WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

На правах рукописи

СТЕПНАЯ ОЛЬГА АНДРЕЕВНА

ЛИТИЧЕСКИЕ ФЕРМЕНТЫ LYSOBACTER SP.

03.01.04 Биохимия

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени доктора биологических наук

Пущино-2012

Работа выполнена в Федеральном государственном бюджетном учреждении науки Институте биохимии и физиологии микроорганизмов им. Г.К. Скрябина Российской академии наук

Научный консультант: член-корреспондент РАН, доктор биологических наук, профессор Игорь Степанович Кулаев

Официальные оппоненты: доктор биологических наук, профессор Арсений Сумбатович Капрельянц доктор биологических наук, профессор Галина Геннадьевна Честухина доктор биологических наук, профессор Татьяна Сергеевна Калебина

Ведущая организация: Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт микробиологии им. С.Н.

Виноградского РАН

Защита состоится «28» июня 2012 г. в 10 час. 00 мин. на заседании Диссертационного совета Д 002.121.01 при Институте биохимии и физиологии микроорганизмов им.

Г.К. Скрябина РАН по адресу: 142290, Московская обл., г. Пущино, Проспект Науки, 5.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Института биохимии и физиологии микроорганизмов им. Г.К. Скрябина РАН.

Автореферат размещен на официальном сайте Высшей аттестационной комиссии при Министерстве образования и науки Российской Федерации vak.ed.gov.ru и на сайте Института www.ibpm.ru.

Автореферат разослан «___»___________2012 г.

Ученый секретарь Диссертационного совета доктор биологических наук Доронина Н.В.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Состояние вопроса и актуальность проблемы Литические ферменты, разрушающие клеточные оболочки бактерий, были впервые обнаружены в слюне человека и описаны Александром Флемингом в 1922 году (Fleming, 1922). Вещество назвали лизоцимом, что означает «фермент, растворяющий бактерии». В 1929 г. Флеминг впервые описал антибактериальные свойства гриба Penicillum notatum – продуцента первого промышленного антибиотика пенициллина, за что в 1945 г. в соавторстве с Эрнестом Чейном и Говардом Флори был награжден Нобелевской премией. После выпуска пенициллина и до настоящего времени проводится постоянная работа по созданию и производству новых антибиотиков, что вызвано не только необходимостью получать вещества требуемой специфичности и лучшего качества, но также постоянным появлением патогенных микробов, устойчивых к любому, даже самому новому антибиотику (www.who.int). Сложившаяся в связи с этим неблагоприятная ситуация в терапии инфекционных заболеваний заставляет искать новые эффективные антимикробные средства. Многие исследователи указывают на перспективность использования в этих целях литических ферментов, так как способ их воздействия на микробы, а именно растворение микробной клетки, позволяет надеяться на отсутствие появления устойчивых к ним патогенов.

__________________________________________________________________ *Tермином «литические ферменты» сейчас обозначают гидролазы, разрушающие структурные полимеры клеточных стенок различных микроорганизмов. В зависимости от того, какие именно микроорганизмы они разрушают, литические ферменты разделяют на бактериолитические, дрожжелитические, миколитические. По субстратной специфичности они могут быть подразделены на хитиназы, протеазы, пептидогликангидролазы, глюканазы. Это зависит от того, какие полимеры, входящие в состав клеточных оболочек разных микроорганизмов, разрушают литические ферменты. В свою очередь, например, пептидогликангидролазы, разрушающие пептидогликан – структурный компонент клеточных стенок бактерий, в зависимости от того, какую связь в молекуле пептидогликана они гидролизуют, разделяются на гликозидазы (Nацетилглюкозаминидазы и N-ацетилмурамидазы (лизоцимы)), амидазы и эндопептидазы. Следует особо отметить бактериолитические протеазы. Среди большого количества известных в настоящее время протеаз бактериолитических совсем немного. Но именно эти ферменты в группе литических обладают самым широким спектром действия в отношении микроорганизмов. Они способны разрушать клеточные оболочки бактерий, дрожжей, мицелиальных грибов, простейших.

В зависимости от контекста в настоящей работе будут использованы термины «литические ферменты», «бактериолитические ферменты», «пептидогликангидролазы», «дрожжелитические ферменты», «литические протеазы».

В период 50х – 70х годов 20 века проводилась интенсивная работа по поиску продуцентов таких ферментов, их выделению и изучению свойств. Сейчас известно, что многие живые организмы – от вирусов до человека – продуцируют литические ферменты. Среди бактерий обнаружены продуценты ферментов, активно лизирующих не только клетки бактерий-конкурентов, но и клетки микроорганизмов других систематических групп – дрожжей, мицелиальных грибов, простейших. Для таких бактерий в 1978 году был сформирован порядок Lysobacterales, включающий семейство Lysobacteraceae и род Lysobacter, объединяющий четыре вида (Christensen and Cook, 1978). В эту систематическую группу были переведены бактерии, ранее относившиеся к другим родам, но по ряду свойств, а главное по литической способности, отличающиеся от их типичных представителей. В дальнейшем интерес к лизирующим бактериям несколько ослаб, однако сейчас они вновь стали интересовать исследователей. В период первого десятилетия 21 века выявлено одиннадцать новых видов рода Lysobacter. В результате постоянно ведущейся работы по систематизации известных микроорганизмов было скорректировано и систематическое положение рода Lysobacter. Сейчас он включен в семейство Xanthomonadaceae (Bergey’s Manual of Systematic Bacteriology, 2001). В литературе же до сих пор можно наблюдать очевидную путаницу в систематическом положении описываемых продуцентов литических ферментов. Например, продуцент ферментов, по всем свойствам аналогичных ферментам типового вида рода Lysobacter – Lysobacter enzymogenes – обозначается авторами как Achromobacter lyticus (Shiraki et al., 2002, Li et al., 1997).

Для бактерий, продуцирующих внеклеточные литические ферменты, как для любой бактерии, жизненно необходимы внутриклеточные автолитические ферменты, разрушающие ковалентные связи в пептидогликане – основном структурном компоненте их клеточной стенки, и играющие таким образом главную роль в процессах роста и деления. В клетках бактерий-продуцентов внеклеточных литических ферментов идет параллельный синтез и передвижение через цитоплазматическую мембрану к месту своего действия как автолитических ферментов, которые могут локализоваться в мембране, периплазме и клеточной стенке, так и внеклеточных бактериолитических ферментов, секретируемых в окружающую среду. В связи с этим логичен вопрос о механизме и регуляции процесса одновременного функционирования этих ферментов, о том могут ли автолитические ферменты являться предшественниками внеклеточных бактериолитических ферментов? К настоящему времени опубликовано большое количество работ, посвященных выделению и характеристике как внеклеточных, так и внутриклеточных бактериолитических ферментов бактерий. Однако до сих пор нет сведений по сравнительному изучению у одной и той же бактерии вне- и внутриклеточных литических систем. Автолитические ферменты хорошо изучены у многих представителей грамположительных бактерий (Shockman, Holtje, 1994), у грамотрицательных, за исключением Escherichia coli (Holtje, Tuomanen, 1991), их подробно не изучали.

В 1973 году в ИБФМ АН СССР (ИБФМ РАН) по распоряжению Академии наук была начата работа по теме «Создание эффективных средств борьбы с патогенными множественно устойчивыми к антибиотикам микроорганизмами».

Культуральная жидкость грамотрицательной бактерии, выделенной в 1976 году из воды реки Оки в районе очистных сооружений г. Пущино, Московской области, явилась основой препарата, названного лизоамидаза и обладающего бактериолитической и протеолитической активностями. Успешные клинические испытания лизоамидазы позволили зарегистрировать ее в качестве лекарственного средства для лечения наружных инфекций, вызванных грамположительной микрофлорой. По ряду морфологических и биохимических признаков бактерияпродуцент была предположительно отнесена к роду Xanthomonas. Однако по ряду существенных свойств, например, по отсутствию подвижности, продуцент лизоамидазы отличался от бактерий этого рода.

Цель и задачи работы Цель работы – исследование биохимических и генетических особенностей функционирования и взаимосвязи внутриклеточной и внеклеточной литических систем бактерии-продуцента препарата лизоамидаза для создания на основе полученной информации нового поколения антимикробных лекарственных средств.

Основные задачи

:

уточнение таксономического положения бактерии-продуцента;

установление структуры пептидогликана бактерии-продуцента – субстрата автолитических ферментов;

выделение и характеристика внеклеточных литических ферментов бактериипродуцента;

выделение и характеристика внутриклеточных (автолитических) ферментов продуцента;

установление структуры генов внеклеточных литических ферментов продуцента;

исследование особенностей взаимодействия литических ферментов с различными микроорганизмами-мишенями;

получение рекомбинантных литических ферментов продуцента и изучение их свойств для оценки возможности использования таких ферментов в качестве основы новых антимикробных препаратов;

изучение возможности использования лизоамидазы и различных форм литических ферментов продуцента для лечения «внутренних» инфекций на примере сибирской язвы.

Научная новизна работы На основании установленных морфологических, биохимических и генетических свойств бактерия-продуцент антимикробного препарата лизоамидаза отнесена к роду Lysobacter. Исследуемый в настоящей работе штамм Lysobacter sp. XL1 был получен путем селекции из исходной культуры и депонирован во Всероссийской коллекции микроорганизмов (ВКМ В-2249Д). Установлено, что при длительном выращивании этого литически высокоактивного штамма на средах, способствующих секреции внеклеточных продуктов, в популяции возникают и накапливаются за счет большей скорости роста клетки литически низкоактивного штамма Lysobacter sp. XL2.

Впервые охарактеризованы эндоклеточная и экзоклеточная литические системы одной и той же бактерии на примере Lysobacter sp. XL1 и XL2. В составе эндоклеточной системы обоих штаммов выявлено девять ферментов разной субстратной специфичности и локализации (глюкозидазы, амидазы, эндопептидазы). В составе внеклеточной литической системы Lysobacter sp. XLобнаружено пять ферментов, среди которых мурамидаза (Л3), амидаза (Л2), три эндопептидазы (Л1, Л4, Л5). Внеклеточная литическая система низкоактивного штамма Lysobacter sp. XL2 состоит из мурамидазы и амидазы. Свойства ферментов разных литических систем значительно отличаются друг от друга:

внутриклеточные ферменты являются кислыми белками, активными при 29°С – температуре оптимального роста бактерии, высоком значении ионной силы среды и щелочном значении рН; внеклеточные ферменты – щелочные белки, активные при низких значениях ионной силы, щелочном рН и высоких температурах (50°– 80°С).

Впервые выявлено, что постсекреторное электростатическое взаимодействие высокомолекулярного кислого полисахарида и ферментов Lysobacter sp. XLприводит не только к значительной стабилизации ферментов, но и, в ряде случаев, к изменению их активности. Полисахарид усиливает действие мурамидазы на клетки золотистого стафилококка, а литические ферменты, связанные с полисахаридом, становятся способными разрушать покоящиеся споры бактерий рода Bacillus. Полисахарид Lysobacter sp. XL1 полностью ингибирует активность ряда литических ферментов других продуцентов. Очевидно, что образование микроорганизмами таких внеклеточных комплексов является для них экологически значимым.

Впервые показано, что внеклеточные литические ферменты Л2 и ЛLysobacter sp. попадают в окружающее клетку пространство внутри образуемых бактерией внешнемембранных везикул. Ферменты, заключенные в везикулы, способны лизировать живые клетки представителей различных групп микроорганизмов, например, грамотрицательных бактерий родов Pseudomonas, Proteus, Erwinia, Alcaligenes, грамположительных бактерий, относящихся к родам Bacillus, Micrococcus, Staphylococcus, Rothayibacter, дрожжей рода Candida, мицелиального гриба Sclerotinia sclerotiorum, в отличие от литических ферментов, находящихся вне везикул. Таким образом, подобный путь секреции литических ферментов имеет для клетки-продуцента важное биологическое значение, так как расширяет спектр микроорганизмов, с которыми она может конкурировать в природе.

Установлены важные особенности взаимодействия внеклеточных литических ферментов Lysobacter sp. с нативными клетками-мишенями. Для эффективного гидролиза клеток грамположительных бактерий ферментам необходим предварительный контакт с отрицательно заряженным полимером клеточной стенки (тейхоевыми или тейхуроновыми кислотами), при этом химическая структура полимера не имеет решающего значения. Нативные клетки грамотрицательных бактерий литические ферменты Lysobacter sp.(за исключением Л5) разрушают только при условии предварительной дестабилизации внешней мембраны клетки-мишени подходящим способом (температура, полимиксин В, гентамицин, амикацин). Литический фермент Л5 разрушает клетки грамотрицательных бактерий без предварительной обработки.

Практическое значение работы На основании полученных данных разработан и масштабирован новый регламент получения препарата лизоамидаза с высоким выходом целевого продукта (до 80%).

Разработаны способы получения двух рекомбинантных литических эндопептидаз Lysobacter sp. XL1 с использованием гетерологичных систем на основе E. coli (рефолдинг из телец включения) и Pseudomonas fluorescens (очистка секретируемых белков).

Установлена возможность использования препарата лизоамидаза, а также везикул Lysobacter sp. XL1 для лечения различных форм экспериментальной сибирской язвы.

На основе материалов диссертации получены патенты РФ: № 21393(1999), № 2193063 (2002), № 2296576 (2007), № 2407782 (2010), № 2408725 (2011), патент USA № 7,150,985 B2 (2006), патент Китая № 274608 (2006), Европейский патент № 1902719 В1 (2011).

Полученные в работе новые данные используются в курсах по биохимии на биологическом факультете МГУ им М.В. Ломоносова и биологических факультетах других высших учебных заведений.

Апробация работы Материалы диссертации были представлены на третьей и четвертой Всесоюзной конференции «Биосинтез ферментов микроорганизмами», Кобулети, 1986; Ташкент, 1988; Второй Всесоюзной конференции «Раны и раневая инфекция», Москва, 1986; 14 International Congress of Biochemistry, Prague, CSSR, 1988; Всесоюзной конференции «Регуляция микробного метаболизма», Пущино, 1989; Пятой международной конференции по химии и биотехнологии активных природных соединений, Варна, Болгария, 1989; 1 International symposium «Molecular organization of biological structures», Moscow, 1989; 5 European congress on Biotechnology, Copenhagen, 1990; International conference on antimicrobial activity of nonantibiotices, Copenhagen, 1990; Коференции «Биосинтез и деградация микробных полимеров. Фундаментальные и прикладные аспекты», Пущино, 1995;

International Conferense «Microbial polysaccharide», Canada, 1995; First International Conference «Polysaccharide Engineering» Trondheim, Норвегия, 1995; Конференции хирургов, Калуга, 1996; IV симпозиуме «Химия протеолитических ферментов», Москва, 1997; Втором съезде биохимического общества РАН, Москва, 1997;

семинаре-презентации инновационных научно-технических проектов «Биотехнологии Подмосковья-97», Пущино, 1997; International symposium «Modern problems of microbial biochemistry and biotechnology», Pushchino, 2000;

международной конференции «Биотехнология на рубеже двух тысячелетий», Саранск, 2001; 3 Съезде биохимического общества, Санкт-Петербург, 2002;

Всероссийской конференции «Проблемы медицинской энзимологии.

Современные технологии лабораторной диагностики нового столетия», Москва, 2002; Втором, Пятом, Шестом московских международных конгрессах «Биотехнология: состояние и перспективы развития», Москва, 2003, 2009, 2011;

Первом Всероссийском конгрессе «Успехи медицинской микологии», Москва, 2003; III Сonference «Biotechnology: State and Perspective of Investigation», Moscow, 2005; Третьей Всероссийской школе-конференции «Химия и биохимия углеводов», Саратов, 2004; Конференции «Фундаментальные науки-медицине», Москва, 2005; конференции «Результаты фундаментальных и прикладных исследований для создания новых лекарственных средств», Москва, 2008;

Всероссийской конференции «Экотоксикология-2010», Тула, 2010; Конференции «Фундаментальные науки - медицине», Москва, 2010, Всероссийском симпозиуме с международным участием «Биологически активные вещества микроорганизмов:

прошлое, настоящее, будущее», Москва, 2011.

Публикации По материалам диссертации опубликовано 84 работы: 1 обзор, экспериментальная статья в рекомендуемых ВАК изданиях, 9 Российских и зарубежных патентов, тезисы 43 докладов.

Структура и объем работы Работа состоит из введения, обзора литературы, изложения и обсуждения полученных результатов, выводов, списка цитируемой литературы. Работа изложена на 220 страницах, содержит 20 таблиц и 50 рисунков. Список цитируемой литературы включает 597 источников.

Место выполнения работы и личный вклад соискателя.

Основная часть работы выполнена в Институте биохимии и физиологии микроорганизмов им Г.К. Скрябина РАН (ИБФМ РАН), часть результатов получена при выполнении совместных работ в Институте органической химии им.

Н.Д. Зелинского РАН, МГУ им. М.В. Ломоносова, Институте биоорганической химии им. академиков М.М. Шемякина и Ю.А. Овчинникова РАН, Научном центре прикладной микробиологии и биотехнологии.

Личный вклад автора состоял в планировании и проведении исследований, анализе и обобщении полученных результатов, их оформлении для публикаций.

Автор выражает глубокую признательность всем коллегам, принимавшим участие в представленной работе на различных этапах ее выполнения: к.б.н.

Цфасман И.М., к.б.н. Бегуновой Е.А., к.б.н. Ситкину Б.В., Ледовой Л.А., к.б.н.

Васильевой Н.В., к.б.н. Чайка И.А., к.б.н. Рязановой Л.П., к.б.н. Сузиной Н.Е., д.б.н. Курочкину И.Н., д.б.н. Тульской Е.М., д.б.н. Наумовой И.Б., к.б.н.

Стрешинской Г.М., Зубрицкой Л.Г., Барковой Н.Г., к.х.н. Красовской Л.А., к.х.н.

Мурановой Т.А., д.х.н. Книрелю Ю.А., к.х.н. Сенченковой С.Н., к.х.н.

Лихошерстову Л.М., д.х.н. Шашкову А.С., к.б.н. Шишковой Н.А., к.м.н. Маринину Л.И., к.м.н. Старицину Н.А., к.б.н. Грановскому И.Э., Лаптевой Ю.В, к.б.н.

Латыпову О.Р., к.б.н. Калинину А., д.б.н. Крупянко В.И., д.б.н. Северину А.И., к.б.н. Абрамочкину Г.В., д.б.н. Козловскому А.Г., Лысанской В.Я., к.ф.-м.н.

Карпову А.В., к.ф.-м.н. Сидорову И.А., д.б.н. Вагабову В.М.

Автор искренне благодарен своему учителю и консультанту настоящей работы чл.-корр. РАН Кулаеву И.С.

Защищаемые положения:

1. На основе отдельных литических ферментов Lysobacter sp. (нативных и рекомбинантных), а также внешнемембранных везикул могут быть созданы новые антимикробные препараты широкого спектра действия, активные против множественно устойчивых к антибиотикам патогенных микроорганизмов.

2. Внеклеточная и внутриклеточная системы литических ферментов Lysobacter sp. (XL1, XL2) функционируют независимо, количество и свойства литических ферментов разных систем значительно отличаются друг от друга.

3. Полисахарид Lysobacter sp. XL1 удерживает, перемещает литические ферменты бактерии в околоклеточном пространстве, стабилизирует ферменты и регулирует их активность, защищает клетку бактерии-продуцента от чужеродных литических ферментов.

4. Внеклеточные литические ферменты Lysobacter sp. XL1 в сочетании с полисахаридом эффективно разрушают покоящиеся споры бактерий рода Bacillus. Установленный факт имеет большое значение для разработки способов борьбы с сибиреязвенной инфекцией.

5. Разрушение клеток грамположительных и грамотрицательных бактерий литическими ферментами имеет различные механизмы.

6. Везикулярный способ секреции бактериальных литических ферментов имеет важное биологическое значение для бактерии-продуцента, расширяя спектр потенциальных микроорганизмов-мишеней.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

МЕТОДЫ Основным объектом исследований являлась бактерия Lysobacter sp. (XL1, XL2). В работе использовали также микроорганизмы, полученные из Всероссийской коллекции микроорганизмов (ВКМ, г. Пущино); из Государственного института стандартизации и контроля медицинских биологических препаратов им. Л.А. Тарасевича (ГИСК, г. Москва).

В ходе выполнения работы использовались различные микробиологические, биохимические, молекулярно-биологические, физикохимические методы исследования.

Ферментный препарат лизоамидаза получали на опытно-технологической установке ИБФМ РАН из культуральной жидкости бактерии Lysobacter sp. XL1.

В ходе лабораторных исследований Lysobacter sp. XL1 и Lysobacter sp. XLвыращивали на средах различного состава, в том числе на модифицированной среде LB. В состав среды, способствующей продукции бактериолитических ферментов (среда 1), входили пептон (5 г/л), дрожжевой экстракт (5 г/л), NaCl (г/л), pH 7,5. В состав среды, блокирующей продукцию внеклеточных белков (среда 2), – пептон (10 г/л), дрожжевой экстракт (20 г/л), NaCl (5 г/л), pH 7,5.

Агаризованные питательные среды содержали агар в концентрации 1,5 %.

Периплазматическую фракцию клеток Lysobacter sp. XL1 и Lysobacter sp.

XL2 получали осмотическим шоком по методу Носсала и Хэппела (Nossal, Heppel, 1966). После обработки осмотическим шоком замороженные при –70 °С клетки разрушали на прессе и разделяли центрифугированием при различных скоростях на клеточные стенки и мембраны (осадок) и цитозоль (надосадочная жидкость).

Разделение белков внешней и цитоплазматической мембран проводили по методу Шнайтмана (Schnaitman, 1971).

Солюбилизацию автолитических ферментов из фракции клеточных стенок и мембран проводили последовательно 5 М раствором LiCl и 1% тритоном Х-1(Brown, 1973; Mett et al., 1980).

Чистоту и природу получаемых после фракционирования клеточных фракций определяли по активности маркерных ферментов. Активность глюкозо-6фосфатдегидрогеназы определяли по скорости восстановления NADP (Kornberg, Horecker, 1955). Активность лактатдегидрогеназы определяли по скорости окисления NADH (Kornberg, 1966). Активность циклической фосфодиэстеразы определяли по скорости образования p-нитрофенола, используя в качестве субстрата натриевую соль бис(p-нитрофенил)фосфата (Neu, Heppel, 1965).

Автолитическую активность клеточных фракций определяли по способности лизировать автоклавированные клетки Lysobacter sp. XL1, вплавленные в 1%-ный агарозный гель. Автолитическую активность ферментных препаратов определяли по уменьшению оптической плотности суспензии автоклавированных клеток Lysobacter sp. XL1 при 400 нм.

Содержание белка измеряли по поглощению при 280 нм, методами Лоури (Lowry et al., 1951) и Брэдфорд (Bradford, 1976).

Электрофоретический анализ автолитических ферментов клеточных фракций Lysobacter sp. XL1 и XL2 проводили в неденатурирующих условиях в полиакриламидном геле (ПААГ), используя анодную (Ornstein, Devis, 1964) и катодную системы (Reisfeld et al., 1962). Электрофорез в присутствии SDS-Na проводили в системе Лэммли (Laemmli, 1970).

Клеточные стенки грамположительных бактерий получали методом Шарона в модификации Шоу (Shaw et al., 1970). Тейхоевую кислоту из клеточных стенок выделяли методом горячей экстракции ТХУ (Armstrong et al., 1960).

Пептидогликан грамотрицательных бактерий получали в два этапа. На первом этапе выделяли пептидогликан-липополисахаридный комплекс бактерии с помощью модифицированных методов Braun and Sieglin (1970) и Goodwin and Shedlarsk (1975). На втором этапе получали пептидогликан по методу Стрешинской и соавт. (1979).

Для определения структуры пептидогликана образцы гидролизовали в 6 н HCl 18 ч. Полученные гидролизаты анализировали по методу Спакмана с соавт.

(Spackman et al., 1958) в модификации на автоматическом анализаторе аминокислот T339 («Microtehna», Чехославакия). Конфигурацию диаминопимелиновой кислоты определяли методом нисходящей бумажной хроматографии (Rhuland et al., 1955).

Субстратную специфичность литических ферментов определяли по их способности расщеплять p-нитрофенил-2-ацетамидо-2-дезокси--D-глюкопиранозид (NADG) – субстрат для глюкозаминидаз (Doson et al., 1991), 3,4динитрофенил-тетра-N-ацетил--D-хитотетраозид (DTAC) – субстрат для мурамидаз (Ballardie, Capon, 1972), Abz-Ala-Ala-Phe-pNA (антраноил-аланилаланил-фенилаланил-паранитроанилид) – субстрат для N-ацетилмурамоил-Lаланинамидазы Л2.

Присутствие в гидролизате свободных NH2-групп определяли методом Гюзена (Ghuysen et al.,1966).

Очистку белков проводили методами ионообменной хроматографии, гельфильтрации, а также электрофореза в полиакриламидном геле. Структуру внеклеточного кислого полисахарида Lysobacter sp. XL1 определяли так как описано в работе Лихошерстова с коллегами (Likhosherstov et al, 1995).

Количество полисахарида измеряли антроновым методом (Захарова и Косенко, 1982).

Для изучения действия лизоамидазы и ее компонентов на эндоспоры бактерий рода Bacillus использовали следующие методики:

1) К суспензиям спор добавляли лизоамидазу или лизоцим и инкубировали при 37С в течение 20 часов. Споры собирали центрифугированием и трижды отмывали стерильной водой. Для индуцирования прорастания и инактивации вегетативных клеток споры прогревали при 80 С в течение 15 минут, после чего споровый материал переносили в жидкую среду для прорастания при 29С.

2) К споровым суспензиям добавляли лизоамидазу, гомогенные ферменты, полисахарид или различные вариации реконструированных ферментполисахаридных комплексов. Пробы инкубировали при 37 С на качалке в течение 24 часов. Споры собирали центрифугированием, дважды отмывали 0,1 М NaCl и раза стерильной водой. Затем для инактивации ферментов лизоамидазы и вегетативных клеток и индуцирования прорастания споры прогревали при 85С в течение 20 минут. Далее весь споровый материал переносили в жидкую среду для прорастания. Через 0, 7 и 9 часов прорастания делали высевы по 0,1 мл из жидкой среды на чашки с агаризованной средой. Прорастание спор проводили при 29С. В жидкой среде прорастание контролировали по ОD600, на чашках – визуально, по образованию колоний.

N-концевые аминокислотные последовательности белка и пептидов определяли методом автоматической деградации по Эдману. Гидролиз трипсином немодифицированного белка и белка, модифицированного винилпиридином (Friedman. et al., 1970), проводили в N-этилморфолин-ацетатном буфере (рН 8,0).

Гидролизат высушивали лиофильно. Затем его растворяли в трифторуксусной кислоте (ТФУ) и разделяли методом обратнофазовой высокоэффективной жидкостной хроматографии в градиенте концентрации ацетонитрила (0–80%).

Везикулы получали из культуральной жидкости Lysobacter sp. XL1 и Lysobacter sp. XL2. Клетки удаляли центрифугированием при 4500 g в течение мин и повторным центрифугированием супернатанта при 22000 g в течение мин. Из полученной культуральной жидкости везикулы осаждали центрифугированием при 140000 g в течение 2 ч при 4 С, промывали и хранили при –20 С.

Ультратонкие срезы готовили по Рейнольдсу (Reynolds, 1963).

Для определения литического действия везикул использовали живые клетки грамотрицательных и грамположительных бактерий, дрожжей и мицелиальных грибов. На подросший газон клеток-мишеней наносили препарат везикул Lysobacter sp. XL1 и инкубировали при 29С до появления зон лизиса.

Иммуноферментный анализ проводили после электрофоретического переноса белков с полиакриламидного геля на мембрану ПВДФ (поливинилиденфторид). Мембрану обрабатывали поликлональными кроличьими антителами к Л1(AlpA) и Л5(AlpB) ферментам или к белку SecA E. coli, а затем коньюгатом белка А с пероксидазой хрена и проводили детекцию при помощи хемилюминисцентного субстрата.

Содержание 2-кето-3-дезокси-D-маннооктоната (КДО) во внешних мембранах и везикулах определяли по реакции окисления КДО перйодной кислотой (Karkahnish et al., 1978).

Общую бактериолитическую активность определяли турбидиметрическим методом по уменьшению оптической плотности автоклавированных клеток S.

aureus 209P. За единицу бактериолитической активности (ЛЕ) принимали количество фермента, приводящее к уменьшению поглощения клеточной суспензии на 0,01 о.е. при 37° С за 1 мин. Бактериолитическое действие ферментных препаратов определяли также по их способности лизировать автоклавированные клетки S. aureus 209P, вплавленные в 1% агарозный гель.

Протеазную активность измеряли по скорости расщепления казеина (Hull, 1974) с модификацией. За единицу протеазной активности (ПЕ) принимали такое количество фермента, которое при 37 °С в течение 10 мин превращало казеин в неосаждаемое ТХУ состояние в количестве, соответствующем повышению оптического поглощения реакционной смеси при 280 нм на 1,0.

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЙ Таксономическое положение бактерии-продуцента препарата лизоамидаза Бактерия – продуцент препарата лизоамидаза – выделена из воды реки Оки сотрудниками ИБФМ РАН. Исследуемый в настоящей работе литически высокоактивный штамм (XL1) был получен путем селекции из исходной культуры и депонирован в ВКМ (В-2249Д). На рисунке 1 представлены фотографии клеток бактерии, визуализированных при помощи микроскопии.

Бактерия представляет собой неподвижные грамотрицательные ровные палочки с округлыми концами, одиночные, в парах или цепочках, не образующие спор, без жгутиков. Клетки, выращенные на агаризованных средах, имеют размер 0,5-0,7 х 2,0-5,0 мкм, в жидких – 0,3-0,5 х 3,0-8,0 мкм.

Рисунок 1. Фотографии клеток бактерии.

А - световая микроскопия, х 1320; Б, В - электронная микроскопия, х 72000, х 42000, соответственно.

Морфологические и биохимические свойства позволили отнести этот штамм к роду Lysobacter (Christensen and Cook, 1978). Анализ установленной нуклеотидной последовательности гена, кодирующего 16-S РНК продуцента, проведенный при помощи компьютерных программ анализа ДНК и РНК, представленных в базе данных «Ribosomal Database Project» (http://rdp.cme.msu.edu/html/), также подтвердил, что изучаемая бактерия относится к роду Lysobacter.

Определена химическая структура пептидогликана исследуемой бактерии.

В соответствии с классификацией Шлейфера и Кандлера (Schleifer, Kandler, 1972) она относится к A1 типу. Гликановая цепь пептидогликанов этого типа состоит из чередующихся остатков N-ацетилглюкозамина и N-ацетилмурамовой кислоты, каждая мурамовая кислота несет тетрапептид с аминокислотной последовательностью: L-аланин - -D-глютаминовая кислота - мезо-диаминопимелиновая кислота – D-аланин. В пептидогликанах A1 типа отсутствуют межпептидные мостики, а пептидные субъединицы соседних гликановых цепей соединены при помощи мезо-диаминопимелиновой кислоты в третьем положении одной субъединицы и D-аланина в четвертом положении другой субъединицы.

Пептидогликаны A1 типа характерны для большинства изученных грамотрицательных бактерий.

Система внутриклеточных (автолитических) пептидогликангидролаз Lysobacter sp.

При длительном культивировании Lysobacter sp. XL1 на средах, обеспечивающих высокий уровень внеклеточной литической активности, в популяции появляются малоактивные клетки (рисунок 2А), которые со временем вытесняют высокоактивные, так как скорость их роста на таких средах выше (рисунок 2Б). Малоактивный вариант бактерии был обозначен как Lysobacter sp.

XL2.

Для характеристики системы внутриклеточных автолитических ферментов клетки Lysobacter sp. XL1 и Lysobacter sp. XL2 выращивали на двух вариантах сред: способствующих продукции внеклеточных литических ферментов (среда 1) и блокирующих их продукцию (среда 2). В клетках Lysobacter sp. XL1 и XL2, не продуцирующих внеклеточные ферменты, выявлено девять внутриклеточных пептидогликангидролаз (А1-А6, А8-А10) различной локализации.

Шесть из них обнаружены в цитозоле (А1-А6), один в периплазме (А8), два во фракции клеточных стенок и мембран (А9, А10). При переходе культур от логарифмической к стационарной стадии роста наблюдались изменения в активности цитозольных ферментов - активность фермента А1 значительно Рисунок 2. Расщепление культуры Lysobacter sp.

А - фотографии колоний клеток Lysobacter sp. и зон лизиса клеток золотистого стафилококка, вплавленных в агаризованную среду, вокруг них. 1-колонии клеток литически высокоактивного (XL1) и низкоактивного (XL2) штаммов Lysobacter sp.

Колонии низкоактивного штамма обозначены стрелками. 2- колонии клеток Lysobacter sp. XL1. 3- колонии клеток Lysobacter sp. XL2.

Б - скорость роста Lysobacter sp. XL2 (1) и Lysobacter sp. XL1 (2) на различных средах. 1 –минеральная среда, 2- дрожжепептонная среда, 3 - среда 5/5, 4- среда LB «супербульон».

увеличивалась, в то время как активность ферментов А5 и А6 уменьшалась. В цитозоле клеток Lysobacter sp. XL1, продуцирующих внеклеточные ферменты, в отличие от Lysobacter sp. XL2, выявлена дополнительная пептидогликангидролаза А7. На основе имеющихся в настоящий момент данных можно предположить, что фермент А7 является частично процессированной формой предшественника внеклеточной литической эндопептидазы Л5, продуцируемой Lysobacter sp. XL(см. ниже). На рисунке 3 представлены электрофореграммы цитозольных автолитических ферментов Lysobacter sp. XL1. Таким образом, система автолитических ферментов Lysobacter sp. XL2 (продуцирующего и непродуцирующего внеклеточные литические ферменты) и Lysobacter sp. XL1, непродуцирующего внеклеточные ферменты, включает в себя 9 ферментов, автолитическая система Lysobacter sp. XL1, продуцирующего внеклеточные ферменты – 10.

Установлена субстратная специфичность автолитических ферментов Lysobacter sp. Периплазматический фермент А8, цитозольный А1 и фермент А10, солюбилизированный из клеточных стенок и мембран Тритон Х-100, проявляли глюкозаминидазную активность. Цитозольный фермент А4 и фермент А9, 1 2 1 Рисунок 3. Электрофореграмма цитозольных автолитических ферментов Lysobacter sp. XL1. a – электрофорез в анодной системе, b – электрофорез в катодной системе, 1 – цитозоль клеток Lysobacter sp. XL1. (среда 2), 2 – цитозоль клеток Lysobacter sp. XL1. (среда 1), c – цитозоль клеток логарифмической фазы роста, d – цитозоль клеток стационарной фазы роста, А1-А7 – автолитические ферменты, темные пятна – зоны лизиса клеток Lysobacter sp. XL1, вплавленных в агарозный гель, на который накладывали ПААГ после электрофореза.

солюбилизированный из клеточных стенок и мембран LiCl, являются мурамидазами. Цитозольные ферменты А3 и А6 – N-ацетилмурамоил-L-аланинамидазы. А5 – диаминопимелиноил-аланин эндопептидаза.

Изучены некоторые физико-химические свойства ферментов А5, А6 – наиболее активных автолитических ферментов цитозоля Lysobacter sp. XL1 и XL– и фермента А7, присутствующего только в цитозоле клеток Lysobacter sp. XL1, продуцирующих внеклеточные литические ферменты (таблица 1). Таким образом, внутриклеточные автолитические ферменты Lysobacter sp. в основном являются кислыми белками, активными при 29 °С – температуре оптимального роста бактерии, высоком значении ионной силы среды и щелочном значении рН.

Таблица 1. Свойства некоторых автолитических ферментов Lysobacter sp.

Фермент Оптимальные условия активности Температура Концентрация полуинактивации, pH T, °C буфера, °C mM Глюкозаминидаза А1 8,0 30-300 37-40 Эндопептидаза А5 7,5 50-200 29 Амидаза А6 7,5-8,0 50-200 29 Эндопептидаза А7 7,0 25-100 29 Внеклеточные продукты Lysobacter sp.

Система внеклеточных пептидогликангидролаз Lysobacter sp.

Lysobacter sp. XL1 на средах, способствующих образованию внеклеточных продуктов, секретирует пять литических ферментов: мурамидазу Л3, амидазу Л2, три эндопептидазы (Л1, Л4, Л5). Lysobacter sp. XL2 – только два (Л2, Л3) (рисунок 4). Все ферменты в той или иной степени охарактеризованы (таблица 2).

кДа 66,45,31, 21,М 1 2 3 4 5 6 Рисунок 4. Электрофореграммы культуральных жидкостей Lysobacter sp. XL1 и Lysobacter sp. XL2 и очищенных литических ферментов. М – маркеры (БСА – 66,кДа, овальбумин – 45,0 кДа, карбоангидраза – 31 кДа, ингибитор трипсина – 21,кДа), 1 – культуральная жидкость Lysobacter sp. XL1 (1мл на дорожку), 2 - культуральная жидкость Lysobacter sp. XL2 (10 мл на дорожку), 3 – мурамидаза (Л3), 4 – амидаза (Л2), 5 – эндопептидаза Л5, 6 – эндопептидаза Л1, 7 – эндопептидаза Л4.

Таблица 2. Сравнительная характеристика свойств внеклеточных бактериолитических ферментов Lysobacter sp.

Номер в Фермент MМ, Оптимум Трис- Оптимум Ингибитор Субстратная N-концевая аминокислотная UniProt кДа pH HCl, темпера- специфичность последовательность Knowledge туры,оС мМ* base Gly-Gly эндопептидаза, V N V L G G I E Y S ФМСФ, N-ацентилмурамоил-L- P274I N N A T L C S V G Л1 22 7 - 11 50,0 70 п-ХМБ аланинамидаза F S V ЕС 3.4.21. ЭДТА, N-ацентилмурамоил-L- x N V V F L N x P x P851Л2 29 8,0 50,0 65 ФМСФ аланинамидаза P Q V н.о. I A I Q G G x G Y L P851Л3 25 8,0 0,1 60 Мурамидаза x Q P G D G Y K Y A ФМСФ, Диаминопимелиноил- A V V N G V N Y V G P851Л4 21 8,0 50,0 50-55 п-ХМБ аланин эндопептидаза E T T A A A T V Q G G I x Y R P851Л5 24 7,5 10,0 80 ФМСФ Эндопептидаза M P *) Оптимальная концентрация х – Неидентифицированные аминокислотные остатки н.о. – не определяли Из таблицы 2 следует, что внеклеточные литические ферменты Lysobacter sp. являются белками с небольшой молекулярной массой в пределах от 21 до кДа. Оптимальными для проявления активности ферментов являются щелочные значения pH и низкие значения ионной силы реакционной смеси. Следовательно, свойства внеклеточных литических ферментов заметно отличаются от свойств ферментов автолитической системы этой же бактерии (таблицы 1 и 2). Вероятно, различия в свойствах обусловлены тем, что автолитические ферменты функционируют внутри клетки-продуцента, а функцией внеклеточных ферментов является разрушение клеточной оболочки микроорганизмов-конкурентов снаружи.

Последовательность аминокислот N-концевой части молекулы фермента Локазалась гомологичной последовательности аминокислот -литической протеазы Lysobacter enzymogenes. Аминокислотные последовательности внутренних участков фермента Л1 также гомологичны соответствующим участкам литической протеазы (70% гомологии). Полученные данные позволили провести работу по установлению нуклеотидной последовательности гена фермента Л1.

Была определена нуклеотидная последовательность фрагмента ДНК Lysobacter sp.

XL1 размером около 8 т.п.н., в составе которого идентифицированы две открытые рамки считывания (ОРС). Одна, размером 1197 п.н., кодирует эндопептидазу Л(AlpA), вторая ОРС, размером 1200 п.н., кодирует гомологичную (степень гомологии 59%) последовательность. N-концевая последовательность бактериолитической эндопептидазы Л5 полностью совпала с соответствующим участком нуклеотидной последовательности второй ОРС. Таким образом, была установлена также нуклеотидная последовательность гена, кодирующего литическую эндопептидазу Л5 (AlpB) (GenBank acc.# GU 188567). Структура генов alpA и alpB свидетельствует о том, что белки AlpA и AlpB синтезируются в виде препробелков. Это характерно для ряда бактериальных внеклеточных белков.

Гомологии остальных внеклеточных ферментов Lysobacter sp. с известными в литературе белками не выявлено.

Гомологичные бактериолитические сериновые протеазы Л1 и Л5 были охарактеризованы по способности лизировать живые и «убитые» клетки различных видов микроорганизмов. Результаты представлены в таблицах 3 и 4, и проиллюстрированы на рисунке 5.

Таблица 3. Литическое действие эндопептидазы Л5 на клетки тест-культур Микроорганизмы А Б Грамположительные бактерии Bacillus subtilis W23 + 51Bacillus cereus 217 – 52Micrococcus roseus В1236 + 32Micrococcus luteus В1819 + 38Corynebacterium xerosis – 40Staphylococcus aureus 209P – 89Rathayibacter tritici – 40Listeria monocytogenes n766 н.о.* 140А - действие на нативные клетки Грамотрицательные бактерии (наносили фермент Pseudomonas fluorescens 1472 – 44на газон микроорганизмов);

Pseudomonas putida + 38Б - действие на Proteus vulgaris H-19 + 55автоклавированные Proteus mirabilis N2 + 5270 клетки (тестировали турбидиметрически), Escherichia coli K12 ++ 51Е/мг белка Erwinia caratovora В15 – 65*) не определяли;

Alcaligenes faecalis ++ 4650 «–» - нет литического эффекта;

Дрожжи «+» - есть Torulaspora delbrueckii ВКМ Y-706 – 15литический эффект;

Candida utilis ВКМ Y-74 + 18«++» - очень Candida boidinii ВКМ Y-34 + 1705 хороший литический эффект.

Candida guilliermondii ВКМ Y-41 + 13Saccharomyces cerevisiae M660 – 9Pseudozyma fusiformata ВКМ Y- – 1328Из таблицы 3 видно, что литическая протеаза Л5 способна лизировать «убитые» клетки всех исследованных микроорганизмов. Очевидно, фермент гидролизует пептидные связи в пептидогликанах различной структуры, а также структурные белки клеточных стенок дрожжей. Однако не все живые клетки подвергались лизису под действием фермента Л5. Так, например, живые клетки B.

cereus 217, C. xerosis, S. aureus 209P, R. tritici, P. fluorescens 1472, E. caratovora В15, T. delbrueckii ВКМ Y-706, S. cerevisiae M660, P. fusiformata ВКМ Y-28 оказались устойчивыми к действию фермента. Объяснить это можно тем, что полимеры, входящие в состав клеточных стенок живых микроорганизмов, образуют супрамолекулярные структуры, способные защитить клетку от действия литических ферментов.

Candida utilis Proteus vulgaris Escherichia coli Рисунок 5. Литическое действие фермента Л5 на живые клетки тест-культур.

Представлены фрагменты чашек с местом нанесения образца, где образовались зоны лизиса.

Следует особо отметить, что фермент Л5 способен лизировать нативные клетки грамотрицательных бактерий. Из литературы известны единичные примеры таких ферментов (Takahara et al., 1974; Suzuki et al., 1985a,b; Ensing and Wolfe, 1965, 1966).

Гомологичные Л1 и Л5 ферменты имеют разный спектр микроорганизмов, которые они могут лизировать (таблица 4).

Таким образом, внеклеточные литические ферменты Lysobacter sp. XL1, отличаясь друг от друга по способности лизировать различные микроорганизмы, при совместном действии лизируют широкий спектр микробов.

Таблица 4. Сравнение действия эндопептидаз Л1 и Л5 Lysobacter sp. XL1 на различные живые микроорганизмы Нативный фермент Субстрат Л1(AlpA) Л5(AlpB) Грамотрицательные бактерии Alcaligenes faecalis – + + E. coli – + + P. putida – + Грамположительные бактерии Bacilus subtilis + + Bacilus cereus + – Micrococcus roseus – + Micrococcus luteus + + Corynebacterium xerosis – – Brevibacterium flavum – + Staphylococcus aureus + – Таблица 4. (Продолжение) Нативный фермент Субстрат Л1(AlpA) Л5(AlpB) Torulaspora delbrueckii – – Candida utilis + + Candida boidinii + + Candida guilliermondii + + Saccharomyces cerevisiae – – Pseudozyma fuziformata – – Внеклеточный полисахарид Lysobacter sp. XLLysobacter sp. XL1, кроме белков, секретирует в среду роста большое количество высокомолекулярного кислого полисахарида (MM 300 kDa).

Установлена структура полисахарида. Повторяющаяся единица, образующая структуру полисахарида, состоит из N-ацетилглюкозамина, N-ацетилмануроновой и N-ацетилглюкуроновой кислот (рисунок 6).

Большая часть внеклеточных литических ферментов Lysobacter sp. XLявляется щелочными белками, и в условиях своей оптимальной активности заряжены положительно.

Рисунок 6.

Структурная единица экзополисахарида Lysobacter sp.XL1.

Слева направо:

N-ацетилманнуроновая кислота, N-ацетилглюкуроновая кислота, N-ацетилглюкозамин.

Очевидно, что положительно заряженные белки в среде взаимодействуют с отрицательно заряженным полисахаридом. Это взаимодействие приводит к стабилизации литических ферментов (рисунок 7).

Дни Рисунок 7. Влияние полисахарида на стабильность литических ферментов. А – мурамидаза, В – эндопептидаза Л1, С – амидаза Л2, 1 – с полисахаридом, 2- без полисахарида. На оси ординат представлена литическая активность ферментов по отношению к автоклавированным клеткам золотистого стафилококка (ЛЕ/мл).

Кроме того, взаимодействие ферментов с полисахаридом изменяет кинетические параметры их активности. Были исследованы реакции расщепления мурамидазой и эндопептидазой Л1 синтетических и природных субстратов без полисахарида и в его присутствии. В качестве синтетических субстратов использовали для мурамидазы 3,4-динитрофенил-тетра-N-ацетил--Dхитотетраозид, для эндопептидазы - антраноил-аланил-аланил-фенилаланил-паранитроанилид. В качестве природного субстрата использовали клетки золотистого стафилококка. В ходе работы было показано, что взаимодействие ферментов с полисахаридом приводит к увеличению максимальной скорости лизиса клеток стафилококка (рисунок 8 А, В) и ингибированию их активности по отношению к низкомолекулярным синтетическим субстратам (рисунок 8 Б, Г).

Б A --50 -25 0 25 --10 0 10 20 1/S, мл/мг 1/S, мМ-Г B 0,0,0, 0,0,0, 0,-60 -40 -20 0 20 40 -0,2 0 0,2 0,1/S, мкМ-1/S, мл/мг Рисунок 8. Влияние полисахарида на активность ферментов лизоамидазы.

А - мурамидаза, субстрат - клетки S. aureus; Б - мурамидаза, синтетический субстрат; В - эндопептидаза, субстрат - клетки S. aureus; Г - эндопептидаза, синтетический субстрат. – без полисахарида, – в присутствии полисахарида.

Следует отметить, что в первом случае в связи с особенностями используемого субстрата активности ферментов и кинетические параметры выражены в условных единицах. Было также исследовано влияние полисахарида Lysobacter sp. XL1 на активность некоторых щелочных ферментов, выделенных из других источников и электростатически взаимодействующих с ним. Оказалось, что полисахарид полностью ингибирует активность лизоцима яичного белка и лизостафина S. staphylolyticus. Ферментный комплекс Streptomyces albus и мурамидазу S. globisporus полисахарид активировал на 90 и 50% соответственно.

Полисахарид не влиял на активность ферментов, которые в условиях своей оптимальной активности с ним не связаны. Полученные данные позволили сделать вывод о том, что электростатическое взаимодействие ферментов с полисахаридом Lysobacter sp. XL1 сопровождается изменением параметров катализируемых ферментами реакций – Km0, V0. Это изменение может быть как положительным, так и отрицательным и зависит от типов фермента и субстрата.

Следовательно, секретируемый Lysobacter sp. XL1 во внешнюю среду кислый --1/v, у.е.

1/v, у.е.

--1/v, у.е.

1/v, у.е.

полисахарид удерживает, перемещает ферменты продуцента в околоклеточном пространстве и регулирует их активность. Обладая способностью ингибировать некоторые чужеродные бактериолитические ферменты, полисахарид защищает клетку от их воздействия.

Действие лизоамидазы и ее компонентов на различные микроорганизмы Внеклеточные вещества Lysobacter sp. XL1 являются основой препарата лизоамидаза.Исследовалась способность лизоамидазы разрушать вегетативные клетки бактерий, дрожжей, гифы и споры грибов, бактериальные споры. В частности, лизоамидаза оказалась способна разрушать клетки грамположительных бактерий: S. aureus (79 штаммов), Micrococcus lysodeikticus, Streptomyces azureus, S. chrysomallus, Streptococcus mutans (2 штамма), Peptostreptococcus intermedius, Corynebacterium flavum, вегетативные клетки, прорастающие и покоящиеся споры Bacillus subtilis (4 штамма), B. cereus, B. anthracis (4 штамма); клетки грамотрицательных бактерий: Fusobacterium necroforum, Prevotella melaninogenica, в сочетании с полимиксином В Pseudomonas aeruginosa (штаммов) Salmonella marcescens, Pseudomonas putida, Escherichia coli (3 штамма), в сочетании с гентамицином или амикацином Proteus vulgaris, P. mirabilis;

дрожжи: Saccharomyces cerevisia (3 штамма), Torulaspora delbrueckii (2 штамма), Cryptococcus terreus, Phichia fermentes, Pseudozyma fuziformiata, Candida boidinii, C. azyma, C. catenulata; грибы: Aspergillus terreus, A. japonicus, простейшие - Blastocystis homonis.

Как известно, в состав клеточных стенок грамположительных бактерий наряду с пептидогликаном - основным структурным компонентом, являющимся субстратом бактериолитических ферментов, входят полимеры, придающие клеточной стенке отрицательный заряд. Структура этих полимеров разнообразна (Потехина, 2006). Два основных класса – тейхоевые кислоты (фосфорсодержащие полимеры) и тейхуроновые кислоты (не содержащие фосфор полимеры). Влияют ли компоненты клеточных стенок грамположительных бактерий на гидролиз связей пептидогликана бактериолитическими ферментами? В качестве субстратов отдельных литических ферментов лизоамидазы и полного комплекса были использованы: а) клеточные стенки различных бактерий, содержащих разные пептидогликаны и разные типы тейхоевых и тейхуроновых кислот, б) клеточные стенки, содержащие один тип пептидогликана и разные типы анионных полимеров, в) клеточные стенки B. subtilis W-23 (клетки выращены на бесфосфорной среде и вследствие этого содержат в клеточных стенках тейхуроновые кислоты вместо тейхоевых), подвергнутые периодатному окислению, которое нарушает структуру тейхуроновых кислот, но сохраняет их заряд, и г) чистый пептидогликан клеточных стенок. Литические ферменты с разной скоростью гидролизовали все субстраты, за исключением чистых пептидогликанов. На основании этого был сделан вывод, что для эффективного гидролиза пептидогликанов грамположительных бактерий необходимо электростатическое взаимодействие бактериолитических ферментов лизоамидазы с анионными полимерами клеточной стенки, в частности, с тейхоевыми или тейхуроновыми кислотами, причем для действия ферментов в первую очередь важен отрицательный заряд полимера, а не его структура. На основании этих данных была предложена гипотетическая схема механизма действия внеклеточного фермент-полисахаридного комплекса Lysobacter sp. XL1 на грамположительные бактерии-мишени (рисунок 9).

Рисунок 9. Схема действия фермент-полисахаридного комплекса Lysobacter sp.

XL1 на грамположительные бактерии-мишени.

Как было отмечено, литические ферменты Lysobacter sp. XL1 – компоненты препарата лизоамидаза – способны гидролизовать пептидогликан грамотрицательных бактерий, выделенный из клетки, однако нативные клетки грамотрицательных бактерий практически не лизировали (за исключением фермента Л5). Оказалось, что липополисахарид, входящий в состав клеточных стенок этих бактерий полностью ингибировал процесс гидролиза пептидогликана бактериолитическими ферментами Lysobacter sp. XL1 (таблица 5).

Таблица 5. Действие внеклеточных литических ферментов на компоненты клеточных стенок грамотрицательных бактерий Активность ферментов, ЛЕ/мл Субстрат лизоамидаза Л1 Л2 ЛПептидогликан E. coli 25,5 7,9 5,8 1,Пептидогликан P. putida 15,2 3,3 1,3 Пептидогликан-липополисахаридный 0 0 0 комплекс E. coli Пептидогликан- липополисахаридный 0 0 0 комплекс P. putida Пептидогликан E. coli + 0 0 0 липополисахарид E. coli Лизис нативных клеток грамотрицательных микроорганизмов ферментами становился возможным только после изменения проницаемости внешней мембраны клеток-мишеней обработкой полимиксином В или гентамицином.

Спорообразующие бактерии рода Bacillus, в состав которого входят как непатогенные, так и патогенные для человека бактерии, имеют сложный жизненный цикл: вегетативная клетка, предспора, зрелая спора, прорастающая спора. Вследствие особенностей строения внешней оболочки бактериальные эндоспоры практически неуязвимы для внешнего воздействия, что создает ощутимые сложности при разработке эффективных методов борьбы с потенциально-патогенными (B. cereus) и патогенными (В. anthracis) спорообразующими бактериями. Обработка лизоамидазой зрелых спор B. subtilis 168, B. subtilis W 23 и B. cereus 217 приводила к повреждению их оболочки и утрате способности к прорастанию. На рисунке 10 проиллюстрировано действие лизоамидазы на споры B. subtilis W 23. Интересно было выяснить какие именно компоненты лизоамидазы проявляют спороцидные свойства. Оказалось, что только литические ферменты и только в сочетании с полисахаридом Lysobacter sp.

XL1 проявляют спороцидное действие по отношению к зрелым спорам бактерий рода Bacillus. Литические ферменты без полисахарида и полисахарид без литических ферментов были неэффективны по отношению к спорам (рисунок 11).

А Б Рисунок 10. Атомно-силовая микроскопия спор B. subtilis до (А) и после (Б) действия лизоамидазы.

А Б 0,К 0,Л К Л Л1+ПС 0,Л2+ПС Л1 Л0,6 М+ПС 1,Л4+ПС М Л0,0,0,0,0,0,0 7 9 11 0 7 9 11 Время прорастания, часы Время прорастания, часы В 1,К 1,Л 1,Л1+Л2+М+Л1,Л1+Л2+М+Л4+протеаза Л1+Л2+М+Л4+ПС 0,0,0,0,0 7 9 11 Время прорастания, часы Рисунок 11. Действие ферментов и полисахарида лизоамидазы на споры бацилл.

А - фермент плюс полисахарид; Б - ферменты без полисахарида; В - комбинации ферментов с полисахаридом. К - контроль без обработки, Л - после обработки лизоамидазой; М, - мурамидазой; Л1, Л4 – эндопептидазами, Л2 – амидазой, ПС – полисахаридом.

Оптическая плотность, 600 нм Оптическая плотность, 600 нм Оптическая плотность, 600 нм Внешнемембранные везикулы Lysobacter sp.

Известно, что грамотрицательные бактерии могут образовывать внешнемембранные везикулы, которые содержат компоненты периплазы.

Например, внешнемембранные везикулы P. aeruginosa PAO1 содержат автолитические ферменты (Beveridge, 1999). Образуют ли клетки Lysobacter sp.

внешнемембранные везикулы? И если да, то могут ли внеклеточные литические ферменты выводиться из клетки при помощи везикул? Было проведено электронномикроскопическое исследование клеток Lysobacter sp. XL1 и XL2. Для этого использовали два варианта условий роста культур на агаризованых средах: – среда, способствующая продукции внеклеточных белков, 2 – среда, при выращивании на которой бактерия не продуцирует внеклеточные белки. Из рисунка 12а видно, что в условиях, способствующих продукции внеклеточных белков (среда 1), в межклеточном пространстве Lysobacter sp. XL1 выявляются крупные везикулы диаметром от 100 до 160 нм, заполненные веществом с низкой электронной плотностью, а также более мелкие, размером 50-60 нм. В этих же условиях, в межклеточном пространстве Lysobacter sp. XL2 присутствуют везикулы диаметром около 50 нм (рисунок 12в). В межклеточном пространстве Lysobacter sp. XL1 и XL2, выращенных на среде 2, наблюдается много мелких везикул диаметром около 20 нм (рисунок 12б, 12г).

Рисунок 12. Электронная микроскопия ультратонких срезов колоний клеток Lysobacter sp.

XL1 (а, б) и Lysobacter sp. XL2 (в, г). а, в – клетки выращены в условиях, способствующих продукции внеклеточных белков; б, г – клетки выращены в условиях, подавляющих продукцию внеклеточных белков. В – везикулы. Метка соответствует 200 нм.

Таким образом, образование везикул у Lysobacter sp. XL1 и XLнаблюдается в разных условиях роста культур и, скорее всего, является естественным физиологическим процессом этой бактерии.

Препараты везикул были получены из культуральной жидкости обоих штаммов Lysobacter sp., выращенных на среде, способствующей секреции бактериолитических ферментов. Как правило, везикулы грамотрицательных бактерий образуются в результате выпячивания и отшнуровывания фрагмента внешней мембраны (Beveridge, 1999). Для подтверждения внешнемембранной природы выделенных везикул Lysobacter sp. XL1 и XL2 определяли в них содержание 2-кето-3-дезокси-D-маннооктоната (КДО), который является специфическим компонентом липополисахарида (ЛПС) внешних мембран.

Результаты представлены в таблице 6.

Оказалось, что КДО присутствует в препаратах везикул обоих штаммов.

При этом в препарате везикул штамма XL2 содержится в два раза меньше КДО, чем в препарате везикул штамма XL1, хотя количество КДО в препаратах внешних мембран обоих штаммов практически не отличается. Поскольку везикулы и внешние мембраны XL1 и XL2 были получены из одинакового количества клеток, содержание КДО в препаратах указывает на то, что штамм XL2 образует везикулы в меньшем количестве, чем штамм XL1. Разница в размерах и количестве везикул обоих штаммов может быть связана с их участием в выводе части секретируемых белков во внеклеточное пространство.

Можно предположить, что больший размер везикул Lysobacter sp. XL связан с присутствием в них большего количества белка. Из таблицы 6 видно, что действительно, в препарате везикул Lysobacter sp. XL2 концентрация белка составила лишь 0,02 мг/мл, в то время как в препарате везикул Lysobacter sp. XL– 1,2 мг/мл. Концентрация белка в препаратах внешних мембран обоих штаммов не отличалась.

Таблица 6. Содержание КДО и белка во внешних мембранах и везикулах Lysobacter sp. XL1 Lysobacter sp. XLОбразец Белок, мг/мл КДО, мМ/мл Белок, мг/мл КДО, мМ/мл Везикулы 1,20 0,35 0,02 0,Внешние 44,30 5,50 45,00 7,мембраны Было также проведено сравнение белкового состава везикул с белковым составом внешних мембран (рисунок 13).

кДа 94,94 кДа Рисунок 13. Сравнительная 66, характеристика белкового 54 кДа состава везикул и внешних 45, мембран Lysobacter sp.

38 кДа М – маркеры, 1 – везикулы Lysobacter sp. XL1, 2 – везикулы Lysobacter sp. XL2, 3 – белки 31, внешних мембран Lysobacter sp.

XL1, 4 – белки внешних мембран Lysobacter sp. XL2.

23 кДа 21, М 1 2 3 При сравнении обнаружили, что внешние мембраны Lysobacter sp. XL1 и Lysobacter sp. XL2 практически не отличаются по составу мажорных белков (94, 54, 38 и 23 кДа), но имеют незначительные различия по соотношению минорных (образцы 3 и 4). В препаратах везикул обоих штаммов наблюдаются мажорные белки с ММ около 94 и 38 кДа и минорные белки, совпадающие по электрофоретической подвижности с белками внешних мембран (образцы 1 и 2).

Это также может служить подтверждением внешнемембранной природы везикул.

Но вместе с тем в везикулах Lysobacter sp. XL1 присутствуют белки с ММ 67 и кДа, а в везикулах Lysobacter sp. XL2 белок с MM 33 кДа, которые не выявлены во внешних мембранах. Неполная идентичность белкового состава внешних мембран и везикул может указывать на локусную природу образования последних, т.е.

образование везикул может осуществляться на определенных участках клеточной поверхности. Подобное предположение ранее было высказано рядом авторов на основании обнаруженных ими различий в структуре ЛПС везикул и внешних мембран P. aeruginosa PAO1 (Li et al., 1996; Kadurugamuwa, Beveridge, 1996). В препарате везикул Lysobacter sp. была обнаружена активность циклической фосфодиэстеразы – маркера на периплазматические белки, но не найдена активность глюкозо-6-фосфатдегидрогеназы – маркера на цитозольные белки.

Таким образом, можно утверждать, что везикулы Lysobacter sp. XL1 и XL2 имеют внешнемембранную природу и в процессе своего образования захватывают компоненты периплазмы.

Литическая активность везикул Литическую активность везикул определяли на чашках с вплавленными в агарозный гель автоклавированными клетками S. aureus 209P. Как видно из рисунка 14, зоны лизиса образуются как вокруг препаратов везикул Lysobacter sp.

XL1, так и вокруг препаратов везикул Lysobacter sp. XL2. Это указывает на присутствие в везикулах бактериолитических ферментов. Известно, что автолитические системы обоих штаммов Lysobacter sp. являются идентичными (Ситкин и др., 2003а, 2003б). Если бы активность везикул определялась присутствием в них только автолитических ферментов, то и активность везикул XL1 и XL2, вероятно, была бы одинаковой. Однако активность везикул Lysobacter sp. XL1 значительно выше, что позволяет предположить присутствие в них более активных внеклеточных бактериолитических ферментов.

Lysobacter sp. XLРисунок 14. Бактериолитический эффект культуральной жидкости и везикул Lysobacter sp. XLи XL2 на чашках с вплавленными в агарозный гель автоклавированными клетками S. aureus 209P.

1 – культуральная жидкость, 2 – везикулы. Для 1 Lysobacter sp. XL1 время инкубации составило Lysobacter sp. XLсутки, для Lysobacter sp. XL2 – 4 суток. В каждую лунку вносили по 10 мкл образца.

1 Lysobacter sp. XL1 и XL2 секретируют бактериолитические ферменты с разной субстратной специфичностью, что можно было использовать для выявления конкретных ферментов в везикулах. Амидаза Л2 и мурамидаза Лсекретируются обоими штаммами Lysobacter sp. и проявляют свою активность при использовании синтетических субстратов. Известно также, что в периплазме клеток обоих штаммов Lysobacter sp. присутствует автолитический фермент мурамидаза, который может попадать в везикулы в процессе их образования (Ситкин и др., 2003а, б). Поэтому бактериолитическая активность везикул Lysobacter sp. XL2 может быть ассоциирована только с двумя внеклеточными бактериолитическими ферментами – амидазой Л2 и мурамидазой Л3, а также с автолитической мурамидазой. В препарате везикул штамма XL2 выявлена активность, характерная для амидазы Л2. Мурамидазная активность в препарате везикул не была обнаружена. Эти результаты позволили сделать вывод о том, что внеклеточная амидаза Л2 Lysobacter sp. XL2 выводится за пределы клетки посредством везикул. Бактериолитическая активность везикул Lysobacter sp. XLможет быть обусловлена пятью бактериолитическими ферментами. В препарате везикул этого штамма также была обнаружена активность амидазы Л2, а мурамидазная активность не выявлена. Следовательно, внеклеточная амидаза Л2 у Lysobacter sp. XL1 также секретируется в культуральную среду при помощи везикул. Помимо амидазы Л2 и мурамидазы Л3 Lysobacter sp. XL1 секретирует в окружающую среду еще Л1, Л4 и Л5 бактериолитические ферменты. К бактериолитическим протеазам Л1 и Л5 получены поликлональные кроличьи антитела, с помощью которых можно было установить присутствуют ли эти ферменты в везикулах Lysobacter sp. XL1.

Был проведен иммуноферментный анализ белков культуральной жидкости до и после осаждения везикул и самих везикул с антителами к Л1 и Л5 белкам.

Электрофореграмма белков культуральной жидкости до и после осаждения везикул не демонстрирует каких-либо изменений в содержании Л1 и Лферментов (рисунок 15а). Однако иммуноферментный анализ с использованием антител к Л5 ферменту (риунок 15б) показал, что после осаждения из культуральной жидкости везикул, содержание в ней фермента Л5 сильно уменьшается. Вместе с этим, фермент достоверно выявлялся в везикулах. Это указывало на то, что подавляющее количество эндопептидазы Л5 присутствует в культуральной жидкости внутри везикул. Небольшое количество фермента попадает в культуральную жидкость при их разрушении. Иммуноблоттинг с использованием антител к бактериолитическому ферменту Л1 (рисунок 15в) показал, что его содержание в культуральной жидкости после осаждения везикул не изменялось, и в везикулах этот фермент не обнаруживался.

Выше было отмечено, что Л1 и Л5 Lysobacter sp. XL1 синтезируются в виде препробелков. Наличие сигнальной последовательности на N-конце (пре-часть синтезированной полипептидной цепи) позволяло предположить, что эти белки транслоцируются через цитоплазматическую мембрану в периплазму посредством Sec экспортного механизма. Многие принципы этого процесса в настоящее время уже установлены для E. coli, у которой выявлены и охарактеризованы белковые компоненты секреторного аппарата. В частности, хорошо изучена транслокационная АТФаза SecA – важный компонент цитоплазматической стадии секреции. Для обнаружения в клетках Lysobacter sp. XL1 SecA белка был проведен иммуноферментный анализ клеточных белков этой бактерии с антителами к SecA E. coli. Было выявлено наличие в клетках Lysobacter sp. XL1 белка, имеющего такую же электрофоретическую подвижность, как и белок SecA E. coli.

Основываясь на полученных результатах, можно утверждать, что Lysobacter sp.

XL1 имеет Sec экспортный механизм транслокации белков через цитоплазматическую мембрану в периплазму.

А кДа 94.66.45.31.Б В ЛЛ21. M 1 2 3 1 2 3 1 2 Рисунок 15. Электрофорез и иммуноферментный анализ везикул Lysobacter sp.

XL1. А – электрофорез белков культуральной жидкости и везикул; Б – иммуноблоттинг с антителами к Л5 бактериолитическому ферменту; В – иммуноблоттинг с антителами к Л1 бактериолитическому ферменту. 1 – культуральная жидкость до осаждения везикул; 2 – культуральная жидкость после осаждения везикул, 3 – везикулы. Образцы культуральной жидкости содержали 0,5 мг суммарного белка, везикулы – 0,05 мг суммарного белка.

По совокупности полученных данных предложена схема секреции бактериолитических ферментов Л1 и Л5 Lysobacter sp. XL1 из цитозоля бактерии в окружающую среду (рисунок 16).

Бактериолитические ферменты Л1 и Л5 синтезируются в виде препробелков и транслоцируются через цитоплазматическую мембрану в периплазму, используя, скорее всего, Sec экспортный механизм.

Рисунок 16. Механизм секреции бактериолитических ферментов Л1 и ЛLysobacter sp. XL1 из цитозоля бактерии в окружающую среду. ВМ – внешняя мембрана; ЦМ – цитоплазматическая мембрана; ПГ – пептидогликан; МВ – мембранные везикулы; препроЛ1 и препроЛ5 – предшественники Л1 и Лферментов.

После отщепления сигнального пептида остается пробелок. Для алитической протеазы L. enzymogenes, которая является гомологом Л1 и Лферментов, показано, что в периплазме происходит сворачивание пробелка в практически нативную конформацию, способствующую транслокации через внешнюю мембрану, предположительно, посредством второго (II) типа секреции через специализированную пору. После или во время транслокации происходит автокаталитическое отщепление про-части, сопровождающееся появлением зрелого фермента (Silen, Agard, 1989). Возможно таким же образом происходит созревание и секреция фермента Л1. Поскольку зрелый Л5 фермент обнаружен в везикулах, можно предположить, что предшественник этого белка уже в периплазме превращается в зрелый фермент и захватывается везикулами в процессе их образования.

Получены новые, ранее не известные данные о том, что внеклеточные бактериолитические ферменты Л2 и Л5 Lysobacter sp. XL1 и XL2 попадают в окружающую среду при участии везикул.

Биологическая роль везикулярного способа секреции бактериолитических ферментов Установлено, что везикулы Lysobacter sp. XL1 лизируют живые клетки практически всех выбранных тест-культур (лабораторные штаммы) за исключением Torulaspora delbrueckii ВКМ Y-706, S. cerevisiae M660 и Sclerotinium sclerotiorum. Результаты представлены на рисунке 17 и в таблице 7.

Staphylococcus aureus Bacilus cereus Escherichia coli олололололололор Candida boidinii Pseudozyma fusiformata Fusarium sporotrichiella Рисунок 17. Литическое действие везикул Lysobacter sp. XL1 на некоторые виды выбранных тест-культур. Прозрачное пятно в центре каждой фотографии – место нанесения везикул, где образовалась зона лизиса.

Кроме того, везикулы эффективно лизировали клинические изоляты множественно устойчивых к антибиотикам грамотрицательных и грамположительных бактерий (Serratia marcescens 570, B. subtilis var niger, B. cereus 504, B. cereus 164, B. megaterium 1433, B. thuringiensis 1373, B. thuringiensis EG 7566, B.

mesentericus, B. brevis 1409, B. polymyxa 1396, B. anthracis M71, B. anthracis STI, B.

anthracis STI PR, B. anthracis STI pBC16, B. anthracis STI 5, Listeria monocytogenes L, L. monocytogenes R), а также клинические изоляты метициллинустойчивых S. aureus (MRSA) - S. aureus 54, S. aureus 78, S. aureus 175, S. aureus 227, S. aureus 246, S.

aureus 53, S. aureus 136, S. aureus 159, S. aureus 245, S. aureus 261, S. aureus 53.

Исходя из полученных данных предложена схема действия везикул на клетки грамположительных и грамотрицательных бактерий (рисунок 18). В случае действия на грамположительные бактерии, в месте прикрепления везикулы к клеточной стенке клетки-мишени нарушается ее целостность, что способствует выходу и связыванию литических ферментов с пептидогликаном. Место прикрепления везикулы, вероятно, является местом концентрированного действия литических ферментов. Можно предположить также, что само везикулярное окружение остается связанным с пептидогликаном и таким образом защищает свое литическое содержимое от внешнего воздействия.

Таблица 7. Литическое действие везикул Lysobacter sp. XL1 на живые клетки Микроорганизмы Действие везикул Грамположительные бактерии ++ B. subtilis 1 Bacillus subtilis W23 ++ Bacillus cereus 217 ++ Micrococcus roseus В1236 ++ Micrococcus luteus В1819 ++ Corynebacterium xerosis ++ Staphylococcus aureus 209P ++ Rathayibacter tritici ++ Грамотрицательные бактерии Pseudomonas fluorescens 1472 + Pseudomonas putida + Proteus vulgaris H-19 + Proteus mirabilis N2 + Escherichia coli K12 ++ Erwinia carotovora В15 ++ Alcaligenes faecalis ++ Дрожжи Torulaspora delbrueckii ВКМ Y-7– Candida utilis ВКМ Y-+ Candida boidinii ВКМ Y-+ Candida guilliermondii ВКМ Y-+ Saccharomyces cerevisiae M6– Pseudozyma fusiformata ВКМ Y-28+ Мицелиальные грибы Sclerotinium sclerotiorum – Fusarium sporotrichiella ++ «–» нет литического эффекта; «+» есть литический эффект; «++" очень хороший литический эффект.

Иначе происходит действие везикул на клетки грамотрицательных бактерий. Это связано с наличием внешней мембраны на поверхности их клеточной оболочки, которая препятствует доступу литических ферментов к субстрату – пептидогликану.

Рисунок 18. Схема действия везикул на клетки грамположительных и грамотрицательных бактерий. Л1, Л5 – литические ферменты; МВ – мембранные везикулы.

Действие везикул на грамотрицательные бактерии может происходить за счет слияния мембран клеток-мишеней с везикулярной мембраной. В результате этого слияния бактериолитические ферменты везикул высвобождаются в периплазматическое пространство клетки-мишени, где находится их субстрат – пептидогликан. После попадания в периплазму клетки-мишени литические ферменты везикул разбавляются там и концентрированного действия, как в случае грамположительных микроорганизмов, не происходит. Литическое действие везикул на клетки грибов и дрожжей объясняется тем, что литические протеазы Л2 и Л5 разрушают структурные белки, входящие в состав клеточных стенок этих микроорганизмов. Везикулы Lysobacter sp. XL1 имеют более широкий спектр литического действия, чем гомогенный фермент Л5 (таблицы 1, 7), а также намного эффективнее лизируют живые клетки различных микроорганизмов.

Вклад фермента Л2 в литическое действие везикул Lysobacter sp. XL1, повидимому, незначительный.

Получение рекомбинантных эндопептидаз Lysobacter sp. XL1.

Гомологичные сериновые протеазы Л1 (AlpA) и Л5 (AlpB) имеют разную N-концевую последовательность аминокислот, разный способ секреции из клетки продуцента, разный спектр действия на живые клетки микроорганизмов (таблица 4). Следовательно, на основе этих ферментов, используя их отдельно, или комбинируя друг с другом, или с антибиотиками, можно получать лекарственные препараты с нужной специфичностью. Это определяло перспективность работы по получению рекомбинантных эндопептидаз Л1 и Л5.

В качестве бактерии-реципиента на первом этапе была выбрана E.coli. В ходе работы выявили, что клетки E. coli не способны секретировать образующиеся рекомбинантные литические эндопептидазы, а образование даже небольшого количества зрелого белка приводило к гибели клеток вследствие лизиса.

Поэтому был разработан способ получения зрелых эндопептидаз рефолдингом из телец включения. Поскольку этот метод оказался весьма трудозатратным, в дальнейшем в качестве бактерии-реципиента выбрали почвенные псевдомонады, близкие по ряду свойств Lysobacter. Ни один из потенциальных штаммов-реципиентов не секретировал во внешнюю среду бактериолитические ферменты. Чувствительность или устойчивость к различным антибиотикам явились критерием выбора для дальнейшей работы P. fluorescens Q2-87. Была сконструирована система экспрессии: ген литической протеазы Лили Л5 под контролем промотора Т7lac и ген белка репрессора лактозного оперона были встроены в хромосому штамма-хозяина. Источником Т7 РНК-полимеразы служит плазмида, в которой ген этого фермента находится под контролем lacпромотора. На твердой индикаторной среде с вплавленными клетками стафилококка было показано, что рекомбинантные штаммы псевдомонад экспрессируют гены alpA и alpB. Это проявлялось в образовании зон лизиса вокруг выросших клеток Pseudomonas. При выращивании рекомбинантных штаммов на жидких средах разного состава в культуральных жидкостях при помощи антител было выявлено присутствие искомых белков. Максимальное количество накапливалось к 48 часам на средах LB и среде, специально разработанной для выращивания Lysobacter sp. XL1. Последняя была выбрана для выращивания рекомбинантных штаммов в условиях ферментации, так как адаптирована для этого. На рисунке 19 показано, что P. fluorescens Q2-87 с геном alpB к 18 часам роста имеет максимальную плотность культуры и литическую активность культуральной жидкости, которые при дальнейшем культивировании мало изменяются.

А 4 ИПТГ 0 0 10 20 30 40 Время роста, ч К 7 10 13 16 19 22 28 43 AlpB Б 6 ИПТГ 0 0 6 12 18 24 30 36 42 48 54 Время роста, ч К 8 11 14 17 20 23 26 29 32 AlpA Рисунок 19. Динамика экспрессии рекомбинантных AlpA и AlpB в условиях культивирования рекомбинантных штаммов P.fluorescens Q2-87 в ферментере.

А – экспрессия AlpB (динамика роста, активности и иммуноблоттинг), Б – экспрессия AlpA (динамика роста, активности и иммуноблоттинг), - рост культуры, – активность, К – культуральная жидкость P.fluorescens Q2-87, не содержащего генов литических ферментов Lysobacter sp. XL1, AlpA и AlpB – нативные ферменты, нанесенные на гель в качестве маркеров.

540, ЛЕ/мл А Ед.

Литическая активность, 5ЛЕ/мл А, Ед.

Литическая активность, Это подтвердили данные иммуноблоттинга. Другую картину наблюдали при культивировании P. fluorescens Q2-87 с геном alpA. Также к 18 часам оптическая плотность и активность достигали максимума, затем культура лизировалась и активность уменьшалась. Это сопровождалось уменьшением содержания белка AlpA в культуральной жидкости, что, возможно, связано с протеолизом или автолизом. Рекомбинантные белки AlpA (Л1) и AlpB (Л5) были очищены в 1 стадию ионообменной хроматографией (monoS). Выход белков составил около 1 мг/л культуры, что достаточно хорошо для таких потенциально смертельных для микробной клетки ферментов. Свойства рекомбинантных белков оказались аналогичны свойствам нативных. Таким образом, разработана система получения рекомбинантных литических эндопептидаз Lysobacter sp. XL1, которые могут явиться основой новых антимикробных препаратов.

Лечение модельной сибирской язвы внеклеточными продуктами Lysobacter sp. XL1.

На основании вышеизложенных материалов можно было предположить, что лизоамидаза, гомогенные литические ферменты (нативные и рекомбинантные), везикулы могут быть использованы для лечения сибиреязвенной инфекции как препараты, вводимые внутрь организма. Для лечения и профилактики модельной сибиреязвенной инфекции были использованы препарат лизоамидаза, нативные и рекомбинантные ферменты Л(AlpA) и Л5 (AlpB), внешнемембранные везикулы, содержащие литический фермент AlpB и литическую протеазу Л2. Работа проводилась в Государственном научном центре прикладной микробиологии и биотехнологии (ГНЦ ПМБ, г.

Оболенск).

Были получены следующие результаты:

лизоамидаза оказывала лечебный эффект по отношению к экспериментальной генерализованной сибиреязвенной инфекции, вызванной у беспородных белых мышей введением спор В. anthracis 71/12 (II вакцины Ценковского) – 100% выживаемость зараженных животных при подкожном введении лизоамидазы в концентрации 1 мг/мышь. В контрольной группе животных выживаемость – 0%;

при лечении лизоамидазой легочной формы сибирской язвы, вызванной спорами В. anthracis 71/12, лечебный эффект отмечали при подкожном введении препарата (выживаемость – 60%);

лечение лизоамидазой мышей, зараженных спорами В. anthracis 71/внутрибрюшинно, приводило к 90% и 100% выживаемости животных в случае введения препарата внутрибрюшинно и подкожно соответственно.

лизоамидаза оказывала лечебный эффект (90% выживаемости) по отношению к сибиреязвенной инфекции, вызванной вегетативными клетками В.

anthracis СТИ-1;

применение лизоамидазы для лечения мышей, зараженных штаммом В.

anthracis СТИ-ПРТС (устойчивый к рифампицину, ампициллину, тетрациклину, доксициклину) демонстрировало 100%-ную выживаемость животных при заражающей дозе 105 и 106 спор;

применение лизоамидазы для лечения золотистых хомяков, зараженных вирулентным штаммом В. anthracis Ч-7 в дозе 100 ЛД50, приводило к 100% -ной выживаемости в случае введения препарата (5мг/хомяка) в ту же лапу, в которую проводили заражение, и к 60%-ной выживаемости, если препарат вводили в другую конечность;

показано, что рекомбинантный и нативный литический фермент AlpA оказывает лечебное действие лишь на 20-40% опытных животных, зараженных спорами или вегетативными клетками B. anthracis 71/12 (II вакцина Ценковского);

рекомбинантный и нативный литический фермент AlpB не обладает лечебным эффектом, профилактическую защиту в 80% случаев оказывает препарат AlpB, введенный мышам за 72 часа до заражения, в концентрации 5 мг на мышь, более низкие концентрации препарата не обладают профилактическим действием;

везикулы успешно лечат генерализованную инфекцию у мышей (100%ная выживаемость), вызванную спорами B. anthracis 71/12 и антибиотикорезистентного штамма – B. anthracis СТИ–Тс при однократном введении, а доксициклин даже при 5-дневном применении оказался не эффективным: после его отмены начиналась гибель животных с 7 по 10 день.

Таким образом, отдельные литические ферменты лизоамидазы AlpA и AlpB, находящиеся в растворимом состоянии, демонстрируют низкое лечебное и профилактическое действие в отношении модельной сибиреязвенной инфекции, в отличие от препарата лизоамидаза и везикул, в которые «упакован» фермент AlpB, оказывающих 100%-ную защиту опытных животных в случае лечения и профилактики сибиреязвенной болезни.

ВЫВОДЫ 1. Бактерия-продуцент препарата лизоамидаза, штамм XL1, отнесена к роду Lysobacter, семейства Xanthomonadaceae. При длительном выращивании литически высокоактивного штамма Lysobacter sp. XL1 на средах, способствующих секреции внеклеточных продуктов, в популяции возникают и накапливаются за счет более высокой скорости роста клетки литически низкоактивного штамма Lysobacter sp. XL2. Оба штамма Lysobacter sp. при любых условиях роста образуют внешнемембранные везикулы.

2. Впервые показано, что внутриклеточная и внеклеточная литические системы бактерии Lysobacter sp. (XL1, XL2) функционируют независимо.

Свойства литических ферментов – компонентов этих систем – значительно отличаются друг от друга: внутриклеточные ферменты являются кислыми белками, активными при 29°С, высоком значении ионной силы среды и щелочном значении рН; внеклеточные ферменты – щелочные белки, активные при низких значениях ионной силы, щелочном рН и высоких температурах (50°-80°С). В составе внеклеточной литической системы Lysobacter sp. XL1 обнаружено пять ферментов: мурамидаза, амидаза, три эндопептидазы, в составе литической системы Lysobacter sp. XL2 –амидаза и мурамидаза. В составе внутриклеточной литической системы Lysobacter sp. выявлено девять пептидогликангидролаз разной субстратной специфичности и локализации в клетках бактерии.

3. Впервые обнаружено, что постсекреторное электростатическое взаимодействие высокомолекулярного кислого полисахарида и ферментов Lysobacter sp. XL1 приводит к значительной стабилизации ферментов и в ряде случаев к изменению их активности. В частности полисахарид усиливает действие мурамидазы на клетки золотистого стафилококка, а литические ферменты, связанные с полисахаридом, становятся способными разрушать покоящиеся споры бактерий рода Bacillus. Полисахарид Lysobacter sp. XL1 полностью ингибирует активность ряда литических ферментов других микроорганизмов.

4. Впервые показано, что бактерия Lysobacter sp. транспортирует литические ферменты, разрушающие клетки микробов-конкурентов, в окружающее клетку пространство внутри внешнемембранных везикул. Везикулы, содержащие такие ферменты, способны лизировать живые клетки представителей различных групп микроорганизмов, например, грамотрицательных бактерий родов Pseudomonas, Proteus, Erwinia, Alcaligenes, грамположительных бактерий, относящихся к родам Bacillus, Micrococcus, Staphylococcus, Rothayibacter, дрожжей рода Candida, мицелиального гриба Sclerotinia sclerotiorum в отличие от литических ферментов, находящихся вне везикул. Следовательно, такой способ секреции литических ферментов имеет для продуцента важное биологическое значение, расширяя спектр микроорганизмов, с которыми он может конкурировать в природе.

5. Установлены особенности взаимодействия литических ферментов Lysobacter sp. с нативными клетками-мишенями. Для эффективного гидролиза клеток грамположительных бактерий ферментам необходим предварительный контакт с отрицательно заряженным полимером клеточной стенки (тейхоевыми или тейхуроновыми кислотами), химическая структура этих полимеров не имеет решающего значения. Липополисахарид клеточной стенки грамотрицательных бактерий ингибирует активность литических ферментов. Нативные клетки грамотрицательных бактерий ферменты Л1-Л4 разрушают только при условии предварительной дестабилизации внешней мембраны клетки тем или иным способом (температура, полимиксин В, гентамицин, амикацин). Эндопептидаза Лспособна лизировать нативные клетки ряда грамотрицательных бактерий без предварительной обработки внешней мембраны.

6. Установлена структура генов двух литических эндопептидаз Lysobacter sp. XL1 - Л1 (AlpA) и Л5 (AlpB); показано, что белки синтезируются как препроферменты, пре- части состоят из 33 и 28 а.о., про- части - из 166 а.о., зрелые ферменты - из 199 и 205 а.о. соостветственно. Получены и охарактеризованы рекомбинантные AlpA и AlpB.

7. Показана возможность использования лизоамидазы и внешнемембранных везикул Lysobacter sp. XL1 для лечения и профилактики сибиреязвенной инфекции.

ПУБЛИКАЦИИ ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ Обзор Степная О.А., Ледова Л.А., Кулаев И.С. Бактериолитические ферменты. Успехи биологической химии, 1999, с. 327-354.

Экспериментальные статьи 1. Степная О.А., Северин А.И., Кулаев И.С. Некоторые физико-химические свойства литической протеазы Л2 ферментного препарата лизоамидаза, выделенного из бактерии семейства Pseudomonadaceae. Биохимия, 1986, том 51, вып.6, с. 909-915.

2. Степная О.А., Северин А.И., Круглая О.В., Кулаев И.С. Ответственные за бактериолитическую активность компоненты препарата лизоамидаза, выделенного из бактерии семейства Pseudomonadaceae. Биохимия, 1989, том 54, вып. 2, с. 201-205.

3. Степная О.А., Кудрявцева А.И., Северин А.И., Крупянко В.И., Козловский А.Г., Кулаев И.С. Ферменты бактериолитического препарата лизоамидаза.

Некоторые свойства бактериолитической протеиназы Л2. Прикладная биохимия и микробиология, 1992, том 28, вып. 5, с. 666-673.

4. Степная О.А., Ледова Л.А., Кулаев И.С. Бактериолитический комплекс лизоамидаза. Определение природы взаимодействия ферментов и полисахарида, входящих в состав комплекса. Биохимия, 1993, том 58, вып.10, с. 1523-1528.

5. Чумак Н.Е., Степная О.А., Черменская Т.С., Несмеянова М.А., Кулаев И.С.

Особенности секреции бактериолитических ферментов и полисахарида у бактерии семейства Pseudomonadaceae. Микробиология, 1995, том 64, вып.1, с. 55-62.

6. Лихошерстов Л.М., Сенченкова С.Н., Книрель Ю.А., Шашков А.С., Шибаев В.Н., Степная О.А., Кулаев И.С. Структура кислого полисахарида, входящего в состав бактериолитического комплекса лизоамидаза. Биохимия, 1995, том 60, вып. 3, с. 617-624.

7. Likhosherstov L.M., Senchenkova S.N., Knirel Yu.A., Shashkov A.S., Shibaev V.N., Stepnaya O.A., Kulaev I.S. Structure of an acidic polysaccharide present in the bacteriolytic complex lysoamidase. FEBS Letters, 1995, v. 368, 113-116.

8. Кулаев И.С., Наумова И.Б., Стрешинская Г.М., Тульская Е.М., Степная О.А., Северин А.И., Бегунова Е.А. Литическое действие лизоамидазы из Xanthomonas sp. коррелирует с присутствием в клеточной стенке грамположительных бактерий-мишеней рибиттейхоевых кислот. Микробиология, 1996, том 65, № 3, с. 326-332.

9. Степная О.А., Цфасман И.М., Ледова Л.А., Петрикевич С.Б., Бегунова Е.А., Кулаев И.С. Сравнение состава комплекса бактериолитических ферментов бактерии Xanthomonas sp. - продуцента бактериолитического ферментного препарата лизоамидаза и ее малоактивной формы. Микробиология, 1996, том 65, № 3, с. 339-344.

10. Степная О.А., Бегунова Е.А., Цфасман И.М., Кулаев И.С.

Бактериолитический ферментный препарат лизоамидаза: выделение и некоторые физико-химические свойства внеклеточной мурамидазы бактерии Xanthomonas sp. Биохимия, 1996, том 61, вып. 4, с. 648-655.

11. Степная О.А., Бегунова Е.А., Цфасман И.М., Кулаев И.С.

Бактериолитический ферментный препарат лизоамидаза: очистка и некоторые свойства бактериолитической пептидазы Л1. Биохимия, 1996, том 61, вып. 4, с.

656-663.

12. Цфасман И.М., Степная О.А., Бажанова Н.В., Кулаев И.С. Внутриклеточная глюкозаминидаза бактерии Xanthomonas campestris ИБФМ В-124: очистка и некоторые свойства. Биохимия, 2000, том 65, вып. 9, с. 57-62.

13. Степная О.А., Рязанова Л.П., Крупянко В.И., Кулаев И.С. Влияние кислого экзополисахарида Xanthomonas campestris ИБФМ В-124 на кинетические параметры внеклеточных бактериолитических ферментов. Биохимия, 2001, том 66, вып. 6, с. 816-821.

14. Ситкин Б.В., Цфасман И.М., Степная О.А., Кулаев И.С. Внутриклеточные пептидогликангидролазы бактерии Xanthomonas campestris XL1. Биохимия, 2003, том 68, вып. 4, с. 562-569.

15. Ситкин Б.В., Лысанская В.Я., Цфасман И.М., Степная О.А., Кулаев И.С.

Структура пептидогликана бактерии Lysobacter sp. - продуцента внеклеточных бактериолитических ферментов. Микробиология, 2003, том 72, № 1, с. 136137.

16. Бегунова Е.А., Степная О.А., Лысанская В.Я., Кулаев И.С. Специфичность действия ферментов препарата лизоамидазы на клеточные стенки Staphylococcus aureus 209 P. Биохимия, 2003, том 68, вып. 7, с. 896-901.

17. Ситкин Б.В., Цфасман И.М., Степная О.А., член-корреспондент РАН Кулаев И.С. Могут ли автолизины бактерий являться предшественниками внеклеточных бактериолитических ферментов? Доклады Академии наук, 2003, том 392, № 3, с. 406-409.

18. Муранова Т.А., Красовская Л. А., Цфасман И.М., Степная О.А., Кулаев И.С.

Cтруктурные исследования и идентификация внеклеточной бактериолитической эндопептидазы Л1 Lysobacter sp. XL 1. Биохимия, 2004, том 69, вып. 5, с. 617-622.

19. Степная О. А., Бегунова Е. А.,. Цфасман И. М., Тульская Е. М., Стрешинская Г. М., Наумова И.Б., Кулаев И.С. Роль анионных полимеров клеточных стенок грамположительных бактерий-мишеней в механизме действия на них внеклеточных бактериолитических ферментов Lysobacter sp. Микробиология, 2004, том 73, № 4, с. 479-485.

20. Бегунова Е.А., Степная О.А., Цфасман И.М., Кулаев И.С. Действие внеклеточных бактериолитических ферментов Lysobacter sp. на грамотрицательные бактерии. Микробиология, 2004, том 73, № 3, с. 320-325.

21. Степная О.А., Цфасман И.М., Логвина И.А., Рязанова Л.П., Муранова Т.А., Кулаев И.С. Выделение и характеристика новой внеклеточной бактериолитической эндопептидазы Lysobacter sp. XL1. Биохимия, 2005, том 70, вып. 9, стр. 1250-1257.

22. Рязанова Л.П., Ледова Л.А., Цурикова Н.В., Степная О.А., Синицин А.П., Кулаев И.С. Воздействие протеолитических ферментов Bacillus licheniformis и лизоамидазы Lysobacter sp. XL1 на клетки Proteus vulgaris и Proteus mirabilis.

Прикладная биохимия и микробиология, 2005, том 41, № 5, стр. 558-563.

23. Ryazanova L.P., Stepnaya O.A., Suzina N.E., Kulaev I.S. Effect of lysoamidase preparation on yeast and mycelial fungi. Process Biochemistry, 2005, v. 40, № 2, p.

557-564.

24. Бегунова Е. А., Чайка И.А., Степная О.А., Сафиева Д.О., Будашов И.А., Курочкин И.Н., Варфоломеев С.Д., Кулаев И.С. Изучение действия лизоамидазы на споровую форму бактерий рода Bacillus. Доклады Академии наук, 2006, том 408, № 4, с. 550-552.

25. Цфасман И.М., Ситкин Б.В., Лысанская В.Я., Степная О.А., Кулаев И.С.

Субстратная специфичность и некоторые физико-химические свойства автолитических ферментов бактерии Lysobacter sp. XL1. Биохимия, 2007, том 72, вып. 7, с. 760-765.

26. Степная О.А., Цфасман И.М., Чайка И.А., Муранова Т.А., Кулаев И.С., Внеклеточный дрожжелитический фермент бактерии Lysobacter sp.XL1.

Биохимия, 2008, том 73, вып. 3, с. 381-387.

27. Vasilyeva N.V., Tsfasman I.M., Suzina N.E., Stepnaya O.A. and I. S. Kulaev Secretion of bacteriolytic endopeptidase L5 of Lysobacter sp. XL1 into the medium by means of outer membrane vesicles. FEBS Journal, 2008, v. 275, p. 3827-3835.

28. Зырина Н.В., Ильясов П.В., Кувичкина Т.Н., Степная О.А., Решетилов А.Н.

Оценка эффективности литического действия пептидогликангидролаз на основе дыхательной активности клеток тест-культуры. Вестник биотехнологии, 2008, том 4б, № 2, с. 5-11.

29. Васильева Н.В., Цфасман И.М., Сузина Н.Е., Степная О.А., Кулаев И.С.

Внешнемембранные везикулы Lysobacter sp. Доклады Академии наук, 2009, том 426, № 2, с. 257-260.

30. Mikoulinskaia G.V., Odinokova I.V., Zimin A.A., Lysanskaya V.Ya., Feofanov S.A., Stepnaya O.A. Identification and characterization of the metal ion-dependent L-alanoyl-D-glutamate peptidase encoded by bacteriophage T5. FEBS Journal, 2009, v. 276, N 24, p. 7329-7342.

31. Красовская Л.А., Руденко Н.В., Аббасова С. Г., Шувалова О.П., Видягина Е.О., Сухаричева Н.А., Ледова Л.А., Степная О.А., Кулаев И.С.

Моноклональные антитела к пропептиду эндопептидазы AlpB Lysobacter sp.

XL1 для изучения AlpB-белковых взаимодействий в клетках бактерии.

Доклады Академии наук, 2011, №6, т.441, №, с.841-844.

Патенты 1. Патент РФ № 2139348, 1999, Степная О.А., Ледова Л.А., Кулаев И.С., Прудникова О.В. Средство для лизиса клеток грамположительных и грамотрицательных бактерий.

2. Патент РФ № 2193063, 2002, Кулаев И.С., Степная О.А., Цфасман И.М., Черменская Т.С., Акименко В.К., Ледова Л.А., Зубрицкая Л.Г.

Бактериолитический комплекс, способ его получения и штамм для осуществления способа.

3. Патент США № 7,150,985 B2, 2006, Kulaev I.S., Stepnaya O.A., Tsfasman I.M., Chermenskaya T.S., Akimenko V.K., Ledova L.A., Zubritskaya L.G. Bacteriolytic complex, method for producing said complex and strain for carrying out said method.

4. Патент Китая № 274608, 2006, Kulaev I.S., Stepnaya O.A., Tsfasman I.M., Chermenskaya T.S., Akimenko V.K., Ledova L.A., Zubritskaya L.G. Bacteriolytic complex,method for producing said complex and strain for carrying out said method.

5. Патент РФ № 2296576, 2007, Кулаев И.С., Степная О.А., Бегунова Е.А., Цфасман И.М., Логвина И.А., Маринин Л.И., Старицын Н.А., Шишкова Н.А.

Средство, обладающее бактерицидным действием в отношении вегетативных и споровых клеток Bacillus anthracis, способ профилактики и лечения сибирской язвы.

6. Заявка PCT WO 2006/123962 A2 Schischova N.A., Starizin N.A., Marinin L.I., Stepnaya O.A., Kulaev I.S., Tsfasman I.M., Begunova E.A., Chaika I.A. Agent exhibiting bactericidal action with respect to vegetative and spore cells Bacillus anthracis, anthrax preventing and treating method.

7. Патент РФ № 2407782, 2010, Грановский И. Э., Калинин А.Е., Лаптева Ю.С., Латыпов О.Р., Васильева Н.В., Цфасман И.М., Степная О.А., Кулаев И.С., Муранова Т.А., Литический фермент AlpA бактерии Lysobacter sp. XL1, фрагмент ДНК, кодирующий литический фермент AlpA бактерии Lysobacter sp. XL1, и способ получения литического фермента AlpA бактерии Lysobacter sp. XL1.

8. Патент РФ № 2408725, 2011, Грановский И. Э., Калинин А.Е., Лаптева Ю.С., Латыпов О.Р., Васильева Н.В., Цфасман И.М., Степная О.А., Кулаев И.С., Муранова Т.А., Литический фермент AlpB бактерии Lysobacter sp. XL1, фрагмент ДНК, кодирующий литический фермент AlpB бактерии Lysobacter sp. XL1, и способ получения литического фермента AlpB бактерии Lysobacter sp. XL1.

9. Европейский патент № 1902719 В1, 2011, Schischova N.A., Starizin N.A., Marinin L.I., Stepnaya O.A., Kulaev I.S., Tsfasman I.M., Begunova E.A., Chaika I.A. Agent exhibiting bactericidal action with respect to vegetative and spore cells Bacillus anthracis, anthrax preventing and treating method.

Тезисы докладов 1. Северин А.И., Абрамочкин Г.В., Степная О.А., Кулаев И.С. Характеристика лизоамидазы – нового бактериолитического комплекса, перспективного терапевтического средства для лечения ран и ожогов. Тезисы докладов четвертой Всесоюзной конференции «Биосинтез ферментов микроорганизмами», Ташкент, 1988, с. 17.

2. Severin A.I., Abramochkin G.V., Stepnaya O.A., Kulaev I.S. Characteristic of lysoamidase – a new bacteriolytic complex, perspective therapeutic remedy for treating wounds and burns. 14 International Congress of Biochemistry, Prague, CSSR, Abstract, 1988, p.59.

3. Степная О.А., Кулаев И.С. Характеристика ферментов литического препарата лизоамидаза. Тезисы Всесоюзной конференции «Регуляция микробного метаболизма», Пущино, 1989, с. 41.

4. Северин А.И., Степная О.А., Кулаев И.С. Ферменты бактериолитического препарата лизоамидаза: выделение и характеристика. Пятая международная конференция по химии и биотехнологии активных природных соединений, Варна, Болгария, 1989, Тезисы докладов, с. 51.

5. Severin A.I., Abramochkin G.V., Stepnaya O.A., Kulaev I.S. Lysoamidase – a new polyenzymatic staphylolitic bacteriolytic therapeutic remedy. 1 International symposium «Molecular organization of biological structures», Moscow, 1989, Abstract book, p. 19-24.

6. Северин А.И., Абрамочкин Г.В., Степная О.А., Кулаев И.С., Крупянко В.И., Валиахметов А.Я., Кудрявцева А.И., Ильченко В.Я., Плотникова З.С., Зякун А.М., Козловский А.Г. Бактериолитический препарат лизоамидаза.

Физиологические, биохимические и клинические аспекты. Сборник научных трудов, Пущино, 1989, с. 80-99.

7. Stepnaya O.A., Kudriavtseva A.I., Krupyanko V.I., Kozlovsky A.G., Kulaev I.S.

Some properties of bacteriolytic proteinase L2 of the polyenzyme bacteriolytic preparation lysoamidase obtained from the Pseudomonas culture liquid. 5th European Сongress on Biotechnology, Copenhagen, 1990, Abstract book, p. 272.

8. Severin A.I., Stepnaya O.A., Kulaev I.S. Lysoamidase: a novel antibacterial drug.

International conference on antimicrobial activity of nonantibiotices, Copenhagen, 1990, Abstract book, p. 33.

9. Kulaev I.S., Krupyanko V.I., Severin A.I., Stepnaya O.A., Kozlovsky A.G. Neutral phosphatase from a bacterium of the family Pseudomonadaceae: isolation and properties. Abstracts of European congress on biotechnology, Copenhagen, 1990, p.

273.

10. Лихошерстов Л.М., Сенченкова С.Н., Книрель Ю.А., Шашков А.С., Шибаев В.Н., Степная О.А., Кулаев И.С. Структура кислого полисахарида, входящего в состав бактериолитического комплекса лизоамидаза. Тезисы докладов конференции «Биосинтез и деградация микробных полимеров.

Фундаментальные и прикладные аспекты». Пущино, 1995, с. 34.

11. Степная О.А., Ледова Л.А., Бегунова Е.А., Цфасман И.М., Кулаев И.С.

Бактериолитические ферменты бактерии рода Xanthomonas. Конференция «Биосинтез и деградация микробных полимеров. Фундаментальные и прикладные аспекты». Тезисы докладов, Пущино, 1995, с. 50.

12. Likhosherstov L.M., Senchenkova S.N., Knirel Y.A., Shashkov A.S., Shibaev V.N., Stepnaya O.A., Kulaev I.S. The structure of an exopolysaccharide from a lysoamidase bacteriolytic complex. International Conferense «Microbial polysaccharide», Canada, 1995, Abstract book, p. 48.

13. Likhosherstov L.M., Senchenkova S.N., Knirel Y.A., Shashkov A.S., Shibaev V.N., Stepnaya O.A., Kulaev I.S. The structure of an exopolysaccharide from a lysoamidase bacteriolytic complex. First International Conference «Polysaccharide Engineering», 1995, Trondheim, Abstract book, p.65.

14. Кулаев И.С., Ежов В.А., Степная О.А., Ледова Л.А., Ляшедько П.П., Блатун Л.А., Галицкий А.П., Карповский А.И., Толстых П.И. Лизоамидаза - новый ферментный антибактериальный препарат. Конференция хирургов, Калуга, 1996, Тезисы докладов, с. 30.

15. Степная О.А., Северин А.И., Цфасман И.М., Бегунова И.М., Штерандова А.И., Крупянко В.И., Кулаев И.С. Протеиназы медицинского препарата «лизоамидаза». IV Симпозиум «Химия протеолитических ферментов», Москва, 1997, Тезисы докладов и стендовых сообщений, с. 54.

16. Степная О.А., Бегунова Е.А., Цфасман И.М., Ледова Л.А., Рязанова Л.П., Стрешинская Г.М., Тульская Е.М., Наумова И.Б., Кулаев И.С. Механизм действия бактериолитических ферментов лизоамидазы на грамположительные и грамотрицательные клетки-мишени. Второй съезд биохимического общества РАН, Москва, 1997, Тезисы докладов, ч. I, с. 236-237.

17. Скрябин Г.К., Кулаев И.С., Северин А.И., Ежов В.А., Козловский А.Г., Степная О.А., Ледова Л.А., Шульга А.В. Лизоамидаза - комплексный ферментный препарат для медицинских целей. Семинар-презентация инновационных научно-технических проектов «Биотехнологии Подмосковья-97», Пущино, 1997, Тезисы докладов, с. 12.

18. Кулаев И.С., Ежов В.А., Степная О.А., Козловский А.Г., Ледова Л.А. Новое эффективное средство для лечения инфекционных заболеваний.

«Биотехнологии Подмосковья», 1998, Сборник тезисов, с. 21.

19. Кулаев И.С., Степная О.А., Ежов В.А., Ледова Л.А., Цфасман И.М., Рязанова Л.П., Козловский А.Г., Шульга А.В. Лизоамидаза - новый ферментный антибактериальный препарат. Международный семинар-презентация инновационных научно-технических проектов. Пущино, 1999, Сборник тезисов, с. 30.

20. Stepnaya O.A., Karpov A.V., Sidorov I.A., Ryazanova L.P., Krupyanko V.I., Likhosherstov L.M., Shibaev V.N., Kulaev I.S. Interaction of Xanthomonas campestris XL1 acidic polysaccharide with exoenzymes: role of O-acetyl groups of polysaccharide in muramidase presentation. International symposium «Modern problems of microbial biochemistry and biotechnology», Pushchino, 2000, Abstracts book, p. 78-79.

21. Stepnaya O.A., Tsfasman I.M., Ledova L.A., Ryazanova L.P., Sitkin B.V., Kulaev I.S. Bacteriolytic enzymes of Xanthomonas campestris XL1. International symposium «Modern problems of microbial biochemistry and biotechnology», Pushchino, 2000, Abstracts book, p. 80-81.

22. Ситкин Б.В., Цфасман И.М., Степная О.А. Внутриклеточные пептидогликангидролазы бактерии Xanthomonas campestris XL1. 5-я Пущинская конференция молодых ученых «Биология-наука XXI века», Пущино, 2001, Тезисы докладов, с. 51-51.

23. Ситкин Б.В., Цфасман И.М., Степная О.А., Кулаев И.С. Внутриклеточные бактериолитические ферменты Xanthomonas campestris XL1 – продуцента антибактериального препарата лизоамидаза. Международная конференция «Биотехнология на рубеже двух тысячелетий», Саранск, 2001, Тезисы докладов, с.199-201.

24. Ситкин Б.В., Цфасман И.М., Степная О.А., Кулаев И.С. Внутриклеточные пептидогликангидролазы бактерии Xanthomonas campestris XL1. 3-й Съезд биохимического общества, Санкт-Петербург, 2002, Тезисы докладов с. 106107.

25. Степная О.А., Цфасман И.М., Ледова Л.А., Рязанова Л.П., Кулаев И.С.

Ферментный антибактериальный препарат «Лизоамидаза». Российско-ЮжноКорейский семинар-презентация инновационных научно-технических проектов в области биотехнологии, Пущино, 12-13 сентября 2002 г., Тезисы докладов, с. 5.

26. Степная О.А., Цфасман И.М., Ледова Л.А., Рязанова Л.П., Кулаев И.С.

Ферментный антибактериальный препарат лизоамидаза. Всероссийская конференция «Проблемы медицинской энзимологии. Современные технологии лабораторной диагностики нового столетия», Москва, 2002 г., Труды конференции, с. 194-195.

27. Логвина И.А., Цфасман И.М., Степная О.А. Выделение, очистка и исследование свойств нового внеклеточного фермента Л4 бактерии Lysobacter sp. «Биология – наука 21 века»: 7-ая Пущинская школа - конференция молодых ученых, Пущино, 2003, Сборник тезисов, с. 348.

28. Кулаев И.С., Степная О.А., Цфасман И.М., Рязанова Л.П., Бегунова Е.А., Ледова Л.А. Бактериолитический препарат лизоамидаза: новые перспективы использования в медицине. II Московский международный конгресс «Биотехнология: состояние и перспективы развития». Москва, 2003, Сборник тезисов, часть вторая, с.181.

29. Рязанова Л.П., Ледова Л.А., Степная О.А. Действие лекарственного препарата лизоамидаза на клетки грибов. Первый Всероссийский конгресс «Успехи медицинской микологии», Москва, 2003, Сборник тезисов, т.1, с. 109-110.

30. Safieva D.O., Budashov I.А., Doncova К.А., Kurochkin I.N, Logvina I.A., Begunova E.A., Stepnaya O.A., Kulaev I.S. «Atomic-force microscopy analysis of alive Bacillus spores in different environmental conditions. Abstract оf III conference «Biotechnology: State and Perspective of Investigation», Moscow, 2005, Abstracts book, p. 210-211.

31. Степная О.А., Рязанова Л.П., Крупянко В.И., Лихошерстов Л.М., Шибаев В.Н., Карпов А.И., Сидоров И.А., Кулаев И.С. Взаимодействие кислого экзополисахарида Lysobacter sp. XL1 с экзоферментами. Роль О-ацетильных групп экзополисахарида при взаимодействии с мурамидазой. 3-я Всероссийская школа-конференция «Химия и биохимия углеводов», Саратов, 2004, Сборник тезисов, с. 57.

32. Логвина И.А., Бегунова Е.А., Степная О.А., Изучение действия лизоамидазы на споры Bacillus subtilis и B. Cereus. «Биология - наука XXI века»: 8-ая международная Пущинская школа - конференция молодых ученых, Пущино, 2004, Сборник тезисов, с.121.

33. Stepnaya O. Lisoamidase, an antimicrobial preparation based on bacterial lytic enzymes, 2-nd International Conference «Science-Business-Education», Pushchino, 2005, с. 75.

34. Кулаев И.С., Лаптева Ю.С., Калинин А.Е., Хохлова О.Н., Шляпников М.Г., Цфасман И.М., Степная О.А., Грановский И.Э. Антимикробный ферментный препарат лизоамидаза: клонирование и экспрессия в E. coli генов бактериолитических эндопептидаз Л1 (alp A) и Л5 (alpB). Тезисы конференции «Фундаментальные науки-медицине», Москва, 2005, с.171-172.

35. Чайка И.А., Цфасман И.М., Степная О.А., Муранова Т.А. Дрожжелитическое действие металлопротеазы лизоамидазы. «Биология - наука XXI века»: 10-ая Пущинская школа - конференция молодых ученых, Пущино, 2006, Сборник тезисов, с.99.

36. Кулаев И.С., Степная О.А., Цфасман И.М., Грановский И.Э., Лаптева Ю.С., Шишкова Н.А., Маринин Л.И. Антимикробный ферментный препарат лизоамидаза: создание штаммов-суперпродуцентов бактериолитических ферментов лизоамидазы. Материалы симпозиума «Результаты фундаментальных и прикладных исследований для создания новых лекарственных средств», Москва, 2008, Сборник тезисов, с. 103-104.

37. Кулаев И.С., Степная О.А., Шишкова Н.А., Маринин Л.И.

Бактериолитические ферменты для профилактики и лечения сибирской язвы.

Тезисы докладов пятого московского международного конгресса «Биотехнология: состояние и перспективы развития», 2009, Москва, Сборник тезисов, с. 88.

38. Васильева Н.В., Цфасман И.М., Сузина Н.Е., Степная О.А., Кулаев И.С.

Бактериолитическая эндопептидаза Л5 Lysobacter sp. XL1 и ее секреция в окружающую среду. Тезисы докладов 4 Российского симпозиума «Белки и пептиды», Казань, 2009, Сборник тезисов, с. 371.

39. Лаптева Ю.С., Михайлова И.М., Красовская Л.А., Цфасман И.М., Степная О.А., Грановский И.Э. Создание гетерологичной системы экспрессии генов бактериолитических эндопептидаз Л1 и Л5 Lysobacter sp. XL1 на основе бактерий рода Pseudomonas. Тезисы докладов 4 Российского симпозиума «Белки и пептиды», Казань, 2009, Сборник тезисов, с. 374.

40. Сухаричева Е.О., Видягина Н.В., Руденко Н.В., Латыпов О.Р., Красовская Л.А., Степная О.А. Выявление моноклональными антителами белковых комплексов, образующихся в клетках Lysobacter sp. XL1 в процессе секреции литической эндопептидазы AlpB. Материалы всероссийской конференции «Экотоксикология-2010», Тула, 2010, Сборник тезисов, с. 41.

41. Кулаев И.С., Степная О.А., Цфасман И.М., Васильева Н.В., Грановский И.Э., Латыпов О.Р.,. Шишкова Н.А, Маринин Л.И. Проверка лечебной эффективности внешнемембранных везикул, содержащих литическую эндопептидазу, на моделях сибиреязвенной инфекции. Материалы конференции «Фундаментальные науки - медицине», 2010, Москва, Сборник тезисов, с. 28.

42. Шишкова Н.А., Маринин Л.И., Васильева Н.В., Ледова Л.А., Кулаев И.С., Цфасман И.М., Степная О.А. Антимикробный потенциал внешнемембранных везикул Lysobacter sp. XL1. Всероссийский симпозиум с международным участием «Биологически активные вещества микроорганизмов: прошлое, настоящее, будущее», Москва, 2011, Сборник тезисов, с. 141.

43. Красовская Л.А., Васильева Н.В., Лаптева Ю.С., Грановский И.Э., Руденко Н.В., Цфасман И.М., Степная О.А., Кулаев И.С. Получение рекомбинантных литических эндопептидаз AlpA и AlpB Lysobacter sp. XL1 в гетерологичной системе Pseudomonas. Всероссийский симпозиум с международным участием «Биологически активные вещества микроорганизмов: прошлое, настоящее, будущее», Москва, 2011, Сборник тезисов, с.70.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.