WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 | 12 |

«и абитуриентам 1000 ЛУЧШИХ ШКОЛЬНЫХ СОЧИНЕНИЙ Литература XX века Москва «Олимп» Издательство АСТ 2002 УДК 882.2(075) ББК Т93 Подписано в печать с готовых диапозитивов 16.09.02. ...»

-- [ Страница 10 ] --

Анна погрозила ей пальцем. Ирочка тоже подняла лицо. Значит, услышала. Анна видела два обращенных к ней приподнятых ли ца — человеческое и собачье. И вдруг поняла: вот ее семья. И боль ше у нее нет никого и Эта повесть о женщине, бескорыстно пожертвовавшей месяцами своей жизни ради ненавистного ей человека, заставляет задуматься о великом чувстве самопожертвования, вдохнувшем жизнь в моло денькую, несчастную девушку. Повесть о том, что в нашем жесто ком современном мире, где каждый сам за себя и человек человеку волк, еще есть место высоким чувствам, пусть и выросшим на низ менной почве ревности и злости. Характерной особенностью повес ти является то, что в нет идеально положительного или отри цательного героя. А ведь именно по такой схеме в основном сейчас пишутся Обычно с самого начала бульварного детек тива можно безошибочно показать пальцем на «хорошего парня» и «плохого парня». Дальнейшее деление героев происходит примерно так: враги «хорошего парня» и друзья «плохого», и наоборот. Ге рои «Я есть. Ты есть. Он многогранны и неоднозначны. В на чале Анна выглядит злодейкой, портящей жизнь молодым. Но к концу повести отрицательным становится скорее Олег, повесивший жену-калеку на шею матери, а сам развлекающийся с женщиной на десять лет его старше. Но Токарева дает возможность читателю посмотреть на происходящее и глазами Анны, и Олега, и Ирочки.

Каждого из героев можно понять. Треугольник — на сына — встречается очень часто и в повседневной жизни. Тока рева дает понять, что, несмотря ни на что, жизнь продолжается, что главное: я есть, ты есть, он есть, — а остальное приложится.

Отличительной особенностью повести является стиль ее написания.

Токарева смело использует сравнения, красочно раскрашивая ими образы основных героев. Характерно еще и то, что повесть написа на в основном короткими, нераспространенными предложениями.

Написание так просто и доступно, что эту повесть можно читать аб солютно всем. Настроение книги создает и то, что отсутствуют кро вавая сцена аварии и сексуальные сцены, которыми так изобилуют современные книжки в мягких переплетах. Повесть кончается оп тимистично, но неясно, что будет с героями дальше. Чем закончит ся связь Олега на стороне? Выздоровеет ли Ирочка окон чательно? Вопросы повисают в воздухе, но искренне хочется ве рить, что все будет хорошо.

Ведь над ними синее, чисто постиранное небо. И очень легко дышать.

РЕЦЕНЗИЯ НА ПОВЕСТЬ В. Л.

«ИГРЫ С САТИРИКОМ В ЭПОХУ ЗАСТОЯ» Повесть «Игры с сатириком в эпоху входит в новую книгу писателя Варлена Стронгина «Двойник Все произ ведения автора, включенные в сборник, — будь то рассказ о ре прессивном лагере «Двойник Сталина» или сюжеты более близкого нам времени, названного эпохой застоя (упомянутая повесть, рас сказ «Письма академику Сахарову»), объединяет одна главная тема: та внутренняя рабская несвобода, в которой долгие годы жи ло все наше общество и которую так мучительно пытается оно «вы давливать по капле» в наши дни. Книга вышла в свет в 1991 году.

В этой рецензии мне, к сожалению, не удастся охватить всю книгу целиком, я остановлюсь лишь на повести.

«Игры с сатириком в эпоху застоя» читаются достаточно легко, несмотря на свою документальность, так как писатель заключил произведение в художественные рамки. Повесть автобиографичная, в ней рассказывается о разочарованиях, испытаниях и трудностях, выпавших на долю самого автора. Конфликт повести очевиден:

идеология подавляет творчество. Но не вступает в тую борьбу с системой. Может быть, это правильно, ведь не каждо му дано совершить подвиг ради собственных убеждений, тем более что при этом необходимо жертвовать своей репутацией, карьерой или даже собственной жизнью и жизнью близких тебе людей. На верное, поэтому Стронгин соблюдал творческий нейтралитет в за стойные годы: не придумывал анекдоты, разоблачающие недостат ки режима, не писал острых статей и рассказов.

Повесть состоит из пяти глав: «Неизвестные фо тографии юного «Интервью в «Сибирский вариант» и «Прибалтика... Конец гастролей... а также пре дисловия и послесловия.

Предисловие настраивает на серьезное чтение. В нем автор обоб щил все то, что хотел сказать в своей книге: «Застой не означал окончание жизни, она продолжалась. Люди сеяли хлеб и покупали его за границей, люди варили сталь и стояли в очередях, занима лись наукой и гоняли мяч, писали стихи и коррумпировались, бра ли космические рубежи и взятки, кто-то был честен, а кто-то жуль ничал, работая спустя рукава, и в результате страна отставала в развитии даже от других, прежде менее развитых стран, отставала экономически и духовно. Я не в силах установить, кого было боль ше — честных или вороватых, и не собираюсь что-либо обобщать.

Я не считаю, что если один продавец — жулик, то все торговцы во ры, тем более что в моем рассказе пойдет речь о работниках неви димого фронта, о которых мы знаем значительно меньше, чем о торговцах». Я не случайно взяла такую большую цитату. В ней, на мой взгляд, отражена идея всего произведения, отношение автора к описываемым событиям (наряду с отрицательными сторонами за стоя автор видит и хорошее, он объективно относится ко всем лю дям без исключения).

В первой главе Стронгин рассказывает о своем дальнем родст веннике Нике, о его судьбе. В начале повествования перед нами предстает молодой человек, горячо любящий свою семью, чувству ющий гордость за свою страну. Но он оказывается слабым духовно.

Все сильнее его увлекает блестящая карьера, им овладевает тще славие. В результате он предает не только своих коллег, но и се мью, друга (самого Стронгина) ради продвижения по служебной ле стнице. Ника часто рассказывал автору о своей борьбе с началь ником, вернее, об борьбе. Стронгин слушал его рассказы вни мательно и наконец понял смысл этой борьбы: и сам Ника, и его соратники как ученые были несостоятельны, прекрати они свою борьбу, дай начальнику время и силы разобраться в их возможно стях, то эта несостоятельность, некомпетентность сразу бы вылезла наружу. Автор возмущен его предательством и лицемерием и от крыто пишет об этом: «Зато отношение к Нике резко изменил. И раньше он не вызывал у меня особых симпатий, а сейчас стал про тивен, и одновременно я ужаснулся, подумав, до какой низости должен дойти и опуститься человек, чтобы провести обыск у своего Во второй главе рассказывается о том, как отдыхали писатели, художники, артисты, в общем, интеллигенция, а отдыхали они под постоянным надзором чекистов. Главная героиня главы — молодая красивая девушка Оля. По заданию чекистов она должна была всю ду сопровождать автора. Но она была не из тех, кто способен пре дать и писать доносы, поэтому, не выдержав напряжения, она спи лась, а спустя некоторое время (видимо, боялись, что она проболта ется) ее убили. Воспоминания о девушке на долгое время запало в сердце писателя, и воспоминание это чистое и доброе: Олю я по том вспоминал не раз, ее почерневшее после запоя лицо, а чаще другое — милое и интеллигентное, озаренное лучами коктебельско го солнца. Как беззаботна и глупа бывает Пусть глупа, пусть беззаботна, лишь бы не была малодушной, корыстной и ко В этом, на мой взгляд, и проблема, о которой болеет всем сердцем. Девушка вызывает сочувствие автора, а ее — омерзение и скорбь, что такие люди существуют, а наказание за них несут невинные люди (чекиста оправдали, а убийство повесили на ипподромного игрока).

В четвертой главе Стронгин описывает случай, который мог произойти практически с любым писателем в то время. Варлена Львовича пытались скомпрометировать, подсунув ему острый рас сказ или заставив придумать пошлый анекдот. К тому времени Стронгин приобрел большой опыт в подобных делах, поэтому смог избежать провокации. Главный герой этой главы — студент Дима.

Именно он пытался подсунуть злополучный рассказ писателю. Но подлость он совершил не в единичном случае, он также писал доно сы и на своих сокурсников. Таким образом, можно заметить сход ство между ним и Никой. Мне кажется, что нельзя их однозначно осуждать, по-моему, они были лишь жертвами идеологии. Субъек тивное автора по отношению к этим героям понятно: подлость тяжело ранила сердце писателя, а ведь известно:

как аукнется, так и откликнется.

В третьей и шестой главах автор пишет о своих гастролях, о том, как ему приятно видеть доброжелательность зрителей, их ре акцию на его тексты. Если сначала слежка за ним со стороны чеки стов возмущала его, то после она кажется автору даже комичной, наверное, потому, что зрители для него гораздо важнее, и поэтому все свое внимание он сосредоточивает на них.

Затем идет послесловие: «Я счастлив, что застал времена, когда моральный климат страны меняется и гласность становится нор мой жизни». Доброта, уважение к человеку — суть всей книги.

Книга серьезная и затрагивает серьезные проблемы: предательство и разложение личности, бескорыстной преданности автора зрите лям.

РЕЦЕНЗИЯ НА ПОВЕСТЬ В. Л.

МОРЯК» Повесть кий была написана в конце 1997 года, а вышла в печать в 1998 году в сборнике под названием «Космические загадки Повесть является как бы лето писью жизни одного человека. Зовут его Тимофей Иванович. Инте ресно построение рассказа. Автор начинает свое повествование не с детства Тимофея, а с того момента, когда он, будучи уже стариком, лежит в больнице. Причем болезнь его неизлечима. Тимофей Ива нович испытывает очень сильные боли, поэтому ему все время де лают обезболивающие уколы. В те короткие промежутки времени, когда боль после укола уходит, перед Тимофеем Ивановичем проле тает вся его жизнь. Он вспоминает о том, как был ребенком и жил в деревне вместе со своими родителями. Его отец вмес те с другими мастерами расписывал балалайки. У талашкинских мастеров была покровительница — княгиня Мария Те нишева. «Она была одержима одной мечтой — показать красоту и самобытность русского искусства». Поэтому она выделяла большие деньги на развитие промыслов в деревне. Эти мысли прерываются очередным приступом боли. И Тимофей Иванович опять оказывает ся в больничной палате. Ему опять делают укол, и он снова прова ливается в свои воспоминания. На этот раз он вспоминает недав нюю встречу со своим внуком Петрушей, который некоторое время назад пел в музыкальной группе, но его оттуда выгнали, и он нахо дит себе другую работу. Теперь Петруша работает в храме служкой.

Тимофей Иванович никак не может понять, как же в его внуке могла произойти такая перемена. Ведь раньше Петруша и в Бога не верил, а теперь в храме работает. Потом оказывается, что никакой перемены в Петруше и не происходило, просто в храме платят больше и не Мне кажется, что этот эпизод от ражает сущность нового поколения. Людям не важно, за что они получают деньги. Они стараются нажиться на всем, даже на церк ви.

Новый приступ приводит Тимофея Ивановича в сознание. Оч нувшись, Тимофей Иванович узнает, что его сосед по палате умер.

Тимофей Иванович его долго жалеет, считая, что умерший был хо рошим человеком, он даже успел с ним подружиться. Позже, вече ром, к Тимофею Ивановичу приходит жена умершего соседа. От имени своего мужа она передает Тимофею Ивановичу альбом зна менитого художника. Его сосед узнал, что отец Тимофея тоже был художником и что Тимофея всегда интересовало все связанное с ис кусством.

Проходит какое-то время, Тимофей Иванович ложится на кро вать и начинает просматривать альбом, вдруг он натыкается на картинку, на которой изображен молодой моряк, идущий под руку со своей девушкой. Тимофея Ивановича захватывает водоворот вос поминаний — ведь на этой картине он узнает себя в молодости и свою любимую — Тину. Он вспоминает, как когда-то служил меха ником на корабле, и однажды, находясь в увольнительной на бере гу, он зашел в маленький музей на набережной. Там он увидел портрет улыбающейся девушки и сразу влюбился в этот образ. Он никак не мог отойти от этой картины. Наконец, когда он все же со брался уходить, он заметил эту девушку в соседней комнате. Ока залось, что она была дочерью художника. Преодолев нерешитель ность, Тимофей заговаривает с ней и узнает, что ее зовут Тина.

Влюбленные проводят все свободное время вместе, и однажды Ти мофей узнает, что комиссар, с которым он знаком, хочет закрыть выставку отца Тины, так как он не нашел в его работах революци онной тематики. Но Тимофею удается убедить комиссара в том, что красота нужна всем, даже революционно настроенной молодежи.

Как-то раз Тимофей был лишен увольнительной на берег за ка кую-то провинность. Из-за этого он не смог встретиться с Тиной.

Через неделю, когда он к ее дому, он обнаруживает, что Тина с отцом куда-то уехала. Тимофей очень расстраивается и бес цельно шатается по городу. Через какое-то время он встречает свое го друга с корабля в сопровождении двух девушек и присоединяет ся к их веселью. В конце он изменяет Тине с девушкой по имени Валя.

После этого Тимофей не может найти себе места. Во время сле дующей увольнительной он мчится к дому Тины, но, увидев ее из дали, не решается подойти к ней, считая, что ее недостоин, по этому он возвращается на корабль. До конца своей службы Тимо фей не встречался с Тиной. А когда время его службы подходит к концу, ему очень хочется встретиться с Тиной и остаться с ней на всегда, но чувство стыда не позволяет ему этого сделать. По совету друга он едет к девушке, с которой изменил Тине, и вскоре женит ся на ней. Но, несмотря на все это, Тину ему забыть не удается.

Уйдя из флота, Тимофей идет работать техником рефрижератор ных вагонов на железной дороге. Он сам не знал, почему он решил работать на железной дороге. Возможно, потому, что, работая на железной дороге, он редко бывал дома, а может быть, того не сознавая, носился по стране за душевной теплотой и радостью, всюду искал Тину, свою единственную любовь, и боль от потери любимой не могли заглушить ни время, ни война, ни бесконечный стук колес».

Несмотря на то что большая часть повести посвящена пережива ниям Тимофея Ивановича из-за потери любимой девушки, автор уделяет не последнюю роль обозрению нравов и порядков жизни.

Через небольшие отступления от главной сюжетной линии автор показывает свое отношение к нынешней системе, да и к прошлой тоже. В нынешней системе автора не устраивает то, что для боль шинства людей не осталось ничего святого. Люди стараются нажи ться практически на всем, даже на церкви, как внук Тимофея Ива новича. чего хотят люди, — это выжить, и не важ какой ценой. Однажды Тимофей Иванович встретил своего ста рого сослуживца Лазуткина. Они долго говорили о жизни, потом Лазуткин гордо сказал, что получил медаль во время войны. Тимо фею Ивановичу стало интересно, за что же Лазуткин получил ме даль. Оказалось, что медаль ему дали за то, что он промолчал, ког да должны были расстрелять солдата якобы за дезертирство. Ла зуткин знал, что произошло на самом деле, и его слово должно бы ло решить судьбу Но Лазуткин промолчал, потому что бо ялся, что его тоже могут расстрелять за соучастие, тем более что для командования было очень важно припугнуть солдат показной казнью за дезертирство, так как сил был на стороне немцев и у солдат было достаточно оснований, чтобы бежать с поля боя.

Несмотря на все это, Тимофей Иванович не понимал, как человек, совершивший такое, может жить с этим, да еще и гордиться.

В старой же системе автора не устраивало то, что людям не да вали простора для творчества, поэтому многим одаренным лично стям, которые могли бы творить для своей страны, пришлось уехать за границу. Основная масса была превращена в без ликую толпу, которая слепо следовала за вожаком.

Лежа в больнице и осмысливая свою жизнь, Тимофей Иванович понимает, что сделал слишком мало в своей жизни. Когда лечащий врач говорит ему о том, что ему надо обязательно делать операцию, Тимофей Иванович понимает, что времени у него осталось слиш ком мало. Поэтому он просит врача отпустить его из больницы на неделю, чтобы сделать то, на что у него не хватало смелости всю жизнь. Спустя столько лет он решил разыскать Тину. Находит он ее в доме для престарелых. Оказывается, она всю жизнь ждала его и так и не вышла замуж.

Я искренне восторгаюсь этой женщиной, которая ждала своего любимого всю жизнь и при этом не стала любить его меньше. Она простила ему все, даже то, что он исчез, не объясняя причин. А он оказался слабаком, потому что не смог признаться в собственном проступке. Хорошо хоть, в конце жизни он нашел в себе силы сде лать это.

После встречи с Тиной Тимофей Иванович возвращается в боль ницу. Во время операции ему кажется, что он попадает в рай. И там происходит интересный разговор с привратником рая. Тимо фей Иванович не считает себя грешником, но привратник возража ет, что участие в октябрьском перевороте, да и в гражданской вой не — это большой грех. Но что он искупил его честной жизнью и покаянием перед святой женщиной, искренней любовью к ней. В конце концов Тимофея впускают в рай. И там он видит щих над кущами людей со дивным светом прекрас ными, благородными лицами, которые время от искажались страдальческими Затем он видит людей, которые вынуждены были эмигрировать из страны. Тут он внезап но приходит в себя и понимает, что остался жив. Он начинает раз мышлять, что же лучше: старый режим или новый. На этом по весть заканчивается. Автор оставляет читателю самому решить, что же лучше.

РЕЦЕНЗИЯ НА ПОВЕСТЬ Е.

«ИСТОРИЯ ОДНОЙ ЗЕЧКИ И ДРУГИХ 3/К — 3/К, А ТАКЖЕ НЕКОТОРЫХ Долгое время вопрос о любимой книге для меня оставался от крытым. Многие произведения нравились, даже очень, но назвать какое-то из них любимым было бы слишком сильно. Но однажды мне попалась книга, как я думала, — одна из тех, что забываешь сразу после прочтения. Но, прочитав ее, я была просто потрясена, было невыносимо тяжелое чувство, заставляющее пересмотреть не которые свои взгляды и устои. И каждый раз, когда я вновь беру в руки эту книгу, становится как-то больно и горько на душе, она по трясает меня с новой силой.

«История одной зечки и других з/к — з/к, а также некоторых — первое художественное произведение Екатерины Матвеевой — автора, прошедшего через сталинские лагеря. Преж де всего это произведение в жанре русской классической прозы, а не воспоминания, ограниченные одной судьбой каторжанки. Это итог долгих раздумий, роман с художественными достоинствами, ставящими его в ряд редкостной для нашего времени литературы.

Это зеркальное отражение нашего общества в и отражение ГУЛАГа в жизни».

Послевоенные годы. Подмосковье. Девочка, только что окончив шая школу и готовящаяся к поступлению в консерваторию, невин но осуждена по в соучастии в убийстве с грабежом. Че ловек, потерявший на войне отца и брата, имеющий на руках боль ную мать, оказывается в тюрьме.

Семь лет! Что означают семь лет, когда человек находится на по роге новой взрослой жизни, когда он своими руками создает свое будущее! Пропавшая молодость, разбитые надежды и мечты, поте рян смысл жизни. Дальше пересылка этапом в Воркуту, где она сможет выступать на сцене Пение — единственное, что у нее осталось, единственная отрада в Там были разные жен щины: отпетые преступницы, для которых тюрьма — дом родной, «враги народа», а также просто находившиеся на оккупированных в годы войны. Там Надин срок казался детским, ведь большинство зечек уже не надеялась когда-либо оказаться на свобо де. Надя, «политически устойчивая», никогда не сомневавшаяся в правильности линии партии и правительства, начинает все воспри нимать по-новому, уже имея опыт жизни, уже испытав «прелести» каторжной работы в хлеборезке с утра до ночи, когда сил совсем не остается. Но, как известно, не бывает худа без добра.

Среди таежных снегов, в застенках Надя встречает свою первую настоящую любовь. охранник, волею судьбы зане сенный далеко на северо-восток, становится для нее смыслом жиз ни, заполняет ее разбитое сердце. В попытках добиться досрочного освобождения проходят пять лет, а дальше — свобода и мечты о счастье с любимым человеком. Но по суровым законам жизни белые полосы сменяются черными. Так и на этот раз. В день, когда Надя получила полную свободу и была вне себя от счастья, от руки бегло го бандита погиб ее жених, погибла ее любовь, ее жизнь. Опять раз битое сердце, разбитые надежды и мечты, и остались силы только на крик. Возвратившись домой, она оказалась совсем одна. Мать умерла, родственников рядом нет, дом заняли «Вольный мир» стал для нее непонятен и жесток. Но жить надо, пусть нет ни сил, ни желаний. Она находит работу на стройке в Москве, готовит ся к экзаменам в пробуждается от «кошмарного сна». Потом находит друзей, выходит замуж, учится пению. Это уже другой человек, но пять лет зоны просто так из жизни, из серд ца не выкинешь, стену рокового прошлого, на которую всякий раз натыкаешься, просто так не сломаешь. Прошлое! Как сильно может страдать человек из-за совершенных ранее ошибок. Но судьба — штука странная и страшная, никогда не знаешь, что случится с то бой в следующий момент, как может измениться твоя жизнь.

Волею судьбы встречает наша героиня того беглого уголовни ка — убийцу ее жениха. Она уничтожает его, как болезнь, как бе шеное животное, чтобы он не существовал больше, чтобы навсегда исчез с лица с земли. Надя была убеждена и свято верила, что не сама она, а Провидение шаг за шагом вело ее к исполнению этого предначертания. Оттого и не страшилась она людского суда, уве ренная в том, что была лишь орудием в руках Высшего судьи. На смену ее недавнему унылому отупению к ней пришло чувство радо стного освобождения, настоящей Стена рухнула!

Теперь началась новая жизнь, теперь она могла быть по-настоя щему счастлива со своим мужем. Она знала, что он все поймет и простит.

Я считаю, что в образе Нади Михайловой автор отобразил свою трудную судьбу, а в образе окружающего мира — нашу страну в го дину жестоких репрессий. Сколько душ загубили, сколько жизней искалечили! Далеко не все зеки оказались в конечном итоге так счастливы, как наша героиня. Каждая строка этого романа просто пропитана пережитой болью, страданием, но также талант автора позволяет почувствовать и редкие радости на фоне всеобщего бедст вия. Здесь есть чему поучиться. В романе раскрываются вопросы не только политические и исторические, но и вопросы, щие человеческую душу, мораль. Как преодолеть все трудности, как выстоять перед лицом несчастий? На примере судьбы и борьбы Нади с нею можно многое узнать. Женщина всегда жен щиной, даже после жутких условий, отношений и испытаний, же окруженная злобой, жестокостью и несправедливостью. Чело век может победить все.

Я считаю, что эту книгу можно читать множество раз, но она всегда будет открывать что-то новое, вновь и вновь потрясая и пе реворачивая наши души, надолго оставаясь в сердце, РЕЦЕНЗИЯ НА РАССКАЗ Л. УЛИЦКОЙ «ДОЧЬ БУХАРЫ» Рассказ Людмилы Улицкой был написан в 1994 году. Очень сильно поражает, что многие рассказы современности посвящены не сегодняшнему времени, а именно времени начала века, войне и послевоенному времени. События в рассказе происходят в конце мая сорок шестого года, когда люди еще не оправились от военных потрясений. Описывается бедная «архаическая и слободская мос ковская жизнь, ячеистая и После таких описаний читатель сразу погружается в простую и в то же время как-то угне тенную жизнь людей, в их проблемы.

В Москве много нищих и полуголодных, и резкий контраст воз никает при появлении сына старого доктора Димы: двор въе хал «опель-кадет» и остановился возле калитки докторского дома».

Может быть, события рассказа несколько неправдоподобны, но здесь четко показаны возможные проблемы и беды героев. Так, на пример, сложно представить, что в Москву после войны можно привезти с Востока, однако впоследствии образ Буха ры (так назвал Дима свою жену) вписывается в повествование, и черта между московской обыденностью и появлением девушки с Востока вскоре стирается.

Но после прочтения рассказа возникает очень тяжелое чувство.

Даже сейчас люди редко обращают внимание на нищих, инвалидов, которые встречаются им на улице. Лишь немногие люди действите льно понимают беду конкретного человека и то — поверхностно, не подозревая, что же может быть у него в душе. Но если войти хоть на миг в этот мир, посмотреть на проблемы таких то можно ужаснуться, закрыть лицо руками и сразу убежать оттуда.

Бухара родила Дмитрию дочь, которую они назвали Милочкой, но сразу же после появления ребенка в доме отец Димы увидел, что девочка была вялая, отечная, у нее наблюдалась мышечная рас слабленность и полное отсутствие хватательного рефлекса. Уже по сле смерти отца Дмитрий отвез Милочку в Институт педиатрии, где доктор «провозгласил диагноз по тем временам редкий — класси ческий синдром Дауна». Конечно, сложно было выдержать такое потрясение, и скоро Дима оставил Бухару с дочерью и ушел к дру гой женщине. В этом он проявил свою невыдержанность, отсутст вие силы воли, а может, он и не любил Бухару и его прельщала в ней только красота?

Но Бухара смогла достойно воспитать Милу: она водила ее в школу для отсталых детей, куда и сама устроилась работать. Она сопровождала дочь везде, старалась научить ее как можно более разнообразным вещам: готовить, держать иголку в руках. Сразу после ухода мужа Бухара заболела и знала, что скоро умрет. Она очень боялась за Милу, которая останется в этой жизни совсем од на, такая беспомощная. Бухара свозила дочь на родину и привезла оттуда травы и различных сухих фруктов. Она знала, что если бу дет пить отвар из травы, то проживет дольше, и всячески старалась не думать о том, что же будет дальше.

Еще одно затеяла мать Милы — выдать дочь замуж, Работая льнице, она видела много больных и однажды увидела доброго стари ка, который пришел к ней со своим больным сыном. Позже старик узнал о намерении Бухары, и он не был особенно против. Сразу после свадьбы Бухара уехала на родину и там умерла, оставив Милу и Гри гория совершенно одних. Казалось бы, что жизнь для них была кон чена, ведь они должны были скоро умереть, но они были счастливы.

Здесь как-то невольно просыпается жалость. Григорий каждый день провожал Милу до остановки и встречал ее: шли по улице, взявшись за руки, маленькая Милочка на каблуках, в девичьем розо вом платье Бухары, и ее муж, большеголовый Григорий с поросшей пухом лысиной, оба в уродливых круглых очках, выданных им бес платно, — не было человека, который не оглянулся бы им вслед».

Многие показывали на них пальцем и даже смеялись. Но они не за мечали чужого интереса. Ведь сейчас есть множество здоровых, пол ноценных людей, которые могли бы только позавидовать их счастью!

РЕЦЕНЗИЯ РОМАН А.

«ПОТЕРЯННЫЙ ДОМ, ИЛИ РАЗГОВОРЫ С МИЛОРДОМ» «Иногда, чтобы приблизиться к жизни, нужно довольно далеко отойти от нее. И я не хочу спасательного круга с надписью «Прав доподобие», когда под рукой Реализм в широком понимании этого слова.

— Реализм «без берегов»?

— Нет, с берегами, с руслом, с холмиками на берегу, со стадами коров, дающих реалистическое молоко, но чтобы река была широ кой и живой — к примеру, а не прямая, как палка, Лебя жья канавка, — ибо нашу удивительную российскую действитель ность может вместить река разнообразная и не менее удивитель Так в начале своего романа «Потерянный дом, или Разговоры с заявляет о своем творчестве ленинградский прозаик, поэт и публицист Александр Что такое потерянный дом или кто же такой милорд? Ми лорд — это английский писатель XVIII века Лоренс Стерн, пора жавший современников мудростью, веселостью, бесконечной вы думкой, раскованностью письма. Житинский, называя Стерна од ним из своих учителей, смело приглашает классика в соавторы.

Присутствуя в романе то в виде 61-го тома из «Библиотеки всемир ной литературы», то переходя в конкретный образ, учтивый и иро ничный милорд сопровождает повествование до самого конца. Под двойным углом зрения — автора и милорда — все происходящее в романе обретает совершенно особый объем.

Впрочем, и события, о который повествует книга, — тоже осо бенные. Как и в предыдущих произведениях (повести «Лестница», «Хеопс и Нефертити» и других), Житинский ставит сво их героев в обстоятельства неординарные, порой фантастические. В данном — улетает...дом, кооперативный дом. Весенним вечером вместе со своими обитателями он снимается с фундамента и, взле тев ввысь, словно огромный дирижабль, переносится из района но востроек с улицы Кооперации на Петроградскую сторону, к Тучко ву мосту. Там и оседает, перекрыв собой проезжую часть старой улочки. С этого момента все персонажи романа начинают существо вать в новых условиях, с изумлением осмысливая случившееся и ломая головы над тем, как быть дальше.

И, как всегда у Житинского, его абсолютная фантастика разра батывается затем в мельчайших подробностях тем самым «реализмом в широком понимании», о котором уже упоми налось выше. Кооператоры — так именуются жильцы потерянного дома — это самые обычные люди, из тех, кого увидишь в семье, на работе, в уличной суете. Обычные, но отнюдь не заурядные. У каж дого — своя судьба, а за судьбой личной — наша общая судьба, об щее наше время. Вот, например, суетящийся, талантливый, но ду шевно сломленный годами творческого застоя архитектор Евгений Демиле. Он стесняется своей фамилии, давно разочаровался в идеа лах, расстался с мечтой создать прекрасное здание, где могли бы жить счастливые люди со всех концов земли, а также не слишком предан семье.

Дом, в котором у него крохотная квартирка для бытия, пожа луй, единственное, что еще ему служит опорой. Но...дом улетает в неизвестном Демиле направлении, и архитектору нечем и незачем За этой невеселой судьбой видится многое, и прежде всего участь целого поколения интеллигенции, которой предстоит прео долеть внутренний кризис и вновь обрести духовные силы.

А вот другой герой — майор честный кото рому поручено опекать растерявшихся кооператоров. Майор — опытный организатор праздничных шествий, мастер направлять людские массы в нужные русла, он бескорыстно предан принципам и идеям коллективизма. Убеждения — осознанное подчи нение собственного общему делу. Но, будучи тонким сатири ком, Житинский отнюдь не издевается над героем. Он пони мает, что и на таких характерах многое в жизни держится и будет держаться впредь, они не списаны временем.

Другие герои романа — такие же обыватели, чудаки, пенсионе ры, дворники-поэты, сторожа-астрофизики, доморощенные филосо фы и элегантные приспособленцы с в руках. Жи тинский как бы создает в своем потерянном доме все наше пережи вающее новое становление общество, болеет за своих кооператоров, причисляя к ним и самого себя. Он желает им счастья, и пусть взгляд писателя на своих героев и окрашен иронией, но при этом начисто лишен снобизма. Вместе со своим соавтором — милор дом — автор твердо уверен: на пути в будущее можно вынести все, «если знать А знать, по мнению писателя, пора, потому что в недавнем прошлом «каждый год приносил успехи цинизму, и его чудище росло, как на ПО РОМАНУ О. ГОНЧАРА «ЧЕЛОВЕК И...Мало у нас оружия, но самое верное, закаленное оружие в нас самих, в нашей воле, в наших су О. Гончар Роман Олеся Гончара «Человек и оружие» — произведение, в котором рассказывается о Великой Отечественной войне, но на правлено оно против войн, против бессмысленной гибели лучшего, что есть на свете, — человека. Эта идея выражена в последних строках романа: «Даже погибая, будем твердо верить, что после нас станет иначе и все это больше не повторится, и счастливый чело век, разряжая в солнечный день победы последнюю бомбу, скажет:

это был последний кошмар на Как всем участникам войны — этой и всех — хо телось верить, что она последняя, что над головами их потомков будет всегда чистое лазурное небо!

Какая страшная трагедия была для всего человечества, когда матери думают о том, что их детям лучше не родиться! Они хотят родить своих детей для радости, для счастья — вот для чего прихо дит человек в жизнь, вот для чего только и стоит рожать! Что же сделала с людьми война? Она в корне изменила их мировоззрение, их отношение к своему народу, земле, Родине. Они стали дорожить этим всем в сто раз больше. Но как же страшно, что все это чело век осознает во время бедствий и войн! Герои романа — студенты добровольцы Степура, Лагутин, комиссар Лещенко, рядовой Цоберябой и их товарищи, попавшие в самые тяжелые жизненные обстоятельства. На нашу Родину внезапно напали фа шисты, советские войска отступают, неся огромные Ору жия мало, не хватает продовольствия, людей, но, несмотря ни на что, страна сопротивляется, нанося огромный ущерб врагу. Они ве рят, что когда-нибудь настанет день и они вот так же безжалостно будут попирать врага, уничтожать его города, поливать его землю его же кровью.

Роман начинается удивительно мирно и спокойно. «Еще никто ничего не знает. Еще все, как было. Еще, разбредясь с самого ран него утра по паркам и библиотекам, забравшись в опустевшие аудитории факультетов, склонились над конспектами студенты — готовятся к последним экзаменам». Тревожно повторяется слово «еще», как бы предсказывая огромную трагедию, крушение этого спокойного мирка.

Главный герой романа — Богдан Красивый юно ша с фигурой спортсмена, отважный, имеющий величайшую вы держку, которая поможет пройти ему сквозь многие трудности. У Богдана своя трагедия — его отец был репрессирован. Богдан не признает за отцом вины, он никогда от него не отречется. Из-за этого его исключили из комсомола. И вот теперь, после объявления чрезвычайного положения, он хочет идти добровольцем на фронт, но комиссия не берет его заявление. Он слышит слова: «Иди, про должай учиться. Нам ты не нужен». Это крах для Богдана. Но один военный, как бы поверя в его желание воевать, поверя в его силу, его заявление.

И вот Богдан со своими товарищами попадает в студбат, о кото ром все еще услышат. Первое свое задание он выполнил успешно.

Сразу же на фронте он проявил себя с лучшей стороны, убив не мецкого снайпера.

Друзья Колосковского — и — сражаются же очень отважно. В первом же бою они все получили серьезные ранения, но зато они смогли остановить немецкие танки. Всех тро их отправляют в госпиталь. Тут стоит упомянуть еще об одном сту денте, который сначала вызвал у меня неприязнь. Но война меняет людей, она коснулась и его. Еще в Харькове Павлушенко относился к с недоверием из-за репрессированного отца.

Он всячески показывал свое неодобрение и неприязнь к Колосков скому. На днепровской переправе, где Спартак Павлушенко и Бог дан Колосковский сражались бок о бок, он едва не погиб от бомбы.

В госпиталь Спартака привезли контуженным. Ему перекосило скулу, а что еще хуже — он утратил дар речи. К таким испытани ям он не был готов. «Павлушенко до сих пор легко все давалось в жизни». После контузии он смог многое сознать: как холодно и равнодушно обращался с товарищами и как был несправедлив к Богдану. В госпитале он встретил Духновича, но злая ирония судь бы не позволила ему высказать его мысли, попросить прощения.

«Именно теперь, когда в сердце появилось что-то новое, человеч ное, теплое, чем он хотел бы с товарищами, — именно теперь контузия лишила его дара речи». Нечто новое появилось в жизни Спартака — шахтерочка Наташа, которая ухаживала за ним. Он полюбил ее всей душою, и она ответила ему взаимностью.

Позднее, в где Богдан и Спартак встретились вновь, они подружились. При прощании Богдан крикнул Спартаку:

щай, Это значит очень много.

Кроме военных действий, мужской дружбы, в романе также тема любви. У каждого студента есть возлюбленная.

Богдан любит студентку истфака Таню. Она для него — самое доро гое, что только есть жизни.

В романа есть несколько глав, в которых Богдан мыслен но пишет своей «Слышишь ли ты меня, Таня? Как часто я сдерживал свои чувства к тебе, скупым был на ласку, стыдился говорить тебе нежные слова, чтобы не казаться Этому человеку крайне тяжело сознавать, что он и его ребята нахо дятся в окружении и что наверняка они все погибнут. В этих пись мах есть такие слова, что если бы не было этой огромной любви, то, может быть, умереть было бы легче. Ведь себя он берег только для нее. «Но это — минутное, этому не верь. Любовь придает мне силы, помогает переносить все». Как ему, должно быть, больно!

Нет, не за себя, а за этого хрупкого, нежного человечка, который ждет его и надеется на счастливое будущее.

Все студенты погибли. Духнович подорвал себя, спасая своих товарищей, Степуру потеряли в бою, когда занимали плотину. А Богдан? Ему, видимо, не суждено было выйти из окружения и с Таней. Он умрет с надеждой, что это все-таки послед няя война. «Кто из нас погибнет в этих окруженческих степях?

Может, всех нас ждет за тем вон бугром смерть? Или не в одних еще будем боях, и будем пропадать без вести, и будем пить воду из болот, и будем гибнуть в концлагерях, оставаясь и там твоими сол датами, Отчизна». Это не только слова Богдана. Это слова всех бой цов, которые сражались за нашу Родину.

РЕЦЕНЗИЯ НА РОМАН Л. БОРОДИНА Роман Леонида Бородина построен вокруг идеи Бога. Его лирический герой — московский интеллигент — решает начать новую жизнь.

В произведениях Леонида Бородина на рациональном, логи ческом уровне его проза сурово утверждает правоту христианской морали, а всей своей эмоциональной, чувственной плотью (то есть всем художественным, что есть в ней) буквально вопит о прелести греховной, безбожной, живой и свободной жизни.

Где-то в Сибири главный герой романа отыскивает попа Васи лия и его дочь Тосю, которая готова стать его женой. Эта семья — поп Василий и Тося — живет с Богом в душе, вокруг них особая ат мосфера чистоты и любви, властно притягивающая героя. Но он не чувствует себя достаточно чистым, чтобы принять от судьбы такой подарок, он уезжает в Москву, чтобы привести свои дела — прежде всего душевные — в порядок. Бородин, описывая московскую жизнь своего героя, не жалеет иронии и сарказма на картины «тру дов и дней» московской интеллигенции. Достается всем — дисси дентам, журналистам, окололитературной и околотелевизионной даже оппозиционному священнику, чья фигура в сравне нии с образом попа выглядит мелкой и суетной. Вся эта жизнь безбожна, бессмысленна, неблагообразна. Вся она осуждена и автором, и героем. Как чеховские сестры мечтали о Москве, так герой романа Бородина мечтает о сибирской глубинке, где живут Тося и поп Василий.

В конце концов два рационалиста — автор и его герой — без конца осуждающие рационализм — попадают в собственноручно устроенную ловушку. Из Сибири, где рядом с Геннадием была жи вая и любящая Тося, вся его московская жизнь казалась ему яс ной, понятной и легко преобразуемой в нужном для очищения на правлении. Приехав и столкнувшись с ее живым и непредсказуе мым потоком, он безнадежно в ней запутывается, поскольку обще ние с Тосей наделило его способностью гораздо острее видеть чу жую жизнь и воспринимать чужую боль, чем это было прежде.

Арестовывают его сестру-диссидентку, и он не может уже сказать его отец, отношения с которым были так просты и удобны, оказывается вдруг человеком ранимым и способным на не ожиданные поступки;

«халтура», которую он раньше бы сделал с хладнокровным цинизмом, превращается в моральную проблему;

любовница ждет от него ребенка, и этот факт перерастает свое бы товое содержание, предопределяет судьбу. Душевный переворот со вершился, холодный стал живым человеком, теперь он ближе к Богу, чем когда бы то ни было. Однако цена всему это му — погубленная судьба Тоси, к которой герой уже не может вер нуться. И вот, чтобы эта цена не показалась читателю чрезмерной, зачеркивающей все благотворные перемены в душе Геннадия, авто ру приходится идти на сомнительный с точки зрения человеческой, да и художественной логики ход. Он постепенно, страница за стра ницей, превращает живую и страдающую Тосю в абстракцию, в символ. Символу ведь не больно. И вот в апофеозе романа, в фина льной сцене амбивалентного свадебного веселья появляется — в со знании героя — призрачное видение: танцующая Тося. И так уже написана сцена, что это ирреальное появление выглядит не напо минанием герою о загубленной Тосиной судьбе, а благословением его выбора. Но свершится ли выбор? Если все-таки Тося — живой человек, а не символ, то свершится лишь обмен одного зла на дру гое. И с Богом в душе и без Бога герой несет зло.

И если бы из этого зерна автор честно вырастил трагическую коллизию! Но пришлось бы признать, что жизнь сильнее и богаче самой высокой морали, и пойти на такое Бородин не может. Поэто му финал смазан;

он мог бы быть многозначен, но он — увы! — все го лишь двусмыслен.

РЕЦЕНЗИЯ НА ПОВЕСТЬ В. Н. ВОЙНОВИЧА ЖИЗНЬ И НЕОБЫЧАЙНЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ СОЛДАТА ИВАНА «Если все читать, жить некогда», — твердят наши сограждане, утомленные обилием интересных публикаций. И все же появление в журналах Владимира Войновича не прошло незамечен ным. Многие ждали этого события, особенно предвкушая выход в свет романа о солдате Чонкине. Вопреки всем запретам, похожде ния русского Швейка, по воле случая вступившего в борьбу с не ким давно получили известность в литературных кругах.

Сатира заслуживает подхода серьезного и непредвзя того. Перед нами проза мастера, умеющего оригинально использо вать и сочетать элементы разных литературных традиций.

пишет о людях, условиями тотального режима пре вращенных в озлобленную, запуганную и жадную толпу. И следует заметить: у него эти люди подчас действуют в ситуациях, повторя ющих самые героические и трогательные коллизии мировой клас сики, русской классики и фольклора. Вот два примера, хотя их го раздо больше. Недотепа посланный в село Красное стеречь останки разбитого самолета и в суматохе начала войны забытый на этом никому не нужном посту, на свой лад переживает все приклю чения сказочного простака Иванушки. Смирный и доверчивый, Чонкин берет верх над врагами, казалось неуязвимыми — капита ном Милягой и его подручными. Бездомный, он обретает кров и до брую подругу Нюру. Презираемый, получает в финале невиданную награду — орден из генеральских рук. Но тут и сказке конец: ор ден у него тотчас отбирают, а самого тащат в кутузку. Этот эпизод не что иное, как пародия на одну из сцен романа Гюго «Девяносто третий с его торжественными размышлениями о путях исто рии и трагизме человеческой судьбы. Ироническая проза Войнови ча ориентирована и на эти проблемы. За плечами низкорослого красноухого Вани Чонкина много литературных предков.

Секрет замысла в том, что Чонкин, вопреки своей невзрачности и лукавым авторским замечаниям, герой отнюдь не народный. В густо населенном мире романа, где жестоко извращены понятия до стоинства, чести, долга, любви к Отечеству, еще живо одно челове ческое чувство — жалость. Она живет в груди Чонкина, худшего из солдат своего подразделения, сожителя почтальонши главаря мифической банды, взявшей в плен людей Миляги и раз громленной полком под командованием свирепого генерала ва.

Объявленный государственным преступником, Чонкин далек от вольномыслия. Он и вождя чтит, и армейский устав уважает, да так, что готов лечь костьми, охраняя вверенный ему металлолом.

Только беспощадности, популярной добродетели тех лет, Чонкину Бог не дал. Он всех жалеет: Нюру, и своих пленников, и кабана Бо рьку. Даже который пытался его застрелить, Чонкин пожалел, за что и поплатился. Наивному герою Войновича невдо мек, что доброе сердце — тоже крамола. Он со своим даром состра дания воистину враг государства «и лично товарища» Миляги, Сталина.

Кстати, Сталин лично в романе не присутствует. Это своего рода волшебное слово, из тех, что в мире страха и обмана значит боль ше, чем реальность. Если в начале времени «Слово было Бог», то здесь, изолгавшееся и обездушенное, оно предстает как мелкий шкодливый бес, чья прихоть самовластно распоряжается судьбами персонажей.

Роман построен так, что слово становится причиной всех реша ющих поворотов действий. по наущению Самуш кина задает политруку роковой вопрос: ли, что у Сталина два жены?» Плечевой распространяет гнусную сплетню о строчит донос на соседа. Сотрудники органов, предвку шая расправу над старым сапожником Моисеем Соломоновичем, с ужасом обнаруживают, что фамилия их жертвы — Сталин. Миляга в минуту невпопад выкрикивает: «Да здравствует товарищ Жизнь и смерть героев романа зависят от слова, прозвучавшего или написанного, недослышанного или переверну того. От слова, которое на глазах утрачивает свой первоначальный действительный смысл.

Наблюдательность писателя остра, но и горестна, ирония не да ет повода забыть, что его персонажи — это оболваненные, обездо ленные бедолаги, живущие словно в бредовом сновидении, мучают ся по-настоящему. Войнович неистощим в изображении комиче ских ситуаций, но слишком сострадателен, чтобы смешить. И се годня мы читаем иначе, не только смеемся над героями, но и плачем над ними.

РЕЦЕНЗИЯ НА СТАТЬЮ В. «БРЕМЯ Современная публицистика, впрочем, как и про шлых лет, посвящена актуальным вопросам жизни общества, В ней всегда присутствует оценка автором события или проблемы, о которых он пишет, его мнение по поводу путей решения данного вопроса. Публицистика всегда имела огромное влияние на мировоз зрение людей. Она как бы является остросоциальным ответом пере довой части общества на те вопросы, что встают в это время перед людьми. Публицистика помогает глубже осмыслить ситуацию, по нять всю суть проблемы и найти пути выхода из нее.

Одна из самых страшных, безвыходных проблем — Долгие годы люди закрывали на нее глаза, делали вид, что ее нет, да просто не знали. И сейчас некоторые не придают ей значения, хотя эта проблема тесно связана с остальными, многие вытекают из нее.

Один из публицистов, посвятивших ряд своих работ проблеме экологии, — Василий Семонин.

Он пишет статью «Бремя действий» после поездки экспедиции в Среднюю Азию для изучения проблемы экологии в рай оне Аральского моря, рек Амударьи и Сырдарьи. В своей статье он подробно излагает причины этой катастрофы, ее последствия, рас крывает не только экологическую проблему этого региона, но и си туацию в Средней Азии. Гибель Арала, загрязнение вод Амударьи и Сырдарьи — только одна из множества проблем, тесно связанных воедино. Идет процесс омертвения среды обитания людей, населяю щих Среднюю Азию. Семонин не просто говорит о тех страшных по следствиях, к которым это привело, но и на фактах, в цифрах рас крывает катастрофическую картину жизни людей в Средней Азии.

Боль и недоумение эти факты. Трудно себе представить, что еще может такое существовать. Как можно относиться к тому, что загрязнение вод, высыхание Арала привели к всплескам таких страшных заболеваний, как брюшной тиф, дизентерия, туберкулез, о которых цивилизация почти забыла. Василий Семонин поднимает также проблему первенства людей, раздела общества на две касты — управляющих и управляемых. В Средней Азии эта проблема, по-мо ему, достигла своего апогея. Это не просто раздел людей, а два совер шенно разных мира. Один мир — власть имущих, разветвленная сеть ведомственной бюрократии, своеобразная мафия, которые и явились главными виновниками аральской экологической трагедии.

Им было выгодно строить плотины и каналы, чтобы за счет государ ственных вложений обогатиться самим. Некоторые из них уже сели на скамью подсудимых, но ситуация не меняется. Ведомственный диктат и монопольно-государственная экономика только способству ют ухудшению положения. Второй мир — мир простых людей Сред ней Азии, на которых и легла вся тяжесть аральской катастрофы. В их положении почти ничего не изменилось. Они как были фактиче скими рабами, так и остались. Василий Семонин рисует нелегкую и страшную в своей безысходности жизнь крестьян. Здесь, как и в России, проводили политику обезличивания масс, тра диций, но еще сохранились люди, имеющие желание работать, как жили их предки. Семонин встречается с арендатором и рассказывает о его жизни, труде, хозяйстве. Это человек, желающий и умеющий работать, он запуган, как и большинство людей в Сред ней Азии, но главное — он не боится работать. Есть ли надежда, что дадут встать на ноги землепашцу? Это зависит и от того, сумеем ли мы решить экономическую проблему Арала, от того, как долго еще будет командовать ведомственная бюрократия, когда население Средней Азии будет полностью защищено с правовой точки зрения.

Сейчас же Средняя Азия представляет собой сложное переплетение бед экологических, хозяйственных, правовых, национальных.

Ситуация в Средней Азии — это одна из многих проблем, с ко торыми мы сейчас столкнулись. Она лишь раньше и глубже начала влиять на людей. Причина этому та, что среда обитания здесь была создана руками многих поколений. Наша система породила коман дно-административный аппарат, разрушивший ее. Семонин прав, предупреждая нас: «Опоздали... Средняя Азия станет моделью, ге неральной репетицией тотального распада». Наверное, это есть од на из главных задач публицистики — акцентировать внимание на насущных проблемах общества. Своими статьями публицисты не дают заснуть этому обществу. Они бьют в набат, чтобы найти вы ход, чтобы люди, от которых зависит решение данных проблем, на конец-то взялись за работу. Но наша командно-административная система не может работать на благо общества. И, читая публици стику, ясно представляешь, что если не поспешить со сменой этой системы, то проблем не решить.

РЕЦЕНЗИЯ НА РАССКАЗ В. В. ЕРОФЕЕВА «ГАЛОШИ» В нашей семье давно хранятся подшивки так называемых тол стых журналов. Мне стало интересно, что же в восьмидесятые годы печаталось в них. Я прочла несколько номеров «Юности» за 1988 годы, и среди них обратила внимание на рассказ В. Ерофеева на который и хочу сейчас написать рецензию.

Выбрала я этот рассказ не потому, что он произвел неизглади мое впечатление или же был очень прост. Наоборот, так до конца, наверное, я и не поняла автора, да и законченное мнение вряд ли сложилось. Вероятно, чем-то задело за живое это литературное про изведение. Чем же? Что в нем необычного?

Необычное начинается с первых же слов. Повествование идет отрывочно, как в кинофильме, фрагментарно: взгляд автора на правлен то на один аспект, то на другой, и между этими «кадрами» нет видимой связи, пока не просмотришь все (как в мексиканских телесериалах). Первое и второе предложения вроде бы и не связаны по смыслу. «Праздники кончились. Мальчик судорожно вцепился в пожарную лестницу». В ребенка кидают камнями, и он спиной вниз. Так заканчивается первый абзац. Сердце сжимается.

Ждешь трагедии. А дальше... речь идет о директоре школы, его «заигрывании» (как будто бы) с молодой учительницей начальных классов Зоей Николаевной. Но тут директор (кстати, именем его автор не наделяет) говорит Зое Николаевне (не как директор, а как мужчина!) про то, чтобы она не носила панталоны. Здесь же писа тель дает понять, что, скорее всего, молодая учительница влюблена в директора. Повествование прерывается описанием ра бочего, снимающего украшения с балкона квартиры. Но эта квар тира не учительницы. И снова, как в кино, следующий кадр — учительница, беседующая с Изей Моисеевичем, учителем литерату ры. Снова ее размышления о директоре, который, по-видимому, не навидит ее, подсматривает, подслушивает за дверью. Это Зоя Нико лаевна рассуждает дома, всхлипывает, а братик младший, дразня, говорит, что она Вот так повествование постоянно прерывается то появлением рабочего в квартире, где жил мальчик, главный герой (заметим, что и ему автор не дает имени), то расска зом о том, как этого ученика бабушка провожает в школу. А далее уже все идет гладко, по сюжету.

Мальчик приходит в школу, его ребята бьют в раздевалке;

торо пясь, он быстро собирает все вывалившееся в портфель. Боясь опоз дать на урок и не придумав ничего другого, он сует калоши в кар маны брюк. Бежит мимо директора, влетает в класс, Зоя Николаев на замечает что-то торчащее из брюк, вынимает. Это оказываются калоши. Сначала начинает хохотать весь класс, а потом и сама учительница. Мальчик же в это время просит Господа помиловать всех. Зоя Николаевна понимает, что он святой. В это время появля ется директор, вызывает педагога в коридор и предлагает ей... вый ти за него замуж. Николаевна слабо вскрикнула и полетела с пожарной лестницы спиной вниз». Я не случайно так подробно пе ресказала сюжет, так как думаю, что данное произведение малоиз вестное, а не зная, сложно беседовать. Итак, начало и конец рас сказа почти дословно совпадают. Наверное, автор хотел подчерк нуть беззащитность героев в этой ситуации, их открытость и рани мость. Одна из проблем произведения — проблема взаимоотноше ний людей. Автор указывает на различные ее аспекты: директор и ученики, учителя и директор, мужчина и женщина, ученик и одно Рассмотрим некоторые из них. Директор и ученики. Он ненавидел их, метил выше, но в силу обстоятельств (дело, но, происходит в начале пятидесятых годов) оказался в школе. И особенно не любил таких «благополучных мальчиков, пахнущих детским мылом», каким был главный герой. Ученики страшно боя лись его.

Но директор, наверное, ненавидел и учителей. Дважды в корот ком рассказе он произносит фразу «Вы у меня вот здесь, в кулаке».

Сталинский режим, в котором был воспитан этот военный служа ка, не задумывающийся при расстреле немцев, наложил отпечаток на него. Директор жесток, бесчувствен, пользуется теми методами (подслушивание, террор, крик), что ему более понятны. Во взаимо отношениях его с учителями прослеживается и другая проблема, так называемый еврейский вопрос. Директор не разрешает Изе Мо исеевичу говорить об Эренбурге. Правда, автор, вероятно, эту проб лему намечает лишь более яркой характеристикой времени и само го персонажа.

В рассказе писатель говорит о жестокости и доброте. Становится жутко, когда весь класс до упаду хохочет над первоклассником.

Причем автор в двух словах называет судьбу многих детей, желая подчеркнуть, скорее всего, их разность, многообразие характеров, но общую бездуховность. Ни про одного он не скажет как о сердеч ном, отзывчивом человеке. И врач, и литератор, и убийца, и долго жительница — все смеются. Только над мальчиком Зоя Николаев на нимб. «Святой» будет любить всех и просить Бога о поми ловании. Вероятно, эта идея добра, милосердия и покорила меня в этом рассказе больше всего. По-моему, в художественном отноше нии произведение несовершенно. Нет стройной системы образов. О директоре уже почти все сказано. Автор явно иронично относится к нему. Даже саркастически. Характеризуя директора, В. Ерофеев употребляет такие фразы: «директора мутило от он говорит о любви, «гоня... резкую вонь от мужского Но в то же время автор пишет о директоре, что он был «худенький... чернявенький, с еще молодым лицом». любит героиня, которая явно симпа тична писателю. И у директора нет имени, как и у мальчика. Это их сближает, а может, и противопоставляет, как Бога и Сатану.

Зоя Николаевна обрисована автором иронично («ее лицо ужасно «непедагогический смех», история с панталонами).

в общем она нравится писателю. Так, он говорит, что она «моло всего стеснялась;

сравнивает ее крик с «жалким криком раненой птицы» (правда, сравнение далеко не оригинальное). С яв ной лаской, сочувствием, добротой создает В. Ерофеев образ маль чика. Он при его описании использует уменьшительно-ласкатель ные суффиксы (головка, кружок, нимб, как корочка льда, кулачок и так далее). Мальчик не умеет грубить, хамить, драться. Он жале ет и любит всех, живет по законам Божьим. И этот первоклассник вызвал у меня много добрых чувств, задел за живое, заставил заду маться над взаимоотношениями моих сверстников. Рассказ Ерофее ва, заостряющий внимание на нравственных проблемах, на мой взгляд, очень актуален в наше жестокое суровое время. Может быть, поэтому мне и захотелось написать о нем.

С. Д. ДОВЛАТОВ. (Опыт рецензии) Сергей — писатель нашего времени. Он стал известен только в восьмидесятых годах. У нас же в стране его книги появи лись несколько лет назад, в начале девяностых.

Вся жизнь писателя была движением, энергией. Родившись в эвакуации 3 сентября 1941 года в Уфе, он умер в эмиграции 24 ав густа 1990 года в Нью-Йорке. С 1978 года — двенадцать лет — До влатов жил в США, где окончательно выразил себя как прозаик.

На Западе он выпустил двенадцать книг на русском языке. Его книги стали издаваться и на английском, и на немецком языках.

При жизни Довлатов переведен также на шведский, фин ский, японский... Лауреат премии американского Пен-клуба, он печатался в престижнейшем американском журнале где до него из русских прозаиков публиковали лишь Набокова. Са мым лестным образом отзывались о Довлатове Курт Воннегут и Джозеф Хеллер, Ирвинг Хау и Виктор Некрасов, Георгий Влади мов и Владимир Воинович. Почему же все-таки российский талант на Родине всегда в оппозиции? Не потому ли, что его цель — иде ал? По завету нашей классической литературы место художника — среди униженных и оскорбленных. Он там, где нет правосудия, где угасают мечты, царит беззаконие и разбиваются сердца. Но из тем ного болота жизни художник извлекает неизвестный до него смысл, образы. Они иль ничтожны» — с точки зрения гос подствующей морали. А поэтому и сам художник всегда ужасающе темен для окружающих.

Довлатов сильно увлекался американской прозой: Шервудом Андерсоном, Хемингуэем, Фолкнером, Сэлинджером. Влияние это очевидно. Особенно в годы, когда ав тор жил то в Ленинграде, то в Таллине и по мелочам публиковался в журнале «Юность». В Нью-Йорке оказалось, что эталоном прозы Довлатову служат Белкина», «Хаджи-Мурат», рассказы Чехова. Понадобилась эмиграция, чтобы убедиться в точности и правильности своего предчувствия: быть хочется толь ко на Чехова». Эта фраза из довлатовских «Записных книжек» очень существенна. Метод поисков, так сказать, художественной правды у Довлатова специфически чеховский. «Если хочешь стать оптимистом и понять жизнь, то перестань верить тому, что говорят и пишут, а наблюдай сам и вникай». Это уже из «Записной книж Чехова — суждение, необходимое для понимания творчества и жизненных принципов Довлатова.

В первую очередь писателя интересовало разнообразие самых простых людей и ситуаций. Соответственно этом отношении представление о гении: «бессмертный вариант простого человека».

Вслед за Чеховым он мог бы сказать: «Черт бы побрал всех вели ких мира сего со всей их великой философией!» Произведение «Зона», опубликованное в 1983 году, сначала в Америке, у нас — гораздо позже, имеет второе название — ки надзирателя». Это своего рода дневник, хаотические записки, комплект неорганизованных материалов, описывающих в точности жизнь уголовной колонии. Рассказ ведется от первого лица — чело века, работавшего в этой колонии надзирателем. Он рассказывает о дикости, ужасе мира, в который он попал. Мира, в котором дрались заточенными ели собак, покрывали лица татуировка ми, насиловали коз. Мира, в котором убивали за пачку чая. Он пи шет о людях, живущих в этом мире. О людях с кошмарным про шлым, отталкивающим настоящим и трагическим будущим.

Но, несмотря на весь ужас и кошмар этого мира, жизнь продол жалась. И в этой жизни даже сохранились обычные жизненные пропорции. Соотношение радости и горя, добра и зла оставалось не изменным. В этой жизни, пишет он, были и труд, и достоинство, и любовь, и разврат, и патриотизм, и нищета. Были и карьеристы, и люмпены, и соглашатели, и бунтари. Но система ценностей была полностью нарушена. То, что еще вчера казалось важным, отошло на задний план. Обыденное становилось драгоценным, драгоцен ное — нереальным. В этом диком мире ценились еда, тепло, воз можность избежать работы.

В рассказе есть эпизод, где автор рассказывает о человеке, меч тавшем стать на особом режиме, хлеборезом. был хмурый, подозрительный, одинокий человек. Он напоминал партийного бос са, измученного тяжелыми Для того чтобы занять такое место, в зоне надо было лгать, льстить, выслуживаться, идти на шантаж, подкуп, вымогательство. Любыми путями добиваться своего.

Сравнивая в предисловии к «Зоне» себя с Солженицыным, До влатов говорит, что книги их совершенно разные. Солженицын был заключенным и описывал политические лагеря. Довлатов же писал о надзирателе в уголовном лагере.

Если говорить о художественном своеобразии произведения, то стоит заметить, что в этих хаотических записках прослеживается общий художественный сюжет, в какой-то мере соблюдено единст во времени и места;

действует один лирический герой (конечно, ес ли можно назвать надзирателя Можно сказать, что довлатовское повествование разделено не на главы, а на абзацы, на микроновеллы, как в чеховском театре, границей между ними яв ляется пауза. Любая из них может оказаться роковой.

Отчетливо демократическая ориентация довлатовской прозы со мнений не вызывает. И иного принципа отношений между людьми, чем принцип равенства, он не признавал. Но понимал: равными должны быть люди разные, а не одинаковые. В этом он видел нрав ственное обоснование демократии, и это убеждение диктовало ему и выбор героев, и выбор сюжетов.

РЕЦЕНЗИЯ НА РОМАН В. В. НАБОКОВА прежних лет романы, прежнюю любовь...

С. Пушкин Роман Владимира Набокова «Машенька» — произведение иск лючительное и необыкновенное. Он отличается от всех написанных им романов и пьес. Я прочла у Набокова множество произведений, но именно привлекала меня красотой языка, легко стью, философскими рассуждениями о роли любви на земле. Если кратко говорить о теме романа, то это о необычном человеке, находящемся в эмиграции, в котором уже начинает уга сать интерес к жизни. И только встретив случайно любовь своей юности, он пытается возродиться, вернуть свое светлое прошлое, вернуть молодость, во времена которой он был так счастлив.

Главный герой романа — Лев Глебович Ганин, эмигрировавший в Берлин. На протяжении всего романа Набоков стремится подчер кнуть в нем его «особенность», несхожесть с окружающими. Ганин живет в пансионе, где рядом с ним обитает еще шесть человек, ото рванных от России, обитающих в атмосфере пошлости, косности, примирившихся со своим мирком. Этот пансион — своеобразный символ, который Набоков называет «убежищем для изгнанных и выброшенных». Эти люди действительно выброшены, выломаны из жизни. Их судьбы разбиты, желания угасли. Набоков рисует их слабыми и безмолвными, исключая, разумеется, главного героя.

Печальна судьба старого российского поэта Подтягина, смертельно больного, стремящегося вырваться из лап эмиграции и вернуться на родину, в Россию. Грустно читать о Кларе — молодой девуш ке, безответно любящей главного героя, но не нашедшей в этой любви никакой отрады. думала о том, что в пятницу ей бу дет двадцать шесть лет, что жизнь проходит и никогда не вернется, что любовь эта ее совсем ненужная, Другой главный герой романа — Алексей Иванович Алферов, яркое воплощение того, что Набоков наиболее всего презирает в че ловеке, по злой иронии судьбы оказавшийся нынешним мужем Ма шеньки, любившей Ганина долгие годы. Все пошло в Алферове:

слова и докучливый голос»), банальности, внешний вид («было что-то лубочное, слащаво-евангельское в его Ал феров — полная противоположность интеллигенту не при емлющему пошлость ни в каких ее Отчасти Набоков придал Ганину черты своего собственного характера, вложил в него ту попытку вернуть потерянный рай, терзавшую его самого.

Узнав о том, что Машенька, с которой он по воле случая рас стался еще в далекой молодости, жива и приезжает на днях к му жу, Ганин буквально просыпается в своей берлинской эмиграции:

«Это было не просто воспоминанье, а жизнь, гораздо действитель нее, гораздо «интенсивнее», — как пишут в газетах, — чем жизнь его берлинской тени. Это был удивительный роман, развивающий ся с подлинной, нежной Ганин принимает решительную попытку вновь обрести потерян ный рай: отказывается от своей псевдоизбранницы Людмилы и со бирается похитить Машеньку у Алферова. Он даже не спрашивает себя, любит ли его Машенька до сих пор, он уверен, что молодость вернется, а вместе и счастье. При этом для достижения своей цели он совершает неэтичные поступки (поит Алферова водкой в ночь перед приездом Машеньки и переставляет стрелку будильника, чтобы Алферов не смог ее встретить, а сам бросается на вокзал).

Но лишь на вокзале Ганин осознает, что прошлое не вернуть, что оно утеряно безвозвратно, что нужно просто бежать из этого пансиона, из этой гнетущей, чужой и чуждой, пошлой атмосферы:

«Он до конца исчерпал свое прошлое, свое воспоминанье, до конца насытился им, образ Машеньки остался... в доме теней, пансионе, который сам уже стал Переболев своим прошлым, герой отправляется на другой вокзал, уезжает в будущее, навстре чу новой жизни.

Б своем романе Набоков философски размышляет о любви к женщине и к России. Две эти любви сливаются у него в одно целое, и разлука с Россией причиняет ему не меньшую боль, чем разлука с любимой. «Для меня понятия любовь и Родина равнозначны», — писал Набоков в эмиграции. Его герои тоскуют по России, не счи тая Алферова, который называет Россию «проклятой», говорит, что ей («Пора нам всем открыто заявить, что России капут, что оказался, как, впрочем, можно бы ло догадаться, серой сволочью, что наша родина, стало быть, по Однако остальные герои горячо любят родину, верят в ее возрождение. надо любить. Без нашей эмигрантской любви России — крышка. Там ее никто не любит. А вы любите?

Я — В целом Набоков сложен для понимания. Я впервые прочла его автобиографический роман «Другие когда мне было две надцать лет. В нем он как бы осмысливает всю свою жизнь, раз мышляет о детстве, своих поисках собственного о поистине «земном рае» своего духовного воспитания. «Мое детство было со — писал он в «Других берегах».

Находясь в эмиграции, Набоков был вынужден писать свои про изведения на английском языке, отчего испытывал почти физиче скую боль. Его расставание с прекрасным и родным русским язы ком было мучительным, но это испытание он выдержал с честью.

Читая произведения Набокова сейчас, я вспоминаю рассказ моей сестры, которая побывала в Швейцарии на его могиле. Он по хоронен на берегу Женевского озера, в небольшой деревушке ря дом с курортным городом Монтрё. По ее словам, более эстетской могилы она не видела: огромный голубой камень, простая надпись, цветущие фиалки вокруг... Именно о такой могиле мечтал его ге рой Цинциннат Ц. из прекрасного романа «Приглашение на казнь». Снова в нем «потерянный рай», снова ностальгия по про шлому, любовь. Снова герой находится в состоянии одиночества:

«Нет в мире ни одного человека, говорящего на моем языке». Но герой романа верит в собственное как, должно быть, не терял веры в себя сам автор. И именно эта вера не дала герою умереть да же после того, как ему отрубили голову, оказавшись сильнее топо ра. «Зачем я тут? Отчего так лежу? — И, задав себе этот простой вопрос, он отвечал тем, что привстал и осмотрелся...» «Меня у ме ня не отнимет никто, — сказал Цинциннат Ц. сам Размышляя над прозой Набокова, я поражаюсь тому, как его герои испытывают душевный подъем во время собственных неудач, а когда к ним приходит успех, они словно теряются, становятся косноязыкими, тусклыми, приниженными. Дар описания у Набо кова развит до необыкновенных пределов, он обладал каким-то осо бым, словно отполированным языком, меткостью взгляда, способ ного при помощи художественных приемов и образов даже мело чам придать особое значение, подчеркнуть их.

Читая его романы, я чувствую в них одиночество человека, не понятого многими, оторванного от того, что ему дорого. Боль и го речь едва слышны у него, он не подчеркивает их, а лишь скрывает за будничными картинами и фразами. В этом я вижу его сходство с Чеховым, который всегда говорил, что «в настоящей жизни люди обедают, только обедают, а в это время слагаются их судьбы и раз биваются их жизни». Чехова Набоков всегда очень любил, считая его «нравственный пафос» образцовым для писателя. «Я и Че хов — вот два — говорил он. Особую близость Набоков ощущал и к Достоевскому, описывая ненавистный ему «мирок по шлости и гнили», прикрытый Сейчас, к моей большой радости, у нас в стране стали проявлять большой интерес к Набокову, многие и многие утверждают, что именно у него нужно учиться прекрасному русскому языку, благо родному служению культуре. На Западе к нему, наоборот, относят ся вяло, но ведь Россия, его Россия, набоковская Россия любит и признает его — это главное! Одиночество и ностальгия при жизни, но признание и поклонение после смерти. Ради этого, я считаю, стоило терпеть и страдания, и боль.

И сейчас, читая Набокова, я обогащаюсь не только умственно, но и нравственно, духовно. Это чувство очищения со мной, пока я люблю и ценю прозу Набокова, его потрясающий дар слова.

РЕЦЕНЗИЯ НА РОМАН Ю. М. ЛОЩИЦА «ДМИТРИЙ ДОНСКОЙ» Прежде чем рассказывать о выбранной мною книге, я хотел бы объяснить, почему я выбрал именно роман. Я всегда интересовался историческими произведениями, ролью личности в истории. На мой взгляд, читая и разбирая историю нашей страны, можно по нять нынешнее состояние государства и предвидеть, что будет в ближайшем будущем.

На тему Куликовской битвы было написано очень много произ ведений. Это и летописи современников Дмитрия Донского, и сти хотворение А. Блока, и роман «Дмитрий Донской» С. Бородина.

Помимо литературы до нас дошли и другие памятники, рассказы вающие о тех далеких временах. Хорошо известны икона Ф. Грека «Донская Богоматерь», полотна Васнецова и другие.

Сейчас это собрание получило хорошее дополнение — роман Ю. Лощица «Дмитрий Эта книга повествует о временах Дмитрия Донского, о жизни Руси в XIV веке, о ее героях. Произве дение является как исторической хроникой тех событий, так и ху дожественным произведением, автор которого ярко и образно опи сывает людей той эпохи. Итак, это произведение вполне можно на звать романом-хроникой, который включает в себя художественное описание исторических событий.

Сам Юрий Лощиц написал роман к шестисотлетию Куликов ской битвы, заставив нас вспомнить о делах давно минувших дней.

С первых страниц книги автор обращает наше внимание на кра сивую природу русской земли. Мы ощущаем атмосферу широкого раздолья Руси, могучий русский национальный характер, своеобра зие духовного мира русского человека. Читая книгу, как бы погру жаешься в мир эпохи Дмитрия Донского, начинаешь разделять чувства простых людей, бороться за объединение Руси и освобожде ние от ордынского ига. Стоит отметить, что повествование идет от лица старого а это, безусловно, усиливает наше пони мание и глубину погружения в действие.

Описание событий начинается с первых боев русских дружин с татаро-монгольскими полчищами. Идет повествование о том, как в середине XIII века войска Чингисхана разорили русские земли и подчинили их себе. Кажется, что эти события не имеют никакого отношения к Дмитрию Донскому, но это не так. Не проанализиро вав эти события, не поймешь, что значила Куликовская битва для Руси и какую роль в ней сыграл Дмитрий Донской.

Сразу после установления ордынского ига русский народ начи нает против него бороться. Ему удается одержать ряд побед;

сбор дани теперь осуществлялся русскими князьями, ордынцев часто встречают вооруженным отпором. Особое значение в этой борьбе Ю. отводит простым русским людям. Голос народа, по мне нию автора, слышен в летописях: «Летописи как раз и были в из вестной степени гласом народным о тех или иных именитых лю дях. В летописях народ веками обсуждал свою историю, на разные голоса судил о наивиднейших представителях власти. Летописцы вовсе не были подобострастны по отношению к сильным мира се Дмитрий Донской становится правителем государства уже в де вять лет. Здесь при нем огромную роль сыграло его окружение, в частности митрополит Алексий, который воспитал и поставил на ноги маленького мальчика. Автор подробно описывает все события, которые происходили во время царствования молодого князя. Бо льшую художественную оценку получают такие события, как стро ительство белокаменного Кремля, борьба против литовцев.

Но главное внимание автор уделяет борьбе Руси с Ордой, кото рая при Дмитрии Донском получила характер открытого противо стояния и непримиримости. Москва бросает бесстрашный вызов грозному сопернику.

С середины семидесятых годов XIV века сопротивление Золотой Орде вступает в решающую фазу. Кульминационным событием ста новится Куликовская битва. Главной целью Мамая была: «хотеше второй царь Батый и всю русскую землю Автор красочно описывает сцену встречи Дмитрия Донского и Сергия Радонежского. О самом Куликовском побоище роман пове ствует подробно и интересно, часто прибегая к летописным источ никам. Помимо простого люда в битве мы видим и главного ге роя — Дмитрия Ивановича. Он показал своей храбростью и муже ством пример другим воинам. Русь, потерявшая на поле Кулико вом многих своих одолела сильного и коварного врага. Сла ва о подвиге русского воина прошла по всему миру, и он лишний раз убедился, что Русская земля не будет терпеть никакого ига и будет бороться до последней капли крови за свою свободу.

Помимо хронологического описания Ю. Лощиц не забывает и художественную часть своего произведения. Особый интерес пред ставляет природа Руси, ее красота, описанная в лирических отступ лениях. Еще одной деталью, отличающей это произведение от про стого констатирования фактов, является описание простых людей земли Русской, их переживаний и склада мышления. Также Дмитрий Донской показан нам не как великий князь и полково дец, а как простой человек, любящий свою родину и отдавший все силы для ее освобождения от ордынского ига.

Со времени Куликовской битвы прошло уже более шестисот лет.

За это время наши предки еще не раз вступали в борьбу за свою ро дину и с успехом отбивались от всех врагов. И все эти шестьсот лет помнили подвиг русского народа на поле Куликовом. Здесь вполне можно согласиться со словами Ю. Лощица: «Чем тяжелей были ис пытания, выпавшие на долю Отчизны, тем ярче, призывней горели в ее небе имена великих сынов России, положивших когда-то свои души за други своя. Истинно так было и будет».

НА РОМАН Б. ЯМПОЛЬСКОГО «МОСКОВСКАЯ Есть нечто знаменательное в том, что едва ли не самая строгая режимная магистраль нынче одна из самых кокетливых и наряд ных улиц столицы.

Я — о старом Арбате. Там, где прежде проходила улица, кото рая была насыщена подозрительностью и сигнальными устройства ми, трасса, где по осевой линии в сумерки мог промчаться с эскор том машин сам Сталин, теперь бесконечно роятся в нескончаемом броуновском движении молодые неформалы.

Трагедия страха, психология страха, социология страха — вот что такое роман Ямпольского. То обстоятельство, что его герой вне запно становится объектом неотвязной и откровенной слежки, по зволяет писателю с редкостной пристальностью показать мучения человека, затравленного державной властью. Характерно для изоб ражаемой эпохи, что нависшая над героем угроза кажется ему тем более отвратительной, чем менее она обоснована. Это объяснимо.

Но герой еще с довоенных времен знает, как часто люди исчезали в силу слепой случайности, непостижимой нелепости, а то и бюро кратической условности.

Каждодневная угроза ареста обостряет эмоциональную жизнь героя, его нервные реакции и аналитические способности. Он пыта ется понять этот механизм, постичь его логику, нащупать какую нибудь причинно-следственную нить в таинственной игре, превра тившей его в безликую фишку. Где-то в здании на большой площа ди, очевидно, ждет своего часа «серая шапка с черным штампом «хранить вечно» и с моей фотографией на обороте. Откуда они только взяли мою Когда это началось? С каких пор я попал в их бинокль?» «Что это было: донос товарища на странице из ученической тетради, рапорт на официальном бланке или теле грамма с красным ведомственным штампом?» Подобные мысли растравляют его душу, притупляют разум, а главное — парализуют «Значит, так надо». «Наказание не минуемо». «Уже не было сил бояться... стало все «Я устал.

Я теперь готов был ко И что особенно важно: «Туман рав нодушия окутал меня, невозможность, непредставимость борьбы, вялая и болезненно чудовищная покорность течению событий, бе зысходность Воспаленное страхом воображение все вре мя проигрывает разные варианты того, как это может случиться.

«Неожиданный стук в дверь, и всегда первая мысль — они». «По звонят длинным-предлинным звонком. Или просто заберут с ули цы». «Или снимут с поезда». «Сначала я исчезну из домовой кни Как же все-таки оно возникло и сформировалось — это ощуще ние фатальной обреченности? Ведь перед нами не робкий юноша, а недавний много в жизни хлебнувший, зрелый человек.

Как можно было притерпеться к такой унизительной доле? Писа тель отвечает на этот вопрос со всей прямотой и трезвостью.

«Жизнь проходила от собрания к собранию, от компании к ком пании, и каждая последующая была тотальное, всеобъемлющее, беспощаднее и нелепее, чем все предыдущие, вместе взятые. И все время нагнетали атмосферу виновности, всеобщей и каждого в от дельности... И постепенно это ощущение этой постоянной, неисчер паемой, исступленной виновности и страх перед чем-то высшим стал вторым я, натурой, характером».

Сталин в романе лишь несколько раз упоминается, но его незри мое присутствие как инициатора и носителя великого страха ощу щается на каждой странице. Его образ словно бы растворен в тек сте романа, и читатель понимает, что все политические злодейства и послевоенные кампании против не счастных языковедов и — его рук дела. Что именно от него поступали директивы на изъятие людей. И что он сам находился под постоянным гнетом содеянного. Недаром древ ние говорили: кого боятся многие, тот сам многих боится.

В годы сталинщины гибридная культура исступленного почита ния и всеобщего устрашения отпечаталась на всем бытие общества.

Вырабатывались неповторимые формы управления делами, свои способы манипуляции людьми, свои аппаратные традиции. Утвер ждалась особая эстетика поведения, особая лексика, особая атмо сфера повседневной жизни.

В этом смысле Арбата могла служить наглядным выражением сталинского режима вообще. Как Невский проспект во времени Гоголя — выражением николаевского режима. Порой известный всем район приобретает у Ямпольского черты какого-то тревожного новоявленного демонизма. Район становится выразите льной метафорой всеобщего поднадзорного существования. Боялись все, и, быть может, генералиссимус не меньше других. Отсюда — «Топтуны», с одной стороны, показаны в их бытовой либо ве домственной специфичности, а с другой — напоминают участников какого-то ритуального действа, мрачной мистерии, чреватой порой для всех, даже для случайных очевидцев.

Кажется, не было для Ямпольского как художника большей от рады, чем привести в прямую связь земное и возвышенное, бытовое и метафизическое, пресно-тривиальное и загадочно-абсурдное. Ино гда он намеренно акцентирует второй из парных компонентов. Раз вивая, скажем, тему покорности своего героя, Ямпольский делает упор на алогизме всего случившегося с ним. Почему? Потому, навер ное, что проник в глубины его трагедии, которая в том и заключа лась, что любое сопротивление сталинскому режиму не могло быть расценено народом иначе, нежели посягательство на самое для него святое. Безумие режима делало сопротивление ему тоже безумием.

Так писатель объясняет пассивность своего несчастного героя, пре бывающего в шоковом состоянии политического недоумения.

«Московская улица», конечно, не фантастика, а самая что ни на есть реальность нашего послевоенного бытия. Даже когда перед на ми оказывается густонаселенная коммуналка, где портреты жиль цов составляют существенную часть фрески, ибо являют собой в сумме некий социальный микрокосм, окружающий героя. Для этой среды, чье бытие разъедено страхом, характерна прежде всего ее удручающая атомарность. Отсутствие каких бы то ни было ду ховных связей и общих интересов, полная нравственная разобщен ность, взаимный антагонизм, гнетущая неустроенность — вот тот суммарный, лишенный традиций, нестабильный мирок, который составляет вместе с режимной улицей единую систему сообщаю щихся сосудов.

В этих главках, как, и в других, Ямпольский охотно прибегает к гиперболе, что на поверку соответствует официальному стилю описываемого времени.

Страх нередко оказывал нервно-паралитическое действие, а иной раз заставлял панически метаться без цели и смыс ла. Слежка разом делает героя другим, отделяет его от всех про чих. В его психике неминуемо выступает на первый план сознание бессмысленности собственного бытия.

Не потому ли в убеждениях современников так прочно обосно валась тщета любых социальных упований? Токсичность страха гражданского оказалась всего острее и длительное. Что, если в об щественном организме оно-то и хранится вечно?

Написанный около четверти века назад роман Б. Ямпольского одним из первых прикоснулся к скрытым пружинам авторитарной власти и обнажил психологический механизм общественной покор ности. Он многое объясняет нам в нас самих — почему мы такие.

РЕЦЕНЗИЯ НА ПОВЕСТЬ Е. КОРШУНОВА «ХАМЕЛЕОН» Книга Евгения Коршунова «Операция по своему жанру детектив. Притом детектив, действие которого происходит в заманчивой Африке, Вряд ли найдется человек, не мечтавший хоть раз в жизни попасть в ее саванны, побродить у Килиманджаро и водопада Виктория, услышать при лунном свете звуки тамтамов и увидеть ритуальные танцы местных племен. Для того, кто попадет в Африку ненадолго, эти впечатления, наверное, и будут главны ми. Но для журналиста, живущего и работающего здесь несколько лет, экзотика быстро отходит на дальний план. На смену ей прихо дит трезвая и точная оценка обстановки, сложившейся в современ ной Африке, сложностей и трудностей ее развития, по литического и экономического. Именно такое понимание жизни есть в книге «Операция «Хамелеон».

Действие повести Е. Коршунова происходит в вымышленной стране Гвиания, где-то в Западной Африке.

В центре повествования молодой советский африканист Петр Николаев, приезжающий в Гвианию в научную командировку. Его творческим планам не суждено сбыться, поскольку иностранные разведки решают сделать его жертвой своего заговора — операции чтобы скомпрометировать прогрессивное профсоюзное движение в стране, объяснив его успехи и силу пресловутым «вме шательством Ситуация не новая, но тем не менее все еще живучая. Могу сразу сказать, что операция постыдно провалилась, и Помогли в этом Петру Николаеву люди разных национальностей, объединенные чувством справедливости.

Рядом с Петром Николаевым действуют австралиец Роберт Ре корд, австрийская художница Элинор, американец-микробиолог Смит, английский профессор Нортон, лидеры молодежных гвиа нийских профсоюзов Стив и Гоке. Все эти характеры убедитель ные, написанные автором весьма впечатляюще. Профессор Нортон, например, в шутку называющий себя «старым колонизатором», от давший всю жизнь изучению Африки, благородный исследователь, не пожелавший способствовать офицерам своей разведки и высту пивший с разоблачением ее деятельности. Или мечущаяся в поис ках душевного покоя и счастья Элеонора, воспитывающая осиро тевших африканских детей. Это и добропорядочный, наивнейший Смит, который даже не догадывается, какие прививки он делает.

Выяснив, что его над местными людьми не что иное, как испытание бактериологического оружия, Смит кончает жизнь самоубийством.

Интересно и правдиво показывает автор африканцев, в том чис ле и Гоке — ультралевого революционера на словах, а на деле про дажную марионетку. Он и есть тот самый с помощью которого должна была совершиться провокация.

Как ни странно, но рядом с этими реальными характерами ге рой повести Петр Николаев выглядит хоть и привлекательно, но несколько наивно: уж очень часто не догадывается он о том, что происходит вокруг. Правда, это позволяет автору показать Никола ева в разных неожиданных ситуациях. Автору так удобнее, но чи тателю иногда обидно за своего соотечественника. Хотелось бы и диалоги видеть более насыщенными, с большей художественной нагрузкой.

Я ХОЧУ РАССКАЗАТЬ ВАМ О КНИГЕ И. ПАДЕРИНА «НЕ УХОДЯ ОТ СЕБЯ» Я хочу рассказать вам о повести в новеллах И. Падерина «Не уходя от себя». Голос разбуженной, воспаленной памяти писателя фронтовика звучит здесь настойчиво и сольно, порой печально, точ но откуда-то издалека звук тревожного колокола.

Мудрость и мужество поколения, вступившего в полосу ожидания неизбежного, требовали от художника, судьба была опалена войной, исполнения долга поведать о жизни и о себе, окинуть взглядом окружающих, оглянуться назад, вглядеться в даль. Писа тель, по-моему, чутко услышал и уловил это движение времени. Не перекраивая и не упрощая прошлое на свой лад и вкус, не вгоняя в мертвые думы живую современность, автор повести раскрывает нам духовное содержание жизни своего поколения. И. Падерин по казывает вдохновленный образ человека с чистой совестью и высо ким внутренним достоинством, изображая дарованную ему судь бу — честную и прямую, а характер — глубокий, сильный и пре красный.

На долю Сергеева, главного героя падеринских новелл, выпало счастье выдержать все испытания в годы войны. Однако достоин ли человек своего счастья сегодня, сейчас, спустя много лет после отгремевших залпов? Вот вопрос, каким писатель проверяет героя современника и всех, кто его окружает. И. Падерин пристально всматривается в их поступки, пытаясь понять, почему очень мно гие в прошлом вроде честные и чистые люди стали мельчать, ро нять себя в глазах детей, соблазняться легкой наживой, становить ся стяжателями, а им подражают подростки.

Читая повесть, понимаешь, что ее автор сохраняет в себе нрав ственные идеалы и веру в высокое предназначение человека, сохра няет совестливое чувство вины и перед теми, кто не дожил, и за тех, кто дожил, но отступил от самого себя, кто предал память о самом себе.

Как случилось такое, что и полковник Авланов, и бывший врач медсанбата дивизии, и генеральный директор комбината, в про шлом боевой генерал, смогли предать бывшего разведчика, героя войны не только в Сталинграде, а уже в мирные дни? Чем объяс нить столь странное и страшное эхо войны? Что ими движет?

Горькие, серьезные раздумья над этими вопросами вновь воз вращают И. Падерина к фронтовым будням и к дням отрочества, юности, времени тревожного счастья, когда происходило становле ние характеров и судеб людей его поколения. Тогда проявление трусости, отступление от правды казнилось совестью и жестоким беспощадным презрением к себе. Бой — ценой в жизнь, когда геро изм — норма, а война — работа. Быт, коему цена — совесть, забве ние которой та же Война — она преходяща, не ее ради жи вет человек на земле. И. Падерин убежденно проводит мысль о том, что нет на свете более высокого призвания, чем быть созидате лем. Именно созидание увековечивает в людях память о погибших;

память, как потребность дышать, мыслить и двигаться.

Эта книга актуальна в наши дни. Сейчас самое время разобрать ся в той жизни, что прожило уходящее поколение. Для меня эта повесть интересна даже не столько жизненными итогами ее героя, сколько художественным выявлением духовного становления лич ности, постигавшей премудрости новой действительности.

РЕЦЕНЗИЯ НА РАССКАЗ И. ДАНИЛОВА «У НОВЫХ С автором рассказа «У новых хозяев» Иваном Даниловым я по знакомилась впервые. Этот рассказ был написан в 1981 году, саму же книгу «Зимний дождь» выпустило издательство «Современник» в 1984 году.

Рассказ написан доступным и понятным языком, в нем описы вается новая жизнь коровы Марты после смерти старой хозяйки.

Бывшая хозяйка очень любила корову, прекрасно о ней заботи лась, была очень внимательна и добра к ней. Марта платила ей тем же. Каждый раз радовалась встрече с хозяйкой, «возвращаясь с пастбища», она «чуть ли не бежала впереди всего стада», надеясь встретить ту, которую так любила. Но вот любимая хозяйка умер ла, и на смену ей пришли новые, чужие люди. Они не любили и по баивались Марту, очень плохо о ней заботились, были с ней грубы и жестоки. Поэтому Марта невзлюбила их. Она не понимала, что произошло с ее хозяйкой, очень скучала по ней, все время ждала, что та когда-нибудь придет и все пойдет по-старому. За год новой жизни она очень изменилась в характере, сделалась «вздорной и И где-то через год Марта отравилась и умерла от не досмотра своих хозяев.

Завязка произведения начинается с того момента, когда умира ет старая хозяйка. Дальше идет развитие действия — жизнь Мар ты у новых хозяев, потом кульминация — тот момент, когда Мар та отравилась, и, наконец, развязка, то есть смерть Марты. В ходе рассказа много лирических отступлений, воспоминаний коровы, в которых она невольно сравнивает прошлую и настоящую жизнь.

По-моему, они даны для того, чтобы лучше понять идею, которую хотел донести до читателя автор. На взгляд, идея состояла в том, чтобы показать людям, как нуждаются в любви и заботе жи вотные. хотел сказать, что даже животные могут пережи вать, кого-то ненавидеть или любить, могут кому-то радоваться или о ком-то тосковать. Без любви они так же, как и люди, черст веют и озлобляются. Я считаю, что главная тема этого произведе ния — тема любви и взаимоотношений между людьми и живот ными. В течение всего рассказа ярко выражена позиция автора.

Он явно жалеет корову, сочувствует ей. конечно, больше по душе старая хозяйка Марты. Это заметно в описании тех момен тов, когда хозяйка кормит корову, ухаживает за ней. Эти места автор описывает очень подробно и красиво. Некоторые слова он употребляет в уменьшительно-ласкательной форме. Например, «клала сенца», пырея», «ломтик хлеба». Описывая ру ки, он использует такие эпитеты, как «умные», «упругие», «лас ковые». Показывая же новых хозяев, в частности мужика, автор иронизирует, смеется над ним, называя его «мужичишка» или «этот вонючий».

Мне Марту действительно жалко. Ведь она абсолютно беспо мощная жертва обстоятельств. Она не понимает даже того, что про исходит вокруг нее, тоскует по старой хозяйке, все время ждет, что та когда-нибудь вернется. Все эти пустые ожидания навевают мне грустные мысли. Прочитав этот рассказ, понимаешь, насколько мы одиноки и беспомощны перед ударами судьбы, как мы легко привыкаем к людям, любящим нас, постоянно находящимся рядом с нами, и как тяжело мы переживаем разлуку с ними.

РЕЦЕНЗИЯ НА ПОВЕСТЬ Ю. ВЯЗЕМСКОГО «ШУТ» Повесть Юрия Вяземского «Шут», изданную уже более десяти лет назад, я прочитала совсем недавно. Желание познакомиться с книгой поначалу было лишь интересом к личности автора.

Ю. Вяземский был известен мне как ведущий телевизионной пере дачи «Умники и умницы».

Тонкий знаток литературы и истории, умный, артистичный, го товый к риску, деловой человек. Эти свойства натуры Вяземского проявляются и в его прозе.

В повести есть боль, есть попытка исследовать острые нравственные ситуации. В ней как бы концентрация жизни. Мне кажется, что это произведение может вызвать серьезные раздумья.

Повесть «Шут» непроста для восприятия. Но бывает так;

услы шишь новую музыку, и она покажется чужой. Но нельзя спешить.

Послушаешь эту музыку во второй, в третий раз, поймешь, при мешь ее, и она останется с тобой навсегда.

Повесть Ю. Вяземского надо «выслушать». Надо войти в нее и принять правила игры ее автора.

Произведение о жизни и смерти шута — притча. Хотя никаких фантастических событий и преувеличений в ней нет. Повесть имеет заголовок «Исследования по материалам «Дневники Автор рассказчик находит на антресолях старые тетради. Это и есть днев ник шута. Вел записи школьник Валя Тряпичников. Они постоян но прерывались авторскими размышлениями, пересказами собы тий из жизни шута, обращением к читателю, к все понимающему собеседнику.

Наш герой рос мальчиком впечатлительным, книжным, был увлечен древней культурой и литературой Японии и Тибета. А по тому в дневниковых записях нам встречаются цитаты из заинтере совавших его книг и учебников. Есть и толкования тех или иных литературных теорий. Увлечение своеобразной восточной культурой говорит о том, что Валя был необычным человеком.

Родители его, образованные, сведущие, казались людьми достой ными, но, если верить тексту дневника, не было в доме Тряпични душевного тепла и правды, и Вале многие важные жизнен ные проблемы приходилось решать в одиночку.

Не раз он получал удары за лучшее, что в нем было. И тогда Ва ля решил защищать это лучшее в себе и наносить удары сам. Он надевает маску шута и изобретает систему исследования самых уязвимых и чувствительных мест у людей, окружавших его. В дневнике шута есть такие строки:

Опасности подстерегают нас, Тревожна наша жизнь и нелегка, И ранят иногда больней ножа Невинные проделки шутника.

В школе Валю не любили. Связываться с ним мало кто решал Его жизненная практика оснастилась и теорией. Что такое шу товство по Тряпичникову? Вот что: «Оружие безоружного, сила Кажется, хорошо, но жизнь по системе сделала пар ня доброжелательного, чрезвычайно одиноким человеком, одино ким судьей и палачом.

Он высмеивал и унижал с помощью разнообразных хитроумных учитывая индивидуальные особенности жертвы. «Шу — это нечто вроде подножки, умелой, коварной подножки.

Человек становится посмешищем для окружающих.

Важно понять «философию Ее суть заключается в том, что жизнь жестока. Надень маску, и ты защитишь лучшее в себе.

Лишь чистые духом Себя не дадут унижать.

Тот жалок, Кого безумная страсть ослепила.

слепец, Им командует женщины власть.

Все люди, не желающие стать жертвами, живут в масках. Мас ка шута — самая человечная и невинная. Важно лишь, чтобы кто не догадался, что ты шут. Это твоя тайна. А окружающие ви дят в тебе не шута, а отважного «дуэлянта», сильного, несколько экстравагантного человека, понимающего суть людей и вещей.

«Шутовство, — убежден герой, — оружие Этим оружием он унижает зло и защищает добро, добро в себе и вне се бя. Почему же совсем неуловима минута, почти неразличима чер та, отделяющая шута от палача?

Достоинство повести Ю. Вяземского в том, что он показал: мас ка шута наиболее опасна для того, кто ее на себя надевает. Все сводятся к одному, самому неожиданному и убийствен ному — удару в собственное сердце. Ведь, вонзая «шпа гу» в уязвимые места окружающих, человек остановиться уже не может. И его жертвами постепенно становятся любимая лучший друг, любимый учитель.

Маска постепенно становится лицом. Он наносит удары, уже не разбирая, пока после сильного душевного потрясения шут не поги бает.

Он шел по лезвию меча, Он ступал на лед замерзшей реки, Он входил в пустой дом;

Его желание быть шутом исчезло навсегда.

Шут погибает, чтобы опять родился мальчик Валя Тряпични ков, еще более беззащитный, может быть, и уязвимый, чем до овладения всеми Повесть кончается моральным очищением и духовным торжест вом героя. В жизни может случиться и по-другому. Человек, пола гающийся лишь на силу маски, становится ее рабом. Начинают са ми собой отмирать основы души: искренность, бескорыстие, добро та, — на которых держались истинно человеческие отношения.

ставит вопрос: что опаснее — добро в маске зла или зло в маске добра?

Зло под личиной добра обманывает, усыпляет, потом убивает — иными словами, не перестает быть злом. Добро же под маской зла, даже шутовское, как добро тоже умирает. Отсюда напрашивается вывод: добро обязательно должно быть открытым, оно несовмести мо с лицемерием. К пониманию этого и пришел герой повести.

Чтение этого произведения позволяет решить многие нравствен ные вопросы. Читатель должен понять, что отвечать на зло — идти по пути разрушения себя. Помогает уцелеть дру гое — упорное участие в создании добра.

РЕЦЕНЗИЯ НА ПРОИЗВЕДЕНИЯ В. С. ВЫСОЦКОГО Я, конечно, вернусь весь в друзьях и мечтах, Я, конечно, спою...

В. С.

Я знаком с творчеством большого количества писателей и поэ тов разных времен. Есть среди них и любимые. Из зарубежных ав торов — это В. Шекспир, Э. Войнич, О. Уайльд, Э. Хемингуэй, из отечественных — Н. Гоголь, А. Чехов, Н. Гумилев, М. Булгаков, В. Быков. Их произведения таят глубоко в себе какую-то вечную загадку для меня, которая будет существрвать всегда. Все они жи ли в разное время и писали каждый о и по-своему. Наверное, талант художника заключается не только в искусном владении формой, не только в приближении к полному самовыражению, но и в том, насколько другие люди в другие времена могут найти в его произведениях частицу самих себя. По Оскара Уайльда:

— зеркало, отражающее того, кто в него Получается, что человек ищет в искусстве аналоги своей судьбе, своим чувствам, своим мыслям, поэтому, зная о любимых писате лях и поэтах того или иного человека, можно сказать кое-что и о нем самом.

Мне бы хотелось рассказать о В. Высоцком — поэте-барде. Он родился в 1938 году и прожил сорок два года. У него была очень непростая и насыщенная жизнь. Многим В. Высоцкий как артист Театра на Таганке. Одна из центральных его ролей — Гамлет. Интересно сравнить стихотворения «Гамлет» Б. Л. Пастер нака и «Мой Гамлет» В. Высоцкого. У Пастернака акцент, мне ка жется, на строчках:

Гул затих. Я вышел на подмостки.

Прислонясь к дверному косяку, Я ловлю в далеком отголоске, Что случится на моем веку.

Я один. Все тонет в фарисействе.

Жизнь прожить — не поле перейти.

Да, каждый человек в какой-то момент жизни переживает в той или иной степени то, чем мучился герой Шекспира.

Стихотворение В. Высоцкого «Мой гораздо длиннее.

Это очень долгий и подробный рассказ о том, что Пастернак назвал одним словом Я видел — наши игры с каждым днем Все больше походили на бесчинства...

Как прожить во всем этом?

А мы все ставим каверзный ответ И не находим нужного вопроса.

Мир стихов В. Высоцкого огромен и многоголос. Песни о Вели кой Отечественной войне оставляют сильное впечатление. Казалось бы, человек, не испытавший в силу своего возраста все тяготы вой ны, не может писать о ней, а он писал и пел, потому что это его волновало. Наблюдая и узнавая жизнь более старших поколений, Высоцкий постигал судьбу своего народа, своей страны. Память и боль о пережитом отдельно взятых людей становятся общей памя тью и болью.

Как разрезы, траншеи легла И воронки, как раны, зияют.

Обнаженные нервы Земли Неземное страдание знают.

Многие его песни о войне — от первого лица. Изображая опре деленную ситуацию, он как бы задает и себе вопрос: я бы как поступил?» Прежде всего, это песни очень настоящих людей.

У В. Высоцкого есть стихи, посвященные дружбе, горам, морю:

Служение стихиям не терпит суеты, К двум полюсам ведет меридиан.

Благословенны вечные хребты, Благословен Великий океан!

Лирический герой этих песен — человек, на которого можно по ложиться, который не подведет.

Есть у Высоцкого и баллады: «Баллада о «Баллада о «Баллада о брошенном Если мясо с ножа ты не ел ни куска, Если руки сложа наблюдал свысока И в борьбу не вступил с подлецом, с палачом — Значит, в жизни ты был ни при чем, ни при чем!

Все песни его очень искренние и личные. Высоцкий, по-моему, не умел и не любил кривить душой:

Досадно мне, что слово забыто И что в чести наветы за глаза.

Он не хотел слепо подчиняться государству, всеобщему мнению:

Я согласен бегать в табуне, Но не под седлом и без узды.

В стихах, посвященных любви, у Высоцкого есть очень важная проблема, которую поэт решает для себя однозначно. Это вопрос постоянства в любви. По Высоцкому, любовь — чувство, дающееся человеку свыше. Над ним он не властен, поэтому нельзя давать ни каких обещаний.

Люблю тебя теперь — пятен, без потерь, Мой век стоит сейчас — я век не Во время, в продолжении, теперь — Я прошлым не дышу и будущим не брежу.

Для поэта любить — это значит жить:

Потому что если не любил — Значит, и не жил, и не Поэзия Высоцкого обращена непосредственно к каждому чело веку, к его душе. Она пробуждает во многих людях истинные чело веческие качества. Сам он говорил, что авторская песня для него — форма доверительного разговора со слушателем о том, что трево жит его на данный момент.

Почему же В. С. Высоцкий относится к моим любимым поэтам?

Наверное, ответить на этот вопрос объективно просто невозможно.

Но все-таки те проблемы, которые волновали его, волнуют и меня, этим можно объяснить мой личный интерес к творчеству Высоцко го. И еще от его песен исходит какая-то невидимая энергия, помо гающая жить, принимать решения и просто быть человеком.

В заключение хочется сказать, что я сам до конца не понимаю, почему В. Высоцкий — один из моих любимых поэтов. В этом есть некоторая тайна. Была тайна и в нем самом, и в его желании уз нать:

...а есть предел там, на краю Земли?

И можно ли раздвинуть горизонты?

РЕЦЕНЗИЯ НА ПРОИЗВЕДЕНИЯ Ю. ВИЗБОРА Юрий Визбор — один из самых известных исполнителей автор ской песни. Особенно популярны его песни были в шестидеся тые годы. Но и до сих пор среди студентов поются и и «Милая Визбор родился 20 июня 1934 года в Москве. О своем отце он писал так: «Юзеф Визборас был вспыльчивым и рев нивым командиром, бывшим моряком, устремившимся в 1917 году из благообразной в Россию». Он был арестован, а в 1958 го ду посмертно реабилитирован. Мать Визбора, Мария Григорьевна Шевченко, вторично вышла замуж, но отношения сына и мужа бы ли очень сложными — она развелась. Детство Визбора пришлось на нелегкое военное время и не менее трудные послевоенные годы. Это оказало огромное влияние на его характер, на становление его лич ности.

Визбор был разносторонне развитым человеком: поэт, компози тор, исполнитель, журналист, киноактер, сценарист, режиссер, альпинист и горнолыжник. Работа, долг, дело — самые важные ценности, смысл жизни для Визбора. Но самой любимой работой, самым важным делом были песни. Песни были для него жизнью.

«В двадцать лет Юрий Визбор осознал, что искоренить плохие пес ни можно только хорошими. К двадцати пяти годам он четко по нял, как это надо сделать», — писал Анатолий Азаров. Визбор го ворил о смысле своего творчества так: «Нытье — вещь поверхност ная, это проще всего: у кого нет неприятностей? Нужно выявлять более сложное, более глубокое. Нужно зарядить людей светлым, хорошим. Вот, элементарно говоря, мое Все песни Визбора очень искренни. Главным цензором и редактором для него явля лась прежде всего совесть. Визбор не гнался за модой, не стремился угодить критике, не сочинял на заказ — он просто пел свои песни.

В отличие от многих бардовских песен, поэзия Юрия Визбора не уводит в мир бесплодных мечтаний, не жалуется, она не насыщена болезненным самоисканием. Она добродушно посмеивается над этим миром, принимает его таким, какой он есть. «Муза Визбора» крепко стоит на земле, с точно взвешенной дозой романтики, кото рая окрыляет, но не отрывает от реальной жизни;

она жизнеутвер ждающа и оптимистична, наконец, она созидательна» — так пи шут о Визборе критики. Действительно, герой поэта сам ощущает себя частью этого мира, а не смотрит на него со стороны. Это всегда здоровый, сильный человек, обладающий внутренней мощью, энер гией и притягательностью — независимо от того, моряк ли он или инженер, студент или альпинист. И наверное, благодаря этой чет кой жизнеутверждающей позиции Визбор долгое время был лиде ром во главе бардовского движения и сейчас остается наиболее яр ким и любимым певцом. Под влиянием его песен, его творчества формировались и формируются сейчас высоконравственные взгля ды и убеждения многих людей. «Визбор — это молодая Москва...

внезапно открывшая для себя много нового, в том числе горы, тай гу, дорогу, моря, океаны, романтических флибустьеров и реальных геологов... Это резкое переощущение пространства и времени, исто рии и человека в ней» (Юлий Ким).

Но, несмотря на многообразие песенных тем, основным в твор честве Юрия Визбора стали горы. Побывавший в горах хоть раз не забудет их На вершинах люди проходят испытание на по рядочность, человечность и честность. Визбор прошел эту много летнюю проверку горами. Для него горы — понятие очень много плановое, наделенное глубоким философским смыслом. «Что манит в горы? Наверное, прежде всего, сами горы, прекрасные, неповто римые, разные. Каждый горный район — поток открытий... Гора ми можно любоваться бесконечно, смотреть на них, как на огонь или бегущую воду», — говорил Визбор. Но горы для него — это не только чудесный пейзаж, это не только красиво. Визбор наделяет их очень многими качествами человеческого, живого. Они для не го — одухотворенные существа, объект творчества.

«Лучше гор — только горы» — название одного из рассказов Юрия Визбора. И любовь Визбора к горам была взаимной. Он лю бил их, и они любили его. Ведь горы имели еще одну сторону: «Го ры — это прежде всего, понимаешь, друзья, с которыми вместе по трудной дороге шагаешь...» Нет, наверное, ни одного альпиниста, скалолаза, горнолыжника, кто бы не слышал песен Визбора. Да и сам он знал многих и известных, и только начинающих горнолыж ников.

О Визборе я слышала от моих знакомых, занимающихся альпи низмом, знающих его, бывших вместе с ним в альплагерях. И все они говорили, что Визбор там всегда был желанным гостем. Он был очень добрым человеком. Даже внешность его располагала, притя гивала к нему людей. Он обладал необыкновенным чувством юмора и был замечательным рассказчиком. Визбор всегда был душой ком пании, ее лидером. Визбора любили и любят до сих пор. Он нужен, нужны его песни. Ведь неспроста же до сих пор передаются из рук в руки и переписываются его кассеты, читаются его книги, смот рятся фильмы.

Одна из вершин на пиком Визбора, на Тянь-Шане появился перевал Визбора, на Кавказе — еще один пик Визбора.

Альпинисты помнят своего товарища, своего певца.

«Мы говорим, что время делает песни. Это Но и сами пес ни чуть-чуть делают время. Входя в нашу жизнь, они не только со здают ее культурный фон, но часто выступают как советчики, вы двигают свою аргументацию в тех или иных вопросах, а то и про сто рассказывают. Они становятся «делателями жизни», как и вся кое иное искусство» — так говорил о песнях Визбор.

Я уверена, что песни Юрия Визбора внушают людям веру в че ловека, в его доброту и порядочность, они защищают, утешают, ободряют и вселяют в людей заражая всем светлым и хо рошим.

РЕЦЕНЗИЯ НА ПРОИЗВЕДЕНИЯ В. ДОЛИНОЙ Множество поэтов посвящали свои стихи Москве. Не все из них родились и выросли в ней, но для многих она стала родиной духов ной.

Москва XIX века получала послания от Пушкина и Лермонтова, XX века — от Бунина, Есенина, Блока, Ахматовой и Цветаевой.

XX век для Москвы начался первой мировой войной, продолжени ем которой стала революция;

до этого жестокий век еще не вступил в свои права. И вот Москва преобразилась из Москвы советской в Москву современную, тот город, в котором мы живем сейчас. Я люблю читать стихи, посвященные ей, потому что я люблю Мою Москву, тот город, где я родилась, где я пошла в школу и юсь) поступлю в институт.

Но Моя Москва — это Москва современная, поэтому ближе все го воспринимаются стихи поэтов современных, прежде всего бар дов. Вот Дольский признается Москве в любви:

Я люблю тебя, Москва, Горький мегаполис.

Ты всегда во всем права, Ну, а на поезд.

Или песни Вероники Долиной, посвященные улицам Москвы:

«Няня», «Мы не дети Арбата» и т. д.

Долина ближе мне по духу, может быть, потому, что ее Моск ва — Москва, пропущенная призму женского понимания, проще и понятней, чем «горький мегаполис» Дольского.

Родная улица Долиной — Сретенка.

...Посмотри-ка, ведь это Сретенка Висит у тебя на губе... — или еще, из «Няни»:

Няня, что это такое?

Детка, что ж это такое — Это Сретенка твоя.

Вот она, Сретенка — улица древняя. Раньше в этом месте стоял Сретенский монастырь. Сретение — встреча, именно здесь встрети лись несущие на руках икону Владимирской Божьей Матери, с москвичами, ее встречавшими. «Моя Сретенка», «Сре тенка — родинка» — из песен и стихов как она их называет) Долиной.

Станция метро «Маяковская» — другая героиня Долиной, место встречи с иностранцами, что:

...Как Рональд и Ненси Рейган, Стоят и рука в руке, Тут-то я, пробегая мимо, Этим шагом московским заячьим, Просто плакать готова от нежности, Я сама их люблю до ужаса — Эти сказочки на потолке.

Но это Москва в пространстве, а время? У Долиной есть много со временных песен, посвященных эмиграции. Они тоже связаны с Мо сквой, тогда еще советской. «Края Москвы, края — гие поэты-эмигранты посвящали свои стихи — часто горькие, тоску ющие — Москве. И появилась песня про всех поэтов (Долина сама говорила, что эта песня не про конкретное лицо, она — про всех):

Не пускайте поэта в Париж, Он поедет, простудится, сляжет, Кто ему слово доброе скажет?

«Кто же тут говорил?» — говоришь.

А пройдут лихорадка и жар, Загрустит еще пуще — Где тот старый московский бульвар?

Как там бронзовый Пушкин?

Сестра Долиной, Марина, тоже попала в поток эмиграции:

...Ты сегодня звалась Мариною, Завтра будешь Мария-Грация...

До свиданья, Мария-Грация, Позабудь дорогу обратную, Эмиграция, эмиграция — Это что-то невероятное.

Да, для Долиной это — невероятное.

Она осталась в Москве. Москва стала для нее чем-то одушевлен ным, наблюдающим за ней со стороны, одобряющей или осуждаю щей ее поступки:

И играет труба на Трубной, И поют голоса Неглинной, Над моей головой повинной, Над душою моей невинной.

меняется со временем, меняется и Москва. Иногда эти пере мены радуют, пугают чем-то неизвестным:

Мы не дети Арбата, Мы не дети Арбата, Мы пришлись на другие года.

Нас не пустят обратно Нас едва-то пустили сюда...

...Средь лощинок Средь осинок недвижных, Затерялся и плачет простак — Не отыщет тропинку На родную Неглинку — Не отыщет тропинку никак.

Шестое чувство человека — чувство Родины. Но как бывают люди с разным обонянием, разным зрением и слухом, так есть лю ди с разным чувством Родины. Оно есть практически у всех (про цент слепых и глухих среди здоровых людей не так уж высок), но у кого-то оно развито слабее или сильнее, чем у остальных, кто-то может даже потерять его, как теряют зрение или слух, а кому-то, чтобы понять, как он любит Родину, нужны «Очки» тоже бывают разные — для кого-то это разлука с Родиной (ценим, когда теряем), а для кого-то стихи, написанные чужим, незнакомым тебе человеком, вдруг на твои собственные мысли, усилят их — получается своеобразная «интерференция» (наложение друг на друга волн с одинаковой частотой, что приводит либо к ослабле нию, либо к усилению сигнала, если я еще хоть что-то помню из физики).

Моя родина — это Москва. Слушая стихи и песни Долиной, я вдруг иногда понимаю, что слышу свои собственные мысли. Я знаю, что человека называют неполноценным, когда он не видит или не слышит, но человек без чувства Родины более увечен, чем инвалид без рук и без ног.

Я ХОЧУ РАССКАЗАТЬ ВАМ О КНИГЕ (По повести А. Рыбина с самого начала») Пять лет назад, в августе 1990 года, я услышал о гибели Викто ра Цоя. До этого я не увлекался его творчеством, но у меня были друзья, которые любили «Кино». После смерти Цоя меня заинтере совало, что же они находили в этой группе. Я стал собирать статьи, слушать записи и постепенно очень увлекся. Однажды мне в руки попала книга, заинтересовавшая меня тем, что ее автор — извест ный ленинградский музыкант Алексей Рыбин — был гитаристом группы «Кино» с самого ее образования и почти до смерти В. Цоя.

Повесть с самого привлекла меня тем, что в ней рассказывается о возникновении группы о жизни ленин градского и московского андерграунда в начале восьмидесятых го дов, о творческом пути поэта и композитора Виктора Цоя.

Эта книга написана в жанре повести: здесь большое количество действующих лиц (сами музыканты, их друзья, критики, цензоры и многие другие люди, с которыми приходилось иметь дело героям повести);

события, описываемые в книге, происходят в период с конца семидесятых годов по вторую половину восьмидесятых годов.

Очень часто автором нарушается хронологический порядок со бытий, что придает повествованию живой, заинтересовывающий характер, привлекает внимание читателя к самым интересным, по мнению автора, эпизодам.

Повесть начинается с того, что трое ленинградских музыкантов, приехавших отдыхать в Крым, лежат на пляже и разговаривают.

Здесь автор умело показывает манеру общения каждого из героев:

хорошо представляется немногословная речь Цоя, оживленный разговор Рыбина и третьего музыканта.

В следующей главе описываются обстоятельства, при которых произошла первая встреча Рыбина и Цоя в квартире одного из уча стников зарождающегося панк-движения.

Потом действие возвращается к палатке, стоящей на берегу Черного моря. Музыканты обнаруживают, что им нравится одна и та же музыка и их взгляды на жизнь схожи. Тогда кто-то предла гает организовать группу. Так образовался коллектив «Гарин и Ги во главе с Цоем, сочинявшим музыку и стихи.

Далее повествуется о жизни музыкантов группы в условиях, когда они были вынуждены участвовать в квартирных концертах, продавать рисунки Цоя (а он учился в художественном училище), чтобы заработать на инструменты и музыкальную аппаратуру.

Постепенно группа приобретает известность, меняет свой состав и название на более звучное и короткое После упорных ре вступает в ленинградский рок-клуб, выезжает в Москву на гастроли. В заключение автор рассказывает о разрыве, произошед шем между В. Цоем и другими музыкантами группы. На этом по вествование прекращается, и из этой книги мы не можем узнать, что с «Кино» в последние годы жизни Цоя.

Повесть Алексея Рыбина постоянно прерывается отступлениями различного характера. Как мне кажется, они-то и представляют наибольший интерес для читателя, поставившего перед собой цель узнать как можно больше о рок-движении восьмидесятых годов и о музыкантах различных групп. Автор очень подробно рисует порт реты почти всех героев, появляющихся в его повествовании.

Это и друзья А. Рыбина, и люди, широко известные даже сегод ня: критик Артем Троицкий, много помогавший ленинградскому и организовывавший концерты различных групп в Москве;

певец Борис Гребенщиков, помогавший группе «Кино» в записи ее первых альбомов. Благодаря этому персонажи повести предстают перед читателями яркими образами.

В книге с самого начала» появляются отступления даже пейзажного плана, одно из которых очень поразило меня: «Ленин град. Серое небо, как грязная вата, оно залепляет глаза и лицо.

Грязь на улицах... Почерневшие деревья... Каналы... Проспекты...

Немудрено, что в этом городе люди часто сходят с Ведь это же почти по Достоевскому! Перед глазами встает яркая и вырази тельная картина. Видимо, Петербург всегда производил такое неиз гладимое впечатление, и всегда в нем были люди как сумасшед шие, так и талантливые.

Повесть «Кино» с самого начала» написана легким и понятным языком. Те немногие жаргонные слова и выражения, которые встречаются в тексте, понятны даже читателю, незнакомому с и панк-движениями. Некоторые музыкальные термины, которые могут представлять трудность для понимания, тщательно разъяс няются автором прямо в тексте.

Эта книга помогла мне разобраться в сложных цепочках взаи моотношений между различными рок-группами и музыкантами, показала отношение автора к периоду восьмидесятых годов. Я уз нал много нового о своей любимой группе. Я рекомендовал бы про читать эту книгу всем, кто интересуется истоками современного питерского рок-движения.

РЕЦЕНЗИЯ НА ПРОИЗВЕДЕНИЕ Э. С.

Произведения Эдварда Радзинского находятся где-то на стыке жанров. Даже там, где они основаны на серьезных архивных источ никах, они в первую очередь явление литературы художественной, а не биографические исследования, посвященные той или иной ис торической личности. Документальные свидетельства служат для автора только отправным моментом для размышлений на ту или иную тему. Авторская позиция всегда ощущается очень четко. И конечно, можно ли рекомендовать даже самые «исторические доку произведения любимого мною Радзинского в каче стве дополнительного чтения к уроку истории, будь то его мону ментальный труд о Сталине или роман о последних днях последне го российского императора (это несмотря на большое количество дневниковых записей и прочих документов, прочно вплетенных в ткань повествования).

Загадки истории, которые пытается решить писатель, наверное, уже не могут быть решены совершенно однозначно. Даже один и тот же документ можно трактовать с разных позиций и делать раз ные выводы. Но очень интересно следить за логикой рассуждений.

Интересно наблюдать, как персонажи Радзинского, о каждом из которых есть несколько строк в энциклопедическом словаре, ожи вают под пером автора. Их перестаешь воспринимать только как исторические личности, им сопереживаешь и сострадаешь.

Попробую остановиться на очень небольшом произведении из цикла «Загадки истории. Любовь в которое по священо Моцарту.

Историческая здесь вообще весьма сомни тельна. Некий пианист А. по памяти записывает отрывки из днев ника одного из современников и покровителей Моцарта барона Гот фрида ван Свитена. По памяти — потому что оригинал рукописи, некогда случайно приобретенный им, оказался утраченным. Была ли рукопись на самом деле? Да так ли это важно? Многие факты, излагаемые как бы от лица самого барона, известны и из других источников, а то, что рукопись утрачивается и как бы восстанавли вается по памяти, дает свободу творческой фантазии автора, его вечным «вариациям на Отравил ли Сальери Моцарта? Или конец великого музыканта был более прозаичен и обыден? Не впервые этот вопрос становится темой литературного произведения. И лично мне позиция Радзин ского очень понятна. Мне даже кажется, что он чересчур деклара тивно и прямо заявляет (это вообще характерно для него — мораль обычно излагается очень четко): «Люди обожают убить, потом сла вить. они не захотят признать... никогда не захотят, что они...что мы все — убили его». И дальше;

где травили, там и отравили. Какая разница».

Если вспомнить то, что известно о жизни Моцарта, трудно не согласиться с Э. Радзинским. так ли важно, каким был этот яд, убивший гения, — отравой, подсыпанной в бокал вина, или более изощренной? Кто больше способствовал этой ранней смерти — Сальери, который не давал поступить Моцарту на придворную службу и тем самым обеспечить свое существование;

жена, на долю которой выпала не самая легкая участь — жила ря дом с гением, или ван Свитен, надоумивший некоего графа зака зать Моцарту «Реквием»? Как легко сокрушаться после смерти:

«Почему же вы не обратились ко Да обращались же, вот в чем дело. Но не слышат живого гения. Нет пророка в своем отече стве.

Еще одна загадка истории решена Э. Радзинским. Да вот только ли истории РЕЦЕНЗИИ НА ХУДОЖЕСТВЕННЫЕ КИНОФИЛЬМЫ И СПЕКТАКЛИ РЕЦЕНЗИЯ НА ФИЛЬМ НИКИТЫ МИХАЛКОВА «РАБА ЛЮБВИ» Я хочу рассказать о фильме Никиты Михалкова «Раба Но для начала попробуем разобраться, что такое Чем же отличается фильм от книги? Прежде всего, тем, что фильм, по-моему, более полно раскрывает тему своего автора, по скольку фильм — это совокупность мастерства режиссера, компо зитора, актера. Это творчество многих людей, каждый из которых отдает частичку своего я, частичку своего таланта. И в результате получается порой удивительное произведение искусства.

О таком полюбившемся мне произведении я и хочу рассказать.

Это фильм о любви и ненависти, верности и предательстве.

Фильм, посмотрев который начинаешь задумываться о смысле жизни, а это говорит прежде всего о том, что автор смог очень хо рошо донести до зрителя самое сокровенное.

Главная проблема, которую ставит автор в своем фильме, — это проблема любви и Нередко случается, что любовь оказы вается ни к месту, ни ко времени. Здесь показано предреволюцион ное время, как раз то время — трагическое и переломное, — когда все пороки человечества оголяются. И выходит... какая уж тут лю бовь! Но главная героиня, актриса тогда еще немого кино Ольга Вознесенская, не входит в рамки этого мира.

«То, что мы делаем, это низко, бездарно!» — восклицает она публике. Ведь творить и любить для нее — две вещи неотделимые.

Разочарование в ее бывшей любви к Аксакову, душевный пере лом — и она не может творить, начинает чувствовать свою бездар ность.

Елена Соловей — в роли главной героини. Мне кажется, что ак триса в духе того времени, десятых — двадцатых годов немого ки но, великолепно исполнила свою роль. Актриса не играет, она жи вет этой ролью.

Новая любовь ее героини — оператор ее съемочной группы. Оль га Вознесенская — не семнадцатилетняя девочка, а взрослая жен щина, мать двоих дочерей. «Я слишком много прожила чужих женских жизней, чтобы меня мог обмануть мужчина* — так она говорит о себе.

Узнав, что ее возлюбленный — революционер, она не перестает его любить, напротив, ее любовь Она готова принять живое участие в его опасной деятельности, рисковать и даже бороться.

Ее новая любовь — это вполне осмысленное, серьезное, глубокое чувство, к которому она «Я еще живу Мо сквой, Аксаковым. Вам лишь надо чуточку подождать, чтобы я привыкла к моему новому Но ждать не пришлось. Беда обрушилась на них, словно землетрясение. Ее любимого жестоко убивают, убивают белогвардейцы. И перед ней рушится мир, жизнь обрывается. И опять же — время;

время, увы, безжалостно.

А что же происходит вокруг? А ничего. Мир молча и хладнокровно отнесся к смерти еще одного революционера. Оказывается, жизнь продолжается, и она опять должна предстать перед камерой и иг рать. И хочется спросить: почему? Почему «то, что страшно в жиз ни, происходит где-то за Фильм поставлен в советское время, поэтому, конечно, здесь видна революционная тематика. Царский режим здесь осуждается, белогвардейцы представляют вражескую силу. Сейчас, наоборот, кругом осуждают революционеров. Времена меняются, меняются и мнения, и Бог его знает, где истина. Я не берусь упрекать Михал кова за слепоту его взглядов только потому, что сейчас принято считать иначе. Его фильм — высокохудожественное произведение искусства, и в этом нет сомнения. Автор опирался прежде всего на высокие любовь, верность, искусство. И трагедия его ис тории в том, что мир главной героини несоотносим с миром, где эти ценности разрушены.

«Господа! Что же вы делаете, господа? Вы будете прокляты своей страной! Господа, — взывает героиня в послед нем эпизоде к своим «палачам», да, я думаю, и вообще к людям.

Потому что этот мир, где царит насилие и безнравственность, в фи нале стал ее палачом.

Вот этот последний эпизод: пустой трамвайчик без вагоновожа того, увозящий героиню в бесконечность. Трамвайчик бежит по ре льсам. И такое впечатление, что рельсы эти никогда не кончатся или хотелось бы, чтобы никогда не кончились, потому что за ни ми — тупик. Лирическая, печальная мелодия несется вслед трам Мелодия, сопровождающая героиню по всему фильму.

Вообще музыка в фильме играет особую роль. Этот, казалось бы, ничего не значащий фон на самом деле создает настроение. В моменты, когда герои молчат, как бы сама говорит за них.

Так раскрывается их душевный настрой, мысли, чувства. Это со здает еще больший эффект, и зритель невольно становится соучаст ником происходящего. Этот фильм как бы окинут невидимой пеле ной необыкновенно красивой, лирической мелодии.

Все еще для меня загадочный, легкий, и в то же время глубоко трагичный, он останется в надолго.

РЕЦЕНЗИЯ НА ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ «УТОМЛЕННЫЕ Я хочу рассказать о фильме режиссера Н. С. Михалкова «Утом ленные Фильм повествует о том тяжелом периоде в жиз ни нашей страны, когда органами госбезопасности уничтожались лучшие военачальники Красной Армии. Понятно, что речь идет о тридцатых годах, то есть о периоде сталинских репрессий. Драма картины заключается в противоборстве незаурядных характеров:

комбрига, по фамилии Котов, которого талантливо играет Н. Ми халков, и офицера КГБ в исполнении прекрасного актера О. Мень шикова.

В фильме психологически ярко использовано сочетание мирного солнечного летнего дня с нарастающим приближением беды. Безза ботность членов семьи комбрига, с одной стороны, и внутренняя напряженность главных противоборствующих героев — с другой, оказывает огромное эмоциональное воздействие на зрителя. Н. Ми халков тонко передал постепенное изменение психологического со стояния уверенного в себе крупного военачальника в начале карти ны вплоть до униженного, надломленного, бесправного заключен ного в конце фильма.

Талантливо играл О. Меньшиков. героя Митю, циничного, но не лишенного обаяния, с ведущего игру обмана, не задумываясь ни на секунду о ж судьбе очарова тельной маленькой дочки комбрига Нади, так непосредст венно сыграла дочь Н. Михалкова. Девочка с детской доверчиво стью и любопытством тянется к незнакомому гостю, так неожидан но появившемуся в их большом и счастливом доме. У них завязы ваются теплые дружеские отношения, но не единой капли жалости или раскаяния не возникает в душе этого жестокого, хладнокров ного человека после всего содеянного им Фильм прекрасно де тализирован. Встречаются сцены, которые с первого взгляда не в композицию картины. Но, как мне кажется, эти де тали полнее раскрывают образы главных героев Конкрет ный пример — нелепая история с водителем грузовика, перевозив шего мебель. Здесь хорошо проявляются основные черты характера Мити — подозрительность, жестокость, расчетливость.

Фильм не насыщен большим количеством событий, но держит зрителя в напряжении в течение всего экранного времени и застав ляет человека еще раз переосмыслить страшный сталинский пери од в жизни нашей страны.

РЕЦЕНЗИЯ НА ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ФИЛЬМ Фильм «Покровские ворота» был поставлен М. Козаковым в 1982 году. В этой киноленте талантливый советский режиссер пе реносит зрителя в начало пятидесятых, счастливые дни его молодо сти. Мы оказываемся в обычной коммунальной квартире у Покров ских ворот, куда Костик (молодой Козаков) приезжает к своей те тушке Алисе Витальевне и где развязываются основные события фильма, закручивая увлекательный Обитателями этой квартиры являются разные люди с несхожими характерами, при вычками, с различным образованием, поэтому в ней происходит множество конфликтов по этому поводу и не только. Помимо Кос тика и его тетки в квартире обитают Аркадий Варламович Велю ров, артист «мастер куплетов и Марга рита Павловна ее бывший супруг, Лев Евгеньевич Хобо тов, а также Савва Игнатьевич, «потенциальный» супруг Маргари ты Павловны, тоже живущий вместе с ней.

Основной конфликт фильма основывается на том, что та Павловна, разведенная, но не «расставшаяся» со своим бывшим мужем, всячески контролирует его жизнь, не отпуская его ни на шаг, следя за каждым его движением. А главная проблема состоит в том, что Маргарита Павловна не может допустить и мысли о том, чтобы Лев связал свою жизнь с другой женщиной, и тем более она не желает думать о том, что эту жен щину он может выбрать сам. В один день Лев Евгеньевич, роль ко торого прекрасно сыграл Равикович, знакомится с обыкновенной медсестрой Людочкой, у которой он проходил курс лечения, и у них завязывается роман. Но в первый же день, когда он приводит ее домой, об этом узнает Маргарита Павловна сказав, что Льва Евгеньевича ждут пришедшие к Маргарите Павловне (а значит, и к нему) гости (семья заставляет удалиться из квартиры. Тут разгорается первый скандал между Львом Евгенье вичем и Маргаритой Павловной, но Лев Евгеньевич, будучи челове ком мягким, «подвластным* Маргарите Павловне, вынужден идти принимать ОрловичеЙ, которых он «всю жизнь Но на этом отношения между Львом Евгеньевичем и Людочкой не прекращаются. Хоботов водит ее (скрытно от Маргариты Пав ловны) в театр, на лекции, они катаются на коньках на Чистых прудах, но после того, как Маргарита Павловна сочетается закон ным браком с Саввой Игнатьевичем, он все же решается опять при гласить Людочку домой. Маргарита Павловна опять застает их вме сте, но тут Лев Евгеньевич проявляет характер, заявляя, что Лю дочка — его будущая жена. Тут разгорается скандал, в ходе кото рого Маргарита Павловна, не давая произнести ни единого слова Хоботову, называет его недостойным жениться на Людочке, поды тоживая все знаменитыми словами: «Это мой крест! И нести его Хоботов, проявляя в очередной раз свою бесхарактерность, признает, что он несуразный человек, не способный на супруже скую жизнь, тем самым, сам того не отказывается от Людочки, которая, расплакавшись, выбегает из квартиры. Хобо тов, находясь некоторое время как бы «во сне», приходит в себя и заявляет, что он все равно женится на Людочке. Но тут с ним слу чается приступ аппендицита, и его увозят в больницу, где прово дится операция. После операции зритель застает Хоботова сидя щим на скамейке в парке при санатории, где он проводит восстано вительный период. И тут происходит очередная его встреча с Лю дочкой, после чего они осознают, что жить друг без друга не могут.

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 | 12 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.