WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

На правах рукописи

Гузикова Мария Олеговна «ТОТАЛЬНАЯ МОБИЛИЗАЦИЯ» ЭРНСТА ЮНГЕРА КАК ПРОЕКТ МОДЕРНОСТИ: ИСТОРИЧЕСКАЯ РЕКОНСТРУКЦИЯ И ИНТЕРПРЕТАЦИЯ 07.00.03 – всеобщая история

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук

Екатеринбург - 2004

Работа выполнена на кафедре теории и истории международных отношений факультета международных отношений Уральского государственного универ ситета им. А.М. Горького

Научный консультант: доктор исторических наук, профессор, Заслуженный деятель науки Российской Федерации Валерий Иванович Михайленко

Официальные оппоненты: доктор исторических наук, профессор Ольга Сергеевна Поршнева кандидат исторических наук, доцент Мария Петровна Лаптева

Ведущая организация: Липецкий государственный педагогический универ ситет

Защита состоится 2 июля 2004 г. в 12.00 на заседании диссертационного совета Д 212.286.04 по защите диссертаций на соискание ученой степени док тора исторических наук при Уральском государственном университете им. А.М Горького по адресу: 620083, г. Екатеринбург, пр. Ленина, 51, к. 248.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Уральского государственного университета им. А.М. Горького.

Автореферат разослан «_1_» _июня2004 г.

Ученый секретарь диссертационного совета, доктор исторических наук, профессор В.А. Кузьмин

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Первая треть XX века представляет собой кризисный период перехода от классического модерна к постмодерну.

Наступление этого кризиса было в полной мере осознано европейскими интел лектуалами после первой мировой войны. Переход от модерна к постмодерну проходил под знаком процесса, получившего определение «мобилизация масс».

Осознание этого процесса подтолкнуло мыслителей первой трети XX века к разработке концепций развития общества, в которых массы и техника рассмат ривались как основной ресурс для его преобразования.

Несмотря на неоднократные попытки исследователей дать полную карти ну этой исторической эпохи, многие вопросы остаются открытыми. Одной из лакун в истории является неизученность нереализованных проектов «нового» порядка, созданных интеллектуалами того времени. Настоящая работа пред ставляет собой исследование исторического письменного памятника – раннего творчества Эрнста Юнгера 1920-30-х гг. ХХ века. В этот период он сформули ровал свой вариант ответа на вызовы кризиса модерна, получивший название проекта «тотальной мобилизации». Эрнст Юнгер был выдающейся личностью германской истории XX в., немецким мыслителем, ставшим современником XX столетия: он родился в 1895 г. и умер в 1998 г., не дожив до 103-летия чуть бо лее месяца. Его раннее политико-философское творчество охватывает период от первой мировой войны, проходит через Веймарскую республику и заканчи вается установлением нацистского режима в Германии. Письменное наследие Э. Юнгера представляет собой интеллектуальную рефлексию исторического времени.

Термин «тотальная мобилизация» был введен самим Э. Юнгером в од ноименном эссе в 1930 г. Первоначально выражение «тотальная мобилизация» в противоположность «всеобщей мобилизации» было одним из основных эле ментов, позволяющих осмыслить военно-мобилизационный опыт первой миро вой войны и применимых для подготовки и проведения будущих военных кон фликтов. В последующих работах «тотальная мобилизация» приобрела харак тер своеобразного политико-философского проекта или идеологического кон структа. Юнгеровский проект «тотальной мобилизации» подвергается анализу как одна из типичных реакций интеллектуалов на кризис модерна. Типичность проекта «тотальной мобилизации» Э. Юнгера в том, что он является одним из многих вариантов интеллектуальной рефлексии периода начала XX века.

Труды Э. Юнгера стоят в ряду таких произведений, как «Восстание масс» Х. Ортеги-и-Гассета, «Закат Европы» О. Шпенглера, футуристического проекта Маринетти, и других, возможно, не столь «салонных» вариантов «нового» по рядка периода 1914-1933 гг. Эти работы объединяет осознание кризиса модер на, ценности, базовые установки и основные институты которого были заложе ны на рубеже XVII-XVIII вв., и стремление придать современности новые цен ности и новое направление.

В отличие от нацистских, фашистских, либеральных, советских полити ческих проектов проект «тотальной мобилизации» Э. Юнгера никогда не был реализован. Более того, сам автор при всех режимах в Германии являлся интел лектуальным изгоем для политической власти и кумиром диссиденствующей интеллигенции. Это, однако, вовсе не умаляет значение трудов Э. Юнгера для понимания политических и социально-экономических процессов первой трети XX века. В полном смысле этого определения Э. Юнгер являлся «властителем умов». Как отмечает, Г. Ленк, «знание и действие связаны и пересекаются…» Э. Юнгер обладал потрясающим чутьем в отношении социальных и политиче ских «настроений» эпохи, что позволяло ему в ряде случаев предвосхищать развитие событий, обобщать и предсказывать их ход. Как справедливо пишет российский философ В.А. Лекторский, «человеческие действия не только про изводят и воспроизводят социальные структуры, но в свою очередь сами обу словлены последними»2.

Политико-философский проект «тотальной мобилизации», выраженный Э. Юнгером в двух основных неразрывно связанных друг с другом эссе 1930 1932 гг. «Рабочий. Господство и гештальт» и «Тотальная мобилизация», в дан ном сочинении трактуется как «диагноз эпохи». Слово «диагноз» в контексте юнгеровских произведений имеет принципиальное значение. Автор не подра зумевал вынести оценку своему времени или критиковать его, он был настроен на топографирование изменений, хотел встать «над историей»3. Э. Юнгер по нимал «эпоху» в соответствие с греч. происхождением этого слова – «» - воздержание от оценок, отстранение. Его целью было захватить «субстанцио нальное ядро»4 событий. Э. Юнгер был выразителем духа времени, неким ру пором, через который трансформации эпохи высказывали себя с концептуаль ной ясностью и точностью.

Таким образом, в данной работе предпринята попытка не только изучить интеллектуальную рефлексию Э. Юнгера, реконструировать один из модерни стских проектов, но и установить его влияние на общественное развитие Гер мании в 1920-30-х гг., а также внести вклад в изучение исторических и полити ческих процессов в переходные периоды германской истории, прежде всего та кого явления этого периода как «массовизм» (по определению Б.Р. Лопухова)5, «восстание масс» (по определению Х. Ортеги-и-Гассета) и/или «тотальная мо билизация» (по определению Э. Юнгера), а также определить психологический, идеологический, мифологический, экзистенциальный смысл и фон историче ских событий рассматриваемого времени. Тем самым, в более широком контек сте исторического исследования изучается положение человека в обществе, конкретной жизненной ситуации.

Проект «тотальной мобилизации» был проанализирован как один из ва Ленк Г. К методологической интеграции наук с интерпретационистской точки зрения // Вопросы философии.

- 2004. - № 3. - С. 55.

Лекторский В.А. Возможна ли интеграция естественных наук и наук о человеке? // Вопросы философии. - 2004. - № 3. - С. 47.

Слова, приводимые одним из секретарей Э. Юнгера – Х.-Л. Арнольдом. См.: Text+Kritik. Ernst Jnger. – 1995. - № 105/106. – S. 3.

Юнгер Э. Предисловие // Юнгер Э. Рабочий. Господство и гештальт;

Тотальная мобилизация;

О боли / Пер. с нем. А.В. Михайловского. – СПб.: Наука, 2000. - С. 58.

Ср. Лопухов Б.Р. История фашистского режима в Италии. – М.: Наука, 1977. – 295 с. Здесь с. 59.

риантов «нового порядка», который автор пытался возвести вместо прежнего, разрушенного в ходе мировой войны и безвозвратно потерянного в момент по ражения Германии и установления Веймарской Республики «порядка» Просве щения. Пытаясь охватить новые черты изменившегося мира, Э. Юнгер концен трировался на таких феноменах, как война, масса, власть, техника.

Ценность изучения трудов отдельного человека для исторической науки состоит в том, что сознание незаурядного человека не просто погружается в мировосприятие своего времени, но преображает его. Надличностные установ ки эпохи преломляются, будучи обработанными его видением, происходит ис пытание и преобразование коллективных матриц и настроений времени. Спо соб осознания и мотивации входит в историко-культурную объективность, если под объективностью понимать иноположного нам субъекта. Чтобы понять эпо ху, нужно понять типичность «привычек сознания» отдельных ее представите лей, приемы их видения мира6. Идеи Э. Юнгера помогают понять дух его эпо хи. Изучение интеллектуального наследия Э. Юнгера как феномена своего времени позволяет исследователю увидеть историческое время сквозь двойную оптику. С одной стороны, взглянуть на личность внутри ее культурной систе мы и на время сквозь перспективу личности, и, с другой стороны, сквозь свое собственное видение, то есть применить диалоговый способ рассмотрения7.

Таким образом, объект исторического исследования выступает не как нечто внешнее познающему субъекту, а как то, что конструируется языковой и дис курсивной практикой.

В отечественной исторической науке не было предпринято попыток ре конструкции «тотальной мобилизации» Э. Юнгера как проекта модерности.

Подобная реконструкция предполагает необходимость анализа политико философского творчества Э. Юнгера в целом, который также отсутствует в оте чественной исторической и философской литературе. Несмотря на большое ко личество работ зарубежных исследователей, рассматривающих раннее полити ко-философское творчество Э. Юнгера в контексте модерна, полноценная ин терпретация проекта «тотальной мобилизации» в рамках исторического дис курса до сих пор отсутствует. Не было предпринято анализа исторического фе номена тотальной мобилизации как этапа индустриальной, социальной, куль турной революции европейской цивилизации. Вопрос о локализации проекта «тотальной мобилизации» в исторических координатах периода кризиса модер на был решен лишь отчасти. До сих пор остается неясным, является ли проект «тотальной мобилизации» регрессивно- или прогрессивно модернистским.

Таким образом:

Гуревич А.Я. Категории средневековой культуры. – М.: Искусство, 1972. – С. 15.

По словам М.М. Бахтина, «чужая культура только в глазах культуры раскрывает себя полнее и глубже.. Один смысл раскрывает свои глубины, встретившись и соприкоснувшись с другим, чужим смыслом: между ними начинается как бы диалог, который преодолевает замкнутость и односторонность этих смыслов, этих культур… При такой диалогической встрече двух культур они не сливаются и не смешиваются, каждая сохраняет свое единство и открытую целостность, но они взаимно обогащаются». См.: Бахтин М.М. Эстетика словесного твор чества. – М., 1979. – С. 334-335. Цит. по: Гуревич А.Я. Историческая наука и историческая антропология // Во просы философии. – 1988. - №1. – С. 53.

- назрела необходимость проанализировать исторический феномен то тальной мобилизации через призму отдельного человека, т.е. исследовать про ект «тотальной мобилизации» в творчестве Э. Юнгера как авторскую рефлек сию исторического времени;

- возникла потребность в разработке методики исследования, объеди няющей классические исторические методы исследования и поструктуралист скую методологию.

В этой связи представляется актуальным провести историческую рекон струкцию и интерпретацию проекта «тотальной мобилизации» Э. Юнгера в контексте модерности.

Цель исследования – проанализировать проект «тотальной мобилиза ции» в творчестве Э. Юнгера как авторскую рефлексию исторического време ни. Достижение поставленной цели осуществлялось через постановку целого ряда задач:

- проанализировать источники и литературу, в том числе, варианты ин терпретаций проекта «тотальной мобилизации» Э. Юнгера другими исследова телями, включая отчасти и самоинтерпретацию автора идеи;

ввести в научный оборот ранее недоступные отечественным исследователям источники;

опреде лить хронологические рамки работы в связи с периодизацией творчества Э.

Юнгера;

- выявить предпосылки создания проекта «тотальной мобилизации», в том числе изучить биографию Э. Юнгера, так как обстоятельства его жизни оказали непосредственное влияние на формирование его политических убежде ний, и выделить таким образом истоки проекта «тотальной мобилизации»;

- определить специфику методологии познания Э. Юнгера (физиогноми ческий метод, мышление гештальтами);

- реконструировать юнгеровский проект «тотальной мобилизации»;

- сформулировать и осуществить собственную, авторскую интерпретацию этого проекта как «диагноза эпохи», выделив ее основные составляющие и оп ределив его место в ряду других концепций модерна;

- определить место проекта Юнгера в исторической эпохе и выявить сте пень влияния проекта «тотальной мобилизации» и ареал его действия в период создания;

- обосновать модернистское происхождение проекта Юнгера и его крити ки модерна.

Объектом исследования являются труды Э. Юнгера раннего периода его творчества (политико-философские эссе: «Рабочий. Господство и гештальт», «Тотальная мобилизация», «О боли»;

военные дневники: «В стальных грозах», «Война как внутреннее переживание», «Перелесок 125», «Огонь и кровь» и др., так называемая «национал-революционная» публицистика), представляющие собой непосредственную авторскую рефлексию своего времени, а также работы «консервативного»8 периода, комментирующие проект «тотальной мобилиза Здесь автор опирается на периодизацию творчества Юнгера, разработанную в трудах немецких исследовате лей. См.: Dornheim L. Vergleichende Rezeptionsgeschichte. Das literarische Frhwerk E. Jngers in Deutschland, England und Frankreich. - Fr/M.: Verlag Peter Lang GmbH, 1987. -VIII, 319, A 165 S. ;

H. Segeberg, Regressive ции» («Maxima-Minima. Заметки по поводу «Рабочего»», «Автор и авторство» и др.).

Взгляды Э. Юнгера претерпели значительную эволюцию. Его творчество совпало по времени со значительными вехами германской и мировой истории.

Уже ранний период его авторства можно подразделить на несколько этапов:

поначалу Э. Юнгер - «автор дневников и эссеист Первой мировой войны», за тем, во время попыток активного вмешательства в политику, - национал революционер периода середины 1920-х, и, в конце 1920-х - начале 30-х годов, автор как диагност эпохи, «в своем эссе «Рабочий» (1932) эстетически универ сализировавший понятия работы и техники»9. После захвата власти Гитлером, которого Э. Юнгер называл своим политическим «ментором ex negativo»10, ав тор становится представителем «внутренней» эмиграции. В это время он создал роман «На мраморных утесах», воспринятый современниками как критика гит леровского режима. После второй мировой войны автор вступил в позднюю фа зу своего творчества, растянувшуюся почти на полвека, во время которой Э.

Юнгер этаблировался как консервативный писатель, более не страстный «идео лог и мыслитель»11. Он не изменил своей дикции «сейсмографа» эпохи, но пе решел от «диагноза» к «прогнозам», лишенным профетического пафоса ранне го периода творчества.

Предмет исследования составляет проект «тотальной мобилизации», яв ляющийся непосредственным ответом Э. Юнгера на вызовы рефлексивной мо дернизации. В работе проводится реконструкция проекта «тотальной мобили зации» и определение его места в историческом контексте эпохи.

Хронологические рамки исследования взаимосвязаны с творчеством Э.

Юнгера, которое охватывает период с 1920 по 1998 гг. Основной акцент в рабо те сделан на изучении трудов Э. Юнгера 1920-1933 гг., в которых проект «то тальной мобилизации» получил свое оформление. Данный временной проме жуток совпадает с ранним периодом творчества автора. После прихода нацио нал-социалистов к власти, Э. Юнгер удалился в так называемую «внутреннюю эмиграцию». С 1946 г. он вновь активно присутствовал на литературной арене Германии и не прекращал своей деятельности до конца жизни. Но это был иной период творчества Э. Юнгера в другой исторический период.

Научная новизна исследования определяется тем, что впервые в науч ной литературе осуществлена историческая реконструкция проекта «тотальной мобилизации» Эрнста Юнгера. Реконструкция и интерпретация проекта «то Modernisierung. Kriegserlebnis und Moderne-Kritik in Ernst Jngers Frhwerk // Vom Wert der Arbeit: zur literarischen Konstitution des Wertkomplexes “Arbeit” in der deutschen Literatur (1770-1930);

Dokumentation einer interdisziplinren Tagung in Hamburg vom 16. bis 18. Mrz 1988 / Hrsg. Von H. Segeberg. – Tbingen: Niemeyer, 1991. – S. 337-378.

H. Segeberg, Regressive Modernisierung. Kriegserlebnis und Modern-Kritik in Ernst Jngers Frhwerk.// Vom Wert der Arbeit: zur literarischen Konstitution des Wertkomplexes “Arbeit” in der deutschen Literatur (1770-1930);

Dokumentation einer interdisziplinren Tagung in Hamburg vom 16. bis 18. Mrz 1988 / Hrsg. von H. Segeberg. – Tbingen: Niemeyer, 1991. – S. 338.

Jnger E. Ausgehend vom Brmmerhof, 1974. Zit. nach: Noack P. Ernst Jnger. Eine Biographie. - Berlin:

Alexander Fest Velag, 1998. - S. 121.

Dornheim L. Vergleichende Rezeptionsgeschichte. Das literarische Frhwerk E. Jngers in Deutschland, England und Frankreich. - Fr/M.: Verlag Peter Lang GmbH, 1987.

тальной мобилизации» произведена на основе ввода в научный оборот источ ников, ранее не привлекавшихся в отечественной историографии. В диссерта ции применен симбиоз классических и постструктуралистих методов познания, позволяющий адекватно реконструировать и интерпретировать проект «тоталь ной мобилизации». Проект «тотальной мобилизации» был подвергнут систем ному исследованию как один их несостоявшихся проектов модерна, в то время как в отечественной исторической мысли чаще всего изучаются состоявшиеся проекты, такие, как национал-социалистический, фашистский и др. Проект Э.

Юнгера был рассмотрен как характерный для периода социально экономических, политических, культурных и духовных транзитов.

Методология исследования разработана с учетом того, что в работе ав тор с одной стороны интерпретирует теоретические конструкты, разработанные Э. Юнгером, а с другой стороны осуществляет рациональную реконструкцию, реактивацию юнгеровских проектов, чтобы затем подвергнуть их научному анализу. Методологическим основанием данной работы является синтез клас сической и постструктуралистской методологии. Так, автор принимает прин цип «историзма», определяющийся как «подход к пониманию истории, подчер кивающий уникальность каждой эпохи, в которой любую ситуацию или период можно понять только в собственных условиях»12. Данная работа выполнена в русле исторической антропологии, выдающимися отечественными представи телями которой были Л.М. Баткин и А.Я. Гуревич. А.Я. Гуревич дал следующее определение этому направлению: «Исследовательский пафос исторической ан тропологии состоит в раскрытии человеческого содержания истории – во всех без исключения проявлениях общественного человека и, главное, в достижении на этой основе качественно нового исторического синтеза»13. Исследуя проект «тотальной мобилизации» Э. Юнгера, закрепленный в корпусе текстов автора, данная работа стремится выявить их внутреннюю сущность и в их структуре увидеть симптомы коллективных мыслительных установок.

В целом работа написана в контексте междисциплинарных подходов, наиболее адекватно отвечающих задачам интеллектуальной истории. При рас смотрении исторических феноменов тотальной мобилизации, мифологии и представлений Э. Юнгера о своем времени автор обращался к лингвистическо му, переводческому, литературоведческому, философскому и другим видам анализа текста, к использованию феноменологии, семиотики, герменевтики, ис торико-системного метода, социокультурного и других методологических под ходов, эпистемологическому наследству классической и неклассической науки.

На наш взгляд, барьеры, выстраиваемые между классическими и постструкту ралистими (неклассическими) методологиями зачастую имеют искусственный характер. Конфликту методологий автор предпочитает их креативный диалог или, используя понятийный аппарат турецкого философа И. Кучуради, подход «к одной и той же проблеме с разных точек зрения»14. Вместе с тем, автор осоз нает ограниченность междисциплинарных методов в том контексте, о котором Большой толковый социологический словарь: В 2 т. – М., 1998. – Т. 1. - С. 264.

Гуревич А.Я. Историческая наука и историческая антропология. С. 56-70.

Кучуради И. Философия перед лицом мировых проблем // Вопросы философии. - 2004. - № 3. - С. 7.

справедливо пишет Л.П. Репина: «идеальная междисциплинарность представ ляется недостижимой»15.

Источники, на которые опирается исследование, являются текстами в по нимании «новой интеллектуальной истории»16, направления, сложившегося в русле «лингвистического поворота» и «семиотического вызова». Так как ос новным объектом исторического исследования является текст, подлежащий де кодированию и интерпретации, был применен герменевтический метод, пред полагающий понимание инаковости авторского языка и мышления и критиче ский подход к собственной предвзятости. Интерпретация юнгеровского проекта «тотальной мобилизации» не может обойтись без изучения его прочтения дру гими авторами, как своими современниками, так и исследователями.

Теоретическая и практическая значимость диссертации состоит в том, что разработка данной проблематики позволяет ввести в научный оборот ключевые моменты исторической дискуссии вокруг кризиса модерна и по новому взглянуть на значение эссеистики Э. Юнгера для установления истори ческих закономерностей и диагностики современной эпохи. В исследовании изучена степень научной разработанности данной проблематики в отечествен ной и зарубежной историографии. Материалы и выводы работы могут быть ис пользованы в научных исследованиях по истории идей XX века, а также для разработки лекционных и практических занятий, посвященных социальной и политической истории Германии первой трети XX в., и спецкурсов по пробле мам модерна, модернизации и модерности.

В соответствии с результатами исследования на защиту выносятся сле дующие положения:

- модернистский проект «тотальной мобилизации» Э. Юнгера изучается в рамках дискурса «рефлексивной» модернизации в ее специфически германском варианте;

он имеет индикаторы, свидетельствующие о его принадлежности к стадии перехода от модерна к постмодерну;

- проект «тотальной мобилизации» Э. Юнгера представляет собой фунда менталистскую альтернативу ценностям Просвещения;

- проект «тотальной мобилизации» Э. Юнгера исследуется как репрезен тативный для нелиберальных проектов интеллектуалов первой трети XX века;

Апробация результатов исследования. Отдельные положения диссер тации легли в основу факультативного курса, подготовленного на факультете международных отношений УрГУ («Консерватизм и «консервативная револю ция», 2000-2001 гг.) и нашли отражение в четырех публикациях. Кроме того, по теме диссертации были подготовлены и прочитаны два доклада (Летняя школа «Институты прямой и представительной демократии», УрГУ, Круг друзей Вос точной Европы, Виадрина-Университет, г. Франкфурт-на-Одере, Германия).

Структура работы. Порядок изложения исследуемого материала опре деляется целями и задачами исследования. В соответствие с этим диссертаци онное сочинение подразделяется на введение, основную часть, заключение и Репина Л.П. Междисциплинарные подходы к изучению прошлого//http://www.auditorium.ru/books/2624/text.pdf Русакова О.Ф. Философия и методология истории в XX веке: школы, проблемы, идеи. – Екатеринбург: Изд во УрО РАН, 2000. – С. 306.

список использованных источников и научно-исследовательской литературы.

Основная часть исследования состоит из трех глав.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении обосновывается актуальность темы исследования, опреде ляются цели и задачи диссертации. Кроме того, обосновываются выбранные хронологические рамки исследования, отмечается, что является его объектом и предметом. Во Введении также определяются методы исследования и базовые понятия работы, раскрывается его научная новизна, теоретическая и практиче ская значимость работы. Кроме того, выявляются предпосылки создания проек та «тотальной мобилизации».

В Главе «Характеристика источников и историография» анализируются источники, необходимые для исторической реконструкции и интерпретации проекта «тотальной мобилизации» Эрнста Юнгера, а также изучается степень научной разработанности темы. Источниками для исследования проекта «то тальной мобилизации» являются труды Э. Юнгера, статьи, письма, дневники, записные книжки.

Основными источниками выступают труды Э. Юнгера, в которых пред ставлен проект «тотальной мобилизации». Это политико-философские «боль шие эссе»: «Тотальная мобилизация» (1930) и «Рабочий. Господство и геш тальт» (1932). Э. Юнгер назвал эссе «Тотальная мобилизация» центральным в своем творчестве. До 1934 г. это сочинение было неоднократно переиздано. В настоящем исследовании была использована первоначальная версия данного эссе 1930 г. «Рабочий. Господство и гештальт», составляющий с «Тотальной мобилизацией» единое целое, впервые был опубликован в 1932 г. Эта наиболее объемная политико-философская работа Э. Юнгера не подверглась сколько нибудь значительным изменениям. 32 года спустя после появления «Рабочего», в 1964 году, вышло небольшое сочинение «Maxima-Minima. Заметки по поводу «Рабочего»»17 (1964), содержащее комментарии, заметки и пояснения к «Рабо чему» в форме коротких максим. В целом, книга служит двум основным целям – установлению «сейсмографического» кредо Юнгера и очередному подтвер ждению справедливости пророчеств, высказанных автором в «Рабочем», пра вота которых иллюстрируется современными событиями и процессами.

Также были привлечены все основные произведения раннего периода творчества Э. Юнгера (1920-1933), как литературные, так и публицистические, позволившие получить более четкое представление о процессе создания проек та «тотальной мобилизации». Среди литературных произведений следует особо выделить военные дневники, посвященные переработке опыта первой мировой войны: «В стальных грозах» (1920), «Борьба как внутреннее переживание» (1922), «Огонь и кровь» (1925), «Огонь и движение» (1930 г.). Для более глубо кого проникновения в мыслительную структуру Э. Юнгера автор данной рабо ты ознакомился с оригиналами записных книжек, которые составили позднее Jnger E. Maxima – Minima. Adnoten zum “Arbeiter”. - Mnchen: Klett-Cotta, 1983. - 71 S.

основу военных дневников. Под общим наименованием «политической публи цистики» объединено около 130 статей Э. Юнгера в периодической печати, увидевших свет в период с 1919 по 1933 г. Работы периода после 1934 г. были привлечены в той мере, в какой они так или иначе касаются проекта «тотальной мобилизации».

В работе были использованы документы из собрания Немецкого Литера турного Архива (г. Марбах), куда после смерти писателя в 1998 г. было переда но его литературное наследие18. Ценным источником послужили собрания по читателей творчества Э. Юнгера (собрание Х.-П де Кудра, Бедекера, Х. Мюль айзена и др.), его переписка, как опубликованная19, так и неопубликованная. В письмах Юнгер затрагивал некоторые принципиальные, неоднозначные момен ты своих произведений, давал авторскую интерпретацию своей концепции в нескольких выразительных фразах. Это тем более ценно, что Э. Юнгер считал невозможным для автора комментировать свои произведения20. Переписка же представляла собой то духовное пространство, в котором идеи писателя выкри сталлизовывались и представлялись на рассмотрение близких ему людей. В ка честве вспомогательного источника были использованы газетные и журналь ные публикации с 1930 по 2000 г. из собрания Архива газетных публикаций21, посвященные творчеству Э. Юнгера, а также интервью с ним.

В отечественной исторической науке до сих пор не предпринималось по пыток анализа проекта «тотальной мобилизации» Э. Юнгера в контексте про блематики модерна. Подобный анализ предполагает необходимость реконст рукции политико-философского творчества Э. Юнгера в целом, которая также отсутствует в современной исторической и философской литературе.

В Советском Союзе работы Э. Юнгера были известны лишь узкому кругу специалистов по германской филологии и философии. Идеологические и поли тические позиции Э. Юнгера, рассмотренные сквозь марксистско-ленинскую оптику, были отнесены к разряду крайне реакционных и отвергнуты как не вписывающиеся в марксистский идеологический канон. Кроме того, отсутство вал контекст для восприятия и интерпретации произведений Э. Юнгера. Авто ры «консервативной революции», а позднее, представители консервативного течения в литературе Западной Германии подпали под тот же идеологический запрет, что и сам Э. Юнгер. В определенной степени, недостаточное воспри ятие произведений Э. Юнгера в России было следствием его маргинального по ложения в немецкой литературе.

Автор выражает благодарность доктору Лизелотте Юнгер, давшей свое разрешение на просмотр неопублико ванных архивов писателя.

Jnger E. – Schmitt C. Briefe 1930-1983 /Hrsg. H. Kiesel. - Stuttgart: Klett-Cotta, 1999. – 894 S.;

Briefe 1935-1955/ Ernst Jnger;

Rudolf Schlichter. / Hrsg., kommentiert und mit einem Nachw. D. Heierer. – Stuttgart: Klett-Cotta. – 605 S.;

Jnger F.G. “Inmitten dieser Welt der Zerstrung”: Briefwechsel mit Rudolf Schlichter, Ernst Niekisch und Gerhard Nebel / Hrsg. U. Frschle, V.Haase. – Stuttgart: Klett-Cotta, 2001. – 229 S.

ср. Ernst Jnger an Carl Schmitt am 24.4.1940 anlsslich “In Marmorklippen”«Sie sehen, ich beginne gleich meinen Lesern, mich zu kommentieren, obwohl das der Autor eigentlich vermeiden soll». («Как видите, я подобно моим чи тателям, начинаю комментировать сам себя, хотя это не подобает автору»). - Jnger E. – Schmitt C. Briefe 1930 1983. S. 94.

Zeitungsausschnittsarchiv, Dortmund, Deutschland.

Интерес к Э. Юнгеру резко возрос в последнем десятилетии XX в. Начали переводиться и издаваться его сочинения. В 1991 г. была опубликованы фраг менты произведений с 1920-х до 1960-х гг. в журнале «Иностранная литерату ра». Затем был осуществлен и первый русский перевод книги Э. Юнгера: была опубликована его антиутопия «Гелиополис». Роман «В стальных грозах» вы шел в издательстве «Владимир Даль» в 2000 г. Тогда же в издательстве «Нау ка» были опубликованы политико-философские эссе: «Рабочий. Господство и гештальт», «Тотальная мобилизация» и «О боли». В 2002 г. издательством «Владимир Даль» были выпущены дневники периода второй мировой войны «Излучения (февраль 1941-апрель 1945)». Вышло несколько обзорных статей, дающих представление о биографии и творчестве автора (Ю. Солонин (2000, 2002), Б. Хазанов (1996, 1999), В. Рынкевич в соавторстве с А. Лукиным (1991) и др.), а также статей в энциклопедиях (Г. Фигаль (1998), А. Михайловский (2000, 2001), А. Грицанов (2001, 2002)). Кроме того, появились исследования идеологии Веймарской республики, в частности, был исследован феномен «консервативной революции», при помощи которых работы Э. Юнгера были снабжены необходимым историческим контекстом. Сюда относится и моно графия О.Ю. Пленкова (1997) «Мифы нации против мифов демократии», со держащая главу о национал-революционном периоде Э. Юнгера. Исследова тель отметил, что книга Э. Юнгера «Рабочий» «столь же сильно исполнена па фоса промышленной модернизации, как и произведения советских публицистов того же времени;

Карл Радек не случайно в юнгеровском рабочем увидел образ Ленина»22. В целом, сочинение О.Ю. Пленкова носит ознакомительный харак тер, по-видимому, рамки одной главы оказались слишком узки для обстоятель ного изучения темы. Из отечественных исследователей наибольший вклад в изучение трудов Э. Юнгера внес философ А.Михайловский – переводчик «больших» эссе писателя и автор первой диссертации о его творчестве на рус ском языке23. А. Михайловский прочитал Э. Юнгера как диагноста эпохи, как автора, в произведениях которого «сказалось время». Ему принадлежат глубо кие замечания о значении зрения для юнгеровской диагностики эпохи24.

Количество иностранных исследований, имеющих своим предметом тру ды Э. Юнгера, превышает несколько тысяч наименований. Как указывает биб лиограф Н. Ридель, творчество Э. Юнгера было исследовано в рамках культур но-антропологического, социально-философского, идеологокрити-ческого и ис торико-политического дискурсов. Развернувшиеся во второй половине XX века дебаты о социокультурных феноменах модерна и постмодерна не обошли сто роной и творчество Э. Юнгера, тем более, что сам автор своими работами дал обширные комментарии модерну и модернистскому феномену техники. В этот период были опубликованы работы, внесшие важный вклад в разработку Пленков О. Мифы нации против мифов демократии: немецкая политическая традиция и нацизм. - Спб.: Изд во РХГИ, 1997. - С. 378.

Михайловский А. Вопрос о технике. Критика эпохи у Эрнста Юнгера и Мартина Хайдеггера. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук. – М., 2001.

Михайловский А. Дар зрения // Лицейское & гимназическое образование (ЛГО). 1999. - № 5 (12). С. 86–88;

Михайловский А. Зрение и ответственность. Образ времени в эссеистике Эрнста Юнгера // Ex Libris НГ. – 18.01. 2001. - № 2 (174). – С. 3.

проекта «тотальной мобилизации» в рамках модернистского дискурса.

Основными дискуссионными моментами стали вопросы об модерниском/антимодернистском характере проекта «тотальной мобилизации», а также о его домодерной/модерной/постмодерной направленности.

Г.-П. Шварц (1962 ) пришел к мнению об антимодернизме Э. Юнгера, считая, что автору в целом было не по себе в модерне25, не указывая, однако, что понимается под (анти)модернизмом. К.-Х. Борер (1978) «первым система тически прочитал Э. Юнгера в контексте модерна»26, редуцировав, однако, по нимание модерна до стилевого течения. Литературовед У.-К. Кетельсен (1976) рассматривал труды Э. Юнгера в контексте регрессивного модернизма. Иссле дователь пришел к выводу, что не столько эстетика его литературных произве дений, сколько их содержание делает Э. Юнгера модернистом: «Подобно Бен ну, Юнгер видит конец классического буржуазно-либерального духа XIX сто летия. Анонимная индустриальная война становится для него сигналом новой эпохи аннулированной личности. Спасительную тотальность Юнгер ищет в прыжке в новую эпоху, которая у него имеет утопические черты»27. Г. Летен (1983/84) назвал позицию Э. Юнгера «габитусом согласия с модернизацией»28.

Сравнивая позиции Э. Юнгера и Б. Брехта, исследователь сделал вывод, что они оба являли собой тип интеллектуала, «который рассматривает все достой ное почитании наследство, доставшееся ему, на предмет того, достойно ли оно разрушения» и «с радостью» разрушающий «бюргерскую традицию». Способ мышления Э. Юнгера, как впрочем и Б. Брехта, Г. Летен определил как «мыш ление, которое не объединяет судьбу истины с судьбой индивидуума, как это было в XVIII и XIX столетиях, а хочет отделить ее от фактического обесцени вания индивидуальности29. По мнению исследователя, в 1920-е гг. на широком фронте предпринимается попытка синхронизировать сферу искусства с самым современным технологическим уровнем цивилизации. Так как осуществление этой синхронизации происходит скоропалительно, в Германии это «согласие с модернизацией» принимает довольно-таки экзальтированные формы. Э. Юнгер сформулировал в «Рабочем» (1932) принцип нового «габитуса», который, с раз личными историко-философскими оттенками, звучал в большинстве манифе стов согласия с модернизацией30.

Социолог Д. Херф (1984) в своем основательном исследовании пришел к выводу о реакционности юнгеровского модернизма31. Под «реакционным мо дернизмом» Д. Херф понимает течение мысли, чье парадоксальное достижение состояло в том, чтобы примирить антимодернистские, романтические и ирра Schwarz H.-P. Der konservative Anarchist. Politik und Zeitkritik Ernst Jngers. - Freiburg im Breisgau: Verlag Rombach, 1962. - S. 14.

Фраза Д. Кинга: King J. “Wann ist dieser Scheikrieg zu Ende?” Writing and Rewriting the First World War. P. 35.

Ibidem. S. 67.

Lethen H. Ernst Jnger, Bertold Brecht und der ‘Habitus’ des Einverstaendnisses mit der Modernisierung // Studi Germanici. - 1983/1984. – N.S. 21/22. - S. 273-289.

Ibidem. S. 276.

Ibidem. S. 277.

Указанная работа впервые вышла в 1984 г. Цитаты приводятся из издания Herf J. Reactionary Modernism:

Technology, Culture ans Politics in Weimar and the Third Reich. – Cambridge: Cambridge University Press, 1990. – 251 p.

ционалистические идеи немецкого национализма с «наиболее очевидной мани фестацией направленной на достижение цели рациональности, т.е. с современ ной технологией»32, внедрить технологию как составную часть западной «ци вилизации» в немецкую «культуру», не потеряв при этом романтического и ир рационального компонента. Р. Бреннеке (1992) присоедился к гипотезе «реак ционного модернизма» Д. Херфа.

Х. Ибаньес-Ное (1990) посвятил свою диссертацию33 философскому ис толкованию «Рабочего» как изображению модерна с позиций «истории бытия».

Он пришел к заключению, что это произведение представляет собой «образцо вое свидетельство стремящегося к апогею проекта модерна. В этом отношении Э. Юнгер находится в обществе Гегеля, Маркса, Ницше и Хайдеггера»34. Как и Х. Ибаньес-Ное, П. Козловски (1991) предложил философскую интерпретацию произведений Э. Юнгера, трактуя его произведения как эпос столетия и мифо логию модерна. Согласно П. Козловски, Э. Юнгер одновременно и создает и разоблачает мифологию модерна. Исследователь подчеркнул, что юнгеровский проект имеет ярко выраженный модернистский характер, так как для него ха рактерны два измерения, присущие всем проектам модерна: модерн в них при сутствует как быстро текущее историческое время и как время ускоряющегося прогресса. Идеология тотальной мобилизации в ее мифологии и риторике - бо лее модернистская, более радикальная по сравнению с буржуазным модер ном»35.

О. Шретер (1993), посвятивший свое сочинение феномену техники в творчестве Э. Юнгера, не ставил своей задачей рассмотрение техники в контек сте модернистских дебатов. Однако он сделал несколько важных замечаний о противоречивости, свойственной поискам смысла военного переживания и по пыткам Э. Юнгера инструментализировать технику36. Так, он пишет: «Осмыс ление Эрнстом Юнгером технических феноменов первой мировой войны ха рактеризуется перманентными противоречиями и бессилием. Так как он пыта ется не анализировать причины войны, а описать ее феномены, он приходит к смыслу происходящего не через аргументацию, а через децизионистское посту лирование»37.

Х. Зегеберг (1889, 1990, 1991, 1994), концентрируясь в основном на ас пекте техники в эссе Э. Юнгера, значительно обогатил дискуссию о модерности юнгеровских работ. Он, в частности, считает, что для «больших» эссе Э. Юнге ра характерно «регрессивное движение, форсированное средствами радикаль ной модерности»;

«поэтому модерность, преодоление модерности и фиксация на до-модернистских образцах можно спроецировать на эту (Э. Юнгера – при Herf J. Reactionary Modernism: Technology, Culture ans Politics in Weimar and the Third Reich. – Cambridge:

Cambridge University Press, 1990. – P. 1.

Ibez-Noe J. Freedom and Modernity: An Interpretation of Ernst Jnger’s Theory of the Modern Age. University of Toronto, 1990. (неопубликованная диссертация).

Ibidem. P. ii.

Козловски П. Трагедия модерна. Миф и эпос ХХ века у Эрнста Юнгера // Вопросы философии. - 1997. - № 12.

– С. 18.

Schrter O. “Es ist am Technischen viel Illusion”. Die Technik im Werk Ernst Jngers. – Berlin: Kster, 1993. – S.

Ibidem. S. 57.

мечание Х. Зегеберга) мыслительную модель»38. Противоположного мнения придерживается историк Т. Рокремер (1994), приводящий три причины того, почему труды Э. Юнгера не следует считать «антимодернизмом»39: во-первых, это понятие слишком широкое, во-вторых, идентификация модерна с Просве щением и Французской Революцией носит нормативный и ограничивающий характер, и, в-третьих, Э. Юнгер ни в коем случае не прославляет до-модерн, а наоборот, стремится к обретению «сообразной времени альтернативы сущест вующего модерна»40. К подобному выводу приходит и Г. Кизель (1994): «То, что в текстах Юнгера производит традиционалистское впечатление, есть не вы ражение его желания вернуться в до-модерн, но попытка перевести дискретный модерн в органологический сверх-модерн»41.

Д. Кинг использовал в своем филологическом исследовании военных дневников Э. Юнгера междисциплинарную модель «классического модерна», модернизационных процессов, травмирующего переживания первой мировой войны и противоречивой реакции «консервативной силы воображения», пред ложив ем самым новый контекст для прочтения ранних текстов Э. Юнгера.

Рассматривая дискретность и противоречивость юнгеровских дневников, он за ключил, что его работы несут на себе печать ощущения кризиса культуры, свойственного в той или иной степени всем европейским интеллектуалам того времени. Справедливым представляется мнение Д. Кинга, согласно которому Э.

Юнгера следует интерпретировать не только как модернистского писателя, но применять именно мультиперспективный, междисциплинарный подход для герменевтики, соответствующей сложности его письма.

Несмотря на большое количество важных и интересных работ, рассмат ривающих работы Э. Юнгера в контексте модерна, следует признать наличие лакун в этой области исследования. Не был поставлен вопрос о локализации проекта «тотальной мобилизации» в исторических координатах переходного периода от модерна к некому пост-модерну. Не было выработано единого дос таточно фундированного мнения о «векторе» юнгеровских работ: не решен во прос, следует ли относить проект «тотальной мобилизации» к регрессивно му/реакционному либо прогрессивному модернизму. Настоящее исследование оспаривает тезиc о консервативной направленности Э. Юнгера на реакционное преодоление модерна и возвращение к до-модерну и принимает сторону иссле дователей, подчеркивающих прогрессивный вектор политико-философских ра бот раннего периода творчества автора.

В Главе «’Тотальная мобилизация’: концепция нового человека» изучает ся роль военного переживания и техники в появлении нового человека, способ ного осуществить проект «тотальной мобилизации». Первая мировая война бы ла осознана Э. Юнгером как центральное переживание модерности, как «собы Segeberg H. Regressive Modernisierung: Kriegserlebnis und Moderne-Kritik in Ernst Jngers Frhwerk // Wirkendes Wort. – 1989. - №39. – S. 97.

Rohkrmer Th. Die Verzauberung der Schlange: Krieg, Technik und Zivilisationskritik beim frhen Ernst Jnger / Der Erste Weltkrieg: Wirkung, Wahrnehmung, Analyse / Hg. W. Michalka. – Mnchen: Piper, 1994. – S. 869.

Ibidem. S. 870.

Kiesel H. Wissenschaftliche Diagnose und dichterische Version der Moderne. Max Weber und Ernst Jnger. - Heidelberg: Manutius Verlag, 1995. - S. 109.

тие, определившие облик нашей эпохи»42. В ходе первой мировой войны тра диционные полевые сражения сменились битвой материала;

была провозгла шена эпоха масс и техники. Технологический прогресс, достижения которого были в полной мере продемонстрированы в ходе войны, стал кульминацией и логическим продолжением модернистских ценностей: рациональности и науки.

Эти ценности, предназначенные обезопасить и оградить человека от внешних опасностей, породили машины, обернувшиеся против того, кого следовало за щищать.

Смысл военного переживания не был имплицитно присущ войне, он был постулирован Э. Юнгером. Таким образом, Э. Юнгер продемонстрировал отказ стать в ряды «потерянного поколения», признавшего бессмысленность жертв, принесенных на алтарь войны. В 1920-е гг., на поприще политической публи цистики, Э. Юнгер объяснил войну тем, что миллионы пали на поле битвы за лучшее будущее Германии. Однако та форма государственного правления, ко торая появилась после войны, - Веймарская республика, со всеми ее слабостями и недостатками, не отвечала представлениями Э. Юнгера о новой, лучшей Гер мании, она была лишь «господством неполноценных»43. А значит, как об стране нужна была революция: «Протест будет совершаться не сериями докладов о смысле миссии немецкой нации и не книгами, анатомирующими марксизм, а размеренно и трезво гранатами и пулеметами на уличной мостовой»44. Призыв к «настоящей революции со всеми ее признаками и лозунгами»45 резко выделя ет Э. Юнгера из круга «консервативных» революционеров, в рамках которого еще часто рассматривают. Для автора было очевидно, что война поставила под сомнение все ценности и освободила дорогу к образованию абсолютно нового государства, отвечающего вызовам современного технизированного мира: «За эти годы прояснилась картина будущего государства. Многочисленны будут его корни. Оно будет национальным. Оно будет социальным. Оно будет оборо носпособным. Оно будет авторитарным. Это значит, что новое государство бу дет принципиально отличаться не только от Веймара, но и от старой кайзеров ской империи. Оно будет националистическим. Это будет государство будуще го…»46.

Война предстала Э. Юнгеру в обличье тяжелой работы, в процессе кото рой сословные и другие различия нивелировались. Произошла пролетаризация масс. Войско стало, по сути, амальгамированной рабочей массой. Солдат стал все более приобретать типические черты. Война, таким образом, влилась в бо лее обширную картину грандиозного процесса работы. Тотальная мобилизация – «акт, посредством которого широко разветвленная и сплетенная из многочис ленных артерий сеть современной жизни одним движением рубильника под ключается к обильному потоку воинственной энергии»47. Осуществление «то Krieg und Krieger / Hrsg. E. Jnger. - Berlin: Jnker und Dnnhaupt Verlag,1930. - S. 1.

Jnger E. Arbeiter und Soldaten des 20. Jahrhunderts // Jnger E. Politische Publizistik 1919 bis 1933. S. 432.

Jnger E. Schliet Euch zusammen! Schluwort // E. Jnger. Politische Publizistik 1919 bis 1933. S. 224.

Jnger E. Revolution und Idee // E. Jnger. Politische Publizistik 1919 bis 1933. S. 36.

Jnger E. Schliet Euch zusammen! Schluwort// E. Jnger. Politische Publizistik 1919 bis 1933. S. 218.

Jnger E. Die totale Mobilmachung // Krieg und Krieger (hrsg. v. E. Jnger). - Berlin: Junker & Dnnhaupt, 1930. – S. 14.

тальной мобилизации» было возможным в «тотальном» государстве, модель которого была предложена наставником и другом Э. Юнгера К. Шмиттом. Как «тотальная» мобилизация была предложена Э. Юнгером в противовес «всеоб щей» мобилизации, так К. Шмитт обозначил современное государство при по мощи термина «тотальное» в противовес «нейтральному» государству XIX в.

«Тотальное» государство в отличие от своего предшественника распространило сферы своего влияния не только на технико-экономическую область, но и про никло и захватило социальную и ментальную сферы своих граждан. «В этом абсолютном охвате потенциальной энергии, преобразуемой индустриальными державами в вулканических кузнях, наверное, наиболее очевидно проглядывает наступление эпохи четвертого сословия»48, приход нового человека, писал Э.

Юнгер.

Тип война был радикализирован и мифологизирован Э. Юнгером и воз вышен им до репрезентанта новой эпохи. Именно воин огнем и мечом был при зван расчистить дорогу новому миру. Но полноценное сращение с механизмами было дано осуществить следующему типу, вобравшему в себя признаки типа воина, - Рабочему. Рабочий Э. Юнгера не имеет ничего общего ни с рабочим в обычном понимании этого слова, ни с рабочим движением. Рабочий – это не социологическая, а метафизическая, мифическая величина. Рабочий не является ни классом, ни сословием. Юнгеровский Рабочий – это тип, порожденный мас совым обществом, в котором «всякий и каждый, кто ни в добре, ни в зле не ме рит себя особой мерой, а ощущает себя таким же, «как и все», и не только не удручен, но и доволен собственной неотличимостью»49.

Автор предсказывал сращение техники и человека. Чем больше, по мне нию Э. Юнгера, степень отказа человека от притязаний на индивидуальность, тем легче осуществить это сращение. Кульминация такого сращения органики и механики была реализована Э. Юнгером в технократическом государстве Ра бочего. Техника служит способом мобилизации мира, которую проводит рабо чий. Э. Юнгер замечал, что мобилизация мира с помощью техники является де структивным процессом, разрушающим старые порядки, приводит к унифор мизации человека. Но это состояние перехода, предсказывал автор, закончится становлением более стабильного порядка. Использование технических средств постепенно станет чем-то совершенно естественным, машина предстанет еще одним органом человеческого тела.

В процессе определения места техники в мобилизующемся мире Э. Юн гер дал описание современности как «переходного ландшафта»: «Таким обра зом, в практическом отношении мы сталкиваемся с тем фактом, что наша жизнь разворачивается в некоем промежуточном пространстве, для которого харак терно не развитие само по себе, а развитие в направлении вполне определенных состояний. Наш технический мир не является областью неограниченных воз можностей;

скорее, его можно охарактеризовать как эмбрион, стремящийся Ibidem.

Ортега-и-Гассет Х. Восстание масс // Ортега-и-Гассет Х. Эстетика. Философия культуры. – М.: Искусство, 1991. – С. 310.

достичь совершенно определенной стадии зрелости»50. От взора автора не ук рылось, что современность не стремится к созданию долговечных форм, ничто не создается в расчете на долгий срок, все носит промежуточный характер и предназначено для недолгосрочного использования: «Здесь нет какого-либо по стоянства форм;

все формы непрерывно видоизменяются и находятся в дина мическом беспокойстве. Нет никаких устойчивых средств;

нет ничего устойчи вого, кроме роста кривой показателей, которые сегодня обращают в металло лом то, что еще вчера являлось непревзойденным инструментом. Поэтому по стоянства нет и в архитектуре, в образе жизни, в экономике, ибо все это связано с устойчивостью средств, как она была свойственна топору, парусу или плугу.

[…] Оказывается, что целые поколения уходят, не оставив после себя ни сбе режений, ни памятников, но всего лишь отметив собой определенную стадию, определенный уровень мобилизации»51. Развитие техники привело к новому ощущению времени – время для современного человека стало изменчивой ве личиной, стало ощущаться его ускорение. Такое ускорение времени влечет за собой увеличение подвижности сознания. Мир, в котором все текуче, не пред лагает более никаких прочных ориентиров. Как и культуркритики Х. Ортега-и Гассет и К. Ясперс, Э. Юнгер связывал развитие техники с отрывом человека от своих корней, от традиции. Однако в отличие от них, автор утверждал, что не смотря на разрушительный характер эпохи преобразований, сам процесс ста новления нового мира стремится к своей завершенности. Так, «инструменты приобретают бльшую определенность и однозначность – и, можно сказать, большую простоту. Они приближаются к состоянию совершенства, - и как только оно будет достигнуто, будет завершено и развитие»52. По мере совер шенствования техники создается единое «техническое пространство», на всем протяжении которого распространяется «техническая тотальность» - «завер шенность техники есть не что иное, как один из признаков завершения тоталь ной мобилизации» 53.

Стремление автора не отказаться от техники, но поставить ее на службу «тотальной мобилизации» мира, является модернистским по своему характеру.

Отказ от индивидуальности и приветствие вторжения «опасного» в жизненное пространство стали ответом Э. Юнгера на вызовы модернизации. Он был убеж ден, что развитие техники является конечным процессом, что также говорит о его модернистском наследии. Постмодерн отказался от конечных форм. Рабо чий претендует на глобальное распространение, его господство выходит за рамки присущих модерну дистинкций: классов, сословий, границ национально го государства.

В Главе «’Тотальная мобилизация’: концепция нового мира» анализиру ются контуры нового миропорядка, предложенного Э. Юнгером, в частности ценности и формы его познания. В ходе войны, а также последовавших за ней Юнгер Э. Рабочий. Господство и гештальт;

Тотальная мобилизация;

О боли / Пер. с нем. А.В. Михайловско го. – СПб.: Наука, 2000. -. С. 254.

Там же. С. 254-255.

Там же. С. 256.

Там же. С. 257, 262.

тяжелых политических, социальных и экономических потрясений крушение ценностей Просвещения стало очевидным. Присущее Э. Юнгеру отрицание буржуазного порядка и буржуазных ценностей сделали его типичным предста вителем поколения 1914 г., которое, среди прочего, противопоставляло «циви лизацию» как продукт Просвещения, чуждый германскому духу, немецкой «культуре»54. В контексте этого давнего антагонизма было истолковано провоз глашение демократии в Германии: «Страстное, принципиальное неприятие этой «системы» вытекало именно из нежелания оказаться в составе ненавистной «империи цивилизации» со всеми ее правами человека, демагогией насчет про гресса и страстью просвещать, с ее тривиальностью, испорченностью и тупыми апофеозами благосостояния»55.

Анализируя причины поражения Германии, Э. Юнгер пришел к выводу, что «своеобразие этой великой катастрофы лучше всего, по-видимому, обозна чить указанием на то, что гений войны был пронизан в ней духом прогресса.

[…] В войне, разразившейся в такой атмосфере, решающую роль должно было играть отношение, в котором стояли к прогрессу отдельные её участники»56.

Очевидно, что победы смогли добиться «прогрессивные» страны, так как имен но характерная для них вера в прогресс позволила им провести тотальную мо билизацию широких слоев своего населении. Германия не приемлет ценностей прогресса57, немцам нужны свои действенные лозунги, те «знаки и образы, ко торые стремится вознести на своих знамёнах сражающийся человек», «чтобы обеспечить последнюю степень решимости в боевом использовании людей и машин, решимости, необходимой для жуткого похода с оружием против всего мира»58. Э. Юнгер задавался вопросом, какие знаки следует начертать на зна менах немецкой «культуры», чтобы затронуть глубочайшие струны народа. В качестве идеала, способного заменить «плоскую веру в прогресс», Э. Юнгеру виделась нация. Но это был видоизмененный идеал нации – «новый» национа лизм, переживший шок от столкновения с реальностью в первой мировой:

«солдатский» национализм. Новому идеалу нации была присуща бльшая эмо циональная нагрузка, большее стремление всех социальных групп к идентифи кации с нацией. «Рабочий» был призван дать немецкой «культуре» инструмент борьбы с «цивилизацией». Единомышленники Э. Юнгера сочли, что ему это удалось: «Этой книгой Вы победили Францию без армии, оружия и танков»59.

Современность определяется Э. Юнгером как этап перехода от эры бюр гера к эре Рабочего. Смене эпох предшествует разрушение фундамента, на ко тором покоится система бюргерских ценностей. Э. Юнгер считал, что идеи ра Ср. Элиас Н. О процессе цивилизации. Социогенетические и психогенетические исследования: В 2 т. - М.;

СПб: Университетская книга, 2001. – Т. 1. - С. 63-65.

Фест И. Гитлер. Биография: В 3 т. / Пер. с нем. под ред. С.З. Случа, П.Ю. Рахшмира. – Пермь: Культурный центр «Алетейа», 1993. – Т.1. - С. 166.

Jnger E. Die totale Mobilmachung. S. 11,13.

Разногласия Э. Юнгера с национал-социализмом начинаются именно тогда, когда, несмотря на первоначаль ную поддержку движения и даже восхищения Гитлером как идеальным воплощением вождя, национал социалистическое движение выбирает парламентский путь борьбы.

Jnger E. Die totale Mobilmachung. S. 21.

Die Schleife. Dokumente zum Weg von E. Jnger. / Zusammengest. A. Mohler. – Zrich: Im Verlag der Arche. – S.

82.

зума, прогресса и индивидуализма не были интернализованы его сограждана ми. Он отвергал основу гуманистического мировоззрения - представление о че ловеке как о высшей ценности. Свобода трактовалась им как «способность осознать необходимость и способствовать осуществлению необходимого»60.

«Свобода индивида возрастает соразмерно его пониманию своей ответственно сти перед государством»61. Индивида в его многообразии заменяет униформи рованный тип «Рабочего». Автономия субъекта невозможна в эпоху тотальной мобилизации. Картина мира, в которой доминировали разум и рациональность, а, значит, безопасность, сменилась в представлении автора «вулканическим ландшафтом», «опасное» вошло в пределы частной жизни. Индивидуум пред ставлялся слишком хрупким, чтобы совладать с разрушительным процессом смены старых новыми ценностями. Личность должна была уступить тотально сти рабочего процесса. Достоинство человека новой эпохи состоит в его заме нимости, его функциональности. Такая потребность в типизации была рефлек сией и социального атомимза и разобщенности как одного из последствий ра дикальной модернизации.

Э. Юнгер призывал не только к тому, чтобы осознать тенденции времени.

«Героический реализм», по его мнению, состоял в том, чтобы принять и возгла вить движение к новому миру. Однако ориентирам этого мира в изображении Э. Юнгера присуща некоторая размытость контуров. Так как они - лишь преем ники идеалов уходящей эпохи модерна, то им присуща некая несамостоятель ность, отсутствие субстанции. Идеалы и ценности провозглашенной Э. Юнге ром рабочей эпохи, кроме очевидного стремления к омнипотентности и функ циональности, выстроены как отрицание модернистских идеалов.

Э. Юнгер настаивал на том, что познание гуманистической эпохи не спо собно увидеть формы грядущих изменений. Модернистское мировоззрение реа гирует на последствия модернизации появлением новых познавательных форм.

Взамен классической рациональности Э. Юнгер предложил свое решение этой проблемы: стерескопическая оптика, объединяющая взгляд философа и окуляр зоолога, представляет собой реализацию сращения человека и механизма, к ко торому стремится рабочая эпоха. Такое зрение, способное вскрыть поверхност ную оболочку явлений и разглядеть за ней лишь одному этому зрению явлен ную истину, является органом познания, сообразным эпохе ускорения времени.

По выражению А. Михайловского, «Юнгер ставит перед собой задачу освобо дить действительность от «шелухи представления»62. Стереоскопическое зре ние дополняется «магическим», «позволяя не только описывать действитель ность в ее пластичности, но и синоптически обозревать внутренние символиче ские взаимосвязи мира63. «Символические взаимосвязи мира» или, в термино логии самого Э. Юнгера, «бытие в совокупной и единой полноте его жизни», познается путем «видения гештальтов»64. Познание мира при помощи гешталь Loose G. Ernst Jnger. Gestalt und Werk. - Fr/M.: Vittorio Klostermann, 1957. - S. 97.

Ibidem. S. 98.

Михайловский А. Зрение и ответственность. Образ времени в эссеистике Эрнста Юнгера // Ex Libris НГ. – 2001 - № 2 (174).

Там же.

Юнгер Э. Рабочий. Господство и гештальт. С. 96.

тов лишено моральных, эстетических и научных оценок. Это познание имеет по существу анархический характер, оно направлено на отвержение «оценок осво бодившегося и ставшего самовластным духа», на разрушение «той воспита тельной работы, которую провела с человеком бюргерская эпоха»65. Единичный человек оправдывается или осуждается в зависимости от его принадлежности к гештальту. Анархический порыв направлен на основательное разрушение бюр герских форм «духа», для того, чтобы освободить дорогу гештальтам «жизни».

Результатом должен быть «коренной переворот, а не просто какая-то реакция, желающая отбросить мир на сто пятьдесят лет назад»66. Через год после созда ния «Рабочего», в 1933 г., такой переворот произошел, хотя и не в том качестве, которое подразумевал автор.

Далее была поставлена задача локализации проекта «тотальной мобили зации» в историческом времени модерна. Для этого было предпринято схема тическое сравнение модерна и постмодерна с целью очертить переходный пе риод, именуемый кризисом модерна или «рефлексивной модернизацией»67.

Проект «тотальной мобилизации» Э. Юнгера представляет собой фундамента листскую альтернативу модерну и заключается в попытке построения ради кального, заостренного варианта выхода из кризиса новоеропейской субъек тивности. Он несет типические черты проектов периода «рефлексивной модер низации» - аналитичность и универсальность. Этот проект претендует на то, чтобы стать фундаментом нового миропорядка и стремится заново оформить человеческую повседневность. Проект «тотальной мобилизации» - знак отхода Э. Юнгера от национал-революционной публицистики, круг тем которой огра ничивался внутригерманской проблематикой. «Тотальная мобилизация» – ответ Юнгера на общеевропейский кризис модерна, тематизирующий признаки ми ровоззренческого и социального кризиса модерна и предлагающий свое, необ ходимым образом, утопическое решение модернизации модерна. Глобальность (планетарное распространение) предложенного проекта, выход размышления за пределы национального государства являются признаком близящегося перехо да к постмодерну. На этом основании «тотальная мобилизация» становится не пригодной для непосредственной политической реализации, что подтверждает ся реакцией на проект непосредственного окружения Э. Юнгера, стремившего ся к политическому действию.

Интерпретация проекта «тотальной мобилизации» затруднена без вклю чения этого проекта в контекст эпох. Противоречивое отношение к произведе ниям Э. Юнгера, свойственное его современникам и критикам, во многом сни мается, когда они рассматриваются под углом «рефлексивной модернизации».

Становится очевидной типичность юнгеровского «нового порядка». Созданием таких проектов занимались в то время многие интеллектуалы. Некоторые госу дарства пытались насильственно восстановить тотальность утраченного мета нарратива. «Тотальная мобилизация» стоит в одном ряду с такими проектами, как, например, «Черный квадрат» Малевича, Баухауз и прочие направления ра Там же. С. 97.

Там же.

Термин У. Бека.

дикального авангарда. Тотальная мобилизация гештальтом Рабочего у Э. Юн гера – трансцендентная схема будущего, как «Черный квадрат» Малевича – трансцендентная схема всякой возможной картины, «отправная точка для ново го искусства, которое не только анализирует старое искусство, но и должно при случае его заменить»68. Изучение таких альтернативных модернистских мета нарраций, как юнгеровский проект «тотальной мобилизации» позволяет по новому посмотреть на последовательность модерна, кризиса модерна и нашей современности, которую принято обозначать как постмодерн.

В Заключении сформулированы основные выводы исследования, где со поставляются выводы первой, второй и третьей глав, подведены итоги изучения проблемы.

Гройс Б. Фундаментализм как средний путь между высокой и массовой культурой // Ступени. Петербургский альманах. – 2000. - №1. – С. 152.

Работы, опубликованные по теме диссертационного исследования:

1. Философия «тотальной мобилизации» в творчестве Эрнста Юнгера // Ин ституты прямой и представительной демократии: генезис политических режимов в XX веке. – Екатеринбург: Издательство Уральского универси тета, 2000. – С. 67-74.

2. Модерн и проблема «протофашизма» в творчестве Эрнста Юнгера 1920 1930-х гг. // Сто лет европейской истории. - Екатеринбург: Свердловское отделение АЕВИС, 2000. – С. 3-13.

3. Первая мировая война и ее влияние на творчество Эрнста Юнгера // Ты сяча лет европейской истории. - Екатеринбург: Издательство Уральского университета, 2003. – С. 26-32.

4. Неизвестный пророк. Опыт прочтения Эрнста Юнгера в России // Ураль ский вестник международных исследований. Выпуск 2. - Екатеринбург:

Издательство Уральского университета, 2004. – С. 128-141.

Подписано в печать. Формат 60x84/16.

Бумага офсетная. Усл. печ.л..

Заказ №. Тираж 100.

Отпечатано в ИПЦ «Издательство УрГУ» Г. Екатеринбург, ул. Тургенева, 4.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.