WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


На правах рукописи

САМОХИНА Ирина Анатольевна

ИНТЕРПРЕТАЦИОННЫЙ ПОТЕНЦИАЛ КУЛЬТУРНОИСТОРИЧЕСКИХ РЕАЛИЙ В РАЗНЫХ ВИДАХ ПЕРЕВОДА ХУДОЖЕСТВЕННОГО ТЕКСТА

Специальность 10.02.20 – сравнительно-историческое, типологическое и сопоставительное языкознание

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук

Тверь – 2012

Работа выполнена на кафедре английского языка ФГБОУ ВПО «Тверской государственный университет».

Научный консультант:

Крюкова Наталья Федоровна – доктор филологических наук, профессор, профессор кафедры английской филологии ФГБОУ ВПО «Тверской государственный университет».

Официальные оппоненты:

Гольдберг Вера Борисовна – доктор филологических наук, профессор, профессор кафедры английской филологии ФГБОУ ВПО «Тамбовский государственный университет им. Г.Р. Державина»;

Львова Юлия Анатольевна – кандидат филологических наук, и.о. зав.

кафедрой французской филологии ФГБОУ ВПО «Тверской государственный университет».

Ведущая организация:

НОУ ВПО «Московский институт лингвистики».

Защита состоится «___» __________ 2012 г. в 14 час. 30 мин. на заседании диссертационного совета Д 212.263.03 в Тверском государственном университете по адресу: Россия, г. Тверь, ул. Желябова, 33, зал заседаний.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Тверского государственного университета по адресу: Россия, г. Тверь, ул. Володарского, 44.

Отзывы можно направлять по адресу: Россия, 170100, г. Тверь, ул. Желябова, 33, ТвГУ, учёному секретарю диссовета Д 212.263.03.

Автореферат разослан «___» _________ 2012 г.

Учёный секретарь диссертационного совета Д 212.263.кандидат филологических наук, доцент В.Н. Маскадыня

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Реферируемая диссертация посвящена изучению интерпретационного потенциала культурно-исторических реалий в различных видах перевода художественного текста.

Несмотря на наличие в современном переводоведении различных методов исследования перевода и подходов к нему, сегодня в центре внимания оказываются культурные аспекты перевода, контексты, в рамках которых он осуществляется. Подчёркивается роль перевода как средства интерлингвистической и кросс-культурной коммуникации. Современное переводоведение уделяет значительное внимание изысканиям в области перевода безэквивалентной лексики и культурно-исторических реалий (далее КИР), исследуя возможность их принципиальной взаимопереводимости, способы и особенности их трансляции на язык принимающей культуры. Также в фокусе науки о переводе оказываются проблемы определения понятия «культурноисторическая реалия», их классификации, вопросы исторической и культурной идентичности КИР оригинала в языке перевода и др.

Проблематика переводоведения не ограничивается лишь частными аспектами, но направляет усилия на определение критериев создания адекватного перевода. Под адекватным переводом художественного текста понимается организация рефлексии в тексте на языке принимающей культуры аналогично тексту оригинала. С другой стороны, неотъемлемой характеристикой адекватного перевода художественного теста является сохранность структуры содержательности (содержания и смыслов) и интенциональности оригинала, и, следовательно, сохранность его смыслообразующих средств в переводе. Одним из перспективных направлений исследований в области перевода художественного текста представляется разработка и практическое применение новых возможностей и способов сохранения смыслообразующей функции единиц художественного текста в его переводе.

В этой связи актуальность исследования обусловлена динамикой подходов к переводу и обучению деятельности перевода, включением его в новые гуманитарные контексты, с одной стороны, и с недостаточностью развития смыслоориентированного подхода в переводе и переводоведении – с другой.

Междисциплинарный характер работы определяется, в первую очередь тем, что она выполнена на стыке переводоведения, филологической герменевтики, лингвокультурологии и лингвистики с привлечением обширного терминологического аппарата и методов исследования указанных дисциплин.

Цель настоящего исследования состоит в выявлении наиболее адекватных способов перевода КИР с сохранением их смыслообразующей функции на основании универсальной герменевтической параметрической модели интерпретационного потенциала КИР. В соответствии с указанной целью в диссертационном исследовании ставятся следующие задачи:

сопоставить теоретические подходы к переводческой деятельности и выявить особенности герменевтического подхода к переводу художественных текстов;

описать КИР как функциональные смыслообразующие элементы художественного текста, их сущностные характеристики и функции в системе его содержательности;

определить понятие интерпретационного потенциала КИР и выявить основные параметры, учитывающиеся при их трансляции;

построить и описать параметрическую модель интерпретационного потенциала КИР;

исследовать авторский, авторизованный и независимый типы перевода художественных текстов с целью выявления функциональности универсальной герменевтической параметрической модели интерпретационного потенциала КИР;

определить наиболее адекватные средства и приёмы трансляции КИР в переводах художественных текстов.

Объектом исследования являются КИР, рассматриваемые как функционально значимые элементы системы содержательности художественного текста.

Предметом исследования является интерпретационный потенциал КИР как основополагающий фактор переводческой деятельности, определяющий выбор способа или приёма передачи КИР на язык принимающей культуры.

Под интерпретационным потенциалом понимается способность КИР выступать в качестве элемента художественного текста, способного выводить читателя в рефлективную позицию и пробуждать его рефлексию для последующего освоения содержательности художественного текста.

В качестве рабочей гипотезы исследования были выдвинуты следующие предположения: 1) КИР оригинала художественного текста обладают смыслообразующей функцией в системе его содержательности и, заставляя читателя выходить в рефлективную позицию, способствуют освоению субъективной реальности художественного текста; 2) локальные (внутренняя/внешняя для пары вовлечённых языков) и хронологические (историческая/современная) характеристики определяют интерпретационный потенциал КИР в тексте перевода; 3) параметрическая модель интерпретационного потенциала КИР, выступая средством верификации, позволяет сопоставить их функциональную нагрузку в оригинале и переводе.

Теоретическим основанием для исследования послужили труды отечественных и зарубежных учёных в области философской и филологической герменевтики: А.А. Богатырёва, Г.И. Богина, Н.Л. Галеевой, В.М. Жигалиной, Н.О. Гучинской, Н.Ф. Крюковой, В.П. Литвинова, Ю.А. Львовой, М. В.

Обориной, Т. Н. Снитко, К.А. Фролова, Г.П. Щедровицкого, Х.-Г. Гадамера, П. Рикёра, Ф. Шлейермахера и др.; лингвистики и лингвосемиотики:

Ю.Н. Караулова, И. И. Ревзина, И.Я. Рецкера, В. Ю. Розенцвейга, В. Фон Гумбольдта, Ю.А. Найды, К. Райс, Г. Фреге, У. Эко, Р.Якобсона и др.; переводоведения: Е.М. Верещагина, В.С. Виноградова, В.Н. Комиссарова, В.Г. Костомарова, А.А. Кретова, Л.К. Латышева, Е.Н. Мешалкиной, Р.К.

Миньяр-Белоручева, А. Е. Супруна, Г. Д. Томахина, А.В. Фёдорова, Н.А.

Фененко, А.Д. Швейцера, З.Г. Прошиной, S. Bassnett, B. Boyd, M. Couturier, J. Grayson, J. S. Holmes, Y. Isahaya, J. Munday, R. Phillips, S. Funke, C.R.

Proffer, C. Raguet, P. Torop, B. Osimo, L. Venuti, С. Влахова, С. Флорина, Ж.П. Вине, Ж. Дарбельне, Дж. К. Кэтфорда, И. Левого и др.

Практическим материалом для исследования послужили авторские, авторизованные и независимые переводы на русский, английский и немецкий языки художественных произведений В.В. Набокова – «Камера Обскура», «Отчаяние», «Laughter in the Dark», «Другие берега», «Lolita», «Speak Memory: an Autobiography Revisited». В общей сложности было исследовано 14 разноязычных вариантов (оригиналов и различных видов переводов) указанных произведений, в совокупности 1074 единиц КИР и их переводов на язык принимающей культуры (всего 537 пар), отобранных методом сплошной выборки.

На защиту выносятся следующие положения.

1. Предлагаемая параметрическая модель учитывает уровни понимания художественного текста реципиентом, хронологические и локальные (в паре вовлечённых языков) характеристики КИР, что позволяет выявить их интерпретационный потенциал.

2. На основе вводимой параметрической модели осуществляется сопоставление интерпретационных потенциалов КИР в оригинале и переводе с целью определения адекватности перевода.

3. Решение об адекватности выбранного способа перевода КИР принимается на основании совпадения элементов модели интерпретационного потенциала этого текстового элемента в оригинале и переводе хотя бы по одному из трех параметров, обязательным из которых является параметр «уровень понимания».

4. Для передачи КИР, внутренних для пары вовлечённых языков, наиболее адекватными способами перевода выступают компенсирующие переводческие приёмы; для передачи КИР, внешних для пары вовлечённых языков, наиболее адекватными способами представляются приёмы механической передачи; в то время как приёмы гипо- и гиперонимических замен, опущений и описаний (включая переводческий комментарий) являются наименее адекватными как для внешних, так и для внутренних КИР.

Теоретическая значимость настоящей диссертации обусловлена её вкладом в развитие герменевтического подхода к теории перевода, внедрением параметрической модели в описание текстового объекта и возможностью создавать подобные параметрические модели для любых значимых лексических средств художественного текста. Предлагаемые решения некоторых проблем теории перевода, в частности связанных с трансляцией безэквивалентной лексики и КИР, позволяют сделать переводческие решения верифицируемыми. В работе предлагаются новые подходы к классификации переводческих приёмов, используемых при трансляции КИР в тексты принимающей культуры.

Практическая значимость исследования обусловлена тем, что материалы и результаты исследования могут применяться в лингводидактике и переводоведении при обучении предпереводческой интерпретации, анализу и рефлексии над художественными текстами, стилистике, практическому применению приёмов и способов перевода любых лексических безэквивалентных значимых единиц текста, а также при практическом обучении созданию адекватных переводов художественных текстов.

Научная новизна работы определяется предложением оригинального метода оценки интерпретационного потенциала составляющих текста, использованием СМД-методологии (предметизованной в филологии) для анализа текста, художественной реальности и деятельности переводчика.

Методы исследования определены его целями и спецификой поставленных задач. Основными методами исследования являются методы сравнительно-сопоставительного анализа, классификации, табличной обработки, а также герменевтические методы интерпретации и интроспекции текста.

Практическая интерпретация выполнена в рамках универсальной техники герменевтического круга.

Апробация результатов работы. Основные результаты и выводы исследования обсуждались на кафедре английской филологии Тверского государственного университета, а также на следующих конференциях: XIII Международно-практическая конференция «Понимание и рефлексия в коммуникации, культуре и образовании» (Тверь, ТвГУ 2010), «Terra Linguae» (Тверь, ТвГУ, 2011), XL Международная филологическая конференция (Санкт-Петербург, СПбГУ, 2011), XVIII Международный научный форум молодых ученых «Ломоносов-2011» (Москва, МГУ, 2011), XIX Международный научный форум молодых ученых «Ломоносов-2012» (Москва, МГУ, 2012).

Публикации. Основные положения и результаты исследования были представлены в 9 публикациях общим объемом 3 п.л., из них 3 статьи были опубликованы в рецензируемых научных изданиях.

Объем и структура работы определены спецификой поставленных задач: диссертационное исследование состоит из введения, трёх глав, заключения, библиографического списка и приложения.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Введение описывает объект и предмет исследования, теоретическую и практическую значимость полученных результатов, актуальность и научную новизну исследования, определяет гипотезу исследования, его цель, задачи и методы, а также положения, выносимые на защиту.

Глава 1 «Перевод в герменевтической парадигме» представляет собой сопоставительный анализ теоретических подходов к проблеме адекватности перевода и их критику с точки зрения филологической герменевтики.

Теория перевода характеризуется наличием различных подходов к определению её основных понятий, постановке проблем и вопросов. Традиционные направления (лингвистическое, коммуникативное, социосемиотическое, социолингвистическое, литературоведческое, психолингвистическое и др.) рассматривают перевод и как процесс, и как результат, при этом в фокусе внимания оказываются различные аспекты перевода. При переводе безэквивалентной лексики трансформации, преобразования, эквивалентные замены или установление ситуативного тождества не обеспечивают адекватности перевода.

Социолингвистический подход определяет перевод как «служащий общественным нормам», что ограничивает выбор переводчика и заранее регулирует переводческую деятельность [Латышев 2000]. Семиотический подход и коммуникативный подход ориентируются в основном на передачу содержания текста [Эко 2006; Швейцер 1988], что оказывается дефициентным при переводе художественных текстов. Психолингвистический подход ориентирован на процессы, происходящие в сознании переводчика, исследуя их с помощью косвенных экспериментов. Перевод как результат оказывается вне фокуса внимания этого подхода [Гавриленко 2010].

Герменевтический подход основывается на теории мыследеятельности Г.П. Щедровицкого [Щедровицкий 1995], предметизованной в филологической герменевтике, и предлагает инструменты для анализа содержательности художественного текста. Он описывает механизмы понимания и интерпретации текста оригинала на этапе предпереводческого анализа текста и ориентирован на переопредмечивание всей содержательности оригинала в тексте перевода с сохранением функций материальных средств текста, пробуждающих рефлексию читателя. В рамках этого подхода учитывается типология понимания текстов, субъект и адресат текста, что очень важно в частности при переводе безэквивалентной лексики и культурно-исторических реалий [Богин 2009; Галеева 2011].

Художественный текст определяется как специфический объект, обладающий сущностными характеристиками, сохранение которых в тексте перевода является необходимым условием адекватного перевода. В адекватном переводе художественного текста смыслообразующие средства оригинала сохраняют свою функцию и способствуют пробуждению рефлексии реципиента аналогично тексту оригинала. Рефлексия является средством выхода на понимание.

В исследовании рассматривается типология переводов по субъекту деятельности (перевод, осуществленный человеком, делится на авторский, авторизованный и собственно независимый перевод) и по виду текста, в рамках которой художественный текст является одним из видов текста.

Герменевтический подход позволяет избежать основных переводческих ошибок и неудачных переводческих решений, возникающих при переводе художественного текста: 1) текст переводится без учета его смыслообразующего потенциала; 2) текст переводится без учета функций средств, участвующих в смыслообразовании, то есть по содержанию; 3) в переводе эксплицитно передаются усмотренные переводчиком смыслы, то есть его собственная интерпретация; 4) переводчик транслирует отдельные элементы текста, без учета целостности его структуры, что изменяет интенцию произведения. Причиной подобных проблем, как правило, становится недостаточная рефлексия переводчика над текстом оригинала художественного произведения [Жигалина 2006].

Традиционная герменевтика внесла определенный вклад в современное переводоведение, сформулировав постулат «понять, чтобы перевести» и определив некоторые стратегии перевода [Рикёр 1995, 2007; Гадамер 1988;

Хайдеггер 1952]. Тверская школа филологической герменевтики определила основные принципы деятельности при переводе художественного текста, позволяя дать научное обоснование различным процессам данной деятельности [Богин 2009; Галеева 1997, 2011].

Глава 2 «Культурно-исторические реалии и проблемы их перевода» посвящена рассмотрению объекта настоящего исследования.

Проблемность определения понятия КИР и их классификации связана с тем, что границы лексического пласта КИР довольно подвижны и относительны. На данный момент существует множество определений КИР, постоянно дополняющих и уточняющих друг друга.

В нашей работе под культурно-исторической реалией понимается лексическая единица (слово, словосочетание), входящая в класс безэквивалентной лексики, обозначающая понятия и объекты быта, культуры, социального и исторического развития, являющиеся уникальными принадлежностями одной культуры и отсутствующие в другой и не имеющие эквивалентов в других языках.

На сегодняшний день не существует единого принципа классификации КИР. Самым популярным принципом классификации реалий является тематический, но в данном исследовании тематическое разделение реалий является релевантным для освоения содержания художественного текста, а не для построения модели интерпретационного потенциала КИР, требующей учёта универсальных для любого тематического подвида культурноисторических реалий сущностных характеристик.

Типологии реалий, построенные по хронологическому и локальному принципу, являются более релевантными, поскольку хронологический критерий дает возможность разделить реалии на исторические и современные, а принцип локального разделения в паре участвующих в переводе языков – на внешние (для обоих вовлечённых в перевод языков) и внутренние, принадлежащие одному из пары вовлечённых языков. Необходимо учитывать, что в зависимости от смены языка перевода, будет меняться и характер КИР [Влахов, Флорин 1980].

Данная типология КИР по хронологическому и локальному принципу тесно связана с двумя вопросами переводоведения: «одомашнивание vs остранение» (термин У. Эко) [Эко 2006] и «архаизация vs модернизация» текста перевода. Эти проблемы напрямую относятся к вопросам перевода культурно-исторических реалий, поскольку они являются основными носителями временных и локальных составляющих текста оригинала. Выбор стратегии определяется и экстралингвистическими факторами, включая культурные, общественно-политические, экономические и социальные. При «одомашнивании» переводчик стремится адаптировать текст к принимающей культуре. Положительным фактором такого подхода является то, что текст перевода становится более доступным для понимания читателя. Отрицательным – то, что стилевое своеобразие оригинала утрачивается в таком переводе безвозвратно.

Большое количество сторонников среди переводоведов получила переводческая стратегия «остранения», которая пробуждает у читателя рефлексию над чуждостью мира, представленной в переводе как мир исходной культуры. Эта стратегия дает возможность обогащения языка перевода новыми лексическими единицами.

При определении стратегии перевода необходимо учитывать и тип текста оригинала. Поскольку мы говорим о художественном тексте, то необходимо рассматривать его как уникальный объект переводческой деятельности, характеризующийся сложной системой содержаний и смыслов, и собственной эстетической функцией. Еще один фактор, требующий внимания переводчика, заключается в том, чтобы адекватно определить функцию средств текста оригинала и адекватно их перенести в текст перевода.

Проблема хронологического характера – «модернизация vs архаизация» – рассматривает возможность перевода временной составляющей художественного текста, как правило, отраженную в его культурно-исторических реалиях. Этот вопрос всегда рассматривается вместе с проблемой «одомашнивания» или «остранения» текста.

Некоторые исследователи отдают предпочтение модернизации, рассматривая архаизмы, историзмы и хронологические элементы текста как формальные, не требующие непременного переноса в текст перевода, за исключением средств, выражающих коммуникативное намерение автора [Найда 1978]. Вместе с тем представляется важным учитывать и намеренно архаизированные тексты, где историзмы и архаизмы являются носителями смыслообразующей функции. В данном исследовании архаизация и модернизация рассматриваются только с точки зрения специальной архаизации современных культурно-исторических реалий и модернизации исторических. Наряду с этими терминами вводится термин «синхронизация», обозначающий совпадение временных характеристик КИР в оригинале и переводе художественного текста.

Таким образом, переводчику необходимо определить стратегию перевода, выбрав стратегию «одомашнивания» или стратегию «остранения», архаизации или модернизации. Факторы, влияющие на выбор стратегий, схожи для локального и хронологического типов. Полное лишение текста перевода культурно-исторических реалий оригинала может приводить к отдалению читателя от культуры языка оригинала. Необходимо обращать внимание и на опасность использования анахронизмов и аналоцизмов, искажающих временную и локальную составляющую текста оригинала [Влахов, Флорин 1986].

С позиций филологической герменевтики переводческие стратегии должны определяться не формальными факторами передачи лексических и иных средств текста, а необходимостью трансляции или компенсации смыслообразующей функции этих средств.

КИР являются одной из трудностей при переводе художественного текста, поскольку по определению не имеют аналогов в принимающей культуре. В связи с этим исследователи занимаются разработкой различных классификаций способов и приёмов перевода КИР. В нашем исследовании представлена разработанная и дополненная нами классификация таких приёмов на основе типологий, описанных И.С. Алексеевой [Алексеева 2004] и С.

Влаховым и С. Флориным [Влахов, Флорин 1986]. Эта классификация включает 5 основных способов передачи КИР: механический перенос, перевод, восстановление, комбинирование и опущение, которые в свою очередь разделяются на подвиды.

1. П р и ё м ы м е х а н и ч е с к о й п е р е д а ч и р е а л и и 1.1.Прямой перенос: pot-au-feu – pot-au-feu 1.2.Транслитерация: барин – barin 1.3.Транскрибирование: rackets and fives – ракетс и файвс 2. П р и ё м п е р е в о д а р е а л и и 2.1. Создание неологизма 2.1.1. Полное калькирование: Central Park – Центральный Парк 2.1.2. Частичное калькирование: Bronx сheer – Бронксовое ура 2.1.3. Переводческий неологизм: cop – патрульщик 2.2.Разъясняющие приёмы 2.2.1. Описание (объяснение): diner – придорожный ресторан 2.2.2. Переводческий комментарий: dude ranch – «дудки» (псевдоранчо для фатов);

2.2.3. Уподобляющие приёмы 2.2.4. Гипо- и гиперонимические замены: буфетчик – waiter 2.2.5. Контекстуальный аналог: Western Union – телеграф 2.3.Компенсирующие приёмы 2.3.1. Национальная адаптация: Jack-Jill – Иван да Марья 2.3.2. Замена чужим аналогом: studio – atelier 2.3.3. Компенсация смыслообразующей функции в других средствах текста: ванька – «извозщичьи клячи, тащиться» 3. О п у щ е н и е р е а л и и : гусар – «……» 4. В о с с т а н о в л е н и е р е а л и и я з ы к а п е р е в о д а : Лондонское дегтярное мыло – Pears' soap 5. К о м б и н и р о в а н н ы е п р и ё м ы : былинка в поле – bylinka v pole (as lonesome as a grass blade in the field), Bronx cheer – бронксовое ура (толстый звук тошного отвращения).

Особый интерес вызывают компенсирующие приёмы: приём национальной адаптации, приём замены чужим аналогом (чужим для обоих из пары языков) и приём функциональной компенсации в других средствах текста, поскольку при использовании данных приёмов передача КИР осуществляется на основании интенции текста. Подобный подход позволяет сохранить смыслообразующую функцию КИР и направленность рефлексии читателя, что невозможно при опущении реалии в тексте перевода или использовании переводческого комментария. Для случаев использования приёма опущения реалии предлагается термин «нейтрализация», обозначающий хронологические характеристики КИР в переводе, поскольку проблема модернизации или архаизации полностью снимается для текста перевода.

Под компенсацией понимается переводческий приём, при использовании которого смыслы художественного текста, опредмеченные в его средствах, утрачиваемых при переводе за неимением их эквивалентов в перевода, передаются другими смыслообразующими средствами, причём как средствами того же уровня, так и средствами других уровней. Восстановить смыслообразующий потенциал можно и за счет компенсаций, текстуально не совпадающих с оригиналом.

С точки зрения филологической герменевтики компенсации могут быть классифицированы следующим образом: национальная адаптация смысла, использование чужого функционального аналога, компенсация горизонтальная и вертикальная [Алексеева 2009], компенсация дистантная и контактная [Бреева, Бутенко 2000].

Компенсирующие приёмы позволяют сохранять функции КИР оригинала в тексте перевода. Например, историзм «ванька», обозначающий извозчика из деревни (часто с плохой лошадью и бедной упряжью), приезжающего на зиму в большой город подработать, В. В. Набоков заменяет словосочетанием, содержащим транслитерированный и выделенный курсивом историзм «извозчик» – «izvozchik horses», давая пояснительный комментарий в скобках (cab). Интерпретация дроби текста, содержащей данную КИР, указывает на опредмеченный в оригинале метасмысл («бессмысленная суетность бытия»), который оказывается частично сохранённым в переводе. При этом смыслообразующая метонимия КИР в переводе не используется, и вместо неё автор обращается к гиперонимической замене, выполняющей полифоническую функцию (вводит голос персонажа), и дополняет ее авторским комментарием к тексту. В данном случае выделенный авторским курсивом нейтральный историзм «izvozchik» - это слово из словаря шотландца Бэрнеса, а авторское пояснение «cab» предлагается уже для читателя. Кроме этого, налицо попытка автора «остранить» перевод и дать возможность англоязычному читателю приблизиться к русскому быту начала ХХ века. В русском же независимом переводе С. Ильин использует другое компенсирующее средство – транслитерацию, полностью опустив реалию: «…шлёпающих шаткой рысцой извозщичьих кляч…», «…тащиться…», что передаёт смысл, опредмеченный в этой дроби текста, но, по сравнению с оригинальным текстом, ослабляет возможность рефлексии, поскольку является более эксплицированным, как и в английском переводе. Тем не менее, в данном случае мы можем говорить об удачной попытке переводчика компенсировать потерю смыслообразующего лексического средства, поскольку использованные им средства способствуют пробуждению рефлексии у читателя.

Функционально культурно-исторические реалии работают как в системе содержаний художественного текста, так и в системе его смыслов. Содержание осваивается реципиентом как последовательность фактов, формирующая, например, сюжет произведения. Освоение содержания художественного текста является необходимым условием для усмотрения смыслов.

Семантизируя предикации, читатель когнитивно осваивает содержание, что в свою очередь позволяет перейти к распредмечивающему пониманию. Под смыслами вслед за Г.И. Богиным подразумеваются «связи и отношения, которые реципиент восстанавливает на основании своего прошлого опыта» [Богин 2009].

Представители когнитивного направления в переводоведении на основе рациональной интерпретации содержания выявляют следующие функции КИР: информативную, денотативную, коннотативную, референциальную, эмоцональную, этнокультурную, стилистическую, когнитивную, прагматическую и формально-эстетическую.

В системе смыслов текста функции культурно-исторических реалий определяются их интерпретационным потенциалом, а также могут выступать элементами ситуаций актуализации.

Культурно-исторические реалии участвуют одновременно и в формировании смыслов текста, и в формировании его содержания, то есть в системе содержательности художественного текста. КИР пробуждают рефлексию читателя, выводя его в рефлективную позицию, в частности, реалии внешние для обоих из пары вовлечённых языков. Эта способность культурноисторических реалий определяется в исследовании как их интерпретационный потенциал.

Глава 3 «Сравнительный анализ функций культурно-исторических реалий в оригинале и переводе художественного текста» посвящена разработке, описанию и проверке функциональности герменевтической параметрической модели интерпретационного потенциала КИР, а также сравнительному анализу различных типов переводов художественного текста с целью определения наиболее адекватного из них. C точки зрения филологической герменевтики понимание текста происходит на трех уровнях – уровне значений (семантизирующее понимание), уровне содержания (когнитивное понимание) и на уровне смыслов (распредмечивающее понимание) [Богин 2009]. Кроме того, все реалии могут типологизироваться в плоскости пары языков по локальному признаку – внутренняя (своя для языка оригинала или своя для языка перевода) и внешняя (чужая для обоих из них). По хронологическому параметру культурно-исторические реалии разделяются на исторические и современные.

Таким образом, нами выявлено три параметра, релевантных для рассмотрения культурно-исторических реалий в системе художественного текста. Соединив эти параметры на основе куба Гилфорда, мы получили следующую модель интерпретационного потенциала реалии (см. рис.).

Рис. Герменевтическая модель интерпретационного потенциала культурно-исторических реалий Данная модель содержит в себе 18 компонентов («сегментов») и позволяет детально рассмотреть культурно-исторические реалии в системе содержательности художественного текста с целью определения их функции в нем для последующей адекватной передачи их в переводе.

Все компоненты модели пронумерованы в соответствии с их положением в ней, а каждый компонент имеет собственное название, сочетающее три вышеописанных критерия: локальный и хронологический критерии и тип понимания, для которого релевантна данная КИР. Для удобства работы с моделью, критерий «внутренняя реалия, своя для языка оригинала» обозначен как «внутренняя 1», а критерий «внутренняя реалия, чужая для языка оригинала» как «внутренняя 2».

Таким образом, мы получили следующие 18 компонентов модели.

1. Семантизирующее понимание: историческая, внешняя для вовлечённых языков.

2. Семантизирующее понимание: историческая, своя для языка оригинала.

3. Семантизирующее понимание: историческая, своя для языка перевода.

4. Семантизирующее понимание: современная, внешняя для вовлечённых языков.

5. Семантизирующее понимание: современная, своя для языка оригинала.

6. Семантизирующее понимание: современная, своя для языка перевода;

7. Когнитивное понимание: историческая, внешняя для вовлечённых языков.

8. Когнитивное понимание: историческая, своя для языка оригинала.

9. Когнитивное понимание: историческая, своя для языка перевода.

10. Когнитивное понимание: современная, внешняя для вовлечённых языков.

11. Когнитивное понимание: современная, своя для языка оригинала.

12. Когнитивное понимание: современная, своя для языка перевода.

13. Распредмечивающее понимание: историческая, внешняя для вовлечённых языков.

14. Распредмечивающее понимание: историческая, своя для языка оригинала.

15. Распредмечивающее понимание: историческая, своя для языка перевода.

16. Распредмечивающее понимание: современная, внешняя для вовлечённых языков.

17. Распредмечивающее понимание: современная, своя для языка оригинала.

18. Распредмечивающее понимание: современная, своя для языка перевода.

Описанная выше модель является универсальной, поскольку может использоваться для определения интерпретационного потенциала и способов перевода значимых в художественном тексте безэквивалентных лексических единиц (игры слов, поговорок и т.п.) и может быть применена при работе как с оригинальными текстами, так и с переводными. Проверка адекватности созданного перевода показывает, что идеальным случаем перевода является такой, в котором культурно-историческая реалия «легла» в тот же сегмент, к которому она принадлежала в оригинале. Культурноисторические реалии как функционально значимые элементы художественного текста участвуют одновременно во всех типах понимания, но в нашей работе мы рассматриваем только их смыслообразующую функцию, учитывая при этом, что неудачные переводческие решения могут приводить к сбою на всех уровнях понимания.

Перевод культурно-исторических реалий может осуществляться шестью способами с учетом их смыслообразующей функции, локального и хронологического критериев, при этом последние выполняют вспомогательную функцию при примате сохранения смысла. В итоге, при анализе теоретической возможности объединения всех параметров необходимых нам для последующего исследования, были определены следующие способы трансляции культурно-исторических реалий на язык принимающей культуры:

«одомашнивание» и архаизация (diner – трактир, bellboy – казачок);

«одомашнивание» и модернизация (galoshes – Gummiberschue, Davenport - Couch);

«одомашнивание» и синхронизация (slacks – Hose, кникербокеры – plus fours);

«остранение» и архаизация (Голливуд – Холливуд, chalet – шалэ);

«остранение» и модернизация (Auteuil – центр Парижа, кабачок – Russian restaurant);

«остранение» и синхронизация (siesta – сиеста, western – ковбойский фильм).

Таким образом, мы получили те же параметры, которые были представлены в модели интерпретационного потенциала КИР, но уже с точки зрения их перевода. При этом, определяя адекватность перевода этих единиц текста, необходимо учитывать, что, например, историческая реалия в оригинале может быть модернизирована в переводе, сохранив при этом свою смыслообразующую функцию. Например, замена исторической реалии – «galoshes» – на модернизированный вариант «ботики», не ведет к утрате возможности вывода читателя к смыслу всей дроби текста (в авторском переводе «Лолиты» В.В. Набокова).

Сравнительный анализ различных видов перевода художественных произведений на материале романов В.В. Набокова показал, что наиболее адекватным является авторизованный вариант перевода художественного текста, собственно независимые переводы этих произведений стоят на втором месте по сохранению смыслообразующего потенциала текста. Авторский же перевод с этой точки зрения признан худшим. При этом мы учитывали и средства, и приёмы, использованные авторами переводов для адекватной трансляции культурно-исторических реалий. Результаты анализа представлены в таблицах 1-3.

Для реалий внутренних в паре вовлечённых языков наиболее адекватным переводческим приёмом при трансляции КИР признан компенсирующий приём национальной адаптации (tiddlywinks – игра в блошки, nickel - пятак, pony – стопочка, Santa Claus – Weinachtsmann), реже встречающийся, но сохраняющий смыслообразующий потенциал – приём калькирования (inspection station – Kontrollstation, red ticket – красный билетик).

Для реалий внешних – чужих для пары используемых языков – наиболее удачным признается приём прямого переноса (Auteuil – Auteuil, Madeleine - Madeleine, pot-au-feu – pot-au-feu, prefecture – prefecture, siesta – siesta, piazza – piazza).

При «одомашнивании» наиболее эффективны приёмы собственно перевода, в частности приём национальной адаптации. «Остранение» перевода, как правило, осуществляется за счет механических приёмов (прямой перенос, транскрипция и транслитерация), так же как и приём калькирования.

Таблица 1. Сохранность смысловой нагрузки КИР в авторском переводе Сохранность смысло- Общее кол-во ис- Сохранность смысло- Сохранность вой нагрузки по всем пользований вой нагрузки КИР смысловой напараметрам приёма при переводе грузки, % механический перенос 37 30 81% перевод 146 75 51% восстановление 29 21 72% опущение 2 0 0% комбинирование 7 3 43% ИТОГО: 221 129 58% Таблица 2. Сохранность смысловой нагрузки КИР в авторизованном переводе Сохранность смысло- Общее кол-во ис- Сохранность смысло- Сохранность вой нагрузки по всем пользований вой нагрузки КИР смысловой напараметрам приёма при переводе грузки, % механический перенос 61 56 92% перевод 69 43 62% восстановление 0 0 0% опущение 1 0 0% комбинирование 7 6 86% ИТОГО: 138 105 76% Таблица 3. Сохранность смысловой нагрузки КИР в независимом переводе Сохранность смысло- Общее кол-во ис- Сохранность смысло- Сохранность вой нагрузки по всем пользований вой нагрузки КИР смысловой напараметрам приёма при переводе грузки, % механический перенос 32 29 90% перевод 17 6 35% восстановление 24 14 58% опущение 0 0 0% комбинирование 7 3 43% ИТОГО: 80 52 65% В русских переводах внутренние реалии (чужие для языка перевода) в основном передаются транскрипцией, а внешние реалии – прямым переносом, в то время как в немецком авторизованном переводе оба вида реалий передаются, как правило, с помощью приёма прямого переноса. Это связано с тем, что английский и немецкий языки пользуются латиницей, а русский язык – кириллицей (table d'hote – табль-д’от – table d'hote; rentier – рантье – rentier).

Для модернизации архаизированного текста эффективны приёмы гиперонимической замены и замены оригинальной КМР контекстуальным аналогом (Auteuil – шестнадцатый округ, Western Union - телеграф).

Для синхронизации текстов оригинала и перевода используются все приёмы механического переноса, а также переводческие приёмы калькирования и описания (hopscotch - скакание на одной ноге по размеченной мелом панели, coupe - Zweisitziges Autochen, sidewalk caf - Terrassen-Caf).

Описание и переводческий комментарий (saddle oxfords – коричневобелые полуботинки, Technicolor – роскошное цветное кино, Bronx Cheer – ein verachtungsvoller Laut des Erbrechens) признаются наименее адекватными и наиболее неудачными переводческими приёмами с точки зрения сохранения функциональности КИР, поскольку, как правило, эксплицируют или снимают их смыслообразующий потенциал. Некоторые исследователи, в частности, итальянский семиолог У. Эко [Эко 2006], вообще считают описание не способом перевода, но совершенной потерей.

Опущение реалии приводит к нейтрализации текста с точки зрения хронологического критерия, «одомашниванию» с точки зрения локального критерия и к потере смыслообразующего средства, а значит к выведению реалии за пределы модели интерпретационного потенциала культурноисторической реалии.

Основным результатом исследования явилось то, что при проверке функциональности представленной в работе модели на материале самых неудачных решений о приёмах передачи КИР на язык принимающей культуры, использование этой модели дает надёжное средство оценки адекватности переводческих решений.

Основные положения работы отражены в следующих публикациях:

Публикации в рецензируемых научных журналах 1. Самохина И.А. Стратегии перевода культурно-исторических реалий:

«одомашнивание» vs «остранение» [Текст] / И.А. Самохина // Вестник Тверского государственного университета. – Сер. «Филология». –2011. – № 28. – Вып. 4 «Лингвистика и межкультурная коммуникация». – С. 2–210.

2. Самохина И.А. Приём компенсации при переводе культурноисторических реалий: герменевтический подход [Текст] / И.А. Самохина // Вестник Тверского государственного университета. – Сер. «Филология». –2012. – № 10. – Вып. 2 «Лингвистика и межкультурная коммуникация». – С. 126 –132.

3. Самохина И.А. К вопросу о классификации приёмов передачи культурно-исторических реалий при переводе [Текст] / И.А. Самохина // Вестник Тверского государственного университета. – Сер. «Филология». –2012. – № 12. – Вып. 4 «Лингвистика и межкультурная коммуникация». – С. 1–134.

Другие публикации 4. Самохина И.А. Проблема сохранения мозаик фиксации пробуждающейся рефлексии в автопереводе художественного текста [Текст] / И.А. Самохина // Вестник Тверского государственного университета. – Сер. «Филология». –2009. – № 29. – Вып. 4 «Лингвистика и межкультурная коммуникация». – С. 175 –183.

5. Самохина И.А. Национальная адаптация смысла в автопереводе художественного текста (на материале оригинала, автоперевода и перевода романа В.В. Набокова «Лолита») [Текст] / И.А. Самохина // Иностранные языки: лингвистические и методические аспекты: межвуз. сб. науч. тр. – Тверь, 2011. – Вып. 12. – С. 185 –191.

6. Самохина И.А. Культурные реалии в набоковском автопереводе «Лолиты» [Текст] / И.А. Самохина // Terra Linguae: сб. науч. тр. – Тверь: Тверской государственный университет, 2011. – С. 168 –173.

7. Самохина И.А. Культурно-исторические реалии в переводе: модернизация или архаизация? [Текст] / И.А. Самохина // Иностранные языки: лингвистические и методические аспекты: межвуз. сб. науч. тр. – Тверь, 2012. – Вып. 14. – С. 219 –226.

8. Самохина И.А. Способы национальной адаптации смысла в разных типах перевода художественного текста: на материале романа В.В. Набокова «Лолита» // Материалы XVIII Международного молодёжного научного форума «Ломоносов 2011» [Электронный ресурс] – Электрон. дан. – М. :

МГУ им. М.В. Ломоносова, 2011. – 1 CD-ROM. – Систем. требования:

Windows; Pentium IV 3,5 ГГц; 128 Мб ОЗУ. – Загл. с контейнера.

9. Самохина И.А. Интерпретационный потенциал реалии: на примере авторских переводов В.В. Набокова // Материалы XIX Международного молодёжного научного форума «Ломоносов 2012» [Электронный ресурс] – Электрон. дан. – М. : МГУ им. М.В. Ломоносова, 2011. – 1 CD-ROM. – Систем. требования: Windows; Pentium IV 3,5 ГГц; 128 Мб ОЗУ. – Загл. с контейнера.







© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.