WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

  На правах рукописи

Коровин Игорь Сергеевич

развитие контрактных отношений регионального бизнеса

Специальность: 08.00.05 -  «Экономика и управление народным

хозяйством» (региональная экономика)

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата

экономических наук

Москва – 2012

Диссертация выполнена на кафедре региональной экономики и управления Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования (ФГБОУ ВПО) «Всероссийский заочный финансово-экономический институт»

Научный руководитель:

Официальные оппоненты: 

Ведущая организация:

Тупчиенко Виталий Алексеевич

доктор экономических наук, профессор

Рыбаковский Леонид Леонидович 

доктор экономических наук, профессор

Сираждинов Рифат Жамалетдинович

кандидат экономических наук, доцент

ФГБОУ ВПО «Российский университет дружбы народов»

Защита диссертации состоится «14» марта 2012 года в 14 часов на заседании диссертационного совета Д 212.040.02 ФГБОУ ВПО «Всероссийский заочный финансово-экономический институт» по адресу:123995г. Москва, ул. Олеко Дундича, д.23., аудитория А200.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ФГБОУ ВПО «Всероссийский заочный финансово-экономический институт»

Автореферат разослан «14» февраля 2012 года

Ученый секретарь диссертационного совета,

кандидат экономических наук, доцент Мостова В.Д.

  1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность проблемы обусловлена необходимостью формирования адекватных институциональных условий, мотивирующих крупный, средний и малый бизнес на укрепление интеграционных связей в контексте восстановления докризисных тенденций экономического роста в российских регионах. В 1990-х годах в российской экономике произошли коренные преобразования, изменившие качество внешней среды функционирования предприятий различных форм собственности в субъектах РФ. В новых условиях поступательное развитие регионов стало функцией зависимости национальной экономики от цен на  мировых рынках сырья. Так,  в 2000-х годах благоприятная внешняя конъюнктура  на экспортируемое из России углеводородное сырье обеспечила относительно стабильный рост российских регионов и достижение положительного сальдо субнациональных бюджетов в течение 4 последних предкризисных лет. Однако эта позитивная тенденция была  прервана  глобальным финансовым кризисом 2008-2009 гг., разрушительное  воздействие  которого проявилось, в частности в том, что практически все без исключения регионы столкнулись с дефицитом территориальных бюджетов, падением экономической активности регионального бизнеса и затянувшейся стагнацией. Предопределенный экономической нестабильностью и высокими рисками хозяйственной деятельности возврат крупного, среднего и малого предпринимательства к стратегии краткосрочного выживания привел к нарушению ряда фундаментальных хозяйственных зависимостей, без которых невозможно нормальное расширенное воспроизводство в российских регионах. Это приводит к разрушению самодостаточной модели регионального промышленного производства, докризисное восстановление которого и ускоренный рост зависят от заинтересованности крупного бизнеса в контрактации отношений с малыми и средними предприятиями при условии ориентации на региональный уровень.

Стабилизация динамики основных показателей развития регионального бизнеса, как отправной точки для поступательного движения экономики территорий к посткризисному росту, непосредственно зависит от факторов, мотивирующих крупные компании, средние и мелкие предприятия к контрактации их отношений с целью минимизации рисков хозяйственной деятельности и стабилизации среды их совместной деятельности. Только консолидация интересов регионального бизнеса позволит  обеспечить замещение его укоренившейся в результате кризиса ориентации на  краткосрочное выживание и показатели ликвидности, стратегией долгосрочного роста и долгосрочные цели, продиктованные максимизацией рентабельности.

В качестве реальной основы такой переориентации могут стать интегративные усилия региональных властей по институционализации среды хозяйственной деятельности в субъектах РФ, нацеленной на ее стабилизацию и устранение рыночных рисков. Игнорирование государством этих современных реалий служит основным препятствием на пути устойчивого  экономического роста территорий.

В этих условиях особую актуальность приобретает проблема развития контрактных отношений различных форм организации бизнеса  в российских регионах, решение которой позволит стабилизировать внешнюю среду их производственной деятельности; стимулировать инвестиционную активность регионального бизнеса за счет мобилизации внутренних финансовых ресурсов сетевых структур  в качестве основы оптимистического сценария стабилизации экономических процессов в субъектах РФ.

В этой связи приоритетной задачей становится обоснование теоретических подходов и разработка практических рекомендаций относительно системы мер по институционализации внешней среды функционирования регионального бизнеса как основы расширения его контрактных отношений, укрепления его адаптационных возможностей в посткризисный период, а также расширения границ управляемости региональной экономики на базе контрактации деятельности крупного, среднего и малого бизнеса в условиях высоких рисков  хозяйственной деятельности в субъектах РФ. Лишь определив организационные, экономические и финансовые составляющие процесса повышения экономической устойчивости регионального бизнеса на основе формирования ими сетевых структур, можно сформировать механизмы стабилизации экономической активности хозяйствующих субъектов с учетом их участия в системе территориального разделения труда. На фоне укрепления зависимости курса национальной валюты от динамики экспортных цен на нефть данная альтернатива становится, пожалуй, одним из немногих вариантов стабилизации темпов экономического развития в регионах в посткризисный период.

  В настоящее время обозначились некоторые результаты институциональных преобразований в экономике  России вообще и в сфере регионального развития, в частности, которые позволяют сделать обобщения относительно механизмов стабилизации темпов экономического роста субъектов РФ на основе контрактации отношений регионального бизнеса в контексте достижения синергетического эффекта интеграции их деятельности. Большая практическая значимость названных проблем  и нерешенность многих методических и практических вопросов оптимизации взаимодействия регионального бизнеса, нацеленного на восстановление механизмов экономического роста субъектов РФ определяют актуальность темы диссертационного исследования, его цель и задачи.

Степень изученности и разработанности проблемы. Теоретической и методологической основой  исследования являются фундаментальные теоретические разработки известных российских и зарубежных экономистов в области регионалистики, таких, как Н.Т. Агафонов, А.Г. Гранберг, Л.А. Козлов,  Г.П. Лузин, М.Н. Межевич, Г.В. Мильнер, В.Н. Моргачев, Б.П. Орлов, Г.С. Ронкин,  Р.И. Шнипер, А.И. Чистобаев, В.Е. Швец, В.А. Швандар, А.А. Яковлев,  Дорнбуш Р., Дэниэлс Джон. Д., Ивасаки И., Кассель Густав, Леш А., Можайсков О.В., Радеба Ли X., Пилоффа С.,  Фондел Э., С. Роадса, Р. Ролла, А. Шляйфера., Лис Фрэнсис А.,  Р. Де Янга и  других видных ученых и практиков. 

Достаточно глубоко проблемы федерализма, местного самоуправления и регионального развития представлены в работах отечественных ученых, представляющих «новую регионалистику», П. Бурака, В. Васильева, В. Горлова, В. Климанова, И. Косикова, О. Кузнецовой, А. Лаврова, В. Лексина, В. Лузанова, П. Минакира, Н. Петрова, В. Ростанец, Е. Скатерщиковой, А. Топилина, С. Хурсевича, А. Швецова и других

Развернутый анализ внешних организационных характеристик и особенностей функционирования различных форм бизнеса в регионах дается в работах таких зарубежных ученых, как Боуви К.Л., Вейе Г., Гликман Н., Даниелс Д.Д.,  Деринг У., Изард У., Мескон М.Х., Радеба Л.Х., Речмен Д.Д., Тилл Д.В., Хоскинг А., Ван Хорн Д.К., Хойер В., и в исследованиях отечественных специалистов Адамеску А.А., Адаменя А.И., Веретенникова Н.П., Волкова О.И.,  Демина А.А., Кашаниной Т.В., Леонтьева Р.Г., Сафронова Н.А., Суханова Е.А., Катькало B.C., Орлова А.Л. Но и в этих работах были сформулированы лишь самые общие для различных форм бизнеса  классификационные выводы и рекомендации относительно их внешних характеристик применительно к региональному уровню.

В многочисленных работах по теории и практике регионального развития А.Г. Аганбегяна, М.К. Бандмана, С.Д. Валентея, В.Г. Введенского, А.Г. Гранберга, С.С. Гузнера, О.Г. Дмитриевой, И.Д. Иванова, А.А. Кисельникова, Б.Л. Лавровского,  Н.И. Ларина,  В.Н. Лексина, А.С. Маршалова, Т.Г. Морозовой, Н.Н. Михеева, А.С. Новоселова, А.Г. Рубинштейна, В.Е. Селиверстова, В.И. Суслова, А.Н. Швецова, Е.А. Шильцина, Б.М. Штульберга, и многих других раскрывались в разных аспектах проблемы регионального развития, региональной динамики и трансформации экономического пространства, государственного регулирования регионального развития. Вместе с тем, все эти работы не предусматривали учет специфических для крупных корпораций особенностей формирования системы менеджмента с учетом интересов различных региональных экономических и социальных систем. Тем более, в них не была учтена специфика экономического развития регионов в условиях финансового кризиса и посткризисной стагнации.

Таким образом, несмотря на появившийся в отечественной литературе определенный интерес к проблемам корпоративных отношений регионального бизнеса, результаты анализа этих проблем пока не носят теоретического, прикладного, рекомендательного характера для крупных корпораций, осуществляющих свою деятельность одновременно во многих регионах страны. Практически отсутствуют научные публикации по теории и методологии консолидации интересов общеотраслевых корпораций и представителей регионального бизнеса в контексте посткризисного восстановления экономики и финансов в субъектах РФ.

Цель и задачи исследования. Целью диссертации является разработка теоретических положений и практических рекомендаций по формированию механизма контрактации деятельности крупных, средних и малых предприятий  в качестве приоритетного условия восстановления докризисного состояния региональной экономики и инвестиционной активности бизнеса в качестве необходимого условия обеспечения долгосрочного поступательного роста регионов.

  Для достижения указанной цели в исследовании были сформулированы и решены следующие задачи:

  - обобщить концептуальные подходы к трактовке особенностей функционирования различных форм бизнеса в регионах с учетом влияния на них факторов внешней и внутренней среды, позволяющих выявить особенности механизмов их долгосрочного и краткосрочного развития при условии экономической неопределенности и высоких рисков хозяйственной деятельности;

- структурировать механизмы эффективного функционирования регионального бизнеса на базе консолидации их производственных возможностей, организационных инструментов и совмещения стратегий роста с целью формирования подходов к оценке экономического эффекта интегративных усилий различных форм бизнеса в контексте показателей развития региона;

- провести анализ  количественных и качественных показателей динамики российских регионов, выделить особенности национальной модели их развития, определить ее современную специфику, обусловленную консервацией технологической структуры производства, низкой инвестиционной активностью регионального бизнеса,  затянувшейся экономической стагнацией, что в значительной степени предопределено отсутствием заинтересованности крупного отраслевого бизнеса в контрактации отношений с малыми и средними предприятиями на местах; 

- по результатам аналитического исследования выстроить по приоритетам  факторы, препятствующие ускоренной интеграции различных форм бизнеса в регионе с учетом временных параметров получения экономического эффекта на региональном уровне при условии их устранения;

-       обосновать целостный механизм, ориентированный на повышение экономического эффекта  реализации контрактных отношений всех форм бизнеса в регионе  с конкретизацией инструментов и оценкой  результативности  их внедрения в показателях  долгосрочного роста российских регионов.

Объектом исследования являются крупные, средние и мелкие компании, дифференцированные по степени их участия в региональной экономике и по факторам, которые препятствуют консолидации их деятельности на местах.

  Предмет исследования - принципы, направления и механизмы организационно-экономического, экономико-технологического и финансового обеспечения ускоренного развития контрактных отношений крупного, среднего и малого бизнеса в качестве необходимого и достаточного условия посткризисного восстановления региональной экономики.

Теоретической основой исследования послужили труды современных российских и зарубежных ученых-экономистов и практиков в области региональной экономики и финансов, малого и среднего бизнеса, промышленных корпораций. В качестве исходной информации в диссертации использованы разработки Федерального агентства Российской Федерации по статистике, Института народнохозяйственного прогнозирования РАН, Института проблем региональной экономики РАН, Института системного анализа РАН, Института экономики РАН (Центра социально-экономических проблем федерализма), Института экономики Уральского отделения РАН, МГУ им. М.В. Ломоносова, Института региональных экономических исследований, а также исследования Всемирного банка и программы Европейского союза ТАСИС.

В качестве источников информации использовались труды фундаментального и прикладного значения известных зарубежных и отечественных ученых, предметная направленность которых связана с региональными исследованиями.

Содержание диссертационного исследования соответствует пунктами 3.17. Управление экономикой регионов. Формы и механизмы взаимодействия федеральной, региональной, муниципальной власти, бизнес-структур и структур гражданского общества. Функции и механизмы управления. Методическое обоснование и разработка организационных схем и механизмов управления экономикой регионов; оценка их эффективности; 3.19. Разработка методологии анализа и методики оценки функционирования корпоративных структур, малого и среднего бизнеса, предприятий общественного сектора и некоммерческих организаций в регионах и муниципалитетах. Проблемы рационального использования региональных материальных и нематериальных активов – природных ресурсов, материально-технической базы, человеческого капитала и др. паспорта специальности ВАК РФ 08.00.05 – «Экономика и управление народным хозяйством» (региональная экономика)

  При разработке и решении поставленных задач применялись общенаучные методы познания: системный подход, анализ и синтез, группировка, статистический, сравнительный, качественный и количественный анализ теоретического и практического материала, обобщения.

Для структурирования полученных данных применялись методы системного и функционального анализа, математического моделирования, в том числе аппарат статистического анализа: факторный, корреляционный и регрессионный.

Степень обобщения и уровень формализации обрабатываемой информации и полученных результатов доводились до конкретных предложений, которые рекомендованы к использованию в практической деятельности.

Информационной базой диссертационного исследования послужили официальные статистические материалы, аналитические и нормативные данные Федеральной службы государственной статистики РФ, Министерства экономического развития РФ, Министерства регионального развития РФ, Министерства финансов РФ.

Применялись данные монографических исследований отечественных и зарубежных ученых по рассматриваемой проблеме, федеральные и региональные программы социально-экономического развития, материалы научных и научно-практических конференций и семинаров, а также первичные материалы, собранные и обработанные автором в ходе выполнения исследования.

Научная новизна работы. В диссертации  обоснован научно-методический инструментарий анализа основных факторов формирования контрактных отношений малого, среднего и крупного бизнеса в регионах, дана оценка их роли в обеспечении экономического роста на местах, а также выявлена первостепенная значимость институционального обеспечения контрактации различных форм бизнеса в регионах  в системе факторов и инструментов сокращения региональной асимметрии и обеспечения долгосрочного экономического роста субъектов РФ. 

На защиту выносятся следующие конкретные результаты, обладающие научной новизной:

- сформированы теоретические подходы к трактовке механизма многовариантности достижения эффективности различными формами организации бизнеса; определено его воздействие на  развитие региональной экономики по мере реализации крупными, средними и малыми предприятиями присущих каждому из них конкурентных стратегий, реализующих преимущества разных типов регионального бизнеса, ориентирующихся на конкретные условия экономической среды и ресурсы, находящиеся на территории субъектов РФ;

- уточнено понятие региональной экономики в качестве системы, структура которой представлена совокупностью взаимосвязей различных форм бизнеса,  котрактация которых  на уровне регионов способствует укреплению их органической целостности, что дает экономический эффект в контексте ориентации бизнеса на удовлетворение регионального спроса в силу совпадения интересов регионов в ускоренном развитии, а бизнеса – в повышении стабильности в условиях высоких рисков экономической деятельности;

- установлена прямая зависимость расширения масштабов контрактации малого, среднего и крупного бизнеса в российских регионах и роста экономических показателей на субфедеральном уровне; определены преимущества и недостатки типичных формы консолидации регионального бизнеса в виде сетевых структур; дана оценка влияния административного ресурса региональных органов власти  на расширение масштабов регионального бизнеса в форме долгосрочных контрактов;

- дана трактовка причин региональной экономической асимметрии и неоднозначности процессов контрактации различных форм бизнеса в современных российских регионов, которые связаны с  переходом в 1990-е годы функций  отраслевого планирования к крупнейшим российским корпорациям и финансово-промышленным группам. Именно они в 2000-х годах осуществляли региональные стратегии, основанные на принципах отраслевого планирования, что во многом объясняет специализацию современных регионов в общероссийском разделении труда. В этом контексте ее диверсификация  и сокращение региональной асимметрии объективно зависят от контрактации деятельности крупных российских бизнес-структур с различными формами регионального бизнеса, который и представляет интересы экономического сообщества на субфедеральном уровне;

- обоснованы особенности формирования сетевой организации регионального бизнеса на основе контрактации отношений, выделены ее преимущества в контексте доступа к финансовым ресурсам, к информации, технологиям, сырью, комплектующим и проведена корреляция темпов посткризисного восстановления региональной экономики и распространения контрактных отношений малого и среднего бизнеса с крупными корпоративными структурами.

Теоретическая значимость работы заключается в том, что основные положения, выводы и рекомендации диссертации  ориентированы  на широкое  применение разработанной методики обеспечения роста контрактных отношений  всех форм бизнеса в российских регионах, призванного восстановить инвестиционный процесс в рамках расширенного воспроизводства,  стабилизировать экономическую среду и снизить риски хозяйственной деятельности в посткризисный период на местном уровне.

Полученные результаты проведенного исследования могут послужить основой для дальнейших углубленных исследований в данном направлении.

Практическая значимость результатов исследования заключается в разработке конкретной системы мер, сочетание которых позволяет сформировать механизм повышения эффективности контрактации различных форм бизнеса  при разработке долгосрочных стратегий их развития в российских регионах  в условиях неопределенности и высоких рисков хозяйственной деятельности.

Разработанная в диссертации модель механизма взаимодействия крупных, средних и малых предприятий с учетом их отраслевой принадлежности и инвестиционно-фондовых ресурсов, стратегических и мотивационных аспектов позволит промышленным предприятиям объективно позиционировать себя на региональных сегментах российской экономики в контексте максимизации экономического эффекта.

Основные положения и материалы диссертации могут быть использованы также в учебном процессе в высших учебных заведениях при изучении таких дисциплин, как  региональная экономика, экономика предприятий, основы менеджмента.

Апробация результатов исследования. Основные положения, выводы и рекомендации диссертационного исследования докладывались и обсуждались  на всероссийской научной конференции, организованной Институтом экономики Уральского отделения РАН, и на научно-практической конференции, проведенной в Российской академии госслужбы при Президенте РФ.

Отдельные предложения диссертации были использованы ООО «Альянс-Строй-Инвест» и ООО «Интер-Престиж» при разработке стратегии контрактации дейтельности с участием регионального бизнеса в условиях неопределенности, что позволило оптимизировать уровень инвестирования производства в регионе и повысить экономические показатели.

Института экономики Уральского отделения РАН

Ряд теоретических и практических положений диссертации были включены в соответствующие лекционные курсы при обучении студентов экономических специальностей в московских вузах.

Публикации. По результатам исследования опубликовано семь печатных работ общим объемом 4,7 п. л., в том числе три публикации – в ведущих рецензируемых журналах и изданиях, рекомендованных ВАК РФ.

Структура и объем работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, списка использованной литературы, в котором более 150 источников нормативной и научной литературы.

В первой главе рассматриваются особенности контрактных отношений крупных компаний, среднего и малого бизнеса, а также факторы роста региональной экономики

Вторая глава посвящена оценке воздействия контрактных отношений различных форм бизнеса в российских регионах на их экономический рост в посткризисный период.

В третьей главе обобщаются основные направления повышения экономического эффекта развития контрактных отношений крупных компаний и регионального бизнеса в  субъектах РФ в посткризисный период

В заключении формулируются выводы, конкретризируюется результаты научной новизны.

2. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы, формулируются основная цель и задачи, определяется объект и предмет исследования, раскрывается его теоретическая, методологическая и информационная база, научная новизна, теоретическая и практическая значимость.

Первая группа вопросов  связана с формированием теоретических подходов к трактовке механизма многовариантности достижения эффективности различными формами организации бизнеса в регионе с учетом реализации крупными, средними и малыми предприятиями присущих каждому из них конкурентных стратегий, ориентированных на адаптацию к конкретным условиям экономической среды и ресурсов на территории субъектов РФ.

Любая эффективная организация бизнеса, будь то в масштабах корпоративных структур, или средних и малых предприятий, предполагает успешную адаптацию к условиям внешней среды,  которая позволяет им наиболее полно реализовать имеющийся потенциал. Это происходит посредством конкурентных отношений бизнеса как на общенациональном пространстве, так и в регионах.

Специфика средних и малых предприятий заключается в том, что они ориентируются в своей деятельности, главным образом, на узкий региональный рынок, который предоставляет им сравнительные преимущества в конкуренции с корпоративными структурами на территории субъектов РФ. Однако региональная экономика получает мультипликационный эффект от кооперации деятельности крупного, среднего и малого бизнеса на своей территории, поскольку в этом случае результат предопределяется сравнительными преимуществами каждого из видов организации предпринимательской деятельности.

Вслед за русским-советским теоретиком конкуренции Л.Г. Раменским выделим четыре основных типа стратегии конкурентной борьбы,  каждый из которых ориентируется на разные типы организации бизнеса, условия экономической среды и ресурсы, находящиеся на территории регионов (таблица 1):

  1) виолентная стратегия фирм,  действующих в  сфере  крупного, стандартного производства товаров и/или услуг;

  2) патиентная (нишевая) стратегия фирм, вставших на путь узкой специализации;

  3) коммутантная (приспособительная) стратегия;

  4) эксплерентная (пионерская) стратегия.

Патиентная стратегия типична для фирм, вставших на путь узкой специализации.  Она предусматривает изготовление особой, необычной  продукции для определенного (чаще узкого) круга потребителей. Свою рыночную силу компании-патиенты черпают в том, что их изделия становятся в той или иной мере незаменимыми для соответствующей группы клиентов.  Такая компания старается не распыляться, контролируя небольшую  часть обширного рынка,  а завоевывает максимальную долю маленького рыночного сегмента.  Ее  дорогая  и  высококачественная продукция  предназначена  для тех,  кого не устраивает стандартная продукция.

Борьба с гигантами в производстве массовой продукции заведомо обречена на провал: крупное производство эффективно именно в выпуске товаров большими партиями. Но в учете специальных запросов  потребителям  преимущества на стороне той фирмы,  которая посвятила свою деятельность их изучению и удовлетворению. Чем уже  сегмент рынка и чем специфичнее условия деятельности на нем (т.е.  чем резче дифференциация  продукта),  тем  эффективнее деятельность  патиента в регионе в сравнении, например, с крупными корпоративными структурами.

Таблица 1.

Характеристика рыночных стратегий различных форм организации бизнеса

ТИП СТРАТЕГИИ

Коммутанты

(“мыши”)

Патиенты

(“лисы”)

Виоленты

(“львы”, “слоны”, “бегемоты”)

Эксплеренты

(“ласточки”)

Профиль

производства

универсальное мелкое

специализированное

массовое

экспериментальное

Размер компании

крупные

крупные

средние

средние

мелкие

мелкие

мелкие

Устойчивость компании

высокая

высокая

низкая

низкая

Расходы на НИОКР

высокие

высокие

средние

низкие

Факторы силы в конкурентной борьбе

гибкость, многочис-

ленность

приспособленность

к особому рынку

высокая

производи-тельность

опережение в нововведениях

Источник: составлено автором по: Юданов А.Ю.  Конкуренция: теория и практика.- 2-е изд., испр. и доп. - М.: Изд-во "ГНОМ-ПРЕСС", 2004. - с. 82.

Коммутантная стратегия преобладает при обычном бизнесе в локальных масштабах.  Сила  мелкого  неспециализированного предприятия состоит в его лучшей приспособленности к  удовлетворению небольших  по  объему (а нередко и кратковременных) нужд конкретного клиента в основном на региональном уровне. Лишь коммутанты готовы использовать каждую возможность для бизнеса, тогда как прочие фирмы очень строго придерживаются своего производственного профиля. Отсутствие у коммутантов крупных  производственных  мощностей, особых познаний  в  узкой области или научно-технических заделов - всего, чем сильны другие фирмы - приводит к тому,  что коммутантам (в рамках  разумного)  почти безразлично,  чем заниматься.  Однако фирмы-коммутанты имеют свойственные только этому типу фирм преимущества. Они легко приспосабливаются к изменению сферы коммерческой деятельности, на которые другие фирмы неспособны.  В  этом  случае повышенная гибкость  становится источником силы коммутантов в конкурентной борьбе. 

В результате совпадение в общих чертах запросов больших групп потребителей плюс наличие  технической возможности поставить их удовлетворение на поток создают основу для массового (виолентного) или специализированного (патиентного) производства. Если эти условия не выполняются, то их в регионе заменяет коммутант.

Главный фактор силы эксплерентов связан с опережением во внедрении принципиальных нововведений. Они стремятся к созданию нового рынка и извлечению выгод из первоначально единоличного присутствия на нем. Огромный  технический  и финансовый успех в этом случае постоянно привлекает в бизнес новые и новые фирмы-эксплеренты.

Прямым следствием действия принципа взаимодополняемости стратегий различных форм бизнеса  является  множественность путей достижения успеха в конкурентной борьбе (рис. 1). Это имеет непосредственное отношение к темпам роста региональной экономики, особенно в условиях острой фазы кризиса или последующей депрессии, когда ограничены иные факторы роста, кроме организационных, присущих самим фирмам. В отечественной научной литературе, к сожалению, превалируют крайние точки зрения на эффективность крупного и мелкого бизнеса.

Рис. 1. Пять основных конкурентных стратегий бизнеса

Источник: составлено по Томпсон А.А., Стрикленд А.Дж. Стратегический менеджмент. Искусство разработки и реализации стратегии. Пер. с англ. – М.: Банки и биржи, ЮНИТИ, 1998.

Вторая группа вопросов  связана с определением места взаимосвязей различных форм бизнеса в системе структурной связи региональной экономики.

Системный подход к трактовке региональной экономики позволяет рассматривать ее в качестве органической целостности, предопределенной функциональными связями  взаимодействующих форм организации бизнеса, преследующих свои интересы в регионах.  В этом случае экономический прогресс в различных территориальных образованиях следует напрямую связывать с реализацией конкурентных отношений фирм, которые оформляются как контрактные,  не подрывая, а усиливая их конкурентные позиции. 

Существуют различные подходы к классификации контрактов малого, среднего и крупного бизнеса в регионе. В соответствии с наиболее известным из них  такая контрактация реализуется в следующих формах:

  • договоры о кооперации, объединяющие производственные компании в рамках единого цикла изготовления продукции (так называемые «сетевые» ассоциативные формы ведения бизнеса);
  • подрядное производство (субконтракт) (предприятия малого бизнеса осуществляют целевое производство товара, выполнение работ, оказание услуг для крупной компании);
  • контрактный маркетинг и договора контрактации (контрактная продажа, заготовка и сбыт продукции на основе договоров, действующих в течение определенного периода или для определенного числа сделок по продаже);
  • лизинговые соглашения (арендные отношения, объектом которых в основном является оборудование);
  • лицензионные договоры (соглашения о предоставлении права использовать изобретения, товарные знаки, иные защищенные объекты интеллектуальной собственности);
  • контракт по менеджменту (крупная компания предоставляет know-how в области управления (иногда вместе с персоналом) в обмен на участие в прибыли);

•        франчайзинг (коммерческая концессия) (форма совместной предпринимательской деятельности, при которой крупные корпорации заключают договор с мелкими фирмами или индивидуальными  предпринимателями на льготное право использовать их имя и торговую марку).

Концептуальной основой анализа эффективности различных форм контрактных отношений малого, среднего и крупного бизнеса являются положения новой институциональной экономической теории1, в соответствии с которыми любая фирма выступает как совокупность контрактов, что позволяет сформировать новые подходы к объяснению закономерностей горизонтальной и вертикальной интеграции. При этом следует учитывать, что альтернативой контрактным отношениям малого, среднего и крупного бизнеса является либо расширение крупного предприятия с охватом «смежных» технологических стадий, либо интеграция соответствующих производств путем поглощения малых компаний.

Для сравнения эффективности иерархической организации и гибридной структур важно выделить преимущества (или недостатки) независимой фирмы, управляемой юридически независимым экономическим агентом, например, франчайзи, по сравнению со структурным подразделением, управляемой наемным менеджером. Преимущество гибридных контрактных связано, например, с тем, что менеджер является собственником одного вида ресурсов – труда, а франчайзеру принадлежит сразу два фактора – труд и капитал. Кроме того, неэффективность фирмы часто связана с тем, что значительная часть чистого дохода менеджера экспроприируется с помощью различных бухгалтерских ухищрений2.

Обозначим через х1 количество ресурса (например, бизнес-усилий экономического агента, или предоставляемых им сервисных услуг),  используемого экономическим агентом для производства товаров или услуг,  r(х1) – доход от использования ресурса х1,  r(х1) и  c(х1)  – соответственно часть дохода, приходящаяся на долю агента и издержки агента, связанные с использованием ресурса х1, причем 0 < < 1 и равенство = 1 имеет место в случае отсутствия внешних эффектов. Экономический агент решает задачу максимизации собственной прибыли . Введем функцию . Будем исходить из предпосылки о том, что эта функция имеет один локальный экстремум в точке , и этот экстремум является локальным максимумом функции. Эта предпосылка всегда неявно используется в микроэкономической теории и позволяет, в частности, ставить и решать задачу максимизации экономическими агентами своей прибыли. Кроме того, как показывает предпринимательская практика, эта предпосылка является вполне реалистичной. С математической точки зрения она означает, что при   производная , а при    выполняется .  Покажем, что, если > 1, то экономический агент будет стремиться использовать количество х1 меньшее чем .

В случае отсутствия внешних эффектов ( = 1) оптимизационная задача имеет следующий вид:

.  (1)

При возникновении внешних эффектов ( < 1) экономический агент решает задачу:

. (2)

Докажем от противного, что .  Предположим, что , тогда из определения максимума функции в точке мы получим, что , но это противоречит неравенству (2). Что и требовалось доказать.

Таким образом, мы показали, что в случае возникновения в рамках вертикального соглашения положительного внешнего эффекта экономический агент будет стремиться сократить объем прикладываемых усилий при управлении бизнесом. Отметим, что этот результат справедлив при условии, что функция прибыли имеет единственный максимум3. Можно показать, что если предпосылка о единственности не верна, то при определенных условиях при возникновении положительных внешних эффектов экономический агент будет прикладывать больше бизнес-усилий, чем в отсутствие внешних эффектов.

Помимо этого следует учесть, что малые и средние компании-субподрядчики, как правило, имеют более низкие издержки производства за счет более низкой оплаты труда работников, чем в крупных компаниях, и более высокой организационной и управленческой эффективности за счет меньших размеров и простоты структуры. Крупные фирмы не способны во всех отношениях имитировать механизм функционирования малых фирм, которые отличаются меньшей бюрократизацией в принятии решений. Это снижает выгоды от слияний крупных и малых фирм.

Субподряд также дает возможность фирме-заказчику сконцентрировать усилия в области своей специализации, что позволяет сэкономить на издержках обучения, предотвращает удорожание информационных и мотивационных трансакционных издержек, что, соответственно, снижает издержки производственной деятельности.

В качестве основной цели региональной политики в отношении совместной предпринимательской деятельности на основе долгосрочных контрактов в западных странах, как правило, рассматривается максимизация экономической эффективности как суммы дополнительной выгоды, полученной потребителями и поставщиками. Другие возможные цели, которые упоминаются в специальной литературе по данной тематике, включают:

  • сохранение экономической независимости юридически самостоятельных компаний вниз по технологической цепочке;
  • сохранение конкуренции на локальных рынках;
  • социальные последствия и эффекты в сфере распределения;
  • защита определенных (например, традиционных) форм предпринимательской деятельности;
  • интеграция в общий рынок на основании Римского договора.

Как показывает опыт последнего десятилетия, межфирменная кооперация в развитии региональной промышленности начинается в девяти случаев из десяти случаев с появления в регионе иностранного инвестора, к требованиям которого начинает адаптироваться российский бизнес. На базе различных форм контрактации отношений этих отношений образуется производственная цепочка или промышленный кластер. Однако перспектива развития в регионах инновационно емких производств с высокой добавленной стоимостью на основе контрактации деятельности различных форм бизнеса может быть  реализована при условии формирования в российских регионах адекватного делового и инвестиционного климата.

Третья группа проблем, связана с  особенностями контрактации малого, среднего и крупного бизнеса в российских регионах в форме сетевых структур, которые дают экономический эффект при условии ориентации региональной политики на стимулирование совместной предпринимательской деятельности различных форм регионального бизнеса на долгосрочной основе.

Условия развития контрактных отношений между различными формами бизнеса на уровне российских регионов имеют ярко выраженную специфику. Она обусловлена тем, что  зона управления со стороны региональных (государственных) органов власти постоянно сокращается. Это происходит в связи с расширением рыночных ареалов поверх административных границ субъектов РФ. В результате  в современных условиях экономическая активность наиболее крупных хозяйствующих субъектов не может эффективно регулироваться на региональном уровне. Этому предшествовал в начале 1990-х годов выход из субфедерального ведения  финансовых потоков, а в конце 1990-х годов - крупных производств. Со второй половины 2000-х годов по мере продвижения в регионы общероссийских и международных торговых сетей из-под контроля региональных властей могут уйти и  потребительские рынки.

По мере же выхода субъектов РФ из посткризисной экономической стагнации на повестку дня встанет проблема реструктуризации энергетических и жилищно-коммунальных рынков, что выдвинет на главную роль в качестве операторов крупные компании — нерезиденты старых административных регионов.

Несмотря на усилия федерального центра по выравниванию социально-экономического положения субъектов Федерации, диспропорции в уровне и темпах социально-экономического развития продолжают расти: если в 1998 г. душевое производство ВРП в десяти наиболее экономически развитых регионах России превышало среднестатистический уровень в 2,5 раза, то в конце 2000-х — уже в 3,2 раза. Экономические аутсайдеры увеличили свое отставание от среднероссийских показателей с 3,3 до 3,5 раз. K концу 2000-х годов 10—12 субъектов Федерации обеспечивают более 50% валового внутреннего продукта страны.

Результатом такой поляризации  стала экономическая стагнация регионов вследствие значительного кризисного падения экономической активности в стране в 2009 г. На базе почти 8-процентного сокращения ВВП в стране социально-экономическое развитие субъектов Российской Федерации в 2010 г. продемонстрировало некоторый рост основных макроэкономических показателей (рис. 2). Однако в высокоразвитых регионах он был достигнут во многом благодаря наличию внутренних резервов для роста, позволяющих обеспечить интенсивные структурные сдвиги, а в регионах со сложной социально-экономической ситуацией – вследствие поддержки федеральных и региональных властей, направленной на создание благоприятных условий для дальнейшего развития. При этом сохранилась поляризация регионов, которая во многом предопределена различиями в  ресурсном потенциале региональных экономик.

Рис. 2. Объем отгруженных товаров собственного производства, выполненных работ и услуг собственными силами по вилам экономической деятельности по федеральным округам в январе–декабре 2010 г., в действовавших ценах, % к январю – декабрю 2009 г.

Четвертая группа проблем связана с трактовкой причин региональной экономической асимметрии в современных условиях.

Значительная асимметрия современных российских регионов является логическим результатом перехода функций  отраслевого планирования к крупнейшим российским корпорациям и финансово-промышленным группам, которые в 2000-х годах и реализовывали региональные стратегии, основанные на принципах отраслевого планирования. Оно осуществлялось с преобладанием экстенсивных форм «нового освоения» российских регионов над долгосрочными стратегиями качественной модернизации основных секторов экономики, развития человеческого капитала, построения новой модели расселения и т.п., что, собственно, и входит в современное понятие «регионального развития». И хотя в последние несколько лет влияние крупных российских бизнес-структур на федеральном уровне ослабло (по сравнению с периодом 1990-х гг.), но их экономические интересы до сих пор активно лоббируются в регионах. Условно к ним можно причислить около 15 интегрированных бизнес-групп, преимущественно в экспортно-сырьевом секторе экономики, с объемом продаж более 1 млрд. долл., в составе которых есть компании, занимающие ключевое положение в важнейших отраслях экономики страны (в соответствии с картой размещения их активов). Сюда же относятся компании с меньшим объемом продаж (от 500 млн. долл.), но с ведущими позициями в своих отраслях.

По широте охвата территорий выделяются естественные монополии («Газпром» и ОАО «СО ЕЭС»), представленные в большинстве регионов страны, за ними следуют нефтяные компании, которые помимо основного района добычи контролируют свои регионы нефтепереработки и зоны сбыта топлива. Например, «Сургутнефтегаз» имеет 2 базовых региона (ХМАО — добыча и Ленинградская область, Kиришский НПЗ — переработка), а зоной распространения интересов стала Якутия, где располагается недавно приобретенный актив — Талаканское месторождение.

Металлургические компании более локализованы и в своих регионах являются доминирующими социально-экономическими субъектами. Однако в последние несколько лет они начали осуществлять программы активной экспансии в регионы, не являющиеся для них базовыми. Условно зоны потенциальной активности крупного российского бизнеса в регионах можно сконцентрировать  следующим образом:

— Дальневосточный макрорегион (Приморский, Хабаровский края, Якутия, в меньшей степени — Сахалин);

— Восточно-Сибирский макрорегион (Иркутская область, Kрасноярский край и ряд прилегающих территорий);

— Северный макрорегион (Республика Kоми, Архангельская, Мурманская области);

— Южный макрорегион (Kраснодарский край, Ростовская область, отчасти Астраханская область).

Эта специализация накладывает отпечаток и на проектную активность крупных корпораций, которая если и присутствует, то планируемый при этом рост носит ярко выраженный отраслевой, чаще всего «сырьевой» характер. В нефтехимии и нефтепереработке, химической промышленности, машиностроении в ближайшей перспективе крупнейшими российскими корпорациями ни один проект не заявлен. Также отсутствуют крупные проекты, ориентированные на развитие «экономики комфорта и услуг». Другими словами, отраслевая природа, а также географическое размещение проектов на территории РФ практически не совпадают (за исключением, может быть, Южного макрорегиона) в рамках перспективного видения российского корпоративного сектора и международных институтов развития.

Таблица 2

Распределение регионов по группам с различным уровнем количества зарегистрированных малых предприятий на 100 тыс. жителей на 1 января 2010 г.

Изменение числа МП на 100 тыс. жителей

Количество регионов

Высокий уровень (свыше 300 ед.)

14

Средний уровень (от 200 до 300 ед.)

12

Небольшой уровень (от 100 до 200 ед.)

37

Низкий уровень (от 50 до 100 ед.)

15

Минимальный уровень (менее 50 ед.)

5

Источник: составлено на основе базы данных НП «Объединение предпринимательских организаций России» («ОПОРА»)

Что касаеться малых и средних предприятий (МСБ), то, будучи источником создания новых рабочих мест, а также благодаря своей гибкости и той существенной роли, которую они могут играть в обеспечении динамичного экономического роста, они в настоящее время оказались в центре внимания политиков как во всем мире, так и в России. Однако в региональном разрезе они распределены неравномерно.

На 1 января 2010 г. число зарегистрированных малых предприятий в целом по РФ составило 282,7 тыс. единиц, а в расчете на 100 тыс. населения в среднем по стране достигло 199,1 единиц (таблица 2). Наиболее высокое число зарегистрированных МП на 100 тыс. человек действует в Северо-Западном федеральном округе – 232,6 единиц, что на 16,8% превышает средний по РФ. Немногим отстает Сибирский федеральный округ – 232,2 единиц (на 16,6% выше общероссийского показателя).  Наименьшее число малых предприятий на 100 тыс. человек действует в Уральском федеральном округе: лишь 46% от среднего по России уровня.

  В условиях изолированного развития всех форм бизнеса в регионе малые и средние предприятия, могут рассматриваться под углом зрения их масштаба и роли как источника создания рабочих мест, а не через призму экономической специфичности, и значения в инновационном процессе в регионе. Именно изолированное функционирование регионального бизнеса предопределяет его незначительный вклад в производство ВВП – около 17%, которые созданы МСБ. Одна из причин связана с наличием огромных запасов полезных ископаемых, что предопределяет формирование экономики рентного типа, где ключевая роль принадлежит добывающим секторам, в которых, по определению, доминируют крупные компании.

При сохранении такой мадели развития территорий они могут постепенно превратиться в одно из ключевых препятствий для развития как региональной, так и общенациональной экономики. Уровень диспропорций между территориями продолжает расти. Ставка федеральной власти на наиболее успешно адаптировавшиеся к глобальному рынку субъекты — крупные корпорации — как на региональных девелоперов, в неявном виде сложившаяся к концу 1990-х годов, не оправдывается. Единственный выход для федеральной власти — стимулировать появление новых субъектов, которые обеспечат экономический рост территорий. Одним из важнейших инструментов, способных реализовать этот сценарий, связан с формированием сетевых структур, которые и должны выполнить функции девелоперов для своих регионов. Именно они заинтересованы в рачительном использовании их ресурсов для получения стратегической роли в развитии территорий, а следовательно, и ожидают значительного экономического эффекта.

Реальные перспективы возрождения региональной экономики и выхода из посткризисной стагнации связаны с  расширением отечественного производства потребительских товаров с целью их импортозамещения. В качестве положительного примера выступает Калужская область, структура обрабатывающей промышленности которой кардинально поменялась за последнее десятилетие: так, если в 1999 г. на производство транспортных средств и оборудования приходилось 8,4%, то в 2010 г. эта доля возросла до 38,2%, в совокупности с производством электрооборудования, электронного и оптического оборудования их доля увеличилась до 60 %.

К крупнейшим  greenfield и brownfield-проектам, рпеализованным российским капиталом в Центральном федеральном округе, следует отнести  завод по производству стеклотары - «Алексинское стекло» стоимостью 250 млн.долл.; Серебрянский цементный завод – 300 млн.долл., обогатительная фабрика Стойленского ГОК – 450 млн.долл., цеха по производству карбамида Новомосковской акционерной компании «Азот» - 230 млн.долл. и т.п.4

Основной целью формирования сетевых структур с участием всех форм бизнеса в регионе становится извлечение синергетического эффекта. Синергия может быть вызвана возможностями снижением издержек, оптимизацией эффективной налоговой ставки, ростом инвестиционных возможностей и снижением стоимости привлечения капитала и др. (рис. 3). Позиция предприятия в сетевой организации рассматривается как своеобразный актив, а транзакционные затра­ты на выстраивание сетевых связей предстают одним из видов инвестиций.

Рис. 3. Выгоды от присоединения различных форм бизнеса к сетевым структурам (в % от числа ответивших респондентов)

Не случайно, в современных условиях главными факторами успеха становятся эффективно функционирующие региональные сети, число которых в списке РЭ – 400 увеличилось только за 2009 год с 247 до 254 (см. табл. 3). Отражением этих тенденций можно считать лидерство по показателям роста в промышленности в 2010 г. Сибирского  ФО (5,7%), прежде всего за счет Кемеровской области (24,5%), Алтайского (13%) и Забайкальского (24,3%) краев (рис. 4). В этих регионах основу промышленности составляют экспортоориентированные сектора и распространены соответствующие формы сетевых структур крупных корпораций и МСБ.

Регионы, в экономике которых преобладают предприятия обрабатывающей  промышленности, также демонстрируют рост производства. Это, прежде всего, Центральный ФО (4,2%) - за счет Белгородской (19,8%), Липецкой (25,8%) и Курской (27,7%) областей. Традиционно сильная и диверсифицированная промышленность в Белгородской области успешно противостояла кризису – ей практически в течение всего 2009 года удавалось избежать спада промышленного производства. Этому способствовали благоприятный экономический и социальный климат, позволяющий расширяться различным формам контрактации регионального бизнеса, высокий ресурсно-сырьевой, технологический и интеллектуальный потенциал и инвестиционная привлекательность региона (что неоднократно подтверждалось независимыми рейтинговыми агентствами), а также интенсивное развитие внешнеэкономических связей благодаря выгодному приграничному положению.

Промышленный комплекс Липецкой области состоит из 200 крупных предприятий, носит многоотраслевой характер, включает в себя чёрную металлургию, доля продукции которой занимает более 60%. Напомним, что область была лидером падения промышленного производства в октябре и ноябре 2010 г.  среди регионов, где находятся крупнейшие металлургические комбинаты (-16,3% и -27,9% соответственно). В 2010 г. именно эти регионы опережали среднероссийские темпы восстановления промышленности.

Таблица 3

Региональное распределение интегрированных  сетевых  структур в рейтинге «Эксперт-400»

Регион

Количество компаний

Доля в суммарном объеме

реализации рейтинга

«Зксперт-400» (%)

Объем реализации

в 2009 году

(млн. руб.)

Межрегиональные компании

254

86,13

24 057 350,7

Москва

  46

4,22

1 177 781,4

Московская область

  13

1,48

412 163,2

Санкт-Петербург

  15

1,25

348 297,5

Челябинская область

5

0,94

263 201,0

Республика Татарстан

  3

0,74

207 289,0

Республика Башкортостан

5

0,62

172 254,7

Самарская область

  5

0,53

148 869,4

Тюменская область

4

0,45

125 603,5

Краснодарский край

5

0,40

110 527,9

Кемеровская область

4

0,36

101 456,4

Ленинградская область

  4

0,35

97 452,1

Свердловская область

5

0,34

96 295,9

Пермский край

3

0,28

78 562,6

Ростовская область

3

  0,19

52 916,6

Иркутская область

1

  0,19

52 909,3

Калужская область

  2

0,15

40 793,6

Нижегородская область

  2

0,13

35 981,0

Владимирская область

1

0,10

29 290,9

Чукотский автономный округ

1

  0,10

29159,2

Курская область

1

0,09

25 131,4

Новосибирская область

1

0,09

24 736,0

Хабаровский край

  2

0,08

23143,9

Амурская область

2

0,08

23 086,3

Калининградская область

1

0,08

22 055,4

Республика Коми

1

0,08

21 346,0

Липецкая область

1

0,06

16 516,9

Республика Саха (Якутия)

1

0,06

16 488,5

Омская область

1

0,06

16 283,1

Белгородская область

1

0,06

15 533,9

Воронежская область

1

0,06

15 421,1

Красноярский край

1

0,05

14 121,5

Удмуртская Республика

1

0,05

13 021,1

Республика Карелия

1

0,04

12 145,3

Архангельская область

1

0,04

11 873,0

Тульская область

1

0,04

11 758,3

Сахалинская область

1

0,04

10 751,9

  Источник: составлено автором по данным  «Эксперт РА»

Однако на протяжении 2010 года динамика промышленности неоднократно меняла траекторию – то небольшой рост, то падение. Так, ситуация с инвестициями в ноябре 2010 г. продолжала практически повсеместно ухудшаться (рис. 4). Исключение составил Дальневосточный ФО, где этот показатель неоднократно в течение года демонстрировал рост в связи с выполнение федеральных целевых программ, включая комплексную программу развития Дальнего Востока и Забайкалья, а также федеральную подпрограмму «Развитие Владивостока как центра международного сотрудничества в АТР».

В Сибирском ФО, зафиксировано замедление падения инвестиций до минус -15,9%. Такая негативная динамика инвестиций может серьезно осложнить восстановление внутреннего спроса.

Рис. 4. Динамика роста региональной промышленности и валовых инвестиций в январе-ноябре 2010 г.

А, между тем, динамика показателей докризисного развития регионов позволила получить положительную корреляцию расширения сетевых связей крупных корпоративных структур и МСБ в региональном разрезе и темпов их конвергенции (сходимости, повышения уровня экономического развития) субъектов РФ. Гипотеза о конвергенции (сходимости, сближении) принималась, если эмпирическая оценка > 05.

На выделенной группе, включающей 75 регионов6, оценка составила 0,017 на 5%-ном уровне значимости – гипотеза о конвергенции подтверждается с вероятностью ошибки не более 5%, R2 = 0,074. Скорость сходимости составляет 1,8% в год. Это означает, что если тенденция к конвергенции, сформировавшаяся в рассматриваемый период, сохранится и далее, то расстояние между некоторым средним значением ВРП на душу населения, так называемым репрезентативным регионом, и стационарным состоянием (взятыми в логарифмах) сократится в 2 раза через 39 лет, в 1,5 раза через 23 года.

Наиболее яркими примерами таких перемещений являются следующие: Омская область поднялась с 53-го места в 2000 г. на 21-е в 2005 г., увеличив душевой ВРП с 0,55 до 0,87 от среднего значения. Существенно улучшили свои относительные позиции Московская, Ленинградская и Томская области, Республика Бурятия и Еврейская АО – они переместились вверх более чем на 10 рангов.

Эти расчеты свидетельствуют в пользу сделанного вывода о сходимости региональных продуктивностей при условии успешной контрактации деятельности крупного, среднего и мелкого бизнеса в регионах. Хотя в перспективе и вырисовываются контуры среднего "регионального класса", сам по себе макроэкономический рост и порождаемые им тенденции конвергенции не справляются с чрезмерной асимметрией. Впрочем, и скорость сходимости (выравнивания) не внушает оптимизма. Одновременно не удается избежать ситуации, при которой незначительная часть регионов все же остается чрезмерно богатой (по российским меркам), а часть – откровенно бедной или беднеющей. Эти обстоятельства являются решающим аргументом в пользу разработки эффективной региональной политики, ориентированной на укрепление контрактных отношений всех форм организации бизнеса в регионах. Только этой задаче должна быть подчинена система возможностей, инструментов и средств регулирования региональной дифференциации в контексте анализа конкретных предпосылок и условий пространственного экономического роста.

Актуальность данного вопроса существует не только для регионального, но и для федерального уровня. Федеральные власти постепенно утрачивают механизмы работы с территориями: старые — в виде масштабных инвестиционных проектов развития физических инфраструктур (строительство железных дорог, «ГОЭЛРО», так называемое «размещение производительных сил» и так далее) уже не работают, а новые не найдены. Механизмы «федеральных целевых программ» не работают. Можно предположить, что несмотря на усилия силовых структур, крупные российские корпорации в ускоренном темпе будут и дальше преобразовываться в ТНК, становясь неуправляемыми («неуловимыми») для национального правительства.

Единственный выход для федеральной власти — стимулировать появление новых субъектов хозяйственной деятельности, которые возьмут на себя выполнение функции региональных девелоперов и заново «соберут» российские земли для развития. Именно сетевые структуры как институты способны перейти к проектным функциям относительно регионов их базирования. Решение, на наш взгляд, способное достичь своей цели только в условиях изменения принципов территориального управления и организации государства в целом. Сумма аутсайдеров не создает девелоперов.

Пятая группа проблем  связана с обоснованием необходимости институционального обеспечения контрактных отношений всех форм бизнеса в субъектах РФ, разработкой методика консолидации  финансовых возможностей государства и различных форм бизнеса в реализации инвестиционных проектов в регионах с учетом критериального подхода к целевому использованию бюджетных средств региональным бизнесом.

На основе проведенного исследования следует сформулировать целевую функцию региональной экономики, которая предполагает обеспечение экономического роста в территориальных границах в долгосрочной перспективе и обеспечение потребностей населения, проживающих в регионах, за счет обеспечения необходимого объема производства материальных благ и услуг и эффективного управления ими. При таком подходе макроэкономическое регулирование необходимо дополнить политикой регионального развития, которое предполагает актуализацию производительных сил страны в условиях глобального рынка. Она требует определенной пространственной организации страны — сборки экономики не только из отраслей, технологий или компаний, но и из территорий.

Новая пространственная организация страны должна:

  • обеспечивать интеграцию в глобальный рынок, наиболее эффективную с точки зрения капитализации страны (повышения стоимости ее активов — территории и рабочей силы);
  • способствовать ускоренному социально-экономическому развитию Российской Федерации, за счет правильного распределения производительных сил по территории, причем, не только как поставщика сырья на мировые рынки, но и производителя высокотехнологичной продукции;
  • обеспечивать связанность страны, открывающую доступ территорий и их населения к источникам социально-экономического роста;
  • гарантировать удержание территории страны как «большого пространства».

Большинство территориально-диверсифицированных стран, показывавших в последние 40 лет устойчиво высокие темпы экономического роста, достигали их, как правило, за счет опережающего роста нескольких регионов. Регионы-лидеры становятся центрами инновационного развития страны и демонстрируют новый тип экономического и социального роста для других территорий. Задачей последних становится не столько копирование пути развития вырвавшихся вперед регионов-лидеров, сколько встраивание в формирующуюся в геоэкономическом пространстве глобального мира новую региональную иерархию — регионы-производители, регионы-посредники и регионы-финансовые центры.

В Российской Федерации должен быть сформирован новый опорный каркас пространственной организации, обеспечивающий достижение заявленных целей пространственного развития. Узлами опорного каркаса должны выступить крупные городские агломерации — инновационные и управленческие центры, концентрирующие в себе экономическую активность в стране и выступающие источником изменений.

Таких опорных регионов в России будет относительно немного. В настоящий момент в стране только один мегаполис мирового масштаба — Москва и один российского — Санкт-Петербург. Остальные 11 миллионников — города с населением в интервале от полутора до миллиона человек. В Восточной Сибири и на Дальнем Востоке нет ни одного миллионника (при том, что в Китае их около 100). Почти все крупнейшие города-миллионники за время между двумя последними переписями потеряли 2-5% своего населения, а Санкт-Петербург — 7%. Сейчас из 13 миллионников рост демонстрируют только Москва, Ростов-на-Дону и Волгоград.

При этом сложившаяся структура экономики крупных российских городов не отвечает их функциям в современном глобальном мире. Доля промышленного производства в ВРП превышает 50%, как, например, в Нижнем Новгороде. В то же время существует явный дефицит в оказании услуг по управлению экономикой и в сфере, обеспечивающей современную среду городской жизни, — торговле, финансовых, информационных, юридических, инновационно-инжиниринговых и тому подобных услугах. В силу этого в стране возникает дефицит центров управления и зоны так называемого «стратегического вакуума». Загруженные производством крупные города не управляют, а конкурируют в этой сфере со средними и малыми городами, блокируя их развитие. Причем конкурируют не только в своем географическом ареале, но и по всему миру, так как развернутые торговые сети минимизируют затраты на дистрибуцию (транспортная составляющая в них может быть значительно ниже затрат на поддержание брэнда, а «виртуальная составляющая» в стоимости может превышать даже производственные издержки). Но стоимость традиционных активов в крупных городах — земли и рабочей силы — выше, чем в средних и малых. Поэтому чрезмерная концентрация населения при традиционной специализации ведет к снижению роста крупных городов. Для Российской Федерации и для больших городов единственная ставка на возможный быстрый рост — переход к инновационному развитию и превращению их в полноценные центры управления (торгово-логистические и транспортные узлы, финансовые и кадровые центры, поставщики информации и технологий).

Опорные регионы, будут узлами опорного каркаса пространственной организации страны и должны «собирать» российскую территорию как основные транспортные узлы, зоны интеграции Российской Федерации с глобальной экономикой, территории концентрации центров управления товарными, финансовыми, информационными и миграционными потоками (чтобы даже в условиях развертывания долгосрочного тренда депопуляции и обострения дефицита рабочей силы в 2006-2010 годы, в стране сохранились «точки роста»). Функции опорных регионов необходимо дифференцировать в зависимости от способа «сборки» территорий, производственной специализации последних и их внутренних кооперационных связей, типа связывающих их транспортно-коммуникационных инфраструктур, способа интеграции в глобальную экономику, а также спецификой этапа развития, который переживает российское общество и его хозяйственная система в настоящий момент.

Важнейшим инструментом реализации этих перспектив становится формирование стратегий долгосрочного социально-экономического развития регионов как основы перехода в стратегировании от уровня субъекта Федерации к уровню макрорегиона (или федерального округа) при условии учета фактора контрактации бизнеса крупного, среднего и малого бизнеса на местах.

Этот документ должен7 определять основные направления, способы и средства достижения стратегических целей устойчивого развития и обеспечения национальной безопасности Российской Федерации на территориях.  Большинство стратегий российских регионов разрабатывается на период до 15 лет. При этом одним из ключевых элементов любой стратегии является система целевых показателей, которые должны быть достигнуты через многие годы.

Если соотнести следующие условные данные – около 30% фактически реализованного потенциала контрактных отношений крупного, среднего и малого бизнеса - и распространить этот показатель на все российские регионы, а также соотнести плановый ВВП на 2010 год в сумме 45 175,0 млрд. руб. и выделить в нем 30% на вклад контрактных отношений крупного, среднего и малого бизнеса и из них 50% в качестве произведенных на крупных предприятиях, то прирост контрактных отношений крупного, среднего и малого бизнеса на 10% позволит увеличить ВВП на 677,6 млрд.руб., т.е. на 1,5%. Другими словами, каждые 10% прироста контрактных отношений крупного, среднего и малого бизнеса обусловливают прирост ВВП на 1,5%, тогда максимальное увеличение контрактных отношений крупного, среднего и малого бизнеса гипотетически до 100% позволит увеличить прирост ВВП на 9% - это практически столько же, сколько потеряла Россия в 2009 г. в результате финансового кризиса.

Другими словами, ситуация экономической стагнации  в регионах может кардинально измениться за один — два года при условии реализации приоритета формирования условий для реализации контрактных отношений всех форм бизнеса в регионах. Для этого  необходимо:

  • сформировать необходимые институциональные условия для развития контрактных отношений крупного, среднего и малого бизнеса в регионе, формируя тем самым адекватную внешнюю среду их деятельности;
  • эффективно регулировать внутреннюю среду их функционирования путем избирательной (с учетом приоритетов) ресурсной (прежде всего – финансовой) поддержки;
  • сформировать целостную систему стимулирования контрактных отношений крупного, среднего и малого бизнеса в регионе.

Наведение порядка во внешней среде регионального бизнеса потребует как минимум: совершенствования правовой базы; реформирования налогообложения; защиты субъектов всех форм организации бизнеса, сконцентрированных в регионе, от преступных посягательств; устранения административных барьеров; улучшения условий сбыта; содействия кооперации малого, среднего и крупного предпринимательства.

Рис. 6. Взаимосвязь между государственной политикой поддержки контрактных отношений крупного, среднего и малого бизнеса в регионе и законодательной базой

Институциональную основу (правовую базу)  мы поставили на первое место потому, что она определяет едва ли не все аспекты контрактных отношений крупного, среднего и малого бизнеса в регионе. Законодательные и нормативные акты, во-первых, устанавливают рамки «легального» бизнеса, границы дозволенного, во-вторых, регламентируют права и обязанности субъектов крупного, среднего и малого бизнеса перед наемными работниками, партнерами, потребителями, бюджетами разных уровней, в-третьих, формируют систему экономических и других стимулов, гарантирующих поддержку определенным категориям субъектов крупного, среднего и малого бизнеса, и, в-четвертых, должны устанавливать меры защиты предпринимателей от незаконных действий органов власти и криминального мира.

Взаимосвязь между государственной политикой в области поддержки контрактных отношений крупного, среднего и малого бизнеса в регионе и их законодательным оформлением иллюстрирует рис. 6. В изображенной системе положительная обратная связь формируется, если прямое усилие управляющих воздействий стимулирует правильное развитие системы. Если же при этом контрольные показатели ухудшаются или искажаются, налицо отрицательная обратная связь.

Особенно тщательной отработки требует, пожалуй, налоговое законодательство. Налоговый кодекс должен состоять из норм прямого действия, не требующих выпуска дополнительных инструктивных и методических документов и не допускающих произвольного толкования закона. Следует однозначно запретить практику постоянного пересмотра налогового законодательства в течение финансового года. Вводить новые налоги, а также новые ставки действующих налогов целесообразно не ранее, чем через полгода после принятия соответствующего федерального закона (желательно с начала финансового года).

В этом контексте механизма контрактации деятельности крупных, средних и малых предприятий  в качестве приоритетного условия восстановления докризисного состояния региональной экономики представляет собой  сложную совокупность инструментов и процессов прямого (непосредственного) и косвенного воздействия (координации, стимулирования, регулирования) на социальные и рыночные условия жизнедеятельности регионального сообщества, обеспечивающих повышение эффективности региональной экономики и рост качества жизни населения.

Таким образом, для того чтобы система государственной поддержки сетевых структур, включающих все формы регионального бизнеса малых предприятий соответствовала серьезности и масштабности стоящих перед ней задач, необходимо вывести ее на качественно иные концептуально-программные, организационные и функциональные параметры.

  В заключении обобщены результаты диссертационного исследования и сформулированы следующие основные теоретические и практические выводы.

1. Стране необходима новая государственная региональная политика — политика пространственного развития, адекватная существующей социально-экономической и политической ситуации не только в стране, но и в глобализующемся мире. Россия позже других индустриально-развитых стран вступила в эпоху так называемой «региональной революции», когда происходит смена парадигмы развития территорий и населенных пунктов. Особенность момента заключается в том, что границы рынков постепенно раздвигаются и больше не совпадают с пределами государства и национальной экономики. Национальный хозяйственный комплекс утрачивает свою самодостаточность и внутреннюю сбалансированность как совокупность взаимодополняющих отраслей и производств. В силу этого старые экономические регионы России, ее поселения, обретают новую конфигурацию в пространстве глобальных потоков финансов, товаров, рабочей силы, технологий и информации. С этого момента статус российских территорий в данной системе глобальных обменов определяется их способностью сформировать условий для ускоренной контрактации всех форм бизнеса на местах.

Возникают новые требования к системам управления региональным развитием. Стратегии регионального развития, разрабатываемые как на уровне регионов, так и на уровне федерального центра должны стать стратегиями позиционирования в открытых рынках, а не набором внутрирегиональных мероприятий. В программах социально-экономического развития регионов должен быть введен в качестве обязательного раздел, посвященный оценке уровня и качества пространственного развития данного региона и его положения в пределах федерального округа, страны в целом и для всех приграничных субъектов федерации — в мировом макрорегиональном контексте.

2. В современных условиях конкуренцию регионов за активы выигрывает не тот, кто производит товары, а тот, кто управляет их потоками, кто привлекает финансы, права, технологии, наиболее квалифицированные кадры. В силу чего целью регионального развития становится увеличение капитализации региона — рост стоимости активов, находящихся на его территории в руках различных форм бизнеса.

Из этого, в частности, вытекает, что практики государственного управления региональным развитием должны выбираться и применяться в логике капитализации территориальных активов — земли, рабочей силы, культурных ценностей и так далее, находящихся в ведении различных форм бизнеса.

3. Необходимо перестроить систему государственной статистики таким образом, чтобы она в качестве важнейшего параметра фиксировала совокупный экономический вес региона не только через систему валовых и стоимостных показателей работы его предприятий, но и через регистрацию существующих и складывающихся на его территории кластеров, формируемых за счет контрактации деятельности крупного, среднего и малого бизнеса.

Необходимо выработать систему управления, обеспечивающую мобильность активов, такое их перемещение и трансформацию, которые способствовали бы в конечном итоге росту их капитализации в руках регионального бизнеса. Современное государство должно пользоваться всем инструментарием «финансового управления» и механизмами регулирования — установления стандартов, общих норм, арбитража споров и так далее, позволяющих расширить возможности расширения контрактных отношений крупного, среднего и малого бизнеса.

4. В этой ситуации ставка должна быть, прежде всего, сделана на выделение в пространстве страны наиболее динамичных городов или мегаполисов, с вменением им функций национальных девелоперов по отношению ко всей остальной территории страны. Эти «регионы-города» должны составить каркас новой пространственной организации страны на ближайшие 10-15 лет, который держится на эффективные отношения контрактации регионального бизнеса.

3. Публикации по теме диссертации

Опубликовано в ведущих рецензируемых научных журналах и изданиях, определенных ВАК:

1. Коровин И.С. Региональные особенности интеграции малого бизнеса и корпораций с учетом интересов территорий // Экономические науки. 2010. №12. – 0,5 п.л.

2. Коровин И.С. Консолидация интересов малого бизнеса и отраслевых корпораций на уровне регионов // Вопросы экономики и права. 2010. №12. – 0,5 п.л.

3. Коровин И.С. Инвестиционный потенциал регионального бизнеса и отраслевых корпораций // Финансы и кредит. 2011. №5. – 0,5 п.л.

Публикации в других изданиях:

4. Коровин И.С. Механизм формирования сетевых интегрированных структур  в условиях институциональных ограничений // Социально-экономические аспекты управления регионами в посткртизисный период: Тем.сб.научн.тр. / Редкол.: Пилипенко Е.В., Терентьев В.Ф., Горин Н.И. – Курган: КФ АТиСО, 2009. – 0,5 п.л.

5. Коровин И.С. Совершенствование управления финансами на уровне муниципальных образований // Регионы России в условиях финансово-экономического кризиса: Научно-аналитический сборник / Под ред. д.э.н., профессора Тупчиенко В.А. – М.: Издательство "Тровант", 2010 – 1 п.л.

6. Коровин И.С. Государственные меры, направленные на развитие конкуренции на российском рынке. Поддержка малого и среднего бизнеса. // Регионы России в условиях финансово-экономического кризиса: Научно-аналитический сборник / Под ред. д.э.н., профессора Тупчиенко В.А. – М.: Издательство "Тровант", 2010 – 1 п.л.

7. Коровин И.С. Инструменты консолидации интересов регионального бизнеса и отраслевых корпораций в реализации инвестиционной и инновационной политики государства в условиях обострения глобальной конкуренции / Финансово-инвестиционные механизмы посткризисного развития экономики: сборник научных статей; под общей редакцией А.М. Марголина, Б.Е. Пенькова. – М.: Издательство РАГС, 2010. –  0,7 п.л.


1  См.: Шаститко А.Е. Неоинституциональная экономическая теория. М.: ТЕИС, 2008.

2 См.: Даугавет Д.И., Обыденов А.Ю., Соколова И.П., Шаститко А.Е. Контрактные отношения малого и крупного бизнеса: Проблемы антимонопольного регулирования. / В кн. Три исследования по конкурентной политике / Под ред. А.Е. Шаститко; Бюро экономического анализа. – М.: ТЕИС, 2002.

3 С математической точки зрения это означает, что предпосылка о единственности локального экстремума-максимума функции является не только достаточной, но и необходимой для того, чтобы наши вывод были справедливыми.

4 Эксперт, 30января – 5 февраля 2012, № 4 (787), С. 35, 37.

5 Если < 0, наблюдается обратный процесс – дивергенции (отдаления, расслоения).

6 См.: Лавровский Б.Л.,  Шильцин Е.А. Российские регионы: сближение или расслоение? // Экономика и математические методы.  Том 45, № 2,  2009

7 Такие стратегии уже были успешно сформированы  в  Кабардино-Балкарской Республике, Карачаево-Черкесской Республике, Республике Дагестан, Республике Ингушетия, Республике Северная Осетия–Алания, Чеченской Республике и Ставропольском крае.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.