WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 12 |

«и абитуриентам 1000 ЛУЧШИХ ШКОЛЬНЫХ СОЧИНЕНИЙ Литература XX века Москва «Олимп» Издательство АСТ 2002 УДК 882.2(075) ББК Т93 Подписано в печать с готовых диапозитивов 16.09.02. ...»

-- [ Страница 9 ] --

Тогда и понял рыбак, что огромный осетр «не по руке ему». Да он и знал это с самого начала их борьбы, но «из-за этакой гады за былся в человеке Игнатьич и царь-рыба «повязались од ной Их обоих ждет смерть.

Страстное желание жить заставляет человека с крюч ков, в отчаянии он даже заговаривает с осетром. «Ну что тебе!.. Я брата жду, а ты кого?» — молит Игнатьич.

Жажда жизни толкает героя и на то, чтобы перебороть собст венную гордыню. Он кричит: Игнатьич чувствует, что погибает.

Рыба «плотно и бережно жалась к нему толстым и нежным брю хом». Герой новеллы испытал суеверный ужас от этой почти жен ской ласковости холодной рыбы. Он понял: осетр жмется к нему потому, что их обоих ждет смерть.

В этот момент человек начинает вспоминать свое детство, юность, зрелость. Кроме приятных воспоминаний, приходят мысли о том, что его неудачи в жизни были связаны с браконьерством.

Игнатьич начинает понимать, что зверский лов рыбы всегда бу дет лежать на его совести тяжелым грузом.

Вспомнился герою новеллы и старый дед, наставлявший моло дых рыбаков: «А ежли у вас, за душой што есть, тяжкий грех, срам какой, варначество — не вяжитесь с попа дется коды — отпушшайте сразу».

Слова деда и заставляют астафьевского героя задуматься над своим прошлым.

Какой же грех совершил Игнатьич? Оказалось, что тяжкая вина лежит на совести рыбака. Надругавшись над чувством невесты, он совершил проступок, не имеющий оправдания.

Игнатьич понял, что этот случай с царь-рыбой — наказание за его дурные поступки.

В этом и проявляется главная мысль новеллы и всей книги: че ловека ожидает расплата не только за варварское отношение к при роде, но и за жестокость к людям. Истребляя в своей душе то, что природа закладывает изначально (доброту, порядочность, милосер дие, честность, любовь), Игнатьич становится браконьером не толь ко по отношению к природе, но и к самому себе.

Человек — это неотъемлемая часть природы. Он должен жить с ней в согласии, иначе она будет мстить за свое унижение, «покоре Это утверждает Астафьев в своей книге.

Обращаясь к Богу, Игнатьич просит: «Господи! Да разведи ты нас! Отпусти эту тварь на волю! Не по руке она мне!» Он просит прощения у девушки, которую когда-то обидел:

ее-еээээ... После этого царь-рыба осво от крюков и уплывает в родную стихию, унося в теле «десятки смертельных сразу становится легче: телу — оттого что рыба не висела на нем мертвым грузом, душе — оттого что природа прости ла его, дала еще один шанс на искупление всех грехов и начало но вой жизни.

Книга В. П. Астафьева мне понравилась тем, что автор подни мает в своем произведении только экологические, но и нравст венные проблемы.

«Царь-рыба» воспитывает чувство ответственности и заставляет задуматься каждого над словами автора о том, что за дурные по ступки человека обязательно ждет возмездие.

Читается этот сборник новелл с большим интересом, учит лю бить природу, воспитывать доброе отношение к человеку.

Своеобразен язык произведения. Писатель охотно использует те слова, которые употребляют люди, живущие в его родных местах.

Эта книга делает читателя добрее, умнее.

РЕЦЕНЗИЯ НА РОМАН В. П. АСТАФЬЕВА «ПЕЧАЛЬНЫЙ ДЕТЕКТИВ» вариант) Основной задачей литературы всегда была задача отношения и разработки наиболее актуальных проблем: в XIX веке была пробле ма поиска идеала борца за свободу, на рубеже веков — проблема революции. В наше время наиболее актуальной является тема нравственности. Отражая проблемы и противоречия нашего времени, мастера слова идут на шаг вперед своих современников, освещая путь к будущему.

Виктор Астафьев в романе «Печальный детектив» обращается к теме нравственности. Он пишет о будничной жизни людей, что ти для мирного времени. Его герои не выделяются из серой тол пы, а сливаются с нею. Показывая простых людей, страдающих от несовершенства окружающей жизни, Астафьев ставит вопрос о рус ской душе, о своеобразии русского характера. Все писатели нашей страны так или иначе пытались решить этот вопрос. Своеобразен роман по содержанию: главный герой Сошнин считает, что эту за гадку души мы придумали сами, чтобы отмолчаться от других.

Особенности русского характера, такие, как жалость, сочувствие к другим и равнодушие к себе, мы сами в себе развиваем. Писатель пытается растревожить души читателя судьбами героев. За мелоча ми, описывающимися в романе, скрывается поставленная пробле ма: как помочь людям? Жизнь героев вызывает сочувствие и жа лость. Автор прошел войну, и ему, как никому другому, знакомы эти чувства. Увиденное на войне вряд ли может оставить кого-то равнодушным, не вызывать сострадания, душевной боли. Описыва емые события происходят в мирное время, но нельзя не почувство вать сходство, связь с войной, ибо показанное время не менее тяже лое. Вместе с В. Астафьевым мы задумываемся над судьбами людей и задаемся вопросом: как мы дошли до такого?

Название «Печальный детектив» мало о чем говорит. Но если вдуматься, то можно заметить, что главный герой действительно похож на печального детектива. Отзывчивый и сердобольный, он готов откликнуться на любую беду, крик о помощи, пожертвовать собой ради блага совершенно незнакомых людей. Проблемы его жизни напрямую связаны с противоречиями общества. Он не мо жет быть не печальным, потому что видит, какова жизнь людей, окружающих его, каковы их судьбы. Сошнин не просто бывший милиционер, он приносил пользу людям не только по долгу служ бы, но и по зову души, у него доброе сердце. Астафьев через назва ние дал характеристику своему главному герою. События, описан ные в романе, могли бы происходить и сейчас. В России простым людям всегда было нелегко. Не указано события которого описаны в книге. Можно только догадываться, что это было после войны, Астафьев рассказывает о детстве Сошнина, о том, как он рос без родителей у тети Лины, потом у тети Грани. Описывается и пери од, когда Сошнин был милиционером, ловил преступников, рискуя жизнью. Сошнин вспоминает о прожитых годах, хочет написать книгу об окружающем его мире.

В отличие от главного героя, далеко не положите льный образ. Она типичный деятель современной художественной литературы. Ей поручено выбирать, чьи произведения печатать, а чьи нет. Сошнин всего лишь беззащитный автор, находящийся под ее властью среди многих других. Он еще в самом начале своего пу ти, но он понимает, за какое неимоверно трудное дело взялся, как слабы еще его рассказы, как много возьмет у него, ничего не дав взамен, литературный труд, на который он обрек себя.

Читателя привлекает образ тети Грани. Ее терпимость, доброта и трудолюбие достойны восхищения. Она посвятила свою жизнь воспитанию детей, хотя своих у нее никогда не было. Никогда тетя Граня не жила в достатке, не имела больших радостей и счастья, но она отдавала все лучшее, что у нее было, сиротам.

В конце роман переходит в рассуждение, раздумье главного ге роя о судьбах окружающих его людей, о беспросветности существо вания. В своих подробностях книга не имеет характер трагедии, но в общих чертах она заставляет задуматься о грустном. Писатель ча сто за, казалось бы, обыденным фактом личных отношений видит и чувствует гораздо больше. Дело в том, что в отличие от осталь ных он анализирует собственное чувство глубже и всестороннее. И тогда единичный случай возводится в общее начало, превалирует над частным. В мгновении выражается вечность. Несложный на первый взгляд, небольшой по объему роман таит в себе очень слож ное философское, социальное и психологическое содержание.

Мне кажется, что к детективу» подходят слова И. Репина: «В душе русского человека есть черта особого, скрытого героизма... Он лежит под спудом личности, он невидим. Но это — величайшая сила жизни, она двигает горами... Она сливается все цело со своей идеей, «не страшится Вот где ее величай шая сила: «она не боится смерти».

Астафьев, по-моему, ни на минуту не выпускает из поля зрения нравственный аспект бытия человека. Этим, пожалуй, его творче ство привлекло мое внимание.

РЕЦЕНЗИЯ НА РОМАН В. П. АСТАФЬЕВА «ПЕЧАЛЬНЫЙ ДЕТЕКТИВ» (II Роман «Печальный детектив» был опубликован в 1985 году, во время перелома в жизни нашего общества. Он был написан в стиле жесткого реализма и поэтому вызвал всплеск критики. В основном отзывы были положительными. События романа актуальны и се годня, как актуальны всегда произведения о чести и долге, о добре и зле, о честности и лжи.

В романе разные моменты жизни бывшего мили ционера Леонида Сошнина, который в сорок два года оказался на пенсии из-за ранений, полученных на службе.

Вспоминаются события разных лет его жизни.

Детство Леонида Сошнина, как почти у всех детей послевоенно го времени, было трудным. Но, как многие дети, он не задумывал ся над такими сложными вопросами жизни. После того как умерли мать и он остался жить с теткой Липой, которую звал Линой.

Он любил ее, и, когда она стала гулять, он не мог понять, как она могла бросить его, когда всю жизнь отдала ему. Это был обычный детский эгоизм. Она умерла вскоре после его женитьбы. Женился он на девушке которую спас от приставших хулиганов. Люб ви особой не было, просто он как порядочный человек не мог не жениться на девушке после того, как его приняли в ее доме как жениха.

После его первого подвига (поимка преступника) он стал героем.

После этого был ранен в руку. Случилось это, когда однажды он пошел утихомирить Ваньку Фомина, и тот ему проткнул плечо ви лами.

С обостренным чувством ответственности за все и всех, с его чувством долга, честностью и борьбой за справедливость он мог ра ботать только в милиции.

Леонид Сошнин всегда думает о людях, мотивах их поступков.

Зачем и почему люди совершают преступления? Он читает много философских книг, чтобы понять это. И он приходит к выводу, что ворами рождаются, а не становятся.

По совершенно глупому поводу от него уходит жена;

после ава рии он стал инвалидом. После таких передряг ушел на пенсию и оказался в совершенно новом и незнакомом ему мире, где пытается спастись «пером». Пробить напечатание своих рассказов и книг он не умел, поэтому они пять лет пролежали у редактора вой, «серой» женщины, на полке.

Однажды на него напали бандиты, но он справился с ними. Ему было плохо и одиноко, тогда он позвонил жене, и она сразу поняла, что с ним что-то случилось. Она понимала, что он всегда жил ка кой-то напряженной жизнью.

И вот в какой-то момент он по-другому взглянул на жизнь. Он понял, что жизнь не должна быть всегда борьбой. Жизнь — это об щение с людьми, забота о близких, уступки друг другу. После того как он это осознал, его дела пошли лучше: рассказы обещали напе чатать и даже выдали аванс, вернулась жена, и какое-то спокойст вие стало появляться в его душе.

Главная тема романа — человек, оказавшийся среди толпы. Че ловек, потерявшийся среди людей, запутавшийся в мыслях. Автор хотел показать человека среди толпы с его мыс лями, действиями, чувствами. Его проблема состоит в том, чтобы понять толпу, слиться с ней. Ему кажется, что в толпе он не узнает людей, которых хорошо знал раньше. Среди толпы они все одина ковые и добрые, и злые, и честные, и лживые. Все они становятся одинаковыми в толпе. Сошнин пытается найти выход из этой ситу ации с помощью книг, которые читает, и с помощью книг, которые сам пробует писать.

Мне понравилось это произведение тем, что в нем затрагиваются вечные проблемы человека и толпы, человека и его мыслей. Мне понравилось, как автор описывает родственников и друзей героя. С какой добротой и нежностью он к тете Гране и тете Ли не. Автор рисует их как добрых и трудолюбивых женщин, которые любят детей. Как описывается девушка Паша, отношение к ней Со шнина и его негодование на то, что в институте ее не любили. Ге рой любит их всех, и, мне кажется, его жизнь из-за любви к нему этих людей становится намного лучше.

РЕЦЕНЗИЯ НА РОМАН В. П. АСТАФЬЕВА «ПЕЧАЛЬНЫЙ (III вариант) В. П. Астафьев является писателем, в чьих произведениях отра жена жизнь людей XX века. Астафьев — человек, которому извест ны и близки все проблемы нашей подчас нелегкой жизни. Виктор Петрович прошел войну рядовым, знает все тяготы послевоенной жизни. Я думаю, что он со своей мудростью и опытом относится к тем людям, к советам и наказам которых нужно не только прислу шиваться, а стараться выполнять их. Но Астафьев не выступает в роли пророка, он просто пишет о том, что ему близко и что волнует его.

Хотя произведения Виктора Петровича относятся к современ ной русской литературе, проблемам, которые в них часто поднима ются, уже не одна тысяча лет. Вечные вопросы добра и зла, наказа ния и справедливости уже давно заставили человека искать на них ответы. Но это оказалось делом очень сложным, потому что ответы кроются в самом человеке, а в нас переплелись добро и зло, чест ность и бесчестье. Имея душу, мы часто бываем равнодушными. У всех есть сердце, но нередко нас называют бессердечными.

В романе Астафьева «Печальный детектив» поднимаются проб лемы преступления, наказания и торжества справедливости. Тема романа — нынешняя интеллигенция и нынешний народ. В произ ведении рассказывается о жизни двух небольших городков: Вейска и Хайловска, о людях, живущих в них, о современных нравах.

Когда говорят о маленьких городах, в сознании возникает образ ти хого, мирного места, где жизнь, наполненная радостями, течет медленно, без особых чрезвычайных происшествий. В душе появ ляется чувство умиротворения. Но ошибается тот, кто так думает.

На самом деле жизнь в Вейске и Хайловске течет бурным потоком.

Молодые люди, напившись до такой степени, когда человек превра в животное, насилуют женщину, которая годится им в матери, а родители оставляют запертым в квартире на не делю. Все эти картины, описанные Астафьевым, приводят читателя в ужас. Становится страшно и жутко от мысли о том, что исчезают понятия честности, порядочности и любви. Описание этих случаев в виде сводок является, на мой взгляд, важной художественной особенностью. Слыша каждый день о различных происшествиях, мы порой не обращаем внимания, а собранные в романе, они за ставляют снять розовые очки и понять: если это произошло не с то бой, то не значит, что это тебя не касается. Роман заставляет заду маться над своими поступками, оглянуться назад и посмотреть, что ты сделал за прожитые годы. После прочтения задаешь себе во прос: «А что я сделал доброго и хорошего? Замечал ли я, когда че ловеку рядом со мной было плохо?» Начинаешь задумываться над что равнодушие является таким же злом, как и жестокость. Я думаю, что поиск ответов на эти вопросы является целью произве дения. В романе «Печальный детектив» Астафьев создал целую си стему образов. Автор знакомит читателя с каждым героем произве дения, о его жизни. Главным героем является опера тивный работник милиции Леонид Сошнин. Он — сорокалетний мужчина, несколько ранений при исполнении служеб ных обязанностей, — должен уйти на пенсию. Уйдя на заслужен ный отдых, он начинает писать, пытаясь разобраться, откуда в че ловеке так много злости и жестокости. Где она у него копится? От чего вместе с этой жестокостью существует в русских людях жа лость к арестантам и равнодушие к самим себе, к соседу — инвали ду войны и труда? Главному герою, честному и смелому оператив ному работнику, Астафьев противопоставляет милиционера Федора Лебеду, который потихонечку служит, переходя с одной должности на другую. На особо опасных выездах он старается жизнью не рис ковать и предоставляет право обезвреживать вооруженных пре ступников своим и не очень важно, что у напарника нет табельного оружия, потому что он недавний выпускник мили цейского а у Федора есть табельное оружие. Ярким обра зом в романе является тетя Граня — женщина, которая, не имея своих детей, отдавала всю любовь детям, игравшим около ее дома на железнодорожной станции, а затем детям в Доме ребенка.

Часто герои которые должны вызывать отвраще ние, вызывают жалость. Урна, превратившаяся из женщины, зани мавшейся в пьяницу без дома и семьи, вызыва ет сочувствие. Она орет песни и пристает к прохожим, но становит ся стыдно не за нее, а за общество, отвернувшееся от Урны. Со шнин говорит о том, что ей пытались помочь, но ничего не получи лось, а теперь на нее просто не обращают внимания.

в городе Вейске свои Добчинский и Бобчиндкий. Астафьев даже не изменяет фамилии этим людям и дает характеристику им цитатой «Ревизора» Гоголя, опровергая тем самым известное из речение о том, чтр ничто не вечно под луной. Все течет, все изменя ется, а такие люди остаются, меняя одежду XIX века на модный костюм и рубашку с золотыми запонками XX века. в городе Вейске и свое литературное светило, которое, сидя в своем кабине те, «окутавшись сигаретным дымом, дергалось, елозило на стуле и сорило пеплом».

Это Перфильевна. Именно этот чело век, описание которого вызывает улыбку, двигает вперед и дальше местную литературу. Эта женщина решает, какие произведения пе чатать. Но не все так плохо, ведь если есть зло, то существует и добро.

Леонид Сошнин мирится с женой, и она снова к нему возвраща ется вместе с дочерью. Немного грустно оттого, что помириться их заставляет смерть соседки Сошнина, бабушки Именно горе сближает Леонида с Лерой. Чистый лист бумаги перед который пишет обычно ночью, является символом начала но вого этапа жизни семьи главного героя. И хочется верить, что даль нейшая их жизнь будет счастливой и радостной, а с горем они справятся, потому что будут вместе.

Роман «Печальный детектив» — захватывающее произведение.

Хотя читать его трудно, потому что слишком страшные картины описывает Астафьев. Но такие произведения нужно читать, потому что они заставляют задуматься над смыслом жизни, чтобы не про шла она бесцветно и пусто.

Мне понравилось произведение. Я много важного вынесла для себя, многое поняла. Я познакомилась с новым писателем и точно знаю, что это не последнее произведение Астафьева, которое я про читаю.

РЕЦЕНЗИЯ НА ПОВЕСТЬ В. П. АСТАФЬЕВА «ПАСТУХ И Чуть больше полвека, что минули после Великой Отечественной войны, не ослабили интереса общества к этому историческому со бытию. Время демократизма и гласности, осветившее светом прав ды многие страницы нашего прошлого, ставит перед историками и литераторами новые и новые вопросы. И наряду с традиционно рас сматриваемыми произведениями Ю. Бондарева, В. Быкова, В. Бо гомолова в нашу жизнь входят терпящие полуправды» романы В. Астафьева «Пастух и В. Гроссмана «Жизнь и судь ба», повести и рассказы В. Некрасова, К. Воробьева, В. Кондратье ва.

«Роковым препятствием на благородном человеческом пути бы ла и остается война — самое безнравственное деяние из всех, какие породил И потому не умолкает война в творчестве Викто ра Астафьева. О тех молодых парнях, с которыми пришлось писа телю воевать, но которым не довелось дожить до Победы, и напи сал он одну из лучших, по-моему, одну из самых «трудных и боль нее доставшихся ему вещей» — повесть и пастушка». В этой повести воссоздан образ чистой любви, жизнь человеческих душ, войной не смятых, не подавленных.

«Современная — такой подзаголовок, многое опреде ляющий и проясняющий в идейном звучании произведения, дал писатель своей повести, в которой есть любовь, есть счастье — эти главные приметы традиционной пасторали.

Но недаром писатель рядом со словом «пастораль» поставил слово как бы подчеркнув тем самым жестокую определенность безжалостного к человеческим судьбам, к самым тонким и трепетным порывам души.

Есть в повести очень важное противопоставление — детское вос поминание главного героя, лейтенанта Бориса Костаева, о театре с колоннами и музыкой, о пасущихся на зеленой лужайке белых овечках, о танцующих юных пастухе и пастушке, любивших друг друга, и «не стыдившихся этой любви, и не боявшихся за нее, рез ко, кричаще контрастирует, внешне сдержанно, но внутренне пора зительно глубоко и эмоционально, с обостренной болью и щемящей душу печалью написанной сцены об убитых стариках, хуторских пастухе и пастушке, «обнявшихся преданно в смертный артподготовки прижал стариков за баней — чуть их не убило. Они лежали, прикрывая друг друга. Старуха спрятала лицо под мышку старику. И мертвых било их осколками, посекло оде Короткая эта сцена, символика которой особенно очевид на в контрасте с театральной идиллией, пожалуй, центральная в произведении. В ней как бы сконцентрирован трагизм войны, ее антигуманность. И мы теперь не можем воспринимать дальнейшее повествование, следить за короткой, как вспышка ракеты, исто рией любви Бориса и Люси, за судьбами других персонажей иначе как через призму этой сцены.

Показать антигуманную войны, ломающую и коверкаю щую судьбы, не щадящую самою жизнь, — главная задача, кото рую поставил перед собой В. Астафьев в повести.

Писатель погружает нас в атмосферу войны, густо насыщенную болью, неистовством, ожесточением, страданием, кровью. Вот кар тина ночного боя: «Началась рукопашная. деморали зованные окружением и стужею, немцы лезли вперед безумно и слепо. Их быстро прикончили штыками. Но за этой волной накати лась другая, третья. Все переменилось, дрожь земли, тертые с виз гом откаты пушек, которые били теперь и по своим, и по немцам, не разбираясь, кто где. Да и разобрать уже ничего было нельзя».

Эта сцена призвана подвести читателя к основной мысли повести: о противоестественности, заставляющей людей убивать друг друга.

Вне этой главной мысли нельзя понять трагедии повести лейте нанта Бориса Костаева, умершего в санитарной больнице, которому война подарила любовь и тут же отняла ее. «Ничего невозможно было поправить и вернуть. Все было и все В повести «Пастух и пастушка», произведении большого фило софского смысла, наряду с людьми высокого духа и сильных чувств, писатель создает образ старшины Мохнакова, способного к насилию, готового переступить черту человечности, пренебречь чу жой болью. Трагедия Бориса Костаева становится еще яснее, если пристальнее вглядеться в один из центральных образов — старши ну Мохнакова, не случайно проходящего рядом с главным героем.

Однажды в разговоре с Люсей Борис произнесет очень важные слова о том, что страшно привыкнуть к смерти, примириться с ней.

И с Борисом и с находившимся на передовой, посто янно видевшими смерть во всех ее проявлениях, случается то, чего боялся Они привыкли к смерти.

Повесть В. Астафьева предостерегает: «Люди! Это не должно по РЕЦЕНЗИЯ НА ПОВЕСТЬ Г. Н. ВЛАДИМОВА «ВЕРНЫЙ РУСЛАН» В свидетельствах «поднявшихся из ада», в книгах о сталинских лагерях, которые так пристально читают в последние годы, мир за ключенных, мир следственных кабинетов, полуподвальных камер и изоляторов виден глазами тех, кто прошел через кровавую мясо рубку, через арест и следствие.

Охранник и заключенный, жертва и палач отделены друг от друга линией более непреодолимой, чем колючая проволока, сквозь которую прорывались, однако, люди, стремящиеся к свободе.

Об одной из таких попыток — лагерные стихи А. Жигулина.

Вернее, даже не о попытке, а о повторяющемся кошмаре погони, в которой лагерный опыт внес свои атрибуты: луч прожектора, вы шку, ребристый ствол автомата и страх, ужас человека, который пытается бежать, но никак не может уйти от преследования.

Овчарки лают где-то в двух шагах.

Я их клыки оскаленные вижу.

Я до ареста так любил собак.

И как теперь собак я ненавижу!

Я посыпаю табаком следы.

Я по ручью иду, чтобы сбить погоню, — Они все ближе, ближе...

кусты Я различаю красные погоны...

А что, если посмотреть на мир тюрьмы глазами тех, кто носит эти самые красные погоны? Или вовсе глазами собаки, мчащейся по посыпанному табаком следу? Что чувствует она, настигая бегу щего?

«Восторг повиновения, стремительный яростный разбег, обман ные прыжки из стороны в сторону — и враг мечется, не зная, бе жать ему или защищаться. И вот последний прыжок, лапами на грудь, валит его навзничь, и ты с ним вместе падаешь, рычишь не истово над искаженным его Это цитата из повести Г. «Верный широко известной на Западе и ставшей доступной сравнительно недавно.

Запрещенная к печати в семидесятые годы, но все равно читае мая, повесть «Верный воспринималась как отчаянно сме лое обвинение режиму, покалечившему не только человеческие су дьбы, но и человеческие души. «Увидеть ад глазами собаки и по считать его раем» — так сам автор определил главную проблему Вадимов взялся за очень трудную задачу. Речь идет об искаже нии природы, в сущности, прекрасной, о дрессировке сознания лю дей, без которой была бы невозможна победа той идеи, что челове ка можно осчастливить через насилие.

Что знает о жизни главный герой повести — умный сторожевой пес Руслан? Что значит для него, к примеру, счастье? Ночные бде ния с хозяином, когда они несут службу, и возле них добро и теп ло, а там — весь огромный мир с его злостью и пакостями.

Что такое порядок? Бараки в два ряда, вышка, колючая прово лока да глаз прожектора, освещающий лагерь. Что такое долг? Ох ранять этот порядок, оберегать его, не подпускать заключенного к колючей проволоке, не давать ему возможности выйти из строя, а если тот вышел — заталкивать обратно.

Но вот однажды этот мир рухнул. Флаг, развевающийся над ла герем, был снят и брошен на землю, огромные ворота, которые по всем правилам должны были быть закрыты, распахнулись. Лагерь опустел, а ужасного вида человек на своем урчащем тракторе дела ет то, за что раньше стреляли без окрика: ломает забор с колючей проволокой. Как тут не зарычать, как не приготовиться к прыжку, ожидая услышать: «Фас, Руслан!

Но нет долгожданной команды. Что же это происходит? Круше ние крушение мира... Свобода не просто непривычна для Руслана — она для него неприемлема, а воспринимает он ее как временную.

Ему очень хочется, чтобы его «рай» — старый мир с его поряд ками, размеренная лагерная жизнь и все, что несла она с собой, — вернулся. Поэтому и бегает он на платформу ждать, когда приедет поезд с заключенными. Другие собаки уже забыли о долге, предали службу, перешли к а Руслан все ждет. Что чувству ет он, выброшенный из своего мира?

Брошенность, утрату смысла существования — вот что испыты вает Руслан. Но он не может смириться с тем, что его «рай» не вер нется никогда. «Он ждал — и дождался. Кто так неистово ждет, всегда — говорит Владимов.

Однажды на запасной путь приходит поезд с молодыми рабочи ми, которые сами выстраиваются в колонны, и собаки вспоминают о своем долге, начинают эти колонны конвоировать.

«Какой — шутят рабочие, не понимая зловещего смыс ла происходящего. Но вскоре он доходит и до них, как дошел до тех людей, которые наблюдали.

Однако нет у колонны конвоира, который бы предупредил:

вправо, шаг И кто-то обязательно сделает этот шаг — упадет с разодранным горлом.

В развернувшемся побоище людей и собак суждено погибнуть Руслану: ему перебили позвоночник, и потертый бывший заклю ченный, которого Руслан «счел себя обязанным охранять, пока не вернутся хозяева», не видит иного выхода, кроме как добить пса.

Пока я читала эту повесть, меня мучил один вопрос: кто Рус лан — палач или жертва? Я сочувствовала псу, который гордо от казывался от еды, потому что кодекс собачьей чести предписывал брать ее только из рук хозяина. Сочувствовала тогда, когда, отыс кав хозяина, Руслан готов броситься ему на помощь, чтобы огра дить от беды. Но беда не пришла, просто бывший заключенный по ложил руку на плечо хозяина, и Руслан был вынужден тихо сидеть в стороне, сгорая от желания ринуться к хозяину и лизнуть ему ру ку, и верить в то, что его наконец увидят и Сочувствовала тогда, когда пес часами сидел на платформе в ожидании поезда, а потом бежал в лагерь доложить: поезда нет.

Виноват ли Руслан в том, что честно несет свою службу? Вино ват ли в своей преданности? Владимов снимает ответственность со своего героя и возлагает ее на тех, кто его учил.

Хрен с ним, ребята, не надо дразнить, — сказал солдат. Он все сидел в пыли, раздирая рукав и заматывая локоть. — Он слу жит.

— Никто не дразнит, — сказал мальчик. И возмутился: — Так это он, оказывается, служит? Какая сволочь!

— Да никакая, — сказал солдат. — Учили его, вот он и слу Книга необычайно интересна прежде всего тем, что в ней рас сказывается о существе, находящемся по ту сторону колючей про волоки, но с более искаженной судьбой. «Господа! Хозяева жизни!

Мы можем быть довольны. Наши усилия не пропали даром. Силь ный и зрелый, полнокровный зверь, бегущий в ночи по безлюдно му лесу, чувствовал на себе жестокие, уродливые наши постромки и принимал за радость, что нигде они ему не жмут, не натирают, не царапают».

В своей повести Владимов показал истинную трагедию предан ности. И если представить, что под собачьими кличками и образа ми скрыты люди, то станет еще больнее за судьбу тех, кто служил неправедной идее. Служил по-своему честно, но оказался не нужен.

Разве виноваты они в том, что их служба оказалась неверной, лож ной, а жизнь их — навсегда искалеченной?

РЕЦЕНЗИЯ НА ПОВЕСТЬ К. Д. ВОРОБЬЕВА «ЭТО МЫ, Война... Это страшно... Мы знаем и слышали о ней много, но нам, детям послевоенных лет, не осознать до конца, что такое вой на. Однако ясно одно: война — ад, перемалывающая человеческие жизни, коверкающая людские судьбы. Не дай нам, Господи, когда-либо столкнуться с войной лицом к лицу...

О Великой Отечественной войне написано много книг. Среди них — повесть Константина Воробьева «Это мы, Это произведение было написано в 1943 году, когда короткая передыш ка в партизанских боях позволила ему рассказать о том, что случи лось с ним в немецком плену.

Повесть автобиографичная, наверное, поэтому настолько пугаю ще правдива. Страшно читать о лагерях военнопленных, о нечело веческом обращении фашистов с заключенными, об обезумевших, потерявших человеческий облик людях, о тщетных попытках побе гов и последующих зверских пытках...

Перед нами судьба человека, одного из миллионов попавших с немецкий плен, история лейтенанта Сергея Кострова. Но он же, один из немногих, смог выжить, духовно выстоять в этом плену, не потеряв надежды на освобождение. С самого начала Сергей решил:

«... я молод и хочу жить. Значит, хочу еще бороться». И он борол ся. В течение семнадцати глав автор рассказывает нам о том, что пришлось пережить его герою, что пришлось выстрадать.

В плен Сергей попал, когда немцы в году, в декабре, отсту пали от Москвы на Волоколамск. Отступали и потому зверели, вы мещая злобу на «голодных, больных, измученных людях», и не би ли их, а убивали. Страшные следы оставляли за собой — горы тру пов, которые «в снегу, молчаливо и грозно шлют проклятия убий цам, высунув из-под снега руки, словно завещая мстить, мстить, В числе военнопленных, двигавшихся под конвоем не мцев, как раз и был Сергей. Ему повезло, его не убили в дороге, не изувечили, хотя и избили, и он попал в ржевский лагерь военно пленных. Но так ли повезло? Ведь там, в лагере, заключенных ожидала долгая, мучительно долгая смерть от голода. Шестьдесят граммов хлеба в день. Как же выжить в таких условиях, а тем бо лее такому сильному, здоровому, молодому, как Сергей, которому должно исполниться только двадцать три года. Но он выжил, пере болев тифом, выкарабкался из цепких лап смерти. «Да, крепок был костлявый Слишком уж мало крови было в его жи лах, устала смерть корежить гибкое тело спортсмена, и через двое суток выполз Сергей из-под нар». Окончательно поправиться помог ему доктор Владимир Иванович, который в этой преисподней умуд рялся помогать людям и даже собирал «в доску своих», чтобы бе жать. доктор не был единственным человеком такого рода. Ко стров встретил и капитана Николаева, и Ванюшку, и Мотвякина с Устиновым. Всех этих людей объединяла поразительная любовь к жизни, стойкость, желание сбежать из плена, а главное — стремле ние всеми силами осуществить задуманное.

Мысль о побеге согревала душу главного героя в страшных условиях фашистского плена. Он голодал, научился беречь каждую крошку хлеба, но всегда был готов поделиться с другими. Он не те рял присутствия духа, хотя это было почти невозможно. Сергей по бывал во многих лагерях смерти, видел, как ни за что, просто ради забавы, фашисты расстреливали беззащитных людей, как морили их голодом, видел, во что превращается большинство узников, уставших бороться. Но Сергей видел и других людей, до последних минут за жизнь и, подобно ему, стремящихся к побегу.

Редко кому удавалось сбежать, но Сергею это оказалось по силам.

Первая попытка оказалась неудачной: его и Ванюшку — маль чика лет семнадцати, который согласился бежать с — поймали, и «прыгали кованые сапоги по двум распростертым те Но беглецы выжили, и снова был побег... «Наконец свобо да! Можно глубоко вдохнуть истощенной грудью! Но ни на минуту нельзя забывать, что мы — все еще пленные, и за такими, как мы, в лесах охотятся полицейские...» Беглецы скрывались, пробираясь к родной земле. Но все же Сергей остался один, когда схватили Ванюшку. Герой чуть было не погиб в болоте, попал в лапы к эсэсовцам... и снова бежал! «Гады!

Русского офицера так не возьмешь!» Но вот беда: отказала правая нога — идти невозможно! И снова плен, и снова допросы, пытки, Господи, что же делают с человеком такие испытания, какие вынес и пережил Сергей Костров. Молодой парень за несколько ме сяцев превратился в старика.

«Нет на свете хуже тех минут, когда человек поймет, что все, что предстояло сделать, — сделано, пережито, Такие чувства испытывал и Сергей. Он почти отчаялся. Почти... Там, в глубине души, осталось то, что можно вырвать, «но только цепкими когтями смерти». Сергей сберег это «то». Несмотря на все, что еще ждало его, «он жив, а будет бороться, не за право просто су ществовать, а за право на жизнь, свободную «Бежать, бе жать, бежать! — почти надоедливо чеканилось в уме слово».

«Это мы, — страшная книга. Но все написанное — правда, жестокая правда о войне, о плене, о фашистах... Но не нуж но думать, что все произведения — сплошные картины войны. Есть и лирические отступления, если, конечно, эти строки можно так на звать. Лирические отступления словно вкраплены в текст, они скрашивают происходящее, но природа словно чувствует, что идет война: «Бархатистыми кошачьими лапами подкрадывалась осень.

Выдавала она себя лишь тихими шорохами засыхающих кленовых листьев да потрескавшихся стручков акаций. Исстрадавшейся вдо вой-солдаткой плачет кровавыми гроздьями слез опершаяся на пле тень рябина». Природа словно живая, метафоры, неоднократно ис пользованные автором, делают ее непосредственной свидетельницей войны. Природа плачет над погибшими, страдает вместе с ранены ми. Но природа является и врагом военнопленных. Природа-убийца и природа-страдалица. Все моменты природы удивительно соответ ствуют действию, являясь одновременно и «теневым» фоном, и дей ствующим лицом. Это — авторская особенность, но, по-моему, вся повесть особенная. Пусть это не первое и не второе произведение о войне, но это не просто повесть, это строки, написанные кровью, это то, что выстрадано самим автором, это своего рода крик души — это мы, Господи, мы, люди, прошедшие через ад войны.

«Это мы, Господи!» — предупреждение людям, предупреждение о том, что война — это не просто страшно, война — смерть не толь ко физическая, но и духовная. Это огромный удар, удар по самому больному, что есть у всех нас, — по нашей жизни, по нашим род ным и близким, просто по людям...

Я не хочу войны, я хочу жить, жить и видеть синее небо над го ловой, яркое солнце в этом небе. Я не хочу когда-либо услышать грохот орудий, не хочу узнать, что такое война. И не дай нам, Гос поди, когда-либо оказаться в водовороте военных действий, по пасть в омут смерти...

РЕЦЕНЗИЯ НА ПОВЕСТЬ К. Д. ВОРОБЬЕВА «УБИТЫ ПОД МОСКВОЙ» Книги могут нравиться или не нравиться. Но есть среди них та кие, которые не попадают ни в одну из этих категорий, но пред ставляют собой нечто большее, которые врезаются в память, стано вятся событием в жизни человека. Таким событием для меня стала книга Константина Воробьева «Убиты под Москвой». Я словно услышала тот голос:

...Нам свои боевые Не носить ордена.

Вам — все это, живые, Нам — отрада одна:

Что недаром боролись Мы за Родину-мать.

Пусть не слышен наш голос, — Вы должны его знать.

Эти строки взяты автором в качестве эпиграфа из стихотворе ния Твардовского «Я убит подо Ржевом», которое и названием, и настроением, и мыслями перекликается с повестью Константина Воробьева.

Ее автор сам прошел через войну — об этом узнаешь и без чте ния биографии. Так писать невозможно с чужих слов или из вооб ражения — так писать мог только очевидец, участник. Повесть «Убиты под Москвой», впрочем, как и все творчество Константина Воробьева, очень эмоциональна. Эта книга особенна еще тем, что в ней сочетаются, с одной стороны, реалистичность, а с другой — глубокое осмысление событий и тонкий психологический анализ поступков героев с высоты прожитых лет.

«Убиты под — по форме короткая повесть, однако по содержанию она включает в себя целую эпоху. Такое ощущение по является потому, что война, врываясь в человеческую жизнь, влия ет на нее, как ничто другое, радикально меняет ее. Если в мирной жизни душа развивается, эволюционирует, то на войне в ней про исходит ломка: ломаются прежние нравственные ценности, преж ний взгляд на вещи. Если в литературе мирного времени символом духовных исканий становится дорога, путь, то у Константина Воро бьева — беспорядочное, безысходное метание под обстрелом с воз духа.

Проблемы, встающие перед человеком на войне, почти те же, что и в мирное время, однако они поставлены настолько остро, требовательно, что от них ни скрыться, ни убежать. Эти извеч ные проблемы героизма, гуманизма, долга решает для себя кур сант Алексей Ястребов. Автор говорит словами Рюмина: «Судьба каждого курсанта... вдруг предстала средоточием всего, чем мо жет окончиться война для Родины — смертью или В судьбе одного курсанта словно сконцентрировалась судьба всей России.

Актом огромного гуманизма и гражданского мужества стало само слово в защиту тех, кто струсил, спасовал, проявил слабость тяжелую минуту, «придавленный к земле отвратительным воем приближающихся бомб», вжавшийся в нее под минометным об стрелом. Они, курсанты, не думали о спасении так холодно и рас четливо, как генерал-майор, снявший знаки различия и бежавший с передовой. У них не было времени думать о долге («Он подумал о Рюмине, но тут же забыл о нем... Мысли, образы и желания с осо бенной ясностью возникали и проявлялись в те мгновения, ми разделялись поскольку «тело берегло в себе лишь Тот, кто переборол в себе страха, безусловно, герой.

Но в остальных, менее сильных духом, автор учит видеть не тру сов, а прежде всего людей. Обыкновенных. Таких же, как те, что не еще в жизни настоящего страха, не увидели смерть вблизи, но берутся судить свысока, не имея на то морально го права! На протяжении всей повести я задавала себе вопрос: «А как бы я поступила на месте героев И, честно ответив на него, понимала, что не все в жизни можно разделить на черное и белое, трусость или героизм.

К тому же, говорит автор, погибать страшно и противоестест но погибать напрасно, бесполезной жертвой, противно самой природе человеческой, тому, что отличает человека от зверя. Про тест против этого звучит в потрясающей сцене, когда курсанты в отчаянии и бессилии стреляют в горизонт.

Автор прощает своим героям страх за собственную жизнь еще потому, что жизнь человеческая была ценна для них вообще, и своя, и чужая. Преодоление любви к человеку, заложенной в них заповедью «не стало для них даже мучительнее, чем борь ба с трусостью. Война отбрасывает высшие нравственные ценно сти, лучшие человеческие качества: доброту, гуманность, способ ность к сопереживанию — и превращает их в источник слабости.

Ведь надо совершить единственный выбор: мы или они. Поэтому очень трудно, мучительно происходит перестройка сознания, вы рабатывается ненависть к врагу. Константин Воробьев, будучи жертвами войны понима ет не только убитых и физически, но и духовно, тех, кто пересилил в себе высшей цели — справедливо сти — чувства добра и милосердия. В этих жертвах — тоже ужас войны.

Сначала у Алексея «сердце думать о фашистах «иначе как о людях». Сердцем он еще чувствовал, что убийство — преступление. Первый немец, убитый им во время ночной атаки, для него все еще такой же Потом он пытался и не смог взглянуть ему в лицо, боясь, что оно будет лицом человека, а не врага. Воробьев не осуждает своего героя и не оправдывает его.

Писатель не призывает к ненависти или мести — он лишь с огромной, бесконечной болью говорит, что сама жизнь учит это му: стороны учиться мести невозможно. Это чувство само рас тет из сердца, как первая любовь к не знавшим ее...» Гибель ро ты, самоубийство Рюмина, смерть под гусеницами немецких тан ков уцелевших после налета курсантов — все это завершило пере оценку ценностей в сознании главного героя. В нем зарождается ненависть, освященная воспоминаниями детства. Да, он приобрел способность ненавидеть, ибо «так было легче идти», так было лег че воевать. Но он при этом многое, очень многое потерял. То, как он «вяло, повторял ничего не значащие слова:

«Стерва... Худая...» — было внешним выражением этой ужасной потери...

Чувство долга и ответственности есть у Алексея Ястребова и ка питана Рюмина. Это чувство диктует им быть спокойными, уверен в себе, чтобы курсанты «испытывали облегчающее чувство безотчетной надежды», требовать прежде с себя, а затем уже с оста льных. «Нет, сначала я сам, надо все сперва самому... надо пер — борьбе с врагом, и в борьбе с самим собой. Такое чувст во ответственности — у молодых ребят, курсантов! Оно звучит гневным упреком высшему командованию, бросившему их на пере довую лишь с учебными самозарядными винтовками и бутылками с бензином, без пищи, без пулеметов, бросившему на произвол су дьбы. А в это время в тылу войска НКВД, сытые, одетые, воору женные... Чувство долга — это еще то, что подвигло писателя ска зать правду. И это тоже было подвигом.

Константин Воробьев — писатель-психолог. В его ях «говорят» даже детали. Вот курсанты хоронят погибших това рищей. Время остановилось для мертвеца, а на его руке все тикают и тикают часы. Время идет, жизнь продолжается, и продолжается война, которая будет уносить все новые и новые жизни так же не отвратимо, как тикают эти часы.

Опустошенный страшными потерями, человеческий ум начина ет болезненно подмечать подробности: вот сожжена изба, а на пепе лище ходит ребенок и собирает гвозди;

вот Алексей, идущий в ата ку, видит оторванную ногу в сапоге. «И понял все, кроме главного для него в ту минуту: почему сапог стоит?» И жизнь, и смерть описаны с ужасающей простотой, но сколько боли звучит в этом скупом и сжатом слоге!

С самого начала повесть трагична: еще идут строем курсанты, еще война не началась для них по-настоящему, а над ними, как тень, уже нависло: «Убиты! Убиты!» Под Москвой, подо Рже вом...» И во всем этом мире До конца его дней Ни теплички, ни лычки С гимнастерки моей.

Сжимается сердце при мысли, что они были лишь чуть старше меня, что это они убиты, а я жива, и тотчас же оно наполняется не выразимой благодарностью за то, что мне не пришлось испытать того, что испытали они, за драгоценный дар свободы и жизни.

Нам — от Я ХОЧУ РАССКАЗАТЬ О КНИГЕ (По роману А. Б. Чаковского «Свет далекой Мне хотелось бы рассказать о замечательной книге — «Свет да лекой звезды» Чаковского. Эта книга рассказывает о любви. И, на чав ее читать, уже невозможно оторваться.

Действие этой книги начинается в 1953 году. Игорь — главный герой — отдыхает на море, но вдруг ему попадает в руки старый журнал, где он видит фотографию рабочих с какого-то завода. И вот среди этих рабочих он увидел ее — Олю. Прошлое вновь встало перед его глазами. Он вспомнил, как они встретились в первый раз — это было в самом начале Великой Отечественной войны, тог да их любовь только зарождалась, но их пути разошлись. Однако они случайно встретились еще раз, и любовь вспыхнула с новой си лой. Но однажды он получил извещение, что Ольга погибла, вы полняя боевое задание.

Автор, как тонкий психолог, очень хорошо сумел передать те чувства, которые в ту минуту его героем: и боль, и ра дость, и надежда.

Будто бы оживает для меня герой этого романа, и начинаешь переживать вместе с ним, сочувствовать ему, радоваться и пережи вать за него.

Когда он увидел фотографию, то для него как будто зажегся ма як.

Игорь бросился разыскивать Ольгу, хотя понимал, что сделать это будет не просто.

Автор сталкивает своего героя с разными трудностями и не приятностями. На его нелегком пути встречаются разные люди.

Одним глубоко безразличны его чувства, мысли, переживания, другие принимают их близко к сердцу, стараются ему помочь изо всех сил. И очень хорошо, что те, кому безразлично чужое горе, встречаются в жизни не так уж и часто.

Автор ведет своего героя нелегким, тернистым Не раз, когда уже казалось, что цель близка, он (Игорь) оказывался в ту пике. Но он не терял надежды. Он продолжал свои поиски. И снова оказывался в тупике, но не сдавался. Ведь каждый раз он был все ближе и ближе к цели.

Сталкивая своего героя с людьми, близко знавшими Олю, автор поддерживает своего героя, вдохновляет его. А эти люди, рассказы вающие об Оле, о ее смелости, честности, доброте, отзывчивости, помогают понять ему, что он не ошибся в ней.

Это произведение очень реалистично. И автор старается быть ре алистичным до конца. Мне бы очень хотелось увидеть счастливый конец, где Оля с Игорем встретились бы, но автор решает по-друго му.

В тот момент, когда Игорь, как никогда, близок к своей цели, он узнает, что Оля умерла.

Это место нельзя читать без слез, кажется, что все вокруг ру шится, но автор помогает своему герою пережить это потрясение и вернуться к жизни, к новой жизни.

Это произведение знакомит нас с настоящей, чистой которая не угасла со временем, учит нас ценить настоящую друж бу. И в этом полностью заслуга автора.

РЕЦЕНЗИЯ НА ПОВЕСТЬ В. Л. КОНДРАТЬЕВА Автор этой повести — бывший фронтовик. Он открывает нам правду о войне, пропахшей потом и кровью.

Действие повести разворачивается подо Ржевом в 1941 году. Мы первый раз застаем Сашку, когда ночью он задумал достать вален ки для ротного.

Война есть война, и несет она только смерть. И такая война с первых страниц повести: «Деревни, которые они брали, стояли, будто мертвые. Только летели оттуда стаи противно воющих мин, шелестящих снарядов. Из живого видели они лишь танки...» ешь и видишь танки — махины, которые прут на маленьких лю дей, а им негде спрятаться на белом от снега поле. О многом гово рит заведенный на передовой порядок: «Ранило: отдай автомат оставшемуся, а сам бери трехлинейку». И это не ирония автора. Из воспоминаний маршала Жукова мы узнаем, что в период наступле ния подо Ржевом устанавливалась норма расхода боеприпасов — один-два выстрела в сутки на орудие в связи с тем, что были огром ные потери и войска переутомлены и ослаблены.

Сашка жалел, что не знал немецкого. Он спросил бы у плен ного, как у них с кормежкой, и сколько сигарет в день получа ют, и почему перебоев с минами нет. Про свое житье-бытье ка, разумеется, рассказывать бы не стал, хвалиться нечем. И с едой было туго, и с боеприпасами. Не было сил хоронить ребят.

Даже себе, живым, не было сил вырыть окоп. Ни окопов, ни зем лянок не было у первой роты, они ютились в шалашах. Только у ротного был маленький блиндажик. Не было сил, не было надеж ды, что завтра сюда не придет враг. Все подчеркивало ненадеж ность положения. За два месяца из каждых десяти солдат погиб ли девять.

Сашка вызывает симпатию, уважение к себе своей добротой, участливостью, гуманностью. Война не обезличила, не обесцветила Сашкин характер. Он любознателен и пытлив. события име ет свою точку зрения.

Писатель показывает, что душа мирного человека, став душой солдата, не потеряла ничего от коренных устоев человеческой нрав ственности, И не случайно высшей точкой, кульминацией повести, стала сцена, когда даже под угрозой угодить под трибунал Сашка не хочет выполнить приказ комбата — расстрелять пленного не мца. Пожалуй, само это столкновение Сашки с комбатом продикто вано в значительной мере не реальностью боев подо Ржевом, а на шими сегодняшними переживаниями. Но тем-то и оказалась инте ресной повесть, что она обостренно представила то духовное здоро вье, которое не позволяет убить безоружного или нарушить слово, данное в листовке от имени народа.

Сашке не по себе от почти неограниченной власти над другим человеком, он понял, какой страшной может стать эта власть над жизнью и смертью. В Сашке есть огромное чувство ответственно сти за все. Даже за то, за что отвечать он не мог. Ему стыдно пе ред немцем за никудышную оборону, за ребят, которых не похо ронили. Он старался вести пленного так, чтобы тот не видел на ших убитых и не захороненных еще бойцов, а когда на тыкались они на них, стыдно было Сашке, словно он в чем-то ви новат.

Встретил Сашка на фронте и свою первую любовь — Зину.

увидев ее с другим, уходит, не причиняя Зине боли лишними раз говорами. Он бы по-другому не мог.

История Сашки — это история человека, оказавшегося в самое трудное время в самом трудном месте на самой трудной должнос ти — солдатской.

Книга В. Кондратьева — правдивая, душевная, психо логически точная. Она помогает читателю заглянуть в Читая по-другому представляешь себе войну. Правда о ней не забывается.

РЕЦЕНЗИЯ НА ПОВЕСТЬ С. А.

«У ВОЙНЫ НЕ ЖЕНСКОЕ Я ушла из детства в грязную теплушку.

В эшелон пехоты, в санитарный взвод...

Я пришла из школы в блиндажи сырые, От Прекрасной Дамы в «мать» и Потому что имя ближе, чем Россия, Не смогла сыскать...

Друнина Особой главой нашей отечественной литературы является проза о событиях военного времени. Эта тема породила огромное количе ство выдающихся произведений, в которых описывается жизнь и борьба русского народа в годы Великой Отечественной войны с не захватчиками. Но так уж случилось, что все наши пред ставления о войне связаны с образом мужчины-солдата. Это и по нятно: воевали-то в основном представители сильного пола — муж чины. И почему-то обычно забывают сказать о женщинах, о том, что и они тоже многое сделали для победы. В годы Великой Отече ственной войны женщины не только спасали и перевязывали ране ных, но и стреляли из подрывали мосты, ходили в разведку, летали на самолетах. Вот об этих и идет речь в повести Светланы Алексиевич «У войны не женское ли цо». Именно об этой книге мне бы хотелось вам рассказать. Здесь собраны воспоминания многих женщин-фронтовиков, в которых они повествуют о своей судьбе, о том, как сложилась их жизнь в те страшные годы, и обо всем, что они видели там, на фронте. Но это произведение не о прославленных снайперах, летчицах, танкистах, а об «обыкновенных военных девушках», как они сами себя назы вают. Собранные вместе, рассказы этих женщин рисуют облик вой ны, у которой совсем не женское лицо.

«Все, что мы знаем о женщине, лучше всего вмещается в слово Есть и другие слова — сестра, жена, друг и самое высокое — мать... Женщина дает жизнь, женщина оберегает жизнь. Женщина и жизнь — синонимы» — так начинается книга С. Алексиевич. Да, в нашем представлении женщина — это неж ное, хрупкое, безобидное существо, которое само нуждается в за щите. Но в те ужасные военные годы женщине пришлось стать сол датом, идти защищать Родину, чтобы сберечь жизнь будущим по колениям.

Когда я прочитала эту книгу, то меня очень поразило, что такое огромное число женщин воевало в годы Великой Отечественной войны. Хотя здесь нет, наверное, ничего необычного. Всякий раз, когда угроза нависала над Родиной, женщина вставала на ее защи ту. Если вспомнить нашу историю, то можно найти множество при меров, подтверждающих эту истину. Во все времена русская жен щина не только провожала на битву мужа, сына, брата, горевала, ждала их, но в трудное время сама становилась рядом с ними. Еще Ярославна поднималась на крепостную стену и лила расплавлен ную смолу на головы врагов, помогая мужчинам защищать город.

И в годы Великой Отечественной войны женщина стреляла, убивая врага, обрушившегося с невиданной на ее дом, ее де тей, родственников и близких. Вот отрывок из рассказа Клавдии Григорьевны старшего сержанта, снайпера. «Мы залег ли, и я наблюдаю. И вот я вижу: один немец приподнялся. Я щелк нула, и он упал. И знаете, меня всю затрясло, меня колотило И не единственная она была такая. Не женское это дело — убивать. Все они не могли понять: как это можно убить человека?

Это же человек, хоть он враг, но человек. Но этот вопрос постепен но исчезал из их сознания, а его заменяла ненависть к фашистам за что они делали с народом. Ведь они беспощадно убивали и и взрослых, сжигали людей живьем, травили их газом. Я и раньше много слышала о зверствах фашистов, но то, что я прочита ла в этой книге, произвело на меня огромное впечатление. Вот только единственный пример, хотя в этом произведении их сотни.

«Подъехали машины-душегубки. Туда загнали всех больных и по везли. Ослабленных больных, которые не могли передвигаться, снесли и сложили в бане. Закрыли двери, всунули в окно трубу от машины и всех их отравили. Потом, прямо как дрова, эти трупы бросили в машину».

И как мог кто-нибудь в то время думать о себе, о своей жизни, когда враг ходил по родной земле и так жестоко истреблял людей.

Эти «обыкновенные и не задумывались над этим, хотя многим из них было по шестнадцать-семнадцать лет, как и моим ровесницам сегодня. Они были простыми школьницами и студент ками, которые, конечно, мечтали о будущем. Но в один день мир для них разделился на прошлое — то, что было еще вчера:

ний школьный звонок, выпускной бал, первая любовь;

и войну, ко торая разрушила все их Вот как началась война для медсе стры Лилии Михайловны Будко: «Первый день войны... Мы на танцах вечером. Нам по шестнадцать лет. Мы ходили компанией, проводим вместе одного, потом другого... И вот уже через два дня этих ребят, курсантов танкового училища, которые нас провожали с танцев, привозили калеками, в бинтах. Это был ужас... И я ска зала маме, что пойду на фронт*.

А Вера Даниловцева мечтала стать актрисой, готовилась в теат ральный институт, но началась война, и она ушла на фронт, где стала снайпером, кавалером двух орденов Славы. И таких историй об искалеченных жизнях множество. У каждой из этих женщин была своя дорога на фронт, но их объединяло одно — желание спа сти Родину, защитить ее от немецких оккупантов и отомстить за смерть близких. нас у всех было одно желание: только в военко мат и только проситься на фронт», — вспоминает минчанка Татья на Ефимовна Семенова.

Конечно, война — это не женское дело, но эти «обыкновенные были нужны на фронте. Они были готовы к подвигу, но не знали девчонки, что такое — армия и что такое — война.

дя шестимесячные, а то иногда и трехмесячные курсы, они уже имели удостоверения медсестер, зачислялись саперами, летчицами.

У них уже были военные билеты, но солдатами они еще не были. И о войне, и о фронте у них были только книжные, часто совершенно романтические представления. Поэтому трудно им было на фронте, особенно в первые дни, недели, месяцы. Тяжело было привыкнуть к постоянным бомбежкам, выстрелам, убитым и раненым. «Я до сих пор помню своего первого раненого. Лицо помню... У него был открытый перелом средней трети бедра. Представляете, торчит кость, осколочное ранение, все вывернуто. Я знала теоретически, что делать, но, когда я... это увидела, мне стало плохо», — вспоми нает Софья Константиновна санинструктор, старший сержант. Выдержать на фронте надо было не кому-нибудь, а дев чонке, которую до войны мать еще баловала, оберегала, считая ре бенком. Светлана рассказала, как перед самой войной мать не отпускала ее без провожатого к бабушке, мол, еще малень кая, а через два месяца эта «маленькая» ушла на фронт, стала сан инструктором.

Да, не сразу и не легко давалась им солдатская наука. Потребо валось обуть одеть шинели, привыкнуть к форме, научи ться ползать по-пластунски, копать окопы. Но они со всем справи лись, девушки стали отличными солдатами. Они проявили себя в этой войне как отважные и выносливые воины. И я думаю, что только благодаря их поддержке, их храбрости и смелости мы смог ли победить в этой войне. Девчонки прошли через все трудности и испытания, чтобы спасти свою Родину и защитить жизнь будущего Завтра я проснусь и надо мной будет сиять солнце. Я буду уве рена, что оно будет светить и на следующий день, и через месяц, и через год. И именно для того, чтобы мы жили беззаботно и счаст ливо, чтобы это «завтра» для меня состоялось, те девушки — мои ровесницы — пятьдесят лет назад шли в бой.

РЕЦЕНЗИЯ НА РОМАН В. С. ГРОССМАНА «ЖИЗНЬ И СУДЬБА» вариант) Основной круг философской проблематики эпопеи В. Гроссмана «Жизнь и судьба» — жизнь и судьба, свобода и насилие, законы войны и жизни народа. Писатель видит в войне не столкновение армий, а столкновение миров, столкновение различных взглядов на жизнь, на судьбу отдельного человека и народа. Война выявила ко ренные проблемы современнорти, вскрыла основные противоречия эпохи.

В романе две основные темы — жизнь и судьба.

«Жизнь» — это свобода, неповторимость, индивидуальность;

«судьба» — давление государства, несвобода. Ко миссар говорит: «Как странно идти по прямому, стрелой выстреленному коридору. А жизнь такая путаная тропка, овраги, болотца, ручейки, степная пыль, несжатый хлеб, продираешься, обходишь, а судьба прямая, струночкой идешь, коридоры, коридо ры, коридоры, в коридорах Судьба основных действующих лиц трагическая или драматиче ская. Б героизме Гроссман видит проявление свободы. Капитан Греков, защитник Сталинграда, командир бесшабашного гарнизона «дома шесть дробь выражает не только сознание «правого дела борьбы с отношение к войне как к трудной рабо те, самоотверженность и здравый смысл, но и непокорство натуры, независимость поступков и мыслей. «Все в нем — и взгляд, и быстрые движения, и широкие ноздри приплюснутого но са — было дерзким, сама Греков — выразитель не толь ко народного, национального, но и всечеловеческого, свободолюби вого духа (недаром его фамилия Греков).

Главный конфликт романа — конфликт народа и государства, свободы и насилия. «Сталинградское торжество определило исход войны, но молчаливый спор между победившим народом и побе дившим государством продолжался. От этого спора зависела судьба человека, его свобода». Этот конфликт прорывается наружу в раз мышлениях героев о коллективизации, о судьбе «спецпереселен цев», в картинах колымского лагеря, в раздумьях автора и героев о тридцать седьмом годе и его последствиях.

Колымский лагерь и ход войны связаны между собой. Гроссман убежден, что «часть правды — это не правда». Арестованный мов ловит себя на мысли, что ненавидит пытающего его особиста больше, чем немца, потому что узнает в нем самого себя.

Гроссман изображает народные страдания: это и изображение лагерей, арестов и репрессий, и их разлагающего влияния на души людей и нравственность народа. Храбрецы превращаются в трусов, добрые люди — в жестоких, стойкие — в малодушных. Людей раз рушает двойное сознание, неверие друг в друга. Причины данных явлений — сталинское самовластие и всеобщий страх. Сознанием и поведением людей со времен революции управляют идеологические схемы, приучившие нас считать, что цель выше морали, дело выше человека, идея выше жизни. Насколько опасна такая перестановка ценностей, видно из эпизодов, когда Новиков на восемь минут за держал наступление, то есть, рискуя головой, идет на невыполне ние сталинского приказа ради того, чтобы сберечь людей. А для Гетманова «необходимость жертвовать людьми ради дела всегда ка залась естественной, неоспоримой не только во время Отношение к судьбе, к необходимости, к вопросу о вине и ответ ственности личности перед лицом обстоятельств жизни у героев ро мана разное.

Штурмбанфюрер Кальтлуфт, палач у печей, убивший пятьсот девяносто тысяч людей, пытается оправдать это приказом свыше, подневольностью, властью фюрера, судьбой: «судьба толкала его на путь Но автор утверждает: «Судьба ведет человека, но человек идет потому, что хочет, и он волен не хотеть».

Смысл параллелей Сталин — Гитлер, фашистский лагерь — ко лымский лагерь в том, чтобы заострить проблему вины и ответст венности личности самом широком, философском плане. Когда в обществе творится зло, в той или иной степени в нем виноваты все.

Пройдя через трагические испытания XX века — вторую мировую войну, гитлеризм и сталинизм, — человечество начинает осозна тот факт, что покорность, зависимость человека от обстоя тельств, рабство оказались сильны. И в то же время в образах геро ев Отечественной войны Гроссман видит свободолюбие и совестли Что превысит в человеке и человечестве? Финал романа от крыт.

РЕЦЕНЗИЯ НА РОМАН В. С. ГРОССМАНА «ЖИЗНЬ И (II вариант) Природное стремление челове ка к свободе неистребимо, его можно подавить, но нельзя унич тожить. Человек добровольно не откажется от свободы.

В. Гроссман «Рукописи не горят...» Сколько раз уже цитировали эту фразу Воланда, но хочется повторить ее вновь. Наше время — время от крытий, возвращенных мастеров, ждавших своего часа, наконец увидевших свет. Роман В. Гроссмана «Жизнь и написан ный тридцать пять лет назад, пришел к читателю лишь в 1988 году и потряс литературный мир своей современностью, великой силой своего правдивого слова о войне, о жизни, о судьбе. Он отразил свое время. Лишь теперь, в девяностые, возможно стало говорить и пи сать о том, о чем размышляет автор романа. И поэтому это произве дение принадлежит сегодняшнему дню, оно злободневно и сейчас.

Читая «Жизнь и не можешь не поразиться масштабно сти романа, глубине выводов, сделанных автором. Кажется, что философские идеи сплетаются, образуя причудливую, но гармонич ную ткань. Порой увидеть, понять эти идеи сложно. Где главное, какая основная мысль пронизывает повествование? Что есть жизнь, что есть судьба? «Жизнь такая путаная,...тропки, овраги, болотца, ручейки... А судьба прямая-прямая, струночкой идешь...

Жизнь — это — размышляет автор. Судьба же — несво рабство, недаром обреченные на смерть в газовых камерах люди чувствуют, как в них чувство судьбы». Судьба не подчиняется воле человека.

Основная тема произведения Гроссмана — свобода. Понятие «воля» знакомо и дикому зверю. Но то свобода или несво бода физическая. С появлением человеческого разума смысл этих понятий изменился, стал глубже. Существует свобода моральная, нравственная, свобода мысли, непорабощенность души. Так что же важнее — сохранить свободу тела или разума? Почему именно эта философская проблема волновала автора? Очевидно, это было предо пределено той эпохой, в которой он жил. Два государства встали над миром в то время, сошлись в борьбе, и от исхода этой битвы зависела судьба человечества. Обе державы, по словам одного из персонажей романа, — государства партийные. «Сила партийного руководителя не требовала таланта ученого, дарования писателя. Она над талантом, над дарованием». Под термином «воля партии» под разумевалась воля одного которого сейчас мы называем диктатором. Оба государства были сходны между собой тем, что граждане их, лишенные официального права мыслить, чувствовать, вести себя в соответствии со своей индивидуальностью, постоянно ощущали довлеющую над ними силу страха. Так или иначе, госу дарственные здания, больше похожие на тюрьмы, были возведены и казались несокрушимыми. Человеку в них отводилась незначитель ная роль;

куда выше, чем он, стояли государство и выразитель его воли, непогрешимый и могучий. «Фашизм и человек не могут сосу ществовать. На одном полюсе — государство, на другом — потреб ность человека». Не случайно Гроссман, сравнивая два лагеря, срав нивает тоталитарные государства — Германию и Советский Союз годов. Люди сидят там за одни и те же «пре неосторожное слово, плохую работу. Это «преступники, не совершившие Разница лишь в том, что немецкий лагерь дан глазами русских военнопленных, знающих, за что они сидят, и готовых к борьбе. Люди же, находящиеся в сибирских лаге рях, считают свою судьбу ошибкой, пишут письма в Москву. Деся тиклассница Надя поймет, что тот, к кому обращены ее пи по сути, и есть виновник происходящего. Но письма продол жают идти... Сибирский лагерь, пожалуй, страшнее германского.

«Попасть к своим в лагерь, свой к своим. Вот где беда!» — говорит Ершов, один из героев романа. К страшному выводу приводит нас Гроссман: тоталитарное государство напоминает огромный лагерь, где заключенные являются и жертвами, и палачами. Недаром в ла герь желал бы превратить всю страну «философ» в прошлом органов безопасности, ныне попавший в камеру на Лубянке, но продолжающий что «в слиянии, в уничто жении противоположности между лагерями и запроволочной жизнью и есть... торжество великих принципов». И вот два таких государства вступают в войну друг против друга, исход которой ре шался в городе на Волге в сорок втором году. Один народ, одурма ненный речами своего вождя, наступал, мечтая о мировом господст ве;

другой, отступая, не нуждался в призывах — он копил силы, го товясь отдать миллионы жизней, но победить захватчика, защитить Родину, Что происходит с душами тех, кто теснит армию противни ка, и что происходит в сердцах теснимых? Для того чтобы повернуть врага вспять, мало довлеющей над народом власти, необходима сво бода, и в это тяжелое время она пришла. Никогда раньше люди не вели таких смелых, правдивых, свободных разговоров, как в дни бо ев под Сталинградом. Дыхание свободы ощущают люди в Казани, в Москве, но сильнее всего она в «мировом городе», символом которо го станет дом «шесть дробь где говорят о тридцать седьмом годе и коллективизации. Борясь за независимость Родины, люди, подобные Ершову и Грекову, борются и за свободу личности в своей стране. Греков скажет комиссару «Свободы хочу, за нее и воюю». В дни поражений, когда вольная сила поднималась с самого дна людских душ, Сталин чувствует, что... побеждали на полях сра жений не только сегодняшние его враги. Следом за танками Гитлера в пыли, дыму шли все те же, кого он, казалось, навек усмирил, успо коил. «Не только история судит Сам Сталин пони мает, что если он будет побежден, то ему не простится то, что он сде лал со своим народом. В душах людей постепенно поднимается чув ство русской национальной гордости. В то же время прозрение при ходит к окруженным немецким солдатам, к тем, кто несколько ме назад давил в себе остатки сомнений, убеждал себя в правоте фюрера и партии подобно обер-лейтенанту Баху. Сталинградская операция определила исход войны, но молчаливый спор между побе дившим народом и победившим государством продолжается. Так кто же победит — государство или человек? Ведь с человека начина ется свобода. Тоталитарная власть подавляет, чувство страха за жизнь сковывает, рождает покорность перед этой властью. Однако многие люди искренне верят, что в преклонении перед государст вом, партией, в восприятии высказываний вождя как святых истин заключена их сила. Такие могут не согнуться перед страхом смерти, но с содроганием отвергают сомнения в том, во что верили на протя жении жизни. Таков старый большевик, ленинец услы шав из уст гестаповца Лисса то, что мучило его, в чем он даже в ду ше боялся себе признаться, лишь на мгновение утрачивает уверен ность: «Надо отказаться от того, чем жил всю жизнь, осудить то, что защищал и Этот сильный, несгибаемый человек сам ищет несвободу, чувствует облегчение, вновь подчиняясь воле пар тии, одобряя отправку в лагерь смерти презирающего насилие Ер шова. Иным, подобным Штруму, потребовалось поражение для того, чтобы очеловечиться, увидеть правду, вернуть свободу своей душе. прозревает, попав в камеру, Магар, ли шившись свободы, пытается донести свои выводы ученику Абарчу «Мы не понимаем свободы, мы раздавали ее... Она основа, над базисом». Но, столкнувшись с недоверием, фана тичной слепотой, Магар кончает жизнь самоубийством. Дорогую це ну заплатил он за духовное раскрепощение. Теряя иллюзии, Магар теряет и смысл существования. Особенно убедительно показано вли яние свободы на мысли, поведение человека на примере Штрума.

Именно в тот момент, когда «могучая сила свободного слова» цели ком поглотила мысли, приходит к Штруму его научная победа, его открытие. Именно тогда, когда отвернулись от него друзья и сила тоталитарного государства давила и угнетала, Штрум найдет в себе силы не погрешить против собственной совести, почувствовать себя свободным. Но звонок Сталина задувает эти ростки свободы, и, лишь подписав подлое, лживое письмо, он ужаснется содеянному, и это поражение вновь откроет его сердце и разум свободе. Самой же силь ной, несломленной, непорабощенной человеческой личностью ока жется в романе жалкий заключенный немецкого лагеря Иконников, провозглашавший смешные и нелепые категории надклассовой мо рали. Он найдет в себе силы понять, что прежний идеал его лжив, и найти правду, смысл жизни в доброте, в «эволюции Прав Ре марк, говоря: «Когда у человека не окажется уже ничего святого, все вновь, но гораздо более человечным образом, становится для не го И лишь человеческая доброта спасет мир. Та доброта, что заставит Даренского заступиться за обессилевшего немецкого пленного, а немолодую, обездоленную войной женщину побудит протянуть пленному кусок хлеба. Иконников, веря в доброту, погиб нет раскрепощенным, провозгласит перед смертью свободу человека перед судьбой. «Если и теперь человеческое не убито в человеке, то злу уже не одержать победы» — к такому выводу придет он. «Разви ваться будет не только мощь человека, и любовь, душа Сво бода, жизнь победят рабство», — скажет и Писатель во всей глубине изведал трагическую сложность конф ликта человека и государства в сталинскую Автор «Жизни и судьбы» ведет к мысли, что, пройдя через великие трагические ис пытания XX века — кошмары гитлеризма и сталинизма, — челове чество начинает сознавать тот факт, что покорность, зависимость личности от обстоятельств, рабство внутри него оказались гораздо сильнее, чем можно было предполагать. Писателя нельзя счесть ни пессимистом, ни оптимистом. Художественное видение современно го мира у В. Гроссмана трагедийное.

Финал романа в соответствии с этим видением печален. И в этом тоже заключена глубина его правды, правды автора.

РЕЦЕНЗИЯ НА РОМАН В. С. ГРОССМАНА «ЖИЗНЬ И СУДЬБА» (III вариант) Роман Василия Гроссмана «Жизнь и судьба» — одно из тех про изведений, путь к читателю которых складывался непросто. Роман писался почти три десятилетия назад, но не был напечатан. Как и многие, он увидел свет уже после смерти автора. Можно сказать, что это одно из самых ярких и значительных произведений послевоен ной русской литературы. «Жизнь и судьба» охватывает события во енных и предвоенных лет, захватывает важнейшие события нашего бытия. Через весь роман проходит мысль о том, что во всех жизнен ных ситуациях главное — судьба человека, что каждый человек — это целый мир, который нельзя ущемить, не ущемляя одновременно интересов всего народа. Эта мысль глубоко гуманистична.

Утверждая высокий гуманистический идеал любви и уважение к человеку, В. Гроссман разоблачает все то, что направлено против человека, что уничтожает его неповторимую личность. В романе со поставляются два режима — гитлеровский и сталинский. По-мое му, В. Гроссман одним из первых наших писателей, критикуя то, что мы сегодня смело называем пытается опреде лить корни, причины этого явления. Как гитлеризм, так и стали низм уничтожают в человеке главное — его достоинство. Вот поче му роман, воюя со сталинизмом, защищает, отстаивает достоинство личности, рассматривая ее в самом центре всех поставленных во просов. Личная судьба человека, живущего в тоталитарном госу дарстве, может сложиться благополучно или драматически, но она всегда трагична, так как человек не может исполнить свое жизнен ное предназначение иначе, как став деталью машины. Если маши на совершает преступление, человек не может отказаться быть ее соучастником. Он им станет — хотя бы в качестве жертвы. Жертва может сгнить в лагере или счастливо умереть в кругу семьи.

Трагедия народа, по В. Гроссману, заключается в том, что, ведя освободительную войну, он, по сути дела, ведет войну на два фрон та. Во главе народа-освободителя стоит тиран и преступник, кото рый усматривает в победе народа свою победу, победу своей личной власти.

На войне человек получает право стать личностью, он получает возможность выбора. В доме «шесть дробь Греков совершает один выбор, а пишущий на него донос, — другой. И в этом выборе выражается суть данного человека.

Идея романа, мне кажется, заключается в том, что война у В. Гроссмана — огромная беда и в то же время огромное очищение.

Война точно определяет, кто есть кто и кто чего стоит. Есть ков, и есть Гетманов. Есть майор Ершов, и есть те, кто даже на краю смерти шарахаются от его смелости и свободы.

Новиков — умный, совестливый комкор, который не может от носиться к солдатам как к живой силе и побеждает врага военным умением на поле боя. Рядом с ним бригадный комиссар Гетма нов — человек номенклатуры. На первый взгляд он кажется обая тельным и простым, но на самом деле он живет по классовым зако нам: к себе он применяет одни мерки, а к другим — иные.

И побеждает только совесть, правда, человечность, проходящая жестокое испытание. Ни соображения Сталина, ни его лозунги и призывы не были победоносны. Дрались за другое, что-то светлое и необходимое, даже если оно прикрывалось звонким лозунгом. Де ление на категории, навешиванье ярлыков «врагов — это ушло, как навязанная фальшь. Открылось главное: во имя чего и ради чего должен жить человек, ценящий себя и свободу духа.

Очень ярким в этом смысле мне кажется образ Грекова, один из са мых привлекательных в романе. Греков не боится никого — ни не мцев, ни начальства, ни комиссара Это смелый, внутрен не свободный, независимый человек.

Дискуссии о свободе, о добре и доброте, о дружбе, о причинах полной покорности человека перед лицом тотального насилия раз вертываются у В. Гроссмана под пулями, на пороге газовой каме ры, на квартирах ученых в Казани и в камерах Лубянки. В. Гросс ман погружается в самые бесчеловечной войны и бросает взгляд на ее верхи: в штаб Еременко и в штаб Писатель наблюдает воронку, в которой одновременно прячутся от смерти русские и немец, видит физический страх и духовное благородство, святой порыв и предательство, грубость, нежность, слезы. Греков уже недвусмысленно поглядывает на радистку Катю, желая урвать от жизни хоть что-то, пока он жив. Но и это циничное чувство в конце концов растворяется в самоотрешении, и он отсылает Катю и ее возлюбленного Сережу прочь из дома, спасая их самих и их лю бовь.

Вместе с тем В. Гроссман показывает и античеловеческую сущ ность войны: осажденный Сталинград воюет на последней кромке берега, героически сопротивляются защитники города. А рядом — будничные заботы, борьба зависти, тщеславия и настоящей любви.

Впервые писатель показывает не сюжет, а философствует о вой не. Широкомасштабность охвата явлений роднит роман В. Гроссма на с толстовской эпопеей «Война и мир». У В. Гроссмана тот же размах, то же сплетение линий жизни, судеб в один узел, их схож дение в одно историческое действо.

РЕЦЕНЗИЯ НА ПОВЕСТЬ В. П. НЕКРАСОВА «В ОКОПАХ СТАЛИНГРАДА* Повесть «В окопах Сталинграда» посвящена героической оборо не города в годах.

Это произведение впервые было напечатано в 1946 году в жур нале Но сразу же было запрещено, так как в нем показы валось автором «действительное лицо» войны со всеми поражения ми и неудачами. Но самое главное заключалось в том, что в этом произведении Виктор Некрасов рассказывал, какой ценой русский народ добился долгожданной Победы!

Эта повесть очень легко читается. Она написана обыденно, про стым языком. Но это свойственно автору.

Нельзя не сказать и о том, что автор написал это произведение от первого лица, а один из главных героев — лейтенант Кержен цев — это сам автор, благородно защищавший Сталинград.

Повесть «В окопах Сталинграда» — это фронтовой дневник ав тора, в котором от начала до конца он описывает тяжелые бои, трудности, с которыми сталкивались солдаты во время войны.

Есть еще одна особенность у этого произведения: если внимате льно вчитаться, то можно заметить, что оно открыто противостоя ло законам того времени, когда государством управлял Сталин. В повести нет генералов, нет политработников, нет «руководящей роли а есть только солдаты и их командиры, есть ста линградский окоп, мужество, героизм и патриотизм русского на рода.

Командир и его солдаты — это главные герои, все без исключе ния. Все они разные, но объединены одной целью — защитить Ро дину!

Солдаты, героически оборонявшие Сталинград, не вымышлен ные люди, а фронтовые товарищи самого автора. Поэтому все про изведение пронизано любовью к ним.

Создавая образ Керженцева и других героев, Виктор Некрасов пытается рассказать нам, как война изменила судьбы, характеры людей, что такими, какими люди были раньше, до войны, они уже не станут.

Автор с глубочайшим сожалением пишет о гибели родного горо да, в котором он вырос, который он горячо любил.

Виктор Некрасов стремился донести до читателей, что только благодаря патриотизму русского народа была выиграна эта вой на!

И пусть немецкие войска были больше подготовлены к военным действиям, пусть у них было все необходимое для этого, но Победа осталась за нами! будем воевать до последнего солдата. Рус ские всегда так воюют», до окончательной победы. Эта мысль це почкой проходит через всю повесть и является основной идеей это го произведения.

Эта повесть стала бесценным даром, который оставил после себя Виктор Некрасов. Цель, которую он ставил перед со бой — изобразить войну такой, какая она есть, — была выполнена им полностью.

В нашей стране с давних пор не любили тех, кто говорил людям правду. Поэтому судьба его была определена, и ему ничего не оста валось, как уехать за границу, где он мог писать свои произведе ния и дарить их людям.

РЕЦЕНЗИЯ НА РОМАН А. Н. РЫБАКОВА АРБАТА» Во многих откликах на один и тот же мотив:

как же вовремя вышла эта книга! Считается, что книги все-таки должны выходить по мере их написания.

Отнюдь не отказавшись от этой мысли, сегодня критики правы.

Теперь, когда страсти вокруг романа поулеглись и яростные споры о нем отошли в область хоть и недавней, но все же истории, даже самые активные противники «Детей Арбата» вряд ли станут отрицать, что этой книге было суждено сыграть особую роль в нашем общественном развитии.

Именно в ходе полемики вокруг «Детей Арбата» шел невидан ный прежде процесс объединения и размежевания разных литера турных — и не только литературных — сил. Именно в ходе этой полемики обозначились отчетливые контуры грядущих обществен ных противостояний. И для и для роман явля ется чем-то вроде испытательного полигона: в ходе пробных боев многое уточнялось, укреплялись позиции, неизбежно становилось легче двигаться дальше. Именно после публикации'«Детей Арбата» и вызванной ими полемики вовсю развернулся и сделался практи чески неуправляемым поток «возвращаемой» литературы. И — оглянемся еще раз — после «Детей Арбата» по настоящему пошел, раскрутился разговор о нашей сравнительно близкой и чуть более отдаленной истории, дошедший от разоблаче ния беспримерных злодеяний «отца народов» до анализа глубин ных начал большевистского государства и личности его Разговор, в свете которого потерял недавнюю остроту и сам прогре роман Рыбакова. Этот взгляд можно позволить отнюдь не для того, чтобы убедить читателей, открывших для себя «Детей Арбата», будто бы все это произошло благодаря одному-единствен ному произведению. Но так уж сложилось, что этому роману выпа ло оказаться камнем преткновения. Начну с последнего. Нам уже доводилось сравнивать литературу советского периода с айсбер гом — на поверхности видна лишь верхушка, все остальное спрята но под водой. В те далекие годы, как бы то ни было, но полностью в ту пору было дано далеко не каждому, у каждого ставились свои пределы. Все светские люди мечтали, что пределов в обозримом будущем вообще не будет — такую перспективу с огромным трудом способно было переварить сознание человека. Но даже самые вольнодумные из нас продолжали оставаться советски ми людьми, воспитанниками этой системы.

Словом, в той или иной мере, с теми или иными оговорками на ше сознание оставалось «айсбергом». Такими и пришли к чтению романа «Дети Арбата».

Резонанс в печати, какого еще не вызывало ни одно произведе ние тогдашней литературы. Тому виной служили несколько при чин. И первой, главной была фигура Сталина, которой автор отдал первостепенное Если вспомнить тот образ человека с труб кой, который еще недавно во множестве копий представал перед нами из книг, — контраст был разительным. Не «строгий, но спра Отец, несущий тяжкое бремя ответственности за под данных своей необъятной державы, — кровавый деспот, паук, пле тущий нити заговора против своих вчерашних соратников, хладно кровно подготавливающий убийство Кирова, чтобы развязать тер рор. Показывая своего героя изнутри, раскрывая отчасти в подроб ных внутренних монологах его психологию и, главное, философию, Рыбаков обращался к самым серьезным вопросам нашего историче ского бытия — вопросам, которые в таком прямом виде еще никог да не вставали со страниц нашей литературы. Сталин, Киров, Яго да, Ежов. Арестованные, допрашиваемые, ссыльные. Коридоры тю рьмы и — коридоры власти. Скрытая от посторонних взоров жизнь НКВД. Подоплека политических процессов. А ведь еще Москва тридцатых годов, где страх и подступающие прозрения мешают с бесшабашным весельем, где не только томятся в тюремных очере дях, но и коротают время в «подвальчиках», прожигают жизнь в ресторанах, от души смеются и от души танцуют, заводят знаком ства.

«Дети Арбата» вышли «достаточно полнокровными — достаточ но для того, чтобы выглядеть «живыми людьми». Прочтение под линных миссий, неизбежная дань «правилам игры», которые за ставляли писателя даже в самой смелой своей смелости проявить осторожность. Сегодня можно сказать, что это была полемика с кляпом во рту, во всяком случае, начиналась она именно так. Сам роман был поставлен в ложное положение: как в старые добрые времена. В результате «Дети Арбата» были выдернутыми из общего литературного ряда.

В романе автор учит нас, как достойно сражаться с противни ком, использующим то обстоятельство, что писатель делает предме том изображения Москву 1934 года, для обвинений его в равноду шии к судьбам российской деревни третьего годов? С противником, из того факта, что автор рисует героев рома на детьми своего времени, живущими в Москве на Арбате, делаю щим вывод, будто его волнует лишь трагедия «своих» в противопо ложность трагедии «общенародной», — вот смысл названия романа Рыбакова «Дети Арбата». Давал ли автор повод упрекать себя в равнодушии к судьбам российского крестьянства, в том, что за тра гедией арбатских детей и коммунистов он не увидел трагедии «на Нет, не давал. Давал ли он повод упрекнуть свой роман в сложности понимания? Был ли он полностью свободен в своих воз зрениях на истоки потрясших Россию катаклизмов? А ведь «Дети Арбата» были к тому же произведением незаконченным, может быть, крайне важной, но все-таки частью полотна, задуманного пи сателем. В самом деле, откуда нам знать, как будет развиваться за мысел и к чему в конце концов придет автор и его герои? Даже и сейчас, когда прочитаны еще две книги, продолжившие «Детей Ар мы не имеем права сказать, будто этот замысел нам стопро центно ясен. В «Детях Арбата» Саша Панкратов говорит философу Всеволоду Сергеевичу: «Ленин тоже не отрицал вечные истины, он сам на них вырос. Его слова об особой классовой нравственности были вызваны требованиями момента, революция — это война, а война жестока. То, что для Ленина было временным, жестокой необходимостью, Сталин возвел постоянное, вечное, возвел в всем вашем благородстве, Саша, — отвечает Всеволод Сергеевич, — у вас есть одна слабинка: из осколков своей веры вы пытаетесь испить другой сосуд. Но не получится: осколки соединяются только в своей прежней форме». Слова слишком зна чимы, чтобы оказаться в романе случайно. Но теперь не до конца понятен замысел автора... В «Тридцать пятом...» показано, как осколки мировоззрения сами соединились в прежней форме.

Новый роман не подтвердил догадки критики. Но означает ли это, что догадка в принципе была неверна? Если подумать прежде потому, что все мы слишком знаем, как долго и му чительно избавлялось наше общество от иллюзий, как, даже прой дя через испытания, несопоставимые с Сашиными, люди продол жали держаться пусть не за Сталина, так хоть за Ленина, некото рые герои романа пытаются жить по меркам партии, они не знают весь ужас, который творится буквально у них под носом, а кто не может привыкнуть ко лжи, те погибают, не выдерживая «паути Сталина. Так что, рисуя своих героев такими, писатель не по грешил против истины. И, видно, правда Сашиного характера и ха рактера времени заключается как раз в том, что ни на Арбате, ни в тюремной камере, ни даже в сибирской ссылке не дано ему еще бы ло прозреть. Лишь пройдя через мытарства главного героя Саши, человека с в паспорте, через унижения, связанные с устройством на работу, с ежедневным страхом снова «загреметь» и увлечь за собой других, лишь совершив над собой нравственное на силие и подняв руку за смертную казнь людям, — лишь пройдя че рез все это, Саша начинает догадываться и о своей вине:

«То, что происходит сейчас, — неизбежное следствие того, что про исходит тогда. Тогда он сам требовал от других победных гимнов, теперь того же требуют от В свете двух последующих книг несколько по-иному читаются и «Дети Арбата». Нет, в замысел автора не входит скорый суд над ге роями, как не входило и вынесение окончательных исторических приговоров. Кто рассуждает у Рыбакова о Ленине? Сталин, Саша Панкратов, Киров, Будягин. Кого из них можно назвать идей» писателя? Рыбаков не ушел от вопроса об исторической вине героев и вождей революции в той крови, что пролилась и прольет ся, — он обошел этот вопрос. Причем обошел вполне в духе «айс времен, в расчете на понятливого читателя. И кто знает, что пригрезится в последнем, смертном дыму герою гражданской войны Будягину: может, он, проходя через пытки, как и Саша Панкратов, помнит: «то, что происходит теперь, — неизбежное следствие того, что происходило тогда?» «Наступают черные време — кончились «Дети Тридцать седьмой год у Рыбако ва — это уже апофеоз страха. Страха. Страха и лжи. Люди отъеди няются друг от друга и замолкают, рушатся человеческие контак Страх делает людей палачами. Так говорит Варя своей право верной сестре Нине после того, как ту вызывали в райком. Неизме римая, нескончаемая цепь страха: от Сталина — и вниз, вниз, вниз. Где каждый — звено этого страха. Критики упрекают Рыба кова в длиннотах, в перенасыщенности фактическим материалом, в ослабленности мотивов. Писатель торопился, и его можно понять. Сейчас мы читаем Рыбакова глазами людей, для которых возвращенное прошлое еще не остыло. Но когда это все уляжется и отойдет в область далекой истории, то люди будут бо лее лояльны к подобным романам. Сегодня, когда напечатано чуть ли не все из «потаенной» литературы, кажется, перешагнули порог долгожданной свободы слова, очень велик соблазн противопостав лять одних писателей другим. Каждый писатель — если это чест ный писатель — вершит дело своей Скажем, Рыбаков напи сал Арбата» в 1987 году, а время взял вые годы Москвы. Нам есть за что испытывать благодарность к Анатолию Рыбакову. «Арбатская эпопея» еще не закончена. Так что дай Бог писателю довести свой замысел до конца. А пока этот роман стал историческим занавесом, который открыл нам глаза на недалекое прошлое нашей страны.

РЕЦЕНЗИЯ НА РОМАН В. Д. ДУДИНЦЕВА ОДЕЖДЫ» Любите ли вы читать? Если вас интересуют не только детекти вы, криминальные истории, любовные романы, так часто встреча ющиеся сегодня на книжных развалах, если для вас чтение — не просто способ убить время, если вы любите вместе с автором и геро ями поразмышлять о волнующих человечество проблемах, вам, на верное, будет интересно познакомиться с романом В. Дудинцева «Белые Роман В. Дудинцева одежды» увидел свет через три дцать лет после написания. А когда он наконец был опубликован, автор получил Государственную премию. возможно, нам покажется странным, что за искренность рассказа о действительно сти, за правду произведение постигла такая тяжелая участь в нача ле пути. Роман «Белые одежды» открывает те страницы истории, которые раньше не были известны людям.

Из этой книги мы узнаем о жизни и работе ученых-биологов, за нимающихся очень полезным для всех делом — выведением новых сортов картофеля. Но, увы, их работа не согласуется с одобренной партийным руководством, главным представителем ко торой в романе выступает академик Рядно, а в реальной жизни — Лысенко. Тех, кто не поддерживал их идеи, объявляли «врагами Вот в такой обстановке работал Иван Ильич и его настоящие друзья и помощники. Сразу возникает вопрос: поче му людям приходилось скрывать полезную работу, бояться из-за нее быть сосланными или расстрелянными? Но тогда словно определялась другими законами. Сложный путь их понимания и обдумывания прошел главный герой романа Федор Иванович Деж кин. Его жизнь — это не просто смена взглядов от поддержки пози ций академика Рядно до полного научного духовного соединения со и его друзьями. Путь — путь поиска ис в том мире. Этот сложен. Еще когда Федор Иванович был ребенком, его учили только правду, всегда быть искренним. Чистая детская душа верила этому, пока жизнь не научила героя самостоятельно оценивать свои поступки и действия других. Взрослея, он начинает понимать, что в окружаю щем его мире искренность далеко не всегда служит добру. Чаще как раз наоборот. Для защиты истины не раз при ходилось скрывать свои настоящие взгляды и играть роль убежден ного сторонника академика Рядно. Только такое поведение помога ло ему миру подлости, лжи и доносов. Но в главных вопросах герой не пойдет на компромисс со своей пони мая, что нельзя закрывать чем-либо «белые истину, пото му что, «когда время снять это что-нибудь, белых одежд там и не Эпиграфом к роману автор взял вопрос из Откровения Иоанна Богослова: «Сии, облеченные в белые одежды, — кто они и откуда Действительно, кто же они? Думаю, это Дежкин, Стри полковник Свешников, их настоящие друзья — все, кто не менял своих взглядов под давлением обстоятельств, служил вечной истине, Их интересуют не слова, а результат, к которому они стремятся. Ради нескольких лет относительно спокойной рабо ты Стригалев даже отдает Рядно свой новый сорт картофеля. Герои настолько честны, бескорыстны, преданы своему делу, что они ка жутся святыми и выделяются на фоне завистливых, властолюби вых людей своими «белыми Сложно сохранить их чис тоту среди черного, жестокого мира. Но героям это удается. И на высшем суде именно по белым одеждам можно будет узнать насто ящих людей. По-моему, именно смысл вложил автор в назва ние романа.

Но далеко не все герои этого произведения в «белых Ведь многие люди искали в жизни другое, стремились к власти, к славе любыми путями. Бесчестные и жестокие поступки Краснова, Рядно, нечем оправдать, потому что их была личная выгода. Но те блага, которые нужны были им, — времен ные. «Добро... сегодня для многих звучит как трусость, вялость, нерешительность, подлое уклонение от обязывающих — замечает Дежкин, И очень немногие люди понимали, что все это — «путаница, накрученная тихим злом, чтоб легче было действо поэтому выбор между добром и злом каждый делал Проходило время, и факты брали верх над ложной теорией, по беждала истина. Все становилось на свои Не удалось защи тить диссертацию Анжеле Шамковой, поддерживавшей взгляды Рядно, из-за подведения результатов под теорию. Около самого ака демика на заседаниях остаются пустые кресла. Помня его прошлое, никто уже не хочет составлять ему компанию. «Если ты считаешь, что наука — это значит отправлять людей... ты знаешь куда... Та ким биологом я не — говорит ему бывший соратник, отрека ясь от его идей. А сам Рядно не понимает, почему он терпит пора жение, если раньше имел огромную поддержку.

Роман «Белые одежды» еще раз показывает, что человек дол жен опираться в жизни только на истину, сохранять свои духовные ценности независимо от мнения большинства. Только тогда он остается личностью.

Не поскупись на холод ссылок и мрак отринутых страстей, но дай исполнить все, что в силах, но душу по миру рассей, — пишет поэт Б. А. Чичибабин в стихотворении «Молитва». Навер ное, эти слова вполне искренне могли произнести все настоящие люди. Судьбы многих из них сложились трагически. Но то, во что они вложили душу, осталось. Многие достижения науки сохрани лись и получили свое дальнейшее развитие даже в самые суровые годы благодаря самоотверженной работе настоящих ученых. Но Дежкин, Стригалев и их друзья — герои не только того времени.

Для многих они могут стать примером и сейчас. Книга поможет внимательному читателю найти истину и сделать нравственный вы бор в сложных жизненных ситуациях.

РЕЦЕНЗИЯ НА ПОВЕСТЬ А. ПРИСТАВКИНА ТУЧКА Начиная писать рецензию на произведение Анатолия Пристав кина «Ночевала тучка хочется написать и о самом авто ре. Ведь рецензия — это не только анализ положительных и отри цательных сторон произведения, но и попытка проникнуть в саму суть, истоки и корни написанного.

А. Приставкин, автор повести «Ночевала тучка золотая», ро дом, как и все мы, из своего детства. Но привычная для его сверст ников формула «мы родом из предполагает уточнение.

А. Приставкин родом из детдома военных лет, где легче было уме реть, чем выжить.

В писателе сильна была ранняя, по определению Ф. М. Достоев ского, первая память. Память эта — безотрадно горька, но А. При ставкин ей не изменяет, не ищет в ней утешения, не пытается тем ные стороны уравновесить светлыми. Сам писатель не без удивле ния вспоминает свое нищее детство, бродяжничество;

неужели так было?

Повесть Анатолия Приставкина «Ночевала тучка золотая» — это война, ее уголок, не освещенный ни вспышками «Катюш», ни россыпью победных фейерверков;

тайна, порожденная не фронто вой необходимостью, а гнусностью замысла и осуществления. Те перь-то тайна раскрыта, теперь мы читаем у А. Приставкина о дет домовцах-близнецах отправленных из Подмосковья в благодатный на Кавказ, где сказочно тепло и сытно.

Души в повести детские;

судьбы, искореженные войной, сирот ством, уголовщиной. Беспризорный, беспощадный мир. Со своими законами и своим беззаконием.

ожидает такое, о чем невозможно догадаться в начале повести, с первых страниц не обещавшей легкого, беспеча льного чтения. Какая тут когда подмосковный детдом живет одной исступленной думой: «вдохнуть опьяняющий, дурма нящий запах».

Никому не нужными семенами летят через войну, через разру шенные земли братья. Они умеют выйти если и не сухими из воды, то хотя бы не пойти ко дну, не пустить пузыри. Родство по крови переходит в родство душ. Одиннадцатилетние близнецы неразлуч ны. Это помогало им выжить, сносить все напасти, сообща мошен ничать, воровать. Они всегда вместе — четыре руки, четыре ноги, две головы — и до того похожи: никто не отличит — Колька это или Сашка. Близнецы искусно всех морочили, и, даже когда не бы ло необходимости, один выдавал себя за другого. Выручая друг друга, было легче уцелеть в гибельных обстоятельствах. Их скрыт ность стала самой натурой. Близнецы откровенны только друг с Откровенность эта в том внутреннем единении, когда один настолько дополняет второго, что они по отдельности не мыслят, не представляют собственного существования.

Беда сближает тех, кто попал в нее. Когда на станции Кубань эшелон с беспризорниками встречается с глухо зарешеченным эше лоном, где изнывают взаперти черноглазые люди, Колька, не пони мая, что просят воду, протягивает ладонь с ягодами терновника.

На естественный порыв способен только мальчонка-беспризорник.

Станция живет своей жизнью, не желая слышать крик и плач из запертых теплушек;

из репродукторов доносится «Широка страна моя Печально и эта главка, намекая на роковую неслу чайность встречи двух эшелонов, «Наши поезда постояли бок о бок, как два брата-близнеца, не узнавшие друг друга, и разошлись навсегда, и вовсе ничего не зна чило, что ехали они — одни на север, другие на юг. Мы были свя заны одной судьбой». Эту связь сам писатель осознал и понял не сразу. И до сих пор мы связаны со страшными деяниями, которые привели к горю и гибели тысяч и тысяч людей. Человек, открыв ший существование народов-изменников, слыл специалистом по национальному вопросу. Им был разработан план борьбы с этими народами, правда, до конца превратить теорию в практику даже ему не удалось — не удалось покарать целиком все народы за то, что и среди них попадались предатели, перебежчики. Однако тео рия осела в головах и в памяти людей оскорбительными кличками, «теориями» о «национальной «национальных болезнях» и так далее.

Следствия ее — в событиях Степанакерта и Сумгаита, Риги и Тбилиси, в чеченской войне.

А в 1944 году укрывшиеся в горах чеченцы уничтожили дет ский дом. Сашка погиб смертью чудовищной, изуверской. Сцену, написанную А. не часто встретишь в нашей лите ратуре. Колька своими глазами увидел, какую смерть принял его брат. От увиденного помутился рассудок. Когда Колька везет на те лежке мертвого брата с выклеванными вороной глазами, он будто действует по инерции, осуществляет прежний их план удрать с ги бельного Кавказа. Сашка для него еще живой, и он хочет, чтоб то было удобно в тележке, а в собачнике, железном ящике под ва гоном, не было холодно, Колька вел воображаемый разговор с убийцей: «Слушай, чечен, ослеп ты, что ли? Разве ты не видишь, что мы с Сашкой против тебя не воюем! Нас привезли сюда жить, так мы и живем, а потом мы бы уехали все равно. А теперь, ви дишь, как выходит... Ты нас с Сашкой убил, а солдаты пришли, тебя убьют... А ты солдат станешь убивать, и все: и они, и ты — погибнете. А разве не лучше было то, чтобы ты жил, и они жили, и мы с Сашкой тоже чтоб рассуждения настоль ко бесхитростны, что едва не отдают юродством. Колька, привык ший быть для Сашки руками и ногами, на извечный вопрос: «Ты Колька или Сашка?» — теперь отвечает: «Я — обои! В новом своем качестве Колька странен. А как остаться не странным, пережив та кое? Странность усиливается появляющимся взамен мертвого, которому так и предстоит вечно колесить по стра не в железном собачнике. «Нового Сашку» зовут — это че ченец, сверстник Кольки. Такой же одинокий, неприкаянный сын войны, лишившей его крыши и родителей. В придачу право жить в родимом краю. Они сближаются, когда заболевший Колька в бреду зовет брата, а над ним склоняется Алхузур, на ломаном русском языке уверяя: я и есть «Саек». Заботой, смелостью, готовностью делить любые опасности Алхузур доказывает свое право стать Ко братом, называться Колька и Алхузур ве дут себя, не сообразуясь с правилами, заповедями, каких придер живаются взрослые. Над ненавистью, жаждой мести возобладала братская любовь. Любовь помогла прежним помогает и новым.

Анатолий Приставкин своей книге не делает вид, будто былое поросло быльем. «А ведь, не скрою, — пишет А. Приставкин, — приходила, не могла не прийти такая мысль, что живы, где-то су ществуют все те люди, которые от Его имени волю его Возможно, писатель снял груз, часть груза с собственной души, но читательские души не очень-то облегчил. Но настоящая литерату ра — в последнее время мы опять-таки в том убедились — не спе шит навеять «сон золотой». Она призывает читателей к раздумьям и душевной работе, к сомнениям в себе, вниманию к окружающим.

Она служит предостережением будущему.

РЕЦЕНЗИЯ НА ПРОИЗВЕДЕНИЯ В. С. ПИКУЛЯ Существует русская поговорка: «Иван, не помнящий родства».

К сожалению, в смысле знаний нашей истории очень многие люди стали такими «Иванами», а ведь без истории не может быть образо ванного человека. Настоящее можно понять только через прошлое, а сейчас очень важно понять наше настоящее. Литература, учите льница жизни, должна прививать интерес и любовь к прошлому нашей и других стран. В этом отношении Валентин Саввич Пикуль для широкой публики часто выступает первооткрывателем. Ведь некоторые его романы освещают те страницы, которые были знако мы в основном лишь узким специалистам. Известный историк ака демик Б. А. Рыбаков отметил, что В, С. Пикуль «делает очень по лезное патриотическое а его романы немалую роль в нынешнем усилении тяги к истории, Я давно знаком с творчеством Пикуля. Это и отличный учебник жизни, и увлекательный, сюжет.

писателя помогли мне полюбить историю России. Мне нравится масштабность его взгляда, стремление вобрать в повествование как можно больше событий, мест, героев. романы Пикуля, не только погружаешься в прошлое, но и задумываешься над настоя щим.

В истории нашей страны много славных и бесславных войн, не мало и дипломатических интриг. Одним из напряженных периодов была Семилетняя война в XVIII веке. Писатель обращается к этому эпизоду в романе «Пером и Сюжет построен вокруг исто рии одного французского дипломата. Его любопытная фигура дает писателю возможность показать тугой узел интересов и противоре чий ведущих европейских стран. Мы видим корыстолюбие и глу пость, а порой и трусость ряда русских и наряду с этим подлинных патриотов. Один из них генерал Салтыков, автор опи сывает его как тихого старичка, который вперед никогда не лез и около престола не крутился, но именно он оказался истинным победителем прусского короля Фридриха героем всей европей ской войны. Он был прекрасным полководцем, понимавшим солда та. Завистники не простили ему К сожалению, война не принесла пользы России, хотя славы и ей доба вила.

Диапазон исторических эпох, описываемых романистом, велик.

В 1987 году он завершил цикл романов о русско-японской войне годов. Хотя эти события уже нашли отражение в совет ской литературе, Пикуль рассказывает о войне по-своему. Писа тель считает, что история не терпит шаблонов, с которыми у нас подходили к тем или иным событиям и личностям. Он напоминает о том, что, хотя мы привыкли считать Цусимское сражение пора жением царского флота, мы забываем о высоком мо ряков, о том, что матросы и офицеры заведомо что погиб нут, но честь России была для них дороже жизни!

В последнем романе своей эпопеи Пикуль рассказы вает о каторжанах на Сахалине. Раскрывается неизвестная страни ца истории. Когда на остров пришли японцы, ссыльные стали за щищать свою страшную, жестокую тюрьму! С большим мастерст вом исследует писатель истоки патриотизма у этих преступников.

Несмотря на все пороки их характера и воспитания, они остаются русскими и сражаются, погибают за свою Родину.

Большое впечатление на меня производит роман «У последней об авантюристе Гришке Распутине и последних годах цар ского дома Романовых. Романист прекрасно показал нравственное и духовное убожество власть имущих перед революцией. Люди, у которых в руках была судьба страны, сами оказались чуть ли не игрушкой темного мужика, мистика и колдуна Распутина.

Романы Пикуля построены на контрастах, на нии патриотов и предателей, честных, преданных людей и карьери стов, хапуг, смелых и трусов. Перед нами встает такая галерея и значительных, роковых и ничтожных фигур, без кото рых наша духовная культура была бы намного беднее. Но в то же время не всегда можно оправдать копание писателя в интимных подробностях, выпячивание и смакование их. Возможно, это одна из причин того, что некоторые люди считают романы Валентина Пикуля бульварными. Но надо ценить то, что Валентин Пикуль от крыл для нас эпизоды истории, сделал их живыми, заполнил инте ресными лицами, помог многим полюбить историю.

Спасибо писателю!

РЕЦЕНЗИЯ НА СБОРНИК РАССКАЗОВ Л. ПЕТРУШЕВСКОЙ Людмилу Петрушевскую долго не печатали, так как ее рассказы считали слишком мрачными. В одном рассказе — самоубийство («Грипп»), в другом — помешательство любовь»), в третьем — проституция («Дочь Ксении»), в четвертом — прозя бание несчастной семьи запрещенного и забытого писателя («Козел Рассказы, о которых пойдет речь, были написаны в конце шес восьмидесятых годов. В своих произведениях описывает современную жизнь, далекую от благопо лучных квартир и официальных приемных. Ее герои — незамет ные, замученные жизнью люди, тихо или скандально страдающие в своих коммунальных квартирах и неприглядных дворах. Автор приглашает нас в ничем не примечательные служебные конторы и на лестничные клетки, знакомит с разнообразными несчастьями, с безнравственностью и отсутствием смысла существования.

Невозможно не сказать о своеобразном языке Петрушевской.

Писательница на каждом шагу пренебрегает литературной нормой, и если у Зощенко, например, автор выступает от имени внелитера турного рассказчика, а Платонов создал собственный язык на осно ве общенародного, то тут мы имеем дело с вариантом той же зада чи. Петрушевская при отсутствии рассказчика пользуется языко выми нарушениями, встречающимися в разговорной речи. Они не принадлежат ни рассказчику, ни персонажу. У них своя роль. Они воссоздают ту ситуацию, при которой возникают в разговоре. На таком необычном построении и звучании и держится ее проза.

Петрушевская пишет короткие рассказы. Среди них есть такие, что занимают две-три странички. Но это не миниатюры, не этюды или зарисовки, это рассказы, которые и короткими-то не назовешь, если учесть объем входящего в них жизненного материала.

Рассказ «Дядя написан от первого лица. Молодая жен щина снимает на лето часть сарая в подмосковном поселке и нево льно наблюдает жизнь своих хозяев: дяди Гриши, тети Симы и их взрослых детей. И вот странность — она о них не рассказывает, а только упоминает. Может быть, потому не рассказывает, что ниче го не происходит? Да нет, происходит, еще как происходит — дядю Гришу убивают. Но об убийстве мы узнаем от нее почти случайно, из попутного, сделанного вскользь замечания.

Чуть ли не в каждом абзаце обсуждается опасность одинокого проживания на отшибе, вступающая в противоречие с чувством безопасности, которое испытывает героиня и которому, удивляясь, она придает какое-то преувеличенное значение. Мотив опасности (безопасности) звучит на протяжении всего рассказа. Так основате льно исследуется этот вопрос, что вырастает почти в проблему. За чем — не сразу разберешь, но именно он формирует сюжет, кото рый сам по себе на удивление мало о чем говорит: кто находится в опасности, остался невредим, а тот, кто ее не ждал, сражен свое нравным роком. Что-то водевильное, анекдотическое содержится в капризе обстоятельств, несмотря на убийство.

А рассказ-то грустный. Что именно вызывает горькое чувство?

Смысл складывается из разнородных элементов, из обмолвок и по второв, топтания на месте, проходных сценок и отступлений, сплошного, можно сказать, отступления, ибо отсутствует сюжетная линейность. На что это похоже? На стихи. Сюжет в поэзии строит ся иначе, чем в прозе, — свободно, ассоциативно, непоследователь но.

Вместо того чтобы развиваться, сюжет у Петрушевской концен трируется вокруг какого-то одного момента или эпизода. Напри мер, «Удар Само название концентрирует внимание на од ном моменте. Внезапное вмешательство в телефонный разговор тре тьего лица, очевидно по параллельному телефону, было воспринято героиней как удар грома и положило конец и телефонному разгово ру, и вообще знакомству. Между делом выясняется характер вось милетних отношений действующих лиц — некоего Зубова и его приятельницы Марины, их семейные обстоятельства и служебное положение, но согласно строению сюжета все эти сведения предста ют как дополнительный материал к минутной ситуации телефонно го разговора.

В рассказе «Милая дама» описан момент отъезда. Человек си дит в такси на заднем сиденье и посылает прощальную улыбку сни зу вверх, адресованную молодой женщине, «милой даме», с кото рой расстается навсегда. То, что читателю сообщается о нем и о ней, пристегнуто к этому моменту: в центре сюжета — одна проща льная сцена.

Не развертывая, а, наоборот, сворачивая жизненное событие, Петрушевская выделяет в нем проходной эпизод, не итоговый резу льтат: телефонный разговор, отъезд в такси.

Автор, и это еще одно свойство прозы Петрушевской, всеми силами скрывает, подавляет и сдерживает свои чувства. Огром ную роль в своеобразии ее рассказов играют повторы, создающие впечатление упорной сосредоточенности, которая владеет автором до забвения формы, до пренебрежения «правилами хорошего сти Например, в рассказе грома» только в одном абзаце четы ре раза повторяется слово «факт» и три раза — «плоскости». Вид но, заинтересованность в предмете совершенно переключила вни мание рассказчика с формы речи на суть дела. Не будет преувели чением сказать, что весь текст буквально прошит повторяющимися словами и словосочетаниями, которые изредка разбавлены выпада ющими из стиля и потому особенно красноречивыми выражениями вроде «нежные лепестки» — о люстре.

Страстное разбирательство — вот что такое жизнь в рассказах Она — лирик, и, как во многих лирических стихах, в ее прозе нет лирического героя и не важен сюжет. Ее речь, как речь поэта, сразу о многом. Конечно, не всегда сюжет ее рассказа непересказуем и незначителен, но главное в ее прозе — всепогло щающее чувство, создаваемое потоком авторской речи.

В литературе годов Л.

не осталась не замеченной благодаря ее способности соеди нять поэзию и прозу, которая придает ей особую, необычайную ма неру повествования.

РЕЦЕНЗИЯ НА РАССКАЗ Л. ПЕТРУШЕВСКОЙ «НОВЫЕ РОБИНЗОНЫ» вариант) Людмила Петрушевская среди современных писателей стоит особняком. Ее пьесы и рассказы не могут не заставить человека ду мать о жизни, о смысле и цели существования. Она пишет прежде всего о проблемах, волнующих людей, о наиболее важных вопро интересующих человека.

В рассказе «Новые писательница рисует картину бегства, бегства главных героев от действительности, от мира, в ко тором живут и мучаются миллионы людей.

Жизнь невозможна в такой бесчеловечной цивилизации. Жесто кость, голод, бессмысленность существования — все это становится причиной бегства от такой жизни. Человек не хочет отвечать за все то, что творится в мире, не хочет нести ответственность за смерти людей, за кровь и грязь.

Вот так и попала обычная городская семья в заброшенную и глухую деревеньку. Они сбежали, не смогли больше терпеть того режима, той системы, в которой находились: «Мои мама с папой решили быть самыми хитрыми и в начале всех дел удалились со мной и грузом набранных продуктов в деревню, глухую и забро шенную, куда-то за речку Приехав в это забытое богом место, они тотчас же взялись за ра боту: «Отец копал огород... посадили Началась новая жизнь. Здесь все нужно было начинать заново, строить новую, дру гую, не похожую на ту жестокую, лучшую жизнь.

«Во всей деревне было три старухи...» И только у одной из них была семья, которая иногда приезжала за солеными огурцами, ка пустой и картошкой. Одиночество стало уже привычным образом жизни. Другой старости у них и нет. Они уже привыкли жить в го лоде, холоде и нищете, они смирились с такой жизнью. Марфутка, одна из старух, даже не выходила на огород, она «пережила еще одну и, видимо, «собиралась умирать от голода».

в которой оказались все жители деревни, безысход ная. Кто-то пытается выжить, а кто-то устал от постоянной борьбы за бессмысленное существование.

Семейство, только что приехавшее сюда, нашло как бы свой «островок Они сами выбирали себе такой путь, не смогли больше быть жертвами. И я считаю: правильно сделали. Зачем тер петь жизнь, в которой плохо, если можно самим сделать ее лучше.

Главный герой рассказа — отец, глава семейства. Это он решил, что настоящая жизнь — жизнь в изоляции. Он надеется на себя, на свои силы, на то, что он сможет обеспечить существование своей жене и дочери.

В рассказе также важен образ маленькой девочки Лены, мать которой, пастушиха Верка, повесилась в лесу от нехватки денег на таблетки, «без которых она не могла*. Лена — символ будущего.

Маленькая девочка, у которой еще вся жизнь впереди. Ей только предстоит узнать и, может, даже пережить эту жизнь. Вместе с ней представителем будущего поколения является мальчик, малыш, подброшенный беженцами. Его нашли на крыльце и прозвали Найден. Эти дети только в будущем поймут, как же надо бороться за существование, за лучшее, за светлое.

Какая судьба их ждет? Неужели и они смирятся, станут жерт вами?

У героев рассказа, молодой семьи, есть все: дети, хлеб, вода, любовь, в конце концов. Жизнь еще не закончена, она все еще про должается, только надо за нее бороться, сопротивляться всему, что мешает. Надо надеяться на лучшее и никогда не думать о плохом.

В такой трудной и жестокой жизни нельзя быть слабыми, нельзя быть пессимистами, иначе можно сильно за это поплатиться.

Жизнь учит всему, многих она бьет так сильно, что ее уроки на всегда остаются в памяти. Надо иметь огромную силу воли, для то го чтобы противостоять ей.

Нельзя ни на минуту.

Главный герой убежал, он сдался. Не смог справится с трудно стями. С одной стороны, конечно, он правильно сделал. Другого выхода не было. Только изоляция. А с другой стороны, он просто слабый человек. Он не способен на борьбу.

Он остался один на один с собой, со своей бедой, но, похоже, он этим доволен. Вспомним, например, эпизод с приемником:

«Однажды отец включил приемник и долго шарил в эфире.

Эфир молчал. То ли сели батареи, то ли мы одни на свете. У отца блестели глаза: ему опять удалось сбежать!» Похоже, он доволен тем, что остался один на «краю света». Те перь он не зависит ни от кого, кроме себя. Он никогда больше не увидит того, что творится за пределами деревни. Он благодарен су дьбе за свое спасение. Они вырвались из железной клетки, улетели в никуда, оторвались от того, что губит и человека, и все доброе в человеке. У них есть все и в то же время у них нет ничего. У них нет самого главного будущего. В этом и есть трагичность расска за. Приостановлено развитие общества, они изолированы от окру жающего мира, от других людей. Так тоже жить нельзя. Из этого не выйдет ничего хорошего. Будущее зависит только от нас самих, каким мы его сделаем, таким оно и будет. Мир, изображенный в рассказе, бесчеловечен. И я думаю, что пытается по казать то, что именно мы сделали его таким. Мы виноваты. И мы должны переделать его. Для этого автор рассказывает нам о семье, хоть к не способной на борьбу, но отказавшейся от такой никчемной жизни. По моему мнению, Петрушевская высказала свою мечту о строительстве новой, отличной от другой жизни. Она имела в виду то, что мы должны бежать, мы не должны Нам не нужна жизнь без смысла, нам не нужно лишь существова ние. Мы все должны добиваться лучшего, все вместе, только тогда что-нибудь изменится.

РЕЦЕНЗИЯ НА РАССКАЗ Л.

«НОВЫЕ РОБИНЗОНЫ» Главная этого рассказа-антиутопии — тема бегства от ци вилизации, самоизоляции от царящего тоталитарного режима, от лжи, жестокости и насилия — трех главных столпов, на которых и держится это государство, в котором живут герои. Что мы узнаем от восемнадцатилетней девушки, главной героини рассказа:

их бабушку и дедушку... я видала только в глубоком детстве, а дальше все утонуло в скандалах из-за моей мамы и дедовской их квартиры, провались она пропадом, с генеральскими потолками, сортиром и Не желая приспосабливаться к царящему режиму, этой ужасной системе, в которой человек неизменно ста новится жертвой и идейно противопоставляется ей, к системе, где основной конфликт состоит в столкновении интересов человека и цивилизации, конечная цель которой — абсолютная несвобода жи вущих в ней людей, герои попросту сбегают: папа с мамой ре шили быть самыми хитрыми и в начале всех дел удалились со мной и с грузом набранных продуктов в деревню, глухую и забро шенную, куда-то за речку Мору...» Приехав в это Богом забытое место, они начинают строить новую жизнь, свою собственную мале нькую цивилизацию, надеясь на то, что здесь-то их никто не потре вожит и не нарушит с таким трудом достигнутой в это ужасное вре мя гармонии: отец начал лихорадочные действия, он копал огород, захватив и соседний участок... вскопали огород, картофеля три мешка, вскопали под яблонями, отец сходил и нару бил в лесу торфа. У нас появилась тачка на двух колесах, вообще отец активно шуровал по соседним заколоченным домам, заготав ливал что под руку Вообще, если несколько раз внимательно перечитать текст, можно найти множество деталей, практически противоречащих друг другу. Например, в самом начале повествования мы узнаем, что всей деревне было три старухи, Анисья, совсем одичав шая Марфутка и рыжая Таня, у которой единственной было семей Одинокая Анисья и сумасшедшая Марфутка — вот две ге роини, для которых нет другой старости, кроме как тихо умереть однажды в своих старых домишках с заткнутыми тряпками окна ми и гнилой мокрой кучкой картошки на полу. Одиночество, голод и нищета стали для них привычной жизнью, они не хотят, да и не могут исправить подобное положение вещей. Третья же из жен щин, медсестра Таня, семнадцатилетней девчонкой отправленная на Колыму за украденного из колхоза поросенка, пожалуй, единст венная героиня рассказа, имеющая мало-мальски приличное хо зяйство. И тут же мы неожиданным образом узнаем, какова автор ская позиция по отношению к трем этим женщинам. Оказывается, по ее мнению, Анисья была единственный человек в де ревне (Марфутка не в счет, а Таня была не человек, а преступ Возникает вопрос;

почему? Эта старуха, по настоящий «кладезь народной она — то, без чего не мо жет и не должно развиваться нормальное человеческое общество. И тут же мы видим, как, наряду со старым, умудренным опытом и много повидавшим в жизни человеком, возникает маленькая Лена, дочь повесившейся пастушки Верки. Эта девочка и найденный позднее на крыльце младенец — своеобразные символы будущего, то, ради чего стоит жить. Таким образом, в этом огромном, жесто ком, ежеминутно давящем на человека мире возникает своеобраз ный «Ноев ковчег», маленький островок счастья. Глубоко в лесной чаще, в почти сказочной избушке, живет эта семья, состоящая из таких разных, но объединенных одной общей мыслью людей: жить ради будущего, не желая подчиняться этой системе и принимать на себя ответственность за ее преступления. И что же мы видим в кон це рассказа: однажды включил приемник и долго шарил в эфире. Эфир молчал. То ли сели батареи, то ли мы действительно остались одни на свете. У отца блестели глаза: ему опять удалось убежать!» В случае, если мы не одни, к нам придут. Это ясно всем... Когда мы будем, как Марфутка, нас не тронут.

Но нам до этого еще жить да жить. И потом, мы ведь тоже не дремлем. Мы с отцом осваиваем новое Но «не дремлем» ли? По сути, финал рассказа трагичен: каза лось бы, все есть: и своеобразный символ будущего в лице Лены и Найдена, и неисчерпаемый кладезь народной мудрости Анисья, и собственное хозяйство, и пища... Пожалуй, именно эти четыре бук вы и выражают всю суть произведения. Как созвучны эти два сло ва: «пища», Жизнь ради насыщения, лишь для того, чтобы не умереть от голода, самоизоляция и полное отчужде ние от мира — это ли не самое страшное. Если каждый превратит жизнь лишь в насыщение, то зачем тогда жить?

Рассказ Л. Петрушевской — это мысли о том, чего не должно быть ни в коем случае, и им может стать будущее, если каждый со здаст свой собственный мирок и, замкнувшись в нем, словно мол люск в своей раковине, будет тихо жить там, есть, спать, снова есть... Не страшат ли вас такие перспективы?

РЕЦЕНЗИЯ НА РАССКАЗ В. ТОКАРЕВОЙ КАНИКУЛЫ» Виктория Токарева родилась в Ленинграде. Окончила Ленин градское училище по классу фортепиано. Потом переехала в Моск ву, где училась в Государственном институте кинематографии на сценарном факультете. Автор многих книг: «О том, чего не «Летающие камни», «Коррида» и другие.

«У Виктории Токаревой нет плохих рассказов. У нее есть толь ко хорошие, очень хорошие и — так писал Юрий На гибин о ее первой книге.

Печаталась Токарева редко — раз в пять лет. Во время много работала в кино.

Наступил 1984 год. Пришел Горбачев, и грянула перестройка.

Кто был никем, тот стал всем, и наоборот. Писатели теряют свой социальный статус. «Литературные генералы разводят на дачах огурцы, а их жены продают их на местном базарчике. Литератур ный рынок заполняют второстепенные детективы и пересказы мы льных опер. Казалось бы, никому не нужна Токарева. Но нет. Ее по-прежнему издают — теперь уже во всем мире. Теперь по три книги в год. Оказывается, юмор и доброта нужны всем и во все времена.

Читать Токареву я начала давно, но чувствовать (а именно это очень важно), наверное, недавно, ведь тема ее произведений — жизнь.

Большой интерес, на мой взгляд, представляет рассказ «Рим ские но отнюдь не потому, что это единственное достой ное внимания и обсуждения творение Токаревой. Главная героиня этого рассказа — сама Виктория Токарева (что уже очень интерес но), а римские каникулы — действительный эпизод ее жизни. Сю жет вполне простой, но в то же время он сказочный. Однажды в до ме Виктории раздается междугородный телефонный звонок, и ад вокат знаменитого Федерико Феллини приглашает ее от имени ве ликого режиссера в Рим... Казалось бы, интересно, да, в общем, нет ничего особенного (что в жизни не Самое интерес ное не это. Виктория Токарева не была бы Викторией Токаревой, если б не показала характер Человека, каждого Человека, который есть Я думаю, метко, кратко, всего несколькими слова ми (краткость — сестра таланта) показать всю человеческую суть — главное призвание Токаревой. Она может охарактеризовать человека по мелким деталям внешности и манере разговора. Вот хотя бы один эпизод, подтверждающий это. Через месяц после звонка Виктория отправилась на дачу, где происходило знаменате льное событие — строился забор. Строительством занимались два шабашника: Гоша и Леша. «V обоих на руке татуировка: девушка с волнистыми волосами. У Гоши — в полный рост, без купальника.

А у Леши — только портрет, крупный план. Леша вообще более ро мантичен, все называет уменьшительно: «денежки», «водочка».

А какое у Токаревой чувство юмора! Вспомним звонок. Так вот, Виктория подняла трубку. Мужской голос поздоровался по-фран цузски. Это было кстати, потому что французский она учила в школе: «могла поздороваться, попрощаться, сказать «я тебя люб лю» и сосчитать до Виктории и адвокату приходилось пре одолевать языковые препятствия, поэтому они почти подружились.

Многие из нас могли бы подумать в такой ситуации: «Кошмар!

Ведь это адвокат самого Феллини, а я не могу ни слова Однако Токарева видит светлую сторону, добро. Она неисправимый оптимист. И это еще не раз появится в рассказе.

Итак, главное случилось. Виктория в Риме, несмотря на то что билет ей удалось получить в самый последний момент в иностран ной комиссии. Феллини пригласил Викторию, потому что собирал ся делать фильм о России. Один талантливый издатель посоветовал ему пригласить Токареву. Скажете, что это совпадение, ность? Может быть. «Но случайности — это язык бога», — говорит Токарева.

Рассказ был написан как раз во времена начала перестройки. В «Римских каникулах» отразились приметы времени. Помимо отно шения к Человеку, в рассказе ярко отражена гражданская позиция писателя, ее отношение к Родине.

Италия. Рим. Виктория наслаждается красотой и жизнью сво бодных людей, а в мыслях и душе — боль за свою страну, за сооте чественников. Ведь у нас не так. Но ничего. Рано или поздно и у нас все будет хорошо. Так она и говорит Феллини при встрече. Вот он, оптимизм. Такую жизнь, которую многие как испытание, Токарева воспринимает как благо.

Получилось так, что ничего плохого о Виктории Токаревой я так и не сказала. Хотя есть, по-моему, одна трудность: о произведе ниях Токаревой очень трудно писать и ведь здесь глав ное — «В творчестве важна интуиция», — сама Токарева. Важны ассоциации. В «Римских каникулах» есть нькие — это ассоциации Виктории Токаревой с ка кой-то конкретной ситуацией. Это помогает узнать о ней еще боль ше.

Для Токаревой очень важны люди и отношения людей, а это по рой очень трудно описать словами.

РЕЦЕНЗИЯ НА ПОВЕСТЬ В. ТОКАРЕВОЙ «Я ЕСТЬ. ТЫ ЕСТЬ. ОН ЕСТЬ» Виктория Токарева отличается от всех современных российских писателей прежде всего тем, что ее повести и рассказы наполнены жизнью, как комната наполнена музыкой, когда включаешь маг нитофон. Когда читаешь ее произведения, создается впечатление, что все это происходит в соседнем доме, что у людей просто нет за навесок на окнах и ты, сидя вечером у окна, досконально изучаешь их жизнь, наблюдаешь и вглядываешься в их судьбы. Повесть «Я есть. Ты есть. Он по которой был снят одноименный фильм, — одно из тех произведений, в котором так искусно сплета ются жизненность и необычность. Между строк читается название:

«Я есть. Ты есть. Мы есть». Больше ничего не надо. Мать счастли ва, что есть сын, сын счастлив, что у него есть жена и что его жена есть. Люди, бескорыстно любящие друг друга, сплетаются в треуго льник из-за ревности, назревает конфликт. Главной героиней ется Анна, сорокапятилетняя женщина, и читатель видит мир ее глазами, хотя Токарева пишет от третьего лица. Анна преподает французский язык в обычной школе: Я есть.

Ты есть. Он есть. После смерти мужа в ее жизни никого не оста лось, кроме одного сына Олега, который, несмотря на то что уже достаточно взрослый, живет с ней и не женат. Мать страшно волно валась, если сын задерживался после работы (а работал он хирур гом), больное воображение рисовало страшные картины его гибели от СПИДа, от рук пьяных приятелей или под колесами шального водителя. И вот посередине одной из тех бессонных ночей Олег по является в обнимку с белокурой красавицей. Ирочка, маленькая, хрупкая и хорошенькая, остается жить в их квартире, разрушая установившиеся традиции и не обращая никакого внимания на установленные правила. Чуть позже Олег заявляет Анне, что они с Ирочкой женаты и что он скрыл от нее свадьбу, потому что боялся материнского гнева.

«Обычно Олег целовал мать в щеку, но сегодня между ними ви село пятьдесят килограммов Ревность ослепляет Анну, она грубит Ирочке, Олег тщетно пы тается примирить любимых женщин, вставая на сторону жены, и, в конце концов, Ирочка собирает чемоданы и уходит. Вечером, по сле работы, Олег тоже забирает свои вещи и исчезает из жизни Ан ны. Жизнь становится бесцветной, пустой, холодной. Злость, де прессия, одиночество становятся неразлучными приятелями Анны.

Но вскоре Олег возвращается убитый горем. Ирочка попала в ава рию и стала инвалидом, представляла собой живой труп. Олег ра ботал, и заботиться о девочке было некому. «Анна застыла в две рях и впервые за все время их знакомства испытала человеческое чувство, освобожденное от ревности. Это чувство называлось Со страдание. Сострадание съело ненависть, как солнце съедает снег».

Ирочка нуждалась в серьезном лечении: по капле лекарства каж дые полчаса с шести тридцати до восемнадцати часов дня. Анна ре шила ее выходить. Капли съели ее жизнь. Все существование, складывавшееся в долгие месяцы, теперь крутилось вокруг капель, Ирочки и большой лохматой дворняги по имени Дик.

Но вскоре Анна научилась рано вставать, разговаривать с мол чаливой женщиной и веселой собакой, дышать полной грудью, лю бить Ирочку. Жена сына, такая противная и стала са мым близким и родным существом. Ирочка постепенно выздорав ливала, начинала вновь осознавать происходящее. А Олег, так страстно любящий жену и мать, но уставший от жизни рядом с живой, не двигающейся «куклой», заводит на работе любовницу.

Женщина легкого поведения «заглатывает его с сы нок все реже и реже появляется дома. Заканчивается повесть тро гательной прогулкой Ирочки с Диком под окнами Анны — ее пер вой прогулкой после мучительных месяцев болезни: «Собака была большая, Ирочка слабая. Она заметила что-то чрезвычайно ее заин резко рванулась, отчего Ирочка вынуждена была пробежать несколько шагов.

— Дик! — испуганно крикнула Анна, распахнула окно и сильно высунулась. Собака поджала морду, выискивая среди окон нужное.

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 12 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.