WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

  На правах рукописи

Терентьева  Зайтуна  Хамитовна

ПАРАЗИТОФАУНА И ФОРМИРОВАНИЕ ПАРАЗИТОЦЕНОЗОВ У ОВЕЦ И КОЗ В УСЛОВИЯХ ЮЖНОГО УРАЛА

03.02.11 паразитология

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора биологических наук

Москва 2012

Работа выполнена в ФГБОУ ВПО «Оренбургский государственный аграрный университет» на кафедре ветеринарно-санитарной экспертизы и заразных болезней

Научный консультант:        доктор медицинских наук, профессор

       Мефодьев Владимир Васильевич

Официальные оппоненты: доктор ветеринарных наук, профессор

                                       Никитин Василий Филиппович

                                       Всероссийский НИИ гельминтологии им.

К.И. Скрябина, зав. лаборатории биологии и

биологических основ профилактики

доктор биологических наук, профессор

Биттиров Анатолий Мурашевич

Кабардино-Балкарская государственная        сельскохозяйственная академия им. В.М. Кокова,

зав. кафедрой микробиологии, гигиены и санитарии

доктор биологических наук, профессор

Новак Михаил Дмитриевич

Рязанский государственный аграрно-

технологический университет зав. кафедрой

эпизоотологии, микробиологии и паразитологии

               Ведущая организация: ФГОУ ВПО «Казанская государственная академия

                                                       ветеринарной медицины им. Н.Э. Баумана»

               Защита диссертации состоится «10» октября 2012 г. в 11:00 часов на заседании совета по защите диссертаций на соискание учёной степени кандидата наук, на соискание учёной степени доктора наук Д 006.011.01, созданного на базе ГНУ «Всероссийский научно-исследовательский институт гельминтологии имени К.И. Скрябина (ВИГИС)» Россельхозакадемии.

               С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ВИГИС

               (адрес: 117218, Москва, ул. Большая Черемушкинская, 28).

               Автореферат разослан «____» ______________ 2012 г.

Учёный секретарь совета по защите диссертаций

на соискание учёной степени кандидата наук,

на соискание учёной степени доктора наук,

профессор Бережко Вера Кузьминична

ВВЕДЕНИЕ

       

Актуальность темы. Овцеводство и козоводство – важнейшие отрасли животноводства, продукция которых широко используется в народном хозяйстве. В Российской Федерации за последние 10 – 15 лет в связи с изменением экономической системы резко сократилось поголовье мелкого рогатого скота.

Оренбуржье – традиционный центр и регион разведения овец и коз. В настоящее время рост поголовья мелкого рогатого скота отмечается не только на Южном Урале, но и за его пределами – в Дагестане, Волгоградской области, Ставропольском крае и других регионах (Ю.А. Колосов, А.И. Баранников, 2001; Л.С. Ермолова, 2002; Т.С. Преображенская 2002; Е.Б. Алексеев, 2002; Ю.Ф. Петров, 2007), а также за рубежом (S. Stampa, H.J. Terblanche 1999; J. Berger, 2000).

Южный Урал обладает большими потенциальными возможностями для развития овцеводства и козоводства. Эти отрасли животноводства в степных и гористых районах сложились давно и являются традиционными. Для оптимального ведения животноводства необходимо не только обеспечить животных качественными кормами, хорошим их содержанием, но и осуществлять мероприятия по профилактике инфекционных и инвазионных заболеваний. Среди патологий мелкого рогатого скота инвазии занимают видное место, о чем свидетельствуют и последние сообщения (И.Н. Резяпкин, 2001; Г.М. Лазарев, С.Д. Дурдусов, П.Б. Очиров, И.А. Пономарев, 2006; В.Ф. Никитин 2007; О.Н. Панина, 2008; R.Thompson, 1989; Kamhavi, 1995; E. Etter, H. Host, Wallide, 2000).

Успехи в борьбе с инвазионными заболеваниями во многом зависят от своевременной и качественной диагностики, а также применения высокоэффективных современных лекарственных препаратов, одновременно действующих  против разных групп паразитов (И.А, Архипов, 1998, 2004, 2007; В.И. Колесников, 2005) и др.

При изучении отдельных видов эндопаразитов в организме овец и коз рядом авторов изучена фауна и распространение их у разных пород, сезонная и возрастная динамика в различных зонах России и Ближнего Зарубежья, а также установлены клинические, физиологические и гормональные изменения у животных при заболеваниях (М.Н. Радионов, М.С. Смирнова, 1970; Г.С. Пулатов, 1984; П.Н. Нейман, 1978; В.П. Кротенков, 2001; А.В. Успенский, 2002; И.А. Архипов, 2004, 2005; Ю.Ф. Петров, 2005). Однако последние исследования фауны мелких жвачных животных по отдельным видам и систематическим группам паразитов в условиях Оренбуржья датируются 60 – 70-ми годами прошлого века (М.Н. Смирнова, А.Ф. Коркин, Г.В. Кудашев, И.И. Кленин, 1970) и были сосредоточены на изучении моноинвазий. Исследователями были рекомендованы лечебные и профилактические мероприятия по борьбе с отдельными инвазиями.

Одним из актуальных вопросов биоценологии является изучение сообществ паразитов в организме животных. В связи с этим приобрело большое значение изучение в организме видового состава и вариантов их  паразитоценозов в разных органах и тканях, а также влияние их на организм хозяина.

Большинство ассоциативных болезней встречается часто и вызывают тяжелое течение в сравнении с моноинвазиями (В.Ф. Никитин, Павласек, 1983, 1990; В.Ф. Никитин, 1995; Ю.Ф. Петров, 1997, 2002). Результаты изучения состава сочленов паразитоценозов могут быть использованы для новых подходов к расшифровке современных методов диагностики, патогенеза, прогнозирования специфической профилактики и лечения животных при ассоциативных болезнях животных.

Формирование и функционирование паразитоценозов в организме животных представляет сложный комплекс взаимовлияний и взаимодействий трех составляющих: паразита, хозяина и внешней среды. Ассоциативные болезни представляют серьезную научную и практическую проблему в животноводстве.

В этой связи возникла необходимость в изучении современной ситуации по инвазионным болезням мелкого рогатого скота в условиях Южного Урала и разработке научно обоснованной системы мер борьбы с ними, в том числе и с протекающими в форме смешанных инвазий.

Цель исследований - изучение фауны паразитов коз и овец на Южном Урале, определение закономерностей возникновения паразитоценозов и разработка научно обоснованной комплексной системы лечебно-профилактических мероприятий при инвазиях овец и коз.

Для реализации указанной цели были поставлены следующие задачи.

  1. Изучить видовой состав и структуру эндопаразитоценозов у овец и коз в разных климато-географических зонах Южного Урала.
  2. Выявить роль факторов, влияющих на паразитофауну животных в зависимости от пола, возраста, зональных, природных и хозяйственных особенностей региона.
  3. Изучить сезонную и возрастную динамику зараженности распространенных инвазий овец и коз в разных зонах и определить динамику яйцепродукции паразитов.
  4. Выявить паразитоценозы и установить их видовой состав у овец и коз.
  5. Оценить лечебно-профилактические свойства лекарственных препаратов при паразитоценозах мелкого рогатого скота и разработать оптимальные схемы терапии.

Научная новизна.

  1. Впервые в современных условиях содержания овец и коз на Южном Урале изучена фауна их паразитов в сравнительном аспекте.

2. У коз оренбургской породы впервые установлен видовой состав возбудителей эймериоза в числе девяти видов, а также определен видовой состав шести видов эндопаразитов – Capillaria ovis, Eimeria galouzoi, Trichocephalus skryabini, T. ovis, Skryabinema ovis и S. сaprae.

3. Установлена сезонная динамика яйцепродукции основных видов паразитов у коз и выделения ооцист эймерий у животных разных половозрастных групп.

4. На основе результатов клинических, копрологических, гематологических, биохимических исследований изучено и дифференцировано влияние моно- и полиинвазий на организм овец и коз.

5. Разработаны и рекомендованы схемы лечения и профилактики животных при паразитоценозах.

Теоретическая и практическая ценность работы. В результате комплексных исследований получены новые материалы о фауне паразитов овец и коз в Оренбургской области в условиях Южного Урала, которые представлены возбудителями из разных классов и семейств, а также по их распространению у животных в разных географических зонах.

Результаты производственных испытаний лекарственных препаратов внедрены в сельскохозяйственных предприятиях Оренбургской области. Результаты исследований позволяют прогнозировать ситуацию по инвазиям животных на ближайшие годы и на отдаленную перспективу, что имеет существенное значение для разработки планов профилактических мероприятий.

Материалы диссертации используются в учебном процессе факультета ветеринарной медицины и биотехнологии Оренбургского государственного аграрного университета, Областного эколого-биологического центра, а также на факультете повышения квалификации специалистов Минсельхоза России на занятиях по паразитологии, биологии, эпизоотологии, зоологии.

Личный вклад. Представленная диссертационная работа является результатом 15 летних собственных научных исследований. Изучение паразитозов овец и коз и мер борьбы с ними проведены самостоятельно. Работа выполнялась при консультативном руководстве доктора  медицинских наук В.В. Мефодьева, который оказывал научно-методическую помощь в проведении исследований, анализе и обобщении полученных результатов. Статьи, написанные в соавторстве, включают более 90% материалов исследований соискателя. Соавторы не возражают в использовании совместных публикаций (справки имеются в диссертационном совете).

Внедрение исследований. Результаты исследований с 1990 по 2009 гг. с полученным положительным эффектом внедрены в сельскохозяйственное производство и использованы при разработке следующих документов:

- Учебно-методические рекомендации по борьбе с         распространенными ларвальными цестодозами мелкого рогатого скота (утверждено Учебно-  методическим советом Оренбургского государственного аграрного университета, 2000 – 80 с.) – Оренбург.

- Учебное пособие по протозойным болезням животных (утверждено Учебно-методическим отделом Минобразования и науки РФ). – М., 2000. – 108с.

- Рекомендации по борьбе с гельминтозами мелкого рогатого скота в Оренбургской области (утверждены Главным управлением ветеринарии Министерства сельского хозяйства по Оренбургской области от 20.10.2006).

- Рекомендации по применению комплексной схемы лечения при паразитоценозах овец и коз (утверждены Главным управлением ветеринарии Министерства сельского хозяйства по Оренбургской области от 20.10.2006). – Оренбург,

- Методические рекомендации по лабораторной диагностике паразитоценозов сельскохозяйственных животных (утверждены Главным управлением ветеринарии Министерства сельского хозяйства по Оренбургской области от 16.05. 2009.).

Апробация работы. Результаты исследований по материалам диссертации доложены и обсуждены на:

- Международной научной конференции, посвященной 125-летию КВА (Казань, 1998);

- Международной научно-практической конференции «Эколого-технологическая, правовая и социально-экономическая политика в сельском хозяйстве, история и современность», посвященной 75-летию ОГАУ (Оренбург, 2005);

- заседании секции отделения ветеринарной медицины РАСХН «Инвазионные болезни животных» (Москва, ВИГИС, 2005, 2012.)

Публикации. По материалам исследований опубликовано 52 работы, в том числе 17 – в изданиях, рекомендованных ВАК РФ, издана монография. В опубликованных работах отражены основные положения, результаты и выводы по теме диссертации.

Объем и структура диссертации. Диссертация изложена на 350 страницах компьютерного текста и состоит из введения, обзора литературы, материалов и методов, результатов собственных исследований и их обсуждения, заключения, выводов, практических рекомендаций, библиографии и приложения. Работа содержит 64 таблицы, иллюстрирована 32 рисунками (фотографии, схемы, диаграммы, графики). Библиография включает 520 источников, в т.ч. 100 работ зарубежных авторов.

Основные положения, выносимые на защиту

• Видовой состав фауны паразитов мелкого рогатого скота в условиях Южного Урала.

• Сезонная, возрастная динамика распространенных инвазий овец и коз, в зависимости от зональных особенностей, динамика яйцепродукции возбудителей.

• Формирование паразитоценозов в организме овец и коз.

• Оценка эффективности противопаразитарных препаратов при паразитоценозах мелкого рогатого скота.        

2. Материалы и методы

Исследования выполняли на кафедре ветеринарно-санитарной экспертизы и заразных болезней ФВМ и Б ФГБОУ ВПО «Оренбургский государственный аграрный университет» в 1990 – 2009 гг. в соответствии с государственным планом научно-исследовательских работ университета (№ государственной регистрации 01200105543) по теме: «Фауна паразитов и инвазионные болезни животных в экосистемах Южного Урала», по разделу «Паразитофауна и паразитоценозы мелких жвачных животных».

Изучение фауны паразитов овец и коз проводили в крупных козоводческих и овцеводческих хозяйствах разных географических зон Оренбуржья (западная, центральная и восточная (рис. 1).

По климатическим особенностям и рельефу местности регион можно разделить на пять зон: предуральская сыртовая лесостепная, предуральская  сыртовая степная, южноуральская, предгорная лесостепная и степная, зауральская лесостепная. Район исследований включает степную зону Южного Урала (оренбургские степи) с подзонами разнотравно-типчаково -ковыльно-полынных степей. Западная граница региона – возвышенность Синего Сырта, на юге и востоке естественных границ не существует и оренбургские степи плавно переходят в степи западного и северного Казахстана.

Районы исследований разделяются на степи Предуралья, Зауралья и разделяющие их горные и предгорные степи южных отрогов Уральских гор.

       

       Рис. 1. Климатогеографические зоны Оренбургской области

Условные обозначения:

               I ЗАПАДНАЯ, районы - Абдулинский, Матвеевский, Пономаревский,

                                               Сорочинский;

               II ЦЕНТРАЛЬНАЯ - Новосергеевский, Соль-Илецкий, Акбулакский,

                                               Беляевский;

               III ВОСТОЧНАЯ - Кувандыкский, Гайский, Домбаровский,

                                               Светлинский.

Объектом исследований служили козы оренбургской и овцы южноуральской пород, зараженные спонтанно в различных природно-климатических условиях Оренбуржья Южного Урала. Животные были обследованы в восточной зоне - Кувандыкском, Гайском, Беляевском,Соль-Илецком, Акбулакском, Новосергиевском, Абдулинском, Александровском и других районах.

В ходе исследований обобщены результаты копроскопической диагностики 42500 животных, посмертных гельминтологических вскрытий и исследования внутренних органов и тканей – 2680, а также гематологических и биохимических исследований – 300 животных.

Гельминтофаунистические исследования проводили методами прижизненной и посмертной лабораторной диагностики. Копрологические исследования фекалий проводили от животных разных половозрастных групп из овцеводческих и козоводческих хозяйств Оренбуржья. Использованы общепринятые в паразитологии методы копрологии (Фюллеборна, Дарлинга, Вайда, Бермана-Орлова и др.), так и модифицированные (Г.А. Котельникова, 1974; Д.Г. Латыпова, 2010). Взятие проб в хозяйствах осуществляли идентично во всех исследуемых районах.

Сбор паразитов от вынужденно убитых и погибших животных проводили при гельминтологическом вскрытии и исследовании внутренних органов овец и коз по методу К.И. Скрябина (1928).

Производственные опыты и оценку эффективности препаратов осуществляли в сельскохозяйственных предприятиях различных географических зон Оренбуржья.

При изучении у животных моно- и полиинвазий в разных районах были проанализированы и подвергнуты статистической обработке данные результатов исследований, полученные автором с помощью различных компьютерных программ (корреляционный, регрессионный, кластерный, факторный анализ и др.). При этом использовали:

  • статистические данные Управлений ветеринарии, городских и районных станций по борьбе с болезнями, ветлабораторий за 1990 – 2009 гг.;
  • результаты собственных гельминтологических, копроскопических, биохимических и гематологических исследований.

Идентификацию найденных паразитов проводили на базе ветеринарных лабораторий, паразитологической лаборатории Оренбургского ГАУ методами микроскопирования и изучения морфологических особенностей паразитов с использованием определителя В.М. Ивашкина, А.О. Орипова, М.Д. Сонина (1989).

Идентификацию видов эймерий проводили с использованием определителей М.В. Крылова (1959), Е.М. Хейсина (1976). Стронгилят определяли по личинкам после культивирования с учётом их морфологии по П.Ф. Полякову (1953). В ходе работы придерживались систематики гельминтов, приведённой в монографиях К.И. Скрябина с соавторами (1937).

Интенсивность инвазии при эймериозах определяли по результатам исследований и подсчета ооцист в 20 полях зрения микроскопа и сбора, а ИИ при гельминтозах - при гельминтологических вскрытиях. Измерение яиц и ооцист выполняли с помощью окулярмикрометрома при увеличении в 600 раз не менее 50 экз. каждого вида. Для уточнения деталей строения и отдельных морфологических признаков яйца гельминтов и ооцисты кокцидий фотографировали (окуляр 15; объектив 40).

С целью изучения паразитоценозов и определения видов паразитов в сообществах провели оценку результатов лабораторных исследований за последние годы. С помощью компьютерных программ изучали взаимосвязь отдельных групп возбудителей. Было изучено влияние компонентов в сообществах друг на друга (А.А. Самотаев, 2000). Полученные данные представлены в виде схем-моделей паразитоценозов.

Исследования по испытанию и оценке эффективности противопаразитарных препаратов проводили на козах в стационаре и на спонтанно заражённых животных в хозяйствах. Эффективность препаратов учитывали по результатам вскрытия и копрологических исследований до и через 3 и 7 суток после обработки.

Перед применением лекарственных препаратов (ивермектин, вальбазен, панакур, байкокс, споробактерин) у всех животных опытных групп натощак брали и исследовали пробы крови и мочи. При этом применяли используемые в гематологии методы (И.М. Карпуть, 1986; Г.И. Козинец и др., 1997; Р.З. Курбанов, 2000; В.М. Мешков, 2000). Определяли количественный состав форменных элементов, СОЭ, резервную щелочность, гемоглобин; при биохимическом анализе сыворотки крови – кальций, неорганический фосфор, общий белок, белковые фракции; при исследовании мочи – общий азот, аммиак, ацетоновые тела. Полученные показатели исследований животных до применения препаратов в опыте служили контролем.

Исследование белкового состава крови, мочи проводили в лаборатории зоотехнического анализа Всесоюзного научно-исследовательского института мясного скотоводства (г. Оренбург). Уровень общего белка определяли рефрактометрическим методом (рефрактометр типа RL-1), белковые фракции – нефелометрическим методом (В.М. Холод, Г.Ф. Ермолаев, 1988). Определение общего кальция в сыворотке крови проводили по методу И.П. Кондрахина с соавт. (1985). Перед применением препаратов определяли клиническое состояние животных, измеряли температуру, подсчитывали пульс и частоту дыханий. Одновременно брали пробы крови из яремной вены для биохимического исследования.

Для изучения клинического состояния коз оренбургской породы после применения ивомека провели отдельный опыт. Формировали три группы животных в возрасте 1,5 года по пять голов в каждой. Животных подбирали по аналогичным параметрам, в т.ч. и степени инвазированности гельминтами и эймериями. Животным двух подопытных групп вводили ивомек – первой - в дозе 0,5 мл/25 кг массы животного (0,2 мг/кг по ДВ), второй – в той же дозе с интервалом в 7 суток. Козы третьей группы служили контролем.

Клиническое состояние коз определяли через одни сутки, трое и семь суток. Исследования крови проводили и после применения антгельминтиков на 10 и 30-е сутки.

Кровь стабилизировали гепарином и исследовали по методикам: общий азот – по Конвею, остаточный азот - колориметрическим методом, аминный азот – с помощью нингидрина, фракционный состав – методом электрофореза с использованием горизонтального электрофореза. Проводили исследования белкового состава крови и сыворотки крови.

В конце опыта животных убили, вскрыли по методу К.И. Скрябина со сбором паразитов с последующим определением их до вида. Сравнительную эффективность препаратов при эймериозе изучали на естественно инвазированных животных 6-7-месячного возраста с высокой степенью инвазии. Эффективность комплексной схемы терапии при смешанной инвазии изучали на естественно инвазированных животных в возрасте 1,5 – 2-х лет. Статистическую обработку результатов исследований проводили с помощью компьютерных программ (Statgraf и Statexpert).

3. Результаты исследований

3.1. Состав фауны паразитов мелкого рогатого скота

При исследовании материала от животных разных половозрастных групп (козлята, козы, козлы-производители, ягнята, ярки, овцематки, валухи, бараны-производители) было выяснено, что инвазия распространена во всех ландшафтно-географических зонах Оренбуржья и имеет определенную специфику в зависимости от района исследований. Анализ исследованного материала показал, что паразитофауна овец и коз отличается значительным  разнообразием (табл. 1).

Основу фауны паразитов составили 43 вида из них: простейшие, нематоды, цестоды. Наиболее распространенными личиночными формами цестод явились – эхинококки ларвальные – Echinococcus granulosus larva, цистицерки тенуикольные – Cysticercus tenuicollis, ценуры церебральные – Coenurus cerebralis. Установлено, что в пищеварительном тракте мелкого рогатого скота паразитировали 28 видов гельминтов: из них в кишечнике – мониезии (2 вида) – Moniezia expansa, Moniezia benedeni, тизаниезии – Thysaniezia giardi.

Класс нематод включал представителей подотряда Strongylata и подотряда Trichocephalata, в т.ч. доминировали следующие виды – Nematodirus spathiger, Ostertagia ovis, Strongyloides papillosus, Haemonchus contortus, Trichocephalus ovis, T. skrjabini.

В полостях тела обнаружили 2 вида паразитов (сетарии – Setarialabiatа papillosa, цистицерки тенуикольные в кишечнике – простейшие – эймерии – 9 видов – из них доминировали: Eimeria ninaekohljakimovae, E. faurei, E. intricata, E. arloingi.

Класс трематод представлен одним видом – Dicrocoelium lanceatum.

В таблице №1 представлены распространенные виды возбудителей, экстенс-(ЭИ,%) и интенсинвазированность (ИИ, экз./гол.) животных данными видами паразитов. Отмечается максимальная ЭИ эймериями (48,9%), эхинококками (47,6%), гемонхами (29,7%), цистицерками тенуикольными (27,3%), нематодирами (23,1%).

Максимальная пораженность паразитами обнаружена у козлят от 7 до 9 мес. и коз от 1,5 до 2,5 лет.

Из 2850 исследованных животных наибольшая зараженность овец и коз этими инвазиями зарегистрирована в районах интенсивного разведения животных – в Матвеевском, Абдулинском, (западная); Кувандыкском Гайском, Беляевском, (восточная зона) Соль-Илецком, Октябрьском, Акбулакском (центральная) районах.

Таблица 1

Степень зараженности мелкого рогатого скота распространенными видами паразитов в условиях Оренбуржья

Виды возбудителей

ЭИ,%

ИИ (экз.)

min.

Max.

Сред.

1

2

3

4

5

Трематоды

  1. Dicrocоelium lanceatum (Stiles et Hassal, 1896)

5,1 – 11,7

12

2918

1465

Цестоды

  1. Moniezia benedeni (Moniez, 1879)

  0,9 – 7

1

2

1,5

  1. Moniezia expansa (Rud., 1810)

  1,2 – 2,3

1

3

2

  1. Thysaniezia giardi (Moniez, 1879)

  0,3 – 0,5

1

2

1,5

5.  Echinococcus granulosus larva (Batsch, 1789) Rud, 1801

5,0 – 47,6

1

  64

  32,5

6. Cysticercus tenuicollis (Railliet, 1896)

0,2 –27,3

3

  17

10

7. Coenurus cerebralis Kuchenmeistz, 1853

0,2 – 0,3

  1

2

1,5

Нематоды

8. Dictyocaulus filaria (Bloch 1782)

1,7 –12,8

25

  85

  55

9. Nematodirus spathiger (Railliet, 1896)

8,2–13,1

140

12400

6  6270

10. Nematodirus filicollis (Rudolphi., 1802) Ransom, 1907.

  15 – 23,1

  50

  10000

  5025

11. Nematodirus abnormalis May, 1920

  14 – 18

  60

  3000

1530

12. Bunostomum trigonocephalum (Rudolfi, 1808) Railliet, 1902

0,1 – 3,7

30

  60

45

13. Ostertagia ostertagi (Rud., 1809)

  2,0 – 3,5

180

580

380

14. Strongyloides papillosus (Weld , 1856)

  3,7 – 9,1

170

780

475

15. Haemonchus contortus (Rudolfi, 802), Cobbold, 1898.

  4,3 –28,8

450

10800

  6625

16. Haemonchus abnormalis May, 1920

0,9 – 29,7

60

5000

  2530

17. Trichocephalus ovis Abilgard, 1795

1,2 – 23,6

26

660

433

18. Trichocephalus skrjabini (Baskakov, 1924)

0,3 – 10,8

20

200

110

19. Oesophagostomum venulosum (Rud,1809),Rail et Henry, 1913

3 – 3,7

10

5000

  2505

20. Capillaria ovis (Rud., 1809)

0,3-0,9

27

34

30,5

21. Skrjabinema ovis (Skrjabin, 1915) Werestschagin, 1926

  0,2 – 3,4

20

40

30

22. Chabertia ovina (Fabricius, 1788) Railliet et Henry, 1909

0,7 – 18,8

20

40

30

23. Setaria labiato-papillosa (Alessandrini, 1838)

0,7 – 4,9

  10

15

  12,5

Эймерии

24. Eimeria ninaekohljakimovae (Jakimoff et Rastegaieff, 1930)

0,2 – 9,0

300

500

400

25. E. faurei (Maussu et Marotel, 1902; Martin, 1909)

12 – 48,9

15–25

80–200

  112,5

26. E. intricata (Spiegl , 1925)

1 – 15

  3 – 7

70–120

  63,5

27. E. arloingi (Marotel, 1905; Martin, 1909)

0,35 –25,1

  2 – 5

10 – 20

  12,5

28. E. parva (Kotlan,Mocsy,Vaida,1929)

0,8 – 9,7

5 – 10

20 – 30

  17,5

29. E. crandallis Honess (1942)

  0,1 – 0,2

  2 – 3

3 – 5

3,5

30. E. оvinoidallis (Martin, 1909)

  0,2 – 0,3

  2 – 3

4 – 6

4,0

31. E. galouzoi, (Yakimoff end Rastegaieff, 1930)

0,1 – 0,2

  1 – 2

3 – 4

2,0

32. E. сhristenseni (Levin, Ivenset Tritz, 1962) 

  0,1 – 0,2

  1 – 2

3 – 4

2,0

3.2.2. Сезонная и возрастная динамика выделения яиц гельминтов и ооцист эймерий у инвазированных коз в условиях Южного Урала

Степень распространения инвазий находилась в зависимости от климатических условий зон, так как они влияют на развитие и  жизнеспособность яиц гельминтов и ооцист эймерий во внешней среде. Кроме того, разница в инвазированности объясняется разными условиями внешней среды, степенью контаминации ими мест содержания, кормления и интенсивности инвазии животных. Выделение инвазионных элементов находилось в зависимости от степени зараженности хозяев половозрелыми паразитами. От этого зависела и динамика выделения яиц паразитов и ооцист эймерий в разные сезоны года в разных половозрастных группах животных. Важным фактором, определяющим результативность диагностики и установления интенсивности инвазий, служит сезон года. Это обусловлено развитием в организме хозяина яиц, личинок гельминтов и ооцист эймерий во внешней среде, характером кормления животных, состоянием инвазии, повышением или подавлением ее половой активности и других факторов.

Прежде всего, по нашему мнению, сезонность инвазий связана с эволюционным приспособлением гельминтов к выделению в окружающую среду зародышей в тот период года, когда для них складываются наиболее благоприятные условия. Повышенная физиологическая активность и массовое созревание большинства гельминтов происходило весной и летом, в меньшей степени – осенью.

Необходимо было учесть также, что репродуктивная активность гельминтов, согласно источникам, начинается за 1,5 – 2 месяца до начала вегетационного периода растений, выгона животных на пастбище. В связи с этим мы изучили динамику выделения яиц гельминтов и ооцист эймерий у коз.

Для определения и подтверждения закономерностей существования паразитов и возникновения их ассоциаций - возбудителей в организме животных-хозяев были определены коэффициенты парной и множественной корреляции между показателями сезонной динамики выделения яиц и ооцист. Установлено, что в 59,0% случаев значения этих коэффициентов зависели от наличия или отсутствия тех или иных сочленов в паразитоценозах.

Сезонная динамика выделения яиц и ооцист паразитов из организма коз представлена в таблице 2. В ней показаны средние их числа в поле зрения микроскопа при увеличении в 600 раз (15х40) при приготовлении препарата из 3 г фекалий стандартизированными методами флотации.

Минимальный уровень выделения яиц мониезий в июле составил 1,4±0,24 экз., максимум отмечался в декабре – 3,0±0,43, то есть показатель повысился в 2,1 раза. Линейная регрессия отрицательна и составила 2,05 – 0,011 х(х – месяц исследования). При среднем выделении 2,05 яиц гельминтов, ежемесячно происходило снижение яйцепродукции на 0,011 экз.

Степень различия оказалась достоверной в декабре, в сравнении с показателями в мае и сентябре (t = 3,0, р< 0,01). Двухуровневая сезонная динамика компонента для мониезий имела пики. Выявлены два подъема выделения ооцист паразитов: более низкие показатели в апреле и мае и высокие с ноября по март.

Интенсивность выделения яиц стронгилят колебалась с минимумом в июне 2,9±0,26, максимумом в январе - 8,0±0,80 с увеличением в 2,76 раза. Линейная регрессия отрицательна – у = 5,98 – 0,100 х. Ежемесячно происходило снижение показателя на 0,1 экз. В январе, по сравнению с декабрем, наблюдалось повышение интенсивности до 63,3% (t = 3,40, р< 0,01). В июне показатель составил 37,0 %
(t = 3,47, р< 0,01). В августе выражен подъем до 38,8% (t = 2,25, р< 0,05), а в ноябре отмечалось снижение показателя до 31,9% (t = 3,53, р < 0,01).

Подъем интенсивности выделения яиц отмечен в апреле.

Выделение яиц нематодир колебалось с минимумом в июне - 2,1±0,23 экз., увеличиваясь в январе - 5,1±0,57, т. е. увеличение в 2,43 раза. Линейный тренд отрицательный – у = 3,34 – 0,052 х. Это указывает на то, что при среднем количестве выделяемых яиц (3,34 экз.), ежемесячно происходило снижение их выделения на 0,052 экз.

Степень различия в уровне выделения яиц существенна в ноябре, при снижении показателя до 25,0 % ((t = 2,75, р< 0,01), а в декабре происходило повышение показателя до 31,8% (t = 2,43, р < 0,01).

Динамика выделения яиц при остертагиозе варьировала с минимумом в мае - июне и составила 1,2±0,18 экз., и максимумом в сентябре – 3,6±0,57 экз. с повышением в 3 раза.

Линейный тренд был положителен – у = 1,79±0,01 х. Яйцепродукция повысилась на 0,01 экз. Степень различия оказалась достоверной только в ноябре, при показателе 66,7% (t = 3,53, р< 0,01). При этом обнаружены неравномерные подъемы яйцепродукции: низкий – в марте, высокий – в сентябре, спады отмечались в мае и июне, и с ноября по первую половину декабря.

При трихоцефалезе показатели выделения яиц колебались с минимумом в июне 2,0±0,40 и максимумом в марте 4,9±1,66 экз., т.е. с повышением в 2,45 раза. Линейная регрессия была отрицательна – у = 3,44 – 0,009 х. Степень различия оказалась достоверной в сентябре, при повышении показателя до 53,65% (t = 2,06, р< 0,05). Для трихоцефал выявлена сезонная динамика с подъемами в марте и в сентябре – октябре со спадом интенсивности в июне.

Максимальная яйцепродукция скрябинем в феврале составила 0,6 экз., а в октябре 3,7±1,88 экз., с повышением на 0,071 экз. Линейная регрессия положительна (у = 1,43±0,071 экз.). Отмечен подъём сезонной динамики инвазии в октябре с нарастанием в феврале.        

Интенсивность выделения яиц стронгилоидов достигла минимума в мае и июне – 0,7±0,23 экз., максимум отмечен в феврале – 4,0±0,70 экз. с повышением показателя в 5,7 раза. Тренд отрицательный – у = 1,96 – 0,067 х.

При статистической обработке динамического ряда показателей выявлены два подъема интенсивности: в феврале и сентябре, а с мая по август отмечен спад интенсивности.

Интенсивность выделения ооцист эймерий колебалась с минимумом в июне – 3,5±0,31 экз. и максимумом в октябре – 19,5±8,77 с повышением в 5,57 раза. Линейная регрессия отрицательна – у = 9,36 – 0,319 х. При средней интенсивности выделения 9,36 экз. ооцист происходило ежемесячное снижение показателя с ноября и составляло 0,319.

В июле произошло достоверное повышение уровня интенсивности выделения инвазионных элементов, в сравнении с июнем до 57,1% (t = 2,03, р< 0,05). В ноябре произошло снижение показателя в сравнении с данными в октябре на 51,4% (t = 3,19, р< 0,01).

В целом отмечался подъем динамики выделения ооцист со слабо выраженного с февраля по март и в октябре, а затем отмечено снижение с апреля по август и в ноябре.

Следует здесь отметить, что в таблице просматривались два пика интенсивности выделения яиц гельминтов и ооцист эймерий: последняя декада февраля и октябрь, со снижением яйцепродукции с мая по июль.

Таким образом, выделение яиц разных видов гельминтов и ооцист эймерий имеет как половозрастные, так и сезонные особенности динамики, что было использовано при подготовке рекомендаций по лечению животных при ассоциативных инвазиях, а также для проведения профилактических мероприятий в козоводческих и овцеводческих хозяйствах на Южном Урале.

Таблица 2

Сезонная динамика выделения яиц гельминтов и ооцист эймерий из организма коз с фекалиями

(средние показатели)

Виды

паразитов

Месяцы исследования

январь

февраль

март

апрель

май

июнь

июль

август

сентябрь

октябрь

ноябрь

декабрь

Мониезии

2,4±0,57

2,4±0,35

2,8±0,50

1,9±0,38

1,8±0,34

1,5±0,28

1,4±0,24

1,8±0,44

1,8±0,12

2,1±0,1

2,7±0,65

3,0±0,43

Стронгилята

в целом

8,0±0.80

6,6±0,67

6,1±0.67

11,3±4,9

4,6±0,40

2,9±0,26

3,8±0,49

5,2±0,35

6,7± 0,3

6,9±0,5

7,2±0,34

7,4±0,32

Нематодиры

5,1±1,14

4,9±0,66

3,4±0,54

3,3±0,46

2,7±0,30

2,1±0,23

2,4±0,26

2,8±0,55

3,4±0,14

3,1±0,2

2,1±0,4

2,3±0,23

Остертагии

1,2±0,22

1,8±0,39

2,3±0,38

1,7±0,47

1,2±0,18

1,2±0,17

1,6±0,26

2,5±0,39

3,61±0,5

2,0±0,3

1,9±0,5

2,1±0,23

Трихоцефалы

3,8±0,71

4,3±1,36

4,9±1,66

3,0±0,94

2,5±0,35

2,0 ±0,40

2,3±0,23

2,8±0,34

4,3 ±0,7

4,1±0,23

4,7±0,21

5,3±0,52

Скрябинемы

0,5±0.14

0,6±0,12

1,1±0,12

0,8±0,17

1,0±0,19

1,1±0,22

1,5±0,24

1,5 ± 0,26

2 ,1 ±0,32

2,0±0,14

1,8±0,23

1,5±0,31

Стронгилоиды

3,2±0,31

4,0±0,70

3,4±0,78

Ь 1,6±0,60

0,7±0,25

0,7±0,19

0,8±0,21

1,2±0,62

3,1 ±0,3

3,1±0,34

3,6±0,32

3,7±0,17

Эймерии

19,5±8,7

15,9±5,80

16,1±5,4

5,8±0,92

4,6±0,48

3,5±0,31

5,5±0,94

4,6±060

8,0±0,23

12,5±0,5

20,8±0,7

20,9±0,6

       3.2.3. Динамика зараженности овец и коз инвазиями

Известно, что для обоснования наиболее целесообразных сроков проведения лечебно-профилактических мероприятий животных при инвазионных заболеваниях мелких жвачных животных необходимо знание данных сезонной и возрастной динамики инвазий с учетом географических особенностей местности. Нами проведены исследования в различное время года.

В таблице 3 показана динамика инвазий с 1990 по 2009 гг., откуда видно, что зараженность мелкого рогатого скота по годам варьировала.

Таблица 3

Динамика зараженности мелкого рогатого скота распространенными инвазиями по статистическим данным в процентах в 2001-2009 гг.

Районы

2001

2002

2003

2004

2005

2006

2007

2008

2009

Гайский

53,3

48,3

47,6

39,6

40,4

36,6

27,4

22,7

26,3

Беляевский

52,2

53,3

46,9

45,7

45,4

40,9

41,1

39,6

36,7

Кувандыкский

56,3

56,4

53,6

54,0

51,1

48,0

43,6

40,6

37,9

Соль-Илецкий

49,0

50,1

45,9

44,7

46,2

40,2

38,6

35,4

34,6

Акбулакский

57,3

50,5

47,3

44,7

51,0

43,5

40,3

37,8

36,4

Абдулинский

48,5

49,8

38,4

38,4

36,4

34,5

33,2

35.2

32,4

Матвеевский

52,1

53,3

47,4

46,5

34,8

35,0

30,5

37,4

35,2

Новосергиевский

54,7

49,8

45,4

44,6

40,1

51,2

50,0

6,1

42,3

Из таблицы 3 видно, что инвазированность животных в центральной зоне (Соль-Илецкий, Акбулакский) находилась в пределах от 34,6% до 57,3%, в восточной (Гайский, Беляевский, Кувандыкский) – от 22,7% до 53,3%, в западной (Абдулинский, Матвеевский, Новосергиевский) – от 33,2% до 54,7%.

По годам с 2001 по 2009 высокая инвазированность была отмечена в восточной зоне – в Беляевском, в центральной – в Акбулакском, в западной зоне – в Новосергиевском районе, т.е. проценты варьировали в сторону повышения и в сторону снижения.

Сведения о распространенности отдельных инвазий животных представлены в таблице 4.

Экстенсивность различных инвазий в разных районах находилась в разных пределах.

Так, в Соль-Илецком районе (центральная зона) высокие показатели в убывающей степени отмечены по эймериозу, эхинококкозу, мониезиозу, стронгилятозам, в западной зоне Оренбуржья (Октябрьский район) – по эймериозу, эхинококкозу, стронгилятозам, дикроцелиозу. В восточных районах (Кувандыкский) наиболее распространены мониезиоз и стронгилятозы. Сравнительно редко регистрировали дикроцелиоз, который не встречался в восточных и центральных районах (1-5).

Таблица 4

Распространенность основных гельминтозов мелкого рогатого скота в различных районах Оренбуржья в осенне-зимний период в 2009 г.

Районы исследования

Экстенсинвазированность (%)

Мониезиоз

Стронгилятозы

Дикроцелиоз

Эймериоз

Эхинококкоз

Цистицеркоз

1.Гайский (вост.)

13,7 –43,4

2,9 – 31,7

15,4 – 39,9

5,2 – 21,7

  1,8 – 9,7

2.Беляевский (центр.)

13,2– 47,3

22,2 – 57,6

18,3 – 43,2

4,0– 18,1

3.Кувандыкский (вост.)

18,0 -51,0

7,5 – 43,1

18,4 – 40,6

  15,2 – 38,7

3,2–11,7

4.Соль-Илецкий (центр.)

17,3 –33,4

  2,7 – 28,9

18,6 – 65,4

19,7 – 51,2

0,3– 13,2

5.Акбулакский (центр.)

  2,3 – 2,9

24,3–40,2

21,1 – 31,7

27,4 – 43,5

3,7– 21,6

6.Абдулинский (зап.)

  2,2 – 2,8

13,4 –17,8

2,9 –22,4

4,8-15,3

29,9 – 42,4

12,3– 13,4

7.Матвеевский (зап.)

  1,8 – 2,1

12,4 –23,8

3,4– 18,7

18,4-29,2

29,4 – 47,5

4,1– 23,0

8.Новосергиев-ий (зап.)

  0,9 – 1,8

  6,2 – 15,3

1,2 –18,9

6,5-11,3

24,2 – 31,2

1,3 – 6,1

9.Александров-ий (зап.)

  1,7 – 2,0

12,7 – 22,3

2,1 –11,6

5,2-7,9

18,6 – 33,6

1,8 – 5,7

10.Октябрьский (зап.)

  2,7 – 3,1

17,6 –29,7

2,2 – 5,7

16,9-37,3

16,4 – 32,7

2,9– 16,8

3.2.3.1. Динамика зараженности животных стронгилятами

Согласно ветеринарной статистике, Оренбуржье издавна являлось неблагополучным по некоторым инвазионным заболеваниям мелкого рогатого скота (мониезиоз, стронгилятозы, ценуроз, эхинококкоз, эймериозы и др.) Заболевания регистрировались в различных районах с неодинаковой степенью распространения.

По отдельным инвазиям наибольшее распространение отмечалось в южных районах региона. Результаты наших исследований по данному вопросу представлены в таблице 5.

В восточной зоне Оренбуржья средние показатели по зараженности стронгилятами животных разных возрастных групп составили: минимальные в мае и июне соответственно - 10,3 – 19,5 экз.; максимальные – в октябре и ноябре – 55,5 и 59,0 яиц, соответственно. В группе козлят минимальный показатель отмечен в июне – 8,3 экз., максимальный – в октябре 37,6; у животных до 2-х лет соответственно в июне – 11,2; в феврале – 43,6; козы старше 2 лет минимально заражены были в мае – 9,5 экз.; в январе показатель составил 16,1 яиц. Животные были наиболее интенсивно инвазированы в апреле, сентябре и октябре (26,1, 26,9, 28,0 экз.). Максимальная интенсивность выделения яиц отмечалась в октябре, ноябре и декабре – 420, 500, 610 экз.

У ягнят стронгилятозная инвазия в июне, в среднем, составила 5,2%, в октябре – 23,6%; у овец до 2 лет в июне - 9,8%, в феврале – 27,8%. Овцы старше 2-х лет, в июне и марте, соответственно, заражены в 7,4% и 17,5% случаев. Из результатов исследований видно, что по разным районам экстенсивность инвазии варьировала. Минимальная зараженность животных отмечена в южных и юго-западных районах.

Из полученных данных следует, что для животных каждой климатогеографической зоны Оренбуржья степень инвазированности животных и динамика инвазии различаются.

Таблица 5

Зараженность стронгилятами коз оренбургской породы разных возрастных групп в районах восточной зоны по результатам овоскопических исследований (n=30)

Месяцы исследова-ния

Заражено коз (ср.пок.)

В том числе

ЭИ,%

Кол-во яиц, экз.

  козлята до 1 г. (самки)

козы от 1 до 2 лет

  козы старше 2 лет

ЭИ,%

Кол-во яиц,экз.

ЭИ,%

  Кол-во яиц, экз.

ЭИ,%

Кол-во яиц,экз.

Январь

20,0

27,7±2,4

-

-

30,0

39,3±3,2

30,0

16,1±1,5

Февраль

13,3

34,7±3,3

-

-

20,0

43,6±4,0

20,0

25,8±2,3

Март

13,3

25,4±2,5

-

-

20,0

37,0±3,6

20,0

20,7±1,9

Апрель

11,8

29,4±2,7

-

-

20,0

32,6±3,0

15,5

26,1±2,4

Май

13,3

10,3±1,2

-

-

30,0

21,0±2,0

10,0

9,5±0,8

Июнь

23,3

19,5±1,6

20,0

8,3±0,8

30,0

11,2±1,0

20,0

19,0±1,8

Июль

21,7

27,2±2,5

25,0

17,9±1,6

20,0

12,7±1,1

20,0

28,0±2,6

Август

23,3

38,6±3,6

30,0

27,6±2,5

18,0

29,0±2,7

22,0

18,1±1,7

Сентябрь

40,0

51,9±4,8

45,0

13,58±1,2

50,0

33,1±3,1

30,0

26,9±2,5

Октябрь

70,0

55,5±5,0

57,0

37,6±3,3

80,0

31,0±3,0

60,0

28,0±2,6

Ноябрь

55,6

59,0±5,2

66,7

31,95±3,0

60,0

25,3±2,3

40,0

27,5±2,7

Декабрь

53,3

32,71±3,0

60,0

20,5±1,9

60,0

30,7±2,8

40,0

25,5±2,4

Средние показат.

39,2

43,9±4,1

-

30,5±3,0

45,9

42,2±4,1

39,6

27,3±2,6

Рис. 2. Состав распространенных стронгилят пищеварительного тракта у

               разных половозрастных групп.

  Рис. 3. Экстенсивность заражения коз от 1 до 2-х лет стронгилятами в

восточной зоне

При культивировании яиц и выращивании личинок стронгилят, полученных из фекалий от коз старше года с последующем определением родовой принадлежности по методике П.А. Полякова, 1953 (Е.Е. Шумакович, 1968) установлены остертагии (18%), хабертии (7%) и гемонхи и др. неопределенные (65%).

Полученные результаты показали доминирующее количество стронгилят в сычуге и тонком отделе кишечника, причем, количественный состав нематод в разные сезоны года менялся. Так, в сычуге нематоды чаще были с июля по сентябрь, в тонком отделе кишечника наибольшая их численность находилась с января по март. 

3.2.3.2. Сезонная динамика зараженности овец и коз эймериями

3.2.3.2.1. Видовой состав эймерий

В условиях степной зоны Южного Урала установлена инвазированность эймериями в течение всего года, которая составила в среднем по районам 49,6 %. Экстенсивность инвазии в группе козлят и ягнят до 1 года составила от 15% до 21%, при низкой интенсивности выделения ооцист в апреле и мае (20 – 30 экз.). У животных 4-5-ти месячного возраста высокой была как экстенсивность, так и интенсивность выделения ооцист, которые составили соответственно 36,9 – 46,6%; 180 – 250 ооцист в 20 полях зрения. В возрасте 6 – 7-ми месяцев ЭИ достигала 44%, при интенсивности - 260 – 300 экз. У 7 – 8-ми месячных животных ЭИ составляла 51,3%, при ИИ выделено до 370 ооцист.

Изучение эймериозов овец в Оренбуржье датируется 50 – 60-ми годами, а ситуация по этой инвазии у коз до настоящего времени не освещалась в печати. В литературе имеются некоторые сведения о распространении кокцидиоза и видовом составе эймерий, но в основном это касается шерстных и ангорских пород коз в Узбекистане (Пулатов Г.С, 1987.) Однако опыты по перекрестному заражению показали, что кокцидии овец и коз узкоспецифичны, и, предположительно, это самостоятельные виды.

Нами установлено, что из организма козлят текущего года рождения ооцисты кокцидий начинают выделяться на 20–21-е сутки после рождения (преимущественно E. ninaekohljakimovae), а у ягнят – на 22 – 23-й день (преимущественно E. arloingi). Это свидетельствовало о том, что заражение молодняка мелких жвачных животных происходит в первые дни жизни вследствие зараженности взрослых коз и овцематок. Установлено, что к 23-му дню после рождения 11,2% ягнят и 15,8% козлят уже  заражены эймериями разной степени интенсивности. У большей части животных зараженность составляла соответственно 13% и 16,3%, но со слабой степенью инвазии (десятки ооцист в 20-ти полях зрения микроскопа).

В разных хозяйствах экстенсивность эймериозной инвазии составляла от 12 до 41,3%, в некоторых случаях зараженность взрослых животных доходила до 13,0 – 17,1%. Интенсивность выделения ооцист эймерий из организма животных от 1,8 до 2 лет была максимальная с февраля по апрель, во время массового окота животных, что является немаловажной причиной выживаемости и сохранения этих паразитов, как вида. ЭИ составляла до 22%. В другое время выделение ооцист эймерий из организма животных этой возрастной группы было незначительным.

Определенное влияние на распространение эймерий оказывают сезон года и зональные климатические особенности. Наибольшая интенсивность выделения ооцист (сотни экз.) у животных в окружающую среду отмечалась в возрасте 7 – 8 месяцев в сентябре, октябре, в то время как у ягнят аналогичного возраста интенсивность инвазии была ниже и составляла десятки ооцист. Максимальный уровень эймериозной инвазии составлял 41,3% – у козлят, 32,1% – у ягнят. В этот период регистрировался высокий падеж животных.

У козлят чаще обнаруживались виды E. ninaekohljakimovae и E. arloingi, у ягнят – E. faurei. Причем, у козлят смешанная инвазия включала следующие виды: E. ninaekohljakimovae, E. arloingi, E. intricatа. У ягнят компонентами смешанной инвазии были E. faurei, E. parva, E. intricata. Что касается вида E. arloingi, то установлено, что козлята этим возбудителем заражаются в основном 2,5 – 3-х месячном возрасте.

Интенсивность инвазии у козлят видами E. faurei, E. intricata при стойловом содержании незначительна и составляла, в среднем, по исследуемым хозяйствам от 15 до 23,5%, но имела тенденцию к повышению показателей после выгона животных на пастбище.

Установлено, что основным и многочисленным как по количественному, так и видовому составу компонентом паразитоценозов являлись эймерии, которые занимали основное место в сообществе паразитов, следовательно, и в патологии этих животных.

Таблица 6

Зараженность коз 1,5-2-х летнего возраста эймериями в хозяйствах Оренбургской области осенью и зимой

  Название хозяйств

Количество животных

Интенсивность выделения ооцист

иссл-вано

заражено

ЭИ, %

максим.

в среднем

миним.

Губерлинский

80

20

25,0

210

116,5±10,2

3

Донской

100

17

17,0

180

90,5±8,9

1

Загорный

100

12

12

90

47,5±4,5

5

Южный

90

10

11,1

140

71,0±6,6

2

Итого:

370

59

15,9

210

81,4±7,8

1,0

Во всех обследованных районах у животных отмечалось распространение эймериозной инвазии. Из 370 взрослых коз оказались зараженными 59 (15,9%). Зараженность взрослых животных в отдельных хозяйствах была относительно невысокой и колебалась в пределах 11,1 – 25,0 %. Интенсивность выделения ооцист взрослыми козами в подавляющем большинстве районов была также  незначительной (90 – 210 экз.). В среднем, интенсивность выделения ооцист у животных этой возрастной группы в Гайском и Беляевском районе, была в пределах 2,4 – 5,4, максимальная – 130 – 210 экз., минимальная – 1 – 3 ооцисты. В группе козлят и ягнят до 1 года инвазированность составляла от 15% до 21%, при низкой интенсивности в апреле и мае (20 – 30 экз.), причем у животных 4 – 5-ти месячного возраста в течение пастбищного периода повышалась как экстенсивность, так и интенсивность инвазии, достигая 26,9% – 36,0 %; с интенсивностью ооцист – 180 – 250 экз., а в возрасте 6 – 7-и мес. ЭИ достигала 37 %, при интенсивности 260 – 300 ооцист. У 7 – 8 мес. животных ЭИ составляла 40,3% при выделении ооцист до 370 в 20 полях зрения микроскопа.

При анализе зараженности кокцидиями животных в возрасте 8 – 10 мес. отмечена несколько иная картина (табл. 7).

Таблица 7

Зараженность козлят 8-10 месячного возраста эймериями в хозяйствах Оренбургской области осенью и зимой (n=100, 400)

Название хозяйства

Количество животных

Интенсивность инвазии, экз.

заражено

ЭИ, %

Макс.

Сред.

Мин.

Губерлинский

41

41,0

2800

450±15,6

12

Донской

46

46,0

320

110±9,7

3

Южный

37

37,0

170

80,0±6,3

3

Загорный

71

71,0

190

70,0±5,8

2

Итого:

195

48,8

2800

177,5±12,3

3

               Экстенсивность зараженности животных по отдельным районам колебалась в пределах 36,0 – 41,0%. в СПК «Губерлинский» выявлена зараженность молодняка коз кокцидиями в 41,0 % случаев с разной интенсивностью.

Таким образом, показатели экстенсивности инвазии у козлят в обследованных хозяйствах намного превалировали над показателями зараженности взрослых коз. Аналогичные данные отмечены и по интенсивности инвазии. Максимальная интенсивность выделения ооцист колебалось от 170 до 2800, средняя – от 70 до 450, минимальная – от 2 до 12, т.е., в среднем, у молодняка текущего года рождения она была выше, чем у взрослых коз в 3 - 10 раз.

Результаты исследования в полной мере согласуются с литературными сведениями о связи снижения показателей интенсивности инвазии с возрастом животных вследствие перенесенных многократных реинвазий и повышения иммунитета (Даугалиева Э.Х., 2000).

Средние показатели зараженности козлят и взрослых коз эймериями в СПК «Губерлинский» гораздо выше, чем зараженность коз в АО «Южный» и СПК «Донской». Это можно объяснить контаминацией ооцистами эймерий мест содержания – животноводческих помещений, выгульных площадок, пастбищ, а также климатическими условиями в период проведения исследований.

В результате исследования материала от коз разных возрастных групп выделено 8 видов кокцидий: Eimeria parva Kothan, Moosyet Vajda, 1929; E.  сhristenseni Levin, Ivenset Tritz, 1962; E. arloingi (Marotel.1909) Martin 1905; E. galouzoi, Yakimoff end Rastegaieff 1930, E. aemula, E.  ninakoheajkimovae Vakimoffet Rasteqaieff, 1930; E. crandallis,1942; E. faurei (Moussiet Marotel. 1992) Martin 1909, E. ovinoidallis (Martin, 1909).

У небольших по размерам ооцист видов (E. ninaekohljakimovae, E. аrloingi) устойчивость во внешней среде низкая вследствие малого запаса питательных веществ. На наш взгляд, сохранению в природе этих видов способствует высокая репродуктивная способность и более длительное паразитирование в организме хозяина.

3.2.3.2.2.Инвазированность навоза кошар и пастбищ ооцистами кокцидий

в хозяйствах Оренбургской области

Результаты исследования инвазированности навоза кошар и пастбищ представлены в таблице 8. В Гайском районе в почве и подстилке установлено значительное количество спорулированных форм ооцист кокцидий на 1 г пробы 500 экз., что составило 44,6% ооцист от всего количества.

В Беляевском, Соль-Илецком и Кувандыкском районах было обнаружено меньшее количество спорулированных форм (соответственно, 218; 311;111 экз.). В исследованных пробах были ооцисты с дегенеративными изменениями и с разорванными оболочками. Следовательно, условия для развития споруляции ооцист эймерий во внешней среде в восточной и центральной зонах Оренбуржья имеются.

Отмечались яркие клинические признаки заболевания у коз 7-10 - месячного возраста в различных географических районах Оренбуржья. Заболевание протекало подостро.

Таблица 8

Инвазированность навоза кошар и пастбищ ооцистами кокцидий в хозяйствах Оренбуржья

Название района

Количество проб.

Количество ооцист, экз.

Спорулированных ооцист, экз.

Спорулированных, %

Гайский

180

1120

500

44,6

Беляевский

105

415

218

52,5

Соль-Илецкий

110

511

311

60,8

Кувандыкский

80

210

111

52,8

У больных животных было повышение температуры от 39,5С до 41,0С, угнетение, снижение аппетита, фекалии, оформленные полужидкой консистенции, со зловонным запахом, на их поверхности наблюдали прожилки крови и слизь. Область ануса и промежности запачканы жидкими каловыми массами, наблюдались отеки межчелюстного пространства, сильное истощение и гибель животных. Из инвазированных животных при интенсивности несколько тысяч экземпляров ооцист эймерий в пробе смертность составляла от 15 до 21%.

3.2.3.3. Распространение эхинококкоза животных

3.2.3.3.1. Динамика зараженности овец и коз эхинококками

В условиях Южного Урала в разных географических районах Оренбургской области в условиях Южного Урала одной из наиболее широко распространенных инвазий животных является эхинококкоз. Результаты исследований показали, что максимальная средняя экстенсивность инвазии эхинококкозом в различных хозяйствах была отмечена в конце лета (19,8%), второй пик инвазии регистрировался осенью (27,3%).

Возрастная динамика эхинококкоза овец и коз в восточной зоне представлена в таблице 9.

Таблица 9

Возрастная динамика эхинококкоза овец и коз в восточной зоне (n=30)

  Половозрастные группы

Заражено

ЭИ (%)

ИИ (экз.)

Печень

  Легкие

Печень+

легкие

Другие

органы

1

Ягнята 6-10-и мес.

2

6,0

1 – 2

  2

1

2

2

Овцы до 2-х лет

11

33,6

7 –12

  5

3

2

1

3

Овцы старше 2-х лет

13

42,1

15–46

  6

4

2

1

4

Козлята 6-7-и мес.

  –

5

Козы до 2-х лет

  –

6

Козы старше 2-х лет

  –

7

Козы старше 5-и лет

1

  0,1

1

  1

1

Исследованиями установлено, что в наибольшей степени инвазированию эхинококками подвергались овцы, причем оно отличалось у животных разного возраста. Так, молодняк в возрасте от 6 до 10 месяцев был инвазирован на 6,0% при интенсивности инвазии в 1 – 2 экз., овцы до 2-х летнего возраста инвазированы эхинококками на 33,6%, при ИИ 7 – 12 цист.

Наивысшие показатели инвазированности зарегистрированы у овец старше 2-х лет ЭИ до 42,1% при ИИ 5 – 46 экз. ларвоцист. Степень инвазированности эхинококками в разные годы варьировала. Результаты динамики отражены в табл.10.

Таблица 10

Ретроспективная зараженность мелкого рогатого скота старше 2 3 лет ларвальными эхинококками в различных климатических зонах

Южного Урала (порайонно, %)

Районы исследования

  2001

2002

2003

  2004

  2005

2006

  2007

2008

2009

Гайский

  53,7

  38,9

37,4

39,6

  31,4

37,6

  27,8

27,7

25,3

Беляевский

  52,6

  46,3

46,4

46,7

  44,4

41,9

  45,1

39,3

40,7

Соль-Илецкий

  59,4

  44,1

49,9

49,7

  46,6

40,7

  38,6

35,3

32,6

Кувандыкский

  56,8

  56,8

53,3

54,0

  51,6

48,2

  43,3

41,6

37,0

Новосергиевский

  54,2

  49,5

45,6

44,9

43,1

51,4

  50,3

45,1

42,1

Акбулакский

  57,2

  52,5

47,9

48,7

  52,0

45,5

  44,3

37,9

39,0

Абдулинский

  48,9

  49,6

39,8

38,5

  36,8

37,5

  34,2

34.2

30.4

Матвеевский

52,4

59,3

47,9

46,9

  37,8

35,6

33,5

37,9

31,2

Из анализа зараженности животных эхинококками с 2001 по 2009 гг. отмечается, что инвазия за последние годы имела тенденцию к снижению.

Так, в Соль-Илецком районе в 2001 году показатель, характеризующий динамику эхинококкоза, составил 59,4%. К 2009 г. произошло снижение до 32,6 %. Аналогичные тенденции характерны и для зараженности животных в других изученных районах (Кувандыкский, Абдулинский и др.), что, по-видимому, в основном связано со снижением численности поголовья животных в хозяйствах.

3.2.3.4. Динамика зараженности мониезиями

Мониезиоз животных – распространенное заболевание мелкого рогатого скота на Южном Урале. Степень зараженности животных по годам варьировала как в сторону снижения, так и повышения показателей, но в основном, в последние годы отмечалось снижение мониезиозной инвазии. Этому способствовало, во-первых, снижение поголовья и, во-вторых, дегельминтизация животных в неблагополучных по данному заболеванию хозяйствах.

Таблица 11

Возрастная динамика заражённости овец и коз мониезиями разного возраста в Центральной зоне Южного Урала (средние показатели) (n=30)

Группы животных

Количество животных

инвазировано

ЭИ, %

ИИ, экз.

  Козлята до года

4

13,3

1,5±0,2

Козы до 2-х лет

3

10,0

2,6±0,6

Козы от 2-х лет

7

23,0

1,7±0,2

Ягнята до 1года

3

10

1,5±0,2

Овцы до 2-х лет

5

16,7

1,6±0,2

Овцы старше 2-х лет

3

10

1,3±0,2

В таблице 11 представлены результаты исследований по возрастной динамике зараженности животных мониезиями.

Максимальная зараженность мониезиями отмечена у коз и овец до 2-х лет, соответственно, показатели составили – 23,0 % и 16,7 %. Кроме того, степень зараженности коз разных возрастных групп выше, чем овец.

Таблица 12

Заражённость мониезиями овец и коз в возрасте до 1,5 лет в различных районах (n=50)

Районы исследования

Кол-во заражённых

ЭИ, %

овец

коз

овцы

козы

Гайский

10

12

20

24

Новосергиевский

5

2

10

4

Беляевский

7

13

14

26

Соль-Илецкий

12

10

24

20

Кувандыкский

10

14

20

28

Акбулакский

13

3

26

6

Абдулинский

-

2

-

4

Шарлыкский

-

2

-

4

У овец высокая зараженность мониезиями была отмечена в Соль-Илецком и Акбулакском районах - ЭИ составила 24-26%, у коз в Беляевском и Кувандыкском районах ЭИ – 26-28%. Копроскопические исследования на мониезиоз были проведены во всех трех климатогеографических зонах у разных возрастных групп животных. У животных до 2-х лет была отмечена максимальная степень инвазированности. Возрастная динамика мониезиоза представлена в таблице 13.

Таблица 13

Возрастная динамика мониезиоза овец и коз в хозяйствах разных районов (n=30)

Районы

исследования

Овцы от 1,5 до 2-х лет (самки)

Козы от 1,5 до 2-х лет (самки)

заражено

ЭИ,

%

  ИИ,

экз.

заражено

ЭИ, %

ИИ, экз.

Гайский (вост.)

2

6,7

1,5

3

10

1,7±0,4

Беляевский (центр.)

2

6,7

2,5

5

16,7

1,8±0,3

Кувандыкский (вост.)

2

6,7

1,5

6

20

2,6±0,4

Соль Илецкий (центр.)

3

10

1,6±0,4

4

13,3

2,5±0,3

Акбулакский (вост.)

0

0

0

0

0

0

Абдулинский (зап.)

0

0

0

0

0

0

Шарлыкский (зап.)

0

0

0

0

0

0

Новосергиевский (зап.)

2

6,7

1,5

0

0

0

Из данных таблицы 13 видно, что мониезиозная инвазия регистрировалась, в основном, в районах восточной и центральной зон с интенсивностью до трех экз. паразитов. У овец максимум инвазии отмечен в Соль-Илецком (10%), у коз – в Кувандыкском (20%) районах.

Таблица 14

Сезонная динамика заражённости овец и коз от 1 до 2-х лет мониезиями по результатам вскрытий в Центральной зоне (n=50)

Сезон

Количество заражённых животных

овцы

козы

кол-во

ЭИ,

%

ИИ, экз.

кол во

ЭИ,

%

ИИ,

экз

Зима

10

20,0

2,5±0,4

14

28,0

2,5±0,3

Весна

  11

22,0

1,6±0,3

12

24,0

2,6±0,4

Лето

7

14,0

1,1±0,2

5

10,0

1,5±0,2

Осень

9

18,0

2,6±0,4

13

26,0

2,7±0,3

По результатам вскрытий зараженность в этой группе животных в разное время года имела различные показатели. Максимальная экстенсивность инвазии у овец была в зимне-весенний период (20% – 22%), у коз – в осенне-зимний (26% – 28%).

Материалы наших исследований показывают, что в разных географических районах Оренбуржья многие инвазии животных - эхинококкоз, эймериоз, стронгилятозы, трихоцефалез, цистицеркоз, мониезиоз – имеют стационарный характер. Что касается мониезиоза, наибольшая зараженность этой инвазией была отмечена в конце лета (9,8%).

3.3.4.2.Сезонная и возрастная динамика смешанных инвазий

3.3.4.2.1. Ассоциации паразитов в разных возрастных группах животных

Одним из актуальных вопросов биоценологии является проблема изучения сообществ паразитов – паразитоценозов в организме животных и человека. В связи с этим приобрело особое значение изучение состава и вариантов компонентов паразитоценозов в различных органах и тканях животных, а также влияние комплекса паразитов на организм хозяина.

С целью изучения паразитоценозов нами выполнены исследования по  изучению состава ассоциаций паразитов, при этом анализ данных показал, что ассоциативные болезни встречались во всех районах исследования.  Экстенсивность их в разных возрастных группах животных варьировала.

Инвазированность животных в восточной, западной, южной и северной зонах имела своеобразие. Так, зараженность моноинвазиями в разных хозяйствах была в пределах от 19% до 25,4%. По результатам вскрытий разных отделов пищеварительного тракта в разных районах Оренбуржья полиинвазии превалировали над моноинвазиями. Животные с несколькими видами возбудителей встречались в 54,6% – 61% случаев.

Выявлены различные сочетания паразитов в паразитоценозах, при комбинации мониезии – стронгиляты, стронгиляты – эймерии ярко выраженного антагонизма не обнаружено. Малокомпонентный состав паразитоценозов чаще встречался у животных от рождения до 6 – 7 мес. и у животных старше 2 – 3-х лет. Тогда как у животных от 6 – 7 мес. до 1,5 – 2-х лет отмечен разнообразный состав паразитоценозов, компонентами которых являлись разнообразные группы как эндо ,- так и эктопаразитов.

У коз оренбургской породы в составе паразитоценозов обнаружены нематоды – 53,4%, трематоды – 0,2%, цестоды – 8,3%, простейшие – 38,1%. Комбинации паразитов разнообразны. Из представителей нематод основными компонентами были стронгиляты, трихоцефалы; цестоды представлены мониезиями, тизаниезиями, простейшие - эймериями. Наиболее распространенными сочетаниями паразитоценозов, в составе которых выявлены гельминты, были мониезии (2,5%), стронгиляты (38,4%)(в том числе нематодиры (4,7%)), трихоцефалы (18,8%), стронгилоиды (5,2%), скрябинемы (0,6%) и эймерии (29,8 %).

Результаты полученных данных свидетельствуют о прогностическом исходе схем-моделей динамики инвазий. Скрябинемы с остертагиями образовывали устойчивые сообщества с другими компонентами (F-критерий был равен 17,1; Р < 0,002) В некоторых случаях в пищеварительном тракте хозяев сочлены сообщества были слабо зависимы друг от друга.

При наличии в кишечнике нематодир и трихоцефал связь компонентов в паразитоценозах оказалась слабее в 1,36 раза, чем в первом сообществе. Самой неустойчивой полиинвазией являлось сообщество, где встречались мониезии и эймерии, связь между ними была слабее в 3,38 раза.

Сообщества с тремя паразитами были обнаружены в 42,9%, с двумя – в 57,1% случаев. Для нематодир, остертагий, эймерий и трихоцефал встречаемость в сообществах, соответственно, составила 5,7%; 2,2%; 37,6%; 7,7%, для мониезий и скрябинем – 8,2; 2,8%, для стронгилят – 35,8%.

В группе козлят текущего года рождения (у самок) сообщества с 4 паразитами обнаружены в 14,2%, с тремя – в 28,5%, с двумя – в 38,5% и с одним – в 18,8% случаев. Отмечено, что у козочек устойчивость паразитов в сообществах к воздействию неблагоприятных факторов выше, чем у козликов. Это подтверждается исследованиями по сезонам года.

У самок количество видов в зимний период представлено примерно таким же составом, что и в летний период. У самцов этой группы сочетания гельминтов с эймериями встречались в четырех вариантах, и в основном двухкомпонентные ассоциации. У самок с эймериями чаще всего встречались мониезии, скрябинемы, стронгиляты, стронгилоиды. У самцов – мониезии и скрябинемы.

У козлов-производителей и коз маточного поголовья обнаружено несколько сочетаний состава паразитоценоза пищеварительного тракта. У козлов-производителей сообщества с четырьмя паразитами не встречались, у

коз с таким составом отмечены в 27,5% случаев, с тремя соответственно – в 22,9 % и 25 %, с двумя – в 37,1% и 29,2% и одним – в 40 % и 18,3% случаев.

У животных до 2-х лет состав паразитоценозов более разнообразен по сравнению с другими группами животных. Выявлено 11 различных сочетаний возбудителей, составляющих паразитоценоз. У животных старше 2-х лет сообщества паразитов образованы мониезиями в составе с другими паразитами в четырех вариантах, и в трех вариантах с нематодирами и эймериями.

В овцеводческих хозяйствах у животных 2-х лет паразиты пищеварительного тракта выявлены в 48 – 62 % случаев, при этом паразитоценозы зарегистрированы у 38, 2 % животных. У коз до 2-х лет паразиты выявлены в 34 – 58% случаев, в форме паразитоценозов зарегистрированы у 37,3% животных. В составе компонентов кишечных паразитоценозов выявлены следующие составные элементы: мониезии (2,5%), стронгиляты (28,4%), в том числе нематодиры (24,7%), скрябинемы (3,6%) стронгилоиды (15,2%); трихоцефалюсы (17,8%), и простейшие – эймерии (51,3%), которые регистрировались в различных сочетаниях.

В группе ягнят текущего года рождения сообщества с 4 паразитами обнаружены только у козочек в 4,2%, с тремя – в 9,5%, с двумя – в 37,5% и моноинвазии в 48,8% случаев.

У баранов-производителей сообщества с четырьмя паразитами встречались редко (5,2%), у маток с этим составом- 21,4 % случаев, с тремя - 20,9%, с двумя в –25,0%, с одним в 32,7%. У животных старше двух лет сообщества составляли паразиты, где основными были эймерии.

Заражение одним видом трематод и одним видом цестод установлено у 12% животных; по одному виду трематод, цестод и нематод было обнаружено у 23,8%. Сочетание с одним видом трематод и нематод –22,2%. Сочетание одного вида трематод с двумя видами цестод и одним видом нематод встречалось в 8,2% случаев.

Результаты изучения паразитоценозов показывают, что с возрастом у животных устойчивость их сочленов снижалась. Одновременно у одного хозяина встречались паразитозы, состоящие из 3 – 5-и видов, но количество их было малочисленное, достигало до 18-ти экз. Наиболее устойчивым паразитоценозом у животных в возрасте от одного до двух лет был состав: стронгиляты + нематодиры + эймерии. У коз старше двух лет отмечен максимальный уровень взаимосвязи между сочленами сообщества. Это подтвердилось статистическими исследованиями с использованием различных программ.

Таким образом, в разных половозрастных группах животных видовой и количественный состав паразитоценозов пищеварительного тракта был непостоянен. Часто главными сочленами паразитоценозов были эймерии, мониезии, нематодиры, скрябинемы; второстепенными – стронгиляты, трихоцефалы, остертагии.

В разные сезоны года у овец и коз выявлены ниже следующие сочетания паразитов.

Зима. Эктопаразиты представлены власоедами и рунцом овечьим; эндопаразиты – эймериями, нематодами из подотряда Strongylata, цестодами, цистицерками тенуикольными. У животных от 1 до 2-х лет в составе фауны паразитов выявлены эхинококки ларвальные, трихоцефалы,  сетарии.

Весна. У молодняка до 1 года обнаружены эймерии, стронгиляты, мониезии; у животных от 1 до 2-х лет – эймерии, стронгиляты, мониезии, ларвальные эхинококки, цистицерки, сетарии; животных старше 2-х лет - эхинококки, цистицерки тонкошейные, мониезии, трихоцефалы, диктиокаулы и сетарии.

Лето. У молодняка до 1 года обнаруживали  стронгилят и эймерий; у животных от 1 до 2-х лет - эймерий, стронгилят, мониезий, диктиокаулов, ценуров; животные старше 2-х лет - эймерий, стронгилят, мониезий, ценуров, эструсов, сетарий.

Осень. У молодняка до 1 года регистрировали эймерий, стронгилят, мониезий и диктиокаулов; у животных от 1 до 2-х лет – эймерий, стронгилят, мониезий, эхинококков, чесоточных клещей; старше 2-х лет были инвазированы эймериями, стронгилятами, мониезиями, эхинококками, ценурами, цистицерками, сетариями чесоточными и клещами (саркоптесами).

Важное место в изучении паразитоценозов занимает проблема межвидовых связей. Взаимосвязи настолько сложны и многообразны, как между самими паразитами, так и во взаимоотношениях с организмом хозяина, что во многом данные вопросы остаются еще неясными.

На основании наших исследований было выявлено, что между гельминтами и другими сочленами паразитоценоза возникали антагонистические отношения (при наличии одних видов паразитов, другие встречались редко, или совсем отсутствовали). В других случаях при паразитировании одних видов, другие присутствовали чаще, чем в их отсутствие. Межвидовые взаимоотношения паразитоценозов при локализации паразитов в различных сочетаниях регулируются опосредованно, т.е. через иммунную систему хозяина (Даугалиева, Э.Х. 2000).

При анализе межвидовых отношений паразитов в пищеварительном тракте установлено влияние разных видов возбудителей на численность и размеры особей других популяций. При совместной инвазии эймериями и хабертиями нематоды практически не отличались по размерам, в отличие от хабертий, паразитирующих в форме моноинвазий (1,8–2,1 см.). С повышением интенсивности до нескольких сот ооцист эймерий в 20 полях зрения длина хабертий уменьшалась до 1,7 -1,3 см за счет нарушения пищеварения у хозяев паразитов.

Установлено, что в разных районах Оренбуржья видовой и количественный состав паразитов мелкого рогатого скота менялся по возрастным группам животных и сезонам года: у ягнят весной паразиты представлены 3 видами возбудителей, у козлят – 4-я видами. Летом у этих групп животных число видов соответственно составляло 3 и 4, осенью и зимой - 4 и 5 видов. У овец от 1 года до 2-х лет весной, летом, осенью, зимой число видов составляло 3; 3; 4; 5, соответственно.

Таким образом, в разных половозрастных группах животных качественный и количественный состав паразитоценозов пищеварительного тракта изменялся. Полученные результаты легли в основу разработки и обоснования рекомендаций по системе борьбы и прогнозирования ситуации по инвазионным болезням овец и коз.

3.4. Оценка эффективности противопаразитарных препаратов при паразитоценозах мелкого рогатого скота

3.4.1. Результаты гематологических, биохимических исследований

Степень выраженности патологических изменений при паразитозах зависит от многих факторов: возраста животных, условий содержания, кормления, состояния маточного поголовья и др.

Нами установлено, что инвазии, протекающие в форме паразитоценозов, сопровождались эритропенией - снижением количества эритроцитов в сравнении с интактными животными, показатель достигал 16,1% – 18,7%. Гемоглобинемия составляла от 17,2% до 19,3%, лейкоцитоз приближался к 119% к уровню в контроле. Биохимические исследования показали снижение концентрации общего белка до 3,5 – 8,9%. Количество липидов на 60-й день после начала исследования достигало 10,7 – 12,9%, к 30-му дню исследований отмечалось нарастание содержания глюкозы в крови до 40,1%, с постепенным снижением уровня щелочной фосфатазы к 60-му дню до 36,9%, к 90-му дню – до 24,8%. Отмечалось снижение кислотной емкости сыворотки крови от 5,0 до 13,7%. На 90-й день у инвазированных животных были отмечены изменения в минеральном обмене: уровень кальция составил 13,7%, фосфора – 7,1%, железа – 29,7%, цинка – 20,1, фосфора – 12,5% от общего количества микроэлементов.

3.4.2. Влияние ивомека на возбудителей инвазий коз оренбургской породы

Из литературных сведений известно, что ивомек успешно применяли на овцах разных пород (Шеховцов В.С., Луценко 1988, Л.И., Березкина С.В 1992, BarthD., PrestonJ.M., 1985, Benz G.W., 1989). Сведений об испытании и применении данного препарата на территории России на козах недостаточно. Нами установлено действие ивомека на коз оренбургской породы в лечебной дозе при полиинвазиях и отмечены изменения картины крови в организме этого вида животных с учетом белкового состава крови, являющемся важным физиологическим показателем при оценке патологических изменений в организме животных.

По аналогичному вопросу имелись сообщения К.И. Гавриловой и Н.К. Василенко,(1960); И.Х. Иргашева и др. (1966) при применении препарата на овцах. Мы изучили действие ивомека на белковый и минеральный состав крови коз оренбургской породы, препарат применяли подкожно в дозе 200 мкг/кг массы животного (табл.15).

До применения ивомека при спонтанной инвазии у коз установлено пониженное содержание альбуминов по сравнению с глобулинами и соответственно отмечен низкий белковый коэффициент (0,89 А/Г). Такое содержание белка сыворотки крови регулируется защитной реакцией организма на токсины, выделяемые гельминтами в организме коз. Количество кальция и неорганического фосфора было снижено по сравнению с нормой 9,60 мг % в сравнении с первой и второй группой соответственно – 11,46 и 12,30 мг %.

Таблица 15

Белковый и минеральный состав сыворотки крови коз 1,5 лет при применении ивомека в лечебной дозе

Показатели

Контрольная группа

Первая группа

Вторая группа

Кол-во белков, % в т.ч.:

5,74±0,67

6,26±0,53

5,14±0,47

Альбумины, %

2,57±0,26

3,54±0,34

2,60±0,24

Глобулины, %

3,17±0,34

2,72±0,25

2,54±0,25

Белк. коэф., АГ

0,89±0,09

1,36±0,20

1,04±0,12

Кальций, мг %

9,60±0,91

11,46±1,16

12,30±1,30

Фосфор, мг %

3,00±0,32

3,37±0,32

3,68±0,33

Введение ивомека в организм коз вызвало некоторое увеличение общего белка за счет альбуминовой фракции, а после повторного применения (через сутки) показатель снизился. Снижение общего белка происходило за счет альбуминовой фракции, что дало основание сделать предположение о незначительных нарушениях физиологических процессов в печени, в которой осуществляется синтез белков. Аналогичные результаты получены в исследованиях К.И. Гавриловой (1968) на овцах.

Морфологические исследования крови показали отсутствие существенной разницы показателей у коз опытной группы по сравнению с контрольной по количеству эритроцитов, гемоглобина и других показателей. Они были лишь несколько ниже нормы.

Для коз опытной группы этот факт можно объяснить воздействием токсинов и продуктов распада паразитов, образующихся в процессе жизни возбудителей. Аналогичные данные получены Н.Ф. Ященко (1990). В таблице 16 дана характеристика белкового состава сыворотки крови у коз от 1,5 до 2-х лет.

Таблица 16

Белковый состав сыворотки крови коз 1,5-2-летнего возраста при применении ивомека

Показатели

Контр-ная группа

Однократно (сутки)

Двукратно (сутки)

1

3

7

1

3

7

Азот общий мг/%

20,9±2,1

20,3±2,2

21,1±2,0

22,5±2,1

21,0±1,9

22,1±2,1

21,0±2,0

Азот остаточный мг/%

31,5±3,2

28,6±2,6

30,7±3,1

25,6±2,4

27,4±2,6

27,6±2,6

27,2±2,5

Азот аминный мг/%

11,1±1,1

10,6±1,1

12,6±1,3

13,1±1,2

10,9±1,1

11,8±1,2

12,5±1,1

Альбумины %

41,7±4,2

45,1±4,4

41,5±4,0

43,3±4,2

43,2±4,2

41,3±4,0

41,8±4,1

–глобулины

15,7±1,7

10,1±1,2

12,4±1,3

10,6±1,1

12,4±1,1

11,7±1,0

10,6±0,9

–глобулины

17,7±1,7

15,2±1,6

14,9±1,5

17,4±1,5

15,8±1,4

15,2±1,3

16,4±1,5

–глобулины

24,8±2,5

29,4±3,0

31,0±3,0

28,5±2,5

28,7±2,6

31,6±3,0

31,0±3,1

Ивомек применили козам в лечебной дозе 200 мкгкг массы тела. У животных отмечались побочные явления – судорожное подергивание мышц и слюнотечение, отмечались случаи окрашивания мочи в слабо-кирпичный цвет, что через 1 – 2 дня прекращалось.

При этом однократное и двукратное применение ивомека приводило к незначительному изменению белкового состава крови, продолжающемуся в течение одних суток, и снижению общего и аминного азота (20,30 мг/%; 28,60 мг/%) при контрольных показателях – 20,93 мг/%, 31,50 мг/%; благоприятным достижением максимума в норму приводили через семь суток (табл.16).

Ивомек оказывал влияние и на состав фракций крови, что проявлялось и в увеличении содержания альбуминов по отношению к общему белку – в течение суток, и гамма-глобулинов в течение 3-х суток, при одновременном снижении и глобулинов.

Лишь на третьи сутки количество общего и аминного азота начинало возрастать, что свидетельствовало о нормализации функций в организме животных. На седьмые сутки количество общего и аминного азота превосходило контроль, при одновременном снижении остаточного азота. Это свидетельствовало об усилении усвоения азота корма и усиления физиологической активности белков.

Повышенный уровень остаточного азота у контрольных коз (31,50 мг/% при 25,64 мг/% через семь суток) после однократного применения ивомека объяснялось наличием в крови азотистых «шлаков», ввиду присутствия в организме гельминтов и возможного распада белков при них.

При электрофоретическом распределении белков сыворотки крови было выявлено, что ивомек оказал влияние на их фракционный состав. Через сутки после однократного и двукратного применения препарата возросло количество альбуминов, которое по отношению к белку составляло 45,12 и 43,26 мг/%, соответственно, против 41,71 мг/% в контроле.

На третьи сутки процент альбуминов снижался, приближаясь к контрольному уровню. При этом наблюдался рост глобулиновой фракции до семи суток, после чего показатель несколько снижался, но был выше контроля. Это доказывало то, что организм коз на введение ивомека реагировал усилением выработки антител, специфичных для организма коз.

Процесс снижения количества белка после повторного применения ивомека (интервал 7 суток) в лечебной дозе сопровождался увеличением общего азота, аммиака и снижением количества ацетоновых тел в моче. Это, видимо, результат усиления азотистого обмена в организме коз.

Кроме того, ивомек оказал влияние на белковый состав крови. Через сутки после применения препарата содержание общего, остаточного и аминного азота в крови по сравнению с контролем достигло 62,0 мг/%, 2,9 мг/%, 0,62 мг/%, соответственно.

Однократное применение ивомека козам второй и двукратное – козам третьей группы не оказало заметного влияния на клиническое состояние животных, температура тела у коз опытных групп колебалась в пределах от 39,0С до 39,6 С, пульс от 69 до 74 пульсовых волн/мин., дыхание – от 14 до 17дыхательных движений/мин.

Установлено, что дыхание у животных 2-й и 3-й групп через одни и двое суток после применения ивомека становилось более глубоким и редким, а пульс несколько замедлялся по сравнению с контролем. Но разница по этим двум показателям недостоверна. Козам, кроме ивомека, при нематодозах пищеварительного тракта применяли вальбазен, панакур, левамизол, альбекс.

Результаты по изучению эффективности препаратов при паразитоценозах на разных возрастных группах животных представлены в таблице 17 и 18.

Таблицы 17 и 18 показывают, что при применении козам 1,5 лет при паразитировании у них нематод разных видов отмечена высокая эффективность ивомека (85%), вальбазена (80,5 %), левамизола (79,3%); в группе животных 8–9- месячного возраста была максимальная эффективность ивомека - 98,4% и 98,%; альбекса- 90,1% и 93,6%.

Таблица 17

Результаты гельминтологических вскрытий сычугов, тонких и толстых кишок коз  1,5-2 лет при применении антгельминтиков (n = 5)

Группы животных

Препараты и

методы введения

ЭИ, %

ЭЭ преп.%

1

Подопытная

Ивомек, инъекция п/к 0,25мл/25кг

79

85

2

Подопытная

Вальбазен в дозе 2 мл, внутрь

95

80,5

3

Подопытная

Панакур 15мг/кг внутрь

93

65

4

Подопытная

Левамизол, 10мг/кг

90

79,3

5

Контрольная

-

0

0

Таблица 18

Эффективность дегельминтизации коз 8 9 месячного возраста при нематодозах пищеварительного тракта (n = 5)

Группы подопытных животных

Препарат

Доза препарата

Экстенсэффективность (%)

нематодозы

  стронгиля-тозы

трихоце-фалез

Подопытная1

Левамизол

10 мг/кг

73,2

74,0

68,4

Подопытная2

Панакур

15 мг/кг

60,7

63,8

53,7

Подопытная3

Вальбазен

25 мг/кг

83,2

87,4

68,9

Подопытная4

Альбекс

20 мг/кг

93,6

90,1

82,6

Подопытная5

Ивомек

200 мкг/кг

98,4

98,6

90,8

Контрольная

-

-

0

0

0

При полиинвазиях разного состава испытали несколько препаратов. Наилучший эффект получен от применения препаратов, представленных в таблице 19.

Таблица 19

Эффективность схемы дегельминтизации козлят 8 9-ти месячного возраста при паразитоценозах пищеварительного тракта (n = 5)

Группы животных

Препарат

Доза препарата

Экстенсэффективность (%), против

нематод

цестод

эймерий

1

Ивомек

200 мкг/кг

98,4

-

-

2

Вальбазен

25 мг/кг, однок.

80,2

83,2

-

3

Байкокс, 5%

2 мл / жив. 20 мг/кг,однократ..

-

-

100

4

Споробактерин

1мл / жив., двукратно

+

+

+

При паразитоценозах, в составе, которых были мониезии, стронгиляты, эймерии получен хороший эффект при комплексном применении растворов препаратов: ивермектина, вальбазена, байкокса и иммуномодулятора споробактерина – эффективность достигала 98,4%, 83,2% и 100%, соответственно.

ВЫВОДЫ

1. В условиях Южного Урала на территории различных районов Оренбургской области изучена фауна эндопаразитов овец и коз, которая составила 43 вида, в числе них доминировали 29: трематод 1 – Dicrocoelium lanceatum; цестод 3 – Moniezia expansa, Echinococcus granulоsus (larva), Cysticercus tenuicollis; нематод пищеварительного тракта 20 – Chabertiа ovina, Bunostomum trigonocephalum, B. phlebotomum, Oesophagostomum radiatum, O. venulosum, O. columbianum, Trichostrongylus axei, T. colubriformis, T. capricola, T. vitrinus, Ostertagia ostertagia, O. circumcinsta, Cooperia oncophora, C. pectinata, G. punctata, Haemonchus contortus, Nematodirus filicollis, N. abnormalis, N. spathiger, эймерий 5 - Eimeria ninaekohljakimovаe, E. faurei, E. intricata, E. galouzoi, E. arloingi.

2. Общими паразитами для овец и коз установлено 36 видов. Впервые у коз оренбургской породы на Южном Урале зарегистрированы четыре вида: Trichocephalus skryabini, T. ovis, Capillaria ovis, Eimeria galouzoi. Установлено 9 видов эймерий у овец и коз.

3. Доминирующими видами возбудителей в целом определены: стронгилята (гемонхи, нематодиры), трихоцефалы, эхинококки, цистицерки тенуикольные, мониезии, эймерии. Второстепенную роль по распространенности в патологии животных выполняют остертагии, дикроцелии, диктиокаулы, ценуры и некоторые др. Из всего паразитарного состава на долю всех видов гельминтов, простейших и отдельно ларвальных стадий цестод приходится в среднем 52,2 %; 33,7 %; 14,1 %, соответственно.

4. Выявлена роль факторов, влияющих на фауну паразитов, видовых и физиологических особенностей животных (половозрастных особенностей), и зональных климатогеографических условий региона исследований.

5. Изучена сезонная динамика выделения яиц гельминтов и ооцист эймерий в различных географических районах Оренбуржья: интенсивное их выделение происходит у молодняка в возрасте от 7–8 мес. до 10-ти мес. и животных от 1,5 до 2-х лет, максимальное выделение их отмечалось с середины осени до второй половины зимы и составляла в разных районах региона от 34,8 % до 46,5 %.

6. В условиях Южного Урала, с учетом особенностей разных климатогеографических зон, изучена сезонно-возрастная динамика наиболее распространенных инвазий и определены доминирующие инвазионные болезни: эймериоз, стронгилятозы, мониезиоз, эхинококкоз, цистицеркоз, которые распространены у коз и овец в разных районах от 52,1% до 64,5%.

7. В патологии мелких жвачных в регионе значительное место занимают стронгилятозы, (22,4 %) трихоцефалез (6,3 %), дикроцелиоз (2,4 %.), мониезиоз (5,1 %), эймериоз (27,2 %), а также инвазии, опасные для человека, вызванные ларвальными стадиями цестод – эхинококкоз (28,6 %), цистицеркоз (10,0 %)

8. В овцеводческих и козоводческих хозяйствах установлены паразитозы, вызываемые одновременно возбудителями в составе паразитоценозов в разных сочетаниях. Определены видовой и количественный состав паразитоценозов и роль основных и второстепенных видов – возбудителей заболеваний. Полиинвазии у животных до 1 года протекают с более тяжелым течением и с летальным исходом; у животных от 1,5 до 2-х лет наблюдается наиболее высокая зараженность инвазиями. Взрослые животные являются источником возбудителей заболеваний для животных подсосного возраста и молодняка.

9. В более высокой степени полиинвазиями заражены животные 8–9 месячного возраста. При этом инвазированность по лабораторным исследованиям с осени до второй половины зимы выявлялась с экстенсивностью от 34,8 % до 48,5 %. Интенсивно были заражены и животные от 1 до 2 лет с ЭИ по разным районам от 29,7% до 42,3%.

10.  В целом в различных зонах Южного Урала возбудителями из разных классов и семейств были инвазированы в среднем 43,7% мелкого рогатого скота. Одновременную зараженность несколькими видами паразитов от 2 до 6 видов регистрировали у 26,5% животных. Сочленами паразитоценозов во всех зонах региона являются стронгилята пищеварительного тракта, дикроцелии, трихоцефалы, мониезии, эймерии, диктиокаулы, эхинококки ларвальные, цистицерки тенуикольные.

11. Терапия животных при паразитоценозах с составом нематод наиболее эффективна при комбинированном применении ивомека, вальбазена и споробактерина; при наличии эймерий наилучший эффект дает сочетание ивомека (1%), байкокса (5%), вальбазена и споробактерина. Экстенсэффективность этих препаратов в комплексе при ассоциативных болезнях составляет 88 % - 94 %.

12. Применение споробактерина совместно с противопаразитарными препаратами способствует улучшению общего состояния организма животных, нормализации пищеварения, ускорению выздоровления и сохранности поголовья животных; повышалась устойчивость к инвазиям, что подтверждено результатами гематологических и биохимических исследований.

13. Разработан и внедрен в производство эффективный комплексный метод терапии овец и коз при полиинвазиях с применением препаратов, воздействующих на разные систематические группы возбудителей.

ПРАКТИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ

Результаты изучения фауны паразитов и биологических аспектов паразитоценозов у мелких жвачных животных и испытания антипаразитарных препаратов использованы для разработки и внедрения рекомендаций по профилактике и лечению животных в овцеводческих и козоводческих хозяйствах различных климатогеографических зон Южного Урала.

1. Методические рекомендации по диагностике, лечению, профилактике имагинальных и ларвальных цестодозов мелких жвачных животных. Утверждены Управлением Ветеринарии министерства сельского хозяйства по Оренбургской области, – Оренбург, 2006.

Имагинальные и ларвальные цестодозы имели широкое распространение в условиях Оренбуржья. В рекомендациях предложены эффективные методики для лабораторной диагностики изученных паразитозов пищеварительного тракта и паренхиматозных органов (использование комбинированного флотационного раствора с насыщенным 40% раствором нитрата аммония), а также усовершенствованные методы посмертной диагностики паразитозов овец и коз.

2. Рекомендации по гельминтозам сельскохозяйственных животных и опыт лечения и профилактики в Оренбургской области. (Утверждены Управлением Ветеринарии министерства сельского хозяйства по Оренбургской области. - Оренбург, 2007).

Нами были диагностированы и определены распространенные инвазионные заболевания и  предложены методы лечения и профилактики с применением препарата вальбазен. ЭЭ составляла в среднем 79,1% –86,4%

3. Рекомендации по борьбе с инвазионными болезнями мелких жвачных животных в районах Южного Урала. (Утверждены Управлением Ветеринарии Министерства сельского хозяйства Оренбургской области – Оренбург, 2008). Наиболее распространенными заболеваниями явились эхинококкоз, мониезиоз, стронгилятозы, эймериоз; для профилактики каждого из них были даны рекомендации для хозяйств, в результате чего достигнуто значительное снижение инвазий.

4. Методические рекомендации применения схем лечения при паразитоценозах для дегельминтизации овец и коз (Утверждены Управлением Ветеринарии Министерства сельского хозяйства по Оренбургской области. – Оренбург, 2006).

СПИСОК ОПУБЛИКОВАННЫХ РАБОТ

  1. Терентьева З.Х. Структура полиинвазий у коз оренбургской пуховой породы // Межвузовская научно-практическая конференция «Вклад молодых ученых и специалистов в научно-технический прогресс в сельскохозяйственном производстве». – Фрунзе, 1990. Ч. 2. С. 139 – 140.
  2. Терентьева З.Х., Христиановский П.И. Инвазионные болезни коз оренбургской пуховой породы. //Сборник тезисов докладов Всероссийского научно-исследовательского института мясного скотоводства. – Оренбург, 1991. С. 123 – 124.
  3. Терентьева З.Х. Сравнительная эффективность препаратов при гельминтозах пуховых коз // Сборник тезисов докладов Всероссийского научно-исследовательского института мясного скотоводства. Республиканская конференция молодых ученых и специалистов. – Оренбург, 1992. С. 48 – 49.
  4. Терентьева З.Х., Самотаев А.А. Паразито-хозяинные отношения в пищеварительной системе коз // Ветеринария. - 1994. № 12.- С. 33-35.
  5. Терентьева З.Х., Уйманов В.А. Производственное испытание ивомека при гельминтозах овец // Сборник тезисов докладов научно-практической конференции профессорско-преподавательского состава аспирантов и студентов, посвященной 65-летию Оренбургской сельхозакадемии. – Оренбург, 1995. С.78 – 79.
  6. Терентьева З.Х., Жулчугулова А.К. Изменения у коз при спонтанном эймериозе.// Сборник тезисов докладов научно-практической конференции профессорско-преподавательского состава аспирантов и студентов, посвященной 65-летию Оренбургской сельхозакадемии. Издательство Оренбургской сельхозакадемии. – Оренбург, 1995. С. 113 – 114.
  7. Терентьева З.Х., Жулчугулова А.К. Эффективность кубена и нафтабена при желудочно-кишечных стронгилятозах пуховых коз// Межвузовский сборник тезисов докладов научно-практической конференции профессорско-преподавательского состава аспирантов и студентов, посвященной 65-летию Оренбургской сельхозакадемии. – Оренбург, 1995.С. 14 – 16.
  8. Терентьева З.Х., Христиановский П.И., Морозова А.А. Паразитофауна животных Оренбургской области// Материалы научно-практической конференции – Оренбург, 1996. С. 89 – 90.
  9. Терентьева З.Х., Христиановский П.И. Сезонно-возрастная динамика гельминтозных и протозойных заболеваний коз в разных зонах Оренбургской области // Актуальные вопросы ветеринарии: Межвузовский сборник научных трудов Оренбургского государственного университета. – Оренбург, 1996. С. 45 – 47.
  10. Терентьева З.Х., Самотаев А.А. К вопросу о взаимоотношениях компонентов паразитоценоза желудочно-кишечного тракта коз оренбургской пуховой породы // Актуальные вопросы ветеринарии: Межвузовский сборник научных трудов Оренбургского государственного университета. – Оренбург, 1997. С. 9 – 10.
  11. Терентьева З.Х. Распространение эймериоза коз в Оренбургской области. // Ветеринария, 1998 - №8. - С. 11 14
  12. Терентьева З.Х. Ларвальные цестодозы животных. Методы диагностики, лечения и профилактики //Методические рекомендации/ – Оренбург, 1998. – 98 с.

13. Терентьева З.Х. Лабораторная диагностика гельминтозов и эймериозов мелкого рогатого скота//Методические рекомендации – Оренбург, изд. ВНИИМС. – 1998. – 88 с.

  1. Терентьева З.Х. Паразиты мелкого рогатого скота в Оренбургской области // Межвузовский сборник тезисов докладов: Научно-практическая конференция молодых ученых и специалистов. – Воронеж, 1999. С. 76 – 78.
  2. Терентьева З.Х. Ассоциация паразитов желудочно-кишечного тракта коз оренбургской пуховой породы // Межвузовский сборник тезисов докладов. Материалы научно-практической конференции «Вестник ветеринарии» – Оренбург, 2000. – С. 65 – 67.
  3. Терентьева З.Х., Понировский Е.Н., Ни Г.В., Христиановский П.И. Протозойные болезни: (Учеб. пособие) / утв. МСХ и продовольствия РФ. Оренбургский ГАУ Оренбург: 2000. 108 с.
  4. Терентьева З.Х. Проявление специфичности паразитов у овец и коз в зоне Южного Урала// Методы повышения продуктивных и защитных функций организма животных в Республике Башкортостан. – Уфа, 2000. С. 216 – 217.
  5. Терентьева З.Х. Зональные особенности распространения эймериоза мелкого рогатого скота в Оренбургской области // Межвузовский сборник тезисов докладов: Региональная научно-практическая конференция, посвященная 70-летию Башкирского государственного аграрного университета. – Уфа, 2000. С. 167-169.
  6. Терентьева З.Х. Распространение эхинококкоза и цистицеркоза мелкого рогатого скота.// Актуальные вопросы ветеринарии: Межвузовский сборник научных трудов Оренбургского государственного университета. – Оренбург, 2000. С. 75– 77.
  7. Терентьева З.Х. Распространение эймериоза мелкого рогатого скота в хозяйствах Оренбургской области // Методы повышения продуктивных и защитных функций организма животных в Республике Башкорстан. – Уфа, 2000. С. 217 – 218.
  8. Терентьева З.Х. Эколого-гельминтологические исследования животных зоны Южного Урал // Межвузовский сборник тезисов докладов. Материалы международной научно-практической конференции. – Оренбург, 2001. С. 87-89.
  9. Терентьева З.Х. Паразитоценозы мелкого рогатого скота в Оренбургском Приуаралье // Межвузовский сборник научных трудов. Материалы научно-производственной конференции «Актуальные проблемы ветеринарии и зоотехнии в Татарстане» Казань, 2001. С. 124-125.
  10. Терентьева З.Х. Хозяин и паразит как система // Межвузовский сборник тезисов докладов. Материалы международной научно-практической конференции. – Оренбург, 2001. С. 215-217.
  11. Терентьева З.Х. Паразитофауна и паразитоценозы сельскохозяйственных животных в зоне Южного Урала // Актуальные вопросы ветеринарии: Межвузовский сборник научных трудов Оренбургского государственного университета. – Оренбург, 2001. С. 34 – 35.
  12. Терентьева З.Х. Паразитофауна мелкого рогатого скота в зоне Южного Урала // Материалы международной научно-практической конференции «Актуальные вопросы морфологии и хирургии 21 века» – Оренбург, 2001. С. 25 – 27
  13. Терентьева З.Х. Сезонная динамика некоторых основных гельминтозов коз // Актуальные вопросы ветеринарии: Межвузовский сборник научных трудов Оренбургского государственного университета. Оренбург, 2001. С.65 – 66.
  14. Терентьева З.Х., Семенова Е.Г Биологическое загрязнение окружающей среды// Межвузовский сборник тезисов докладов Пензенского сельхозинститута: Материалы научно-практической конференции «Экологическая политика и устойчивое развитие регионов». – Пенза, 2002. С. 63-65.
  15. Терентьева З.Х. Лабораторная диагностика инвазионных заболеваний// Всероссийский научно-исследовательский институт мясного скотоводства. Методические рекомендации – Оренбург, 2002. – 100 с.
  16. Терентьева З.Х., Понировский Е.Н., Ни Г.В., Христиановский П.И., Эймериозы животных// Актуальные вопросы ветеринарии: Межвузовский сборник научных трудов Оренбургского государственного университета. – Оренбург, 2002. С.32 – 34.
  17. Терентьева З.Х. Изменение состава крови при применении панакура при стронгилятозах желудочно-кишечного тракта коз оренбургской пуховой породы // Межвузовский сборник научных трудов. Материалы научно-практической конференции Казанской ветеринарной академии «Актуальные проблемы ветеринарии». – Казань, 2003. С. 37 – 39.
  18. Терентьева, З.Х. Пономарева И.С. Оводовые болезни животных //Методические рекомендации// Всероссийский научно-исследовательский институт мясного скотоводства. – Оренбург, 2005. – 80с.
  19. Терентьева З.Х., Самотаев А.А. Сравнительная оценка эффективности антикокцидийных препаратов для овец и коз // Известия Оренбургского государственного аграрного университета. 2005. № 2. С. 35 - 36.
  20. Терентьева, З.Х. Изучение сезонной и возрастной динамики гельминтозов и протозоозов мелкого рогатого скота в различных районах Оренбуржья /З.Х. Терентьева// Научно-практическая конференция «Инновационные технологии в ветеринарии». – Оренбург, 2006. – С. 67 – 69.
  21. Терентьева З.Х., Шишкин А.П., Трутнев В.А. Болезни молодняка мелких жвачных животных в Оренбуржье// Известия Оренбургского государственного аграрного университета. Оренбург, 2006. - №2 - С. 153 – 155.
  22. Терентьева З.Х. Зооантропонозы животных и человека // Биология, № 21. – Первое сентября. – М., 2007. С. 34 – 36.
  23. Терентьева З.Х., Пономарева И.С. Паразитоценоз как биотический фактор, влияющий на онкогенезы и эпизоотическую ситуацию// Медицинская паразитология и паразитарные болезни. - 2007. - № 3 С. 20-23.
  24. Терентьева З.Х., Пономарёва И.С. Зооантропонозные гельминтозы //Методические рекомендации/ Всероссийский научно-исследовательский институт мясного скотоводства. – Оренбург, 2008. – 45 с.
  25. Терентьева З.Х., Костевич Е.А. Адаптация паразитов в организме животных / Известия Оренбургского государственного аграрного университета № 2 - Оренбург, 2008. - С. 278 - 279.
  26. Терентьева, З.Х. Паразиты мелкого рогатого скота. // Всероссийский научно – исследовательский институт мясного скотоводства. – Оренбург, 2009. – 100 с.
  27. Терентьева З.Х Ларвальные цестодозы животных в зоне Оренбуржья // Труды Кубанского Государственного аграрного университета. Ветеринарные науки - № 1 (Ч.1) Краснодар, 2009. - С. 181-183.
  28. Терентьева З.Х. Распространение эхинококкоза в зоне Оренбуржья // Труды Кубанского Государственного аграрного университета. Ветеринарные науки - № 1 (Ч.1) Краснодар, 2009. С. 183-184.
  29. Терентьева З.Х. Распространение эймерий у овец и коз в зоне Оренбуржья /Известия Оренбургского государственного аграрного университета. - Оренбург, 2009. № 1. - С. 157 160.
  30. Терентьева З.Х. Клинические симптомы и патоморфологические признаки при эймериозе коз // Актуальные проблемы безопасности жизнедеятельности: Материалы Всероссийской заочной конференции. – Уфа, 2010. – С.149 – 151.
  31. Терентьева З.Х., Байрамгулова Г.Р. Факторы, влияющие на интенсивность инвазий // Актуальные проблемы безопасности жизнедеятельности: Материалы Всероссийской заочной научно - практической конференции – Уфа, 2010. – С. 145-146.
  32. Терентьева З.Х. Паразитоценозы желудочно-кишечного тракта коз // Ветеринария, 2010. - № - 3. С. 54-55.
  33. Терентьева З.Х. Зависимость паразитофауны животных от экологических факторов в Оренбургской области //Актуальные проблемы безопасности жизнедеятельности: Материалы Всероссийской заочной научно - практической конференции. Уфа, 2010. С.141 143.
  34. Терентьева З.Х. Изменение белкового состава крови у коз при применении вальбазена // Актуальные проблемы безопасности жизнедеятельности: Материалы Всероссийской заочной научно-практической конференции Уфа, 2010. С.144 146.
  35. Терентьева З.Х. Распространение и видовой состав эймерий овец и коз в Оренбуржье // Российский паразитологический журнал. - 2011. - № - 2. - С. 72-75.
  36. Терентьева З.Х. Фауна паразитов овец и коз на Южном Урале //Российский паразитологический журнал. - 2011. - № 3 - С. 26 - 28.
  37. Терентьева З.Х. Распространение эймерий у овец и коз в Оренбуржье //Известия Оренбургского государственного аграрного университета. - Оренбург, 2011. - № 3(31). - С. 369 371.
  38. Фауна паразитов жвачных животных в условиях Оренбуржья: монография / Челябинск: Центр науч. сотрудничества, 2011. - 165 с.: ил. - Библиогр.: с. 139-165. -ISBN978-5-905280-11-5: 55.00 р.
  39. Терентьева З.Х. Динамика выделения яиц гельминтов и ооцист эймерий у коз оренбургской породы в условиях Южного Урала / Известия Оренбургского государственного аграрного университета. Оренбург, 2012. № 2. стр. 181-183.



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.