WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 8 |
-- [ Страница 1 ] --

РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ ОБРАЗОВАНИЯ МОСКОВСКИЙ ПСИХОЛОГО-СОЦИАЛЬНЫЙ ИНСТИТУТ В. М. Блейхер, И. В. Крук, С. Н. Боков Клиническая патопсихология Руководство для врачей и клинических психологов

Рекомендовано Редакционно-издательским Советом Российской Академии образования к использованию в качестве учебно-методического пособия Москва — Воронеж 2002 УДК 159.9.01 Главный редактор ББК 88.4 Д. И. Фельдштейн Б68 Заместитель главного редактора С. К. Бондырева Члены редакционной коллегии:

A. А. Асмолов И. В. Дубровина Н. Д. Никандров B. А. Болотов Л. П. Кезина В. А. Поляков Г. А. Бордовский М.И. Кондаков В. В. Рубцов В. П. Борисенков В. Г. Костомаров Э. В. Сайко А. А. Деркач О. Е. Кутафин В. А. Сластенин А. И.Донцов Н. Н. Малофеев И.И. Халеева Рецензенты: профессор, д. п. н., чл.-корр. АПН Украины Л. Ф. Бурлачук, д. м. н. профессор Г. К. Дзюб Блейхер В. М., Крук И. В., Боков С. Н.

Б68 Клиническая патопсихология: Руководство для врачей и клинических психологов. — М.: Издательство Московского психолого-социального института;

Воронеж: Издательство НПО «МОДЭК», 2002.- 512 с. (Серия «Библиотека психолога»).

В руководстве излагаются основные принципы, методы и методологические основы па топсихологии. Приводятся сведения о наиболее часто применяемых методиках исследова ния внимания, памяти, сенсомоторики, уровня и особенностей протекания мыслительных процессов, личностных свойств. В разделах, посвященных вопросам патопсихологической семиотики, дается характеристика данных, получаемых при обследовании больных ши зофренией, маниакально-депрессивным психозом, эпилепсией, олигофренией, старческим слабоумием, пресенильными психозами (деменциями), церебральным атеросклерозом, алкоголизмом, с последствиями черепно-мозговой травмы, пограничными нервно психическими расстройствами, психическими заболеваниями детского и подросткового возраста. Обсуждаются вопросы валидности патопсихологических методик в нозологиче ской психиатрической диагностике.

Для врачей: психиатров, невропатологов, наркологов;

медицинских (клинических) и специальных психологов, юристов, а также для более широкого круга читателей, интере сующихся вопросами психиатрии и психологии. Может служить учебным пособием для студентов медицинских вузов, психологических факультетов (отделений) университетов и высших педагогических учебных заведений.

ISBN 5-89502-314-2 (МПСИ) ISBN 5-89395-375-4 (НПО «МОДЭК») © Московский психолого-социальный институт, © Издательство НПО «МОДЭК» Оформление, Предисловие Настоящее руководство является продолжением и развитием ранее изданных авторами книг по проблемам патопсихологии.

Все они за сравнительно непродолжительный отрезок времени попали в разряд библиографических редкостей, некоторые даже отсутствуют в крупных библиотеках.

Патопсихология — относительно молодая наука, представлен ная немногочисленными руководствами и пособиями Б. В. Зей гарник и С. Я. Рубинштейн, а также вышеперечисленными. По требность же в них крайне велика. В них нуждаются психиатры, клинические (медицинские) психологи, дефектологи, педагоги, юристы и другие специалисты. Они необходимы студентам-меди кам, студентам психологических факультетов и отделений уни верситетов и педагогических вузов. Особенно важное значение приобретают знания в области патопсихологии для специалистов, проводящих экспертную работу — судебно-психиатрическую, судебно-психологическую, военную, трудовую. В то же время в последние годы появились книги, претендующие на роль руко водств по экспериментальной психологии, в которых совершенно непродуманно и без всякой системы собраны самые разнообраз ные тесты, иногда даже заимствованные из газет и популярных журналов, часто лишенные какого-либо теоретического обосно вания, без проверки их валидности и надежности.

Цель настоящего руководства — ознакомить професси ональных читателей с вопросами методологии патопсихо логического исследования, основными приемами его проведения и патопсихологической семиотикой, то есть отражением клиниче ской картины психического заболевания в результатах психологи ческих исследований. Этому соответствует структура нашего ру ководства.

1 Блейхер В. М. Экспериментально-психологическое исследование психически больных. — Ташкент, 1971;

Блейхер В. М. Клиническая патопсихология. — Ташкент, 1976;

Блейхер В. М., Крук И. В. Патопсихологическая диагностика. — Киев, 1986;

Блейхер В. М., Крук И. В., Боков С. Н. Практическая патопсихоло гия. — Ростов-на-Дону: Феникс, 1996.

Авторы не претендуют на абсолютно полное, исчерпы вающе подробное изложение отдельных методик. В психо логической литературе инструкции по применению многих из них представлены самостоятельными многостраничными ру ководствами, например, по методикам Векслера, Рейвена, Люшера, Розенцвейга, СМИЛ (MMPI) и др. Наша задача глав ным образом состояла в ознакомлении читателя с методиками, способом их использования, критической оценке описанных в руководстве методик, обучении тактике и стратегии проведе ния психологического исследования. Конечно, очень ценно, когда исследующий знает как можно больше методик, но еще важнее, когда он понимает их значение и возможность полу чения с их помощью результатов, необходимых для клинициста, психоте рапевта, реабилитолога. Патопсихолог должен не только снабдить психиатра имеющими диагностическое значение данными, но и представить психологическую структуру обнаруженных им изме нений психической деятельности, с которой связано возникнове ние патопсихологических симптомов.

Мы далеки от тенденции пользоваться лишь одной группой методик — либо типа функциональных проб в понимании Б. В.

Зейгарник, либо одних лишь опросников, тестов, проективных методов. Одно должно разумно дополнять другое. Нельзя иссле дование больного строить лишь на результатах данных, получен ных с помощью опросников и психодиагностических тестов. Наш опыт работы в клинической патопсихологии показывает, что ос новное значение следует придавать функциональным пробам, дающим четкую структурную картину нарушений психической деятельности. Эти методики разработаны московской школой па топсихологов Б. В. Зейгарник и С. Я. Рубинштейн, к ученикам и последователям которых относят себя и авторы настоящей книги.

Но такое исследование хорошо дополняется и уточняется данны ми, получаемыми с помощью некоторых опросников, тестов.

Разумеется, мы не можем претендовать на описание всего об ширного диапазона психологических методик и ограничиваемся описанием известных нам по собственному опыту и представ ляющейся нам бесспорной литературе.

Авторы будут признательны читателям за отзывы и пожелания, это поможет им в дальнейшей работе.

I. Общая часть Патопсихология и медицинская психология Патопсихология является разделом медицинской психологии — науки, возникшей на стыке медицины и психологии.

Медицинская психология относится к междисциплинарной, пограничной области исследований. Она исходит из психологиче ских теорий и разработанных на их основе психологических ме тодов, основная роль которых состоит в решении научных и прак тических проблем, актуальных для медицины.

О значении психологии для медицины, в частности для изуче ния деятельности головного мозга при различных заболеваниях, писали И. М. Сеченов и И. П. Павлов.

Е. В. Шорохова (1978) подчеркивает, что медицина так же ну ждается в данных прикладной психологии, равно как и теорию психологии обогащает медицинская практика. Общая теория ме дицины неразрывно связана с общими психологическими концеп циями. Медицине и психологии присущи общие методологиче ские принципы. Присущи им и общие проблемы, выходящие за пределы сугубо медицинской проблематики — это соотношение биологического и социального в деятельности человека, связь между психикой и деятельностью мозга, психосоматические и соматопсихические корреляции, проблемы нормы и патологии, соотношения между сознанием и неосознаваемыми формами пси хической деятельности.

Б. Д. Карвасарский (1982) в естественном стремлении меди цинской психологии распространить психологические знания на возможно большее число аспектов медицины и здравоохранения видит признание возрастающей роли психологии для медицины, прогрессивный и перспективный пути развития медицинской психологии.

Таким образом, медицинская психология — прикладная наука, развитие которой определяется следующими целями (М. С. Лебе динский, В. Н. Мясищев, 1966;

М. М. Кабанов, Б. Д. Карвасар ский, 1978;

Б. Д. Карвасарский, 1982): изучение психических фак торов, влияющих на развитие болезней, их профилактику и лече ние: изучение влияния тех или иных болезней на психику;

изучение различных проявлений пси хики в их динамике;

изучение нарушений развития психики;

изу чение характера отношений больного человека с медицинским персоналом и окружающей его микросредой;

разработка принци пов и методов психологического исследования в клинике;

созда ние и изучение психологических методов воздействия на психику человека в лечебных и профилактических целях.

Медицинская психология одновременно выступает в роли психологической и медицинской науки (В. М. Банщиков, 1978;

В.

Милев, К. Мечев, 1981;

Б. Д. Карвасарский, 1982). В соответствии с разрешаемыми ею проблемами и стоящими перед ней задачами медицинская психология является медицинской наукой, а в соот ветствии с теоретическими предпосылками и методами исследо вания она должна быть отнесена к психологии.

Сущность клинической психологии по-разному определяют в различных странах, нередко при этом не имеют единого мнения и психологи, работающие в одной стране.

М. С. Роговин (1969) приводит характеристику клинической психологии, используя классификационную схему американского библиографического журнала «Abstracts», согласно которой объ ем клинической психологии соответствует содержанию понятия медицинской психологии (разумеется, с учетом господствующих в американской психологии теоретических концепций). Но даже в американской литературе A. Lewicki (1974) отмечает три различ ные точки зрения на предмет клинической психологии. Первая характеризуется тем, что сводит клиническую психологию к изу чению психических расстройств, возникающих в связи с тем или иным заболеванием;

соответственно второй клиническая психо логия понимается как идеографическая психологическая дисцип лина, занимающаяся изучением психических проявлений лично сти (сюда включаются профессиональные консультации, консуль тирование студентов колледжей, исследование руководящего пер сонала предприятий);

с третьей точки зрения клиническая психо логия рассматривается как область прикладной психологии, изу чающая с помощью измерительных приемов, анализа и наблюде ния понимаемые в бихевиористском аспекте способности и свой ства личности и направленная на разработку способов устранения дезадаптированного поведения. Такое понимание клинической психологии было подвергнуто справедливой критике Ю. Ф. Поляковым (1977), от метившим при этом и коренное отличие американской психоло гии от советской, характеризующееся спецификой присущих пер вой психологических методик, направленных главным образом на констатацию тех или иных психических «способностей» или свойств личности (психометрические тесты, проективные и ан кетные методики, личностные опросники).

Понятно, что слепое перенесение понятия клинической психо логии в том виде, как оно было характеризовано выше, в патопси хологию невозможно. В то же время понятие клинической психо логии может оказаться целесообразным при правильном к нему методологическом подходе, так как оно способствует известному сужению очень широкого круга задач медицинской психологии.

Это обстоятельство было отмечено В. Ивановым (1971, 1976), В.

М. Блейхером (1976), В. М. Банщиковым (1978).

Можно думать, что отношение клинической психологии к ме дицинской такое же, как отношение клиники к медицине вообще.

При таком подходе под клинической психологией можно по нимать область медицинской психологии, прикладное значение которой определяется потребностями клиники — психиатриче ской, неврологической, соматической. Эту точку зрения разделяет В. Иванов (1971), рассматривая клиническую психологию как часть медицинской, ставящую перед собой более непосредствен ные диагностические задачи, и различая такие составные разделы клинической психологии, как патопсихология, нейропсихология, соматопсихология.

Разделение клинической психологии на пато-, нейро- и сома топсихологию в значительной мере условно. Их значительно сближает использование в каждой из перечисленных областей методов исследования, разработанных в другой, а также наличие пограничной патологии, являющейся предметом изучения не скольких наук.

Понятие патопсихологии иногда без оснований иден тифицируется с понятием психопатологии, хотя они вовсе не то ждественны, несмотря на их внешнее сходство и единство обра зующих эти слова корней. Патопсихология, по определению Б. В.

Зейгарник (1969), исследует структуру нарушений психической деятельности, закономерности ее распада в их сопоставлении с нормой, при этом она дает классификацию психопатологических явлений в понятиях современной психологии. Психопатология является наукой сугубо медицинской, разделом психиатрии, она оперирует главным образом клиническими понятиями.

Психопатология, то есть общая психиатрия, занимается описа нием признаков психического заболевания в динамике, в течении болезни. А. В. Снежневский (1970) видел основное отличие пси хопатологии от психологии в том, что первая оперирует понятия ми медицинскими (этиология, патогенез, симптом, синдром) и использует общепатологические критерии (возникновение болез ни, исход болезни). Однако следует заметить, что патопсихология также использует эти клинические критерии, так как без постоян ного соотнесения с ними она бы утратила свое практическое, при кладное значение. Данные патопсихологического исследования в обязательном порядке должны соотноситься с психическим стату сом больного, со стадией течения заболевания, с его динамикой.

О. П. Росин (1974) считает, что патопсихология так же, как и пси хопатология, изучает закономерности и стереотип развития пси хической болезни, но предметом ее исследования является не за кономерность смены симптомов и синдромов, а определенное звено в структуре симптомообразования, то есть то, что предше ствует психопатологическим образованиям в патогенезе болезни.

Патопсихология — необходимое звено в общей патологии психи ческого.

Психопатология так же, как патопсихология, является наукой, изучающей расстройства психики, но пользуются они при этом разными методами. Если патопсихология изучает психические расстройства методами психологии, то психопатология в основ ном прибегает к методу клинико-описательному. Поводом для ут верждений о том, что психопатология и патопсихология являются одной и той же наукой, иногда, очевидно, служит то обстоятельст во, что и патопсихология и психопатология имеют дело с одним и тем же объектом, нарушениями психической деятельности.

Однако, изучая одни и те же проявления психической патоло гии, например разорванность мышления или резонерство, патоп сихологи исследуют их психологическую структуру, а психопато логи дают клиническое описание этих признаков, прослеживают особенности их возникновения и связь с другими наблюдаемыми в клинике расстройствами мышления.

Особенности и задачи патопсихологического исследования Патопсихологический эксперимент существенно отличается от других видов эксперимента, применяемых в медицине, например в физиологии, биохимии, микробиологии. Патопсихологический эксперимент, как и любой другой тип психологического экспери мента, — это искусственное создание условий, выявляющих те или иные особенности психической деятельности человека в ее патологии (поскольку речь идет о патопсихологии). Для такого эксперимента характерно вызывание психических процессов в строго определенных условиях, учитываемых исследователем, и возможность изменения течения этих процессов по заранее наме ченному плану.

Б. В. Зейгарник (1969) приравнивала патопсихологический эксперимент к широко используемым в соматической медицине функциональным пробам, с помощью которых врачи обычно оп ределяют состояние функции того или иного внутреннего органа.

Роль специфической «нагрузки» в патопсихологическом экспери менте принадлежит экспериментальным заданиям, выполнение которых требует актуализации умственных операций, обычно ис пользуемых человеком в своей жизнедеятельности. Таким обра зом, психическая деятельность больного исследуется в связи с ситуацией эксперимента.

Наряду с общими чертами, присущими патопсихологическому эксперименту и экспериментально-психологическому исследова нию психически здоровых, между ними имеются и существенные различия.

Основное различие обусловлено тем, что патопсихолог обсле дует пациента, страдающего психическим заболеванием. Это зна чительно сказывается на технике проведения эксперимента, его продолжительности, необходимости учета отношения обследуе мого к ситуации эксперимента. В ряде случаев экспериментатор в ходе опыта, в связи с выявляющимися при этом особенностями поведения больного, вынужден существенно изменять свою так тику, вводить другие, не предполагавшиеся раньше методики и т.

п.

P. Fraisse (1966) в качестве основного принципа любого психо логического эксперимента выделяет необходимость проверки су ществования связи между рядами факторов. При этом фактор, из меняемый экспериментатором, называется независимой переменной, фактор, изменяющийся под влиянием независимой переменной, называется зависимой переменной. P. Fraisse соот ветственно различает два вида психологического эксперимента:

спровоцированный эксперимент и эксперимент, на который ссы лаются. Наиболее часто психологи пользуются спровоцированным экспериментом, который, по мнению P. Fraisse, является самым классическим — экспериментатор воздействует на независимую переменную и наблюдает вызванные его вмешательством резуль таты.

Об эксперименте, на который ссылаются, говорят в тех случа ях, когда изменение независимой переменной происходит вне ка кой-либо связи с деятельностью экспериментатора. Типичным примером эксперимента, на который ссылаются, является наблю дение за проявляющимися нарушениями психической деятельно сти при повреждении мозга или психических заболеваниях. Свое образие этих случаев заключается в том, что в отличие от обычного, спровоцированного, эксперимента, при них экспериментатор по лучает возможность наблюдать серьезные и нередко необратимые изменения независимой переменной.

Патопсихологический эксперимент в большинстве случаев — это одновременно спровоцированный эксперимент и эксперимент, на который ссылаются.

Наличие в психологическом эксперименте элементов спрово цированного эксперимента и эксперимента, на который ссылают ся, объясняет сложную взаимосвязь множества факторов, которые должен учитывать патопсихолог при обобщении материалов ис следования. С. Я. Рубинштейн (1965) видела три способа видоиз менения условий, влияющих на психическое состояние обследуе мого и уменьшающих либо увеличивающих присущие больному психологические изменения. Первый способ заключается в изме нении ситуации, в которую на время опыта помещается больной.

Второй наиболее часто применяемый способ заключается в спе циальном варьировании деятельности больного. Третий способ отличается от предыдущих тем, что изменение состояния психи ческих процессов у больного достигается введением определен ных фармакологических препаратов.

Это разделение способов воздействия на психическую дея тельность больного в патопсихологическом эксперименте необ ходимо учитывать для соблюдения «чистоты» преследующего определенные цели опыта. В то же время в обыч но проводимых патопсихологических исследованиях могут на блюдаться элементы перечисленных трех способов воздействия на независимую переменную. Так, можно исследовать состояние внимания у больного в абсолютной тишине либо в обстановке специально воспроизводимых шумов. Сопоставление результатов снабдит исследующего более полной и разносторонней характе ристикой функции внимания обследуемого. Исследование памяти по методу заучивания десяти слов можно сочетать с введением стимулирующих и тормозящих деятельность коры большого моз га препаратов (брома, кофеина).

Патопсихолог должен, насколько это возможно, представлять отношение обследуемого к ситуации исследования, цели и моти вы его деятельности в процессе выполнения экспериментальных заданий и постоянно сопоставлять с ними получаемые при иссле довании результаты. При этом патопсихолог не должен забывать, что в зависимости от цели исследования мотивы, которыми руко водствуются исследующий и исследуемый, далеко не всегда сов падают, особенно при экспертной направленности исследования.

В психиатрической клинике патопсихологическое ис следование имеет следующие задачи.

1. Получение данных для диагностики. Данные эти носят вспо могательный характер, и их ценность обнаруживается при сопос тавлении с результатами клинического наблюдения и в ряде слу чаев с результатами других лабораторных исследований (напри мер, электроэнцефалографии).

Понятно, что патопсихолог не может ставить перед собой за дачу нозологической диагностики в каждом отдельном случае в связи с получаемыми им данными психологического исследова ния. Нозологический диагноз — это задача клинициста психиатра, который для решения ее как раз и должен правильно оценивать результаты патопсихологического исследования. В то же время патопсихолог должен помнить о том, что конечная цель комплексного обследования, в котором он принимает участие, — это постановка диагноза и обнаруженные им особенности психи ческой деятельности больного именно в этом отношении пред ставляют особый интерес (если, конечно, исследование с самого начала не преследует другие цели, о которых речь идет дальше).

Нередко патопсихологическое исследование способствует раннему выявлению симптомов психического заболевания и уста навливает их своеобразие. Так, при клинической картине заболе вания внешне иногда оформляющейся по неврозоподобному типу, патопсихолог при специальном исследовании находит характер ные для шизофрении расстройства мышления и эмоциональности.

Этим облегчается ранняя диагностика атипично дебютирующего шизофренического процесса, и появляется возможность своевре менного начала активной терапии. Или же при начальных призна ках мозгового органического заболевания патопсихолог иногда обнаруживает изменения психических процессов, позволяющие рано дифференцировать сосудистую, опухолевую или атрофиче скую природу заболевания. Нередко потребность в уточнении структуры психического дефекта представляется весьма сущест венной и при большой давности болезни, когда врачу мало из вестна симптоматика, которой манифестировал психоз. Так, пси хиатры сталкиваются с психопатоподобными состояниями, при которых оказывается трудной дифференциальная диагностика между психопатией и психопатоподобными изменениями лично сти после шизофрении или нейроинфекции. В этих случаях обна ружение при исследовании личностных изменений и патологии мышления по шизофреническому типу или же изменений памяти, явлений повышенной истощаемости, нарушений подвижности психических процессов, присущих органическим поражениям го ловного мозга, значительно облегчает решение клинико диагностической задачи.

2. Исследование динамики психических нарушений в связи с про водимой терапией. Многократно проводимые в процессе лечения патопсихологические исследования могут быть объективным по казателем влияния терапии на течение болезни, свидетельствуют об эффективности проводимого лечения, а также характеризуют особенности наступления ремиссий и структуры формирующего ся при этом психического дефекта, если речь идет о процессуаль ном заболевании. Другими словами, при этом изучаются особен ности воздействия лечебного средства на психоз. Здесь можно выделить два фактора, важных для дальнейшей врачебной тактики: первый — роль структуры психического де фекта в построении последующих реабилитационных мероприя тий, второй — известное прогностическое значение определяемо го при исследовании состояния психической деятельности боль ного в связи с лечением.

3. Участие в экспертной работе. Психологические исследо вания имеют важное значение в проведении судебно психиатрической экспертизы. Психолог при этом не только пред ставляет данные, облегчающие решение диагностических вопро сов, но и объективно устанавливает степень выраженности пси хического дефекта. В судебно-психиатрической практике важно не только установить наличие ослабоумливающего процесса, но и определить степень выраженности слабоумия. Именно выражен ностью слабоумия в ряде случаев определяется выносимое экс пертное суждение. Например, мало диагностировать эпилепсию;

следует, если правонарушение совершено не во время припадка или эквивалента, обязательно установить выраженность психиче ского дефекта, глубины эпилептического слабоумия. То же самое относится и к олигофрении — экспертное заключение не ограни чивается, например, констатацией дебильности, но уточняет и степень ее выраженности.

При проведении судебной экспертизы роль психолога не огра ничивается вопросами нозологической диагностики и определе ния степени выраженности психического дефекта. В последнее время психологи все чаще участвуют в проведении однородных и комплексных судебных психолого-психиатрических (КСППЭ) экспертиз. Судебные психиатры отвечают на вопрос о наличии психического заболевания у испытуемого и о выраженности пси хического дефекта. Основные задачи психологов полно сформу лированы М. М. Коченовым (1980). В рамках психолого-психи атрической экспертизы психиатр дает синдромально нозологическую характеристику имеющейся патологии, психолог — структурно-динамический анализ личности обследуемого. Это особенно важно в случаях обнаружения нерезко выраженных форм психических отклонений.

Особенно возрастает роль психолога при отсутствии у обсле дуемого психического заболевания. Понимание характера совер шенного преступления невозможно в этих случаях без исследова ния структуры мотивов и потребностей, присущей испытуемому системы отношений, установок, ценност ных ориентации, без раскрытия внутренней психологической структуры личности. Психологическая экспертиза производится не только для оценки личностных свойств обвиняемого, но неред ко объектами ее становятся потерпевшие и свидетели, так как по лучаемые психологом данные способствуют адекватной оценке их показаний, помогают судить об их достоверности.

Психологическая экспертиза особенно часто производится по делам, в которых фигурируют несовершеннолетние. При этом оп ределяются уровень их познавательной деятельности и характер присущих им индивидуально-личностных особенностей. Лишь при такой суммарной оценке можно судить о способности обсле дуемого сознавать противоправность своих действий и руково дить ими.

В рамках психолого-психиатрической экспертизы часто реша ется вопрос о наличии у обвиняемого какого-либо патологическо го аффективного состояния, а также других состояний, повлияв ших на него в момент совершения преступления (переутомление, страх, горе).

Важное значение имеют установление возможности возникно вения в определенной ситуации таких состояний, как растерян ность, потеря ориентировки, и экспертная оценка их влияния на качество выполнения обследуемым его профессиональной дея тельности.

При проведении посмертной экспертизы в тех случаях, когда психиатры не находят оснований для диагностики психического заболевания, психологи, анализируя особенности личности по гибшего, помогают уяснить мотивы, которыми он руководствовал ся при совершении тех или иных поступков, в том числе и мотивы совершения суицида.

Исключительно важна роль психологического исследования при решении вопросов военной экспертизы — речь идет о диаг ностике нерезко выраженных форм умственной отсталости, стер тых проявлений шизофрении (особенно ее простой формы), пси хопатий, неврозов, резидуально-органических поражений голов ного мозга.

В медико-социальной (трудовой) экспертизе клинический психолог не только обнаруживает признаки заболевания, но и по казывает, как далеко оно зашло, насколько снижена трудоспособ ность обследуемого, имеются ли сохранные элементы в его пси хике, которые могли бы быть использованы для стимулирования механизмов компенсации психического дефекта.

В детской психиатрии психологические исследования необхо димы для решения вопроса о том, где следует учиться ребенку — в массовой или специальной школе. Этот вопрос должен безоши бочно решаться специальными психолого-медико-педагогиче скими комиссиями. Так, помещение ребенка с дебильностью в массовую школу не только отрицательно сказывается на построе нии педагогического процесса, но нередко приводит и к невроти ческим реакциям неправильно направленного на учебу ребенка, видящего свою несостоятельность при сравнении со здоровыми детьми. Еще больше травмирует психику ребенка ситуация, когда, ошибочно расценив явления педагогический запущенности, ко миссия направляет его на учебу в коррекционную школу, хотя в действительности у него не наблюдается умственного недоразви тия.

4. Участие в реабилитационной работе.1 Современная психи атрия особое значение придает работе по реабилитации и ресо циализации больных. Психиатр не ограничивается проведением активной терапии и назначением больному шизофренией под держивающих доз лекарственных средств, но должен позаботить ся и о восстановлении больным его положения в обществе — в се мье, на производстве.

От правильно построенных реабилитационных мероприятий зависит профилактика инвалидизации. Это относится не только к шизофрении или органическим процессам. Практика показывает, как часто отсутствие реабилитационной работы с больными нев розами приводит их к тяжелейшей патологии развития личности, лишающей этих больных трудоспособности и значительно хуже поддающейся лечению.

Реабилитационная работа должна учитывать не только изме нения, привнесенные в психику заболеванием, но и оставшиеся сохранными элементы эмоционально-личностной жизни и интел лектуальной деятельности. Реабилитационная работа может быть эффективной лишь при индивидуализированном подходе к боль ному. В связи с этим 1 Реабилитационный аспект деятельности клинического психолога исчерпы вающе представлен в монографиях: Кабанов М. М. Реабилитация психически больных. — 2-е изд. — Л.: Медицина, 1985;

Клинические и организационные основы реабилитации психически больных/ Под ред. М. М. Кабанова, К. Вай зе. М.— : Медицина, 1980.

приобретает большое значение клинико-психологическое иссле дование. При этом изучаются не только особенности мышления больного или степень сохранности его памяти. Исключительно важно дать характеристику личностных свойств больного. Лич ность больного изучается как в медико-психологическом, так и в социальном аспектах. При этом большую роль играют данные о психологической совместимости больного с окружающими, не редко определяющие его правильное трудоустройство.

Психолог должен изучить «социальный климат», окружающий больного после выписки домой, в лечебных группах, на производ стве. В соответствии с полученными данными строится психо коррекционная и психотерапевтическая работа.

Реабилитационная работа не должна ограничиваться фор мальным составлением рекомендаций применительно к характеру и давности заболевания. Она всегда должна быть индивидуализи рованной и проводиться в постоянном контакте с врачами психиатрами.

Реабилитационная работа психолога может быть результатив ной лишь при достаточной насыщенности лечебного учреждения кадрами психологов, так как она трудоемка и должна проводиться систематически, а не в промежутках между двумя психологиче скими исследованиями. Реабилитационная работа не должна про водиться в ущерб диагностической и экспертной работе клиниче ского психолога.

5. Исследование недостаточно изученных психических за болеваний. Патопсихологические исследования проводятся с на учной целью для анализа еще недостаточно изученных психопа тологических проявлений тех или иных психических заболеваний.

При такой постановке задачи, как правило, проводится исследо вание больших групп больных, подбираемых по наличию у них изучаемых психопатологических симптомов. Здесь особую роль приобретает статистическая достоверность получаемых данных. В этом состоит одно из отличий такого рода исследований от ис следований, преследующих цели дифференциальной диагностики и экспертизы, где речь идет об обследовании отдельных больных и достоверность результатов достигается другими способами, на пример употреблением сходных по направленности эксперимен тальных методик.

Если при исследовании, направленном на решение вопросов клинико-практического характера, патопсихолог стремится полу чить общую и сугубо индивидуальную характеристику протекания психических процессов у конкретного больного, то при направ ленности исследования на решение теоретических вопросов пси холог выделяет и ставит в центр своего внимания какой-либо один процесс, изучаемый им в специально созданных условиях.

При научно-исследовательской направленности па топсихологического эксперимента особенно важное значение приобретает соблюдение динамического принципа, то есть учета динамики психопатологических симптомообразований в связи с течением болезни (В. М. Блейхер, 1976). Изучение психологиче ской структуры того или иного психопатологического синдрома оказывается более успешным при учете стадии заболевания и со поставлении патопсихологических данных, соответствующих различным стадиям болезни, например в дебюте ее, в стадии мак симальной выраженности клинических проявлений и при нарас тании психического дефекта.

6. Участие в психотерапии. Здесь, как и в проведении реаби литационных мероприятий, психолог должен работать под руко водством врача-психиатра, психотерапевта и выполнять постав ленные им задачи как психодиагностического, так и социально психологического характера. Естественно, что такая деятельность требует обучения психологов психотерапии. М. И. Буянов, А. И.

Захаров (1983) даже ставят вопрос о профилизации студентов психологов по психодиагностике и клинической психологии, по нимая под последней клинически ориентированную социально психологическую работу Применительно к психотерапии можно выделить спе цифические задачи патопсихологического исследования.

Это, во-первых, участие патопсихолога в диагностике психи ческого заболевания, так как от решения этих вопросов зависит объем показаний к психотерапии и выбор ее наиболее адекватных форм и места проведения (в стационаре или амбулаторно).

Во-вторых, патопсихологическое исследование способствует обнаружению таких личностных свойств больного, на которые в последующей психотерапевтической работе следует обратить особое внимание.

С этой целью используются психологические личностные ме тодики достаточно широкого диапазона, основанные как на харак теристике личности в процессе деятельности, так и на самооценке, а также проективные. Сочетание психологических методик, ха рактеризующихся различным подходом, позволяет получить наи более полное представление о личности больного.

При этом должны учитываться не только измененные болез нью личностные свойства, но и сохранные компоненты личност ной деятельности, на которую в первую очередь должна быть на правлена психотерапевтическая работа.

Далее, психологический эксперимент способствует на лаживанию продуктивного контакта с больными, так как дает психотерапевту представление об его интеллектуальном уровне и интересах. Исследование особенностей протекания процессов обобщения и отвлечения позволяет в эксперименте определить их уровень, а также такие важные для психотерапевта свойства ин теллекта больного, как широта, глубина, самостоятельность, жи вость, гибкость. В патологии этим свойствам интеллекта противо стоят узость кругозора, поверхностность суждений, чрезмерная конформность, торпидность мышления.

Характеристика интеллектуальной деятельности во многом определяет систему построения психотерапевтических мероприя тий.

Исследования В. А. Ташлыкова (1976, 1978, 1979, 1984) пока зали важное значение для эффективности психотерапии изучения таких характеристик больного и врача, которые отражают особен ности их персональных взаимоотношений, степень их психологи ческой совместимости. Знание врачом этих факторов позволяет ему уже в начале лечения в известной мере точно прогнозировать особенности эмоционального реагирования больного на ситуа цию и характер психотерапевтического воздействия, добиться продуктивного лечебного контакта, гибко строить психо терапевтическую тактику на различных этапах лечебного процес са.

Психологический эксперимент может играть определенную роль в выборе методик психотерапии. Тут могут оказаться полез ными установленные при исследовании особенности личности и уровень интеллектуальной деятельности больного, характеристи ка таких его свойств, как конформность, внушаемость (при этом следует различать собственно внушае мость и прочность ретенции внушения). Внушаемость не является признаком, константным для данной личности. Она меняется в различные периоды у одного и того же человека и зависит от его возраста, особенностей жизненной ситуации, оказывается неоди наковой в общении с разными людьми, то есть зависит от кон формности по отношению к определенным людям или категории людей. Внушаемость (что особенно важно) оказывается различ ной на разных этапах течения болезни — в ряде случаев она уменьшается при хроническом течении неврозов и аффективно личностных реакций на соматическую болезнь в связи с безус пешным прежде лечением.

Это обстоятельство подчеркивает значение ранних сроков проведения психотерапии, что послужило основанием выдвиже ния принципа «неотложной психотерапии» (Л. И. Завилянская, 1966) или «скорой психотерапевтической помощи» (М. С. Лебе динский, 1971).

В ряде случаев патопсихологический эксперимент вводится в структуру психотерапевтического процесса и используется для объ ективного подтверждения выдвигаемых психотерапевтом положе ний. В этих случаях можно говорить о специальной методике пси хотерапевтически направленного психологического эксперимента (В. М. Блейхер, Л. И. Завилянская, 1966, 1970).

Задача психолога заключается в том, чтобы показать больному известную сохранность у него психических функций, которые пациент считает грубо нарушенными, подчеркнуть наличие ре сурсов для противостояния болезни и инвалидизации. Психологи ческое исследование может быть при этом использовано для из менения самооценки состояния больного и его субъективного прогноза.

Обнаруживаемое в эксперименте улучшение показателей пси хотерапевт также использует для выработки у больного оптими стической позиции.

Методики экспериментальной патопсихологии На вооружении патопсихологов находится множество экспе риментальных методик, с помощью которых исследуются осо бенности психических процессов и состояний.

Используемые в патопсихологических исследованиях методи ки характеризуются направленностью на звенья психических про цессов. В патопсихологических методиках воссоздаются конкрет ные ситуации. Разрешение их требует от обследуемого определен ного вида деятельности, изучение которого и является целью про водимого исследования. В психологическом эксперименте моде лируется некая проблемная ситуация, требующая раскрытия, так как отдельные, входящие в эту ситуацию элементы находятся в неадекватных соотношениях (С. Л. Рубинштейн, 1958). Решение экспериментального задания сводится к раскрытию взаимоотно шений между элементами проблемной ситуации в результате ее анализа и к поискам адекватного способа приведения составных частей ситуации в соответствие.

Разделение патопсихологических методик на качественные и психометрические, то есть служащие для измерения тех или иных психических функций, необоснованно. Дело в том, что методики, направленные на выявление качественных закономерностей пси хической деятельности больных, доступны в большинстве случаев статистической обработке. Использование же психометрических тестов без качественного анализа получаемого с их помощью ма териала неправомерно и приводит к ошибочным выводам (см.

раздел «Психометрические методы исследования интеллекта»).

Весьма условно и деление экспериментально-психологических методик на словесные (вербальные) и предметные (невербаль ные). Даже пользуясь невербальной методикой, исследующий, как правило, не ограничивается регистрацией полученных резуль татов, но путем расспроса старается выяснить у больного мотивы, которыми он руководствовался, выполняя задание, интересуется рассуждениями больного по поводу проделываемой им в процес се обследования работы. Кроме того, следует учитывать, что в вы полнении заданий по невербальным методикам неизменно участ вует система процессов внутренней речи обследуемого.

Разделение методик в соответствии с их направленностью на исследование той или иной психической функции также является условным. Как правило, большинство методик свидетельствуют своими результатами о состоянии нескольких функций. Большин ство патопсихологических методик обладают широким диапазоном. Нельзя ограниченно ис следовать только память, только внимание, только мышление. В связи с этим мы должны оговориться, что произведенная нами в этой книге группировка методик также условна и ее использова ние продиктовано удобством изложения.

С другой стороны, существуют группы патопсихологических методик, имеющих общую направленность. Так, особенности те чения ассоциаций обнаруживаются при исследовании методиками классификации, исключения, в ассоциативном эксперименте, пиктограммах.

Один и тот же психический дефект обнаруживается при ис следовании различных проявлений психической деятельности об следуемого — так, эмоциональное уплощение может выступить при исследовании столь различными методиками, как проба на запоминание, пиктограммы, с помощью картинок с эмоциональ ным подтекстом, при определении уровня притязаний. Повышен ная истощаемость определяется при исследовании таблицами Шульте, Крепелина, в корректурной пробе, при образовании ана логий и т. д.

Из сказанного вытекают два принципа подбора экспери ментально-психологических методик. Это, во-первых, сочетание методик, позволяющих более полно и всесторонне исследовать ка кие-либо проявления психической деятельности. Например, при исследовании памяти употребляются пробы на заучивание искус ственных звукосочетаний, слов и ассоциативных пар слов, приме няются методики, позволяющие судить о кратковременной и дол говременной памяти, о непосредственном и опосредованном запо минании и т. д. Во-вторых, сочетание близких по направленности методик позволяет судить о достоверности и надежности получен ных результатов. Данные, получаемые в клинико-психологическом эксперименте с помощью одной методики, всегда желательно под твердить результатами, полученными с помощью других методик.

При выборе для исследования той или иной методики следует помнить, что направленность ее может измениться даже при незна чительном на первый взгляд видоизменении инструкции. Так, Т. И.

Тепеницына (1967), изучая психологическую структуру резонерства, установила, что количество резонерских суждений, выявляемых в эксперименте, увеличивается при изменении направленности ин струкции, при которой актуализируется, усиливается личностно-оценочная пози ция больного. При выяснении понимания смысла пословиц и по говорок наряду с обычной инструкцией («Как вы понимаете смысл пословицы?») автор задавала вопрос и в несколько иной форме («Как вы относитесь к пословице?»). Часто одного этого изменения инструкции было достаточно, чтобы спровоцировать резонерство.

Из значительного количества патопсихологических эк спериментальных методик в каждом случае исследующий пользу ется ограниченным их числом. Обычно для обследования одного больного достаточно 8—9 методик, выбираемых в соответствии с задачами исследования. Качество патопсихологического исследо вания в значительной мере зависит от того, какое количество ме тодик имеется в арсенале исследующего. Владение возможно большим числом приемов экспериментального исследования по зволяет точнее направить опыт, подобрать наиболее адекватные методики, а также получить при исследовании более достоверные результаты, так как данные, получаемые различными методиками, будут всесторонне характеризовать особенности психической деятельности обследуемого и в ряде случаев подтверждают друг друга.

В выборе методик патопсихологического исследования могут играть существенную роль следующие обстоятельства.

1. Цель исследования — дифференциальная диагностика (в за висимости от предполагаемых заболеваний), определение глуби ны психического дефекта, изучение эффективности терапии. Там, где предполагается шизофренический процесс, применяются одни методики исследования, при обследовании больного эпилепсией с целью установления выраженности интеллектуально мнестических расстройств — другие. Для многократных исследо ваний в ходе лечения избираются методики, располагающие зна чительным количеством равных по трудности вариантов заданий.

2. Образование больного и его жизненный опыт, например, не достаточно грамотному испытуемому не следует давать задания по методике образования сложных аналогий.

3. Иногда существенную роль играют особенности контакта с больным. Так, нередко приходится обследовать больного с нару шением деятельности слухового или зрительного анализатора. При глухоте максимально используются задания, рассчитанные на зрительное восприятие. Даже в пробе на запоминание слова испытуемому не зачитываются, а предъявля ются в письменном виде. При плохом зрении, наоборот, все мето дики варьируются для слухового восприятия.

В процессе исследования методики обычно применяют по воз растающей сложности — от более простых к сложным. Исключе ние составляет обследование испытуемых, от которых ожидают аггравации или симуляции. В этих случаях иногда более трудные задания выполняются нарочито неверно. Эта же особенность ха рактерна и для состояний псевдодеменции, когда успешно выпол няются более сложные задания и нелепо — элементарно-простые (А. М. Шуберт, 1957).

Большинство патопсихологических методик отличается про стотой, для проведения исследования с их помощью необходимо лишь заготовить таблицы, рисунки. Работу патопсихолога облег чает наличие в лаборатории отпечатанных типографским спосо бом таблиц, бланков. Патопсихолог должен располагать извест ным «ассортиментом» методик, подбор которых следует тща тельно продумывать. Например, нельзя ограничиться таблицами лишь для словесного или только предметного варианта методики исключения, каждый из этих вариантов имеет свои преимущества при определенной постановке опыта, а иногда желательно ис пользование обоих. Для обследования больного нельзя применять методику, приемами проведения которой исследующий не овла дел в достаточной мере. Изготовление некоторых таблиц для ис следования требует «отработки нормы» по ним. Так, нельзя ис пользовать приготовленные в своей лаборатории таблицы Шуль те, руководствуясь показателями нормы, почерпнутыми из иссле дований, проводившихся в других лабораториях, и с помощью таблиц, возможно, отличающихся размером и яркостью цифр, их освещенностью.

Особого внимания требует введение в работу лабораторий ори гинальных методик или модификаций уже известных. В этих слу чаях должна быть уточнена не только теоретическая возможность применения данной методики, но и необходимость ее апробации на статистически достоверной группе обследуемых для подтвер ждения правильности предположения о направленности этой ме тодики на изучение тех или иных психических процессов и надежности получаемых с ее помощью результатов.

Эффективность того или иного метода психологического ис следования определяется с помощью понятий надежности и ва лидности (обоснованности), введенных в экспериментальную психологию в процессе создания психологических тестов. М. С.

Роговин (1981) указывает, что хотя за последние годы нередко вы сказывались сомнения в методологической строгости этих поня тий, они тем не менее не утратили своего значения.

Надежность психологического метода (методики) позволяет характеризовать его с точки зрения стабильности результатов, по лучаемых при повторном использовании этого метода при анало гичных условиях (ретестовая надежность) или же при использо вании взаимозаменяемых, эквивалентных форм метода. В связи с этим очень важно использовать в практической деятельности ме тодики, надежность которых подтверждена уже накопленным в патопсихологии опытом, или при разработке и внедрении новых методик специально проводить их изучение на предмет надежно сти.

Валидность — понятие, показывающее, насколько пси хологический метод (методика) измеряет действительно то, что он должен изучать и измерять, и насколько хорошо он выполняет эту задачу. Понятие валидности сложнее, чем понятие надежно сти;

разными исследователями выделяются различные виды ва лидности. Так, различают валидность по содержанию, по крите рию, то есть по непосредственной и независимой мере того, что должен предсказать метод (например, для метода, направленного на изучение определенного профессионального свойства, таким критерием может быть эффективность работы обследуемого в по следующем на производстве), по конструкту, показывающая, на сколько результаты метода (методики) могут рассматриваться как мера какого-либо теоретического конструкта, свойства, например интеллекта, памяти, тревожности, нейротизма и т. п.

A. A. Anastasi (1982) совершенно справедливо пишет о том, что нельзя говорить о валидности вообще, обобщенно, например, что тест имеет высокую или низкую валидность. При определе нии валидности всегда должно быть указано конкретное предна значение метода. Это особенно важно учитывать при проведении патопсихологического исследования. Так, метод оказывается различно валидным в зави симости от стоящей перед психологом задачи, например, валид ность метода Роршаха будет достаточно высокой при обследова нии группы больных, отобранных по нозологическому критерию, но окажется весьма низкой при необходимости проведения инди видуально-нозологической диагностики. Методики, направлен ные на выявление истощаемости психической деятельности, не обладают высокой нозологической валидностью, но последняя может быть весьма существенной, когда перед психологом ставит ся конкретная задача дифференциальной диагностики между ис тинной и симптоматической эпилепсией.

В значительной мере валидность тех или иных методик зависит не только от самого диагностируемого заболевания, но и от его стадии, о чем будет идти речь в разделе, посвященном патопсихо логическим исследованиям при шизофрении.

Проведение патопсихологического исследования и подготовка заключения В проведении патопсихологического исследования можно различить несколько этапов. Первый осуществляется клиници стами еще до знакомства психолога с больным и сводится к фор мулировке клинической задачи. Врач решает вопрос о том, на сколько полезным в данном конкретном случае может оказаться патопсихологическое исследование. С задачей знакомится патоп сихолог. В беседе с лечащим врачом он уточняет интересующие его особенности течения заболевания, возможные дифференциа льно-диагностические предпосылки или предположительную ди лемму экспертного суждения. Если речь идет о контроле эффек тивности лечения, психолог вместе с врачом обсуждает специфи ку терапевтических мероприятий, предполагаемые возможности их влияния на различные психические процессы, намечает сроки повторного исследования.

Беседе с больным предшествует ознакомление патопсихолога с материалами истории болезни. Отсутствие в ней интересующих психолога данных заставляет его собирать дополнительный анам нез. Для психолога представляет интерес не только анамнез, но и особенности течения болезни, результаты других лабораторных исследований — био химических, серологических, электрофизиологических, офталь мологических. Затем следует тщательное ознакомление с записью о психическом статусе больного в истории болезни и сопоставле ние этих материалов с тем, что психолог наблюдает в лаборато рии. Это очень важно: несоответствие психического состояния больного в отделении по записям врача его поведению в лабора тории дает психологу основания иногда уже в начале исследова ния предположить симулятивное поведение или аггравацию со стороны обследуемого и соответствующим образом строить экс перимент. Так, иногда обследуемый по дневниковым записям об наруживает живой темп психомоторики, а в условиях лаборато рии демонстрирует резкое замедление сенсомоторных реакций (очень часто при симуляции и аггравации особенно плохими ока зываются результаты в пробах, проведение которых сопровожда ется регистрацией времени).

Состояние больного играет очень важную роль в успешном проведении исследования. Перед началом эксперимента необхо димо убедиться в отсутствии каких-либо интеркуррентных сома тических заболеваний. Препятствием для исследования является получение больным психотропных средств (следует оговорить возможность проведения обследования больного, получившего воздействующие на течение нервных процессов лекарства, в тех случаях, когда это предусмотрено задачей психологического экс перимента). Нежелательно проведение исследования после бес сонной ночи, физического переутомления, при чувстве голода или, наоборот, непосредственно после еды. Повторные исследо вания желательно проводить в то же время дня, что и первичные.

Ознакомление с историей болезни и состоянием больного по зволяет исследующему уточнить задачу, поставленную перед ним клиницистами, и наметить предварительный план исследования — выбор методик, очередность их применения. Беседу с больным начинают с расспроса паспортных данных, на основании чего со ставляют первое суждение о состоянии у больного мнестической функции. В дальнейшем в беседе уточняется состояние памяти (кратковременной и долговременной), его внимания, характери зуется состояние сознания. Определяется ориентировка больного во времени, месте и собственной личности, как хорошо он помнит даты собственной жизни и общеизвестных исторических событий. Эти вопросы должны быть заданы в ходе непринужден ной, естественной беседы и ни в коем случае не должны напоми нать экзамен, определяющий психическую полноценность больно го. В тех случаях, когда предполагаются расстройства памяти, обя зательно надо выяснить, как сам больной оценивает свою память.

В беседе выявляется наличие или отсутствие сознания болезни, отношение больного к помещению его в психиатрическую бо льницу и к факту проведения патопсихологического исследования.

При этом больному необходимо разъяснить желательность такого исследования, исходя из его интересов, — уточнение диагноза, на значение лечения и т. п. Желательно, чтобы при этом объяснении исследующий не ссылался на необходимость определения уровня умственной деятельности обследуемого. Гораздо охотнее психиче ски больные соглашаются на исследование памяти, внимания, сенсомоторики.

Иногда беседа патопсихолога с больным существенно влияет на дальнейший ход исследования, придает ему специфическую направленность. В беседе с больным выясняются и особенности его личности до заболевания, оценка им изменения в процессе болезни самочувствия и своей работоспособности. Определяется культурный уровень больного, его образованность, эрудиция, круг интересов, потребности.

Выполнению задания по каждой методике предшествует инст рукция. По мнению P. Fraisse (1966), инструкция составляет часть общего определения экспериментальной ситуации и должна обес печивать сотрудничество обследуемого с экспериментатором. По этому подготовке инструкции придается очень важное значение.

От инструкции зависит во многом, как обследуемый понимает задание и оценивает отношение к этому заданию со стороны об следующего. Небрежно поданная и нечетко оформленная инст рукция может явиться причиной плохих результатов выполнения задания обследуемым, который либо плохо понял, что от него требуется, либо считает, что экспериментатор сам относится к ситуации эксперимента формально. Потому P. Fraisse пишет о том, что именно инструкция способствует созданию у обследуе мого определенной установки, которая должна на всем протяже нии эксперимента быть как можно более постоянной.

Инструкция должна быть отработанной (по выражению P. Fraisse, «обкатанной»), предварительно испытанной и лаконичной, соот ветствовать умственным возможностям обследуемого. Инструк ция составляется так, чтобы избежать возможности ее разноречи вого понимания. В некоторых случаях в начале работы по методи ке инструкцию следует «подкрепить», объяснить одним - двумя примерами. Результаты исследования не следует оценивать лишь как успешные или неуспешные. Если больной не справляется с заданием, следует выяснить причину этого, так как иногда в осно ве неудачного решения лежат смущение, неуверенность в своих возможностях, недостаточно четко понятая инструкция. Для оценки результатов важно определить, насколько эффективной оказывается помощь исследующего — принимается ли она иссле дуемым или отвергается в силу негативистских проявлений либо в связи с нарочитым его поведением в ситуации эксперимента. По следнее мы условно обозначаем как сопротивление инструкции.

Необходима как можно более полная и точная запись иссле дующим обстоятельств проводимого опыта. Как писал A. Binet (1910), для проведения экспериментально-психологического ис следования требуется лишь перо, немного бумаги и много терпе ния. Эти слова следует понимать не только как признание частоты употребления в экспериментальной психологии так называемых карандашно-бумажных тестов. Здесь содержится указание на та кое неотъемлемое условие проведения эксперимента, как тща тельное протоколирование. В протокол опыта заносятся по воз можности все суждения обследуемого в процессе эксперимента.

Иногда после исследования в протоколе можно найти указания на своеобразные изменения мышления или личностной позиции больного, которые прошли незамеченными во время опыта. Осо бенно важно точно регистрировать рассуждения обследуемого по поводу решения предложенных ему заданий. Мотивировка реше ния нередко дает больше материала для выводов, чем одна регист рация его. Ведение протокола важно и потому, что позволяет ил люстрировать заключение исследующего конкретными фактами.

Правильное ведение протокола исследования позволяет впослед ствии строить обобщения, анализируя данные обследований спе циально подобранных групп больных.

Протоколы исследований лучше вести на отдельных листах, которые затем скрепляются. В начале протокола идут его номер по регистрационному журналу, дата, обозначается отделение и указываются фамилия и инициалы больного. В журнале, помимо этих сведений, отмечается возраст обследуемого, диагноз, а также указывается, первичное это исследование или повторное. Жела тельно также вести алфавитную книгу по годам;

которая поможет при необходимости найти протокол предыдущего обследования данного больного. Протоколы хранятся в хронологическом по рядке.

Обычно патопсихологические исследования психически боль ных производятся без какой-либо сложной аппаратуры, и это суще ственно уменьшает ту искусственность, которая возникает при применении в лаборатории специального оборудования, сложных устройств, кабин и приближает исследование к «естественному эксперименту». По определению А. Ф. Лазурского (1925), естест венный эксперимент — это попытка совместить произвольное вмешательство, являющееся характерным признаком всякого экс перимента, в психическую жизнь человека со сравнительной про стотой и естественной обстановкой опыта.

Важным и нередко очень трудным представляется за ключительный этап исследования — анализ полученных в экспе рименте фактов, их обобщение и подготовка заключения, которое должно отражать качественные особенности течения психических процессов у обследуемого. При этом важна не столько характери стика данных, полученных с помощью отдельных методик, сколько умение обобщить их, выделив, таким образом, основные нарушения психической деятельности. Заключение всегда должно быть ответом на вопрос, который поставлен клиницистом перед патопсихологом.

М. С. Роговин (1969) пишет о том, что результаты па топсихологического эксперимента имеют самостоятельное значе ние, но он придает особую роль их клинической квалификации. В частности, автор выделяет в проведении патопсихологического эксперимента три этапа, представляющие последовательную ин теграцию психологических данных в клиническое заключение.

Первый этап заключается в предъявлении любому больному лю бой психологической пробы, чем создается собственно экспери ментальная ситуация. Это, в сущности, ориентировочный этап исследования. Исследующий получает характеристику ряда об щих данных относительно темпа, объема и переключаемости пси хических процессов. На втором этапе исследования патопсихолог переходит к поиску таких психологических проб, в выполнении которых с наибольшей вероятностью должна проявиться психо логическая структура нарушения. Таким образом, здесь иссле дующий стремится найти наиболее нозологически специфические (в зависимости от сформулированной клинической задачи) мето дики экспериментального исследования. Поскольку ни одна взя тая изолированно патопсихологическая методика не имеет ре шающего диагностического значения, наступает третий этап ис следования, заключающийся, по М. С. Роговину, в сопоставлении результатов использованных при исследовании психологических проб. По мнению автора, собственно нозологическая квалифика ция полученных в эксперименте данных уже выходит за рамки работы патопсихолога и осуществляется путем сопоставления об наруженной в эксперименте структуры психического дефекта с клинической картиной заболевания.

Форма заключения не может быть единой. С. Я. Рубинштейн (1970) писала, что так же, как само исследование не может быть стандартным, не может быть и стандарта в составлении заключе ния. В значительной мере характер заключения зависит и от ин дивидуальных свойств патопсихолога, и от рабочей нагрузки.

Этими факторами, например, определяется лаконичность или об стоятельность заключения. Заключение не должно быть повторе нием, даже сжатым, протокола обследования.

В ряде случаев важно коротко охарактеризовать психическое состояние обследуемого, предъявляемые им жалобы. Это особен но важно, когда психическое состояние больного в лаборатории отличается от описываемого лечащим врачом в отделении, либо при обнаружении известного контраста между самочувствием больного и результатами исследования. Пример последнего: об следуемый предъявляет жалобы астенического характера, но в эксперименте не обнаруживается соответствующих им проявле ний истощаемости, ослабления памяти, активного внимания. Ре гистрация психического состояния обследуемого важна и в тех случаях, когда этим можно объяснить характер полученных ре зультатов.

В заключении отмечаются особенности поведения больного, обусловленные ситуацией исследования, его отношение к самому факт>' исследования. Обязательно регистрируется наличие компо нентов так называемого установочного поведения (оно не всегда является признаком симуляции или аггравации и наблюдается в рамках психогенных состояний, особенно при наличии истериче ской симптоматики). Установочное поведение часто ставит под сомнение достоверность некоторых полученных при исследовании результатов;

например, впечатление об интеллектуальной недо статочности в этих случаях требует серьезных прямых и косвен ных доказательств. В частности, нередко при установочном поведе нии обследуемых (особенно когда исследование проводится в це лях судебно-психиатрической экспертизы) мы наряду с ответами, как бы свидетельствующими о снижении уровня обобщения, с по мощью применения параллельных по направленности методик получаем достаточно дифференцированные решения отдельных заданий. Однако для обнаружения в эксперименте такой «нерав номерности уровня достижений» исследование должно про водиться с помощью большого количества методик, распо лагаемых, в отличие от обычного проведения исследования, не по степени нарастания трудности содержащихся в них эксперимен тальных заданий. Кроме того, в этих случаях необходимо проводить исследование повторно и иногда с интервалами в несколько дней.

В заключении нельзя ограничиваться перечнем приме нявшихся в процессе исследования методик и регистрацией факта выполнения или невыполнения обследуемым предложенных ему заданий. На основе анализа данных эксперимента необходимо вы делить ведущие патопсихологические особенности аналогично тому, как психиатр на одном из этапов врачебного мышления вы членяет в клинической картине заболевания доминирующий син дром. И патопсихолог ищет в структуре психического дефекта обследуемого своего рода патопсихологический синдром.

В заключении указываются обнаруженные при исследовании особенности памяти, внимания обследуемого, темп его сенсомо торных реакций, отсутствие или наличие признаков повышенной истощаемости психических процессов, характер эмоционально личностных проявлений. Иногда не меньшую роль может играть констатация патопсихологом отсутствия у обследуемого тех или иных психических расстройств. Например, при дифференциальной ди агностике между неврозом и неврозоподобным течением шизоф рении либо между психопатией и шизофренией с психопатопо добными проявлениями представляется важным то обстоятельст во, что в эксперименте не обнаруживаются характерные для ши зофрении нарушения мышления и аффективно-личностные изме нения.

Все это в целом создает более или менее полную картину структуры особенностей психической деятельности об следуемого, правильная квалификация которой облегчает наметку в заключении диагностических предположений. Последние не должны быть категоричными, так как психологический экспери мент является вспомогательным в клиническом обследовании психически больного: данные патопсихологического исследова ния существенно дополняют характеристику психического стату са больного, служат основой углубленного клинического анализа.

Характер заключения зависит и от поставленной перед иссле дователем задачи. Так, при повторяемых в процессе лечения больного исследованиях основное внимание уделяется сравнению обнаруживаемых результатов. Например, повторно обследуя боль ного с соматогенной астенией, мы обращаем особое внимание на изменение выраженности у него по мере лечения явлений повы шенной истощаемости. Иную задачу ставит перед патопсихоло гами судебно-психиатрическая экспертиза. Например, диагноз олигофрении у испытуемого клинически несомненен, но требует ся не только зафиксировать у него в эксперименте недостаточ ность уровня обобщения, но и определить более точно степень вы раженности интеллектуального дефекта. Последнее иногда крайне трудно сделать, руководствуясь лишь клиническими признаками, а для экспертного решения точное установление уровня недоста точности процесса обобщения играет очень важную роль. Ответы на эти вопросы и должно содержать заключение.

Патопсихологические синдромы Как и в психиатрии, в патопсихологии под синдромом пони мают патогенетически обусловленную общность симптомов, при знаков психических расстройств, внутренне взаимообусловлен ных, взаимосвязанных. В этом заключается большая диагностическая значимость синдромов по сравнению с симптомами. В диагностическом мышлении врача правильная квалификация синдрома является подступом к определению но зологической принадлежности заболевания. Известно, однако, что выделяемые психиатрами клинические синдромы далеко не оди наковы по своей нозологической специфичности, последняя зави сит от круга болезней, при которых предпочтительно на блюдается тот или иной синдром, и от степени сложности син дрома, отражающей присущие ему патогенетические и патокине тические механизмы.

Психопатологические (клинические) синдромы по своим Осо бенностям существенно отличаются от патопсихологических.

Можно думать, что различие это обусловлено не столько формой синдрома, его составом, сколько различными уровнями функцио нирования центральной нервной системы, на которых эти син дромы выделяются. В системе иерархии мозговых процессов раз личают такие уровни (А. Р. Лурия, 1962, 1964;

Ю. Ф. Поляков, 1971,1977): патобиологический, характеризующийся нарушения ми морфологической структуры тканей мозга, протекания в них биохимических процессов и т. п.;

физиологический, заключаю щийся в изменении течения физиологических процессов;

пато- и нейропсихологический, для которых характерно нарушение проте кания психических процессов и связанных с ними свойств психи ки;

психопатологический, проявляющийся клиническими синдро мами и симптомами психической патологии. Так, при психиче ских заболеваниях нарушения морфологического субстрата го ловного мозга и присущие им изменения протекания биохимиче ских процессов приводят к нарушению физиологических процес сов. Выпадают важные звенья функционирования психики, опо средованно нарушается течение психических процессов, прижиз ненно сформированных на основе физиологических. А это, в свою очередь, приводит к патологии отражения центральной нервной системой больного человека сигналов из окружающей среды.

Психопатологический симптом, таким образом, является завер шающим этапом сложной патогенетической цепи.

Такое представление об иерархии функционирования психики человека объясняет необходимость мультидисциплинарного под хода к ее изучению. При этом, как указывает Ю. Ф. Поляков (1971), если клинические (психопатологические) исследования обнаруживают закономерности проявлений нару шенных психических процессов, то патопсихологические иссле дования должны дать ответ на вопрос, как нарушено протекание (структура) самих психических процессов, приводящих к этим проявлениям. Таким образом, если психопатолог констатирует наличие в клинической картине тех или иных симптомов или син дромов психической патологии и специфику их течения, то патоп сихолог свое исследование направляет на раскрытие и анализ оп ределенных компонентов мозговой деятельности, ее звеньев и факторов, выпадение которых является причиной формирования наблюдаемой в клинике симптоматики.

Это различие между психопатологическими и патопси хологическими синдромами вытекает из той разницы между пси хопатологией и патопсихологией, о которой шла речь выше, и в значительной мере отражает специфику присущих этим двум об ластям знаний методов — клинико-описательного, которым поль зуется психопатология, и экспериментально-психологического, взятого на вооружение патопсихологией.

Клинические синдромы являются опосредованным выражени ем сложившихся нарушений психической деятельности, тогда как патопсихологические синдромы, относящиеся к более низкому уровню вертикальной иерархии формирования психических функций в норме и патологии, в значительно большей мере отра жают непосредственные, присущие этим нарушениям, причинно следственные взаимоотношения. Сущность психопатологических синдромов не может быть понята без патопсихологического и па тофизиологического анализа лежащих в их основе явлений, и, в свою очередь, изучение патопсихологических синдромов невоз можно без четкого клинического отграничения объекта исследо вания.

Систематика патопсихологических синдромов разработана значительно меньше, чем систематика клинических синдромов, хотя и последняя еще далека от совершенства.

Синдромы в патопсихологии, как и в психиатрии, раз личаются в значительной мере степенью своей обобщенности.

Ранее (1976) мы приводили в качестве типичного примера патоп сихологических синдромов выделяемые Б. В. Зейгарник типы расстройств мышления. Действительно, каждый из этих типов характеризуется своей, в значительной мере специфической, структурой, однако, как это явствует из самого принципа систематики, в ней выделяются бо лее обобщенные группы, например нарушения операционной сто роны мышления, нарушения динамики мыслительной деятельно сти и другие, более конкретные, являющиеся частным проявлени ем первых, например лабильность мышления, непоследователь ность суждений. Однако между этим двумя видами патопсихоло гических синдромов нельзя установить такие взаимоотношения, которые соответствовали бы разделению в клинике синдромов на «большие» и «малые». Более того, выделение таких конкретных, «узких» патопсихологических синдромов дает значительно больше необходимой для диагностического процесса информации, чем выделение более общих синдромологических групп, основанное на подчеркнутом и абстрактизированном выделении признаков, общих для нескольких «узких» синдромов.

Поэтому, говоря о различной степени обобщенности патопси хологических синдромов, следует выделять синдромы многознач ные, опирающиеся на более сложные, полифакторные, нарушения психической деятельности. Первую попытку выделения таких обобщенных патопсихологических синдромов предпринял И. А.

Кудрявцев (1982). В результате исследований, проводившихся в судебно-психиатрической практике с помощью комплекса патоп сихологических методик, направленных на изучение различных сторон познавательной деятельности и вместе с тем позволяющих получить ценные данные о личности испытуемых, автор выделил следующие патопсихологические симптомокомплексы (синдро мы): шизофренический или диссоциативный, органический, оли гофренический, психопатический и симптомокомплекс психоген ной дезорганизации, характерный для реактивных психозов.

Каждый из этих синдромов включает ряд симптомов. Напри мер, для шизофренического симптомокомплекса наиболее патог номоничными являются симптомы распада мыслительных про цессов, диссоциации личностно-мотивационной и операционно процессуальной сфер мышления, что проявляется в нецелена правленности мыслительной деятельности, эмоционально выхолощенном резонерстве, ригидном схематизме, символике, искажении процесса обобщения с разноплановым подходом к вы делению ведущих признаков, в актуализации латентных призна ков предметов и явлений, в феномене патологического полисеман тизма и т. д. Однако, как указывает И. А. Кудрявцев, не все эти компоненты, симптомы определяются в том или ином симптомо комплексе в обязательном порядке и с обязательной степенью вы раженности, важно найти «ядро» патопсихологического синдро ма. Для шизофренического синдрома — это нарушения селектив ности информации, для органического — снижение интеллекту альных процессов и умственной работоспособности, для психопа тического — аффективная обусловленность поведения с парци альной некритичностью и завышенным уровнем притязаний, при психогенном — реактивная дезорганизация умственной деятель ности.

Выделенные И. А. Кудрявцевым патопсихологические син дромы различаются в диагностическом и прогностическом отно шениях. Так, наиболее диагностически и нозологически инфор мативными оказываются шизофренический и органический сим птомокомплексы, наименее — психопатический. И, наоборот, наиболее выраженная тенденция к транзиторности и обратимости присуща симптомокомплексу психогенной дезорганизации умст венной деятельности, наименьшая — шизофреническому. Это на блюдение автора становится понятным при соотнесении выде ленных им патопсихологических симптомокомплексов с кругами психических заболеваний, схема которых была разработана А. В.

Снежневским (1960) в рамках концепции о нозологической спе цифичности психопатологических расстройств.

Выделенные И. А. Кудрявцевым патопсихологические сим птомокомплексы в известной мере обнаруживают сходство с та ким используемым в клинической практике понятием, как орга нический психосиндром. Это как бы синдромы обобщающего значения, характеристика которых более близка к нозологиче ской, их выделение знаменует стадию предварительной диагно стики заболевания. Это обстоятельство, а также связь такого рода синдромов с определенными кругами психических заболеваний дают основания обозначить их как регистр-синдромы. Кроме того, И. А.

Кудрявцев оперирует в своих исследованиях данными, получен ными в судебно-психиатрической практике. Наш опыт позволяет нам дополнить перечень регистр-синдромов, выделив в рамках органического экзогенно-органический и эндогенно-органический регистр-синдромы, а в рамках психогенного — психотический и невротический. В круге эндогенных психозов можно говорить по крайней мере о двух регистр-синдромах — шизофреническом и аффективно эндогенном.

Таким образом, патопсихолог может оперировать в своих ди агностических заключениях следующим набором регистр синдромов:

I — шизофренический;

II — аффективно-эндогенный (в клинике ему соответствуют маниакально-депрессивный психоз и функциональные аффектив ные психозы позднего возраста).

III — олигофренический;

IV — экзогенно-органический (в клинике ему соответствуют экзогенно-органические поражения головного мозга — цереб ральный атеросклероз, последствия черепно-мозговой травмы, токсикомании и т. д.);

V — эндогенно-органический (в клинике — истинная эпи лепсия, первичные атрофические процессы в головном мозге);

VI — личностно-аномалъный (в клинике — акцентуиро ванные и психопатические личности и обусловленные в значи тельной мере аномальной почвой психогенные реакции);

VII — психогенно-психотический (в клинике — реактивные психозы);

VIII — психогенно-невротический (в клинике — неврозы и невротические реакции).

Нозологическая специфичность патопсихологических регистр синдромов существенно возрастает в связи с конкретной задачей, поставленной перед патопсихологом. Так, разграничение экзоген но- и эндогенно-органических регистр-синдромов очень важно в дифференциальной диагностике истинной и травматической эпи лепсии. Разграничение органического и олигофренического ре гистр-синдромов помогает уточнить природу и диагностику со стояний, протекающих с интеллектуально-мнестической недоста точностью.

Введение патопсихологических регистр-синдромов в практику патопсихологических исследований в сущности обозначает рубеж диагностически-информативных рекомендаций, заключающихся в данных проведенного патопсихологом исследования. В таком аспекте понятие патопсихологического регистр-синдрома значительно глубже, чем сформулированное В. В. Николаевой, Е. Т. Соколовой и А. С.

Спиваковской (1979), понимающими под патопсихологическим синдромом совокупность поведенческих, мотивационных и по знавательных особенностей психической деятельности больных, выраженных в психологических понятиях. Патопсихологические регистр-синдромы опосредованы клинически, и их использование для интерпретации результатов будет способствовать сближению позиций патопсихолога и психиатра.

В Российской Федерации знание методов выявления и анализа типичных патопсихологических синдромов у больных различны ми формами психических заболеваний предусматривается с года Государственными образовательными стандартами высшего профессионального образования по специальностям 020400 — «Психология», 022700 — «Клиническая психология» и 031000 — «Педагогика и психология».

Функциональные пробы и тесты в патопсихологии Психометрические тесты, использование которых в клиниче ских целях до сих пор остается дискуссионным, существенно от личаются от разработанных советскими патопсихологами и ши роко ими применяемых методик типа функциональных проб.

Психологический тест — это испытание определенной функ ции с помощью изучения стандартизованных реакций личности на стимулы, четко регламентированные по степени трудности и времени выполнения задания, которое позволяет установить уро вень развития этой функции по сравнению с усредненными пока зателями, характерными для данной популяции.

Тесты являются весьма аморфной группой психологических методик. Они различаются диапазоном применяемых приемов.

Достаточно сравнить два таких теста, предназначенных для ис следования интеллектуального уровня, как метод Векслера, вклю чающий 11 экспериментальных методик, и «Шкалу домино», представленную набором достаточно однородных заданий, рас положенных по степени нарастания их трудности. В связи с этим следует помнить указание крупного специалиста в области тестологии A. Anastasi (1982) относительно того, что названия тестов далеко не всегда соответствуют тому, что они в дей ствительности измеряют.

По направленности («Что исследуется тестом?») можно выде лить тесты интеллекта, интересов, знаний и умений, специальных способностей, характерологические (личностные), тесты для ис следования отдельных функций — памяти, внимания, подвижно сти психических процессов и т. д. (В. М. Блейхер, Л. Ф. Бурлачук, 1978).

Уже при создании первых психологических тестов были раз работаны известные требования к ним («психографический ми нимум»), которым тест должен соответствовать в обязательном порядке (W. Stern, 1912): высокая симптоматическая ценность (то есть связь с определенными психическими особенностями лично сти);

широкая симптоматическая ценность — полное и разносто роннее выявление интересующей нас индивидуальной особенно сти;

универсальность, пригодность или легкая приспособляемость к испытанию различных категорий индивидуумов;

краткость;

техническая простота;

легкость и простота количественного уче та;

наличие известных норм или масштаба, в зависимости от ко торых общая оценка результатов является положительной или от рицательной.

В патопсихологии возможность использования психо логических тестов обычно рассматривается в плане их про тивопоставления методикам типа функциональных проб, при этом подчеркивается сугубо измерительная направленность тес тов на оценку отдельных функций, без изучения структуры пси хического дефекта. В то же время указывается, что патопсихоло гические методики типа функциональных проб дают углублен ный качественный анализ экспериментальных данных, выигры вающий от их статистической обработки, но лишены присущих тестам жесткой регламентированности заданий и стандартизации возможных в эксперименте проявлений психической дея тельности.

Вопрос о применении в патопсихологии тестов не может ре шаться альтернативно. Различия методического характера между тестами и патопсихологическими методиками типа функциональ ных проб позволяют говорить о возможности их сочетанного применения в зависимости от задач исследования. О правомерно сти такой постановки вопроса писал С. Л. Рубинштейн (1935), предлагавший дополнять тесты другими методическими средствами. Эту точку зрения отстаивал и К. К. Платонов (1977).

Касаясь вопроса о возможности применения тестов в патопси хологии, В. Н. Мясищев (1971) также указывал на рациональность комбинирования данных стандартного и нестандартного исследо вания, предостерегал против тестирования и подсчета без умения психологического наблюдения, правильного истолкования, осно ванного на знании многообразия свойств личности, умения охва тить личность в ее развитии, в неразрывном сочетании биоло гических и органических «условий личности» и «самой лично сти», представляющей систему общественно обусловленных от ношений. Однако такая постановка вопроса требует уточнения показаний к применению психометрических тестов.

Даже психологи, развивающие тестологическое направление (D. Rapaport, 1945), не придают первостепенного значения показа телю IQ и выдвигают на передний план значение разброса, то есть анализа оценок, полученных при сравнении выполнений заданий по различным субтестам Д. Векслера. Таким образом, значение IQ — показателя межличностного, интериндивидуального — отсту пает перед фактором разброса, имеющим внутриличностное, интраиндивидуальное значение.

Поставлена под сомнение характеристика IQ как показателя степени развития интеллекта. Этому в немалой мере способствуют наблюдения относительно упражняемости ряда свойств, характе ризующих IQ (Л. В. Занков, 1963). Л. А. Вяткина (1970) рассмат ривает результат испытаний по Д. Векслеру как характеристику не задатков, а достигнутого уровня умственного развития. Однако и как показатель умственного развития IQ снабжает исследователя не абсолютными, а лишь относительными данными приме нительно к определенной группе обследуемых. A. Anastasi счита ет, что IQ — это только условный способ выражать оценку в не которых видах тестов, и так его нужно интерпретировать. Таким образом, IQ в последнее время рассматривается как эмпирический показатель, лишь относительно свидетельствующий о состоянии функции интеллекта. С этим связано то, что многие исследователи отказываются пользоваться самим понятием IQ, прибегая к поня тиям «суммарный показатель», «статистический показатель», «общий корригированный показатель».

Возражая против сугубо измерительной направленности тес тов, Б. В. Зейгарник(1971) пишет о том, что измерение коэффици ента психических способностей можно признать правомерным лишь в том случае, если рассматривать умственное развитие толь ко как количественный рост этих способностей, а болезнь как их регресс. Понимая, что развитие не является одним лишь количест венным ростом способностей, отрицая представление о психиче ской болезни как о едином механизме распада, как бы являющего ся негативом по отношению к развитию, нельзя сводить исследо вание психических функций к простому их измерению, игнорируя своеобразие качественных патопсихологических характеристик при различных заболеваниях.

Можно думать, что решение вопроса о диагностическом зна чении тестов в патопсихологии неоднозначно. Полученные при исследовании по Д. Векслеру данные опираются на математиче ски обработанные результаты обследований больших групп боль ных различной нозологической принадлежности и не всегда при менимы в решении вопросов индивидуальной нозологической диагностики. Сам Д. Векслер в интерпретации получаемых с по мощью его метода результатов при обследовании больных ши зофренией придавал большое значение их качественному анализу.

Так, при этом отмечалось несоответствие правильности решения задания степени его трудности, акцентировалось внимание на вы явлении в процессе исследования таких особенностей мышления, как резонерство, тенденция к чрезмерным обобщениям, то есть свойств, не поддающихся количественному определению.

Есть и еще одна сторона вопроса. Даже такой относительно разносторонний по методическим приемам тест, как интеллекту альная шкала Д. Векслера, не может претендовать на универсаль ную валидность. В частности, этот тест не включает ряд методик, особенно хорошо зарекомендовавших себя при выявлении шизоф ренических расстройств мышления, например методик классифи кации, исключения, образования пиктограмм и т. п. Объяснение переносного смысла пословиц у ряда больных шизофренией оказы вается сохранным, и гораздо более ценной в информативном от ношении при этом заболевании является методика соотнесения пословиц с фразами. Диагностическая ценность теста Д. Векслера неодинакова при различных вариантах клинического задания, которым руководствуется патопсихолог.

Она значительно выше, когда проводится дифференциальная ди агностика шизофрении и органических поражений головного моз га, и сводится главным образом к качественной интерпретации результатов при отграничении шизофрении от психопатий или невротических состояний. В этом отношении представляют инте рес данные G. Dahl (1968), исследовавшего психопатологически контрастные группы психически больных (шизофрения, орга нические поражения головного мозга, неврозы), сходных по полу, возрасту и IQ. Существенных диагностических различий он при этом не обнаружил. Лишь мозаичный субтест (кубики Кооса) от личал больных с органическими заболеваниями головного мозга от больных шизофренией и неврозами. На этом основании G. Dahl предостерегает от некритического использования теста Д. Векс лера для решения вопросов клинической диагностики.

В то же время исследование интеллектуальной деятельности с помощью тестов позволяет получить данные, характерные для обследуемого в сравнении с другими пациентами той же возрас тной группы, определяющие в том или ином отношении его ин дивидуальные особенности.

Возможность стандартизированной оценки достигнутых при обследовании результатов имеет положительное значение при характеристике глубины психического дефекта отдельного боль ного или группы больных общей нозологической принадлежно сти. Кроме того, тщательный и тонкий качественный анализ ре зультатов при учете их количественного значения оказался весьма результативным в определении личностных особенностей обсле дуемых (И. Н. Гильяшева, 1969,1971).

Можно думать, что психометрические тесты окажутся полез ными при обследовании какой-либо категории больных в динами ке, на различных этапах течения заболевания и онтогенеза. Пра вомерность такого подхода показана D. Bromley (1966), использо вавшей метод Д. Векслера для характеристики функций интел лекта при старении. Преобладающая масса исследований интел лекта при старении произведена методом «поперечных срезов».

Изучение динамики интеллекта путем «поперечных срезов» дает средние данные для разных возрастных групп. При этом стирают ся индивидуальные различия, картина того или иного процесса получается интегративной, выявляет опре деленную тенденцию.

Развитие и спад интеллектуальной функции можно проследить в одной и той же группе лонгитудинальным («продольным») мето дом. Так, при этом можно выявить внезапные скачки интеллекту ального уровня на некоторых онтогенетических этапах у отдель ных лиц, проследить роль соматических и социальных факторов в возникновении этих скачков или спадов. Кроме того, при такой организации исследования можно учесть исходный уровень ин теллектуальной деятельности. Однако для проведения лонгитуди нального исследования требуется подготовка идентичных и доста точно выверенных наборов субтестов. Наиболее результативным D.

Bromley считает сочетание обоих методов — «поперечных срезов» и лонгитудинального.

Вопрос об использовании тестов в патопсихологии еще далек от окончательного решения. Категоричность суждений здесь мо жет оказать плохую услугу. Мы хотели лишь высказать мнение, основанное на некотором опыте их применения. Можно, однако, полагать, что наиболее правильным было бы их применение в общем комплексе патопсихологического исследования наряду с другими преимущественно качественными методиками и при выработке определенных показаний к их использованию.

Следует также помнить, что тесты в патопсихологии могут использоваться лишь при решении весьма узких, конкретных за дач, так как ни один, даже самого широкого диапазона тест не да ет достаточно всестороннего представления о психической дея тельности обследуемого.

М. Г. Ярошевский (1974), рассматривая дискуссионность про блемы о возможности применения тестов в психологии, подчер кивает, что тест не может помочь в установлении причинных свя зей в психической деятельности, он лишь позволяет фиксировать результаты деятельности, не связывая их с определенными пере менными в той или иной психической функции. Тем не менее, считает М. Г. Ярошевский, тест позволяет выявить определенные закономерности (вероятностные, статистические). Эти за кономерности столь же реальны, как и строго причинные, дина мические, и знание их обогащает прогностические возможности психолога. Ошибка же тестологии заключается в попытке с по мощью статистики восполнить пробелы в знании о динамике умственного развития, его механизмах и за кономерностях.

В патопсихологическом исследовании тесты могут играть вспомогательную роль, например, как указывалось выше, при не обходимости ранжирования степени выраженности интеллекту ального дефекта в группе больных одинаковой нозологической принадлежности. Мы можем вводить тесты на определенных эта пах обследования больного, например для исследования у него памяти, для выявления инертности психических процессов, но получить целостную характеристику мыслительной деятельности и аффективно-личностной сферы больного с помощью одних тес тов невозможно. Используя лишь одни тесты, патопсихолог в из вестной мере сужает свои возможности изменять по ходу экспе римента тактику В отличие от психометрических тестов методики типа функ циональных проб позволяют исследующему прибегать к гибкой тактике оценок качества работы обследуемого, учитывать его ин дивидуальность и конкретную задачу исследования на данном этапе, оказывать больному дозированную помощь, позволяющую определить зону его ближайшего развития (А. Я. Иванова, 1976;

В.

В. Николаева, Е. Т. Соколова, А. С. Спиваковская, 1979).

Кроме того, суммарные оценки, получаемые при исследовании с помощью тестов, в ряде случаев маскируют индивидуально личностные типологические особенности, присущие обследуемо му и до болезни. Например, характерная для больного и раньше медлительность сенсомоторики может привести при исследовании по методу Д. Векслера к заключению об интеллектуальной недос таточности.

Необходимо также остановиться еще на одном вопросе, имеющем методически важное значение. Особая регламентиро ванность тестовых исследований способствовала созданию иллю зии о возможности работать с тестами, не имея специальной под готовки. Такой «исследователь» в силу своей несостоятельности при интерпретации полученных ответов, как правило, получает ошибочные результаты, объективность которых он отстаивает, будучи уверенным в непогрешимости метода. Нам кажется совер шенно недопустимым, чтобы исследования проводили люди, не владеющие знаниями в области патопсихологии и не умеющие проводить патопсихологические эксперименты с помощью тради ционных методов.

Деонтологический аспект деятельности патопсихолога Успешное проведение патопсихологического исследования во многом зависит от отношений, складывающихся в процессе его между исследующим и больным. Понятно, что не может быть единого шаблона, по которому бы эти отношения строились, имеют значение много факторов — особенности личности больно го, его психическое состояние, задача исследования и соответст венно отношение к нему обследуемого, особенности личности патопсихолога, его культура, такт, проявляемое им внимание к обследуемому, попавшему впервые в жизни в необычную для се бя ситуацию, и т. д. Многообразие этих факторов является причи ной возможности различных вариантов контакта, устанавливае мого при патопсихологическом исследовании. Если факторы, обусловленные состоянием больного и его индивидуальными свойствами, не подвержены в достаточной мере нашему влиянию и могут лишь учитываться патопсихологом при выработке такти ки поведения, то требования к личности психолога могут быть сформулированы достаточно четко.

Так, исследующий должен быть высококультурным человеком, с широким кругом интересов помимо своей профессиональной эрудиции, тактичным, выдержанным, деликатным, терпимым к чужому мнению, доброжелательно настроенным по отношению к обследуемому. Исследование ни в коей мере не должно носить ха рактер экзамена, при котором экзаменатор не скрывает удовольст вия при виде допущенной экзаменуемым ошибки. Чаще всего в процессе опыта исследующий должен сохранять невозмутимость, бесстрастность. Допускаемые больным ошибки могут ана лизироваться в беседе с ним, но только в порядке обсуждения мо тивов, которыми руководствовался в своем суждении обследуе мый. Принципиально неправильно лишь регистрировать ошибки и не искать обусловившую их причину. Часто во время опыта па топсихолог убеждается в том, что ошибочное суждение было слу чайным и не находит подтверждения в материалах дальнейшего проведения исследования. Поспешно ориентируясь на подобного рода ошибочные решения, патопсихолог рискует составить не верное заключение о течении у обследуемого психических процес сов. Лишь в тех случаях, когда у обследуемого необходимо создать впечатление об ошибочности решения, например при ис следовании «уровня притязаний», допускается акцентуация вни мания больного на допущенной ошибке, в некоторых случаях да же провоцируемой.

Иногда исследующий помогает больному выполнить задание наводящими вопросами, подсказыванием, одобрением или не одобрением отдельных его суждений, показом решения аналогич ных заданий. При этом представляет интерес эффективность по мощи исследуемого, возможность коррекции ошибочных реше ний, допущенных обследуемым.

Сохранение патопсихологом во время обследования невозму тимости, беспристрастности обязательно. Даже при явно нарочи том поведении обследуемого не следует внешне проявлять свое неудовольствие, раздражение, так как отрицательными эмоцио нальными реакциями на поведение обследуемого никогда не уда ется изменить избранный последним модус поведения в ситуации исследования.

В то же время излишняя беспристрастность исследующего также может отрицательно сказаться на результатах исследова ния. Уловив в тоне и манерах исследующего проявления безраз личия, обследуемый также изменяет свое отношение к исследова нию и показывает значительно худшие результаты, например об наруживает значительно меньшую результативность памяти в пробе на запоминание 10 слов. Бесстрастность исследующего не приемлема при патопсихологическом обследовании детей, когда часто приходится создавать игровую ситуацию, чтобы активи зировать обследуемого.

Исключительно важную роль играет уровень профес сиональных знаний патопсихолога. Он должен быть хорошо под готовлен теоретически и практически, глубоко знать основы пси хологической науки и быть достаточно сведущим в вопросах кли нической психиатрии. При этом патопсихолог не может ограни чиваться имеющимся у него к окончанию вуза багажом знаний.

Для того чтобы не стать ремесленником в своем деле, патопсихо лог должен постоянно следить за новой научной литературой по проблемам психологии и психиатрии. В своей деятельности па топсихолог может использовать лишь достаточно апробиро ванные и хорошо ему известные патопсихологические методики.

Знание как можно большего количества экспериментальных патопсихологических методик позволяет специалисту овладеть техникой проведения исследований, проявлять при этом извест ную тактическую гибкость, изменять направленность проведения эксперимента в соответствии с обнаруживаемыми в его ходе дан ными. Наивысшей проверкой качества работы патопсихолога яв ляется его умение дать заключение по полученным материалам, обобщить в нем обнаруженные данные. Все это требует не только постоянного повышения профессионального уровня, но и, как считал Л. С. Выготский (1935), рассматривавший диагностику как своеобразное искусство, обучения культуре диагностики.

В работе патопсихологической лаборатории должны быть предусмотрены контроль за работой психологов и организация постоянной консультативной помощи им. В этом заключается од но из основных преимуществ централизованной организации па топсихологической службы по сравнению с работой закреплен ных за отделениями и изолированных друг от друга патопсихоло гов.

К деятельности патопсихологов полностью применимы деон тологические требования, предъявляемые обычно к психиатрам.

Одно из них — исключительно важное, заключается в сохранении профессиональной тайны. Свои результаты и диагностические соображения патопсихолог сообщает только психиатру, напра вившему больного на исследование. Патопсихолог не может де литься своими предположениями относительно диагноза, лечения и прогноза с родственниками больного.

Патопсихолог не должен забывать и об ответственности, кото рую накладывает на него профессия, так как неверное заключение может способствовать нанесению ущерба больному как при не правильно назначенном лечении, так и в случаях принятия неаде кватных мер социально-правового порядка.

Патопсихологическое исследование не должно быть ятроген ным. После проведения исследования у больного не должны воз никать мысли о своей психической несостоятельности в связи с поведением исследующего. Напротив, патопсихолог всегда должен сохранять в беседе с больным максимальную психотерапевтич ность, способствовать оптимистическим тенденциям и установ кам больного в прогнозе течения заболевания и результатов лече ния.

Организация и правовое регулирование деятельности психолога в системе здравоохранения в Российской Федерации Патопсихологические исследования в лечебно-профи лактических учреждениях различного профиля проводятся психо логами, имеющими специальную подготовку по патопсихологии.

Приказом № 2719 от 30.12.97 г. Министерства общего и профес сионального образования Российской Федерации для психологи ческих факультетов университетов введена новая специальность 022700 «Клиническая психология» с нормативной длительностью очного обучения 5 лет. Специальность предполагает пять специа лизаций: нейропсихология;

патопсихология;

психосоматика;

пси хология аномального развития;

психопрофилактика, психоло гическое консультирование, психокоррекция и психотерапия. По окончании обучения выпускникам присваивается квалификация «Психолог. Клинический психолог. Преподаватель психологии».

Учебный план включает в себя в качестве одной из основных дис циплин специальности патопсихологию в объеме 90 часов трудо емкости со сдачей курсового экзамена. Клинический психолог должен знать понятие предмета патопсихологии, ее практические задачи и актуальные проблемы, приемы патопсихологической ди агностики, нарушения сознания, патологию восприятия, наруше ния памяти, мышления, речи, умственной работоспособности, аномалии эмоционально-личностной сферы, а также значение и перспективы развития патопсихологии. Помимо этого в Государ ственный стандарт включен обязательный практикум по патопсихологии;

по завершению работы в нем студенты должны уметь: формулировать задачи психодиагностического исследования больного (на основании беседы с лечащим врачом и ознакомления с историей болезни);

составлять программу пси ходиагностического исследования, представить обоснование этой программы;

владеть основными методиками диагностики нару шений познавательной деятельности, эмоционально-волевой сфе ры и личности (не менее 15 методик);

применять методики для патопсихологического обследования больного;

устанавливать взаимосвязи между выявленными в ходе психодиагностики фено менами и интерпретировать полученные данные;

составлять пато психологическое заключение по данным исследования (с опорой на описание структуры патопсихологического синдрома);

состав лять документацию патопсихологического исследования для ар хива (протоколы исследования, выписки из истории болезни и др.). Как одна из дисциплин специализации рекомендуется «Ме тоды патопсихологической диагностики».

Приказом № 1052 от 02.06.97г. Министерства общего и профес сионального образования Российской Федерации на основании ходатайства Министерства здравоохранения Российской Федера ции в порядке эксперимента на базе Самарского и Курского госу дарственных медицинских университетов открыта подготовка в рамках специальности «лечебное дело» по специализации «меди цинская психология» с присвоением выпускникам квалификации «практический медицинский психолог» с последующей не менее чем 2-летней последипломной подготовкой с целью получения сертификата с квалификацией «клинический (медицинский) пси холог».

Организационные аспекты профессиональной деятельности психологов в здравоохранении регулируются приказами Мини стерства здравоохранения Российской Федерации № 294 от 30.10.95 г. «О психиатрической и психотерапевтической помощи» и № 391 от 26.11.96 г. «О подготовке медицинских психологов для учреждений, оказывающих психиатрическую и психотерапевти ческую помощь» (к сожалению, так и не регламентированной ос тается деятельность психологов в других отраслях медицины, что, по нашему глубокому убеждению, является большим стратегиче ским упущением).

Приказом № 294 от 30. 10. 95 г. МЗ РФ определены тарифно квалификационные характеристики по должности «медицинский психолог, участвующий в оказании психиатрической и психоте рапевтической помощи», а также «Положение о медицинском психологе, участвующем в оказании психиатрической и психоте рапевтической помощи»;

здесь же приведены штатные нормативы медицинских психологов для учреждений, оказывающих психиат рическую и психотерапевтическую помощь. Согласно приказу на должность медицинского психолога может быть назначен спе циалист с высшим психологическим образованием по специаль ности «психология» и получивший дополнительную подготовку на факультете последипломного об разования по медицинской психологии, владеющий различными методами психопрофилактики, психодиагностики, психокоррек ции в соответствии с требованиями квалификационной характе ристики и получивший сертификат по медицинской психологии.

Первоочередной обязанностью медицинского психолога является проведение психодиагностических исследований и длящихся ди агностических наблюдений за пациентами с уделением особого внимания лицам с факторами риска психических расстройств, в основе которых лежат патопсихологические и патогенные пове денческие механизмы.

Этим же приказом впервые в Российской Федерации установ лены требования к квалификации по разрядам оплаты труда ме дицинского психолога. В зависимости от уровня своей профес сиональной подготовленности медицинскому психологу могут быть присвоены 11-й, 12-й (стаж работы в должности не менее лет), 13-й (стаж работы в должности не менее 7 лет) или 14-й раз ряды (стаж работы в должности не менее 10 лет). Таким образом, оплата труда медицинского психолога фактически уравнена с оп латой труда врача-психиатра или врача-психотерапевта.

Для психотерапевтического кабинета (то есть при амбу латорном обслуживании пациентов) должности медицинских пси хологов устанавливаются из расчета 1 должность на 25 тыс. населе ния.

Для (стационарного) психотерапевтического отделения долж ности психологов устанавливаются из расчета 1 должность на коек.

Нормативы должностей медицинских психологов для психи атрических кабинетов и отделений в приказе не приведены, но, по нашему мнению, целесообразно ориентироваться на приведенные выше нормативы. При этом также необходимо учитывать, поми мо штатного количества коек в больнице, их оборот, количество поступающих за год в стационар (или обращающихся амбулатор но) истинно первичных больных, а также наличие специализированных (детское, гериатрическое, эпилептологическое, судебно-психиатрические и др.) отделений / приемов, работа психолога в которых отличается своей спе цификой, проводимую учреждением здравоохранения работу по военной и медико-социальной (трудовой) экспертизе. На основании годовых отчетов медицинская часть лечебно профилактического учреждения устанавливает примерную потребность в па топсихологических исследованиях, то есть количество нуждаю щихся в них за год пациентов.

Важно знать объем работы психолога в рамках проведения од ного исследования — продолжительность самого исследования, время, затрачиваемое на анализ полученных данных и подготовку заключения. С. Я. Рубинштейн (1970) писала о том, что обследо вание одного пациента должно занять не меньше 2—3 ч (конечно, в 2—3 приема). Такая затрата времени на одного обследуемого объясняется большой трудоемкостью экспериментально-психоло гического исследования, включающего подготовку к экс перименту, изучение материалов истории болезни, обработку по лученных данных, их анализ и подготовку заключения. При таком распределении времени клинический психолог в течение месяца может обследовать, по мнению С. Я. Рубинштейн, не более 20— 25 больных. Это должно учитываться при направлении больных на обследование в психологическую лабораторию (отделение ме дицинской психологии), которая по пропускной способности не может конкурировать с другими лабораториями больницы, напри мер биохимической, серологической, где широко используется лабораторная техника, а сам процесс исследования поставлен на поток. В связи с этим при направлении больного в лабораторию лечащий врач должен решить вопрос о наличии показаний для такого исследования и четко сформулировать перед психологом клиническую задачу. Могут возразить, что каждый психически больной настолько своеобразен, что его обследование может представить интерес. В известной мере это так и есть, однако, ру ководствуясь практическими соображениями, вопрос о необходи мости направления больного к клиническому психологу следует решать в соответствии с той пользой, которую может принести исследование в данном случае.

В методических рекомендациях Московского НИИ психиат рии приведена нагрузка психолога, установленная при много кратном хронометраже. Одно экспериментально-психологическое исследование с помощью необходимого набора методик занимает 3—3,5 ч. В течение рабочего дня психолог, таким образом, может произвести не более 2 таких исследований. Как правило, боль шинство пациентов обследуют не менее 2 раз. Таким образом, с учетом обязательного участия в научных конференциях лечебного учреждения, в клини ческих разборах и в работе экспертных комиссий, психолог за год, по данным Московского НИИ психиатрии, должен исследо вать не менее 200 больных. Количество обследованных с диагно стической целью больных уменьшается при участии клинического психолога в реабилитационной работе.

При наличии в лечебно-профилактическом учреждении уже упоминавшихся выше специализированных отделений (кабинетов) необходимо дополнительно предусматривать должности меди цинских психологов в зависимости от количества коек / обраще ний, но не менее 1 должности на отделение (кабинет). Психолог специализированного отделения (кабинета) должен быть хорошо знаком со спецификой работы в нем.

В крупных областных и городских психиатрических больни цах и диспансерах, коечный фонд которых превышает 600 мест или 200 посещений в день, при наличии 3 и более клинических психологов целесообразно создать лабораторию (отделение). Заве дующим лабораторией назначается более опытный специалист.

Соответственно уменьшается его нагрузка по непосредственному обследованию больных.

В штат лаборатории включается лаборант со средним (а более оптимально — со средним специальным — медицинским) образо ванием, в обязанности которого входит содержание в должном виде используемых в лаборатории методик, приобретение специ альных бланков и пособий, проведение необходимых подсчетов в протоколах исследований, ведение архива лаборатории. Лаборан ту может иногда поручаться проведение исследования по отдель ным наиболее простым методикам, но ни в коем случае лаборант не должен проводить полностью самостоятельно психологическое обследование пациента.

В обязанности заведующего психологической лабораторией входят обеспечение правильной организации рабочего процесса, распределение нагрузки между психологами, внедрение и апро бация новых методов психологического исследования, оказание консультативной помощи сотрудникам лаборатории в практиче ской работе, участие в исследованиях наиболее сложных случаев.

Заведующий лабораторией отвечает за организацию работы по повышению профессионального уровня сотрудников, оказывает им помощь при проведении научных исследований. Он же кон тролирует ведение учета и отчетности в лаборатории.

Клинический психолог должен обладать глубоким знанием во просов общей и медицинской психологии, а также быть сведущим в клинической психиатрии, не ограничиваясь в этой области зна ний лишь теоретическими представлениями. Опыт показывает, что успешности контакта психолога с клиницистами способству ют совместная разработка актуальных научных вопросов, вынесе ние на научные конференции учреждения докладов на актуальные и для клинического психолога, и для психиатра темы.

Психологическая лаборатория должна находиться в отдельном помещении, изолированном от внешних шумов. В ней должны быть отдельные комнаты-смотровые, в которых психологи прово дят обследование пациентов, и комната для выполнения различ ных технических работ, обработки данных исследования, в ней можно расположить и звукозаписывающее устройство для того, чтобы это не настораживало пациента.

Не допускается одновременное проведение исследования дву мя психологами в одной комнате. Комнаты лаборатории должны отвечать оптимальным гигиеническим условиям, они должны быть хорошо (но не слишком ярко) освещены, снабжены лишь необходимой мебелью и оборудованием, располагать к неприну жденной беседе. В лаборатории не должно быть ничего лишнего, что бы отвлекало внимание обследуемого либо давало ему повод насторожиться. В лаборатории не должно быть ярких обоев или окраски стен. Желательно, чтобы повторные исследования произ водились в одном и том же помещении — этим обеспечивается постоянство условий.

В психологической лаборатории должны быть магнитофон, пишущая машинка, необходимые для проведения исследования бланки и пособия, достаточное количество секундомеров, аппара тура (электрокимограф, тахистоскоп, аппараты для записи скоро сти реакций и т. п.), а также компьютер с полной периферией для проведения компьютеризированных методов исследования, авто матизации обработки данных, хранения информации.

Необходимость в пишущей машинке объясняется тем, что за ключение по исследованию печатается в двух экземплярах: один — для истории болезни (или амбулаторной карты больного), другой — для протокола и хранится вместе с ним.

В лаборатории ведется журнал регистрации. В нем ука зываются: номер протокола и дата проводимого исследования, фамилия, имя и отчество пациента, диагноз, наличие экспертной задачи, номер истории болезни, первичный или повторный ос мотр, номер отделения и возраст пациента.

Пациент считается первичным, если в этом году он об следуется в лаборатории при настоящем поступлении первый раз.

Все последующие исследования считаются повторными.

Такая система позволяет наиболее целесообразно вести архив лаборатории и помогает при первой же необходимости найти не обходимый протокол, например при повторном поступлении больного в больницу, или при обследовании его в связи с измене нием психического состояния, или же для научной разработки. По записи исследования на магнитофонную ленту составляется пись менный протокол.

В лаборатории ведется алфавитная тетрадь, куда записываются все больные с указанием номера протокола и даты исследования.

Сами протоколы хранятся в папках в хронологическом порядке.

В отчете лаборатории необходимо проанализировать распре деление пациентов по отделениям и диагнозам применительно к основным нозологическим формам и группам заболеваний. От дельно в отчете фиксируется количество обследованных с экс пертной целью по различным видам психиатрической экспертизы.

В годовых отчетах необходимо указывать диапазон приме нявшихся в лаборатории методик, принятые на вооружение новые методики, производившиеся в лаборатории научные исследования и имевшие место публикации научных работ за год. В отчете лабо ратории отдельно выделяется реабилитационная работа — пере чень мероприятий, их участники, количество охваченных боль ных, эффективность.

Эти формы учета и отчетности одинаковы для всех психологов психоневрологических учреждений, в том числе и не объединен ных в лаборатории.

II. Методы (методики) патопсихологического исследования Методики для исследования внимания и сенсомоторных реакций Корректурная проба Методика направлена на исследование внимания — выявляет ся способность к концентрации его, устойчивость. Корректурная проба впервые была предложена В. Bourdon в 1895 г.

Исследование производится при помощи специальных блан ков с рядами расположенных в случайном порядке букв. Инст рукция предусматривает зачеркивание одной или двух букв (вы бор их определяется исследующим). При этом каждые 30 или 60 с исследующий делает отметку в том месте таблицы, где в это время находится карандаш больного. Регистрируется также время, за траченное испытуемым на выполнение всего задания.

Проверка выполнения производится по заранее тщательно подготовленному образцу путем сопоставления. Отмечается ко личество ошибок и темп выполнения задания. Существенное зна чение имеет распределение ошибок в течение опыта — равномер но ли они встречаются во всей таблице или наблюдаются преиму щественно в конце исследования в связи с истощаемостью. Учи тывается характер ошибок — пропуски отдельных букв или стро чек, зачеркивание других, расположенных рядом или внешне по хожих букв. В ряде случаев целесообразно повторное исследова ние, изменение результатов при этом может свидетельствовать не только об изменении состояния больного, но и об особенностях его отношения к исследованию.

При органической церебральной патологии обследуемому час то не удается улучшить качество выполнения задания. Здоровые обследуемые выполняют задания (вычеркивают две буквы на приведенном бланке) за 6—8 мин и допускают при этом не более 15 ошибок (однако в любом случае нормативы выполнения зада ния необходимо устанавливать экспериментально для каждой партии бланков и для соответствующих возрастов испытуемых).

С. Я. Рубинштейн (1970) рекомендовала графическое отображе ние результатов корректурной пробы. На графике совмещаются две кривые — изменение скорости работы (по количеству просмот ренных за единицу времени букв) и изменение точности (по коли честву ошибок в те же интервалы времени). Такие графики позво ляют в динамике выявить утомляемость больных, неустойчивость их внимания либо, наоборот, их врабатываемость, проявляющую ся в улучшении качества работы.

Корректурная проба отличается большой простотой, она не требует специальных приспособлений, кроме бланков, карандаша и секундомера. В зависимости от стоящей перед патопсихологом задачи она может быть легко модифицирована.

Существует много модификаций методики. Наиболее извест ными из них в нашей стране являются методика колец Ландольта и методика Тулуз-Пьерона.

Методика Э. Ландольта предназначена для диагностики кон центрации и переключаемости внимания, скорости переработки информации в зрительном анализаторе, определения психомотор ного темпа, состояния работоспособности человека, утомляемо сти и т. п. Ее стимульный материал представляет собой набор ко лец с определенным положением разрыва (на 13, 15, 17, 18, 19, 21, 23 и 24 ч, если ориентироваться на циферблат часов). В таблице содержится по 32 кольца в строке, всего 32 строки. Испытуемые должны внимательно просматривать строки бланка и зачеркивать кольца с определенным разрывом. Можно регламентировать вре мя проведения методики (например, 5 мин);

сообщение в данном случае перед началом проведения методики того, что ее следует выполнить в течение пяти минут, провоцирует нервно-пси хическое напряжение у испытуемого и повышает сложность зада ния.

Результаты обрабатываются с помощью специального «клю ча» или трафарета.

Методика удобна для исследования испытуемых с не достаточным знанием букв.

В. П. Сысоевым (1996) создана оригинальная модификация методики, позволяющая количественно диагностировать продук тивность, скорость, точность (безошибочность), выносливость и надежность деятельности.

Методика Тулуз-Пьерона предназначена для диффе ренцирования близких по форме и содержанию стимулов в тече ние точно определенного, длительного времени.

Она направлена на изучение свойств внимания (концентрации, устойчивости, переключаемости), а также темпа деятельности.

Опосредованно методика позволяет судить о точности и надежно сти переработки информации, волевой регуляции, влиянии лично стных особенностей на работоспособность и динамику работо способности.

Классический вариант методики включает в себя 30 строк, со держащих восемь типов квадратиков, различающихся тем, к ка кой грани или к какому углу добавлены черные полукруг или чет верть круга. Все типы квадратиков расположены в случайном по рядке. Порядок проведения исследования, его принципиальные особенности, а также особенности оценивания результатов близки к описанным выше для пробы Бурдона. Методика рассчитана для широкого возрастного диапазона начиная с 15 лет Л. А. Ясюковой (1997) разработана модификация методики применительно для детей начиная с шестилетнего возраста. В ней количество строк сокращено. Адаптированы к возрасту инструк ция и порядок проведения методики. Как установлено автором модификации, методика Тулуз-Пьерона оказалась высокоинфор мативным методом в диагностике минимальных мозговых дис функций у детей.

Счет по Крепелину Методика была предложена Е. Kraepelin в 1895 г. для ис следования работоспособности — упражняемости и утом ляемости. В большой столбец записывалось много однозначных чисел, которые испытуемый должен складывать в уме. Результаты оценивались по количеству сложенных в определенный промежу ток времени чисел и допущенных при этом ошибок.

В настоящее время чаще пользуются этой методикой в моди фикации R. Schulte — обследуемый производит сложение в столбцах, состоящих лишь из двух цифр. Чтобы уменьшить затра ту времени на выполнение задания, R. Schulte предложил при по лучении в сумме двухзначного числа записывать только единицы, отбрасывая десяток.

Например:

Однако это затрудняет для некоторых больных выполнение за дания и поэтому не является обязательным условием.

Для проведения опыта необходим специальный бланк. При от сутствии бланков, отпечатанных типографским путем, их можно напечатать на пишущей машинке (обязательно четко, желательно первый или второй экземпляр). Больному дается инструкция — производить сложение чисел в столбцах. Его предупреждают о том, что исследующий будет делать свои пометки. Каждые 30 с или каждую минуту исследующий делает отметку в том месте, где в это время остановился больной, затем подсчитывает количество сложений и допущенных ошибок для каждого отрезка времени. В результате с помощью графической интерпретации данных можно получить кривые работоспособности, которые отражают равно мерность и темп выполнения задания, выявляют наличие исто щаемости, врабатываемости, расстройства внимания.

Проведение исследования с помощью этой методики не требу ет особой грамотности испытуемого, однако могут сказаться его профессиональные навыки. Так, счетные работники при исследо вании с помощью таблиц Крепелина могут демонстрировать не плохие результаты, хотя в других методиках (например, в коррек турной пробе) у них выступает явная истощаемость. М. А. Доку чаева (1967) указывает на роль некоторых личностных особенно стей, свойств темперамента, влияющих на темп работоспособно сти. Это должно учитываться при проведении опыта. По первона чальному темпу работоспособности выводы делать нельзя, его следует сравнивать с деятельностью обследуемого в дальнейшем.

Отсчитывание Методика была предложена Е. Kraepelin. При исследовании ею обнаруживаются возможности осуществления испытуемым счет ных операций, состояние внимания. Опыт заключается в отсчиты вании от 100 или 200 все время одного и того же числа. Испытуе мого предупреждают, что считать он должен про себя, а вслух только называть полученное при очередном вычитании число. В промежутках между числами исследующий равномерно ставит точки (приблизительный хронометраж). Можно фиксировать дли тельность пауз секундомером. Запись опыта приобретает сле дующий вид:

При наличии повышенной истощаемости длительность пауз в конце, несмотря на то что задание становится более легким, уве личивается. Возможны два вида ошибок. Первый — ошибки в единицах и главным образом при переходе через десяток — сви детельствует о некоторой интеллектуальной недостаточности, на пример:

Второй — ошибки в десятках — характерен главным образом для больных с неустойчивым вниманием.

Например:

При выраженном слабоумии с недостаточностью критики (на пример, при прогрессивном параличе) отсчитывание ведется во преки инструкции и вместо 7 вычитается 10, вместо 17—20. При чем эти ошибки не всегда удается корригировать. При ошибочном выполнении задания можно либо указать больному на допущен ную ошибку, либо, доведя опыт до конца, повторить его сначала.

Отыскивание чисел по таблицам Шульте Методика применяется для исследования темпа сенсомотор ных реакций и особенностей внимания. Исследование произво дится с помощью специальных таблиц, изготовление которых не сложно. На этих таблицах в беспорядке расположены числа от до 25. Размер таблицы — 60x60 см. Обследуемый находится на таком расстоянии от таблицы, чтобы видеть ее целиком. Ему да ется инструкция отыскивать числа по порядку, каждое показать указкой и назвать вслух. Секундомером отмечается время, кото рое затрачивается на каждую таблицу. Можно отмечать количест ва чисел, найденных обследуемым за каждые 30 с, либо время, за которое обследуемый находит каждые пять чисел.

Для оценки результатов сравнивают время, затрачиваемое об следуемым на каждую таблицу, или в пределах одной таблицы сравнивают показатели деятельности обследуемого за определен ные отрезки времени. Результаты можно выразить графически.

Существенное значение имеет установление равномерности темпа выполнения задания. Обычно здоровые об следуемые ведут поиск чисел в таблицах равномерно, а иногда даже наблюдается у них ускорение темпа сенсомоторных реакций в последующих таблицах. Если же поиск ведется неравномерно, то следует уточнить характер этого явления — признак ли это по вышенной истощаемости или запоздалой врабатываемости. Из вестное значение может иметь «кривая истощаемости», построен ная графически на основании результатов опыта, так как она мо жет объективно отражать характер астении. Так, при гиперстени ческом варианте астении кривая истощаемости по таблицам Шульте (как и в счете по Крепелину) характеризуется высоким начальным уровнем, резким его спадом и тенденцией к возврату к исходным показателям. При гипостенической форме астении кри вая истощаемости отличается невысоким исходным уровнем и постепенным и неуклонным снижением показателей, без замет ных их колебаний в сторону улучшения. Обнаружение такого ро да кривых имеет не только клинико-диагностическое значение, но может быть использовано и для вынесения прогностических суж дений. Гиперстеническая форма астении в прогностическом от ношении благоприятнее гипостенической. Обнаружение у одного и того же больного смены гиперстенической формы кривой исто щаемости гипостенической может рассматриваться как признак прогредиентности заболевания и, в частности, способствовать дифференцированию атеросклеротической астении от на блюдающихся в пожилом возрасте соматогенных или психогенных астенических состояний.

Иногда при выраженных расстройствах активного внимания больной допускает в работе ошибки — пропускает отдельные числа, показывает вместо одного другое, внешне похожее (напри мер, 8 вместо 3). Сочетание нарушенного внимания и повышенной истощаемости проявляется в увеличении количества ошибок в каждой последующей таблице. В некоторых случаях наблюдается ошибка такого рода — искомое однозначное число показывается в двухзначном, в состав которого оно входит. Так, например, вме сто того чтобы показать число 2, обследуемый указкой находит цифру 2 в числах 12 или 22. Иногда при наличии слабоумия это зависит от плохого понимания инструкции и после дополнитель ного объяснения характера выполнения задания можно все же до биться от обследуемого преодоления этой ошибки. При нарочитом же поведении дополнительная ин струкция не меняет положения дела, вызывает возражения у об следуемого: «А это разве не 2? Вы просили находить числа, вот я их и нахожу».

Таблицы Шульте обладают равной степенью трудности, они почти не запоминаются, и поэтому в процессе исследования их можно использовать повторно.

Пробы на переключение При патопсихологическом исследовании пробы на переключение могут быть использованы для суждения о подвижности психических процессов, хотя этим не определяется все значение полученных с их помощью данных: в процессе исследования устанавливается сте пень сохранности словарного запаса, произведения счетных опера ций и т. д.

Следует заметить, что иногда инертность психической дея тельности обнаруживается уже в затруднениях, испытываемых больным в переключении от одного задания к другому. В этих случаях испытуемый последующее задание пытается выполнить по образцу предыдущего (например, при словесном варианте исклю чения пытается следовать модусу, выработанному при выделении существенных признаков) либо же включает в решение слова из предыдущего задания.

Методика М. С. Лебединского Заключается в назывании больным поочередно пар слов, обо значающих одушевленные и неодушевленные предметы. В про токоле регистрируются называемые испытуемым слова и время между называнием отдельных пар, например:

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 8 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.