WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

На правах рукописи

Кюрегян Карен Каренович

Молекулярно-биологические основы контроля вирусных гепатитов

03.02.02. - Вирусология

Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора биологических наук

Москва 2012 г.

Работа выполнена в Федеральном государственном бюджетном учреждении «Институт полиомиелита и вирусных энцефалитов имени М.П.Чумакова» Российской академии медицинских наук

Научный консультант:

член-корр. РАМН, доктор медицинских наук, профессор Михайлов Михаил Иванович

Официальные оппоненты:

академик РАМН, доктор биологических наук, профессор Зверев Виталий Васильевич член-корр. РАМН, доктор медицинских наук, профессор Шахгильдян Иосиф Васильевич доктор биологических наук, доцент Карганова Галина Григорьевна Ведущая организация ФГУН «Научно-исследовательский институт эпидемиологии и микробиологии имени Пастера» Роспотребнадзора

Защита состоится 21 декабря 2012 г. в 10 часов на заседании диссертационного совета Д 001.026.01 в ФГБУ «Институт полиомиелита и вирусных энцефалитов им.М.П.Чумакова» РАМН по адресу: 142782, Москва, Новомосковский округ, поселение городского типа Московский, Институт полиомиелита

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ФГБУ «Институт полиомиелита и вирусных энцефалитов им.М.П.Чумакова» РАМН Автореферат разослан «19» ноября 2012 г.

Ученый секретарь диссертационного совета, кандидат биологических наук О.А.Медведкина

Общая характеристика работы

Актуальность проблемы Генетическое разнообразие является одним из важнейших факторов, определяющим особенности циркуляции вирусов, в том числе гепатотропных.

Инфекции, вызываемые вирусами гепатита А, гепатита В и гепатита С, являются социально-значимыми в силу их широкого распространения и тяжести ассоциированного заболевания. Значимость инфекций, вызываемых вирусами гепатита дельта и вируса гепатита Е, возросла в последние годы с накоплением данных об их распространенности за пределами гиперэндемичных регионов и увеличении доли этих инфекций в структуре вирусных гепатитов. Само понятие «вирусные гепатиты» сегодня еще более сложное, чем 10 - 15 лет назад. Накапливаются сведения о влиянии гетерогенности популяций возбудителей вирусных гепатитов на развитие инфекционного и эпидемического процессов заболеваний, которые они вызывают.

Применение методологического и аналитического арсенала молекулярной биологии и эпидемиологии способствует развитию понимания закономерностей циркуляции вирусов, вызывающих гепатит, и позволяет оптимизировать систему контроля этих инфекций.

Новые данные о циркуляции и генетическом разнообразии гепатотропных вирусов, полученные с помощью молекулярно-биологических методов и приемов молекулярной эпидемиологии, значительно расширяют возможности контроля вирусных гепатитов и переводят его из разряда эмпирических действий в систему, базирующуюся на знании биологических закономерностей. Так, в случае гепатита В (ГВ) на данных молекулярной диагностики базируется изучение скрытой HBsAgнегативной формы инфекции и лекарственной устойчивости вируса гепатита В (ВГВ), генотипического разнообразия и рекомбинантных форм вируса гепатита С (ВГС).

Понимание заложенных в геноме вируса способов избегать негативного влияния, и, как следствие, сохранения возбудителя как биологического вида, является основой диагностики и персонифицированной терапии вирусных гепатитов.

Другим важным аспектом контроля вирусных гепатитов является надзор за инфекциями и их регистрация. Две инфекции – гепатит дельта (ГD) и гепатит Е (ГЕ) не регистрируются в Российской Федерации (РФ) как самостоятельные нозологические формы. Сведения о циркуляции вирусов ГD и ГЕ и их генетическом разнообразии на территории РФ представляют ценность как для теоретической вирусологии, поскольку расширяют современные представления об эпидемиологии данных инфекций, так и для практического здравоохранения, так как помогают выявить группы риска и потенциальные источники инфицирования, а также указывают на необходимость внедрения и расширения диагностики ГD и ГЕ.

Полноценный эпидемиологический анализ, направленный на выявление источников и путей передачи инфекции, не возможен без анализа нуклеотидных последовательностей возбудителя. В РФ в силу большего числа случаев заболевания, географической удаленности и небольшого числа центров, способных проводить подобный анализ, оперативное применение методов молекулярной эпидемиологии при расследовании случаев гепатита А (ГА) является скорее исключением, чем правилом.

Очевидно, что успешный контроль данной инфекции возможен только при создании обширной базы данных последовательностей вируса гепатита А (ВГА), циркулирующих на территории РФ, и включении молекулярных методов в систему эпидемиологического анализа случаев ГА.

Изучение многих аспектов вирусных гепатитов человека – оценки эффективности вакцинных и терапевтических препаратов, дезинфектантов, инфекционных свойств агентов, - невозможно без моделирования инфекции на животных. Альтернативой недоступной в настоящее время модели ВГС-инфекции на мелких лабораторных животных является применение суррогатных моделей животных, например, инфекции игрунковых обезьян (тамаринов и мармозет), вызываемой вирусом GBV-B. Для ГВ удобной суррогатной моделью является инфекция, вызываемая вирусом гепатита В уток (ВГВУ). Молекулярно-биологические методы позволяют детально охарактеризовать модельные инфекции и оценить возможности их применения в системе контроля вирусных гепатитов.

Цель и задачи исследования Цель работы - разработка комплекса мер по оптимизации системы контроля вирусных гепатитов, основанного на молекулярной диагностике и эпидемиологии данных инфекций.

Для достижения выбранной цели были поставлены и решены следующие задачи:

1. Определить распространенность скрытой ВГВ-инфекции в Российской Федерации, оценить ее значимость с точки зрения диагностики гепатита В и изучить роль мутаций, связанных с «иммунологическим бегством», в развитии скрытой ВГВинфекции.

2. Провести сравнительные испытания различных тест-систем для детекции HBsAg и оценить их чувствительность при выявлении мутантных вариантов вируса гепатита В.

3. Изучить распространенность первичной лекарственной устойчивости вируса гепатита В на основании анализа частоты выявления и спектра связанных с лекарственной резистентностью мутаций в гене полимеразы вируса гепатита В у пациентов, не получавших терапию аналогами нуклеоз(т)идов.

4. Разработать систему оценки эффективности вирусной инактивации и дезинфекции с помощью модели in vivo инфекции вируса гепатита В уток.

5. Определить распространенность маркеров гепатита дельта среди условноздорового населения Российской Федерации и проанализировать случаи хронического гепатита дельта в гиперэндемичном по гепатиту В регионе Российской Федерации (на примере Республики Тыва):

• Определить частоту выявления анти-ВГD и РНК ВГD среди HBsAgположительных лиц, выявленных при обследовании условно-здорового населения шести регионов Российской Федерации с различной интенсивностью циркуляции ВГВ (Московской, Свердловской, Ростовской областей, Республики Саха (Якутия), Республики Тыва, Хабаровского края);

• Изучить генотипическое разнообразие вируса гепатита дельта, циркулирующего в Республике Тыва, определить частоту коинфекции ВГВ/ВГD и клинические исходы данной коинфекции в динамическом наблюдении.

6. Изучить структуру генотипов вируса гепатита С, циркулирующего на территории Российской Федерации, и ее изменения на протяжении последних пяти лет (20072011гг.).

7. Выявить и охарактеризовать случаи межгенотипической рекомбинации вируса гепатита С.

8. Разработать суррогатную модель ВГС-инфекции на мелких лабораторных животных, основанную на экспериментальном заражении игрунковых обезьян (мармозета обыкновенная, Callithrix jacchus) вирусом GBV-B, и оценить возможности применения данной модели для оценки эффективности подходов к созданию прототипной вакцины против гепатита С:

• Воспроизвести экспериментальную инфекцию GBV-B на мелких приматах (мармозета обыкновенная, Callithrix jacchus) и определить основные характеристики модельной инфекции у данного вида животных (продолжительность виремии, клинические проявления, эволюция возбудителя на протяжении инфекции);

• Создать прототипный вакцинный препарат против GBV-B-инфекции на основе химерных вирусоподобных частиц, несущих В- и Т-клеточные эпитопы капсидного белка GBV-B, встроенные в носитель (капсидный белок вируса гепатита В);

• Оценить иммуногенные и протективные свойства полученного препарата в эксперименте in vivo на игрунковых обезьянах.

9. Усовершенствовать алгоритм расшифровки вспышек гепатита А с применением молекулярно-эпидемиологического анализа, включающего выявление РНК вируса гепатита А в объектах внешней среды и сравнение нуклеотидных последовательностей фрагментов генома вирусов, выделенных от заболевших и из потенциальных факторов инфицирования (объектов среды).

10. Изучить интенсивность циркуляции вируса гепатита Е на территории Российской Федерации:

• Определить частоту выявления антител к вирусу гепатита Е среди условно здорового населения шести географически удаленных регионов Российской Федерации (Московской, Свердловской, Ростовской областей, Республики Саха (Якутия), Республики Тыва, Хабаровского края);

• Выявить и охарактеризовать случаи спорадической и групповой заболеваемости ГЕ в РФ;

• Определить распространенность вируса гепатита Е среди свиней в РФ и проанализировать генетические варианты вируса, выделенные от людей и животных.

Научная новизна На основании новых данных по молекулярной биологии и эпидемиологии вирусных гепатитов разработан комплекс мер по усовершенствованию диагностики, профилактики и надзора за этими инфекциями.

Впервые проведен анализ распространенности скрытой HBsAg-негативной ВГВинфекции среди различных когорт, относящихся к условно-здоровому населению и к группам риска инфицирования ВГВ. Впервые установлено, что частота обнаружения скрытой ВГВ-инфекции определяется чувствительностью тестов, применяемых для выявления HBsAg. С помощью серологических и молекулярных тестов доказано, что применение даже самых чувствительных на сегодня методов детекции HBsAg не позволяет выявлять все случаи ВГВ-инфекции. Впервые проведен анализ нуклеотидных последовательностей генома ВГВ, выделенных от случаев скрытой инфекции на территории РФ. Полученные результаты продемонстрировали, что основной причиной развития скрытой формы ВГВ-инфекции является не наличие мутаций в а-детерминанте HBsAg, а низкий уровень вирусной репликации и продукции HBsAg.

Впервые получены данные о распространенности мутаций в геноме ВГВ, связанных с первичной лекарственной устойчивостью вируса. Показано, что доля случаев первичной лекарственной резистентности достигает 6,2% среди пациентов с ВГВ-моноинфекцией и 10,0% - среди пациентов с ВГВ/ВИЧ-коинфекцией.

Проведенный впервые анализ распространенности лекарственной резистентности ВГВ в разных регионах РФ указывает на вероятность потенциального увеличения доли резистентных штаммов ВГВ в общей популяции в результате длительного применения антивирусных агентов прямого действия.

Впервые получены данные о распространенности на территории РФ инфекции ВГВ уток (ВГВУ). Описан первый отечественный штамм ВГВУ, депонированный под названием «Уфа-04» во Всероссийском государственном Центре качества и стандартизации лекарственных средств для животных и кормов (ФГБУ ВГНКИ).

Проведенные исследования позволили воспроизвести и внедрить в систему оценки вирусной инактивации лабораторную модель ВГВУ-инфекции, являющейся суррогатной моделью инфекции ВГВ человека.

Впервые получены данные о распространенности маркеров гепатита дельта среди условно-здорового населения регионов РФ, различающихся по заболеваемости гепатитом В. Данные по частоте выявления анти-ВГD среди детей в возрасте до 10 лет являются первым документированным свидетельством защиты с помощью вакцинации против гепатита В от инфицирования ВГD.

На основании результатов пятилетнего наблюдения за структурой генотипов ВГС впервые показано увеличение доли генотипа 1а в общей структуре генотипов. Получены новые данные о циркуляции рекомбинантного варианта ВГС RF_2k/1b; установлено, что все известные в настоящее время изоляты ВГС 2k/1b, по-видимому, являются потомками одного события рекомбинации.

Впервые воспроизведена инфекция GBV-B на обыкновенных мармозетах (Callitrix jacchus) и определены основные характеристики модельной инфекции GBV-B у данного вида животных - продолжительность виремии, клинические проявления, эволюция возбудителя на протяжении инфекции. Впервые разработана прототипная вакцина против модельной инфекции GBV-B, основанная на вирусоподобных частицах ВГВ, несущих В- и Т-клеточные эпитопы GBV-B, для оценки возможности применения данного подхода к созданию вакцины против гепатита С. Несмотря на недостаточные протективные свойства созданного вакцинного препарата, результаты эксперимента впервые продемонстрировали, что GBV-B-инфекция является ценной моделью для оценки перспективности различных подходов к созданию вакцины против гепатита С.

Впервые определена возрастная иммуноструктура вируса гепатита Е (ВГЕ) на территории Российской Федерации, выявлены возрастные группы и регионы, в которых анти-ВГЕ встречаются наиболее часто. Данные о выявлении анти-ВГЕ IgM среди условно-здорового населения являются первым прямым свидетельством о преимущественно бессимптомном протекании ВГЕ-инфекции в неэндемичных регионах.

Получены новые данные о циркуляции ВГЕ среди свиней - установлено, что на большинстве обследованных свиноферм в РФ присутствует ВГЕ-инфекция, которая выявляется преимущественно у животных в возрасте 2-4 месяцев. Впервые получены данные о генотипическом разнообразии ВГЕ в регионе, установлено, что выделенные на территории РФ от людей и животных изоляты вируса принадлежат генотипу 3. Впервые продемонстрировано существование специфичных для каждого региона РФ вариантов ВГЕ.

Выявленные случаи спорадической и групповой заболеваемости гепатитом Е на неэндемичных по данной инфекции территориях, данные об интенсивной циркуляции ВГЕ среди свиней и о широкой распространенности пост-инфекционных антител к ВГЕ среди населения РФ позволяют пересмотреть существующие взгляды на эпидемиологию гепатита Е на неэндемичных территориях.

Практическая значимость Применение молекулярно-биологического подхода позволило расшифровать крупную вспышку гепатита А в Москве и Московской области, произошедшую в 2010г.

Продемонстрировано преимущество методов преданалитической подготовки образцов воды с высоким фактором концентрирования для проведения поиска ВГА в образцах воды и смывах с объектов внешней среды при расшифровке вспышек гепатита А.

Установлено, что именно чувствительность ИФА-тестов для выявления HBsAg, а также включение в список мишеней этих тестов мутантных форм является ключевым моментом при диагностике ВГВ-инфекции. Тем не менее, продемонстрировано существование случаев скрытой инфекции, несмотря на применение для определения HBsAg высокочувствительных тестов, позволяющих выявлять основные мутации, связанные с «иммунным бегством». Эти данные указывают на важность скрининга донорской крови не только на HBsAg, но и на ДНК ВГВ для максимального снижения риска посттрансфузионного гепатита В.

Доказана необходимость проведения аттестации диагностикумов для определения HBsAg с помощью панелей нативных образцов, поскольку применение рекомбинантных антигенов для этой цели менее информативно.

Полученные данные об относительно широком распространении первичной лекарственной устойчивости ВГВ позволяют рекомендовать проведение анализа на наличие лекарственной резистентности для пациентов с ХГВ до начала проведения терапии. Такой анализ обеспечит адекватный подбор препарата ИОТ и позволит избежать применения заведомо неактивного противовирусного препарата.

Разработана система оценки эффективности вирус-инактивирующих препаратов, направленных против ВГВ, основанная на моделировании in vivo инфекции вируса гепатита В уток. Данная система валидирована для проведения испытаний дезинфицирующих препаратов, а также агентов для вирусной инактивации в службе крови, и включена в Методические указания по изучению и оценке вирулицидной активности дезинфицирующих средств 3.5.2431-08.

Продемонстрирована необходимость обязательного скрининга на антитела к ВГD всех лиц, положительных по HBsAg, а также регистрации гепатита дельта как отдельной нозологической формы в системе Государственного статистического наблюдения.

Установлено, что для рутинного генотипирования ВГС оптимальными с точки зрения чувствительности и специфичности являются системы генотипирования, мишенью которых является область core генома ВГС.

Разработана и успешно апробирована экспериментальная GBV-B инфекция у обыкновенных мармозет (Callitrix jaccus). Опыт применения данной суррогатной модели ВГС-инфекции на мелких лабораторных животных продемонстрировал, что она является удобным инструментом для оценки перспективности различных подходов к созданию вакцины против ГС.

Установлена необходимость включения диагностики гепатита Е в систему дифференциальной лабораторной диагностики гепатитов на территории Российской Федерации. Создана рабочая коллекция изолятов ВГЕ, выделенных на территории Российской Федерации. Собранная коллекция изолятов ВГЕ может применяться для проведения эпидемиологического анализа случаев гепатита Е и при разработке вакцины против этой инфекции.

Основные положения, выносимые на защиту 1. Разработан комплекс мер по оптимизации системы контроля вирусных гепатитов, основанный на применении новых технологий диагностики, изучения генетической изменчивости вирусов и разработки биологических моделей этих инфекций.

2. Существование случаев скрытой HBsAg-негативной инфекции, распространенность которой достигает 2% даже при применении тестов для определения HBsAg с чувствительностью 0,01 нг/мл, указывает на необходимость внедрения одновременного определения ДНК ВГВ и HBsAg для диагностики гепатита В. Основной причиной развития скрытой формы ВГВ-инфекции является не наличие мутаций в а-детерминанте HBsAg, а низкий уровень вирусной репликации и продукции HBsAg.

3. Первичная лекарственная устойчивость ВГВ - относительно широко распространенное явление, в связи с этим представляется целесообразным проведение скрининга на лекарственную устойчивость ВГВ до начала противовирусной терапии для выбора адекватного препарата. Анализ первичной лекарственной устойчивости в регионах РФ позволяет прогнозировать увеличение доли резистентных штаммов.

4. Экспериментальная инфекция ВГВ уток (ВГВУ) in vivo, являющаяся суррогатной моделью ВГВ-инфекции человека, является оптимальным инструментом для оценки эффективности противовирусных препаратов разных классов, направленных на инактивацию ВГВ.

5. Необходимо введение официальной регистрации гепатита дельта как самостоятельной нозологической формы и обязательного тестирования всех позитивных по HBsAg лиц на маркеры ВГD (анти-ВГD, РНК ВГD) для максимально ранней диагностики этой прогностически неблагоприятной инфекции. Вакцинации новорожденных против гепатита В обеспечивает эффективную защиту от инфицирования ВГD.

6. В Московском регионе наблюдается тенденция к увеличению доли генотипа 1а в структуре генотипов ВГС, при этом соотношение других генотипов вируса остается стабильным.

7. Рекомбинантная формы ВГС RF_2k/1b возникла в результате одного события рекомбинации и является устойчивой конкурентоспособной формой, циркулирующей среди инъекционных наркоманов.

8. Суррогатная модель ВГС-инфекции, основанная на экспериментальном заражении игрунковых обезьян (мармозет обыкновенных, Callithrix jacсus) вирусом GBV-B, является удобным инструментом для оценки перспективности подходов к созданию вакцины против гепатита С.

9. Выявление вирусного генетического материала в объектах внешней среды и филогенетический анализ геномных последовательностей ВГА, выделенных от заболевших и из объектов среды, должны быть включены в систему надзора за гепатитом А.

10. Значительная доля населения страны сталкивается на протяжении жизни с ВГЕ, при этом зачастую инфекция протекает бессимптомно, однако на негиперэндемичных по ГЕ территориях возможны автохтонные случаи как спорадической, так и групповой заболеваемости. Все автохтонные случаи ГЕ вызваны 3 генотипом ВГЕ.

11. ВГЕ распространен среди домашних свиней в РФ повсеместно, преимущественно инфицированы животные в возрасте 2-4 месяца, не достигшие возраста забоя. Для каждого региона РФ существуют, в рамках 3 генотипа вируса, специфичные варианты ВГЕ.

Апробация работы Основные положения и фрагменты диссертации представлялись на международных и 11 российских конференциях, конгрессах и симпозиумах: V Российская научно-практическая конференция «Гепатит В, С и Д – проблемы диагностики, лечения и профилактики» (Москва, 2003); 11th International Symposium on Hepatitis C Virus and Related Viruses (Heidelberg, Germany, 2004); VI научнопрактический симпозиум «Клиническая лабораторная диагностика» (Москва, 2005); 12th International Viral Symposium on Viral Hepatitis and Liver Diseases (Paris, 2006); VII Российская научно-практическая конференция «Гепатит В, С и Д – проблемы диагностики, лечения и профилактики» (Москва, 2007); 15th International Symposium on Hepatitis C Virus and Related Viruses (San Antonio, USA, 2008); 13th International Symposium on Viral Hepatitis and Liver Disease (Washington, USA, 2009); 16-ая Российская гастроэнтерологическая неделя (Москва, 2010г.); EASL Monothematic Conference: Delta Hepatitis (Istanbul, Turkey, 2010); 16-й Конгресс «Гепатология сегодня» (Москва, 2011); Вторая международная конференция «Фундаментальные и прикладные проблемы медицинской приматологии» (Сочи-Адлер, 2011); 17-ая Российская гастроэнтерологическая неделя (Москва, 2011г.); IX Российская научно-практическая конференция «Гепатит В, С и Д – проблемы диагностики, лечения и профилактики» (Москва, 2011); 13-ый Международный Славяно-Балтийский научный форум «СанктПетербург - Гастро-2011» (Санкт-Петербург, 2011); 17-й Конгресс «Гепатология сегодня» (Москва, 2012); Международная научно-практическая конференция «Фармацевтические и медицинские биотехнологии» (Москва, 2012); 14th International Symposium on Viral Hepatitis and Liver Disease (Shanghai, China, 2012).

Публикации по теме диссертации По теме диссертации опубликовано 27 работ, из них в журналах, рекомендованных ВАК – 12.

Объем и структура диссертации Диссертация изложена на 350 страницах машинописного текста, состоит из введения, обзора литературы, главы материалов и методов, 5 глав собственных исследований, обсуждения полученных результатов и выводов, иллюстрирована таблицами и 46 рисунками. Библиография включает 439 источников.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Материалы и методы исследования Все исследования были проведены в отделе вирусных гепатитов ФГБУ «Институт полиомиелита и вирусных энцефалитов имени М.П.Чумакова» РАМН. В исследование были включены пациенты с хроническими вирусными гепатитами различной этиологии, лица с повышенным риском инфицирования гемотрансмиссивными инфекциями, также условно-здоровое население Российской Федерации (таблица 1). От всех лиц были получены образцы сыворотки крови и подписанное информированное согласие.

Таблица Обследованные группы Группа Регион проживания Количество обследованных Пациенты с вирусными гепатитами Пациенты с острым гепатитом А Москва 1Пациенты с хроническим гепатитом В Москва, Тамбов, Саратов, 2Якутия, Тыва Пациенты с хроническим гепатитом D Тыва 1Пациенты с хроническим гепатитом С Москва 2 5Пациенты с гепатитом Е Владимирская область Группы повышенного риска инфицирования ВГВ Медицинские работники 5Инфицированные ВИЧ потребители Московская, Свердловская, 8инъекционных наркотиков Тамбовская, Саратовская области, Республика Якутия Пациенты с хроническим гепатитом Московская, Свердловская, 3различной этиологии Тамбовская, Саратовская области, Республики Тыва и Якутия Жители региона, гиперэндемичного по Республика Тыва 5гепатиту В Условно-здоровое население РФ Первичные доноры крови Московская, Свердловская, 3 2Тамбовская области, Республики Тыва и Якутия Беременные женщины Московская обл. 5Здоровых лиц 10 возрастных групп (< 1 Московская, Ростовская, 6 2года, 1 - 4 года, 5 - 9 лет, 10 - 14 лет, 15 - Свердловская области, 19 лет, 20 - 29 лет, 30 - 39 лет, 40 - 49 лет, Хабаровский край, 50 - 59 лет и старше 60 лет), в каждой Республики Тыва и Якутия группе не менее 100 человек Общее количество обследованных 15 2Помимо клинических образцов, полученных от людей, в ходе работы были исследованы образцы объектов внешней среды, а также биологический материал, полученный от животных. Для определения распространенности вируса гепатита В уток (ВГВУ) среди поголовья домашней утки были исследованы образцы сыворотки крови, полученные от 56 взрослых птиц на ферме в поселке Малая Дубна (Московская область) и 327 трехдневных утят на ферме в поселке Благовары (г.Уфа). В образцах крови определяли ДНК ВГВУ методом полимеразной цепной реакции (ПЦР).

Изучение циркуляции ВГЕ среди свиней было основано на определении РНК ВГЕ в образцах фекалий, собранных от домашних свиней на 17 свинофермах в 6 регионах РФ. Всего были собраны и протестированы на РНК ВГЕ 1566 образцов фекалий свиней из Калининградской, Архангельской, Владимирской, Саратовской, Свердловской областей и Хабаровского края.

Определение РНК ВГА проводили в образцах воды при расследовании вспышки ГА в г. Москве в 2010г. Исследовали пять образцов воды, взятых из источников водоснабжения в цехе производства готовой пищевой продукции и в открытых водоемах Московской области (пос. Павельцево).

Во всех образцах сыворотки крови определяли серологические маркеры вирусных гепатитов с помощью сертифицированных тест-систем иммуно-ферментного анализа (ИФА) и нуклеиновые кислоты гепатотропных вирусов (ВГА, ВГВ, ВГС, ВГD и ВГЕ) методом ПЦР или совмещенной с обратной транскрипцией ПЦР (ОТ-ПЦР) с праймерами к наиболее консервативным участкам вирусных геномов.

Для всех выделенных в данном исследовании вирусных изолятов проводили определение первичной нуклеотидной последовательности участков генома, наиболее репрезентативных с точки зрения генотипирования вируса и проведения филогенетического анализа. Перечень такие участков-мишеней с указанием величины и локализации в вирусном геноме приведен для каждого из анализировавшихся вирусов в таблице 2. Определение нуклеотидной последовательности анализируемых фрагментов вирусных геномов проводили методом прямого секвенирования ампликонов.

Полученные нуклеотидные последовательности фрагментов вирусных геномов выравнивали друг с другом и с соответствующими им участками полных и частичных геномных последовательностей анализируемых вирусов, доступными в GenBank на момент проведения исследования, с помощью программы MEGA (версия 4.0).

Поскольку для анализа (генотипирование выделенных изолятов, поиск мутаций в анализируемых регионах вирусного генома) использовались участки последовательностей, кодирующих вирусные белки, выравнивание этих участков вирусных геномов проводили в соответствии с рамкой трансляции. В качестве референсных последовательностей для филогенетического анализа были использованы полные и частичные геномные последовательности, депонированные в базе данных GenBank. Филогенетические деревья строили по алгоритму объединения ближайших соседей (neighbour-joining, NJ) при помощи программы MEGA 4.0 и MEGA 4.1.

Таблица Участки вирусных геномов, на основании нуклеотидной последовательности которых проводили генотипирование вирусов и филогенетический анализ Вирус Участок Величина Позиция в Штамм, по которому генома анализируемого вирусном приведена нумерация фрагмента геноме нуклеотидных позиций (номер в базе данных GenBank) ВГА VP1/2A 330 нт 2915-3245 HM175 (M59809) ВГВ S/P 676 нт 147-822 gD consensus (DM059405) ВГС Core 271 нт 461-731 H77 (AF009606) NS5B 340 нт 8276-8615 H77 (AF009606) ВГD R0 352 нт 909-1260 Miyako (AF309420) ВГЕ ORF2 304 нт 5994-6297 Burma (M73218) В данном исследовании были разработаны и апробированы две экспериментальных модели, являющихся суррогатными моделями инфекций, вызываемых ВГВ и ВГС. В качестве модели in vivo ВГС-инфекции была воспроизведена инфекция GBV-C на игрунковых обезьянах (Callithrix jacсus). В качестве инокулума GBV-B использовали пул сывороток инфицированного GBV-B тамарина (Sanguinus mystax), отобранных в острую фазу инфекции, любезно предоставленный доктором Jens Bukh (National Institute of Allergy and Infectious Diseases, National Institutes of Health, США). У зараженных внутривенно животных в течение 35 недель проводили мониторинг виремии GBV-B и уровней активности трансаминаз. С помощью разработанной суррогатной модели ВГС-инфекции на мелких приматах были приведены испытания протективных свойств химерных вирусоподобных частиц HBc/GBV-Bcore, представляющих собой кандидатную вакцину против модельной инфекции GBV-B. Химерные вирусоподобные частицы были получены нами путем встраивания участка капсидного белка модельного вируса GBV-B в капсидный белок ВГВ, выступавший в качестве носителя инородного эпитопа. Полученный рекомбинантный химерный белок экспрессировали в клетках E. coli линии RR1 и очищали сначала в градиенте сахарозы, а затем с помощью гель-хроматографии.

Полученные вирусоподобные частицы использовали для иммунизации игрунковых обезьян с последующим заражением GBV-B.

В качестве суррогатной модели ВГВ была воспроизведена in vivo экспериментальная инфекция ВГВУ на трехдневных утятах. Заражение проводили внутрибрюшинно, вводя каждому животному одноразовым шприцом по 200 мкл инокулума, содержащего 5 log10 ID50 уток в 1 мл. Утки наблюдались в течение 3 недель, по истечении которых у птиц проводили забор крови из яремной вены и определение ДНК ВГВУ в образцах сыворотки крови. Разработанная суррогатная модель ВГВ была валидирована при проведении испытаний вирулицидной активности дезинфицирующих препаратов на основе четвертичных аммониевых соединений (ЧАС), а также испытаний вирусной инактивации в препаратах плазмы донорской крови двумя химическими агентами – метиленовым синим и смесью трибутилфосфата и холата натрия (сольвентдетергентная смесь).

Полученные в работе результаты подвергали статистической обработке по общепринятым методикам с использованием вариационной статистики с помощью стандартной программы EXCEL 2003 и программы статистической обработки данных GraphPadPism 4. Статистическая обработка данных включала: определение средних величин показателей (М); вычисление значений квадратичного отклонения (SD);

выявление достоверности различий средних значений показателей в сравниваемых группах с использованием критерия Фишера и х2-квадрата с поправкой Йетса (различия оценивались как достоверные при вероятности 95%, p <0,05).

Результаты исследований и их обсуждение 1. Молекулярно-биологические основы контроля вирусного гепатита В 1.1 Распространенность скрытой ВГВ-инфекции Диагностика ГВ является важнейшим методом контроля гепатита В, поскольку позволяет не только выявлять людей, нуждающихся в терапии, но и определять потенциальные источники инфекции и предотвращать передачу ВГВ при переливаниях крови или в условиях медицинского стационара. Поскольку рутинная диагностика ВГВ строится на выявлении HBsAg в образцах сыворотки крови, важной задачей является определение распространенности скрытой HBsAg-негативной инфекции и анализ ее значимости для диагностики ГВ. До начала наших исследований данные о распространенности этой формы ВГВ-инфекции в РФ отсутствовали, хотя анализ литературы указывает на повсеместный характер ее распространения.

На первом этапе исследования для исключения HBsAg-положительных случаев в группе пациентов с заболеваниями печени различной этиологии применялся тест на HBsAg с чувствительностью 0,1 нг/мл, такие тест-системы и в настоящее время применяются в рутинной диагностике ГВ. После исключения HBsAg-позитивных случаев скрытая ВГВ-инфекция была обнаружена более чем у половины (52,5%) пациентов с «изолированными» анти-НВс, свидетельствующими о встрече организма с ВГВ. То есть среди лиц с заболеванием печени и серологическим свидетельством контакта с ВГВ рутинный тест на HBsAg «пропустил» инфекцию в половине случаев.

Полученные первые данные о столь широком распространении скрытой ВГВинфекции в РФ послужили основанием для расширения поиска этой формы инфекции с применением новых тест-систем для выявления HBsAg с чувствительностью 0,01 нг/мл (второй этап исследования). Кроме того, обследование нескольких групп населения (жителей Республики Тыва, пациентов с хроническим гепатитом различной этиологии) проводили с новыми диагностикумами на HBsAg, которые, помимо заявленной чувствительности 0,01 нг/мл, были способны выявлять ряд мутантных форм ВГВ, несущих замены в а-детерминанте (третий этап исследования). Таким образом, для выявления инфекции со стандартным серологическим профилем применяли в 10 раз более чувствительные тесты, поэтому в соответствии с рабочей гипотезой значительное количество потенциальных случаев скрытой инфекции могли быть определены как положительные по HBsAg случаи при повышении чувствительности анализа.

Было установлено, что скрытая ВГВ-инфекция достоверно чаще обнаруживается среди инъекционных наркоманов и в других группах риска по сравнению с первичными донорами крови. Таким образом, группы риска инфицирования ВГВ являются и группами риска присутствия скрытой ВГВ-инфекции, что, по-видимому, определяется большей вероятностью встречи с вирусом, которая может закончиться, наряду с другими исходами острого гепатита, и формированием скрытой инфекции.

В результате применения более чувствительных тест-систем для определения случаев ВГВ-инфекции со стандартным серологическим профилем, частота выявления скрытой ВГВ-инфекции снизилась в десятки раз (1,67%-2,0% против 52,5%) даже в группах риска по сравнению с результатами первого этапа исследования, где для этой же цели применялась тест-система с чувствительностью 0,1 нг/мл (таблица 3).

Таким образом, в результате повышения чувствительности выявления HBsAg в раз и включения в спектр мишеней тестов ряда мутантных форм HBsAg, значимость скрытой ВГВ-инфекции как диагностической проблемы значительно снижается, однако не исчезает полностью. Полученные данные указывают на сохранение значения скрытой инфекции для службы крови и указывают на важность внедрения молекулярных тестов для выявления ДНК ВГВ в донорской крови.

Таблица Частота выявления скрытой ВГВ-инфекции в обследованных контингентах Этап Чувствительность Обследованные Частота исследования применявшихся контингенты выявления для выявления скрытой ВГВHBsAg тест- инфекции систем ИФА 1 0,1 нг/мл Пациенты с ХЗП* различной 52,5% этиологии 2 0,01 нг/мл Доноры крови 0,31% Медицинские работники 0,56% Инъекционные наркоманы 1,67% 3 0,01 нг/мл + Условно здоровое население 0,42 % мутантные формы гиперэндемичного по ГВ HBsAg региона (Республика Тыва) Пациенты с ХГС Пациенты с ХЗП различной 2% этиологии * ХЗП – хронические заболевания печени Необходимо отметить, что при исследовании образцов сыворотки крови, положительных по HBsAg, в некоторых случаях не удавалось выявить ДНК ВГВ, то есть встречался серологический профиль, противоположный наблюдаемому при скрытой инфекции. С подобным явлением сталкивались и другие исследователи (Li et al., 2008) при проведении аналогичных популяционных исследований распространенности скрытой ВГВ-инфекции. Разнообразие форм ВГВ-инфекции и способов вируса сохраняться в гепатоците (включая образование ковалентно замкнутой кольцевой ДНК и интеграцию в геном клетки) определяет разнообразие сочетаний маркеров инфекции.

Таким образом, для достижения максимальной чувствительности выявления ВГВинфекции с помощью существующих в настоящее время методов, определение HBsAg и ДНК ВГВ должно проводиться одновременно, то есть один тест не исключает, а дополняет другой.

Помимо простой констатации факта существования скрытой ВГВ-инфекции и анализа ее распространенности в разных группах населения, важно понимать причины этого явления. Мутации в а-детерминанте, способные приводить к ее конформационным изменениям, и как следствие, к «иммунологическому бегству», были выявлены только в одном случае скрытой ВГВ-инфекции. Выявленная замена (T118A) была описана ранее как вариант, избегающий связывания специфичными иммуноглобулинами (Carman, 1997), поэтому такой белок мог не связываться антителами, применяющимися в тестсистемах для выявления HBsAg. Еще в одном случае скрытой ВГВ-инфекции был выявлен изолят, имеющий серотип ayw1, не характерный для РФ. По паспорту применявшейся для выявления HBsAg тест-системы такой серотип должен выявляться, однако можно предположить, что при низкой концентрации антигена в образце его выявление будет неоптимальным. В этом образце, как и во всех остальных, полученных от лиц со скрытой ВГВ-инфекцией (за исключением мутантного изолята с заменой T118A), вирусная нагрузка была низкой, менее 1000 копий/мл. По-видимому, с низкой активностью репликации ВГВ связан невысокий уровень продукции HBsAg, и как следствие, его низкая концентрация в крови, приводящая к отрицательному результату в ИФА-тестах.

Анализ последовательностей Р-гена не позволил определить какие-либо замены, связанные со снижением репликативной активности ВГВ. Изоляты ВГВ, выделенные от случаев скрытой и HBsAg-позитивной инфекции не отличались по частоте и характеру синонимичных и несинонимичных замен в гене полимеразы ВГВ. Ни в S-гене, ни в Ргене изолятов ВГВ, выделенных от лиц со скрытой инфекцией, не обнаруживали особые мутационные профили, связанные с низкой вирусной нагрузкой и слабой продукцией HBsAg. Вполне возможно, ведущее значение в формировании скрытой формы ВГВ-инфекции имеют не свойства вируса, а особенности иммунологического ответа организма, обеспечивающие значительное подавление вирусной репликации и секреции HBsAg, но позволяющие вирусу избегать полной элиминации.

1.2 Распространенность первичной лекарственной устойчивости ВГВ Анализ изолятов ВГВ, выделенных из сывороток крови пациентов с моноинфекцией ВГВ и с коинфекцией ВГВ/ВИЧ, был направлен на поиск аминокислотных замен в вирусной полимеразе, связанных с развитием лекарственной устойчивости ВГВ. Нами было установлено, что примерно у 6% пациентов с моноинфекцией ВГВ и у 10% пациентов с коинфекцией ВГВ/ВИЧ выделяются лекарственно-устойчивые варианты ВГВ, несмотря на то, что для проведения противовирусной терапии у данных лиц аналоги нуклеоз(т)идов не использовались.

При анализе аминокислотных замен в полимеразе ВГВ были выявлены две группы мутаций. К первой группе относились замены, для которых роль в развитии лекарственной резистентности вируса была подтверждена клиническими наблюдениями, то есть фенотип этих вариантов ВГВ был известен. Вторую группу мутаций образовали ранее не опубликованные аминокислотные замены в позициях, ассоциированных с развитием лекарственной устойчивости при появлении в них других аминокислотных остатков, отличных от «дикого» типа. Эти мутации были определены нами как потенциально значимые с точки зрения лекарственной резистентности. Для определения степени вероятности реализации резистентного фенотипа был проведен анализ характеристик заменяющих аминокислот (класса, полярности) в сравнении с известным фенотипом («диким» типом или резистентным штаммом) (таблица 4).

Оказалось, что в некоторых позициях, определяющих развитие резистентности (например, rt204), даже консервативные с химической точки зрения аминокислотные замены приводят к смене фенотипа. В других позициях изменения фенотипа связаны с заменой на аминокислоту другого класса/полярности. По-видимому, сам факт наличия аминокислотных замен в критических позициях определяет риск развития лекарственной устойчивости ВГВ, независимо от того, к одному классу относятся исходная и заменяющая аминокислоты, или к разным.

Полученные нами данные по распространенности первичной лекарственной устойчивости в РФ сходны с показателями, наблюдаемыми в Европейских странах и США (Nagasaki, 2007; Tumaet, 2011; Zllner, 2004), или несколько превышают их (Mirandola, 2011). Следует отметить, что наши данные получены при обследовании значительно больших когорт пациентов в регионах, где терапия ХГВ агентами прямого действия началась проводиться гораздо позднее, чем в США и Западной Европе.

В настоящее время в РФ для лечения ХГВ зарегистрировано 3 аналога нуклеоз(т)идов: ламивудин (1998 г.), энтекавир (2007 г.) и телбивудин (2007 г.), а в качестве компонента антиретровирусной терапии зарегистрирован тенофовир, активный в отношении не только ВИЧ, но и ВГВ. Следует отметить, что были выявлены резистентные варианты ВГВ, устойчивые как к препаратам, не применяющимся на территории РФ для терапии ХГВ (адефовир, тенофовир), так и к препаратам, применение которых для лечения ХГВ начато относительно недавно (3–4 года).

Полученные данные свидетельствуют о том, что в популяции всегда присутствуют резистентные варианты вируса, и их появление не обязательно связано с отбором мутантных вариантов под действием противовирусной терапии.

Таблица Характеристика аминокислот в позициях домена обратной транскриптазы ВГВ Позиция «Дикий» Значимая аа Выявленная Вероятность вариант ВГВ замена потенциально- развития значимая аа лекарственной замена устойчивости при выявленной потенциально значимой замене 82 L P M невысокая алифатическая гетероцикличе алифатическая неполярная ская неполярная неполярная 179 L P S высокая алифатическая гетероцикличе алифатическая неполярная ская полярная неполярная 184 T I P высокая алифатическая алифатическая гетероциклическая полярная неполярная неполярная 204 М I L неопределенная алифатическая алифатическая алифатическая неполярная неполярная неполярная 213 S F T/ Y высокая алифатическая ароматическая Алифатическая/аро полярная неполярная матическая полярная 214 V Y A невысокая алифатическая ароматическая алифатическая неполярная полярная неполярная Результаты анализа распространенности первичной лекарственной устойчивости ВГВ в обследованных регионах показали, что в Московском регионе, где терапия ХГВ нуклеоз(т)идными аналогами внедрена гораздо раньше, чем на остальной территории РФ, такие мутантные варианты ВГВ встречаются достоверно чаще. Повышенная частота выявления первичной лекарственной устойчивости среди не получавших терапию пациентов в Московском регионе, по-видимому, связана с более интенсивной циркуляцией таких вариантов ВГВ на данной территории. Данное наблюдение позволяет ожидать рост распространенности резистентных вариантов ВГВ и в других регионах РФ, с увеличением в них количества пациентов, получающих такую противовирусную терапию. Полученные данные о распространенности первичной лекарственной устойчивости позволяют рекомендовать проведение анализа на наличие лекарственной резистентности для пациентов с ХГВ до начала проведения терапии, чтобы избежать применения заведомо неактивного противовирусного препарата.

Включение в систему ведения пациентов с ХГВ анализа резистентности ВГВ позволит вовремя переключать пациентов на другой, более эффективный препарат (как это делается при антиретровирусной терапии) и не допускать развития клинических проявлений резистентности.

2. Контроль эффективности препаратов, направленных против ВГВ и ВГС, с помощью экспериментальных модельных инфекций 2.1 Разработка системы оценки вируцидной активности дезинфицирующих средств с помощью модели in vivo инфекции вируса гепатита В уток Наряду с вакцинацией против ГВ, неспецифическая профилактика инфицирования ВГВ (а также ВГС и ВИЧ) является важнейшим инструментом для снижения заболеваемости, в том числе связанной со случаями нозокомиальной инфекции. Одной из задач нашего исследования являлась разработка суррогатной модели ВГВ-инфекции для оценки эффективности вирусной инактивации с помощью различных химических агентов, как в службе крови, так и в дезинфектологии. Выбор вируса гепатита В уток (ВГВУ) в качестве модельного вируса был обусловлен тем, что домашняя утка как лабораторное животное имеет ряд очевидных преимуществ по сравнению с другими животными, восприимчивыми к инфицированию соответствующими вид-специфичными гепаднавирусами (сурки, североамериканские луговые собачки, цапли и т.д.). Для ВГВУ доказана сходная с ВГВ человека кинетика инактивации под действием различных противовирусных агентов. Кроме того, именно этот вирус в качестве модельного применяется для оценки вирулицидной активности в США и странах Западной Европы. Поскольку данные о циркуляции ВГВУ в РФ отсутствовали, также как и опыт экспериментального воспроизведения данной инфекции, до начала отработки ее модели необходимо было установить распространенность вируса среди поголовья домашней утки. При экспериментальном воспроизведении ВГВУ-инфекции перед нами стояло несколько вопросов - необходимо ли предварительное определение ВГВУ среди включенных в опыт птиц, поступивших из утиных хозяйств, какова оптимальная длительность эксперимента при оценке эффективности вирусной инактивации, сколько животных необходимо включать в каждую опытную группу, и какой способ инфицирования наиболее адекватен.

Оказалось, что ВГВУ в РФ распространен широко, частота его выявления достигает 20% среди утят в возрасте 3-5 дней (возраст, наиболее подходящий, по данным литературы, для экспериментального заражения, поскольку приводит к развитию хронической инфекции). Изолят ВГВУ, выделенный от утят, поступивших из крупного утиного хозяйства в Башкирии, был депонирован под именем «Уфа-04». Была проанализирована нуклеотидная последовательность N-концевого участка Р-гена изолята ВГВУ, что позволило подтвердить его принадлежность к группе Европейских вариантов ВГВУ, определена инфекционная активность в ID50 для утят, и вирусный материал был лиофилизован для дальнейших экспериментов по воспроизведению модельной инфекции.

Полученные данные о распространенности ВГВУ среди домашних уток позволили сделать вывод о необходимости первоначального определения ДНК ВГВУ у утят при закладке опытов по моделированию этой инфекции. В опытах по экспериментальному заражению трехдневных утят было установлено, что к 3 неделе после инфицирования ВГВУ-инфекция развивается у большинства зараженных птиц.

Результаты опыта по сравнению эффективности внутривенного и внутрибрюшинного заражения ВГВУ показали, что эффективность обоих способов сопоставима, поэтому, учитывая удобство и меньшую травматичность для опытных животных второго способа, можно рекомендовать именно его для проведения опытов по моделированию ВГВУинфекции. Таким образом, полученные результаты позволили разработать методику экспериментального воспроизведения ВГВУ-инфекции и применять полученную модельную инфекцию для изучения эффективности вирусной инактивации.

Опыт проведения экспериментов по оценке вирулицидной активности дезинфицирующих препаратов, а также вирусной инактивации в донорской плазме показал одну важную особенность. После проведения инактивации модельного вируса в обработанном материале может выявляться ДНК ВГВУ даже если вирус потерял полностью инфекционные свойства, что подтверждается отсутствием случаев заражения после введения этого материала восприимчивым животным. Обработка противовирусным препаратом в низкой концентрации может приводить к потере вирусом инфекционных свойств вследствие частичной или полной дезинтеграции вириона, однако полной деградации вирусной ДНК при этом не происходит. В связи с этим крайне важно проводить исследования по оценке эффективности вирусной инактивации с помощью чувствительного вирусологического метода, позволяющего определить потерю вирусом инфекционных свойств.

Полученные нами данные свидетельствуют о необходимости проведения экспериментального заражения уток с использованием материала, подвергнутого противовирусной обработке, и недопустимости простого определения ДНК модельного вируса в этом материале. Так, в эксперименте по определению вирулицидной активности в отношении ВГВ дезинфектанта на основе четвертичных аммониевых соединений, разница между концентрацией препарата, приводящей к потере ВГВУ инфекционных свойств и концентрацией, приводящей к исчезновению ДНК модельного вируса в обработанном материале, была десятикратной. Таким образом, моделирование инфекции ВГВУ как метод оценки эффективности вирусной инактивации оказалось в раз чувствительнее метода прямого определения вирусной ДНК в обработанном дезинфектантом материале.

Результаты, полученные при проведении испытаний различных методов инактивации ВГВ (дезинфекция, инактивация вируса в препаратах донорской плазмы) с помощью экспериментальной ВГВУ-инфекции, подтвердили пригодность данной суррогатной модели ВГВ-инфекции для оценки эффективности способов предотвращения передачи ВГВ в условиях медицинского стационара и в службе крови, основанных на применении вирулицидных химических агентов.

2.2 Разработка суррогатной модели ВГС-инфекции и оценка возможностей ее применения Наряду с суррогатной моделью ВГВ-инфекции нами была воспроизведена на игрунковых обезьянах инфекция GBV-B, являющаяся суррогатной моделью для ВГСинфекции. Поиск модели ВГС на мелких лабораторных животных ведется давно, и выбор GBV-B обусловлен таксономической близостью этого вируса к ВГС и его подтвержденной гепатотропностью. Нами был проведен успешный эксперимент по заражению GBV-B мармозет (Callithrix jacсhus) – мелких приматов, близких тамаринам, но, в отличие от последних, не являющихся редкими животными и относительно легко размножающихся в неволе.

Результаты эксперимента продемонстрировали, что GBV-B вызывает у мармозет острый самопрекращающийся гепатит, при этом основные характеристики инфекции (продолжительность виремии, уровни вирусной нагрузки) сходны с наблюдавшимися другими авторами у тамаринов (рисунок 1). У обоих животных наблюдали выраженный подъем активности печеночного фермента, изоцитрат дегидрогеназы, при этом пик подъема происходил за 2-3 недели до исчезновения виремии. Полученные данные свидетельствуют о том, что разрушение гепатоцитов может играть роль в элиминации GBV-B.

Результаты экспериментального заражения мармозет GBV-B продемонстрировали, что эти животные также восприимчивы к данной инфекции, как и тамарины, и могут использоваться для ее моделирования. Одной из основных характеристик инфекции GBV-B у мармозет и тамаринов является полная элиминация инфекции, обычно не позднее 20-й недели инфекции, что несколько ограничивает значимость этого вируса как суррогатной модели для ГС. Вероятно, исследования с применением генетически модифицированных клонов GBV-В или животных, подвергшихся иммуносупрессии, позволят преодолеть ограничения данной модели.

Успешное экспериментальное воспроизведение инфекции GBV-B на мармозетах позволило провести опыт по оценке иммуногенных и протективных свойств химерных вирусоподобных частиц, созданных нами в качестве вакцинного препарата против модельной инфекции. Любой подход к созданию вакцины против ГС наталкивается на отсутствие модели ВГС-инфекции на мелких лабораторных животных. Поэтому выбранную нами стратегию конструирования вакцины против ГС было решено сначала испытать при создании аналогичного вакцинного препарата против GBV-B и испытать его свойства в опыте на мармозетах.

Рисунок 1. Течение острой GBV-B-инфекции у мармозет (Сallithrix jacchus). Титры РНК GBV-B (копии/мл) отображены вертикальными столбцами; - уровни активности сывороточной изоцитрат дегидрогеназы (ICD) (Е/мл). Результаты качественного определения РНК GBV-B в образцах сыворотки крови в ОТ-ПЦР приведены над графиками: (+) - положительные и (-) - отрицательные образцы.

В качестве носителя для капсидного белка GBV-B был выбран капсидный белок ВГВ. Рекомбинантный капсидный белок ВГВ при экспрессии в E. coli образует вирусоподобные частицы, такие частицы являются оптимальным носителем для многих инородных В- и Т-клеточных эпитопов, обеспечивая их презентацию иммунным клеткам организма. Фрагмент генома GBV-B, кодирующий укороченный капсидный белок (аа 1-110) встраивали в 3’-терминальную часть укороченного гена core ВГВ, клонированного в свою очередь в экспрессионный вектор. Полученная плазмида давала относительно высокие уровни экспрессии рекомбинантного белка в E. coli, с формированием полных «зрелых» частиц.

Химерные вирусоподобные частицы (ВПЧ) очищали в градиенте плотности сахарозы с последующей очисткой пиковых фракций методом гель-хроматографии. На рисунке 2 приведены изображения полиакриламидного геля и иммуноблота с моноклональными антителами к НВс, подтверждающие эффективную очистку рекомбинантного белка. На рисунке 3 приведено изображение полученных вирусоподобных частиц HBc/GBV-Bcore при электронной микроскопии (х200 000).

А. Б.

Рисунок 2. Экспрессия в E.coli и очистка Рисунок 3. Очищенные вирусоподобные химерных вирусоподобных частиц частицы HBc/GBV-Bcore при электронной HBc/GBV-Bcore. микроскопии (х200 000).

A – PAAG; Б – Иммуноблот с моноклональными анти-HВc.

1 - клеточный лизат; 2 – очищенный белок HBc/GBV-Bcore (молекулярная масса приблизительно 30 kDa); 3 - очищенный HBc без вставки (молекулрная масса приблизительно 16,5 kDa); M – маркер молекулярной массы белка.

Полученный белок использовали для иммунизации трех мармозет обыкновенных (C. jacсhus) с использованием в качестве адъюванта гидроокиси алюминия (примерно 0.1 мг Al2O3/животное), с последующим заражением иммунизированных животных GBV-B. Для иммунизации мармозет применяли большие дозы вакцинного препарата - три иммунизации по 100 мкг на животное массой в среднем 300 г, с последующими двумя бустерными дозами по 200 мкг на животное. Выраженный гуморальный и клеточный иммунный ответ на иммунизацию наблюдали только у одного из трех животных, оно же оказалось защищенным от развития инфекции GBV-B при последующем экспериментальном заражении (рисунок 4). У этого животного отмечали кратковременную виремию (до 2 недель) после заражения, что сходно с двухнедельной репликацией GBV-B, наблюдавшейся B.Beames с соавторами у тамарина, зараженного повторно после перенесенной инфекции GBV-B (Beames et al., 2001). У двух других мармозет, слабо ответивших на иммунизацию, при последующем заражении GBV-B развилась инфекция, однако подъем трансаминаз оказался менее выраженным, чем у животного, получавшего при иммунизации плацебо (рисунок 4). По-видимому, даже слабый ответ на вводившийся вакцинный препарат, не обеспечивший защиту от заражения, способствовал уменьшению патогенного влияния инфекции.

Рисунок 4. Инфекционные профили иммунизированных мармозет, зараженных GBV-B.

* Животное 4 – отрицательный контроль при иммунизации. Результаты качественного определения РНК GBV-B в образцах сыворотки крови в ОТ-ПЦР приведены над графиками: (+) - положительные и (-) - отрицательные образцы. П.И. – после инфицирования Полученные в данном эксперименте результаты, с одной стороны, продемонстрировали недостаточные протективные свойства созданного вакцинного препарата и указали на необходимость создания других конструкций в качестве прототипа вакцины против ГС, возможно, несущих мозаичные эпитопы других вирусных белков. С другой стороны, было показано, что экспериментальное моделирование инфекции GBV-В на мармозетах является ценным вспомогательным инструментом для разработки вакцины против ГС, что позволяет рекомендовать такую суррогатную модель для использования в подобных работах.

3. Молекулярно-биологические основы контроля вирусного гепатита С 3.1 Определение генотипа ВГС Одной из основных характеристик ВГС является его генетическая неоднородность, отражением этого служит наличие 11 основных генотипов, более 1субтипов и множество квазивариантов. Как известно, более 10 лет назад в результате быстрого распространения в общей популяции ВГС генотипа 3а произошло значительное изменение структуры генотипов ВГС в РФ (Kalinina et al., 2001). Задачей нашего исследования являлось определение, насколько сформировавшаяся после широкого распространения генотипа 3а структура генотипов ВГС стабильна на протяжении последних 5 лет.

Итоги пятилетнего наблюдения за структурой генотипов ВГС продемонстрировали ее относительную стабильность. Доминировал генотип 3а, вторым по значимости был генотип 1b, и минорным являлся генотип 2а, при этом для каждого из этих генотипов отсутствовали достоверные различия между показателями частоты выявления в разные годы (рисунок 5). Однако для генотипа 1а была выявлена тенденция к увеличению его доли в общей структуре генотипов ВГС, частота выявления этого генотипа за 5 лет выросла в 7 раз, с 1,1% в 2007 году до 7,7% в 2011 году (p<0,05).

Насколько нам известно, это первое свидетельство увеличения распространенности генотипа 1а в РФ, встречавшегося ранее довольно редко. Вероятно, увеличение доли генотипа 1а в структуре генотипов ВГС в Московском регионе связано с завозом инфекции из стран Западной Европы, где этот генотип является доминирующим, и последующим распространением в группах риска инфицирования ВГС. Именно так произошло внедрение в общую популяцию генотипа 3а, завезенного из Центральной Азии, и, в меньших масштабах, генотипа 4 в странах Западной Европы, завезенного иммигрантами из Северной Африки и Ближнего Востока (Kamal et al., 2011).

Рисунок 5. Структура генотипов ВГС в г. Москве в 2007 – 2011 гг.

3.2 Межгенотипическая рекомбинация ВГС Наряду с изучением структуры генотипов ВГС, нами был проведен направленный поиск случаев рекомбинации ВГС. Для этого анализировали нуклеотидные последовательности двух наиболее удаленных друг от друга кодирующих участков генома ВГС, core и NS5В. В анализ включали две группы изолятов ВГС - с генотипом, неопределяемым рутинным методом, а также выделенные от лиц с высокой вероятностью многократного инфицирования ВГС (инъекционных наркоманов). Всего было проанализировано 136 изолятов ВГС, из них в 4 случаях удалось выявить рекомбинантную форму RF_2k/1b. Другие рекомбинантные варианты обнаружены не были, что подтверждает сложившееся мнение о том, что рекомбинация ВГС – явление весьма редкое, случайное и не представляет собой существенного значения для эволюции вируса. С другой стороны, выявление 4 изолятов RF_2k/1b свидетельствует об относительно широкой распространенности этого штамма. Высокая степень сходства последовательностей участка NS2, где была обнаружена точка перекреста, с аналогичными последовательностями других изолятов RF_2k/1b, выделенных в России, Узбекистане, Ирландии, а также одинаковое для всех изолятов расположение точки рекомбинации в позиции 3180±20 нуклеотидов, указывают на принадлежность к одному рекомбинантному штамму, возникшему в результате одного события рекомбинации. В пользу этого наблюдения свидетельствует и группирование на соответствующих филогенетических деревьях последовательностей участков core и NS5B всех изолятов RF_2k/1b.

Данные об эпидемиологии этого штамма RF_2k/1b ограничены, однако выделяют его преимущественно от пациентов, имеющих в анамнезе инъекционную наркоманию (Kalinina et al., 2002; Moreau et al., 2006; Kurbanov et al., 2008). Все четыре пациента, от которых был выделен штамм RF_2k/1b в нашем исследовании, также являлись потребителями инъекционных наркотиков. По-видимому, данный рекомбинантный вариант в настоящее время циркулирует только в этой группе риска.

Анализ вирусной нагрузки ВГС у пациентов, инфицированных RF_2k/1b, показал довольно высокие уровни (от 9,6 х105 до 8,6х106 копий/мл), что указывает на отсутствие снижения вирусной репликации у данного рекомбинантного варианта. Кроме того, высокие показатели вирусной нагрузки RF_2k/1b свидетельствуют о возможности передачи этого штамма не только при внутривенном введении наркотика, когда, как правило, происходит попадание в организм большой инфицирующей дозы, но и при реализации других путей передачи, сопряженных с меньшей инфицирующей дозой.

Таким образом, рекомбинантный вариант ВГС RF_2k/1b представляет собой самостоятельную конкурентоспособную форму, имеющую потенциал к более широкому распространению.

4. Молекулярно-биологические основы контроля вирусного гепатита дельта 4.1 Распространенность маркеров гепатита дельта среди условно-здорового населения Российской Федерации Изучение распространенности маркеров гепатита дельта среди условно-здорового населения было проведено в шести регионах РФ, различающихся уровнями заболеваемости ГВ (Московская область, Ростовская область, Свердловская область, Хабаровский край). Результаты выявления маркеров гепатита дельта среди условноздорового населения шести регионов РФ приведены в таблице 5.

В трех регионах – Свердловской области, Хабаровском крае, Якутии, - частота выявления анти-ВГD среди условно-здорового населения оказалась довольно высокой, от 5,0% до 16,7% (таблица 5). Ни в одном случае не была выявлена РНК ВГD, что указывает на отсутствие активной репликации вируса. Для ВГD не характерна спонтанная элиминация при сохранении ВГВ-инфекции; обычно в результате одновременного инфицирования ВГВ и ВГD развивается острый гепатит, который заканчивается элиминацией обоих вирусов, т.е. происходит сероконверсия как по HBsAg, так и по HDAg. Таким образом, присутствие в сыворотке крови пациента HBsAg и анти-ВГD свидетельствует с высокой долей вероятности о сохранении в организме ВГD, даже при невыявляемо низком уровне виремии ВГD.

Таблица Частота выявления маркеров инфицирования ВГD среди HBsAg-положительных лиц Регион HBsAg- Анти-ВГD РНК ВГD позитивных N % N % лица, N Московская обл. 17 0 - 0 - Ростовская обл. 16 0 - 0 - Свердловская обл. 12 2 16,7% 0 - Республика Саха (Якутия) 24 3 12,5% 0 - Республика Тыва 58 27 46,6% 14 24,1% Хабаровский край 20 1 5,0% 0 - Полученные данные о циркуляции ВГD среди условно-здорового населения РФ указывают на необходимость тестирования всех лиц, у которых выявляется HBsAg, на маркеры гепатита дельта, с целью своевременного выявления такую прогностически неблагоприятную коинфекцию. Поскольку при коинфекции ВГВ/ВГD патогенез определяется преимущественно ВГD, а подходы к терапии ХГВ и гепатита дельта принципиально отличаются (агенты прямого действия, активные против ВГВ, не эффективны в отношении ВГD), ранняя диагностика ВГD-инфекции является критическим фактором успешной терапии.

Анти-ВГD были определены почти у половины (46,6%) позитивных по HВsAg лиц, выявленных при обследовании условно-здорового населения Республики Тыва.

Полученные данные свидетельствуют о том, что Тыва является гиперэндемичным регионом по гепатиту дельта. Результаты выявления РНК ВГD показали, что у половины лиц с анти-ВГD присутствует активная репликация вируса. Было установлено, что самыми пораженными ВГD являются лица в возрасте от 30 до 50 лет.

Среди детей в возрасте 0-9 лет случаи выявления анти-ВГD отсутствовали.

Массовая вакцинация новорожденных против ГВ в данном регионе была начата в 1998г., соответственно, все обследованные дети в возрасте до 10 лет были вакцинированы против ГВ. Отсутствие случаев ВГD-инфекции в этой возрастной группе в гиперэндемичном регионе является четким свидетельством того, что массовая вакцинация новорожденных против ГВ обеспечивает защиту от инфицирования ВГD.

Полученные данные позволяют предполагать в будущем значительное снижение интенсивности циркуляции ВГD и количества случаев инфицирования в этом неблагополучном регионе и в стране в целом. Однако в настоящее время в Республике Тыва проживает большое число пациентов с хроническим гепатитом дельта, в большинстве случаев недиагнострованным, и эта проблема требует внедрения в регионе специальных программ по мониторингу и терапии гепатита дельта.

Все выявленные в Республике Тыва изоляты ВГD относились к генотипу 1, наиболее распространенному в Евразии. Филогенетический анализ нуклеотидных последовательностей участка вирусного генома R0, наиболее часто используемого для генотипирования вируса и представляющего примерно пятую часть вирусного генома, продемонстрировал группирование тывинских изолятов ВГD со штаммами, выделенными в Европейской части России, Якутии и в Восточной Европе (рисунок 6).

Большая часть изолятов, выделенных в Республике Тыва, образовывали несколько кластеров с относительно высокой степенью сходства внутри кластера (95% - 98%), что указывает на длительную циркуляцию вируса на данной территории и инфицирование внутри региона, местными штаммами. В отличие от Якутии, где наряду с генотипом 1 довольно широко распространен генотип 2 (Ivaniushina et al., 2001), на территории Республики Тыва нами был выделен только 1 генотип вируса.

I Рисунок 6.

Филогенетическое дерево на основании нуклеотидных II последовательностей 3’терминального участка гена HD вируса гепатита D (R0, 353 п.о.);

изоляты из Республики Тыва обозначены Tyva и выделены жирным шрифтом. Генотипы ВГD 1, 2 и 3 указаны III римскими цифрами.

5. Молекулярно-биологические основы контроля вирусного гепатита А В системе надзора за гепатитом А применение молекулярно-биологического анализа не является рутинным методом расшифровки вспышек и спорадических случаев заболевания. В результате этого во многих случаях источник и факторы передачи инфекции остаются невыявленными, а время для купирования вспышек с помощью адекватной дезинфекции и экстренной вакцинации в очаге остается упущенным. Кроме того, ограниченные сведения о циркулирующих в РФ штаммах ВГА затрудняют выявление эпидемических вариантов и прогноз подъема заболеваемости.

Анализ изолятов ВГА, выделенных от заболевших ГА в Москве в январе 2010г., был направлен на определение причины резкого подъема заболеваемости в конце декабря 2009г. – начале января 2010г. Необходимо было установить, вспышка ли это, и если да, что является ее источником. Для анализа степени сходства между изолятами ВГА был выбран участок вирусного генома VP1/2А величиной 330 пар оснований, который используется для подобных целей в большинстве лабораторий мира. Поскольку из 50 анализировавшихся изолятов ВГА 48 оказались идентичными между собой (рисунок 7), был сделан вывод об общем источнике инфицирования, и, следовательно, о существовании вспышки ГА.

Эпидемиологический анализ, проведенный сотрудниками Роспотребнадзора, позволил предположить в качестве фактора инфицирования салатную продукцию из сети гастрономов. При проведении эпидемиологического расследования на территории цеха по производству салатов была обнаружена несанкционированная скважина глубиной всего 16 метров, а в образцах воды, поступавшей из этой колонки, как до водоподготовки, так и после водоподготовки, была выявлена РНК ВГА. Среди персонала цеха салатной продукции были выявлены 9 заболевших ГА, у 5 из них удалось определить РНК ВГА и определить ее нуклеотидную последовательность.

Идентичность изолятов ВГА, выделенных из воды и у сотрудников предприятия, изолятам, выделенным от заболевших потребителей салатной продукции (рисунок 7), позволили сделать предположение о том, что первоначальным фактором инфицирования послужила контаминированная вода, которая использовалась для мытья котлов и овощей в цехе приготовления салатов. Далее контаминированный салат был распространен по гастрономам сети, и стал причиной пищевой вспышки в Москве.

Полученные данные свидетельствуют о том, что изначально данная вспышка имела водный характер.

Опыт расшифровки вспышки ГА показал важность применения высокочувствительного метода выявления РНК ВГА в образцах воды. Стандартный метод концентрирования образцов воды с помощью ПЭГ не дал положительного результата при поиске вируса, однако концентрирование образцов с помощью магнитных частиц, покрытых модифицированным аминогруппами полимером диоксида кремния (производства Научно-исследовательского института вакцин и сывороток им.

И.И. Мечникова РАМН). Данный метод позволил сконцентрировать образцы воды объемом 3 л до 1 мл, то есть в 3000 раз, что на порядок превышает фактор концентрирования с помощью ПЭГ. По-видимому, именно высокий фактор концентрирования явился причиной успеха выявления РНК ВГА в анализировавшихся образцах воды.

Рисунок 7. Филогенетические взаимоотношения изолятов ВГА, выделенных от заболевших ГА и из образцов воды.

Двузначным номерами обозначены изоляты ВГА от заболевших гепатитом А в Москве; префиксом х5 - изоляты ВГА от заболевших сотрудников предприятия пищевой промышленности; Water последовательности ВГА, выделенные из образцов воды, взятых на территории предприятия пищевой промышленности. Прототипные изоляты ВГА из GenBank приведены с указанием их номеров в базе данных. Длина ветвей отражает степень отличия нуклеотидной последовательности вирусов в соответствии с приведённой шкалой.

Именно вспышки определяют в настоящее время в РФ уровень заболеваемости ГА. Поэтому, помимо создания программы массовой вакцинации против ГА, внедрение стандартизованного алгоритма расследования вспышек ГА, сочетающего в себе эпидемиологический анализ и молекулярные методы исследования, является необходимым условием успешного контроля за ГА. Данный алгоритм должен включать в себя следующие этапы:

1. Опрос заболевших для выявления потенциальных факторов риска инфицирования.

2. Обязательный сбор образцов сыворотки крови от заболевших для определения анти-ВГА IgM и РНК ВГА.

3. Сбор образцов воды и смывов с объектов внешней среды, на потенциальную контаминацию которых указывают результаты эпидемиологического анализа.

Концентрирование образцов воды и смывов с помощью методов, дающих высокий фактор концентрирования (более 1000). Определение в концентрированных образцах РНК ВГА.

4. Определение нуклеотидной последовательности участка генома ВГА VP1/2A для всех изолятов вируса, выделенных от заболевших и из образцов окружающей среды, и сравнение их между собой для установления взаимоотношений между ними.

6. Молекулярно-биологические основы контроля вирусного гепатита Е 6.1 Частота выявления антител к вирусу гепатита Е среди условно здорового населения Для определения интенсивности циркуляции ВГЕ на территории РФ нами была определена частота выявления постинфекционных анти-ВГЕ IgG в разных возрастных группах населения. Была изучена популяция условно-здорового населения 6 регионов РФ, географически удаленных друг от друга и отличающихся климатическими условиями (Московская область, Ростовская область, Хабаровский край, Республика Саха (Якутия), Республика Тыва, Свердловская область). Для определения анти-ВГЕ у населения 6 регионов методом случайной выборки были отобраны 6292 образцов сыворотки крови лиц 3-х возрастных групп: моложе 20 лет – 3122, от 20 до 60 лет – 24и старше 60 лет - 721 образцов сыворотки крови. Соотношение мужчин и женщин для 6 регионов составило 1:1,3. Такие выборки представляются репрезентативными для экстраполяции полученных данных на население страны в целом.

Было установлено, что средняя частота выявления анти-ВГЕ в РФ составляет 4,1%, что соответствует данным, полученным при обследовании условно-здорового населения стран Западной Европы и Японии (Boutrouille et al., 2007 ; Lpez-Izquierdo et al., 2007; Takahashi et al., 2010), а также показателям, полученным ранее в некоторых регионах РФ среди первичных доноров крови (Кузьменко с соавт., 2004; Быстрова с соавт., 2010). Нами были отмечены различия по частоте выявления анти-ВГЕ в обследованных регионах, что указывает на разную интенсивность циркуляции ВГЕ на этих территориях. Достоверно чаще по сравнению с другими регионами анти-ВГЕ выявляли среди населения Московской области, где этот показатель в среднем составил 7,5%. Эти данные позволяют предположить существование отдельных территорий в РФ, которые можно рассматривать как эндемичные по ВГЕ-инфекции. Помимо территориальных различий в распространенности анти-ВГЕ, были отмечена значительная гетерогенность возрастной структуры популяционного иммунитета к ВГЕ.

Во всех шести обследованных регионах наблюдали резкий подъем частоты выявления анти-ВГЕ среди лиц старше 60 лет (рисунок 8). Величина данного показателя в старшей возрастной группе варьировала в разных регионах, от 8,3% в Свердловской области до 28,2% в Московской области, однако тенденция к его резкому увеличению была отмечена в каждом регионе.

Выявленный нами подъем частоты выявления анти-ВГЕ среди пожилых лиц может свидетельствовать, аналогично ситуации с ГА, о преимущественной циркуляции ВГЕ в старших возрастных группах. Обращает на себя внимание тот факт, что в Московской области частота выявления анти-ВГЕ среди лиц старше 60 лет достигает 28,2%, т.е. как минимум каждый четвертый житель Московской области сталкивается на протяжении своей жизни с ВГЕ. Полученные данные определенно указывают на интенсивную циркуляцию вируса в регионе среди лиц старших возрастных групп.

Результаты анализа структуры популяционного иммунитета к ВГЕ указывают на довольно широкую распространенность ВГЕ-инфекции в РФ, несмотря на отсутствие регистрируемой заболеваемости. Среди лиц с анти-ВГЕ класса IgG нами были выявлены 29 человек с анти-ВГЕ класса IgM, что свидетельствуют о наличии у них текущей ВГЕинфекции. Все случаи ВГЕ-инфекции, выявленные в нашем исследовании среди условно-здорового населения, были бессимптомными, что позволяет сделать предположение о преимущественно скрытой циркуляции ВГЕ в РФ. Анализ анкетных данных лиц с анти-ВГЕ IgM не выявил случаев поездки в гиперэндемичные по ГЕ регионы, равно как и желтухи в анамнезе. Это позволило с большой долей вероятности предполагать автохтонный характер инфекции.

Рисунок 8. Частота выявления анти-ВГЕ IgG в разных возрастных группах условноздорового населения: до 19 лет, 20-59 лет и старше 60 лет 1 – Московская область, 2 - Ростовская область, 3 – Свердловская область, 4 – Республика Саха (Якутия), 5 – Республика Тыва, 6 – Хабаровский край, 7 – среднее значение по РФ.

При анализе образцов сыворотки крови, положительных по анти-ВГЕ IgG, только в одном случае удалось выявить РНК ВГЕ. Такой результат согласуется с наблюдениями о коротком периоде виремии ВГЕ и сообщениями об относительно редком выявлении вирусной РНК в крови у лиц, имеющих анти-ВГЕ IgM (Maylin et al., 2012). Таким образом, диагностика ГЕ должна быть основана на определении анти-ВГЕ IgM в сыворотке крови и выявлении РНК ВГЕ в образцах фекалий. Анализ варианта ВГЕ, выделенного в данном исследовании, показал его принадлежность генотипу 3 ВГЕ (субтип 3с), что подтверждает автохтонный характер инфекции.

Случаи текущей ВГЕ-инфекции среди условно-здорового населения были выявлены во всех изученных регионах и практически во всех возрастных группах, что указывает на повсеместное распространение латентной ВГЕ-инфекции. По-видимому, такая скрытая циркуляция ВГЕ обеспечивает формирование значительной прослойки, иммунной к ВГЕ.

6.2 Случаи спорадической и групповой заболеваемости ГЕ в РФ Помимо бессимптомных случаев ВГЕ-инфекции, нам удалось описать и клинически выраженные случаи ГЕ на территории РФ, которые представляли собой весь спектр проявлений данной инфекции, наблюдаемых в гиперэндемичных регионах – спорадические случаи острого гепатита, фульминантное течение заболевания, вспышка инфекции. Все случаи ГЕ были описаны в течение двух лет на территории одного региона (Владимирской области). В большинстве случаев клинически выраженный ГЕ наблюдался у лиц старшего возраста, средний возраст лиц, вовлеченных во вспышку в г.

Коврове составил примерно 67 лет. Пациенту, умершему вследствие фульминантного ГЕ, было 76 лет.

Изученная нами вспышка ГЕ в г. Коврове является первым, по нашим данным, случаем групповой заболеваемости ГЕ, сходной с наблюдаемыми в гиперэндемичных странах. Ранее на неэндемичных территориях были описаны случаи одновременного заболевания нескольких человек ГЕ в результате употребления в пищу мяса инфицированного животного (свиньи или оленя), однако анализировавшийся нами групповая заболеваемость имела принципиально другой характер. Эпидемиологический анализ позволил исключить инфицирование ВГЕ в результате употребления в пищу мяса зараженных животных, и указал на высокую вероятность водного пути передачи инфекции. Косвенно на это также указывает высокая частота выявления анти-ВГЕ среди лиц, живших в тех же подъездах, что и заболевшие, то есть получавших воду по той же ветке водопровода. Этот показатель (26,8%) более чем в 2 раза превышал частоту обнаружения анти-ВГЕ IgG у лиц, обследованных до вспышки гепатита ГЕ. Необходимо отметить, что и до вспышки частота выявления анти-ВГЕ IgG среди населения г. Ковров составляла 12,3%, что указывает на продолжительную и интенсивную циркуляцию вируса на данной территории.

Все случаи ГЕ, выявленные во Владимирской области, были вызваны ВГЕ субтипа 3е, однако различия в нуклеотидной последовательности между изолятами вируса, выделенными при расследовании вспышки в 2009г., и от спорадических случаев, выявленных в 2008г., указывают на отсутствие связи между ними (рисунок 9).

AF336293 3c AF336290 S.3c AF336298 3c AF336297 3c FJ998010 3i FJ998012 3i 4579sar. 4863khab. 4502sar. 4539sar. 4586sar. 4631sar. 4610sar. 4677sar. AB105903 S.3a AP003430 H.3b AF296167 H.3d AY115488 S.3j AF455784 H.3g 5151kalin.Рис Рисунок 9. Филогенетические 5130kalin. 5107kalin.взаимоотношения изолятов ВГЕ, 5109kalin.выделенных от заболевших ГЕ 4835khab. 4892khab.людей и от свиней.

99 AY362357 H.3e AF503512 3e Жирным шрифтом обозначены 99 Human sporadic case 1 Vladimir Human sporadic case 2 Vladimir 71 изоляты ВГЕ, выделенные от AB094231 3e AB073911 3e заболевших людей. Использованы Vladimir fulminant sporadic case Lav следующие обозначения: изоляты, Kovrov outbreak Zem Kovrov outbreak Iv выделенные от случаев Kovrov outbreak Pik 99 AY032758 3f спорадического ГЕ – Human sporadic AY032757 3f case, изоляты, выделенные во время AF332620 3f AF336296 3f вспышки ГЕ – Kovrov outbreak, AY323506 3f 4131ekat.изолят, выделенный от пациента с 4313ekat.фульминантным ГЕ – Vladimir 4192ekat. 5354arch.fulminant sporadic case. Для 5376arch. 5374arch.обозначения региона выделения ВГЕ 5353arch. 4952khab.3 свиней использованы следующие 5320arch.обозначения: Архангельская область 5435arch. 5512arch.- arch, Владимирская область - vlad, 5525arch.80 4196ekat.Калининградская область - kalin, 4194ekat.Саратовская область - sar, 4173ekat. 4357ekat.Свердловская область – ekat, 4172ekat. 4352ekat.Хабаровский край - khab.

4178ekat. 4198ekat.2 Прототипные изоляты ВГЕ из 4199ekat.GenBank приведены с указанием их 4156ekat. 4191ekat.номеров в базе данных. Анализ 4410sar. 4591sar.частичной нуклеотидной 3990vlad последовательности проводился в 3951vlad 3968vlad ОРС 2 РНК ВГЕ (300 нт, 5996-62 3950vlad 3973vlad нумерация по прототипному изоляту 3974vlad 3948vlad Burme – M73128). Числа в узлах DQ450072 China HEV type IV дерева – процент bootstrap AB097811 Japan HEV type IV M74506 HEV2 Mexico псевдорепликатов, поддерживаемых AY723745 India HEV type IV AY594199 China HEV type IV данную группу (приведены только 77 M73218 Burma H. E virus type I достоверные значения > 70%). Длина D10330 Burma HEVNE8L type I AF051830 Nepal HEV TK15/92 type I ветвей отражает степень отличия X99441 India HEV type I X98292 India hev037 type I нуклеотидной последовательности M80581 Pakistan HEV type I L25547 China HEV type I вирусов в соответствии с D11093 China HEV type I приведённой шкалой.

M94177 China HEV type I 0. Наоборот, между изолятами ВГЕ, выделенными при расследовании вспышки, наблюдалась высокая степень сходства (более 95%), что и позволило, наряду с данными эпидемиологического анализа, сделать вывод об общем источнике инфекции. Обращает на себя внимание тот факт, что случай фульминантного ГЕ по данным эпидемиологического анализа не имел очевидной связи со случаем групповой заболеваемости в г. Ковров, однако выделенный изолят ВГЕ оказался очень близок ковровским изолятам вируса (рисунок 9). Учитывая тот факт, что и г. Владимир, где был зарегистрирован случай фульминантного ГЕ, и г. Ковров расположены на одной реке (р.

Клязьма), откуда проводится водозабор для населения обоих городов, такое генетическое сходство может указывать на происхождение ВГЕ из одного источника.

Выделение на одной территории на протяжении двух лет двух различных вариантов ВГЕ, принадлежащих к одному субтипу, указывает на широкое распространение вируса в регионе. Учитывая доказанную зоонозную природу ВГЕ на неэндемичных территориях, и роль свиней как резервуара инфекции, нами были проанализированы последовательности изолятов ВГЕ, выделенных от свиней во Владимирской области. Оказалось, что случаи заболевания людей ГЕ не имеют никакой связи с вариантами ВГЕ, обнаруженными нами у свиней. Выделенные от людей и животных изоляты ВГЕ принадлежали одному, третьему генотипу, но относились к разным субтипам вируса (рисунок 9). Тем не менее, поскольку исследования ВГЕ среди свиней во Владимирской области проводилось на одной, самой крупной ферме области, нельзя исключить вероятность циркуляции среди свиней данного региона ВГЕ, сходного с выделенными от человека изолятами.

6.3 Циркуляция вируса гепатита Е среди свиней в РФ Для того, чтобы оценить роль свиней как потенциального резервуара ВГЕ на территории РФ, нами были обследованы 17 крупных свиноферм в шести географически удаленных друг от друга регионах - Владимирской, Свердловской, Саратовской, Калининградской, Архангельской областях и Хабаровском крае. Всего было обследовано более 1300 животных, что позволяет рассматривать полученные данные как репрезентативные для РФ в целом.

Для определения распространенности ВГЕ-инфекции среди свиней необходимо знать, в каком возрасте преимущественно эта инфекция поражает животных. В связи с этим первым этапом исследования являлось определение возраста свиней, в котором наиболее часто регистрируется выделение ВГЕ с фекалиями. Возрастной интервал выявления ВГЕ-инфекции составил от 4 до 21 недели жизни, при этом наибольшая частота выявления (более чем у 50% обследованных животных) отмечена в возрасте 2-месяца. Полученные результаты указали на целесообразность обследования животных именно этого возраста для поиска ВГЕ. Нам не удалось выявить РНК ВГЕ в образцах фекалий от животных старше 5 месяцев, однако у поросят в возрасте 4-5 месяцев частота выявления РНК ВГЕ составила 15,8%. По-видимому, большинство животных в РФ, достигающих возраста забоя, уже не имеют ВГЕ-инфекции, поскольку переносят ее в раннем периоде, однако полностью исключить возможность наличия инфекции у животных в возрасте 8 месяцев не представляется возможным.

Нами была установлена частота выявления РНК ВГЕ у свиней в возрасте 2-месяцев в 6 регионах РФ. Она варьировала в широком интервале в зависимости от региона (от 8,8% до 60,5%) и от фермы (от 0 до 49,45%), где проводилось исследование (рисунок 10). Из 17 обследованных нами свиноферм только на трех не была выявлена циркуляция ВГЕ.

Рисунок 10. Частота выявления РНК ВГЕ у свиней в возрасте 2-4 месяца в шести обследованных регионах РФ.

Обнаружение ВГЕ у свиней в различных географически удаленных друг от друга регионах РФ позволяет сделать предположение о повсеместном распространении вируса среди свиней на территории страны. Полученные данные подтверждают потенциальную значимость свиней как резервуара ВГЕ, поскольку, даже если вероятность употребления в пищу мяса инфицированных животных не очень высока, животные могут служить источником вируса, попадающего в окружающую среду, в том числе в источники водоснабжения.

Необходимо отметить, что до настоящего времени данные о генетическом разнообразии ВГЕ в РФ практически отсутствовали и были ограничены описанием нескольких изолятов, выделенных свиней (Михайлов с соавт., 2007). Нами был проведен анализ частичной нуклеотидной последовательности 46 изолятов ВГЕ, полученных с 14 свиноферм в 6 регионах РФ, что составило 18,5% от всех изолятов ВГЕ свиней, выделенных в нашем исследовании. Для анализа использовалась нуклеотидная последовательность 5’-участка области открытой рамки считывания 2 генома ВГЕ, для которой в GenBank имеется наибольшее количество референсных последовательностей, выделенных в разных регионах мира. Для анализа были отобраны варианты ВГЕ, различающиеся между собой не менее чем на 1%, чтобы избежать анализа дублирующих последовательностей.

Все выявленные нами изоляты ВГЕ относились к 3 генотипу. Выделенные в каждом регионе изоляты ВГЕ, как правило, образовывали на филогенетическом дереве самостоятельные кластеры с показателями достоверности филогенетического группирования 98-100%, и не группировались с референсными последовательностями из GenBank (рисунок 9), что свидетельствует о циркуляции самостоятельных вариантов ВГЕ 3 генотипа в каждом регионе. Изучение молекулярной эпидемиологии ВГЕ в разных регионах мира показало, что различные субтипы ВГЕ 3 генотипа мало отличаются по своим биологическим и эпидемиологическим свойствам, и их разделение носит условный характер, не имеющий под собой биологической основы. Однако группирование изолятов 3 генотипа ВГЕ на субтипы может быть удобным при расследовании заболеваемости ВГЕ на неэндемичной территории с точки зрения выявления потенциального источника инфицирования.

Подобное “картирование” территорий Российской Федерации может помочь в будущем при расшифровке случаев ГЕ у людей. Учитывая вероятность зоонозной природы ВГЕ-инфекции, сравнение выделенных от пациентов изолятов ВГЕ с имеющимися в базе данных изолятами ВГЕ свиней, характерными для конкретного региона, позволит сделать заключение о возможном источнике инфицирования. Кроме того, создание базы данных изолятов ВГЕ может послужить основой для создания отечественной вакцины против ГЕ, основанной на штаммах вируса, циркулирующих на территории РФ.

Выводы 1. Современные молекулярно-биологические методы диагностики, изучения генетической изменчивости вирусов и разработки биологических моделей вирусных гепатитов дали возможность получить как фундаментальные знания о поведении вирусных популяций (распространенность и спектр мутантных форм, характеристика скрытых форм инфекции), так и знания прикладного характера (система оценки эффективности противовирусных препаратов, усовершенствование алгоритма лабораторной диагностики и расшифровки вспышек гепатита), что позволило разработать комплекс мер по оптимизации системы контроля вирусных гепатитов.

2. Для оптимизации контроля вирусного гепатита В диагностика данной инфекции должна строиться на одновременном определении ДНК ВГВ и HBsAg. На необходимость этого указывает существование случаев скрытой HBsAg-негативной инфекции, распространенность которой достигает 2% даже при применении тестов для определения HBsAg с чувствительностью 0,01 нг/мл. Основной причиной развития скрытой формы ВГВ-инфекции является не наличие мутаций в а-детерминанте HBsAg, а низкий уровень вирусной репликации и продукции HBsAg.

3. Частота выявления мутаций, связанных с первичной лекарственной устойчивостью ВГВ, составляет 6,2% среди пациентов с ВГВ-моноинфекцией и 10,0% - среди пациентов с ВГВ/ВИЧ-коинфекцией. Полученные данные свидетельствуют о целесообразности проведения скрининга на лекарственную устойчивость ВГВ до начала противовирусной терапии для выбора адекватного препарата. Анализ первичной лекарственной устойчивости в регионах РФ позволяет связать данное явление с продолжительностью применения противовирусных препаратов в том или ином регионе, и прогнозировать увеличение доли резистентных штаммов со временем.

4. Существование крайне неблагополучных по гепатиту дельта регионов, таких, как Республика Тыва, где 46,6% инфицированных ВГВ имеют маркеры коинфекции ВГD, указывает на необходимость введения официальной регистрации гепатита дельта как самостоятельной нозологической формы и обязательного тестирования всех позитивных по HBsAg лиц на маркеры ВГD (анти-ВГD, РНК ВГD) для максимально ранней диагностики этой прогностически неблагоприятной инфекции. Отсутствие случаев выявления анти-ВГD среди детей моложе 10 лет свидетельствует об эффективной защите от инфицирования ВГD с помощью вакцинации новорожденных против гепатита В.

5. В Московском регионе наблюдается тенденция к увеличению доли генотипа 1а в структуре генотипов ВГС, от 1,1% до 7,7% (p<0,05), при этом соотношение генотипов 1b, 2а и 3а остается стабильным. Среди инъекционных наркоманов отмечена циркуляция рекомбинантной формы ВГС RF_2k/1b, являющейся устойчивой конкурентоспособной формой. Анализ нуклеотидных последовательностей фрагмента кодирующего участка NS2, в котором находится точка рекомбинации, позволил установить принадлежность всех известных изолятов RF_2k/1b к одному рекомбинантному штамму ВГС, возникшему в результате одного события рекомбинации.

6. Разработана система оценки эффективности противовирусных препаратов, направленных против ВГВ и ВГС, с помощью суррогатных инфекций in vivo. Для испытания противовирусной активности препаратов разных классов, направленных против ВГВ, разработана и успешно апробирована модель инфекции ВГВ уток. В качестве суррогатной модели ВГС воспроизведена модель GBV-B-инфекции игрунковых обезьян, в эксперименте in vivo продемонстрировано, что она является удобным инструментом для оценки перспективности подходов к созданию вакцины против гепатита С.

7. Молекулярно-эпидемиологический анализ случаев гепатита А, ассоциированных с резким подъемом заболеваемости в г. Москва в декабре 2009 - январе 2010 гг., позволил доказать развитие пищевой вспышки данной инфекции. Выявление РНК ВГА в образцах воды, взятых на пищевом предприятии, позволило установить изначально водный характер вспышки с последующей реализацией пищевого пути передачи инфекции.

Полученные результаты свидетельствуют о необходимости внедрения чувствительных методов выявления вирусного генетического материала в объектах внешней среды в систему надзора за гепатитом А.

8. Частота выявления анти-ВГЕ IgG среди условно-здорового населения РФ составляет в среднем 4,1%, при этом наблюдается резкое (до 28%) увеличение частоты выявления анти-ВГЕ IgG среди лиц старше 60 лет. Полученные результаты свидетельствуют о том, что значительная доля населения страны сталкивается на протяжении жизни с ВГЕ.

Впервые определены молекулярно-эпидемиологические характеристики автохтонных случаев групповой заболеваемости ГЕ на негиперэндемичной территории, получены данные, опровергающие существующее мнение об отсутствии вспышечной заболеваемости вне стран с жарким климатом. Установлено, что все изоляты ВГЕ, выделенные на территории РФ от людей и животных, принадлежат генотипу 3. ВГЕ распространен среди домашних свиней в РФ повсеместно, преимущественно инфицированы животные в возрасте 2-4 месяца, не достигшие возраста забоя. Анализ нуклеотидных последовательностей ВГЕ показал существование специфичных для каждого региона вариантов ВГЕ.

Список основных работ, опубликованных по теме диссертации 1. Kyuregyan K.K., Poleschuk V.F., Zamyatina N.A., Isaeva O.V., Michailov M.I., Ross S., Bukh J., Roggendorf M., Viazov S. Acute GB virus infection of marmosets is accompanied by mutations in the NS5A protein // J. Virus Research. – 2005. - N114. – Р.154-157.

2. Полещук В.Ф., Гуляева Т.В., Титова И.П., Замятина Н.А., Кюрегян К.К., Михайлов М.И. Обыкновенная игрунка - как модель вирусных гепатитов // Материалы Российской научной конференции: «Перспективы и направления использования лабораторных приматов в медико-биологических исследованиях», Адлер- Сочи.-2006. – С.69-72.

3. Идрисова Л.Р., Абдурахманов Д.Т., Лопаткина Т.Н., Кюрегян К.К., Михайлов М.И. Распространенность и клиническое значение латентной HBV-инфекции у больных хроническими заболеваниями печени // Экспериментальная и клиническая гастроэнтерология. - 2006.- №6.-С.66-72.

4. Ганина А.А., Кюрегян К.К., Исаева О.В., Дмитриев П.Н., Потятынник О.Н. Частота выявления скрытой ВГВ-инфекции среди доноров крови и в группах риска инфицирования ВГВ // Вирусные гепатиты – эпидемиология, диагностика, лечение и профилактика. Материалы 7-ой научно-практической конференции.–М.-2007.-С.16-18.

5. Зотова А.В., Попова О.Е., Кюрегян К.К., Исаева О.В., Клушкина В.В., Вазыхова Ф.Г., Алексеева М.Н., Потятынник О.Н., Михайлов М.И. Распространённость вирусных гепатитов В и С среди оленеводов-кочевников в Республике Саха (Якутия) // Вирусные гепатиты – эпидемиология, диагностика, лечение и профилактика. Материалы 7-ой научно-практической конференции.–М.-2007,-С.28-29.

6. Идрисова Л.Р., Лопаткина Т.Н., Кюрегян К.К., Мухин Н.А., Михайлов М.И. Частота выявления и клиническое значение латентной HBV- инфекции у больных с хроническим заболеванием печени // Вирусные гепатиты – эпидемиология, диагностика, лечение и профилактика. Материалы 7-ой научно-практической конференции.–М.-2007.-С.34-35.

7. Полещук В.Ф., Замятина Н.А., Петраков А.В., Кюрегян К.К., Попова О.Е., Михайлов М.И. Изменения биохимических показателей крови у мармозет при экспериментальных гепатитах // Вирусные гепатиты – эпидемиология, диагностика, лечение и профилактика.Материалы 7-ой научно- практической конференции. – М.-2007.-С.55-57.

8. Зотова А.В., Попова О.Е., Кюрегян К.К., Исаева О.В., Михайлов М.И.

Распространенность вирусных гепатитов В и С среди населения оленеводов- кочевников в Республике Саха (Якутия) // Медицинская вирусология. Труды ИПВЭ, Т.24- М.,2007.С.181-183.

9. Полещук В.Ф., Кюрегян К.К., Замятина Н.А., Гуляева Т.В., Петраков А.В., Попова О.Е., Михайлов М.И. Моделирование гепатита Е на тамаринах (Saguinus mystax), мармозетах (Callithrix jacchus) и на яванских макаках (М.fascicularis) // Мир вирусных гепатитов. - 2008.- № 2.-С.2-5.

10. Жуман Авад А., Кюрегян К.К., Исаева О.В., Михайлов М.И. Сравнительная характеристика двух тестов, предназначенных для качественного определения ДНК вируса гепатита В в сыворотке крови и плазмы, основанных на применении двух разных методов детекции // Бюллетень экспериментальной биологии и медицины. - 2008.- № 8.-С.213-216.

11. Ганина А.А., Кюрегян К.К., Исаева О.В., Дмитриев П.Н., Марданлы С.Г., Михайлов М.И. Частота выявления «скрытого» гепатита В среди лиц с наркотической зависимостью и доноров крови // Наркология. - 2008.- № 9.-С.70-74.

12. Ажигирова М.А., Дереза Т.Л., Ципилева Т.А.. Орлова М.Л., Исаева О.В., Попова О.В., Потятынник О.Н., Кюрегян К.К., Михайлов М.И., Тетерина Т.А.

Экспериментальное исследование инактивациии вируса в плазме крови с использованием метиленового синего // Гематология и трасфузиология.- 2008.- № 3.-С.54-56.

13. Солонин С.А., Кюрегян К.К., Исаева О.В., Груздев К.Н., Михайлов М.И.

Циркуляция вируса гепатита Е в свиноводческом хозяйстве // Мир вирусных гепатитов.- 2009.- № 1.-С.26-30.

14. Михайлов М.И., Малинникова Е.Ю., Кюрегян К.К., и др. Групповая заболеваемость гепатитом Е в г. Коврове Владимирской области (предварительное сообщение) // Медицинская вирусология. Труды ИПВЭ им. М.П.Чумакова, Т.26. - М.-2009.-С.239-245.

15. Цыганова Е.В., Знойко О.О., Солонин С.А., Петракова Н.В., Талло Т., Петрова Т., Мальков И.Г., Исаева О.В., Кюрегян К.К., Малинникова Е.Ю., Михайлов М.И., Видель А., Исагулянц М.Г., Малышев Н.А. Описание клинического случая острого гепатита с ретроспективным обнаружением маркёров вирусов гепатитов Е и С // Мир вирусных гепатитов. – 2010. – № 1. – C. 29-36.

16. Малинникова Е.Ю., Лисицина Е.В., Кюрегян К.К., Исаева О.Е., Каштанов Д.В., Морозов И.А., Ильченко Л. Ю., Михайлов М.И. Случай фульминантного автохтонного гепатита Е в неэндемичном регионе // Мир вирусных гепатитов. – 2010. – № 1. – C. 1928.

17. Viazov S, Ross SS, Kyuregyan KK, Timm J, Neumann-Haefelin C, Isaeva OV, Popova OE, Dmitriev PN, El Sharkawi F, Thimme R, Michailov MI, Roggendorf M.

Hepatitis C Virus Recombinants Are Rare Even Among Intravenous Drug Users // Journal of Medical Virology.-Vol. 82. –Issue 2. -2010.-Р.232-238.

18. Попова О.Е., Кюрегян К.К., Ильченко Л.Ю., Исаева О.В., Кожанова Т.В., Дмитриев П.Н., Салчак Л.К., Глушко Э.А., Сарыглар А.А., Ооржак Н.Д., Ооржак А.Д., Михайлов М.И. Эпидемиологический и молекулярно-биологический анализ причин подъема заболеваемости гепатитом в республике Тыва в 2008 году // Журнал микробиологии, эпидемиологии и иммунологии.- 2010.- № 3.-С.23-26.

19. Солонин С.А., Мальцева Н.С., Троценко О.Е., Исаева О.В., Кюрегян К.К., Михайлов М.И., Попова О.Е., Кожанова Т.В., Отт В.А., Каравянская Т.Н.

Циркуляция вируса гепатита Е на территории Хабаровского края // Дальневосточный журнал инфекционной патологии. - 2010. – Т.1.-С.31-36.

20. Громова Н.И., Гордейчук И.В., Кюрегян К.К., Ильченко Л.Ю., Михайлов М.И.

Клинико-эпидемиологические аспекты латентной HBV-инфекции // Кремлевская медицина. Клинический вестник.- 2010. - №3. С-25-28.

21. Солонин С.А., Кюрегян К.К., Ильченко Л.Ю., Михайлов М.И. Гепатит Е у беременных (современное состояние проблемы) // Клинические перспективы гастроэнтерологии и гепатологии.- 2010. - № 3.-С.33-37.

22. Зотова А.В., Кюрегян К.К., Алексеева М.Н., Михайлов М.И. Инфицирование вирусом гепатита С коренного (эвенков) и некоренного населения Южной Якутии // Мир вирусных гепатитов. - 2010. - № 2..-С.20-23.

23. Кожанова Т.В., Исаева О.В., Клушкина В.В., Ооржак Н.Д., Саян Р.М., Алексеева М.Н., Миронова Н.И., Громова Н.И., Знойко О.О., Цыкина М.Н., Ильченко Л.Ю., Кюрегян К.К., Михайлов М.И. Распространенность первичной лекарственной устойчивости вируса гепатита В к аналогам нуклеозидов и нуклеотидов у инфицированных вирусом пациентов в различных регионах России // Эпидемиология и вакцинопрофилактика.-2011.- №1 (56).-С.17-21.

24. Малинникова Е.Ю., Зайцев О.В., Исаева О.В., Кюрегян К.К., Ильченко Л.Ю., Михайлов М.И. Сравнительная клиническая характеристика гепатитов Е и А при групповой заболеваемости // Инфекционные болезни.- 2011.- т.9, №4.-С.11-16.

25. Кожанова Т.В., Исаева О.В., Клушкина В.В., Ооржак Н.Д., Саян Р.М., Алексеева М.Н., Миронова Н.И., Громова Н.И., Знойко О.О., Цыкина М.Н., Ильченко Л.Ю., Кюрегян К.К., Михайлов М.И. Первичная лекарственная резистентность вируса гепатита В к аналогам нуклеоз(т)идов у ВГВ-инфицированных пациентов // Дальневосточный журнал инфекционной патологии. - 2011. – №18.-С.41-47.

26. Морозов И.А., Ильченко Л.Ю., Кюрегян К.К., Тотолян Г.Г., Федоров И.Г., Гордейчук И.В., Княженцева А.К., Михайлов М.И., Петренко Н.В., Патюков А.В., Сторожаков Г.И. Латентная HBV-инфекция и алгоритм ее выявления у пациентов с хроническими заболеваниями печени // В мире вирусных гепатитов. – 2011. -№1.-С.1926.

27. Ильченко Л.Ю., Кожанова Т.В., Кюрегян К.К., Исаева О.В., Замятина Н.А., Гордейчук И.В., Клушкина В.В., Гордейчук И.Н., Сарыглар А.А., Сонам-Байыр Я.Д., сарыг-Хаа О.Н., ооржак Н.Д., Саян Р.М., Михайлов М.И. Клинико-биохимическая и вирусологическая характеристика хронической дельта-инфекции у пациентов, проживающих в Республике Тыва // В мире вирусных гепатитов. – 2011. -№2-3.-С.19-32.

Благодарности Считаю своим приятным долгом выразить глубокую признательность за содействие в проведении исследований, внимание к работе, ценные рекомендации и теплое отношение моему научному консультанту и Учителю – доктору медицинских наук, профессору, член-корреспонденту РАМН Михаилу Ивановичу Михайлову.

Благодарю за активную помощь в исследованиях, результатом которых явилась данная работа, сотрудников отдела вирусных гепатитов ИПВЭ им.М.П.Чумакова РАМН: д.м.н., профессора Ильченко Л.Ю., к.б.н. Исаеву О.В., к.м.н. Попову О.Е., к.м.н. Кожанову Т.В., к.м.н. Гордейчука И.В., к.м.н. Солонина С.А., к.м.н. Громову Н.И., к.м.н. Малинникову Е.Ю., к.м.н. Полещук В.Ф., Гуляеву Н.В., д.м.н. профессора И.А.Морозова.

Искренне признателен сотрудникам следующих учреждений за плодотворное сотрудничество:

ФГБУ «Гематологический научный центр» Минздравсоцразвития России – д.х.н.

Ажигирова М.А.; ФГУ ВНИИЗЖ – д.б.н., профессор Груздев К.Н.; Институт вирусологии Университета Дуйсбург – Эссен (Германия): д.б.н. вязов С.О., профессор М.Роггендорф; ФГУН Хабаровский НИИЭМ Роспотребнадзора – директор, д.м.н.

Троценко О.Е.; Управление Роспотребнадзора по Свердловской области – д.м.н.

Романенко В.В.; Управление Роспотребнадзора по Республике Тыва – Ооржак Н.Д.

Глубокую признательность выражаю учёному секретарю Института полиомиелита и вирусных энцефалитов им. М.П. Чумакова РАМН, к.б.н. О.А. Медведкиной.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.