WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

На правах рукописи

ГРИЦЕНКО ГАЛИНА ДМИТРИЕВНА ПРАВО КАК СОЦИОКУЛЬТУРНОЕ ЯВЛЕНИЕ (ФИЛОСОФСКО-АНТРОПОЛОГИЧЕСКАЯ КОНЦЕПЦИЯ) Специальность 09.00.13 — Религиоведение, философская антропология, философия

культуры А В Т О Р Е Ф Е Р А Т диссертации на соискание ученой степени доктора философских наук

Ставрополь — 2003 2

Работа выполнена в Ставропольском государственном университете

Научный консультант: доктор философских наук, профессор Авксентьев Виктор Анатольевич

Официальные оппоненты: член – корреспондент РАН, доктор философских наук, профессор Дмитриев Анатолий Васильевич доктор философских наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ Давидович Всеволод Евгеньевич доктор юридических наук, профессор Некрасов Евгений Ефимович

Ведущая организация: Волгоградский государственный университет

Защита состоится 2 декабря 2003 года в 11-00 часов на заседании диссер тационного совета Д 212. 256. 06 в Ставропольском государственном универси тете по адресу: 355009, г. Ставрополь, ул. Пушкина 1, корп. 1-а, ауд. 416.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Ставропольского го сударственного университета.

Автореферат разослан 24 октября 2003 г.

Ученый секретарь диссертационного совета О.С. Новикова I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ДИССЕРТАЦИОННОЙ РАБОТЫ Актуальность темы исследования. Проблемы понимания права можно отнести к числу вечных. На протяжении всего времени существования права научный интерес к нему не только не исчезает, но и постоянно возрастает. За дача постижения сущности права актуальна и в настоящее время.

Это обусловлено, прежде всего, сложностью и многогранностью права как социокультурного явления, в исследовании которого всегда имеется пер спектива обнаружить новые грани и свойства права, например, право как цен ностное отношение, и, следовательно, прийти к новому трактовке его понима нию. Особенно возрастают возможности расширения и углубления правовых знаний в условиях общего методологического движения, возникшего в философии XX века, а именно: перехода от классического к неклассическому и далее к по стклассическому этапу. Для последнего этапа характерен методологический плюрализм, который сегодня может рассматриваться как магистральное на правление развития методологии права. Именно в его рамках появляется пер спектива говорить о реальном и последовательном обновлении трактовки пра ва.

Всесторонний культурно-антропологический анализ правовых систем, например в странах Востока, дает основание утверждать о наличии в них доста точно эффективной правовой регуляции, хотя она значительно отличается от западноевропейской. Встает серьезная проблема: как оценить западное, «от дифференцированное», и восточное, «неотдифференцированное», право, како вы критерии такой оценки. Можно ли рассматривать эти формы права как равнозначные или последняя форма есть более низкая ступень развития права, чем первая? Получить исчерпывающие ответы на поставленные вопросы в рамках юридического позитивизма не удается. Складывающаяся в правовой теории и практике ситуация указывает на необходимость обратиться к фило софско-антропологическому анализу.

Рост философского интереса к праву обусловлен также переходом совре менного общества в качественно иное состояние, которое предполагает другие характеристики права и правовой реальности. В сложившихся новых социо культурных условиях информационного общества, когда накоплены многочис ленные данные о непозитивных проявлениях права, возникает потребность в уточнении и конкретизации понятия права. Например, расширение состава субъектов нормотворчества за счет «независимых административных авторите тов», рекомендации которых обязательны к применению в определенных сфе рах общественной жизни, предполагает уточнение их роли и места в структуре всех субъектов правотворческой деятельности, определение правового статуса результатов их «законотворческой» деятельности. В связи с тем, что новые субъекты нормотворчества являются субъектами гражданского общества, а не публичной власти, анализировать их деятельность целесообразно не с точки зрения специфики политико-правового строя, а с учетом особенностей социо культурной реальности определенного сообщества граждан, которые наиболее адекватно можно познать в рамках культурно-антропологической философии.

Активизация исследования проблем понимания права обусловлена и тем, что в современных социокультурных условиях, несмотря на некоторое повы шение роли права в жизнедеятельности общества, происходит падение его ав торитета в общественном мнении и в решении практических дел. Усиливается былой расчет на власть, которая воспринимается как едва ли не единственное средство обеспечения «безупречного правопорядка» и «строгой законности».

Постепенное перемещение права с центра на периферию в системе социального регулирования предполагает осмысление следующих вопросов: каково содер жание права, авторитет которого падает в социальной практике;

насколько оно соответствует представлениям о праве людей, живущих в разных социокуль турных системах;

что заставляет их отказываться от права в пользу власти.

Провести анализ вышеперечисленных проблем вне философско антропологического подхода не представляется возможным.

Возрастание интереса к проблемам права вызвано также тем, что в ны нешних исторических условиях набирают силу феномены, являющиеся прямы ми противоположностями права, — произвол и насилие. Именно сегодня реша ется коренной вопрос современности: какая социальная сила — право или на силие — займет центральное место в жизни общества. В этой связи возникает и другой вопрос: возможно, не право, как объективно складывающееся явление, не способно обеспечить общественный порядок, а тот феномен, который обо значается понятием «право». Следует найти более адекватное современным реалиям понимание права. Чтобы учесть все многообразие социокультурного мира, необходимо выйти за пределы традиционного юридического позитивизма и в полном объеме использовать философский культурно-антропологический подход.

Актуализация вопросов права в современных условиях обусловлена и так называемой драмой позитивного права, суть которой состоит в том, что юриди ческие формы и принципы в высших значениях понятия права становятся предпосылкой для формирования явлений антиправового характера, следова тельно, новых форм насилия. Почему такое происходит, результатом какого процесса является переживаемая позитивным правом драма, учитывает ли дан ное право реальные, самые разнообразные социокультурные ценности людей, их представления о справедливости, о предназначении права — эти и подобные им вопросы требуют комплексного исследования права в контексте современ ной философско-антропологической и социокультурной проблематики.

Культурно-антропологическое решение проблемы понимания права акту ально и значимо в сложной и противоречивой сегодняшней жизни еще и пото му, что широкий диапазон явлений современной социальной практики: компь ютеризация правовой информации, правовые вопросы надгосударственной за щиты прав человека, правовые проблемы современной семьи и т.д.,— требует правового регулирования: все это и многое другое напрямую подвело человече ство к осознанию возможности синтеза философских, антропологических, со циокультурных и теоретико-правовых знаний с целью системного и комплекс ного изучения права.

Повышенный интерес к изучению права как социокультурного явления определяется и кризисом российской правовой действительности, который за ставил ученых задуматься над проблемой понимания сущности и эволюции российского права, эффективности отечественной правовой системы и др. За интересованность в системном исследовании правовой реальности обусловлена и недостаточно удачным реформированием законодательства в условиях пере хода России на демократический путь развития. Возникает потребность в тео ретико-практической корректировке правовой политики с учетом особенностей российского права.

Итак, теоретико-методологические трудности, с которыми сталкиваются исследователи при изучении изменений, происходящих в современной право вой действительности, указывают на необходимость привлечь для постижения природы права философско-антропологические и социокультурные знания, создать философско-антропологическую концепцию права.

Степень научной разработанности проблемы. Рассмотрение права как социокультурного явления представляет собой широкую и многогранную, сложную и многоаспектную проблематику. Это свидетельствует о важности междисциплинарного подхода к самой проблеме, а также учета воздействия субъективных факторов на общественные явления. Поэтому исследование дан ной темы в философии невозможно без привлечения антропологических, куль турологических, социологических, психологических и юридических концеп ций. Для реализации замысла диссертационного исследования использовались достижения как отечественной, так и зарубежной научной мысли.

Вопрос о праве является одним из наиболее актуальных в философии и юриспруденции XVIII – XXI вв. и привлекает к себе пристальное внимание ученых, которые затрагивают в своих исследованиях различные аспекты темы.

Несмотря на то, что исследование права берет свое начало еще с эпохи древневосточных цивилизаций, антропологический подход к праву наметился лишь в XVIII веке в работах К.А. Гельвеция «О человеке, его умственных спо собностях и его воспитании» и И. Канта «Антропология». Значительный вклад в развитие антропологического метода внес выдающийся русский ученый пер вой половины ХХ века В.И. Вернадский.

Первые крупные работы по исследованию права с позиции антропологии появляются во второй половине XIX века. Среди них можно назвать труды Г.Дж. Самнера-Мэна, И.Я. Бахофена, Дж. Фрэзера, Л.Г. Моргана. «Парад идей» конца XIX века завершают работы Ф. Энгельса «Происхождение семьи, част ной собственности и государства» и Г. Поста «Основы этнологической юрис пруденции». Хотя они отличаются несколько прямолинейным эволюциониз мом, в них предвосхищены наиболее важные для исследования права дискус сии о связи права и государства, об идентификации права, о его культурной ва риативности.

В первой половине ХХ в. проблематика права стала предметом рассмот рения крупнейших антропологов: Ф. Боаса, К. Леви-Строса, Б. Малиновского.

В их работах были обоснованы положения о конкретно-исторической обуслов ленности права и культурно-правовом плюрализме. Кроме того, Б. Малинов ский сосредоточил свое внимание на анализе правового бытия человека как части его культурного бытия, творчески применив к явлениям культуры метод психоанализа З. Фрейда. Он выстроил облик человека на основе культурных ценностей общества, накладывая культурную в целом и правовую, в частности, матрицу на психологические характеристики индивида. Позиция данных ис следователей во многом обусловила специфику понимания роли права в совре менном обществоведении.

Антропологические исследования права были продолжены М. Гравитцем, Р. Пэнто, Л. Посписилом, Е. Хоубелом. С именем Л. Посписила тесно связана разработанная им кросскультурная реалистическая концепция права, или плю ралистическая теория права, в которой доказывалось функционирование неко торого множества правовых систем внутри единого общества. Е Хоубелл обос новал роль легитимированной принудительной власти в понятии права. М. Гра витц и Р. Пэнто доказали становление права как объективно-субъективного яв ления. В конце ХХ столетия в условиях обострения глобальных проблем со временности антропологический подход к праву использовался Н. Руланом и А.В. Ковлером.

Культурологическое обоснование права с ярко выраженной социально исторической направленностью в современной философии нашло отражение в работах Л. Мэмфорда и С.П. Синхи. Исследование права с позиции духовности было осуществлено прежде всего такими современными западными философа ми, как Г. Дж. Берман, М. Хайдеггер, О. Шпенглер, а также отечественными философами и правоведами: С.С. Алексеевым, Д.А. Керимовым, В.Н. Кудряв цевым, Р.З. Лившицем, Г.В. Мальцевым, В.С. Нерсесянцем.

Расширение предметного поля философии требует разработки социоло гических, психологических и юридических основ решения проблем. В связи с этим особую значимость приобретают научные труды Н.Н. Алексеева, П. Бер гера, Т. Лукмана, Л.Н. Гумилева, П. Сорокина и С.Л. Франка. В них были рас смотрены возможности феноменологического и социокультурного подходов к правогенезу и понятию права, подчеркнута роль ценностных отношений в функционировании права.

Отдельные психологические аспекты исследуемой проблемы в той или иной степени затрагивали в своих работах М. Бубер, М. Мерло-Понти, М.В.

Мосс, Х. Ортега-и-Гассет, М. Фуко. Среди отечественных ученых следует осо бо отметить Л.И. Петражицкого, разработки которого были направлены на обоснование императивно-атрибутивной сущности права.

Большое значение для осмысления диссертационной темы имеют работы Э. Рабеля, А.Х. Саидова, Ю.А. Тихомирова, К. Цвайгерта и Х. Кетца, в которых проведен сравнительный анализ правового бытия человека разных эпох и раз ных географических зон, позволяющий увидеть все многообразие правовой ре альности в зависимости от социокультурной и исторической специфики разви тия общества.

В связи с тем, что более глубокое проникновение в понятие «право» предполагает обращение к категориям «правовое сознание» и «правовой мента литет», особую значимость приобретают фундаментальные исследования И.А.

Ильина, Е.А. Лукашевой, П.И. Новгородцева, М.А. Рейснера, П.И. Стучки, И.Е.

Фарбера, в которых обоснованы понятие и структура правового сознания, его взаимодействие с правом. Позиция данных теоретиков во многом предопреде лила специфику современного понимания взаимосвязи права и правосознания, нашедшую отражение в работах В.Д. Бакулова, Т.И. Демченко, Е.А. Жукова и др.

К освещаемой в диссертации проблеме имеют непосредственное отноше ние труды представителей «школы Анналов»: М. Блока, Л. Февра, их сторон ников и последователей (например А.Я. Гуревича), в которых были освещены вопросы ментальности и показана ее связь с разными сторонами общественного бытия и национального духа. Проблемами ментальности в современной отече ственной научной литературе занимались К.А. Абульханова, А.В. Брушлин ский, М.И. Воловикова, И.Г. Дубов, В.А. Авксентьев. Ими была предпринята попытка на основе прежде всего психологического анализа обосновать особен ности российского менталитета.

В последнее время вышли в свет работы, касающиеся проблем россий ского правосознания и правового менталитета. Среди них можно назвать ис следования Ю.А. Ананьевой, Р.С. Байниязова, И.А. Крыгиной, Л.М. Павкина, В.Н. Синюкова и В.А. Скрипай, в которых раскрываются сущность и специфи ка правового менталитета современного российского общества и его связь с российским правом.

Проблемам истоков отечественного права посвящены труды таких вы дающихся русских ученых, как М.Ф. Владимирский-Буданов, А.А. Зимин, В.В.

Кулыгин, Н. Ланге, А.Е. Пресняков, М.Б. Свердлов, А.О. Чебышев-Дмитриев. В их работах на основе культурно-исторического анализа обширного эмпириче ского материала доказано, что право у древневосточных славян имело высокий уровень развития, и обоснована преемственность российского права.

Хотя в вышеперечисленных работах затрагиваются различные аспекты, рассматриваемой нами, проблемы, тем не менее право в качестве социокуль турного феномена всесторонне и системно в них не исследовано: либо внима ние сосредоточивалось на праве как позитивном явлении, либо изучалось куль турно-антропологическое содержание «примитивного права».

Однако в современных условиях развития социума, в том числе россий ского, назрела насущная потребность в комплексных философских, культурно антропологических, социально-культурных исследованиях права в контексте новейших достижений философии и психологии, социологии и этнологии, фи лософии права и сравнительного правоведения, которые могут служить пред посылками для концептуализации этой сложной и многогранной проблемы, а также ее актуализации в современной социально-правовой практике.

Объект исследования составляет право как культурно антропологическая переменная социальной реальности.

Предметом анализа является социокультурная обусловленность права как легитимного регулятора общественных отношений, рассматриваемого во взаимосвязи с правовым сознанием и правовым менталитетом.

Цель исследования — проведение целостного и всестороннего анализа детерминации права в процессе социокультурного развития общества культур но-духовными факторами, в том числе правовым сознанием и правовым менталитетом.

Для достижения сформулированной цели в работе поставлены следую щие задачи:

— проанализировать и систематизировать имеющиеся в науке теоретико методологические подходы к определению природы права;

— обосновать актуальность, целесообразность и эвристическую ценность философско-антропологического подхода как методологического синтеза раз ных методов исследования права в целом и российского в частности;

— выявить парадигмальные формы объяснения права, которые позволя ют определить сущность права как социокультурного феномена;

— реконструировать антропологическое содержание генезиса права в со циокультурном контексте;

— охарактеризовать право как неотъемлемый элемент культуры общест ва и показать его органическую взаимосвязь с другими нормативными элемен тами культуры;

— рассмотреть правовое многообразие как сущностную черту права и показать множественность форм его эволюции в различных социокультурных условиях;

— проанализировать роль и место правовых идей в функционировании права и обосновать их значение для эволюции права, правосознания и правово го менталитета;

— исследовать особенности российского правового менталитета как ду ховно-психологического детерминанта российского права;

— выявить возможности социокультурного понимания права для теоре тического осмысления путей выхода из кризисного состояния российской пра вовой системы, в частности, системы законодательства, а также для обоснова ния основных направлений эволюционного развития российского права.

Теоретические и методологические основы исследования составляют прежде всего общефилософские принципы, а именно всесторонности, историз ма и конкретности.

Теоретико-методологической основой диссертации выступает культурно антропологический подход к анализу права, наиболее важным положением ко торого является признание права такой величиной, которая характеризуется, с одной стороны, относительным нормативным постоянством (существует и в догосударственном обществе), с другой – социокультурным плюрализмом. Для обоснования правового многообразия в современных условиях привлечены ос новные положения и принципы философии постклассицизма.

При анализе правогенеза применялись феноменологический и институ циональный, а также социально-психологический подходы.

Для обоснования социокультурного и культурно-исторического содержа ния права использовались компаративистский метод, логико-диалектический анализ, метод единства исторического и логического, принципы системного подхода.

Междисциплинарный характер проблематики диссертационного исследо вания обусловил необходимость использования методов, применяющихся в эт нологии, культурологии, правоведении и других общественных науках.

Научная новизна исследования состоит в следующем:

— всесторонне проанализированы особенности происходящих в совре менную эпоху изменений в сфере права и показано, что правовая теория и практика переживают глубокий кризис, выход из которого требует раскрытия конструктивного потенциала права как специфического социокультурного ре гулятора и исследование его в философском культурно-антропологическом контексте;

— применен философско-антропологический подход к изучению права как социокультурного явления, предполагающий методологический синтез все го многообразия методов анализа права, что явилось основой для исследования отношения «человек – право» как отношения изоморфизма;

— проведено комплексное культурно-антропологическое исследование права как многоаспектного и многовариантного явления, что позволило сфор мулировать теоретические основы авторской концепции понимания права как целостного социокультурного, конкретно-исторического феномена и дало воз можность вычленить и проанализировать целый ряд вопросов, возникающих в пограничных сферах проявления данного рассматриваемого специфического явления;

— уточнено положение, согласно которому право антропоморфно, а че ловек юридичен;

исследован правогенез как своеобразный ответ саморазви вающейся социокультурной системы на трансгрессивность человеческой при роды, выступающей в свою очередь социокультурной переменной;

— исследована внутренняя структура права и определено, что основной, сущностный элемент права — это правовые идеи, которые несут духовно культурную нагрузку и обусловлены соответствующей системой культурных ценностей;

— проанализирован механизм включения права в систему культуры и до казано существование связи между плюрализмом цивилизаций и многообрази ем форм проявления права, а также установлено, что в разных культурно исторических условиях одной и той же цивилизации наблюдаются разные фор мы существования права;

— предложена концепция правовой эволюции, согласно которой разви тие права как социокультурного феномена характеризуется определенной цик личностью, проявляющейся в возвращении права на собственную почву само регуляции, которая была прервана государственной стадией общественного развития;

развита идея о том, что эволюция права связана с функционировани ем трех его основных исторических типов: обычного права, позитивного и постпозитивного;

— изучен процесс исторической трансформации типов права, показана двоякая детерминация этого процесса: во-первых, социоантропологической (в конечном счете социокультурной) сущностью человека и, во-вторых, социо культурной реальностью;

доказана необходимость переосмысления понятия права на основе включения его в конкретный культурно-исторический кон текст;

— доказано, что драма современного права вызвана утратой позитивным, «отдифференциированным», правом духовно-культурной сущности, превраще нием его в «законничество», а также господствующей тенденцией рассматри вать западный вариант права как универсальное общечеловеческое явление, не зависящее от конкретной социокультурной и исторической реальности опреде ленного сообщества;

— показано, что социокультурная сущность права обусловлена природой таких явлений, как правосознание и правовой менталитет, и обоснован вывод, что при реформировании правовой системы общества и позитивного права, в частности, целесообразно учитывать специфику правового менталитета как ду ховно-психологического детерминанта права;

— проанализирована эволюция российского права и доказано, что оно по своей сущности и содержанию более близко праву восточной цивилизации, чем западной;

обосновано, что кризис современной российской правовой системы обусловлен, с одной стороны, советским прошлым, при котором право на прак тике отождествлялось с законом, а с другой – попытками реформировать со временную правовую действительность России на основе западных концепций права;

— установлено, что при характеристике российского правосознания не обходимо говорить не о правовом, а о юридическом нигилизме, поскольку ни гилизм здесь проявляется по отношению к системе законодательства, но не к праву в целом, и доказано, что основной путь эволюции права в российском обществе связан с функционированием того права, которое объективно соот ветствует своеобразной социокультурной реальности российской цивилизации.

Основные положения, выносимые на защиту.

1. Для современного этапа развития цивилизации характерно стремление навязать мировому сообществу западный вариант понимания права как наи высшее достижение общечеловеческой культуры. Однако в условиях становле ния информационного общества абсолютизация формальной свободы лично сти, преобладание рационализма и индивидуализма низводят право до уровня машины, производящей единообразные формы из весьма разнообразного мате риала человеческого поведения. Высокорациональное «техническое» право, пригодное для решения узкопрагматических задач, превращается в помеху со циальному творчеству человека, становится неэффективным и даже вредным для свободного и справедливого взаимодействия людей, не соответствует тен денциям поступательного развития мирового сообщества.

2. Падение авторитета позитивного, отдифференцированного права, об ращение к власти как наилучшему способу разрешения социальных проблем не являются случайными издержками, а есть проявление глубокого кризиса пози тивного права, возникшего в результате технологических модификаций право вой действительности. Выход из кризиса требует формулировки новой миро воззренческой парадигмы права, коренного пересмотра правовых критериев оценки узловых мировых проблем, что возможно лишь в рамках новой социо культурной концепции права через обращение к современной философско антропологической проблематике.

3. Философско-антропологическое исследование феномена права во всей многогранности его проявлений в социокультурной реальности может быть реализовано на основе методологического синтеза ряда принципов и методов, взаимосвязанных и взаимодополняющих друг друга: антропологического, куль турологического, психологического, феноменологического, компаративистско го и других. Только в результате применения методологии синтезного исследо вания можно понять, что право есть один из результатов взаимодействия чело века как трансгрессивной личности, стремящейся к расширению границ своей антропосферы, и общества как саморазвивающейся социокультурной системы, стремящегося поддерживать социальный порядок и стабильность. Право появ ляется в качестве дополнительных организационно-управленческих средств, призванных уравновешивать, а при необходимости и блокировать деструктив ные проявления трансгрессивного поведения человека, когда они начинают уг рожать социальному порядку.

4. Философско-антропологический анализ диалектической взаимосвязи человека и права позволяет рассматривать их в качестве социокультурных пе ременных. Трансгрессивная личность, адаптируясь к разнообразной природной и культурной среде с минимальным риском для себя, творит, с одной стороны, себя в качестве социокультурной переменной, с другой – многообразную со циокультурную реальность в соответствии со своей сущностью. Право как ре зультат социокультурной адаптации человека несет в себе печать человеческо го присутствия, становясь таким же разноликим, как и трансгрессивная лич ность, а значит, антропоморфной, социокультурной, переменной. В то же время человек, адаптируясь к социокультурной реальности, ограничивает себя право выми пределами, тем самым становясь Homo juridicus.

5. Смена мировоззренческих парадигм права и радикальная переоценка существующей правовой системы ценностей требуют обоснования новой сис темы воззрений на сущность права. В основу такой системы целесообразно по ложить не позитивистские, а культурно-антропологические аспекты. Философ ско-антропологический подход, как синтезированное интеграционное исследо вание, позволяет понять, что право есть сложное системное образование, со стоящее из трех объективно существующих форм правовой реальности: право вых идей, правовых норм, правоотношений. Данный подход к трактовке права выдвигает в качестве его сущностной характеристики не нормы права, а право вые идеи, отражающие социокультурные параметры права, что способствует пониманию его как культурно одобряемой определенным сообществом систе мы правовых идей и представлений, объективированных в нормах права, кото рые наделяют субъектов взаимными правомочиями и обязанностями, и реали зуемых в правоотношениях.

6. Для эволюции права как социокультурного явления характерна опре деленная цикличность, которая проявляется, с одной стороны, в возвращении права на путь саморазвития и саморегуляции, напрямую не связанный с госу дарственным регулированием, и с другой – в возрождении права как духовного феномена, обусловленного особенностями развития социокультурной реально сти. Выделяются три основных исторических типа права – обычное, позитив ное, постпозитивное, каждый из которых характеризуется спецификой меха низмов возникновения и формирования, особенностями взаимодействия с со циумом и его различными социальными институтами. Однако данные истори ческие типы права — не просто определенные этапы правовой эволюции, а та кие системы нормативной регуляции, которые, будучи социокультурными фе номенами, могут существовать одновременно, взаимно дополняя и обогащая друг друга. При этом постпозитивному праву свойственны, хотя и на ином уровне, наиболее значимые черты и признаки обычного права: негосударствен ное правообразование, внутренние санкции правоотношений и другие.

7. Эволюция права как социокультурного феномена детерминирована внутренними закономерностями развития социокультурного мира. В силу этого право встроено в социально-культурную систему нормативной регуляции и для него характерно не абстрактно-идеальное, а конкретное бытие. Правовые цен ности не являются абсолютными и самодовлеющими, а составляют неотъемле мую часть общей системы иерархически организованных социальных ценно стей общества, получающую от них свое функциональное значение и конкрет ное содержание. В этом смысле право есть область ценностных отношений, ди намично сосуществующих с моральными, религиозными, этическими и други ми духовно-культурными общественными отношениями.

8. Право как социокультурное явление, сущностные аспекты которого сконцентрированы в правовых идеях, представляет собой неразрывное целое с такими социально-духовными явлениями, как правовое сознание и правовой менталитет, образующими духовно-культурный детерминант права. Правосоз нание как совокупность теоретико-идеологических представлений людей о правовой действительности составляет идейно-ценностную основу права. Пра вовой менталитет, представляющий собой глубокий пласт общественного соз нания и объединяющий через «сквозные» правовые архетипы различные этапы эволюции права в одно духовное целое, является духовно-психологическим ин вариантом права, так называемым «правовым духом».

9. Реформирование правовой системы общества, в том числе законода тельства, требует учета не только достижений мирового опыта развития права, но и специфики эволюции национального права. Такой подход должен быть положен в основу создания новой системы российского законодательства. При этом следует исходить из тезиса, что российское право – это явление с ярко вы раженным духовным механизмом регуляции поведения людей, особый жиз ненный стиль, своеобразная картина жизни, фиксирующая существующую в России социокультурную реальность. Взятое в «чистом» виде позитивное зако нодательство, пропагандируемое российским государством последние два века, не является полностью адекватным социокультурному миру российского обще ства. Это ведет как к массовому юридическому нигилизму, так и к криминали зации общества, «правовому» беспределу, особенно в настоящее время.

10. Эффективность системы законодательства и правовой саморегуляции зависит от способности российской науки к осмыслению духовно теоретической сущности отечественного права, которая отражена в правосоз нании и правовом менталитете. Для решения правовых проблем современного общества в России необходимо не просто заменить одни правовые стереотипы другими, а восстановить целостность российского правового бытия, его един ство с многогранной национальной культурой, с объективно существующей со циокультурной действительностью. Именно так можно раскрыть общечелове ческую ценность российского права, преодолеть тот юридический нигилизм, к которому привели многочисленные рецепиированные модели западноевропей ского позитивного права.

Теоретическая и практическая значимость исследования состоит в дальнейшей разработке концептуальных и теоретико-методологических поло жений анализа права в философском культурно-антропологическом аспекте.

Настоящая работа является одним из первых исследований проблем взаимосвя зи права и культуры. Выдвинутое в диссертации понимание права предполагает новый подход к характеристике структуры и содержания права. Материалы ис следования могут служить основанием для уточнения теоретико концептуальной конструкции: право – правосознание – правовой менталитет.

Результаты исследования применимы для дальнейшего развития фило софского, антропологического, культурологического и правоведческого знания.

Теоретические обобщения и выводы могут использоваться для разработки в высшей школе учебных, специальных и вариативных курсов по философской антропологии и антропологии права, философии культуры и культурологии, философии права и теории права, например: «Современные проблемы право понимания», «Право в системе культуры» и др.

Теоретические обобщения и результаты исследования представляют ин терес для средств массовой информации, других социальных институтов, ока зывающих влияние на формирование правового сознания людей и занимаю щихся вопросами правовой социализации личности в современном обществе и проблемами формирования новых мировоззренческих ориентиров в области права, адекватных современной социокультурной ситуации. Отдельные поло жения и выводы диссертации могут применяться управленческими структура ми при принятии и корректировке решений в области правового регулирования общественных отношений современной России.

Апробация исследования. Содержание и результаты работы отражены в двух монографиях, ряде статей, а также тезисах, докладах и выступлениях на семи международных, межвузовских и региональных конференциях: Междуна родной научно-практической конференции «Актуальные проблемы российско го права на рубеже XX – XXI веков», проведенной в Пензе в мае 2002 г.;

Российской Межвузовской научной конференции «Новая» Россия:

национальные интересы в глобальном контексте» на базе Российского государственного гуманитарного университета в декабре 2001г.;

Межрегиональной научной конференции «Октябрь 1917 года в истории России и мира» в Ставропольский государственном университете в ноябре 1997) и др.

Общий объем работ составил 45,9 п.л. Разработан специальный курс «Проблемы современного правопонимания», который читается студентам и аспирантам ряда вузов г. Ставрополя.

Отдельные разделы диссертации выполнены в рамках научной програм мы «Университеты России – фундаментальные исследования» и проекта № 990561 «Роль региональных элит в консолидации межнациональных отно шений на Северном Кавказе» (2000 - 2003гг.).

Объем и структура работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, содержащих восемь параграфов, заключения и библиографического списка ис пользованной литературы, включающего 590 источников, в том числе 109 на иностранных языках. Общий объем – 397 страниц машинописного текста.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ Во введении обосновывается актуальность темы, излагается основной замысел работы, рассматривается степень научной разработанности проблемы, определяются объект и предмет исследования, формулируются цель и задачи работы, раскрываются элементы новизны, излагаются основные положения, выносимые на защиту, описываются теоретико-методологические основы ис следования, освещаются его теоретическая и практическая значимость работы, указывается апробация.

В первой главе «Методологические основы изучения права как со циокультурного феномена», состоящей из двух параграфов, анализируется смысловая эволюция понятия права в отечественной и западной философии, антропологии, социологии и психологии, выявляется социокультурный кон текст современного состояния проблемы понимания права в рамках различных философских и других научных направлений.

В первом параграфе «Правовая теория и практика правоприменения в современном обществе» исследуются основные тенденции и направления современной правовой эволюции, выявляются философские и социокультурные факторы информационного общества, обусловившие изменения в подходах к осознанию сущности права и формулировке его понятия, рассматривается тео ретико-методологическое состояние отечественного правоведения, требующее переосмысления права.

Современная эпоха с точки зрения эволюции права характеризуется кон трастностью и противоречивостью, которые в условиях информационного об щества приобретают особую остроту. Несмотря на некоторое возрастание роли права в жизни мирового сообщества, для правовой действительности свойст венно преобладание негативных тенденций.

Проявлением одной из таких тенденций является недооценка роли права в решении практических дел, с одной стороны, и гипертрофирование роли вла сти в установлении стабильности в обществе – с другой. Происходит своеоб разная реанимация взглядов и убеждений, которые были характерными для идеологии тоталитарных и авторитарных режимов, далекими от ценностей и идеалов правового государства, но с помощью которых достаточно быстро дос тигался некий желаемый образец общественного порядка.

Такая ситуация неизбежно ведет к распространению феноменов, являю щихся антиподами права, — а именно произвола и насилия. Прежде всего, это произвол, направленный против человека как личности, ее достоинства и сво боды. А также это насилие над обществом в целом, которое осуществляется под видом решения внутригосударственных конфликтов, либо борьбы с террори стами или сепаратистами, либо с целью «ядерного разоружения», либо для соз дания «эффективной рыночной экономики». Так происходит оправдание наси лия и произвола, придание им цивилизованного облика.

В сложившихся условиях противостояние права и насилия начинает при обретать характер драмы права, суть которой в том, что юридические формы и принципы в высших значениях понятия права становятся предпосылкой для формирования антиправовых явлений, появления новых витков насилия, полу чающих не только психологическое, но и правовое оправдание, приобретаю щих форму своеобразного прецедента.

Рост произвола и беззакония, преступности и жестокости подталкивает социальный мир в целях самозащиты и самосохранения к безмерному исполь зованию нормотворчества. Новые законы создаются с целью максимального охвата государственно-правовым регулированием разнообразных сфер общест венной жизни. Однако стратегия, ориентирующая общество на сверхрегуляцию исторически не оправдывает себя, поскольку ведет к деспотизму законов, к от рыву политико-юридических форм от социально-культурного содержания.

Возникает парадоксальная ситуация: чем больше производится нормативного материала, тем меньше в нем закрепляется права в подлинном его значении.

Лишь в незначительной степени юридический массив представляет собой ре зультат познания правовой действительности и совсем в ничтожной мере явля ется актом правового суждения. Это приводит к исчезновению уровня правово го сознания современного человека, постепенно начинает исчезать Homo ju ridicus как исторический тип человека-гражданина.

Среди негативных тенденций эволюции права в информационном обще стве следует выделить правовую глобализацию, одним из последствий которой являются стандартизация и униформизация правовых систем различных об ществ. Это, в свою очередь, ведет к нивелированию их культурно-правовых особенностей, что неизбежно сказывается на эффективности правового регули рования общественных отношений. Столь значительные отрицательные резуль таты правовой глобализации дают основания оценивать ее как еще одно прояв ление драмы права.

Современная эпоха характеризуется расширением сферы человеческой деятельности и возникновением новых проблем социокультурной действитель ности, которые требуют правового регулирования. К ним в первую очередь следует отнести вопросы надгосударственной защиты прав человека, правовые проблемы мутации современной семьи, правовые аспекты смены пола, транс плантации органов и тканей, использования эвтаназии и др.

Проведенный нами анализ тенденций правовой эволюции в современном мире позволяет констатировать, что господствующие на Западе позитивистские представления о праве и практика их реализации уже не соответствуют качест венно новым условиям социокультурной реальности информационного обще ства. Наблюдается кризис позитивного права. Среди причин, приведших к та ким обстоятельствам, можно выделить отрыв позитивного права от духовно моральных начал общественной жизни, постепенная утрата им своих культур но-исторических и идейных корней. Постепенно в науке и на практике осозна ется необходимость в возвращении права к его духовным истокам, без которых технически высокоразвитое право становится регулятивной машиной, «штам пующей» единообразные формы из весьма разнообразного материала человече ского поведения. Возникает понимание важности выхода за пределы формаль но-догматического метода исследования права и привлечения философских, антропологических, культурологических, психологических и иных методов изучения содержания права, что позволит учесть все многообразие и противо речивость существующей правовой действительности, возродить право как ду ховно-культурный феномен.

Обоснование необходимости возрождения связи права с моралью и ду ховной культурой общества особенно актуально в условиях осуществления «третьей модернизации» современного мира, когда основными принципами правового регулирования являются принципы плюрализма власти и свободы выбора в целях самосохранения идентичности. Согласно первому принципу, субъекты могут руководствоваться собственными целями лишь в той мере, в какой они учитывают в своей деятельности интересы и потребности других субъектов. Второй принцип предполагает повышение ответственности субъек тов, и прежде всего морально-правовой. Основными механизмами социально правовой регуляции становятся такие виды деятельности, как саморефлексия, самоконтроль и самооценка. Следовательно, чтобы определить, каково содер жание правового регулирования, важно знать те цели, оценки, ценности, кото рые человек кладет в основу своего поведения и взаимоотношений с людьми. А это в свою очередь делает неизбежным исследование состояния духовной куль туры конкретного общества в конкретно-исторический период, из которой чер паются эти ценности, оценки, идеи.

Кроме того, в научной литературе постклассицизма сформулировано ут верждение о том, что между социальными и культурными изменениями имеют ся существенные различия и их можно представить в виде изменений формы (социальных взаимодействий) и содержания (интересов, целей, ценностей, идей, оценок). Следовательно, при определении путей развития или реформи рования права важно учитывать не только социальные изменения в обществе, но и изменения в культуре.

Возникает потребность в новых подходах к понятию права и в условиях российской действительности. Современный кризис российского общества и попытки выхода из него актуализируют пересмотр многих фундаментальных идей правоведения, связанных с проблемами понимания права. Однако отече ственная юриспруденция в настоящее время переживает сложную и противоре чивую теоретико-методологическую ситуацию. С одной стороны, в среде рос сийских ученых уже сформировались устойчивые гуманистические представ ления по ряду вопросов правового регулирования, например, убежденность в самостоятельной ценности права, в необходимости углубления нравственных начал права и сближения его с моралью, в верховенстве закона и недопустимо сти его нарушения и т.д. С другой стороны, в современной научной литературе по-прежнему существует представление о праве как о системе общеобязатель ных, формально-определенных, установленных государством правил поведе ния, выражающих волю политических сил, стоящих у власти.

Всесторонний анализ состояния современного российского теоретическо го правоведения обнаружил симптомы кризиса российской теории права, к ко торым можно отнести партикуляризм правовых теорий и отсутствие их концеп туализации, дуализм права, проявляющийся в существовании естественного и позитивного права, зависимость юридической науки от официальной идеологии и др.

Существующий кризис теоретико-методологических положений ослож няется наметившимся расколом между позитивным правом, которое создается в соответствии с либеральными политико-правовыми концепциями Запада, и российской жизнью, существенно отличающейся от жизни западного общества.

Либеральные доктрины не вполне отвечают потребностям российской действи тельности, поэтому выход из создавшейся ситуации – в разработке националь ной концепции права. Создание теории права, в которой нашли бы отражение своеобразие российской правовой реальности и признание фундаментальных отличий российского права от западного, возможно лишь в философском куль турно-антропологическом контексте.

В заключение делается вывод о том, что проведенный нами анализ со стояния правовой теории и практики правоприменения в современном общест ве, в том числе и российском, подтвердил тезис о несоответствии теоретиче ских представлений о праве существующей социально-культурной реальности в мире и России. Необходимо привлечь философские и иные подходы для про никновения в глубины столь сложного «мирозданческого» феномена, как пра во, и придти к такому пониманию права, которое учитывало бы многообразие социокультурной действительности нынешней эпохи.

Во втором параграфе «Сущность и специфика философско антропологического подхода к пониманию права» обосновывается, что сре ди современных парадигм методологии права наибольшей эвристической цен ностью обладает философско-антропологический подход, который может быть представлен как синтез различных методов исследования права.

Современная эпоха в интеллектуальном плане характеризуется как по стклассическая, что позволяет использовать в качестве магистрального направ ления развития современной методологии права основной принцип постклас сицизма — методологический плюрализм, характерными особенностями кото рого являются, во-первых, представление о методологии как синтезе различных исследовательских парадигм, способных воссоздать в общей картине все мно гообразие социокультурной реальности;

во-вторых, признание познавательных возможностей различных методов и их использование для оптимизации резуль татов исследования;

в-третьих, понимание того, что социальная реальность на столько сложна, что требует взаимодействия и взаимодополнения разных прин ципов и методов. В условиях информационного общества наиболее адекватной методологической основой постижения сути права может выступать философ ско-антропологический подход как синтез разных методов, способствующих всестороннему и комплексному изучению права. В него важно включить ан тропологический, институциональный, аксиологический, феноменологический и психологический методы. Ядром такого синтеза следует иметь антропологи ческий метод как обладающий наиболее значительным эвристическим потен циалом для изучения социокультурной сущности права. Именно в его рамках были разработаны наиболее важные для современных правовых исследований положения.

Во-первых, антропологическая идея, определяющая право как бы «изнут ри», через его собственную обязывающую силу, способную действовать без подталкивания со стороны каких-либо принудительных авторитетов. Введение понятия «внутренняя санкция правовых отношений» свидетельствует о добро вольности исполнения субъектом права большей части взятых на себя обяза тельств, которые в конечном счете соответствуют интересам и потребностям самого субъекта — быть членом определенного коллектива. Данный подход к пониманию права определяет акты «модального законодательства» как право вые, принятые негосударственными структурами и являющиеся в условиях ин формационного общества наиболее гибкими общеобязательными инструмента ми, которые позволяют находить компромисс между государством и рынком и эффективно регулировать отдельные сферы общественной жизни.

Во-вторых, антропологическая концепция права, в рамках которой можно разрешить проблему о первичности происхождения права: право возникло на догосударственном этапе развития человечества и не связано непосредственно с внешней принудительной властью, в том числе и с государственным принуж дением. Это дает возможность расценивать нормативные системы с невысоким уровнем развития позитивного права как правовые системы. Причем, если сис темы, состоящие в основном из обычного права, эффективно регулируют суще ствующие общественные отношения, их можно отнести к высокоразвитым пра вовым образованиям.

В-третьих, основной принцип антропологического метода, использование которого предполагает отказ от ряда заблуждений: во-первых, о том, что при изучении какого-то иного общества считать его недоразвитым по отношению к своему;

во-вторых, о том, что все непривычное должно оцениваться как прояв ление варварства. Использование антропологического метода подводит к убеж дению, что пагубно изолировать право от общей культуры и социальной систе мы определенного общества и что формы существования права в каждом кон кретном обществе свои: сколько цивилизационных форм, столько и форм пра ва. Причем границы между разными формами права, например западного и восточного или африканского, не являются непреодолимыми.

В-четвертых, антропологическое понимание структуры права, которое создает основу для рассмотрения проблемы идентификации права, ответа на вопрос: что брать за первооснову правового бытия человека — норму или процесс. Антропологический анализ эмпирического материала доказал, что внутренняя структура права состоит из нормы и процесса и что эти элементы образуют «право» лишь в единстве.

Комплексный и подробный анализ проблемы идентификации права возможен в рамках институционального метода, который обосновывает, что право есть единство правовых идей, правовых норм и правоотношений, яв ляющихся разными, объективно существующими формами одного и того же явления — права, и что отсутствие хотя бы одной из них ведет к возникнове нию иного социального феномена, но не права. Впервые в советской юриспру денции такой подход к пониманию права применил Р.З. Лившиц.

Чтобы выяснить, какой из элементов права несет в себе содержательный аспект, желательно привлечь «новый институциональный» метод как синтез институционального и аксиологического. Учитывая, что при анализе явлений в рамках этого метода исходят не из формальных структур или процедур, а из набора неких ценностей, на основе которых люди принимают решения или строят свое поведение, полагаем, что содержательный компонент права надо искать в правовых идеях, всегда содержащих те или иные правовые ценности и идеалы.

Применение положения об органической связи нравственности и поряд ка, как одного из принципов «нового институционализма», показывает, как происходит относительно гармоничное включение правовых идей в систему социокультурных ценностей и идеалов и образуется тесная взаимосвязь право вых представлений с другими социально-культурными ориентирами. В силу наличия органической связи права с моралью, религией, обычаями, культурны ми традициями, содержание которых не может быть одинаковым у разных на родов, правовые идеи также не могут иметь везде и всегда одинаковое содер жание. Следовательно, справедливость как идея права определенного народа должна быть адекватна справедливости как моральной или религиозной идее этой же общности. Разнообразие правовых представлений есть следствие фак тического и потенциального содержательного разнообразия нормативной регу ляции, которая зависит от особенностей социальных ориентиров и культурных ценностей конкретного народа.

Более глубокое обоснование значимости правовых идей в праве и их пре допределенности социокультурной реальностью предполагает обращение к фе номенологическому методу. Здесь методологически важным является положе ние, согласно которому природа правового бытия выходит за пределы антитезы «субъективное — объективное», выступая одновременно и субъективным, и объективным, тем, что, по определению С.Л. Франка, можно обозначать поня тием «идеал-реализм», или «объективная, сущая идея» и рассматривать право как область ценного, а не истин чистого разума. Такое содержание права можно постичь только через исследование внутреннего духовного сопереживания субъектов конкретной социокультурной реальности.

Анализ феноменологической структуры права, сформулированной Н.Н.

Алексеевым, доказал, что область духовно-ценного находится в ценностных отношениях права, специфика которых состоит в том, что их содержание ос мысливается и психически переживается как социально данное, а значит, как объективное. Причем ценностное содержание права детерминировано духов ными идеями определенного общества. Только через ценностное наполнение правовые нормы и правовые действия (правоотношения) субъектов получают в обществе социальное оправдание и тем самым поддерживают стабильность и общественный порядок. Таким образом, в рамках феноменологического метода, дополняющего и углубляющего возможности «нового институционального» метода, появляется возможность обосновать, что ценностные, духовно психологические аспекты права объективно закреплены в правовых идеях и обусловлены вариативностью социокультурной реальности конкретных об ществ.

Предложенное понимание роли и места правовых идей в праве оставляет их за пределами «прокрустова ложа» правовой лексики. Там, где заканчиваются владения юридического разума, начинаются бескрайние просторы неопреде ляемых, а зачастую и невербализуемых реалий, именуемых правовыми эмо циями-чувствами, или «интуитивным правом», о котором писал в своих психо логических исследованиях права Л.И. Петражицкий.

Исследуя назначение правовых эмоций-чувств, необходимо иметь в виду, что они в силу своей древности и укорененности в человеческой психике соз дают у людей безошибочные интуитивные представления о справедливости, свободе, равенстве, гуманности как ключевых правовых идеях, содержание ко торых определяется исторически складывающейся социокультурной реально стью. Применение психологического подхода выводит на понятия «психологи ческая детерминация законопослушного поведения», «легитимность законода тельства», которые должны учитываться при формировании позитивного права конкретного общества. Чувства и переживания индивида, его психологические импульсы являются тем последним звеном в сложной цепи перехода правовых идей в психологическую готовность совершить правомерное поведение, кото рая непосредственно соприкасается с фактическим поведенческим актом в кон кретной социально-культурной среде и определяет его.

Таким образом, использование философско-антропологического подхода как синтеза разнообразных методов подводит к такому пониманию права, кото рое позволяет постичь все многообразие проявлений права, в том числе в усло виях информационного общества. Однако переосмысление понятия права тре бует его исследования в социокультурном контексте. Определенные возможно сти такого изучения заложены в рассмотрении культурно-антропологических факторов становления и функционирования права.

Во второй главе «Культурно-антропологическое обоснование приро ды права», состоящей из трех параграфов, выявлен эвристический потенциал философско-антропологического осмысления генезиса права на основе синтеза антропологического и социологического методов, показано место права в сис теме культуры и дано социокультурное обоснование многообразия форм права.

В первом параграфе «Антропологические и социокультурные основы правогенеза» обосновывается правомерность обращения к антропологическо му анализу процесса становления права и доказывается необходимость его до полнения социологическим, а также раскрывается целесообразность рассмот рения обычного права как начальной формы права в целом.

В этой части диссертации обсуждается вопрос о важности использования синтеза антропологического и социологического (антропосоциологического) методов, создающих основу для одновременного исследования в процессе пра вогенеза двух равнозначно ценностных величин — человека и социума. Все сторонний анализ причин становления и поддержания правопорядка в общест венном организме предполагает обращение к теориям, рассматривающим как процесс правовой институционализации, так и процесс становления Homo ju ridicus.

На основе положения об отсутствии какой-либо предопределенности че ловека к тому или иному виду деятельности обосновывается наличие в челове ке так называемой трансгрессивности. Трансгрессивность как неистребимое стремление человека к расширению границ антропосферы, содержащая по требность переступать черту привычного или дозволенного, обладает двойст венностью. С одной стороны, она ведет к появлению шедевров человеческого творчества, с другой – к возникновению негативных социальных последствий, нередко сопровождающихся аморальными, противоправными действиями. Что будет преобладать в человеке, зависит от него самого, поскольку жизненно важные процессы его развития продолжаются после рождения, и, следователь но, приспосабливаясь к окружающей среде, человек сам творит самого себя, о чем, в частности, писали П. Бергер и Т. Лукман. Причем, адаптируясь к самым разнообразным природным и социально-культурным условиям, человек сози дает человеческую сущность как социокультурную переменную.

Несмотря на уникальность и неповторимость, Я существует только в от ношении к другим. В частности, согласно теории М. Мерло-Понти, при взаимо действии людей между собой происходит своего рода взаимное ограничение, обеспечивающее им стабильное существование в социуме. Достигается это как путем сохранения той трансгрессивности, без которой невозможна полнокров ная человеческая жизнедеятельность, так и через нейтрализацию деструктив ных проявлений трансгрессивности, угрожающих основам социального поряд ка. В результате взаимного ограничения происходят процессы опривычивания, которые сопровождаются типизацией, ведущей в свою очередь к образованию социальных институтов, контролирующих человеческое поведение через пре допределенные ими образцы – нормы-модели.

В процессе институционализации отдельные институты в силу своей зна чимости для поддержания социального порядка в обществе обретают новое ка чество — объективность. Формируется объективный институциональный поря док, представленный внутренними нормативными отношениями между людь ми, часть которых воспринимаются человеком как социально ценные и необхо димые для сохранения целостности общества. Общеобязательность таких нор мативных отношений, получивших название правовых, непременно ведет к на делению субъектов этих отношений определенными правами, активизирующи ми созидательную трансгрессивности, и обязанностями, ограничивающими ее негативные проявления. Так, появляется Homo juridicus как существо, способ ное вводить свою трансгрессивность в русло нормативного, «законопослушно го» существования, облекая деструктивные проявления трансгрессивности в приемлемые для социального окружения правовые формы. Одновременно с формированием Homo juridicus зарождается право как типовая модель ответной реакции социума на столь же типовые формы созидательной или деструктив ной трансгрессивности человека. Между человеком и правом устанавливаются своеобразные отношения изоморфизма, свидетельствующие, что право антро поморфно, а человек юридичен.

Объективный институциональный мир не обладает онтологическим ста тусом, независимым от человеческой деятельности, в процессе которой он соз дается, и поэтому представляет собой объективированную человеческую дея тельность. В то же время деятельность человека отличается социально культурной вариативностью, следовательно, разнообразием характеризуются и результаты его жизнедеятельности, в том числе и право. Таким образом, транс грессивность человека может рассматриваться в качестве и антропологической, и социокультурной основой правогенеза.

Предложенная в данном параграфе логика правогенеза, по нашему мне нию, подтверждает, что право представляет собой социокультурный феномен, существующий в любом сложноорганизованном обществе, в том числе в разви том первобытном.

Философско-антропологическое рассмотрение права как универсальной формы социального взаимодействия дает основание утверждать, что обычное право есть начальная форма права в целом. Доказательством данного тезиса является, во-первых, то, что обычное право, хотя и состояло главным образом из запретов (табу), было «развернуто» также на права человека, официально их закрепляло и придавало им реальное значение. Неправомерно связывать при роду права исключительно с индивидуальным, частным правом, забывая о полноправном существовании коллективного, публичного права, которое в зависимости от конкретных социокультурных условий может доминировать, как было, в частности, в первобытном обществе. Во-вторых, обычное право было технически высокоразвитым. Подтверждением этого тезиса может служить характерное для права различие между материальным и процессуальным правом. Причем преобладание процессуального права, свойственное начальной форме права, присуще и современной англосаксонской правовой системе. В-третьих, в первобытном обществе существовал специфический способ (порядок) обеспечения норм обычного права, присущий в основном развитому позитивному праву, имелись представления о каузальной связи правонарушения и санкции, своеобразный «прейскурант» с указанием «что полагается и за что», содержание которого определялось конкретной социокультурной реальностью. При этом внешнее принуждение не являлось основным признаком права, большое значение имели внутренние санкции права, которые вновь возрождаются в информационном обществе. В четвертых, обычное право обладало известной самостоятельностью по отношению к морали и религии. Моральный компонент в догосударственном обществе всегда контролировался правовым. Моральные оценки поступков оценки поступков людей никогда не сопровождались применением правовой санкции, хотя как социокультурный феномен право было тесно связано с мора лью, религией и нередко имело нравственно-религиозный оттенок. И, наконец, обычное право имело текстуально-нормативную форму выражения, хотя и не письменную, а устную, поскольку в науке под текстом всегда понималась сис тема знаков, созданных культурой.

Таким образом, философско-антропологический анализ правогенеза по зволяет установить тесную причинно-следственную связь человека как транс грессивной личности и права как ответа общества на человеческую трансгрес сивность, причем такой ответ возникает в форме обычного права. И человек, и право выступают в этом случае социокультурной переменной. Однако более глубокое исследование права как социокультурного феномена требует его изу чения в культурологическом контексте.

Во втором параграфе «Право в системе культуры» рассматриваются место и роль права в системе культуры, подтверждается значимость взаимосвя зи понятий культуры и права, доказывается социокультурная обусловленность содержания права и исследуется цивилизационная сущность права.

Опираясь на получившее в последнее время распространение в научной литературе положение о необходимости изучать право в качестве неотъемле мой составной части культурного наследия народа, мы взяли за основу тезис о том, что при анализе права как социокультурного явления надо выяснить соот ношение права и культуры, их взаимосвязь и взаимодействие, определить поня тие права в его связи с культурой и понятие культуры относительно права.

В результате анализа представленных в данном параграфе определений культуры были выявлены признаки, указывающие на нормативный характер культуры, например: культура как «система моделей поведения», и подчерки вающие вхождение права в ее структуру, например: культура как «система представлений о правильном и преступном» и другие. Именно нормативность как свойство культуры обеспечивает координацию и организацию деятельности индивидов, объединяя их в социально целостное образование. Такое утвержде ние дает основание предположить, что еще в период существования конгломе рата кровнородственных коллективов отношения между людьми регулировали культурные нормы, которые институционализировали личные отношения за долго до появления специализированных правил поведения: норм морали, ре лигии, норм права и других.

На этапе формирования собственно трудовой деятельности, производства и обмена нормы культуры начинают регулировать социальные отношения и становятся общими, приобретая либо правовую, либо нравственную, либо ре лигиозную, этническую или иную окраску, оставаясь при этом основой всей нормативной системы: нравственности, религии, обычаев, права. Будучи нор мами культуры, нормы морали, религии или права приобретают новые допол нительные качества, которые отличают их друг от друга, например, взаимные права и обязанности субъектов как специфическое свойство права. Но их сущ ностно-содержательные качества определяются культурными ценностями и ус тановками. Право, мораль, религия как институты культуры, таким образом, различаются между собой по форме, но достаточно близки по содержанию.

Особенно наглядно это прослеживается в тех обществах, где сильно влияние обычного права.

Кроме того, культура есть результат вариативной реакции человека на многообразную природную и социальную действительность. Именно культура является той сферой общественной жизни, благодаря которой одно общество отличается от другого. Данная особенность культуры рассматривалась в трудах Ф. Боаса, Л. Гумилёва, Т. Карлейля, Б. Малиновского, К. Мангейма, О. Шпенг лера и др. Право, являясь неотъемлемой составной частью культурного насле дия народа, в разных обществах имеет разное содержание. В основе этих разли чий лежат базовые ценностные постулаты культуры, ориентирующие те или иные народы на свой особый подход к жизни, свой особый взгляд на пути орга низации своей социокультурной реальности. Ярким примером того, как по разному понимается содержание, в частности, идеи социальной справедливо сти, могут служить ее восточный и западный варианты. Так, согласно сложив шейся правовой традиции, в Японии судебное разбирательство совершенно не соответствует представлению японцев о социальной справедливости. Логиче ский принцип противоречия, по которому одна сторона должна обязательно проиграть дело, если другая выиграет, что характерно для западного правового мира, не удовлетворяет японцев, всегда ищущих более гибкого исхода. Японец судебному разбирательству предпочитает примирение как более справедливое решение, процедура которого закреплена в Гражданско-процессуальном кодек се современной Японии.

При рассмотрении места и роли права в культуре следует исходить из системного характера последней, из понимания того, что культура исторически формировалась из множества явлений, которые отбирались и утверждались в качестве норм поведения и мировоззрения в процессе группового опыта, обра зуя единство и целостность всех сторон социокультурной реальности, частью которой выступает право. Следовательно, изменения всякой отдельной стороны социальной жизни с неизбежностью вызывают определенные изменения в дру гих ее сторонах. В диссертации намеренно обращается внимание на этот сис темный характер культуры, поскольку, как показывает печальный опыт боль шинства народов, всегда находятся реформаторы-политики, которые берутся «улучшать» социальную действительность, будучи убежденными в возможно сти изолированных «починок» общества. Однако система социальных взаимо связей слишком тонка и сложна, чтобы человеческий разум мог охватить и предвидеть все последствия ее нарушения или изменения. При реформирова нии права, таким образом, следует исходить из того, что право есть часть со циокультурной нормативной системы и, следовательно, правовые преобразова ния должны согласовываться со свойствами других элементов этой системы.

Далее исследуется историческая миссия права как явления цивилизации и обосновывается вывод о том, что право призвано быть исполнителем импера тивного «заказа» цивилизации, без реализации которого общество как самораз вивающаяся система функционировать не может: право должно вносить в сложную и противоречивую социокульурную ситуацию постоянные, опреде ленные и гарантированные нормативные начала, построенные на принципах гражданского мира и согласия, учета различных интересов.

Таким образом, анализ права как явления культуры и цивилизации дока зал, что право всегда было и остается неотъемлемой частью социокультурной реальности определенного общества. Однако по-прежнему открыт вопрос о том, насколько, в какой степени содержание права может быть обусловлено спецификой цивилизации, ее культурно-историческими факторами.

В третьем параграфе «Плюрализм цивилизаций и многообразие форм права» показана социокультурная и конкретно-историческая предопре деленность многообразия форм существования права, проиллюстрирована ва риативность правового бытия.

В основу рассмотрения проблемы многообразия правовой реальности по ложены признание цивилизационного плюрализма и выделение наиболее фун даментального правового принципа жизни каждой цивилизации. В частности, обосновано, что для западной цивилизации центральным принципом ее соци ально-правовой организации является законность (позитивное право), непо средственно связанная с государственной властью. В восточных культурах, где центральная роль по-прежнему принадлежит обычному праву, сохранившему морально-религиозную окраску, основным принципом выступает гармония. В формирующемся информационном обществе, для которого характерно так на зываемое автопойетическое право, основой правовой реальности является пра вовая коммуникация.

При анализе специфики западной цивилизации обращается внимание на такую ее социокультурную особенность, как полисная форма организации по литико-правовой жизни, которая формировала у человека представления о сво ей значимости как автономной личности и разумном, мыслящем существе, спо собном самостоятельно принимать решения. Правовым последствием незави симости полиса стало обладание общими для всех граждан правами, которые были зафиксированы сначала в обычном праве, а затем позитивном, в основу которого легли два начала — разум и опыт.

По мере эволюции основных начал позитивного права внутри единой за падной цивилизации вырисовываются в зависимости от социокультурных ус ловий два главных слоя: первый — юридико-интеллектуальный, когда в систе ме юридических структурных построений напрямую дает о себе знать деятель ность законодателя;

и второй слой — непосредственно регулятивный, прагма тический, когда на основе практики, опыта, преимущественно с помощью пре цедентов вырабатываются оптимальные средства решения юридически значи мых ситуаций.

В то же время сложность и многогранность социокультурной реальности, по нашему мнению, убеждает, что нигде и никогда в чистом виде или в полной мере ни один из рассмотренных слоев позитивного права не реализован. При чем его конкретная форма определяется как особенностями культурно исторического пути развития общества, так и социокультурным содержанием цивилизации. Ярким подтверждением плюрализма права могут служить право вые системы стран, имеющих общие исторические корни. Английское и амери канское право, например, принадлежит к одной англосаксонской правовой сис теме, но имеет существенные отличия. Так, консерватизм английского общест ва отразился на структуре английского права: основным его источником по прежнему остается общее право. Отсутствие длительной истории собственного права сказалось на том, что и прецедент, и закон в американском праве, воз никнув почти одновременно, практически равноценны. Кроме того, формиро вание американского народа как конгломерата разных этносов привело к появ лению множества изолированных по юрисдикции правовых систем.

Другим примером зависимости правовой системы от социокультурных особенностей общества служит скандинавское право, принадлежащее к романо германской правовой системе, но имеющее существенные черты общего права.

Для восточных цивилизаций вне зависимости от этнической или религи озной принадлежности в условиях безраздельного господства государственной собственности, коллективной трудовой деятельности и сакрализации сильной централизованной власти характерным является представление о мире людей как о неотъемлемой части естественного порядка, нарушение которого неиз бежно ведет к хаосу и беспорядку. Будь то небо как высшая сила, следящая за справедливостью на земле (в конфуцианстве), будь то Дао как первооснова, оп ределяющая путь развития природы и общества (в даосизме), будь то дхарма как безликий закон, лежащий в основе миропорядка (в буддизме), основная цель человека — не нарушать естественного равновесия отношений, сущест вующих между ним и космосом. Основным источником права выступают нрав ственно-религиозные сборники, в которых не проводится четкого различия ме жду требованиями религии, морали и права. В диссертации показано, что нрав ственно-религиозные истоки китайского, японского, индусского и иудейского права оказались столь глубокими, столь устойчивыми, что даже «европеиза ция» и «американизация» не смогли коренным образом изменить природу на ционального права.

После рассмотрения взаимосвязи между многообразием социокультурной действительности конкретных обществ и вариативностью проявлений права возникает потребность в исследовании особенностей функционирования права в социокультурной реальности, которые отражены в правосознании и правовом менталитете.

Третья глава «Особенности функционирования права в социокуль турной реальности», состоящая из трех параграфов, содержит анализ право сознания и правового менталитета как идейно-ценностной и духовно психологической основ права, а также специфики российского права, обуслов ленной особенностями русской социокультурной действительности.

В первом параграфе «Правосознание как идейно-ценностная основа лрава» рассматривается идейно-ценностная основа права, выступающая де терминантом его социокультурного содержания и определяющая характер пра вовых идей, составляющих неотъемлемую часть любого права и правосознания.

Традиционно в юриспруденции место и роль правовых идей трактуются исходя из тех идейно-теоретических положений, которые отражают постулаты той или иной философской, политической или правовой доктрины. Причем эти положения, как правило, вводятся в тексты законов в виде норм-принципов.

Однако правовые идеи пребывают в праве изначально, они как бы «спря таны» в нем, являясь своего рода «стержнем» права, неотъемлемым, органич ным элементом правового содержания, причем независимо от того, поняты ли они юристами как духовные и интеллектуальные начала, выделены ли в качест ве известных теоретических положений, закреплены ли в текстах законов в ви де принципов. На такую особенность правовых идей обращали внимание, в ча стности, С.С. Алексеев, О. Шпенглер, Е. Хубер. Так, Е. Хубер отмечал, что «те ло» действующего права образуют не только конкретизированные юридические нормы, но и лежащие в их основе и пронизывающие их правовые идеи.

В процессе естественного развития в праве формируются, выкристалли зовываются не только оптимальные средства решения юридически значимых ситуаций, которые фиксируются в нормах и отражают прагматическую основу права, но и правовые идеи, являющиеся рациональным началом в праве. При чем под рациональным здесь понимается сила человеческого Разума как миро зданческого явления. В правовых идеях закреплена изначальная настроенность эволюции права на общечеловеческие идеалы и ценности – стабильность в об ществе, правопорядок и справедливость, на исключение из жизни людей произ вола и насилия. Это связано, во-первых, с тем, что в правовых идеях аккумули руется и накапливается опыт разумных решений жизненных ситуаций, возни кающих в сфере многообразной социокультурной действительности. Во вторых, в них концентрируется оптимальный, с точки зрения конкретных со циокультурных традиций, опыт, тщательно отработанные типовые решения жизненных ситуаций. В-третьих, правовые идеи — это объективированный оп тимальный опыт регулирования социокультурной действительности, который воплощен в реальной форме и в таком материализованном виде увековечен. Та кое понимание правовых идей позволяет утверждать, что в них отражаются уровень осознания совокупным субъектом правообразования закономерностей и тенденций правового развития, оценка правового опыта прошлого и настоя щего, а также представления о будущем праве. Правовые идеи, таким образом, образуют идейно-ценностное содержание права.

При рассмотрении правовых идей как теоретико-аксиологической со ставляющей права нами отмечена их тесная связь с правовым сознанием и сде лан вывод, что изучение последнего будет способствовать более глубокому ос мыслению места и роли идейно-ценностного элемента в эволюции права и в правотворчестве.

Взаимодействие и взаимопроникновение права и правосознания может проходить по двум сценариям в зависимости от степени адекватности освоен ного сознанием права реальным правовым явлениям и процессам.

Во-первых, доктринальные разработки могут «вжиться» в право, придать ему в восприятии людей тот облик, который соответствует действительным системным характеристикам права как объективированного институционально го образования определенной социокультурной системы. Научная мысль рас крывает и представляет те черты и особенности права, которые без соответст вующих научно сформулированных правовых идей так бы и оставались «спря танными» в его глубинах. Правовая теория упорядочивает складывающиеся спонтанно, естественным путем правовые идеи, придает им внешне строгое, четко объективированное выражение. В рамках этого сценария желательно вспомнить о таком «достоинстве» правосознания, как способность «забегать вперед»: в правовом сознании прогрессивно настроенных юристов, политиче ских и государственных деятелей может отражаться понимание возможных пу тей дальнейшего развития действующего права. Согласно данному сценарию, под «лучами» развитой теории раскрываются истинный смысл и назначение пра ва в жизни людей.

Во-вторых, правосознание, кроме представлений о явлениях объективно го мира, может содержать заблуждения, ошибки, недоразумения, симпатии или антипатии к конкретным правовым явлениям и процессам. Оно может быть следствием компромисса или произвола, рекомендаций или диктата, политиче ских, экономических или социологических экспериментов и т.д. Если право сознание законодателя «больно» одной из этих «болезней», то позитивная фор ма права не будет соответствовать праву как объективному явлению. В этом случае юридическая форма оказывается малоэффективной, ее практическая реализация может привести к негативным последствиям. Так, например, эффек тивность использования «модных» западноевропейских правовых конструкций в условиях России не велика.

Взаимосвязь права и правового сознания обогащается их относительной автономностью. В праве через правовые идеи реализуется его органическая на правленность на идеалы и ценности высшего порядка, которая спонтанно вы водит его на фундаментальные, основополагающие идеи и принципы, харак терные для определенной социокультурной реальности. Правовые идеи, содер жащиеся в правовом осознании, концентрируются, главным образом, в юриди ческой науке и во многом предстают в том виде, в каком они выглядят в разработках и суждениях правоведов. Это означает, что правовые идеи как часть правосознания обладают большей субъективностью, сознательно волевым аспектом, чем правовые идеи, характеризующие содержание права.

В этом параграфе делается вывод, что правосознание есть не только идейно-ценностная форма права, но и его непосредственный теоретико аксиологический источник, в котором право постоянно ищет свою идейную опору и не может ее не искать, ибо без адекватной правовой идеологии объек тивное право, особенно в современную эпоху, постепенно начинает отставать от происходящих в обществе процессов и перестает обеспечивать социальную стабильность и общественный порядок. Но в правосознании есть также те идеи и представления, которые не отражают реальные процессы эволюции права и в силу этого не могут быть использованы для формирования позитивного права как формы, соответствующей объективно складывающемуся праву. Следова тельно, правовые идеи как часть правосознания далеко не всегда составляют идейно-ценностную сущность права, но правовые идеи как элемент права все гда являются частью правосознания.

Такое понимание диалектической связи права и правосознания указывает на необходимость повышать научное обоснование правовых идей правосозна ния, акцентировать внимание на его идейно-ценностных аспектах, рассматри вать право и как явление Разума, и как феномен Духа. Чтобы познать имма нентную духовную сущность права. необходимо исследовать правовой мента литет.

Во втором параграфе «Правовой менталитет в системе функциони рующего права» рассматриваются проблемы внутренней преемственности права, сопряженной с духовно-нравственными особенностями социокультур ной реальности и нашедшей отражение в правовом менталитете.

Введение понятия «правовой менталитет» в научный оборот при изуче нии проблем права обусловлено тем, что при исследовании права только как рационально-юридического явления оно будет закрытым, поскольку останутся недосягаемыми образные, духовные, иррациональные аспекты права. Выйти за пределы рационального содержания права как явления Разума и исследовать его духовно-нравственные основы можно лишь путем рассмотрения взаимосвя зи права и правового менталитета. Без данной категории изучение глубинных структур права практически невозможно, ибо «улавливание» содержания пра вовых идей требует не только праворационального объяснения, но и интуитив ного проникновения в исходные элементы правовой сферы социума.

Методологическое значение правового менталитета обусловлено тем, что он в определенной степени выступает результатом разумно-рассудочной дея тельности людей, таким уровнем общественного сознания, на котором мысль не отделена от эмоций, латентных приемов сознания, таким культурным суб стратом, который является общим для социума в целом, хотя и не осознается современниками, ибо представляется для них нечто само собой разумеющимся, находящимся вне контроля их «дневного сознания». Причем социокультурная обусловленность менталитета проявляется в интуитивной готовности человека определенным образом действовать и мыслить в соответствии с особенностями социокультурной реальности.

По сравнению с понятием правосознания категория менталитета отража ет более глубокий пласт общественного сознания, являясь духовно-правовым инвариантом, так называемым «правовым духом», который через «сквозные» правовые архетипы объединяет в одно духовное целое различные этапы исто рии права конкретного общества, нередко политически разъединенные и идеоло гически противостоящие друг другу. Правовой менталитет идентифицирует право, правосознание, правовую культуру, правовую систему как социокуль турные феномены, имеющие единую духовно-нравственную «почву», единый исторический «корень», которые развиваются вне формационных, политико режимных перегородок и которые невозможно перенести на иную социокуль турную почву. В то же время категория правосознания привязана к конкретно позитивным продуктам общественных и индивидуальных отношений людей и скорее служит инструментом дифференциации человеческого сознания «внут ри» правовой действительности, отражая его социально-групповые, профессио нальные, классовые и прочие аспекты.

Правосознание и правовой менталитет характеризуются качественной духовной неоднозначностью, которая проявляется, во-первых, в том, что только в правовой менталитет входят «потаенные», «неявные» стереотипы мышления и поведения людей, принадлежащие к определенной этнической, религиозной или иной социокультурной общности и отличающие ее от других. Во-вторых, лишь правовой менталитет обладает самобытной включенностью людей в тот или иной социум, предполагающей латентную готовность их действовать и воспринимать окружающий мир согласно исторически сложившемуся социо культурному «коду».

Однако это не означает, что между правовым сознанием и правовым мен талитетом не существует взаимодействия, их следует рассматривать как диа лектически взаимосвязанные явления. В частности, взаимодействие между пра вовой психологией, как составной частью правосознания, и правовым ментали тетом проявляется в том, что менталитет есть находящаяся вне контроля «днев ного сознания» кристаллическая решетка готовностей, предрасположенностей, установок социальной общности определенным образом воспринимать мир, на которую накладываются обусловленные данными предрасположенностями психологические характеристики (чувства, настроения, побуждения и т.д.) пра восознания этой общности.

Взаимосвязь правового менталитета и правовой идеологии, как другой составной части правосознания, заключается в том, что на правовой ментали тет, присутствующий в массовом сознании в форме когнитивных матриц, на кладываются научно отрефлексированные концепции, которые соответствуют его социокультурным основам. Однако если такие концепции не совпадают с ментальными основами правовой действительности, то они могут подавляться интеллектуальным или ценностным насилием, элемент которого всегда присут ствует в идеологии.

Рассматривая вопрос о взаимодействии правосознания и правового мен талитета, необходимо обратить внимание на то, что правовое сознание предпо лагает рациональную и эмоциональную изменчивость, выполняет роль общего правового «диспетчера», направляющего правовое движение общества в нуж ное русло не только с точки зрения государственной власти, но и исходя из об щественного прогресса. Правовая же ментальность берет на себя функции со хранения приобретенных в прошлом социокультурных правовых ценностей и их самобытности. Для образования гармонично целостного единства правосоз нания и менталитета, дающего возможность оптимальным образом использо вать имеющиеся в правовой действительности юридические средства для со хранения в обществе социальной стабильности и правопорядка, необходимо, чтобы рациональная составляющая правосознания вносила относительную из менчивость в правовой менталитет. Следовательно, менталитету необходимы интеллектуальные ресурсы правосознания.

Если менталитет есть тот стержень, который функционально обеспечива ет собственную культурно-правовую «самость», то правовое сознание – это особое правовое состояние, обусловленное как качественным состоянием пра вового менталитета, так и степенью развития идеологического компонента са мого правосознания. Именно правовая ментальная сущность ограничивает воз можность правосознания трансформировать позитивное право в самодовлею щую, оторванную от человеческого бытия, безжизненную юридическую догму.

В заключение делается вывод, что для познания национальных особенно стей права, а точнее правовых идей как содержательного элемента права, зако нодателю недостаточно иметь правовой интеллект. Ему необходимо обладать знаниями о «правовой душе» народа, понимать, что в правовом менталитете общества коренятся исходные духовно-нравственные, социокультурные основы национального права. Духовная «самость» права в огромной мере обусловлена особенностью правового менталитета, алгоритмом его действия в координатах общественного сознания и культуры. Предложенный нами вывод является про дуктивным для выявления специфики российского права и анализа проблем его формирования в современных условиях.

В третьем параграфе «Особенности российского правового ментали тета и проблемы формирования права в современном российском общест ве» рассматриваются специфические черты российского менталитета в целом и выявляются особенности правового менталитета, которые необходимо и целе сообразно учитывать при определении путей формирования российского права в современных условиях.

Здесь же подвергается критике тезис о правовой отсталости России, яко бы обусловленной социокультурными и историческими особенностями ее раз вития, раскрывается несостоятельность данного тезиса и доказывается, что он основан не на фактах и опыте непредвзятого сравнительно-правового анализа, а на стремлении уложить историю права России в «прокрустово ложе» достаточ но систематизированной и категориально отработанной истории западноевро пейского права.

Подтверждением существования права на самом раннем этапе древнерус ской истории являются результаты историко-правовых и лингвистических ис следований. Как заслуживающий серьезного внимания рассматривается гигант ский культурный пласт мифологического творчества, народных преданий, по словиц и поговорок. Именно на эти архетипические формы веками наслаива лись обычаи и стандарты поведения, создавая фундамент правовой ментально сти восточнославянского этноса. Так, результаты лингвистических исследова ний подтверждают, что праславянская лексика уже VI в. содержала все основ ные понятия, относящиеся к суду и судопроизводству: «sgdъ» (суд), «zaкоnъ» (закон), «pravo» (право), «pravьda» (правда), а также систему представлений, связанных с правонарушением и наказанием. Лингвистический анализ древне русских летописей указывает на существование различий между законом (обычным правом) и обычаем (традицией, преданием): «имеяхуть обычаи своя и законы отец своих» (имеют свои обычаи и законы своих отцов).

В качестве аргументов, подтверждающих высокий уровень развития эт ноправовой культуры восточных славян, нами использовались тексты Закона Русского и русско-византийские договоры первой половины X века, отдельные положения Русской Правды и Правд Баварской, Тюрингской, Саксонской, сравнительный анализ которых показал преимущество Русской Правды перед западноевропейскими законами.

Поскольку правовой менталитет является составной частью российского менталитета в целом, то в его содержании нашли своеобразное преломление принципиально значимые качества последнего.

Так, духовность, как базовая, сущностная черта российского менталитета, проявилась в преобладании в правовом менталитете духовно-моральных пред ставлений. Как свидетельствуют современные социально-психологические ис следования, право в представлении российских людей нередко отождествляется с совестью, с истиной и правотой. Приоритет в праве духовного начала, сопря женного с внутренней обязательностью, подтверждает, что в современной рос сийской правовой системе сохранились наиболее существенные свойства обычного права.

Государственность, вторая черта российского менталитета, имеющая своим содержанием сакральное отношение народа к своему независимому, су веренному государству, способному обеспечить свободную, не отягощенную иноземным насилием жизнь, в российском правовом менталитете нашла отра жение в свободолюбии. История учила русских, что обеспечить их самостоя тельное выживание как народа может только сильная государственная власть.

Чтобы правильно оценить содержание правового менталитета, а именно понять такую его черту, как пренебрежительное отношение российского чело века к государственному закону, необходимо вспомнить о существовании в мировоззрении россиян двух понятий: «Земля» и «Государство». Под «Землей» понимается «общественно-человеческое начало», «душа народа», «союз людей, основанный на нравственном начале и управляемый внутренним законом»;

«Государство» есть власть, внешняя сила, охраняющая Землю. Только внешняя угроза заставляет общину, «Землю», использовать для самозащиты внешнюю для нее силу и закон, в остальных случаях народ не приемлет принудительную силу государства, в том числе и законодательную. Поскольку отрицается не право как объективно складывающийся регулятор общественных отношений, а лишь позитивное право как результат законотворчества государства, то следует говорить не о правовом нигилизме правосознания российского народа, а о юри дическом.

В юридической литературе существует точка зрения, согласно которой чертой российского правового менталитета является якобы его дистанцирован ность от таких общечеловеческих ценностей, как неотчуждаемые права челове ка, правовая автономия индивида, доминанта права над государством и т.д. В науке имеет место также мнение о том, что концепции и понятия, разработанные в рамках одной культуры для описания поведения людей, могут оказаться не адекватными для описания поведения в другой культуре. Так, если в западной культуре свобода осмысливается через категорию «право» и понимается как неотъемлемое право автономной личности самостоятельно определять, что для нее полезно и справедливо, а что нет, то в сознании российского человека сво бода предстает как ответственность, долг, и право приобретает форму права долга, добросовестное исполнение которого и есть справедливость. Свобода как черта российского права осознается обществом как внутренняя свобода че ловека, живущего в свободном, независимом и суверенном государстве.

Обосновав тезис о нецелесообразности оценивать содержание российско го правового менталитета, исходя из западноевропейской традиции, и доказав доминирование в российской правовой системе обычного права, важно осоз нать, что российское право следует воспринимать как открытую систему, уст ремленную к соборному (коллективному) единству и духовной гармонии, спо собную синтезировать и вмещать юридический опыт всех рядом живущих на родов. Трактуемое в таком контексте российское право подтверждает свою тес ную связь с общим ритмом национальной жизни, вне которой оно не может быть адекватно воспринято. Данный подход позволяет охарактеризовать рос сийское право как своеобразный феномен культурно-исторической традиции регулирования социокультурной действительности, способ духовного, в опре деленной степени интуитивного жизнепонимания и жизнестроительства.

Именно духовность как черта правового менталитета, проявляющаяся в единстве правового и нравственного, правового и религиозного, правового и политического начал, предопределяет функционирование российского права как такой гибкой системы, для которой характерны отсутствие нормативной жесткости писаного права, одновременное сочетание различных образов нор мативности и стертость границ правовой, политической, социальной, нравст венно-этической, религиозной нормативных систем. Российское право обладает сверхправовыми чертами, указывающими не столько на его юридическое со держание (в западноевропейском понимании), сколько социокультурное, ду ховно-нравственное.

Духовность в сочетании со свободолюбием определила еще одну особен ность российского права — его устремленность к некой идеальной цели, в ре зультате чего само право и даже законодательство могут иметь вид социально этической программы описательного характера, что свойственно как дорево люционному и советскому законодательству, так и некоторым законам современного периода. Данная особенность правового менталитета сказывается и на социальном назначении отечественного права, которое заключается не в предоставлении «максимальной» свободы автономной личности, а в доставлении «максимальной» свободы автономной личности, а в гармоничном сосуществовании индивида с «миром».

Исходя из положения о том, что своеобразие отечественного права де терминировано спецификой правового менталитета, фундаментом которого яв ляется обычное право, нами было подтверждено, что российское право тяготеет к иной юридической пластике, нежели классическая римская правовая система.

Именно поэтому оно очень трудно идентифицируется с внешней юридической формой, мало чем отличающейся от формы романо-германского права. В то же время в силу ряда исторических причин в правосознание российских юристов глубоко проникли римские правовые традиции и образ мышления, что позволя ет им хорошо разбираться в содержании европейского права, но не дает воз можность адекватно оценивать свое собственное право, в результате появляют ся утверждения о якобы «технической» отсталости отечественного права. Ску пость и простота юридических средств российского права обусловлены специ фикой обычного права. «Юридизм» российского права, его «техничность» – не в рациональном конструктивизме, а в особой социальной наполненности права, в направленности его на установление гармоничных человеческих взаимоот ношений. Доказательством непозитивистского, нетрадиционного содержания отечественного права является наличие в нем таких черт, как морализирован ность и лозунговость, которые в свою очередь следует рассматривать как про явление духовного начала права. Ценность российского права не связана на прямую с формальной законностью, но заключается в совпадении и тождест венности его с жизненным смыслом и устройством российского общества.

Трактуемое таким образом российское право позволяет правильно оценить по пытки «исправить» основные «пороки» существовавшей правовой системы в советско-российском обществе исключительно через западную конструктиви зацию и технизацию правового материала.

Из сказанного делается вывод, что российское право существенно отли чается от западноевропейского глубоким духовно-нравственным содержанием при довольно оригинальной форме выражения, которая предопределена специ фикой отечественного правового менталитета. Такой подход к праву предпола гает более детальное, системное изучение отечественного правового ментали тета, исследование права как социокультурного феномена, раскрытия духовно го смысла российского права.

В заключении подведены основные итоги проведенного исследования, обобщены его важнейшие результаты, намечены главные направления даль нейшего более глубокого изучения проблем права в целом и российского в ча стности.

В результате анализа основных тенденций правовой эволюции в сложив шихся социокультурных условиях обосновано, во-первых, что юридический позитивизм как методологическая основа современной теории и практики пе реживает кризис, во-вторых, что наиболее продуктивным подходом к исследо ванию права является философско-антропологический, как синтез разнообраз ных принципов и методов. Именно его применение позволило создать адекват ную современной социокультурной ситуации концепцию права, к основным положениям которой можно отнести: 1) положение о праве как социокультур ной переменной;

2) положение о праве как своеобразном ответе общества на трансгрессивную сущность человека;

3) положение о праве как единстве право вых идей, норм и отношений;

4) положение о правовых идеях как социокуль турном содержании права;

5) положение о правовых идеях как основе взаимосвязи права и правосознания, права и правового менталитета.

III. ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ ОПУБЛИКОВАНЫ СЛЕДУЮЩИЕ РАБОТЫ 1. Гриценко Г.Д. Правопонимание: антропологические и социокультур ные аспекты.– Ставрополь: Изд-во СГУ, 2002.– 267 с. (13,4 п.л) 2. Гриценко Г.Д. Право как социокультурное явление: состояние пробле мы и перспективы решения.– Ставрополь: Изд-во СГУ, 2002.– 357 с. (18,9 п.л.) 3. Гриценко Г.Д. Правопонимание в современной российской юриспру денции // Вестник Ставропольского государственного университета.— Вып.

29.— 2002.— С. 61 - 67. (0,5 п.л.) 4. Гриценко Г.Д. Современные подходы к пониманию права как социаль ного регулятора // Научная мысль Кавказа.— 2002.— № 10 (36).— С. 18 - 28.

(0,5п.л.) 5. Гриценко Г.Д. Антропологический метод — основа синтеза методоло гических подходов в исследовании права // Известия высшей школы. Северо Кавказский регион.— 2003.— № 5.— С. 59 - 68. (0,9 п.л.) 6. Гриценко Г.Д. Понимание взаимосвязи права, правосознания и право вого менталитета в социокультурном контексте // Вестник Ставропольского го сударственного университета.— 2003.— Вып. 32.— С. 72 - 78. (0,5 п.л) 7. Гриценко Г.Д. Некоторые проблемы формирования правовой культуры молодежи // Вестник Ставропольского университета.— 1996.— №1.— С. 168 - 169. (О,2 п.л.) 8. Гриценко Г.Д. Ценностно-правовые ориентации россиян: прошлое и настоящее // Октябрь 1917 года в истории России и мира: Материалы Межре гиональной научной конференции.— Ставрополь: Изд-во СГУ, 1997. — С. 62 - 63. (0,2 п.л.).

9. Гриценко Г.Д. Правопонимание как средство формирования правовой культуры // Россия на пути формирования политических, экономических, соци альных отношений нового типа: Материалы IV научно-практической конфе ренции Ставропольского университета. – Ставрополь: Изд-во Ставропольского университета, 1998. — С.90 - 92. (0,3 п.л.) 10. Гриценко Г.Д. Правосознание современного российского общества:

проблемы становления // Современное гуманитарное знание о проблемах соци ального развития: Сборник научных статей.— Ставрополь: Изд-во Северо Кавказского социального института, 2001.— С. 11 - 17. (0,5 п.л.) 11. Гриценко Г.Д. Правовое сознание россиян: история и современность // Актуальные проблемы социогуманитарного знания: Сборник научных трудов кафедры философии МПГУ. Вып. IX. — М.: Прометей, 2001.– С. 126 - 135. (0, п.л.) 12. Гриценко Г.Д. Юридическое мировоззрение и его место в миропони мании современной цивилизации //Философско-мировоззренческие основания единства естественно-научного и социогуманитарного знания в прошлом и на стоящем: Материалы 46 научно-методической конференции преподавателей и студентов СГУ «ХХI век — век образования».— Ставрополь: Изд-во СГУ, 2001.— С. 30 - 34. (0,5 п.л.) 13. Гриценко Г.Д. Правосознание россиян: универсальное и национальное // «Новая» Россия: национальные интересы в глобальном контексте: Материалы Российской научной конференции.– М.: Изд-во РГГУ, 2001.— С. 148 - 151. (0, п.л.) 14. Гриценко Г.Д. Идея права в русской философии // Политические, пра вовые, социальные и экономические проблемы современного российского об щества: Материалы VII научно-практической конференции. Т. 1.— Ставрополь:

Изд-во Ставропольского института им. В.Д. Чурсина, 2001.— С. 77 - 79. (0, п.л.) 15. Гриценко Г.Д. Правосознание и менталитет: проблемы взаимообу словленности // Актуальные проблемы социогуманитарного знания: Сборник научных трудов кафедры философии МПГУ. Вып. X. — М.: Прометей, 2001. С.

87 - 95. (0,6 п.л.) 16. Гриценко Г.Д. Российский менталитет и его правовые аспекты // Со временное гуманитарное знание о проблемах социального развития: Материалы VIII годичного научного собрания Северо-Кавказского социального институ та.— Ставрополь: Ставропольсервисшкола, 2001.— С. 316 - 321. (0,5 п.л.) 17. Гриценко Г.Д. Понимание права: современные подходы к проблеме // Актуальные проблемы российского права на рубеже XX – XXI веков: Материа лы Международной научно-практической конференции.– Пенза, 2002.— С. 3 - 6. (0,4 п.л.) 18. Гриценко Г.Д. Современное состояние познания права // Современное гуманитарное знание о проблемах социального развития: Сборник научных трудов. Ч. 2.—М.: Илекса, 2002.— С. 19 - 27. (1,0 п.л.) 19. Гриценко Г.Д. Право как социальная ценность: проблемы общего и особенного // Актуальные проблемы социогуманитарного знания: Сборник на учных трудов кафедры философии МПГУ. Вып. X. — М.: Прометей, 2002.— С.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.