WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

Котырло Елена Станиславовна

РАЗВИТИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ПОТЕНЦИАЛА

РОССИЙСКОГО СЕВЕРА

08.00.05 - Экономика и управление народным хозяйством

(экономика труда)

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора экономических наук

МОСКВА 2012

Диссертация выполнена на кафедре труда и социальной политики МИГСУ Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации».

Официальные оппоненты:        Колесова Риорита Пантелеймоновна, д.э.н., профессор, зав.каф. экономики труда и персонала экономического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова

Разумов Александр Александрович д.э.н., профессор, зам. директора по научной работе НИИ труда и социального страхования

Матвеев Александр Сафронович, д.э.н., профессор, Первый заместитель председателя Комитета Совета Федерации по федеративному устройству, региональной политике, местному самоуправлению и делам Севера

Ведущая организация:                Совет по изучению производительных сил

(СОПС) при Минэкономразвитии РФ и РАН

Защита диссертации состоится 4 октября 2012 г. в _____ часов на заседании диссертационного совета Д-504.001.05 при Федеральном государственном бюджетном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации» по адресу: 119606, Москва, пр. Вернадского, 84, уч. корп. 2, ауд. _____.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации».

Объявление о защите и текст автореферата размещены на официальном сайте Высшей аттестационной комиссии Министерства образования и науки Российской Федерации (www.vak.ed.gov.ru).

Автореферат разослан 3 сентября 2012 года.

Ученый секретарь диссертационного совета,

доктор экономических наук, профессор                          А.Л. Пиддэ

I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Создание условий для развития человеческого потенциала обозначено как одна из главных задач в Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 г.1 Учитывая, что большую часть России составляют северные регионы, которые в стратегических планах становятся приоритетной зоной экономического освоения, очевидна необходимость системной оценки человеческого потенциала Российского Севера, а также разработки мер по управлению его развитием.

Формирование рыночной экономики, перераспределение прав собственности, трансформация форм и методов хозяйствования, преобразующие социально-экономические отношения, привели к резкому усилению региональных и внутрирегиональных диспропорций, как, в экономическом развитии, так и условиях жизни. Институциональная структура социальной политики существенно усложнилась в свете рыночных отношений, изменений собственности. Ее полноправными субъектами, инвесторами в развитие человеческого потенциала, наравне с домохозяйствами и государством, стали корпорации, ведущие деятельность на Севере, а также местные сообщества, общественные объединения. Федеральное, региональное и муниципальное управление развитием человеческого потенциала существенно расширилось в объеме используемых инструментов.

Вот почему, развитие человеческого потенциала требует разработки специальной северной социальной политики, включающей наравне с общефедеральными методами управления особые подходы, учитывающие особенности сложившихся социально-экономических отношений на Российском Севере, определяющих ее стратегию и приоритеты. Современные стратегические вызовы времени требуют такой северной социально-экономической политики, которая бы способствовала активизации всех ее субъектов (государства, общества, бизнеса, семей, граждан) в инвестировании в развитие человеческого потенциала, обеспечивала консолидацию усилий и оптимизацию затрат с учетом выделяемых приоритетов.

До настоящего времени недостаточно исследованы современное состояние развития человеческого потенциала Российского Севера и перспективы его развития в свете стратегии социально-экономических преобразований Севера. Требуют научного переосмысления принципы формирования северной федеральной, региональной и муниципальной политики. Острую актуальность приобретают разработки, ориентированные на снижение дифференциации северных территорий по уровню доходов населения, объемам инвестиций в образование, здоровье, воспитание детей и молодежи. Социально значимым является решение проблем рационального сочетания методов государственного регулирования социального развития с методами стимулирования экономического роста северных регионов, как косвенных инструментов регулирования социальной сферы и связанных с этим условий для развития человеческого потенциала.

Интерес к развитию Севера, его Арктической зоны, постоянно растет в контексте геополитической роли и запасов природных ископаемых, в первую очередь, углеводородного сырья. В настоящее время происходит новый передел мира, затрагивающий всю его циркумполярную часть. В связи с этим ожидается разработка новых глобальных правил, на содержание которых Россия способна и должна оказать влияние, тем более что более 40% Арктического сектора – российская территория. В этих условиях при выработке международных и внутрироссийских подходов необходимо противопоставить критерию эффективности использования территории, в котором заложена, по сути, возможность введения внешнего наднационального управления, критерии сохранения национальной целостности, обеспечения социальной безопасности, развития человеческого потенциала.

Вышеизложенное обуславливает необходимость изучения процессов развития человеческого потенциала на Севере, научного обоснования совершенствования механизма управления этим развитием; определяет значимость и актуальность темы диссертации, ориентированной на решение крупной народнохозяйственной задачи интенсификации социально-экономического освоения российского Севера и создания благоприятных условий для проживания на его территориях населения с перспективами успешной реализации человеческого потенциала.

Степень разработанности проблемы. В России и за рубежом сформирован ряд важных подходов к управлению развитием человеческого потенциала на национальном и региональном уровне. Определению и уточнению категории «человеческий потенциал», подходам к его измерению посвящены работы С. Ананда, С.А. Айвазяна, А.Б. Докторовича, А.В. Кашепова, А. Сена, Ф.-П. Сакико и др. Развитие человеческого потенциала России как парадигма сохранения населения рассматривается в работах А.Г. Вишневского, Н.В. Зубаревич, Н.М. Римашевской, Л.Л. Рыбаковского и др.; с точки зрения отдачи инвестиций в образование – в исследованиях Р.И. Капелюшникова, И.В. Соболевой, Л.С. Чижовой и др.; как результат реализации социальной политики в целом – в работах Н.А. Волгина, А.В. Кашепова, Д.Я. Львова, Б.В. Ракитского и др.

Анализ взаимосвязи развития человеческого потенциала и экономического роста как в национальном, так и региональном аспекте, лежит в основе трудов Д. Асемоглу, Р.Дж. Барро, Г.С. Беккера, Р. Бенабу, Р. Лукаса, Х. Сала-и-Мартина, Т.У. Шульца и др. Анализ развития человеческого потенциала, основанный на учете трансакционных издержек, его взаимосвязи с социальным капиталом (социальным потенциалом), полнотой социального контракта, во многом определяющим процессы развития человеческого потенциала и использования человеческого капитала, рассматриваются в работах А.А. Аузана, Дж. Бьюкенена, В.Е. Дементьева, Д. Норта, А.Н. Олейника и др.

В анализе особенностей развития человеческого потенциала Российского Севера диссертант опирался на накопленный фактологический и аналитический материал, представленный в работах Г.А. Аграната, Д.Д. Богоявленского, В.А. Витязевой, А.Г. Гранберга, Т.Е. Дмитриевой, В.И. Лаженцева, А.Н. Пилясова, Л.А. Рябовой, В.И. Сморчковой, В.В. Фаузера и др.

Несмотря на плодотворную разработку отечественными и зарубежными учеными теоретических и методологических основ анализа развития человеческого потенциала на региональном уровне и богатый опыт северной социально-экономической политики, как в России, так и за рубежом, ряд проблем остается нерешенным.

Отсутствие убедительно обоснованной теории государственного управления социально-экономическим развитием Севера в условиях рынка и многосубъектности социально-экономических отношений осложняет разработку и реализацию северной социальной политики России, определяющей развитие человеческого потенциала. Недостаточно разработаны методы регулирования северных рынков труда, участия частного бизнеса в северной социальной политике, сама северная политика не имеет однозначного понимания ни в определении ее субъектов, ни в выборе методов государственного регулирования.

Эмпирические работы по северной тематике, как правило, ограничиваются сопоставлением либо северных регионов между собой, либо описанием социально-экономических условий в одном или нескольких регионах. До сих пор не проводились панельные эконометрические исследования, где северные регионы выступали бы представителями одной типической группы. Крайне мало внимания уделяется исследованию влияния институциональных рамок на развитие человеческого потенциала на Севере: изменению прав собственности, инфорсмента российского законодательства.

Необходимость формирования эффективной северной политики требует качественной и количественной оценки взаимосвязи между человеческим потенциалом и экономическим развитием Российского Севера, оценки влияния экономического роста и доходов населения на динамику населения, изменения образовательного уровня, продолжительности жизни. Необходима количественная оценка социальных последствий экономических реформ в отношении Севера, а также создание эффективных моделей, позволяющих прогнозировать развитие человеческого потенциала в северных регионах с учетом изменения социальных и экономических факторов. Для учета и эффективного использования накопленного опыта управления развитием человеческого капитала необходим детальный анализ эволюции северной социальной политики. Эти обстоятельства определили цель и задачи диссертационного исследования.

Цель и задачи исследования. Целью диссертационного исследования является научное обоснование совершенствования управления развитием человеческого потенциала Российского Севера в свете стратегических ориентиров социально-экономической политики Российской Федерации.

Для реализации указанной цели были поставлены и решены следующие задачи:

  • систематизация теоретических представлений о человеческом потенциале, уточнение используемых научных категорий, систематизация методологии оценки развития человеческого потенциала;
  • анализ теоретических и методологических подходов к исследованию процессов демографического развития и воспроизводства трудовых ресурсов на Российском Севере;
  • анализ методологии управления развитием человеческого потенциала на основе компаративного исследования опыта развития человеческого потенциала в околополюсных областях зарубежных стран;
  • исследование особенностей организационных, социально-экономических, правовых аспектов регламентации в области управления развитием человеческого потенциала в северных территориях России;
  • анализ динамики и структурных изменений процессов воспроизводства трудовых ресурсов и рабочей силы Российского Севера в период 1990-2010 гг. и обоснование их взаимосвязи с социально-экономическим развитием регионов;
  • разработка концепции управления развитием человеческого потенциала Российского Севера в современных условиях на основе северного социального контракта.

Объектом исследования является человеческий потенциал Российского Севера как важнейший фактор экономического развития и как объект северной социальной политики.

Предметом исследования являются социально-экономические отношения, определяющие развитие человеческого потенциала Российского Севера, складывающиеся в свете меняющейся институциональной среды, становления и функционирования рыночной экономики.

Методологическую основу диссертационного исследования составляют системный подход, методы анализа и синтеза, эконометрические и статистические методы анализа данных, анализ нормативно-правового обеспечения деятельности экономических субъектов, участвующих в процессах развития человеческого потенциала.

Теоретические основы диссертационного исследования составляют фундаментальные труды отечественных и зарубежных ученых в области анализа экономического роста, регионального экономического развития, инвестиций в человеческий потенциал, его измерения, развития в демографическом и миграционном аспекте, анализа российской социальной политики, а также северной социальной политики, как российской, так и зарубежной, теории контракта.

Информационная база исследования. В исследовании осуществлено сравнение характеристик северных регионов, где все территории имеют статус Крайнего Севера или приравненной к ним территории, как типической группы (16 регионов) с характеристиками «несеверных», где все территории, наоборот, не имеют такого статуса (56 регионов) в динамике с 1990 по 2010 гг. по официальным данным Росстата. В 16 северных регионах, охватываемых выборкой, в 2003 г. проживало 4,4 млн. чел., то есть не менее 40% населения Севера, что позволяет считать выборку репрезентативной. Для анализа исследуемых закономерностей на внутрирегиональном уровне используются статистические данные Территориального органа Росстата по Республике Коми. Анализ влияния социальной политики крупных корпораций на развитие человеческого потенциала основан на опубликованных социальных отчетах 20 крупнейших предприятий, действующих на Севере.

Эволюция северного социального контракта реконструирована с использованием законодательной базы и нормативных актов СССР, Российской Федерации, северных субъектов Российской Федерации. Анализ зарубежной политики развития человеческого потенциала северных территорий основан на опубликованных отчетах Арктического Совета, данных национальных статистических бюро и опубликованных отчетах департаментов здравоохранения и образования США, Канады, Швеции, Норвегии, Финляндии, Дании, их региональных подразделений.

Научная новизна исследования состоит в разработке и теоретико-методологическом и эмпирическом обосновании концепции управления развитием человеческого потенциала Российского Севера, обеспечивающей эффективность реализуемой социальной политики в условиях формирования новых социально-экономических отношений, характеризующих смену принципов патернализма принципами социального партнерства в системе государственного управления.

Основные результаты диссертационного исследования, выносимые на защиту, заключаются в следующем:

1. Уточнены и развиты используемые научные категории «человеческий капитал», «человеческий потенциал», «субъекты инвестиционного процесса», «отдача от инвестиций», «инвестиционные риски». «Человеческий потенциал», как запас знаний, способностей, навыков, здоровья характеризуется ожидаемой величиной отдачи от инвестиций. В отличие от потенциала, человеческий капитал вовлечен в процесс производства и характеризуется размером накопленных инвестиций, в том числе, вложенных до начала использования капитала, а также определенной величиной отдачи от инвестиций. Субъекты инвестиционного процесса: государство, работодатели, домохозяйства, индивиды, общественные объединения, – получают отдачу от инвестиций в виде дохода на единицу затрат. Его величина и распределение между субъектами зависит от конкретных социальных, экономических, политических и географических условий использования человеческого капитала. В рамках государства отдача от инвестиций может быть соотнесена с ВВП на душу населения. Отдача от инвестиций для работодателя – это объем произведенной продукции на одного занятого, для работника – размер заработной платы в единицу времени. Инвестиционный риск трактуется как величина потерь, которые несет инвестор при наступлении нежелательного события, измеренная в абсолютном или относительном выражении.

2. Осуществлена систематизация методологических подходов к оценке развития человеческого потенциала и процессов управления им в контексте экономической мотивации субъектов инвестирования. На ее базе обоснована модель, а также выбор показателей для эмпирического оценивания взаимосвязи между отдачей от инвестиций и инвестициями в развитие человеческого потенциала. Модель базируется на применении производственной функции в виде Кобба-Дугласа и Барро-Сала-и-Мартина и уравнения Минцера. В качестве показателя, отражающего величину инвестиций в здоровье, используется ожидаемая продолжительность жизни при рождении. Численность учащихся в начальных, средних и высших учебных заведениях на 10 тыс. населения выступает показателем инвестиций в образование.

3. Введена научная категория «северный инвестиционный риск», под которым понимается совокупное воздействие на ожидаемую величину отдачи от инвестиций в развитие человеческого потенциала факторов, связанных с проживанием и ведением экономической деятельности в экстремальных условиях Севера. Сделан вывод, что роль государства, как субъекта северной социальной политики, состоит в снижении этих рисков для различных групп инвесторов, учета северных инвестиционных рисков в управлении развитием человеческого потенциала.

4. Разработан методологический подход к формированию северной социальной политики на основе научной категории «северный социальный контракт», под которым понимается совокупность формальных и неформальных соглашений, определяющих, кто из экономических субъектов и в какой мере должен инвестировать в развитие человеческого потенциала Российского Севера. Содержание северного социального контракта определяет, как обеспечивается необходимый для инвестирования уровень доходов населения, каковы методы снижения инвестиционных рисков субъектов, позволяет судить о ценности человеческого капитала в сопоставлении с другими национальными ресурсами. Критерием полноты северного социального контракта является сближение показателей развития человеческого потенциала северных и «несеверных» территорий.

5. Доказана важность спецификации контракта, мер контроля и наличия санкций к агентам за нарушение условий в контрактном распределении обязательств между субъектами на базе анализа социально-экономической политики северных стран и российской северной политики в ее эволюции (1945-настоящее время) по критерию полноты социального контракта Неопределенность в механизме распределения контрактных обязательств существенно снижает его эффективность, ведет к росту северных инвестиционных рисков, увеличивает бремя государственных расходов на реализацию северного социального контракта, сдерживает развитие человеческого потенциала.

6. В аспекте совершенствования учетно-отчетной практики предложена новая методика оценки взаимосвязи между инвестициями в человеческий потенциал и отдачей от инвестиций в сравнении северных и «несеверных» регионов по параметрам регрессионных моделей. В рамках предложенной методики осуществлен анализ динамики и структурных изменений человеческого потенциала Российского Севера. Выявлена специфика его современного состояния, которая проявляется в том, что развитие человеческого потенциала Российского Севера в наибольшей степени зависит от уровня занятости и темпов регионального экономического роста. Важной особенностью северных регионов в сравнении с «несеверными» является более низкий инвестиционный потенциал трансфертных категорий населения: пенсионеров, учащейся молодежи, семей с малолетними детьми, инвалидов и др. Это доказывает необходимость разработки и реализации дополнительных мер социальной политики, направленных на сохранение и развитие человеческого потенциала этих категорий.

7. На основе предложенных научных категорий, методологического подхода и полученных оценок взаимосвязи развития человеческого потенциала и экономического развития региона, разработана и обоснована Концепция управления развитием человеческого потенциала Российского Севера на период до 2030 г. Концепция предполагает следование критерию полноты северного социального контракта при разработке и совершенствовании нормативных документов. Ее реализация позволит оптимизировать бюджетную нагрузку на осуществление социальной политики на Севере, привлечь дополнительные инвестиционные источники, тем самым обеспечить социальную и экономическую эффективность человеческого потенциала. Ожидаемые результаты реализации Концепции по трем сценариям: инерционному, базовому и оптимальному, – сопоставлены с прогнозными показателями Росстата. Определены основные механизмы реализации и задачи Концепции по уровням управления и по субъектам инвестирования.

Практическая значимость диссертационного исследования заключается в использовании его результатов, в частности, разработанной Концепции развития человеческого потенциала Российского Севера до 2030 г., при подготовке федеральных и региональных программ социальной политики, реализуемой на Севере, регулирования северных рынков труда. Положения, выводы, результаты эмпирического анализа и представленные в диссертации рекомендации могут быть использованы органами исполнительной власти федерального и регионального уровней, а также в законотворческом процессе, как на региональном, так и на федеральном уровне в целях достижения оптимального распределения полномочий и ответственности между уровнями государственной власти, частными организациями, общественными объединениями, а также домохозяйствами в развитии человеческого потенциала в северных регионах.

Результаты исследования могут быть использованы при разработке образовательных программ учебных заведений, ориентированных на региональные, а именно северные, аспекты управления в области экономики труда, а также для совершенствования профессиональной подготовки и переподготовки управленческих кадров, специализирующихся в области северной социально-экономической политики.

Апробация результатов. Диссертационное исследование явилось результатом многолетних исследований автора, основанных на комплексном анализе теоретических и методологических проблем управления северными рынками труда, развитием человеческого потенциала и использованием человеческого капитала на Севере. Результаты исследования были использованы:

  • в учебном процессе в Сыктывкарском государственном университете и Коми Республиканской Академии государственной службы при Главе Республики Коми (Сыктывкар); при разработке учебно-методических комплексов программ, методических указаний и учебных пособий, в частности, учебного пособия «Социально-экономическое развитие Российского и зарубежного Севера»; учебно-методического комплекса «Государственное регулирование экономики Севера России и Канады: методы и модели» (при поддержке Правительства Канады, 2002); глав учебного пособия для программы бакалавриата Арктического Университета: «Базовые экономические концепции, применяемые в управлении северными территориями» и «Северная социальная инфраструктура» (при поддержке Правительства Канады и Арктического Совета, 2007-2011);
  • в научно-исследовательской работе Сыктывкарского государственного университета: № ГР 01960011063 «Воздействие социально-экономических реформ на демографические процессы и уровень занятости трудоспособного населения», 1996-1998 гг.; № ГР 01200410139 «Информационные системы в экономике, управлении и образовании», 2004 г., а также при участии в выполнении внутривузовского гранта «Прогнозирование рынка труда в Республике Коми на период до 2010 г.»;
  • в научно-исследовательской работе отдела социально-экономических проблем Севера КНЦ УрО РАН: № ГР 01.20.0004379 «Регулирование региональных процессов воспроизводства и занятости населения», 2000-2003 гг.; № ГР 13/ф-2004 «Демографическое развитие Республики Коми (необходимость и возможности государственного регулирования)», 2002-2004; № ГР 01.20.0004379 «Регулирование региональных процессов воспроизводства и занятости населения», 2003-2004; № ГР 1-ВВ-05 «Трудовой потенциал Республики Коми: территориально-отраслевой аспект», 2004-2005; № ГР 5/ВВ-2005 «Анализ ситуации с трудовыми ресурсами, их распределением по сферам занятости и формирование прогноза дополнительной потребности организаций в кадрах в профессионально-квалификационном разрезе», 2005;
  • в научных проектах, выполнявшихся при поддержке российских и международных научных фондов: РГНФ № 00-02-00001а «Демографическая емкость территории: методика измерения (регионы Российского Севера)», РФФИ № 01-06-96028 «Управление социально-демографическими и этническими процессами в национальном регионе (на примере Республики Коми ХV-ХХ в.)»; «Анализ влияния экономического развития регионов Российского Севера на качество человеческого капитала» (финансовая поддержка Международного научного фонда экономических исследований академика Н.П. Федоренко № 2005-66, 2005) (руководитель); «Влияние государственных гарантий и компенсаций жителям Российского Севера на предложение труда» (EERC № R05-1481, 2006); «Оценка межрегиональных различий в доходах населения. Воздействие государственных компенсаций на предложение труда на Российском Севере» (EERC № 07-032, 2007);
  • при разработке Минэкономразвития Республики Коми прогнозов социально-экономического развития республики, а также в осуществлении государственного статистического исследования о составе и профессиональном обучении работников предприятий в 2003 и 2005 гг.

Кроме того, научные идеи и результаты исследования представлены автором в докладах на научных семинарах, конференциях, «круглых столах» регионального, всероссийского и международного уровня.

Публикации. Основные положения и результаты диссертационного исследования опубликованы автором в 58 научных работах общим объемом 59,1 п.л., в том числе монографии, 20 статьях в периодических изданиях, рекомендованных ВАК для публикации результатов научных исследований по экономике, получено свидетельство на разработанную информационную систему для расчета прогнозной численности специалистов и рабочих кадров в регионе.

Структура и объем работы определяется поставленной целью и задачами исследования. Работа состоит из введения, трех глав, заключения, 12 таблиц, 19 графиков, диаграмм и схем, списка использованных источников и литературы и 23 приложений.

СТРУКТУРА РАБОТЫ

Введение        

Глава 1 Теоретические основы развития человеческого потенциала и методологические подходы управления им        

1.1 Теоретические представления о человеческом потенциале и инструментарии его оценки. Методология оценки развития человеческого потенциала        

1.2 Теоретические и методологические подходы к исследованию процессов демографического развития и воспроизводства трудовых ресурсов на Российском Севере        

1.3 Компаративное исследование управления развитием человеческого потенциала в северных странах        

Выводы по первой главе        

Глава 2 Динамика и структурные изменения процессов воспроизводства трудовых ресурсов и рабочей силы Российского Севера в 1990-2010 гг.

2.1 Особенности организационных, социально-экономических, правовых аспектов регламентации в области управления развитием человеческого потенциала в северных территориях России        

2.2 Особенности развития человеческого потенциала Российского Севера в 1990-2010 гг. во взаимосвязи с инвестиционной активностью субъектов инвестирования        

2.3 Анализ взаимосвязи между социально-экономического развитием регионов и развитием человеческого потенциала на Российском Севере в период 1990-2010 гг.        

Выводы по второй главе        

Глава 3 Методология совершенствования механизмов управления развитием человеческого потенциала Российского Севера

3.1 Концепция управления развитием человеческого потенциала на Российском Севере на период до 2030 г.        

3.2 Управление развитием человеческого потенциала Российского Севера в современных условиях на основе северного социального контракта        

Выводы по третьей главе        

Заключение        

Библиография        

Приложение                

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИОННОЙ РАБОТЫ

Во введении обоснована актуальность избранной темы исследования, степень ее научной разработки; определены объект и предмет, цель и задачи исследования, методологическая и теоретическая основы, а также информационная база исследования; сформулированы научная новизна и основные результаты диссертационного исследования; представлены практическая значимость и данные об апробации результатов исследования.

Первая глава «Теоретические основы развития человеческого потенциала и методологические подходы управления им» раскрывает теоретические представления о человеческом потенциале, систематизирует знания о методологии оценки его развития и процессах, происходящих на Российском Севере. На основе компаративного исследования обобщены подходы к управлению развитием человеческого потенциала в северных странах.

Для уточнения основных научных категорий «человеческий потенциал», «человеческий капитал», «инвестиции» и «инвестиционные риски», «субъекты инвестиционного процесса», «отдача от инвестиций», на которых строится исследование, осуществлен анализ теоретических источников, представляющих эволюцию взглядов на человеческий капитал в политэкономической, неоклассической и неоинституциональной теориях.

Определению категории «человеческий потенциал», подходам к его измерению посвящены работы С. Ананда, С.А. Айвазяна, А.Б. Докторовича, Н.В. Зубаревич, А.В. Кашепова, А. Сена, Ф.-П. Сакико и др. Несмотря на большое количество работ к настоящему моменту «человеческий потенциал» не получил строгого определения как научная категория, что затрудняет применение экономического аппарата для анализа управления процессами его развития. Развитие человеческого потенциала рассматривается как цель и критерий общественного социально-экономического развития. Диссертант согласен с точкой зрения А. Сена, согласно которому развитие человеческого потенциала подразумевает развитие человеческих способностей, расширение возможностей их применения в жизни и тем самым возможностей самореализации человека2.

Для уточнения научной категории «человеческий капитал» диссертант обращается к определению капитала в работах К. Маркса, И. Фишера, П. Бурдье. Сделаны выводы о том, что его признаки, которые актуальны и для человеческого капитала – это способность накапливаться и давать доход. Термин «человеческий капитал» получивший распространение с работ Г. Беккера и Т.У. Шульца, позволил применить количественные методы оценки взаимосвязи экономических и социальных процессов, которые раньше не исследовались с помощью экономических категорий.

Сделаны выводы о неоднозначности понимания инвестиционного процесса и его объекта. С одной стороны, инвестиции должны осуществляться по большей части до момента использования человеческого капитала – это общее и профессиональное обучение, управление социализацией в процессе взросления, укрепление здоровья и т.д. С другой стороны, в момент, когда осуществляются эти инвестиции, человеческий капитал не является таковым, поскольку не приносит отдачу. Таким образом, возникает необходимость введения категории «человеческий потенциал», как запаса знаний, способностей, навыков, здоровья, способного капитализироваться при определенных условиях. Различие между человеческим капиталом и потенциалом сформулировано автором следующим образом: первый вовлечен в процесс производства, а второй может быть вовлечен. Для первого определена величина отдачи в конкретных сложившихся условиях, заданных географическими факторами, социальным, экономическим и политическим развитием, а также личными параметрами индивида. Для второго можно определить ожидаемую величину отдачи от инвестиций, которая влияет на объем инвестиций. Главными характеристиками человеческого потенциала общества являются численность населения, коэффициенты рождаемости и смертности, ожидаемая продолжительность жизни при рождении, профессионально-квалификационные характеристики населения, ожидаемая отдача от инвестиций, в частности, рост валового национального (регионального) продукта, изменение структуры производства в контексте применения наукоемких и технологичных производств. Инвестициями в человеческий потенциал помимо получения профессионального образования, воспитания и обучения детей, являются занятия спортом, услуги здравоохранения, улучшение жилищных условий и т.д.

Государство, работодатели, домохозяйства, индивиды, общественные объединения, как субъекты инвестиционного процесса получают отдачу от инвестиций, показателями которой служат ВВП и ВРП на душу населения, объем произведенной продукции на одного занятого, заработная плата в единицу времени и др. Отдача от инвестиций зависит не только от накопленного запаса знаний, умений, навыков и здоровья, но и от социальных, экономических, политических и географических условий использования человеческого капитала. Эффективность управления инвестициями в человеческий потенциал характеризуется приростом численности населения и улучшением его качественных характеристик – конкурентных преимуществ государства в мире.

Часть параметров, определяющих отдачу от инвестиций в развитие человеческого потенциала, как полученный доход инвестора на единицу затрат, носит случайный характер, образуя инвестиционные риски. В контексте использования человеческого капитала инвестиционный риск – это вероятность его неиспользования или недоиспользования. Выявлены факторы, определяющие северные инвестиционные риски:

  1. продолжительность жизни значительно сильнее зависит от ее условий. Низкая продолжительность жизни, ранний пенсионный возраст, высокая заболеваемость сокращают стимулы к инвестированию, как у домохозяйств, так и у работодателей;
  2. население, особенно в трудоспособном возрасте, отличается высокой мобильностью, что снижает инвестиции со стороны работодателей;
  3. северные рынки труда информационно менее прозрачны из-за их географической изолированности. Это повышает инвестиционный риск, связанный с принятием решений о трудовых перемещениях, ведет недоиспользованию человеческого капитала;
  4. ожидаемая отдача от инвестиций на локальных рынках труда ниже из-за их монопсоничности. Это объясняет низкую заинтересованность населения в получении дополнительного профессионального образования, особенно в сельской местности;
  5. неравные конкурентные позиции на рынке труда коренного и пришлого населения Севера. Профессиональная подготовка, необходимая для вовлечения коренного населения в современные социально-экономические отношения, требует значительно большего времени. Она включает не только саму подготовку, но и большой запас знаний и навыков, которые человек в индустриальном обществе получает исподволь в процессе развития. Без вмешательства государства различие в культурах приводит к вытеснению коренного населения с рынка труда.

На основе проведенного анализа теоретических и методологических подходов к исследованию развития человеческого потенциала Российского Севера, а также на основе компаративного анализа политики северных стран, обосновано положение о том, что роль государства состоит в снижении инвестиционных рисков для субъектов северной экономики, особенно на этапах начала освоения территории или реструктуризации экономики.

Методология оценки состояния и основных тенденций развития человеческого потенциала Российского Севера базируется на анализе экономической мотивации субъектов инвестирования согласно теориям размещения производительных сил, компенсирующих региональных различий, межрегиональной конвергенции регионального развития, диффузии инноваций, а также теории полезности, представленных работами Д. Асемоглу, Р.Дж. Барро, Г.С. Беккера, Р. Бенабу, Г.С. Блумквиста, Х. Гирша, А.Г. Гранберга, Е. Дэнисона, С.М. Дробышевского, Н.В. Зубаревич, В.Н. Лаженцева, В.Н. Лексина, Р. Лукаса, Дж. Минцера, Н.Н. Михеевой, О.С. Пчелинцева, Х. Сала-и-Мартина, А.Н. Трейвиша, Т. Хэгерстранда, А.Н. Швецова, Т.У. Шульца и др. Для проведения эконометрического моделирования и получения эмпирических оценок взаимосвязи между экономическим развитием и развитием человеческого потенциала регионов Российского Севера в сравнении с другими российскими регионами предложена модель, базирующаяся на производственной функции в модели Кобба-Дугласа и Барро-Сала-и-Мартина3 и уравнении Минцера4.

Основываясь на работах А.А. Аузана, Дж. Бьюкенена, В.Е. Дементьева, Д. Норта, А.Н. Олейника и др. диссертантом раскрыты теоретические основы социального контракта как подхода к оптимальному распределению обязательств в управлении развитием человеческого потенциала. Концептуальная схема социального контракта, предложенная Дж. Бьюкененом5 предполагает наличие конституционного и постконституционного договора. В первом определяются права свободы и права собственности индивидов, а также права государства, функцией которого является защита этих прав. Во втором устанавливаются правила, по которым государство должно действовать, занимаясь производством общественных благ. Структура социального контракта включает: а) спецификацию, т.е. четкие и детальные требования принципала к деятельности агента, исчерпывающим образом выраженные в количественных показателях; б) меры контроля над степенью соответствия между требованиями принципала к агенту и реальными действиями агента и их интенсивность; в) условия вознаграждения, которые принципал предлагает агенту для выполнения своих требований; г) наличие и характер санкций к агенту за неудовлетворительное выполнение требований принципала; д) обязательства принципала в отношении агента. Контракт охватывает права и обязанности гражданина; межгрупповые отношения и отношения внутри сообщества; роль частных предприятий и общественных объединений в создании этих прав, отношений и обязанностей; обязательства правительства перед гражданами и различными сообществами.

На основе компаративного исследования политики стран Европейского Севера, Севера Канады и США с точки зрения достижения полноты социального контракта установлено, что в европейских странах (Швеция, Норвегия, Финляндия, Дания в отношении Гренландии) на первом месте стоят задачи выравнивания доходов населения, поддержания существующего характера расселения. На Американском Севере - в Канаде, Аляске (США), – ярко выражена экономическая составляющая: создание условий для развития бизнеса, обеспечивающего занятость или эффективное использование человеческого капитала. Установлено, что методы, направленные на экономическую самостоятельность экономических субъектов, снижение их инвестиционных рисков, а также развитие производственной инфраструктуры, позволяют стимулировать увеличение рабочих мест и стабилизировать население Российского Севера.

Показано, что развитию человеческого потенциала способствует создание со стороны государства условий для развития бизнеса через полное или частичное государственное финансирование социальной и производственной инфраструктуры, предоставление субсидий работодателям на создание рабочих мест, компенсация работодателям расходов, связанных с оплатой труда. Налоговые льготы и льготные условия кредитования северных производств и инфраструктуры применяются в различной мере во всех северных странах. Выявлены отличительные особенности зарубежных региональных программ, а именно:

  1. четкость в формулировке критериев отбора территорий для реализации программ, позволяющая достичь информационной прозрачности государственной политики, дающая возможность оценить членам общества ее эффективность;
  2. относительная самостоятельность северных земель и территорий в формировании социальной политики сопровождается мониторингом центральных служб за ключевыми характеристиками человеческого капитала.

Из анализа политики в отношении коренных народов, сохранения традиционного экономического уклада, снижения конфликта между индустриальным и экономическим укладами выявлено следующее. В отношении коренных народов государство несет ответственность за общее и профессиональное образование их представителей, за обеспечение привилегий при найме на работу, за соответствие видов занятости их нуждам и предпочтениям, а также за развитие предпринимательства и трудовых отношений.

Диссертантом введена научная категория «северный социальный контракт», на основании которой предложен подход к системному исследованию и разработке концепции управления развитием человеческого потенциала на Севере. Субъектами северного социального контракта выступают государственные органы, общественные объединения, население Севера, руководители и владельцы предприятий. Северная социальная политика отражает содержание северного социального контракта, который помимо государственных мер на федеральном и региональном уровне, направленных на развития человеческого потенциала, включает в себя формальные и неформальные соглашения между субъектами северной экономики, в частности, трехсторонние соглашения, политику корпораций в отношении занятых, их семей и населения территории, где ведется хозяйственная деятельность и т.д.

Сформулирован критерий полноты северного социального контракта как создание равных условий развития человеческого потенциала на Российском Севере в сравнении с «несеверными» территориями, отражаемое в сближении характеризующих его показателей.

Во второй главе «Динамика и структурные изменения процессов воспроизводства трудовых ресурсов и рабочей силы Российского Севера в 1990-2010 ггпроанализированы особенности организационных, социально-экономических, правовых аспектов регламентации в области управления развитием человеческого потенциала в северных территориях России; особенности развития человеческого потенциала Российского Севера во взаимосвязи с инвестиционной активностью субъектов инвестирования и социально-экономического развитием регионов.

На основе анализа советского и российского законодательства выполнен анализ полноты северного социального контракта в эволюции северного законодательства, а именно, контракта советского периода (1945-1990), переходного периода (1991-2000) и периода рыночной экономики (2001-настоящее время); выявлены компоненты современного северного социального контракта, определяющие его неполноту.

Показано, что советская северная политика, во многом определила современное состояние человеческого капитала. Советский северный социальный контракт стал сильным стимулом для трудовой миграции населения в северные районы. За период его действия человеческий капитал Севера увеличился количественно более чем в 5 раз6, достигнув максимального значения к началу переходного периода. Значительно улучшилась и его качественная структура. Таким образом, советский северный социальный контракт можно рассматривать как одно из важных достижений командно-административной экономики. Недостатком советского северного социального контракта была дискриминация довольно обширной группы северян.

Показано, что шоковый характер экономических трансформаций 1990-х во многом предопределил изменение северного социального контракта, его ориентацию на краткосрочную эффективность, приоритетность мер, сглаживающих растущую социальную напряженность, в ущерб долгосрочным интересам человеческого развития. В северном социальном контракте (1993)7, в основном, были сохранены льготы советского периода, при этом без внимания остались вопросы распределения контрактных обязательств и исполнения контракта в условиях формирующейся многосубъектной рыночной экономики. Это объясняет снизившуюся экономическую и социальную эффективность северного социального контракта.

Сделан вывод о том, что современное северное законодательство отражает многосубъектность северного социального контракта. Вместе с тем, в развитии российского законодательства наблюдается тенденция к универсализации инструментов регионального развития, снижение роли северного фактора в управлении развитием человеческого потенциала.

Установлено, что отличием современного северного социального контракта от зарубежных аналогов является непрозрачность процедуры, относящей территории к северным. Два основания для получения территориальных льгот - северная дискомфортность и географическая удаленность, - смешаны в определении границ Севера. Это, во-первых, увеличивает бремя расходов на предоставление гарантий и компенсаций, то есть на реализацию северного социального контракта, во-вторых, не создает институциональных условий для снижения финансовых обязательств государства там, где условия проживания достаточно комфортные, где экономическая несамостоятельность территорий воспроизводится через механизм компенсаций населению и дотаций регионам.

Северный социальный контракт неполон в части регулирования отношений между северными коренными народами, составляющими более 200 тыс. чел., с одной стороны, и государством, пришлым населением Севера и бизнесом, с другой. В советский период была выстроена жесткая патерналистская модель. Десятилетиями представители коренных народов были лишены возможности самостоятельно решать как вести хозяйство, согласовывать с государством условия и территории для промышленного освоения и ведения традиционной деятельности, решать какое образование традиционное или «западное» передавать детям, то есть участвовать в защите собственных экономических и культурных интересов. Появившиеся возможности участия представителей северных коренных народов в формировании социального контракта пока не используются достаточно эффективно, за исключением отдельных случаев, когда сообщества получили финансовую и методологическую поддержку зарубежных сообществ в пересмотре северного социального контракта. Большинство сообществ переживает затяжной экономический спад, сопровождающийся недоиспользованием человеческого капитала, недоинвестированием в развитие человеческого потенциала, алкоголизацией населения, ростом заболеваемости и смертности.

Северный социальный контракт неполон в аспекте вовлечения бизнеса в инвестиционный процесс. Сделан вывод о том, что недифференцированный по размеру бизнеса подход к распределению полномочий и обязанностей в северном социальном контракте ведет к еще большей зависимости экономического развития региона и доходов населения от крупного бизнеса. Для малого бизнеса северный социальный контракт ­– существенное бремя, снижающее его конкурентоспособность, что подтверждается относительно низкой долей малого бизнеса в ВРП северных регионов. По сравнению с другими регионами она вдвое ниже (6% против 12% в 2003 г.8). Показано, что требования экономической эффективности бизнеса противоречат требованиям сохранения человеческого капитала в северных регионах, необходимым условием которого является компенсация более высокой стоимости жизнедеятельности, что создает мощнейший стимул для вытеснения северян с местного рынка труда. Дополнительные льготы усиливают гендерную и возрастную дискриминацию.

Сделан вывод о том, что современный северный социальный контракт не эффективен и не способствует развитию человеческого потенциала, поскольку не гарантирует получения минимального необходимого для жизни дохода, не способствует ни росту рабочих мест для северян, ни развитию социальной сферы и увеличению комфортности северных территорий.

Для эмпирической оценки процессов развития человеческого потенциала Российского Севера диссертантом проанализированы возможности применения индексов и отдельных статистических показателей, выделены группы северных и «несеверных» регионов9

, а внутри этих групп «дотационные» и «развивающиеся», в соответствии с тем, получали ли регионы дотации на выравнивание бюджетной обеспеченности по состоянию на 2005 г. В качестве характеристик развития человеческого потенциала использованы общие коэффициенты рождаемости и смертности, ожидаемая продолжительность жизни при рождении; число учащихся и выпускников начальных, средних и высших профессиональных учебных заведений на 10 тыс. населения.

Установлено, что чем выше темпы экономического роста, тем выше отдача от инвестиций в человеческий капитал, что в масштабах Севера ведет к усилению неравномерности в его использовании. Экономический расцвет регионов, экспортирующих углеводородное сырье, происходит на фоне глубокой депрессии северных территорий, не располагающих сопоставимыми по рентабельности ресурсами и производствами. Усугубляются внутрирегиональные контрасты в развитии человеческого потенциала. Отдача от инвестиций определяет инвестиционный потенциал домохозяйств в получении образования, охране здоровья, рождении и воспитании детей, приобретении услуг, повышающих комфортность жизни. Таким образом, использование человеческого капитала на Севере во многом определяет процессы его накопления.

Доказано, что развитие человеческого потенциала Российского Севера в 1990-2010 гг. отражает влияние экономической ситуации. Динамика рождаемости для всех регионов из выборки тесно коррелирует с уровнем доходов населения и темпами экономического роста региона в прошлом периоде, несмотря на межрегиональные различия в половозрастной структуре и этническом составе населения. Общие коэффициенты рождаемости достигли своего минимального значения к послекризисному 1999 г. и, несмотря на относительный рост к 2010 г., остаются ниже уровня советского периода (1990 г.). Наиболее высокие значения достигаются в группе развивающихся северных регионов с относительно молодой возрастной структурой и высокими доходами населения.

Анализ основной характеристики человеческого потенциала –квалификационного уровня занятых, – позволяет сделать вывод о том, что наиболее заметны различия между северными и «несеверными» регионами в подготовке специалистов с высшим образованием. В переходный период численность учащихся вузов и количество вузов на Севере существенно возросли, несмотря на то, что молодежь из северных регионов предпочитает учиться за их пределами. Сделан вывод о том, что в отличие от северных европейских стран, где наблюдается тенденция приближения профессиональных образовательных учреждений к местам добычи природных ресурсов за счет государственных программ, российская динамика отражает удовлетворение спроса на образовательные услуги со стороны домохозяйств, а не государства и работодателей. Больше увеличилось число вузов там, где значительнее выросли доходы населения.

Показано, что на Севере лучше, чем в среднем по России, осуществляется подготовка рабочих. Если в 1990 г. численность учащихся ПТУ на 10 тыс. населения на Севере была ниже среднероссийского показателя (121 и 138 чел.), то в 2008 г. стала выше (104 и 79 чел.). Особенно ярко позитивная динамика проявляется в ХМАО и ЯНАО, где в исследуемый период было образовано 24 и 7 новых ПТУ, соответственно. Объем подготовки рабочих и специалистов со средним специальным образованием так же стал выше и приблизился к среднероссийскому показателю (150 и 149 чел. на 10 тыс. населения).

Из анализа взаимосвязи трудовых доходов населения и развития человеческого потенциала сделан вывод о том, что регионы с наиболее высоким средним уровнем заработной платы характеризуются лучшими показателями накопления человеческого капитала, ростом рождаемости, продолжительности жизни, образовательного уровня населения. В то же время, положение трансфертных категорий, в том числе пенсионеров-северян, значительно хуже, чем в «несеверных» регионах. Средний размер северных пенсий во многих регионах ниже регионального прожиточного минимума. Покупательная способность пенсий продолжает снижаться как в группе дотационных, так и в группе развивающихся регионов. Даже если ориентироваться на развитие социального партнерства, остается многочисленная группа северян, основным источником доходов которых являются трансфертные платежи. Это доказывает необходимость специальных мер социальной защиты неработающих северян.

Эконометрическими методами осуществлена оценка взаимосвязи экономического развития и человеческого потенциала регионов Российского Севера (табл.1, табл. 2). Сделан вывод о том, что несмотря на сложность периода экономических преобразований в России, анализируемого в модели, обесценение труда, сложности статистического учета затрачиваемых ресурсов в новых условиях хозяйствования, – наблюдается положительное воздействие качества человеческого капитала на ВРП. В свою очередь, увеличение рабочих мест и трудовых доходов населения, сопровождающие экономический рост, стимулируют развитие человеческого потенциала: рост рождаемости, продолжительности жизни, образовательного уровня населения. По эластичности этих показателей к экономическому росту сделаны выводы о приоритетности мер государственной политики в развитии человеческого потенциала Российского Севера.

Особенности отдачи на человеческий капитал на Севере проявляются в том, что оценки параметров, отражающих зависимость роста объемов выпуска специалистов и рабочих со средним специальным образованием от экономического развития, отрицательны и статистически значимы, тогда как по выборке в целом зависимость имеет обратный характер (табл. 1). Это доказывает, что на Севере наблюдается несоответствие темпов выпуска рабочих и специалистов со средним профессиональным образованием темпам экономического развития. Молодежь выбирает эту ступень в тех регионах, где доходы домохозяйств недостаточны для инвестирования в высшее образование, и где период обучения служит

Таблица 1 Параметры моделей, отражающих зависимость экономического развития от качества человеческого капитала1

Показатели \ Влияющие на них факторы

ВРПi на душу населения2

Объем производства малых предприятийi

1

2

3

Объем выборки, всего 65/9 регионов

518/713 наблюдение

259/35 наблюдений

Вид лучшей модели

RE4

FE

Период

1994-2002

1998-2002

Показатель в предыдущий периодii

0,014

(0,019)

-0,984****

(0,054)

-0,008

(0,023)

-0,889****

(0,134)

Доля экспорта в ВРП

-15,541****

(3,498)

58,982**

(20,154)

Среднегодовая численность занятых в экономикеi

2,913****

(0,321)

-2,198****

(0,460)

2,156****

(0,604)

-1,171

(2,158)

Численность выпускников высших учебных заведений на 10 тыс. населенияiii

0,060*

(0,031)

0,078**

(0,038)

0,035

(0,065)

0,059

(0,103)

Численность выпускников средних специальных учебных заведений на 10 тыс. населенияiii

0,123***

(0,039)

0,017

(0,044)

-0,104**

(0,057)

-0,021

(0,087)

Численность выпускников начальных профессиональных учебных заведений на 10 тыс. населенияiii

0,015

(0,021)

0,011

(0,027)

0,042

(0,043)

0,105

(0,092)

Константа

-0,196

(0,174)

4,956****

(0,164)

0,142

(0,216)

3,906****

(0,486)


1

2

3

I

within R2

0,665

0,665

between R2

0,030

0,030

overall R2

0,010

0,010

II

logML

0,790

within R2

0,012

0,790

between R2

0,162

0,012

overall R2

0,179

0,162

1 Звездочками отмечена значимость коэффициентов: * - не менее 0,1; ** - не менее 0,05; *** - не менее 0,005; **** - не менее 0,0005. Под оценками параметров в скобках приведены стандартные отклонения. В столбцах приведены значения по моделям, в последних трех строках выделены коэффициенты детерминации, применяемые к данной модели.

2 iЛог-прирост; iiЛог-переменная; iii Прирост.

3 Первое значение соответствует оценке по всему объему выборки, второе - по подвыборке по северным регионам.

4 OLS – оценки регрессии методом наименьших квадратов; FE – оценки регрессии по панельным данным с фиксированными эффектами для каждого региона; RE – оценки регрессии по панельным данным со случайными эффектами; BE – оценки регрессии по средним значениям за период для каждого региона.

5 I - Оценка качества модели для выборки в целом; II - Оценка качества модели для северных регионов

замещением попаданию в безработицу при недостатке спроса на рабочую силу.

Экономический рост оказывает положительное влияние на процессы развития человеческого потенциала благодаря его более эффективному вовлечению в экономическую деятельность, повышению инвестиционных возможностей домохозяйств. При росте занятости на 1% среднемесячная реальная заработная плата увеличивается на 1,67% как на Севере, так и в других регионах (табл. 2, ст. 2). Установлено, что рост уровня занятости ведет к росту продолжительности жизни, причем значима эта взаимосвязь только в северных регионах: коэффициент эластичности 0,18 (табл. 2, ст. 4). К увеличению продолжительности жизни на 0,24% приводит рост уровня среднемесячной начисленной заработной платы на 1% на Севере.

Таблица 2 Параметры моделей, описывающих зависимость развития человеческого потенциала от экономического развития и государственного регулирования

Показатели \ Влияющие на них факторы1

Уровень среднемесячной начисленной заработной платы (в РПМ)i

Нормированный коэффициентов рождаемостиi

Продолжительность жизниi

Численность выпускников начальных профессиональных учебных заведений на 10 тыс. населенияiii

Численность выпускников средних специальных учебных заведений на 10 тыс. населенияiii

Численность выпускников высших учебных заведений на 10 тыс. населенияiii

1

2

3

4

5

6

7

Объем выборки, всего 65/9 регионов

330 наблюдений

393 наблюдения

550 наблюдений

519 наблюдений

521 наблюдение

644 наблюдения

Вид лучшей модели

RE

OLS

BE

BE

BE

BE

Период

1998-2002

1997-2002

1994-2002

1994-2002

1994-2002

1992-2002

Экономический ростi

0,498****

(0,062)

-0,090

(0,071)

-0,047

(0,076)

-0,027

(0,082)

-0,006

(0,042)

0,013

(0,045)

Контрольные переменные

1999 год

Стоимость основных фондов отраслей экономики

-0,051****

(0,009)

-0,017**

(0,028)

-0,701****

(0,106)

0,103*

(0,059)


1

2

3

4

5

6

7

Объем производства предприятиями малого бизнесаi

-0,054

(0,027)

0,097**

(0,036)

Уровень безработицыi

-0,158****

(0,042)

-0,014

(0,011)

-0,055

(0,058)

0,072

(0,063)

0,183

(0,118)

0,034

(0,021)

-0,410***

(0,119)

-0,296**

(0,127)

Среднегодовая численность занятых в экономикеi

1,667****

(0,281)

0,042

(0,078)

0,005

(0,045)

0,236

(0,209)

-0,657***

(0,227)

-1,700**

(0,709)

0,290**

(0,106)

0,177**

(0,072)

-1,395**

(0,587)

1,501**

(0,712)

2,610*

(1,373)

Реальная зарплатаi

0,079****

(0,015)

-0,044

(0,034)

-0,185

(0,144)

-0,153

(0,156)

0,029

(0,034)

0,244****

(0,055)

-0,052

(0,425)

1,065**

(0,463)

Объем консолидированных расходов субъекта РФi

0,024**

(0,010)

Константа

-0,101****

(0,020)

0,007

(0,003)

0,001

(0,006)

0,040*

(0,024)

0,522****

(0,062)

R2

within R2

0,525

0,038

0,061

0,000

0,015

between R2

0,050

0,561

0,537

0,429

0,449

overall R2

0,499

0,385

0,041

0,080

0,003

0,016

? Обозначения используются так же как и в таблице 1. Использованы значения объясняющих переменных для предыдущего периода.

Доказано, что рост занятости на 1% ведет к увеличению числа учащихся ссузов на 0,85% в северных регионах, тогда как в «несеверных» регионах, наоборот, происходит снижение учащихся на 0,66% (табл. 2, ст. 6). Чем больше уровень безработицы, тем ниже численность учащихся ссузов на Севере на 10 тыс. населения. Рост заработной платы на 1% ведет к росту численности учащихся ссузов на Севере на 1,07%. Влияние ВРП на инвестиции в образование не выявлено. Если рост занятых в «несеверных» регионах ведет к снижению численности учащихся (на 10 тыс. населения) (коэффициент эластичности -1,70), то на Севере происходит их рост (0,9).

В третьей главе «Методология совершенствования механизмов управления развитием человеческого потенциала Российского Севера» представлена Концепция управления развитием человеческого потенциала на Российском Севере на период до 2030 г., раскрыты принципы управления развитием человеческого потенциала Российского Севера в современных условиях на основе северного социального контракта. Причины разработки нового механизма управления инвестициями в человеческий потенциал Российского Севера:

  • перенос инвестиционных обязательств на уровень регионов;
  • перераспределение инвестиционного бремени между субъектами в трансформирующихся социально-экономических отношениях;
  • усиление ответственности домохозяйств в связи с коммерциализацией услуг социальной сферы;
  • формальное сохранение механизма предоставления бесплатных услуг при его недостаточной спецификации;
  • появление большого числа агентов инвестиционного процесса;
  • возросшая неопределенность в установлении государственных объемов и структуры инвестиций в развитие человеческого потенциала;
  • увеличившийся разрыв между формальными государственными гарантиями (Конституция РФ и др. законодательные акты) и реальным их содержанием;
  • возросшая сложность в осуществлении мониторинга разросшейся агентской сети, предоставляющей услуги социальной сферы.

Концепция основана на подчинении политики управления человеческим потенциалом важнейшим направлениям социально-экономического развития Севера, учете факторов, сдерживающих его развитие, и инвестиционных рисков. Реализация Концепции будет способствовать снижению северных инвестиционных рисков. Представлены ожидаемые результаты реализации Концепции по инерционному, базовому и оптимальному сценариям. Ключевые показатели сопоставлены с прогнозными показателями Росстата до 2030 г. В соответствии с полученными эконометрическими оценками существенный потенциал повышения доходов населения заложен в росте уровня занятых в экономике, который позволяет достичь планируемого Концепцией долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 г. удвоения реальной заработной платы к 2020 г., а при сохранении тех же темпов достижения четырехкратного размера к 2030 г. Для этого темпы прироста среднегодовой численности занятых должны быть не менее 4% в среднем по регионам Российского Севера. Они обеспечивают увеличение ожидаемой продолжительности жизни в среднем на 3 года к 2020 г. и на 8 лет к 2030 г. Ожидаемый прирост рождаемости составит до 7% к 2020 г., до 14% к 2030. Это означает, что общие коэффициенты рождаемости в среднем по регионам Севера составят 14,7‰ и 15,6‰, к 2020 и 2030 г. соответственно, что существенно выше верхней границы прогнозируемых среднероссийских показателей (11,3‰ и 9,6‰).

Сформулированы основные направления политики управления развитием человеческого потенциала как северного социального контракта. Содержание северного социального контракта определяет социальную политику в сферах здравоохранения, образования, миграционной и жилищной политике, регулировании северных рынков труда. Для достижения социальной и экономической эффективности северного социального контракта контроль над его исполнением должен осуществляться не только по промежуточным, но и по конечным показателям, то есть не только по объему расходуемых средств, но и по показателям роста продолжительности жизни, уровня образования населения, снижения уровня преступности и т.д. Необходимо обеспечить контроль над исполнением северного социального контракта не только со стороны государства, но и со стороны общества. Для этого обязательства государства в предоставлении услуг социальной сферы должны быть специфицированы, что подразумевает определение минимальных стандартов социальных услуг в национальном контракте и определение перечня дополнительно гарантируемых на Севере услуг. В контракте должны быть формализованы процедуры определения размеров и сроков межбюджетного финансирования, необходимого для исполнения государственных обязательств в социальной сфере, а также определение ответственности за нарушение этих процедур. Необходим всесторонний анализ и общественное обсуждение исполнимости северного социального контракта в случае его пересмотра с целью переноса ответственности на региональный, муниципальный (территориальный) и внутрифирменный уровень. Условием эффективности северного социального контракта является развитие конкурентной среды между агентами - исполнителями северного социального контракта.

Для сохранения многоукладности на Севере, обеспечения институциональных возможностей выбора пути развития и смены экономического уклада, северный социальный контракт должен содержать дополнительные условия: сохранение культуры и традиционных видов экономической деятельности коренного населения, протекционистские меры на локальных рынках труда.

Важным условием исполнения северного социального контракта является использование накопленного научного потенциала северных регионов. Поэтому должны быть принципиально продуманы ключевые наукоемкие решения, инфраструктурное обеспечение северных науко- и техноцентров, инвестиционная политика, учитывающая северность.

Содержание северного социального контракта с точки зрения управления миграцией на Севере должно отражать три аспекта: 1) переселение работников и их семей по достижении ими пенсионного возраста; 2) переселение работников и их семей в связи с консервацией месторождения; 3) протекционистские меры в отношении занятости местного населения.

Региональная политика развития человеческого потенциала как элемент северного социального контракта должна строиться на партнерских отношениях с частными компаниями, заинтересованными в ведении бизнеса на Севере, в софинансировании социальных расходов на различных уровнях государственного и муниципального управления, в формировании ответственного отношения северян и привлекаемой рабочей силы к своему здоровью, образовательному и профессионально-квалификационному уровню. Уровень доходов населения, занятость, качество пенсионного обеспечения, масштабы помощи группам северян с низкими доходами, - все это определяется взаимодействием субъектов северной социальной политики: федерального центра, региональных органов, муниципальной власти, предприятий, общественных объединений северян.

Функции общественных объединений как представителей различных групп северян, состоят в формировании и пересмотре северного контракта, формировании социального капитала северных сообществ, развитии ответственности северян за свою судьбу.

Корпоративная социальная политика северных предприятий является важным компонентом северного социального контракта, обеспечивающим развитие человеческого потенциала не только работников предприятий, но и территорий, где ведется производственная деятельность. Необходимо использовать ее потенциал в распределении обязательств в исполнении северного социального контракта. В формировании северного социального контракта необходимо исходить из того, что социальные обязательства, возлагаемые на корпорации, это не просто требования государства, а элемент взаимных уступок власти и бизнеса. Взамен на инвестиции в человеческий потенциал бизнес должен получать налоговые льготы, субсидии, льготное кредитование, права на разработку месторождений. Формирование северного социального контракта на основе социального партнерства позволит достичь поставленных социальных целей, не вступая в противоречие с экономическими задачами, обеспечить максимальное вовлечение частного капитала в инвестиции в развитие человеческого потенциала и одновременно создать условия для развития предпринимательства в территориях, характеризующихся северными инвестиционными рисками.

В заключение проведенного в диссертации исследования автор делает следующие выводы и рекомендации.

Развитие человеческого потенциала является главной ценностью экономического развития. На базе эконометрического моделирования с использованием панельных данных в диссертационном исследовании доказано, что в значительной степени оно определяется уровнем занятости, темпами регионального экономического роста. На развитие человеческого потенциала Российского Севера влияют северные инвестиционные риски, определяющие инвестиционные решения экономических субъектов. Закономерно главным фактором в развитии человеческого потенциала Российского Севера становится эффективное использование человеческого капитала, повышающее ожидаемые нормы отдачи от инвестиций в образование, охрану здоровья, рождение и воспитание детей и т.д.

В исследовании разработана Концепция управления развитием человеческого потенциала Российского Севера до 2030 г. Методологически концепция опирается на теорию контрактов, в частности, на введенную научную категорию «северный социальный контракт», определяющий характер распределения прав и ответственности государственных органов, общественных объединений, населения Севера, руководителей и владельцев предприятий в управлении развитием человеческого потенциала Российского Севера. Контракт складывается в результате согласования и координации инвестиционных решений субъектов, формируется в условиях существующего институционального обеспечения. Равноправный учет интересов субъектов позволяет рассматривать контракт, как гибкий инструмент, когда достигаемые соглашения отражают особенности локальных рынков труда, условий проживания, этнических культурных традиций, характер производственной деятельности на конкретной территории. Северный социальный контракт обеспечивает трансформацию социально-экономических отношений, развитие институциональной среды в соответствии с критерием создания равных условий развития человеческого потенциала Российского Севера в сравнении с «несеверными» территориями, отражаемое в сближении показателей, его характеризующих.

Концепция позволит достичь как социальной, так и экономической эффективности управления развитием человеческого потенциала в условиях формирования новых социально-экономических отношений, перехода от политики государственного патернализма к социальному партнерству.

СПИСОК ОПУБЛИКОВАННЫХ РАБОТ

Основные положения диссертации, опубликованные в журналах, входящих в перечень ВАК Минобрнауки России:

  1. Котырло Е.С. Влияние макроэкономического кризиса на смертность и рождаемость (Сравнительный анализ северных и несеверных регионов России).  Аудит и финансовый анализ, №6, 2009. С.405-408 (0,6 п.л.).
  2. Котырло Е.С. Влияние человеческого капитала на экономический рост в регионах Российского Севера. Проблемы современной экономики, № 4, 2008. С.347-350 (0,4 п.л).
  3. Котырло Е.С. Инвестиционная привлекательность Севера – условие развития человеческого капитала – [Эл. ресурс] – Режим доступа: http://koet.syktsu.ru/vestnik/2006/2006-4/7.htm – Вестник НИЦ корпоративного права, управления и венчурного инвестирования СыкГУ.  2007.  С.80-90  (в соавт. с Витязевой В.А.), авторский вклад 0,8 п.л.).
  4. Котырло Е.С. Институциональные подходы к формированию политики человеческого развития на российском Севере.  Экономические науки, №7, 2008.  С.160-164 (0,4 п.л.).
  5. Котырло Е.С. Концепция управления развитием человеческого потенциала Российского Севера: сценарии реализации.  Человек и труд,  №2,  2012.  С.62-62 (0,4 п.л.).
  6. Котырло Е.С. Корпоративная социальная политика и человеческий капитал северных регионов.  Российское предпринимательство,  №10, 2009.  С. 160-164 (0,5 п.л.).
  7. Котырло Е.С. О Концепции управления развитием человеческого потенциала Российского Севера.  Человек и труд, №10, 2011. С. 48-50 (0,4 п.л.).
  8. Котырло Е.С. Прогнозирование спроса на рабочую силу на уровне региона.  Человек и труд, №4,  2008.  С.26-29 (0,4 п.л.).
  9. Котырло Е.С. Региональные особенности регулирования рынка труда с позиции маркетинга.  Управление персоналом, №12, 2000. С.26-32 (0,5 п.л.).
  10. Котырло Е.С. Роль федеральной власти в формировании условий накопления человеческого капитала на севере.  Вестник Университета (Государственный университет управления),  №3,  2009.  С.356-362 (1,24 п.л.).
  11. Котырло Е.С. Российский Север: в каком образовании нуждаются представители коренных этносов. Человек и труд,  № 11,  2008.  С.21-24 (0,4 п.л.).
  12. Котырло Е.С. Российский Север: инвестиции в человеческий капитал.  Аудит и финансовый анализ, №3, 2009.  С. 247-255 (1,1 п.л.).
  13. Котырло Е.С. Социальный капитал как условие для развития человеческого. Северные регионы. Знание. Понимание. Умение.,  №1,  2010.  С. 75-81  (0,5 п.л.).
  14. Котырло Е.С. Социальный контракт на Севере. ЭКО,  №4,  2012.  С.181-189 (0,5 п.л.).
  15. Котырло Е.С. Формирование северного социального контракта.  Социальная политика и социальное партнерство, №8, 2009.  С.35-39 (0,5 п.л.).
  16. Котырло Е.С. Человеческий капитал и экономический рост: анализ взаимосвязи для регионов российского севера.  Экономическая наука в современной России, №3 (39),  2008. С.38-52 (1 п.л.).
  17. Котырло Е.С. Человеческий капитал северных регионов.  ЭКО, №11, 2008.  С. 68-79 (0,8 п.л.).
  18. Котырло Е.С. Человеческий потенциал и человеческий капитал как научные категории.  Аудит и финансовый анализ,  №6,  2011.  C.376-381 (1 п.л.).
  19. Котырло Е.С. Экономический рост и социальное неравенство территорий (на примере Республики Коми). ЭКО,  №2, 2007.  С.84-93 (1,1 п.л.).
  20. Котырло Е.С. Эффективность северного социального контракта.  Труд и социальные отношения, №6,  2007.  С.22-32 (0,7 п.л.).

Монография

  1. Котырло Е.С. Человеческий капитал и экономическое развитие Российского Севера: Моногр.  М.: Современная экономика и право, 2009.  364 с. (22,8 п.л.).

Другие публикации

  1. Котырло Е.С. Анализ влияния экономического развития регионов российского севера на качество человеческого капитала. Сб. материалов Конференции лауреатов и стипендиатов Международного научного фонда экономических исследований академика Н.П. Федоренко. М.: ЦЭМИ РАН.  2006.  С.95-101 (0,4 п.л.).
  2. Котырло Е.С. Информативность статистических показателей в исследовании влияния рыночных преобразований на занятость населения. Сб. материалов конференции Социально-экономические и демографические исследования в Республике Коми. Сыктывкар.  2004.  С.187-194  (в соавт. с Истоминой Е.В. и Фаузером В.В., авторский вклад 0,3 п.л.).
  3. Котырло Е.С. Концепция развития инфраструктуры рынка труда в регионе на основе использования информационных технологий. Вестник Сыктывкарского университета,  № 2, 1997. С. 32-38  (в соавт. с Жиделевой В.В., авторский вклад 0,4 п.л.).
  4. Котырло Е.С. Маркетинг рынка труда – условие реализации принципа эффективной занятости. Сб. материалов научно-аналитической конференции «Человек на Севере: условия и качество жизни». Сыктывкар.  1998.  С.131-133 (0,5 п.л.).
  5. Котырло Е.С. Методы прогнозирования дополнительной потребности региона в рабочих кадрах и специалистах. Вестник Сыктывкарского университета, №6,  2006.  С.183-192 (0,6 п.л.).
  6. Котырло Е.С. Развитие инфраструктуры рынка труда – фактор оптимизации региональной социально-экономической политики. Сб. материалов конференции Северные регионы России: социально-экономические, демографические и этнические процессы. Сыктывкар.  2000.  С.156-162 (0,5 п.л.).
  7. Котырло Е.С. Социальная политика северных корпораций и рынок труда.  Отечественные записки, №3 (36), 2007. С.169-178  (1 п.л.).
  8. Котырло Е.С. Социальное взаимодействие на рынке труда Республики Коми. Сб. материалов конференции Опыт социального партнерства в Республике Коми, г. Сыктывкар.  2002.  С.191-198 (0,5 п.л.).
  9. Котырло Е.С. Социально-экономические аспекты современной миграции / Сб. материалов конференции Межнациональные отношения как фактор стабильности в многонациональном регионе. г. Сыктывкар.  2003.  С.61-67  (0,5 п.л.).
  10. Котырло Е.С. Социально-экономическое развитие Российского и зарубежного Севера.  Уч. пособие (с грифом УМО «Рекомендовано»). Сыктывкар: изд. СыктГУ.  2007.  292 с. (в соавт. с Витязевой В.А., авторский вклад 14,4 п.л.).
  11. Котырло Е.С. Эффективен ли социальный контракт в регионах российского Севера? Сб. материалов VIII Международной научной конференции Модернизация экономики и общественное развитие: кн. 1. М.: Изд. дом ГУ ВШЭ.  2007.  С. 597-608 (0,8 п.л.).
  12. Kotyrlo E.S. Human Development and Regional Economic Growth in the Russian North. The Bordless North. Northern Research Forum. Printed in Ouluprint Oy. Oulu.  2008.  Pp. 21-25 (0,5 п.л.).
  13. Kotyrlo E.S. Incomes and Human Development in Comparative Analysis of the Russian North with Other Regions. The Bordless North. Northern Research Forum. Printed in Ouluprint Oy. Oulu.  2008.  Pp. 219-224 (0,5 п.л.).

1 Утверждена распоряжением Правительства Российской Федерации от 17 ноября 2008 г. № 1662-р

2 Sen, A. Development as Capabilities Expansion // Journal of Development Planning – 19. – 1989. – p. 42.

3 Solow R.M. A Contribution to the Theory of Economic Growth // Quarterly Journal of Economics. – 1956. – Vol. 70. N1. – pp. 65-94; Barro R.J., Sala-I-Martin X. Convergence // Journal of Political Economy. – 1992. – Vol. 100. No. 2 – pp. 223-251.

4 Mincer J. Schooling, Experience and Earnings. Human Behavior & Social Institutions No. 2 - New York: Columbia University Press for the National Bureau of Economic Research. – 1974. – pp. 3-60.

5 Buchanan J.M. The Constitution of Economic Policy // The American Economic Review. – Vol. 77. N.3 – pp. 243-250.

6 в 2,15 раза за сталинский период освоения (по данным переписи 1939 и 1959 гг.) и в 2,3 раза с 1959 г. по 1989 г. (рассчитано по данным, приведенным в Bogoyavlenskiy D., Siggner A., Arctic Demography - Arctic Human Development Report. – 2004. – pp. 27-41.).

7 О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях - Закон РФ от 19.02.1993 N 4520-1.

8 Рассчитано по данным Росстата.

9 Российский Север определяется в диссертационном исследовании, как территории, подпадающие под действие Закона «О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях» (1993, ред. 2004, N 4520-1), но в качестве базы исследования выбраны субъекты РФ, где все территории имеют статус Крайнего Севера или приравненной к ним территории.

 



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.