cas d’un commentaire d’un tableau // Ambiguts. – Toulouse: Universit Toulouse le Mirail, 2012. – P. 449-456, 0,5 п. л.

6. Волоскович А. М. Cognitive and semiotic aspects of sign interaction in iconotexts (Case study of a newspaper article) // Book of abstracts for the international conference “Cognition, Conduct & Communication CCC 2011” (6-8 October 2011, d). – d: Primum Verbum, 2011. – P. 62-63, 0,1 п. л.







© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.