WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

На правах рукописи

СОРОЧЕНКО Елена Николаевна КОНЦЕПТ «СКУКА» И ЕГО ЛИНГВИСТИЧЕСКОЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЕ В ТЕКСТАХ РОМАНОВ И.А. ГОНЧАРОВА Специальность 10.02.01 – Русский язык

Автореферат диссертации на

соискание ученой степени кандидата филологических наук

Ставрополь - 2003

Работа выполнена на кафедре современного русского языка Ставропольского государственного университета.

Научный руководитель - доктор филологических наук профессор Штайн Клара Эрновна Официальные оппоненты - доктор филологических наук профессор Ефанова Любовь Петровна, кандидат филологических наук доцент Левина Ирина Николаевна Ведущая организация - Ростовский государственный педагогический университет

Защита состоится 18 декабря 2003 г. в 11 часов на заседании диссертационного совета Д 212.256.02 при Ставропольском государственном университете (355009, г. Ставрополь, ул. Пушкина, 1а, ауд.416).

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Ставропольского государственного университета.

Автореферат разослан _ ноября 2003г.

Ученый секретарь диссертационного совета кандидат филологических наук доцент Черная Т.К.

Общая характеристика работы

По мнению составителей академического “Полного собрания сочинений и писем И.А. Гончарова” в 20-ти томах, первый том которого вышел в 1997 г., “еще в недавнее время Гончаров … считался принадлежащим к разряду старомодных реалистов, чье творчество представляет лишь исторический интерес. Эту репутацию упрочила многолетняя школьная практика <…> Естественной реакцией на тенденциозно подаваемую картину творчества Гончарова явилось некоторое охлаждение читающей публики к произведениям писателя” (с.6). В настоящее время положение изменилось:

увеличилось число исследовательских работ, посвященных творчеству писателя (особенно в юбилейные 1992 и 2002 гг.), с 1987 г. регулярно (каждые пять лет) проводятся Гончаровские конференции на родине писателя, с 1992 г.

они приобрели статус международных, появились новые переводы и инсценировки произведений И.А. Гончарова в Германии, Франции, Италии, США, Японии, Китае, в серии “Литературное наследство” в 2000 г. вышел том “И.А. Гончаров. Новые материалы и исследования”. Как отмечает А.В.

Романова, “в последние годы всплеск интереса к творчеству Гончарова отмечен во всем мире” (с.70). Все это свидетельствует о внимании к творчеству писателя, о “жизни” его текстов и новых возможностях их изучения с учетом достижений современной филологии. Растет интерес к исследованию языка произведений И.А. Гончарова: изучаются художественные функции фразеологизмов (Е.Ю. Попова), лексическая структура текстовых фрагментов с монологической речью персонажей (Е.Л. Гапеева), выявляются ключевые слова, концепты художественного мышления писателя, которые требуют обращения к анализу идиостиля (М.Г. Матлин, В.Н. Базылев и др.) и т.д.

Несмотря на большое количество работ, посвященных исследованию концептов (А.П. Бабушкин, А. Вежбицкая, С.Г. Воркачев, Т.А. ван Дейк, В.И. Карасик, Н.А. Красавский, Д.С. Лихачев, Дж. А. Миллер, Е.В.

Сергеева, Ю.С. Степанов, Г.В. Токарев, Л.О. Чернейко и др.), без внимания остается описание лингвистического представления многих культурных концептов в текстах романов И.А. Гончарова, в том числе концепта “скука”. О значимости его изучения говорят метапоэтические данные. Например, в романе “Обрыв” утверждается: “Ведь жизнь многостороння и многообразна, и если … и эта широкая и голая, как степь, скука лежит в самой жизни, как лежат в природе безбрежные пески, нагота и скудость пустынь, то и скука может и должна быть предметом мысли, анализа, пера или кисти, как одна из сторон жизни…” (т.5, с.292). Исследование мифологемы “скука” в русской культуре предпринималось В.Н. Базылевым на материале романа “Обыкновенная история”. Это только начало изучения важной лингвокультурологической проблемы, поставленной самим писателем. Сказанное выше обусловливает актуальность исследования.

Объектом изучения является концепт “скука” в текстах романов И.А. Гончарова “Обыкновенная история”, “Обломов”, “Обрыв”. Концепт понимается как “информационная целостность, присутствующая в языковом сознании, воспринимаемая языковой личностью как инвариантное значение ассоциативно-семантического поля и прошедшая означивание, т.е.

вербализованная одной или несколькими лексическими единицами данного языка” (Е.В. Сергеева). Выбор объекта диктовался необходимостью изучать концептуализацию понятия “скука”.

Предметом изучения являются лингвистические средства выражения представлений о скуке в текстах произведений И.А. Гончарова.

Цель работы состоит в системном описании специфики концепта “скука”, особенностей его отражения в художественных текстах И.А. Гончарова, определении роли в создании языкового образа скучающего героя, установлении связи данного концепта с повседневностью, отраженной в романах. Для достижения поставленной цели решались следующие конкретные задачи.

1. Структурирование метапоэтических данных о скуке и скучающем герое, выявление понятий, ключевых слов, терминов, нашедших отражение в рефлексии И.А. Гончарова, дающих векторы смысла для определения места концепта “скука” в поэтике художника.

2. Рассмотрение эпистемологического пространства, в котором функционирует концепт, установление языковых категорий, понятий, идей, с которыми он коррелирует.

3. Определение содержательного минимума и объема концепта “скука”, вырабатываемых языком и выражаемых в текстах.

4. Разработка модели лексико-семантического поля, реализующего концепт. Описание парадигматических, синтагматических и ассоциативно-деривационных отношений концепта “скука” в границах лексико-семантического поля.

5. Выявление лингвистических средств экспликации концепта “скука” в системе сюжетных событий романов, определение роли повседневности и обыденного языка в текстах писателя, выражение в нем концепта “скука”.

6. Установление особенностей языковой личности скучающего героя.

7. Выделение типов речевых действий, связанных с концептом “скука”, и речевых жанров, используемых скучающим героем, их описание.

В процессе изучения концепта “скука” применяется особая исследовательская стратегия, связанная с установкой на определение метапосылок художника, рассмотренных на основе лингвистических данных, введение их в эпистемологическое пространство времени и далее в современную научную парадигму. Такая исследовательская стратегия позволяет подойти к изучению текста не с готовыми схемами, а войти в диалог с текстом с учетом авторской позиции.

Теоретико-методологической базой данного исследования стали следующие принципы и методы:

1. Полевый метод используется для создания лексико-семантического поля концепта “скука” как средство моделирования смыслового пространства.

2. Компонентный анализ, предполагающий разложение значения слова на дифференциальные семантические признаки (семантические множители, компоненты, семы) и служащий критерием сведения слов, содержащих сходные компоненты, в одно поле.

3. Описательная и сравнительная методики.

4. Концептуальный анализ, представляющий собой целый арсенал исследовательских приемов, используемых для описания концепта “скука”.

В качестве материала берутся контексты из произведений И.А. Гончарова.

5. Структурно-системный подход к описанию парадигматических связей концепта в границах лексико-семантического поля.

6. Прием оппозиций, основанный на противопоставлении языка и речи и на признании неравноправности членов оппозиции.

7. Метод контекстуального анализа, основанный на изучении лексических связей и отношений в тексте.

Теоретической основой исследования служит теория концепта, разрабатываемая в трудах Д.С. Лихачева, Ю.С. Степанова, А. Вежбицкой, Л.О. Чернейко, Е.В. Сергеевой и др. Изучение метапоэтических данных осуществляется в русле теории метапоэтики К.Э. Штайн. Исследование особенностей языкового представления концепта “скука” ведется с опорой на теорию семантического поля (В.П. Абрамов, Л.М. Васильев, Ю.Н. Караулов, Л.А. Новиков, В. Порциг, Й. Трир и др.). Рассмотрение речевых жанров, связанных с концептом “скука”, осуществляется на основе теории речевых жанров М.М. Бахтина, разрабатываемой в трудах В.В. Дементьева, К.Ф.

Седова, М.Ю. Федосюка, Р.М. Байрамукова и др. Изучение повседневности и повседневного языка ведется в ракурсе исследований А.А. Потебни, Д.Н. Овсянико-Куликовского, А.Г. Горнфельда с привлечением работ зарубежных ученых Э. Гуссерля, А. Шюца, Дж. Лакоффа и др. Исследование языковой личности скучающего героя базируется на положениях Ю.Н.

Караулова, Г.Г. Инфантовой, Л.В. Баскаковой, развивающих идеи А.А.

Шахматова, В.В. Виноградова.

Материалом исследования послужили тексты романов И.А. Гончарова “Обыкновенная история”, “Обломов”, “Обрыв”. Объем выборки составил более 1000 единиц речевой актуализации концепта “скука” в прямом и косвенном выражении (в процессе выборки были использованы романы, опубликованные в изданиях Гончаров И.А. Собр. соч.: В 8 т. – М., 1952 – 1955, Гончаров И.А.

Полн. собр. соч.: В 20 т. – СПб., 1997 – 2000. – Т.1, 4.). Метапоэтические данные, репрезентирующие самоинтерпретацию И.А. Гончаровым собственного творчества, рассматриваются с привлечением текстов статей, критических заметок, очерков, писем, воспоминаний. Изучение эпистемологического контекста ведется с привлечением текстов А.С. Пушкина, М.Ю. Лермонтова, Н.В. Гоголя.

Научная новизна работы определяется недостаточной изученностью лингвистического представления концепта “скука” в текстах И.А. Гончарова.

Применена комплексная методика исследования, способствующая изучению языковой репрезентации концепта на основе сочетания различных методов и способов анализа. Впервые для исследования метапоэтического текста И.А.

Гончарова используются понятия гештальта, фигуры и фона, позволяющие выделить внутренние структуры, лежащие в основе метапоэтического текста и гармонизирующие понимание писателем творческого процесса по вертикали.

Впервые делается попытка построить модель лексико-семантического поля, ядром которого является концепт “скука”, с использованием языкового материала текстов И.А. Гончарова. Установлена связь между лингвистическими средствами, эксплицирующими концепт “скука” в системе сюжетных событий романов, повседневностью и обыденным языком рассматриваемых произведений. Изучена языковая личность скучающего героя с учетом лингвистических и экстралингвистических параметров, рассмотрены и описаны речевые действия и речевые жанры, участвующие в создании языкового образа скучающего героя.

Теоретическая значимость исследования заключается в выделении внутренних структур, гармонизирующих понимание творческого процесса И.А. Гончаровым, в рассмотрении особенностей построения, создания таких структур, в определении лингвистических средств экспликации концепта “скука” в текстах И.А. Гончарова, в моделировании лексико-семантического поля рассматриваемого концепта, определении его параметров, в рассмотрении функционирования концепта “скука” в системе сюжетных событий романов И.А. Гончарова, в установлении его связи с повседневностью, отображенной в романах, в изучении языковой личности скучающего героя и речевых жанров, в которых реализуется концепт. В работе использовано философское понятие “повседневности” (“обыденности”) в качестве обозначения одной из особенностей содержания и художественной формы романов И.А. Гончарова.

Практическая значимость работы заключается в возможности использования ее результатов в лингвистических работах, посвященных исследованию концепта, повседневности и обыденного языка, в применении полученных результатов в учебных словарях и справочниках, для преподавания курсов лингвистики текста в школе и в вузе.

На защиту выносятся следующие положения:

1. В России скука приобретает статус культурного концепта в ХIХ веке. Это целый пласт жизни, быта, философии жизни, который выражается в языке. В художественных текстах скука коррелирует с такими понятиями, как “разочарованность”, “сплин”, “хандра”, “мода”, “поза”, и имеет специфические черты, обусловленные особенностями русского менталитета, индивидуальным авторским замыслом.

2. Метапоэтический текст И.А. Гончарова строится на основе соотношения фигура (формулы, эссенции, лексико-семантические сгущения, выражающиеся в наличии когнитивных структур (гештальтов)) – фон (общее текстовое пространство). В фигурных элементах содержатся данные о романе, о герое, о месте концепта “скука” в поэтике И.А. Гончарова: скука выступает в рефлексии автора и героя как фигура на фоне многообразных проявлений жизни, отразившаяся в ней как в миниатюре.

3. В текстах Гончарова концепт “скука”, помимо собственных смыслов ‘чувство, состояние’ и ‘объект или обстановка’, приобретает окказиональные смыслы ‘болезнь’, ‘пустота’, ‘сон’, ‘мода’, ‘труд’, поэтому скука героев Гончарова – это сложное состояние, представляющее собой объединение таких начал, как философия жизни, состояние (сходное с болезнью), социальная роль (дендизм).

4. Единицы, организующие ЛСП “скука”, взаимодействуют с единицами других ЛСП в тексте, выступающими как микрополя по отношению к ЛСП “состояние героя”, включающемуся в ЛСП “герой в обществе”, “жизнь”, “обстановка”, “окружение”, в “Обрыве” - в ЛСП “роман”.

5. Состояние скуки в художественном целом романов И.А. Гончарова выступает сюжетным событием и составной частью более сложных сюжетных событий (сюжетных событий, в которых скука отсутствует;

событий, отсутствие которых вызывает скуку;

сюжетных событий, в которых имеет место скука).

6. В концептосфере скучающего героя ключевыми являются концепты “счастье”, “слава”, “любовь”, “дружба”, “творчество”, “страсть”, “красота”.

Концепты “скука”, “апатия”, “разочарование”, “сон” появляются в мировоззрении героя в процессе смыслового разрушения ключевых концептов.

7. Исследование концепта “скука” помогает установить связь языкового сознания героев И.А. Гончарова и людей XIX века, которое находит выражение в используемых ими речевых жанрах.

8. Скучающий герой отдает предпочтение фатическим жанрам речи. Среди диалогических речевых жанров, связанных с концептом “скука”, наиболее распространенными являются: семейная беседа, дружеская беседа и беседа между влюбленными. Монологическая речь представлена внутренними монологами персонажей, содержащими рефлексию над скукой.

Структура и объем работы определяются поставленными выше конкретными задачами. Диссертация общим объемом 234 страницы машинописного текста состоит из введения, двух глав, заключения, библиографии (322 наименования), в том числе списка лексикографических источников, списка источников материала.

Основное содержание работы

Во Введении раскрывается актуальность избранной проблемы, формулируются цели и задачи работы, избираются объект, предмет исследования, демонстрируется ее научная новизна и теоретическая значимость, определяются методы исследования.

В главе 1 “Концепт “скука” в прозаическом тексте И.А. Гончарова” рассматриваются вопросы, связанные с актуальными для темы диссертации проблемами: изучение метапоэтических данных о скуке и скучающем герое в рефлексии И.А. Гончарова, выявление понятий, ключевых слов, терминов, содержащихся в метапоэтическом тексте, введение сведений о самоинтерпретации автора в эпистемологический контекст эпохи, установление смысловых категорий, с которыми коррелирует концепт “скука”, сопоставление разных точек зрения на проблему концепта в лингвистике, культурологии, психологии, описание способов лингвистического представления концепта “скука” в текстах И.А. Гончарова.

Глава состоит из трех параграфов: §1. “Метапоэтические данные о скуке и скучающем герое в рефлексии И.А. Гончарова: термины и понятия”, §2. “Эпистемологический фон и эпистемологическое пространство концепта “скука”: основные концептуальные структуры”, §3. “Концепт “скука” и его лингвистическое представление в романах И.А. Гончарова “Обыкновенная история”, “Обломов”, “Обрыв”.

В основе творчества любого художника есть текст о творчестве, эксплицированный (метапоэтический текст) или имплицированный (метатекст), в таком случае его нужно эксплицировать. Структуру метапоэтики И.А.

Гончарова можно представить в виде системы текстов в их взаимодействии.

Они содержат рефлексию над собственным творчеством и анализ творчества других художников. Некоторые текстовые части критических статей Гончарова предстают как “наиболее заметные, значимые/релевантные, т. е. выступающие как фигура по отношению ко всему остальному тексту” (Е.С. Кубрякова), являющемуся фоном. Такие структуры, проясняющие и представляющие единство, лежащее в многообразии текстов писателя, немногочисленны и представлены в виде гештальта. Гештальт, лежащий в основе метапоэтики Гончарова, – это внутренняя структура, элемент фигуры, выделение главного на фоне большого общего текстового пространства. Особенностью организации романов И.А. Гончарова является их нарративность, описательность, “медленное” повествование (это отмечено Н.А Добролюбовым, Ю.И.

Айхенвальдом, Г.Н. Поспеловым и др.). Чем более “рыхлой” воспринимается внешняя структура, тем более четкой предстает внутренняя структура (но тем не менее внешне она выражена в виде формул, обобщений).

Писатель мыслит как структуралист, выкристаллизовывая из “моря” текста (осознанно или на подсознательном уровне) некую модель, которая лежит в основе художественного целого. Средством выделения таких фигур служат метакомментарии самого автора (“обращаюсь к любопытному процессу сознательного и бессознательного творчества”;

“приступаю теперь прямо к тому, что мне видится в моих трех романах…” и др.) и метадискурсивность.

Фигурные элементы, выделяющиеся на фоне развития общей мысли в тексте, строятся на основе противопоставлений (я – среда, рефлексия – бессознательное, реальное – воображаемое, суета – неподвижность и др.), в них употребляются термины (например, “роман”, “идея”), терминоиды (например, “зеркало”, “отражение”, “миниатюра”), избранные писателем для анализа своих произведений. В основе построения произведений И.А. Гончарова лежит физический закон “отражения”. Жизнь отражается в воображении художника и, преломляясь, отражается уже в миниатюре в его произведениях.

Выделяется иерархия внутренних структур, гармонизирующих понимание творческого процесса И.А. Гончаровым по вертикали: 1. Жизнь как текст (“беспредельное и глубокое море”). 2. Художественное произведение как целостный текст (миниатюра жизни). 3. Герои романов (“одно лицо, наследственно перерождающееся”). 4. Скука как одно из характерных состояний героя. Гештальты, лежащие в основе метапоэтики И.А. Гончарова, подобно некоей “литейной форме” (В.П. Бранский), представляют целостную структуру, заполняющуюся различными элементами, в число которых входят и “элементарные свойства русского человека” – лень, апатия, сон, неподвижность, скука и др. Скука – одно из явлений, лежащих в основе жизни героев Гончарова.

В произведениях писателя имеются “метатекстовые ленты” (А. Вежбицка), позволяющие эксплицировать дополнительные сведения о скуке через определение отношения героя к скуке, рассмотрение интерпретации им данного чувства, авторских комментариев к речи героя. Общий метатекст текста романов складывается из целой системы переплетения “метатекстовых лент”.

Наиболее часто встречаются: а) авторский комментарий к речи героя о скуке, имеющий метатекстовый характер, и б) метакомментарии, содержащиеся в речи самих скучающих героев. Анализ текстов романов Гончарова позволяет выделить метахарактеристики героев, которые также имеют структуру гештальтов. Так, Райский не только планирует написать роман, но и говорит об особенностях этого жанра. Высказывания Райского о тексте, представленные в “Обрыве”, изоморфны точке зрения И.А. Гончарова, отраженной в статье “Лучше поздно, чем никогда”. Скука, по мнению Райского, должна быть вставлена в широкую раму романа как одна из сторон жизни. Роман в романе – это текст о творчестве, фигура на фоне разворачивания романа.

В текстах романов метаязыковые элементы выполняют следующие функции: 1) характеристика особенностей речевого поведения скучающего героя;

2) специфика восприятия героем слова “скука”;

3) авторское комментирование процесса речи героев;

4) комментирование высказываний самими героями.

В очерках, эпистолярном наследии посредством метаязыковых элементов происходит расширение, дополнение выделенных структур (расширение национальных, лингвогеографических параметров концепта “скука”;

расширение круга лиц, подверженных скуке;

уточнение причин скуки;

расширение пространственно-временных параметров концепта “скука”) Введение полученных данных в эпистемологическую ситуацию соответствующего периода “позволяет определить основные концептуальные структуры, по которым коррелируют поэтические системы и системы других областей знания” (К.Э. Штайн). Это археология знаний, находящая выражение в языке. Скука была объектом рефлексии не только И.А. Гончарова, но и других писателей его эпохи, т.е. включалась в эпистему, “связную структуру идей, которая функционирует в определенный период времени” (К.Э. Штайн).

Это подтверждается единством тем в поэзии, прозе, частотой употребления лексемы “скука” и ее дериватов “скучный”, “скучливый”, “скучища” и других в текстах художественных произведений и обыденной речи. Смысловое пространство, в котором формировались тексты И.А. Гончарова, связано с именами и творческой деятельностью А.С. Пушкина, М.Ю. Лермонтова и Н.В.

Гоголя, оказавших существенное влияние на И.А. Гончарова.

В России скука приобретает статус культурного концепта в XIX веке, сначала воспринимаясь только как поза, мода, что было обусловлено явлениями, происходившими в культуре (дендизмом, искусственной разочарованностью, влиянием Байрона на русскую литературу). Cлова “поза” подчеркивает, что данное состояние не отличалось глубиной, искренностью, естественностью. Функционирование скуки как “моды” свидетельствует о стихийном, массовом (для дворянского общества) и недолговременном характере скуки в общественной жизни, что нашло свое отражение в литературе того времени. Однако уже в произведениях А.С. Пушкина скука связывается с деятельностью разума, с процессом познания себя и мира (“Скука есть одна из принадлежностей мыслящего существа”, “Размышленье – скуки семя” (1825 г.)). Скука Печорина – “болезнь эгоцентрической натуры” (Д.Н.

Овсянико-Куликовский). В произведениях Н.В. Гоголя скука ассоциируется прежде всего со сном, покоем.

В романах И.А. Гончарова также имеются указания на дендизм, разочарованность. Это употребление в речи героев фамилий Байрона, Гете, а также таких понятий, как “дендизм”, “разочарованность”, “байронствует”.

Однако понятие скуки в текстах И.А. Гончарова намного шире: скука героев И.А. Гончарова - это скорее сложное состояние, представляющее собой объединение таких начал, как философия жизни, состояние (сходное с болезнью), социальная роль (дендизм). У каждого героя доминирующим является одно из этих начал. У А. Адуева скука является состоянием, у Обломова и Райского – это философия жизни и состояние, у Суркова – это социальная роль.

В обыденном сознании носителей языка, представление о котором дают пословицы и поговорки, концепт “скука” ассоциируется: с бездельем, праздностью: “Праздность скуку любит”, “Кто работает, тот не скучает”, с неизбежностью: “Докука скука, а миновать нельзя”, “Забота не съела, так скука одолела”, со смертью, болезнью: “скука смертная, бешеная”.

Высокая частотность, наличие словообразовательного гнезда (скучать, скучно, скучный, проскучать) и активной производящей основы, вхождение в состав фразеологических конструкций (Н.В. Рудакова), семантическая значимость (объект рефлексии, разнообразие синонимов, в первую очередь окказиональных) позволяют рассматривать слово “скука” в качестве концепта русской культуры XIX века.

Скука – это сложное психическое состояние, базирующееся на совмещении рационального (интеллектуального) и эмоционального компонентов, которое может влиять и на физическое состояние человека (бледность, истощение и т.д.). Слово “скука” употребляется для отражения этого психического состояния в языке.

Для рассмотрения лингвистического представления концепта “скука” в текстах И.А. Гончарова в реферируемой диссертации используется модель лексико-семантического поля (ЛСП). В связи с тем, что семантическое поле художественного текста изоморфно семантической системе языка (В.П.

Абрамов), рассматривается взаимоотношение двух типов ЛСП: построенных на основе данных, зафиксированных в словарях (толковых, синонимов, словаря Даля и других), и на основе данных, представленных в исследуемых текстах.

Описываются парадигматические, синтагматические и ассоциативно деривационные связи концепта “скука” в границах ЛСП. Сопоставление единиц разработанных полей показывает, какие лингвистические средства использует И.А. Гончаров для представления концепта “скука” в текстах своих произведений, каково их творческое переосмысление и какое место занимает система этих полей в образовании специфической картины мира, раскрытии особенностей русского национального характера, русской культуры, для которой свойственны, по замечанию А. Вежбицкой, эмоциональность, иррациональность, неагентивность, любовь к морали – признаки русского самосознания в том виде, в каком оно представлено в русской литературе.

Под ЛСП в первом случае понимается “иерархическая структура множества лексических единиц, объединенных общим (инвариантным) значением и отражающих в языке определенную понятийную сферу” (Л.А. Новиков). Во втором случае в ЛСП, помимо семантически близких единиц, включаются ассоциативно близкие единицы. ЛСП – иерархическое устройство лексических единиц, объединенных общим (инвариантным) значением, связанных семантически и ассоциативно и отражающих определенную понятийную сферу в художественном мировоззрении писателя. Ядерными компонентами ЛСП, формируемого из лексических единиц, эксплицирующих концепт “скука” в текстах И.А. Гончарова, являются узуальные синонимы и антонимы к имени поля, так как они составляют инвариантную часть концепта, известную всем носителям языка и отразившуюся в текстах Гончарова. Область центра и периферии представляют окказиональные синонимы и антонимы, выражающие вариативное содержание концепта, производное из опыта языковой личности Гончарова. Они обусловлены индивидуальным замыслом писателя, особенностями его языка, стиля и т.д., привязаны к контексту и имеют единичный характер семантики. В обычном употреблении эти слова не являются синонимами (не связаны близостью значения) и антонимами (вне контекста не выражают противоположных значений), их сближение происходит на основе общности ассоциативных связей. Поле состоит из фрагментов (Е.И. Диброва), учитывающих смыслы концепта, выводимые из текстов (О – имя поля, А – синонимы к О, В – родовое имя для О, Е – антонимы к имени поля) (см. рис.1).

Модель ЛСП “Скука” В объект В обстановка Е веселье Е интерес веселье В чувство увлечение забавы тоска предмет уныние интерес (анализа, тоска Е пера или апатия развле- В тоска кисти) А чение труд радость томление А А служба покой Е А дело мирное хлопоты веселье напасть А Скука = О лень весе- недуг, горесть Е лость немочь, враг чувства легкость чума, червь А А страсти бич разочаро- А однообразие мечты вание, напасть, застой отсутствие горение Е дендизм покой буря В болезнь хандра неподвижность полнота недуг (жизни) В пустота Е дело Е горение, новое, буря, пробуждение В мода поразительное, живое В сон Рис.1.

ЛСП “скука” не существует изолированно в тексте, единицы, организующие его, вступают во взаимоотношения с единицами других ЛСП. В романе “Обыкновенная история” единицы ЛСП “скука” пересекаются и взаимодействуют с единицами ЛСП “разочарованность”, “апатия”, “пустота”, “хандра”, в романе “Обломов” ЛСП “скука” пересекается с ЛСП “труд”, “лень”, “апатия”, “сон (души)”, “безделье”, “переезд”, “болезнь”, в “Обрыве” - с ЛСП “болезнь”, “сон (души)”, “апатия”, “разочарованность”, “хандра”, которые выступают как микрополя по отношению к ЛСП “состояние героя”, включающемуся в ЛСП “герой в обществе”, “жизнь”, “обстановка”, “окружение”, а в романе “Обрыв” - в ЛСП “роман”.

В романах И.А. Гончарова слово “скука” и его дериваты вступают в разнообразные синонимические и антонимические отношения. Отмечается преобладание речевых синонимов (скука – червь, чума, бич, болезнь, недуг, труд, горесть) и антонимов (скука – горение, буря, полнота) над языковыми синонимами (скука - тоска) и антонимами (скука – интерес, веселье).

Окказиональные синонимы И.А. Гончаров использует для устранения повторов слова “скука” и для более полной характеристики состояния героя.

Слово “скука” обладает свободной и богатой сочетаемостью, образуя сочетания, описывающие состояние субъекта (изнывать от скуки);

сочетания с переходными глаголами (наводит, писать (скуку)), с глаголами физического действия (скука грызла, одолевала);

сочетания с прилагательными, указывающими на неприятность состояния (адская, мучительная), степень интенсивности (великая), место протекания (дорожная), назначение (напрасная).

В главе 2 “Особенности речевого поведения скучающего героя” рассматривается ряд вопросов, связанных с речевым поведением скучающего героя: лингвистическая экспликация концепта “скука” в системе сюжетных событий романов, связанных с повседневностью, рассмотрение особенностей языковой личности скучающего героя и речевых жанров, в которых реализуется концепт “скука”.

Глава состоит из трех параграфов: §1. “Отражение повседневности и роль повседневного языка в романах И.А. Гончарова, выражение в нем концепта “скука”, §2. “Особенности языковой личности скучающего героя”, §3. “Речевые жанры, в которых реализуется концепт “скука”.

Слово “скука” обычно используется для обозначения состояния, связанного с философией обыденного сознания, поэтому и употребляется чаще в обыденном языке, чем в языке художественном, научном, или философском.

Тем не менее скука описывается мастерами художественного слова (в качестве примера можно привести произведения А.С. Пушкина, М.Ю. Лермонтова, Н.В.

Гоголя, И.А. Гончарова, А.П. Чехова, М. Горького и др.), исследуется философами, психологами, лингвистами (Н.А. Бердяевым, С.Н. Булгаковым, Я.Э. Голосовкером, Тардье, Б.И. Додоновым, В.Н. Базылевым).

Пристальное внимание И.А. Гончарова к деталям повседневного быта и отражение последних в своих произведениях проявляется в изображении повседневной жизни героев и окружающей их бытовой среды. “…Его интересует самый обряд жизни, и, поэт обыденности, он умеет извлекать теплоту и радость из хозяйственной прозы” (Ю.И. Айхенвальд). Под повседневностью в диссертационном исследовании понимается нечто привычное, рутинное, упорядоченное, имеющее место изо дня в день, тождественное самому себе в различные моменты времени. Во всех романах И.А. Гончарова изображается обычная повседневная жизнь, нет описания сверхъестественных явлений, непривычного, нарушающего обычный порядок вещей, выходящими за рамки повседневной жизни являются мечты героев, воображаемый ими мир, творчество как особый мир, создаваемый героями (Адуев, Райский), мир сна (Обломов). Подробное описание повседневности героев как бы замедляет романное действие, делает неторопливым повествование. В результате чего в сюжете качеством событийности начинает наделяться любая деталь, любой элемент художественной ткани произведения.

В качестве одного из таких явлений предстает состояние скуки героев, которое в тексте романов выступает как сюжетное событие и как составная часть более сложных сюжетных событий. Выбор сюжетного события в качестве единицы анализа рассматриваемых произведений обусловлен повествовательным характером текстов И.А. Гончарова. Изучению категории события посвящены работы Н.Д. Арутюновой, В.З. Демьянкова, М.Я. Дымарского, Т.М. Николаевой и других исследователей, однако “для филологии эта категория как объект специального изучения сравнительно нова” (М.Я.

Дымарский).

По наличию/отсутствию состояния скуки все сюжетные события представляют четыре группы: 1) сюжетные события, в которых скука отсутствует (в том числе и сюжетные события, в которых отсутствие скуки констатируется), 2) события, отсутствие которых вызывает скуку, 3) сюжетные события, в которых имеет место скука, 4) скука как сюжетное событие. Первая группа сюжетных событий является доминирующей. Они напрямую не связаны с состоянием героя, но в них отразились те или иные жизненные изменения, которые способствовали возникновению скуки. Вторая группа сюжетных событий - это ноль событий в жизни героя, которые делают ее однообразной и неинтересной и вызывают скуку. Третья и четвертая группы событий взаимосвязаны: не всегда можно провести четкую границу между событиями, в которых скука присутствует, и скукой как сюжетным событием. Критериями здесь являются способ представления скуки в тексте (наличие рефлексии героя над своим состоянием, попытки дать определение скуке) и наличие определенных последствий для героя, которые делают скуку сюжетным событием.

“Введение” в большинство сюжетных событий в текстах романов осуществляется с помощью “темпорального детерминанта фиксирующего типа” (М.Я. Дымарский) – “однажды” и глаголов совершенного вида, на уровне текстовой композиции используется абзацный отступ. Например, в романе “Обыкновенная история” о нормальном, обычном ходе жизни героя свидетельствует употребление наречий “обыкновенно”, “по обыкновению”, новое сюжетное событие вводится наречиями “однажды”, “против обыкновения” и союзом “как вдруг”. Речевое поведение скучающего героя во многом обусловлено выделенными типами сюжетных событий. Его высказывания о скуке, входящие в “причинный ряд событий”, предопределяются наличием/отсутствием данного состояния. Чаще всего скука становится сюжетным событием во внутренних монологах героев, в диалогах, т.е. при осуществлении героем рефлексии над скукой, поэтому для введения скуки как сюжетного события используются, как правило, глаголы с семой говорения, существительное “слово” (“подумал он”, “слово найдено”, “сказал” и др.).

Будучи сложным состоянием, скука находит отражение в речи скучающего героя как производителя текстов, в которых содержатся сведения о восприятии им окружающей действительности, в том числе и рефлексия над скукой, поэтому важно рассмотреть те языковые средства, которые им используются.

Описание языковой личности скучающего героя проводится в диссертации с учетом лингвистических и экстралингвистических параметров. Выделение экстралингвистических параметров обусловлено социальными и индивидуальными признаками личности, оказывающими влияние на ее речь. В качестве экстралингвистических параметров избираются следующие: 1) эпоха, которая отражена в произведении, 2) социальное положение героев, 3) воспитание, 4) образ жизни, 5) непосредственное окружение, 6) возраст, 7) образование, 8) интересы, 9) черты характера, темперамент. Так, и А. Адуев, и Обломов, и Райский представляют языковое сознание людей XIX века. В этом плане и употребление слов “скучно”, “скука” и их дериватов может быть данью моде, а может обозначать состояние, возникшее в той или иной ситуации. В большинстве случаев состояние скуки героев обусловлено социальным статусом, имеет “зацепку в психологии барства” (Д.Н. Овсянико-Куликовский).

В тексте “Обыкновенной истории” для обозначения социального положения героя используется синонимический ряд существительных: “барин”, “господин”, “помещик”. Доминирующей в тексте является лексема “барин”.

Лексические единицы, характеризующие социальное положение Обломова, более многочисленны, их можно представить в виде лексико-семантического поля “крепостник”, состоящего из слов “барин”, “господин”, “хозяин”, “батюшка”, “имение”, “деревня”, “ливрея”, “манеры”, “величие”, “капризы”, “слуга”, “вотчина” и др. Социальное положение Райского в тексте представлено лексическими единицами: “господин”, “хозяин”, “барин”, “батюшка”.

Социальным статусом обусловлено использование героем специальных слов и выражений, обозначающих статусное, социальное неравенство (например, при общении со слугами), уважительное обращение других персонажей, на грамматическом уровне разновидности повелительного наклонения и т.д.

Лингвистические параметры, важные для изучения вербально- грамматического уровня описания языковой личности скучающего героя, позволяют охарактеризовать языковую личность скучающего героя с учетом лексических, морфологических, синтаксических, стилистических особенностей.

Речь А. Адуева в тексте представлена как “восторженная”, стилистически окрашенная, богатая поэтическими элементами, метафорически насыщенная. В семантическом плане преобладают лексические единицы, обслуживающие сферу чувств и эмоций (“любовь”, “скука”, “разочарование”, “тоска” и др.).

Лишь в конце романа, когда изменилось мировоззрение героя, в его языке исчезают романтические элементы, он начинает говорить обычным языком.

Обломов как языковая личность характеризуется употреблением в основном стилистически нейтральных лексических единиц, связанных с его бытом, состоянием здоровья, положением в обществе. В философских размышлениях, в беседах с Ольгой речь Обломова становится поэтической, стилистически окрашенной (“высшее начало”, “чистый ангел”, “бессознательная потребность любви”). Языковая личность Райского характеризуется преобладанием лексических единиц, связанных с обозначением процесса и результатов творческой деятельности (живописи, литературы, музыки). В разговорах на повседневные темы речь скучающих героев по своему строю обыденна и проста, при обсуждении общих тем, философских проблем строй речи героев меняется, они применяют в ней общие нормы литературного языка своего времени (Г.Н. Поспелов).

В когнитивном плане в концептосфере А. Адуева ключевыми являются концепты “счастье”, “слава”, “любовь”, “дружба”, “творчество”. Концепты “скука”, “апатия”, “разочарование” появляются в мировоззрении героя, когда под влиянием дяди, жизни, происходит смысловое разрушение ключевых концептов. В концептосфере Обломова на первом месте стоят слова “авось”, “может быть” и “как-нибудь”. Концепт “скука” приобретает смыслы, сближающие его с концептом “труд”. Ключевыми для понимания образа героя становятся понятия “погасание”, “другой”, “смысл жизни”. Для Райского с его художественной натурой, богатой фантазией и воображением основными концептами являются “страсть”, “красота”, содержание которых обусловлено соотнесенностью образа Райского с образом Дон-Жуана. Концепт “красота” связан с поиском идеала, гармонии, эстетического наслаждения, с творчеством.

Этим концептам в концептосфере героя противопоставлены концепты “сон”, “скука”.

Речевое поведение скучающего героя характеризуется использованием разнообразных речевых жанров (РЖ). Все РЖ в зависимости от того, рассчитаны они на ответную реакцию или нет, делятся на диалогические и монологические. Среди диалогических РЖ, связанных с концептом “скука”, наиболее распространенными являются фатические РЖ, посредством которых герой пытается осмыслить свое состояние, избавиться от скуки, найти сочувствие. В “Обыкновенной истории” это РЖ семейной беседы, в “Обломове” - РЖ дружеской беседы и беседы между влюбленными, в “Обрыве” - РЖ дружеской и семейной беседы. Рассматриваемые РЖ реализуются в неформальной личной или межличностной ситуации, что связано с неуместностью употребления концепта “скука” в институциональной/формальной ситуации. Так, в романе “Обыкновенная история” большая часть диалогов происходит в домашней обстановке, участниками их являются Александр и дядя, тетка, мать. Содержательная сторона этих семейных бесед включает бытовые, воспитательные дела (так, в разговорах с дядей преобладают субжанры урока, совета, наставления), а также философские размышления, которые содержат и суждения о скуке. Темы диалогов связывают сюжетные события романов и способствуют движению романного действия вперед (Г.Н. Поспелов). Тональность бесед характеризуется дружелюбием (например, об этом свидетельствует употребление Александром суффикса –юшк- в обращении к дяде), наставительностью (со стороны дяди).

Монологическая речь в романах И.А. Гончарова представлена внутренними монологами персонажей (речью, произнесенной наедине с собою, чаще мысленно), в которые часто перерастает несобственно-прямая речь и, наоборот, внутренние монологи переводятся в план несобственно-прямой речи.

Внутренние монологи содержат и рефлексию героя над скукой (“Скучно! – подумал он, - слово найдено! Да! это мучительная, убийственная скука! вот уж с месяц этот червь вполз ко мне в сердце и точит его …” (т.1, с.214)).

В Заключении кратко излагаются итоги диссертационного исследования, в обобщенном виде формулируются основные выводы, обозначаются и намечаются перспективы направления дальнейшего исследования проблемы.

Скука дает представление о ментальном пространстве текстов И.А. Гончарова, устанавливает приоритетные концептуальные позиции в соотношении “человек и мир”. Для исследователя это имеет и лингвистическую ценность, так как можно учитывать жизнь концепта, возникновение, затихание этого явления. Скука помогает установить связь героев И.А. Гончарова с языковым сознанием людей XIX века, которое находит выражение и в рефлексии героев, и в речевых жанрах. Скука выступает в рефлексии автора и героя как фигура на фоне многообразных проявлений жизни, отразившаяся в ней как в миниатюре.

Апробация работы. Результаты исследования нашли отражение в статьях, докладах, тезисах, опубликованных в Москве, Ставрополе, Ростове, Самаре.

Положения и результаты исследования обсуждались и были одобрены на международных, всероссийских, зональных научных конференциях. Автор принимал регулярное участие в работе межрегионального семинара “Textus”:

Текст как явление культуры” под руководством профессора К.Э. Штайн в Ставропольском государственном университете. Основные положения диссертации были изложены в докладах и сообщениях на ежегодных научно практических конференциях Ставропольского государственного университета “Университетская наука – региону” (апрель 2000, 2003), на Международной научной конференции “Антропоцентрическая парадигма в филологии” (Ставрополь, 14 – 15 мая 2003г.), на международной научной конференции “История языкознания, литературоведения и журналистики как основа современного филологического знания” (Ростов – на – Дону - Адлер, 6 – сентября 2003г.), на Всероссийской научной конференции “Языковая система – текст – дискурс: категории и аспекты исследования” (Самара, 18 – 19 сентября 2003 г.).

По теме диссертации опубликованы следующие работы:

1. Языковая личность скучающего героя (на материале романа И.А. Гончарова “Обломов”) // Материалы Международной конференции студентов и аспирантов по фундаментальным наукам “Ломоносов”. – Вып. 6. – М.:

Центр студентов МГУ, 2001. – С. 404 – 405.

2. Концепт “скука” в художественном тексте (на материале произведений А.С. Пушкина, М.Ю. Лермонтова, И.А. Гончарова) // Принципы и методы исследования в филологии: Конец XX века. Сборник статей научно методического семинара “TEXTUS”. – Вып. 6 / Под ред. д-ра филол. наук проф. К.Э. Штайн. – СПб. – Ставрополь: Изд-во СГУ, 2001. – С. 347 – 354.

3. Антропоцентрический анализ эпистолярного дискурса. Концепт скука в письмах И.А. Гончарова // Антропоцентрическая парадигма в филологии:

Материалы Международной научной конференции. Ч.2. Лингвистика / Ред.

– сост. Л.П. Егорова. – Ставрополь: Изд-во СГУ, 2003. – С. 113 – 118.

4. Концепт “скука” и его лексико-семантическое поле (на материале прозаических текстов И.А. Гончарова) // История языкознания, литературоведения и журналистики как основа современного филологического знания: Материалы Международной научной конференции. - Вып. 3. Семантика. Грамматика. Стиль. Текст. – Ростов - на - Дону – Адлер, 2003. – С.148 – 150.

5. Концепт “скука” в рефлексии автора и героя // Языковая система – текст – дискурс: Категории и аспекты исследования: Материалы всероссийской научной конференции 18 – 19 сентября 2003 г. Самара: Изд-во “Самарский университет”, 2003. – С.153 – 160.

Опубликованы также рецензии:

1. Рец. на: Русский язык и культура речи: Учеб. для вузов / А.И. Дунев, М.Я. Дымарский, А.Ю. Кожевников и др.;

Под ред. В.Д. Черняк. – М.:

Высш. шк.;

СПб.: Изд-во РГПУ им. А.И. Герцена, 2002. – 509 с. // Язык и текст в пространстве культуры: Сборник статей научно-методического семинара “TEXTUS”. – Вып. 9 / Под ред. д-ра филол. наук проф. К.Э.

Штайн. – СПб. – Ставрополь: Изд-во СГУ, 2003. – С. 409 – 410.

2. Рец. на: Стереотипность и творчество в тексте. Межвуз. сб. научн. трудов / Отв. ред. М.П. Котюрова;

Перм. ун-т. – Пермь, 2002. – 309 с // Язык и текст в пространстве культуры: Сборник статей научно-методического семинара “TEXTUS”. – Вып. 9 / Под ред. д-ра филол. наук проф. К.Э. Штайн. – СПб. – Ставрополь: Изд-во СГУ, 2003. – С. 411 – 412.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.