WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

На правах рукописи

ГОНОЧЕНКО Олег Алексеевич УГОЛОВНО-ПРАВОВЫЕ СРЕДСТВА ЗАЩИТЫ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ ОТ СЕКСУАЛЬНОГО СОВРАЩЕНИЯ И СЕКСУАЛЬНОЙ ЭКСПЛУАТАЦИИ 12. 00. 08 – уголовное право и криминология;

уголовно-исполнительное право А В Т О Р Е Ф Е Р А Т диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Ставрополь, 2004 2

Работа выполнена на кафедре уголовного права Ставропольского государственного университета

Научный консультант: доктор юридических наук, доцент Блинников Валерий Анатольевич

Официальные оппоненты: доктор юридических наук, заслуженный юрист РФ Тащилин Михаил Тихонович кандидат юридических наук, доцент Орлов Владислав Николаевич

Ведущая организация: Ростовский юридический институт МВД РФ

Защита состоится «» марта 2004 г. в «_» ч. на заседании диссертационного совета КМ 212.256.03 при Ставропольском государственном университете по адресу: 355009, г. Ставрополь, ул.

Пушкина, д. 1-а, ауд. 416.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Ставропольского государственного университета.

Автореферат разослан «_» февраля 2004 г.

Ученый секретарь диссертационного совета Т. И. Демченко

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы диссертационного исследования обусловлена крайне тревожной ситуацией, возникшей в России в связи с соблюдением прав ребенка. Несмотря на то, что в направлении обеспечения прав детей в последнее время предприняты весьма значительные шаги (ратифицированы основные международные документы, посвященные защите детей, законодательно закреплены права детей, гарантированные Конвенцией о правах ребенка, приняты федеральные законы «Об основных гарантиях прав ребенка в РФ», «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних», разработана и реализуется федеральная программа «Дети России», в ряде субъектов федерации учреждены посты уполномоченного по правам ребенка и т. д.), положение с реальным соблюдением прав ребенка оставляет желать лучшего.

Ярким свидетельством грубого попрания прав и законных интересов детей являются совершенные против них преступные посягательства.

Официальная статистика демонстрирует, что в общей структуре преступности преступления против несовершеннолетних, предусмотренные главой 20 УК РФ и статьями 134, 135 УК РФ, составляют всего порядка двух процентов. Однако незначительная доля этих преступлений не может служить фактором успокоения, в виду высокой социальной опасности соответствующих преступлений. Как известно, несовершеннолетние – носитель генофонда нации, ее потенций;

их нравственным и физическим здоровьем напрямую определяются возможности прогрессивного развития общества. В силу чего охрана детей является отражением естественной функции самосохранения общества;

задачей настолько важной, что необходимость ее выполнения закреплена в Конституции России (ст. 38).

Соблюдение прав детей в повседневной практике отражает не только состояние законности и правопорядка в государстве, оно свидетельствует также о нравственных приоритетах общества, уровне его нравственного развития.

Современная ситуация показывает, что в России на фоне проводимых преобразовании в социально-экономической, политической и иных сферах жизни общества, ее демократизации и гуманизации наблюдается падение нравственных принципов и ориентиров. Особую тревогу вызывает тот факт, что эти серьезные сдвиги отмечены в сознании и стереотипах сексуального поведения.

Удовлетворение деформированных сексуальных потребностей все чаще осуществляется противоправными способами, жертвами преступных посягательств все чаще становятся несовершеннолетние. При этом, как показывает практика, на фоне сокращения регистрации собственно сексуальных преступлений против несовершеннолетних, заметна тенденция роста регистрации фактов совершения преступлений, связанных с проституцией и порнографией, то есть с «сексуальным бизнесом», что является отражением «коммерциализации» детской сексуальности и втягиванием ее в орбиту профессиональной и организованной преступности.

Такое положение дел не может не вызывать тревогу криминологов и ювенологов. Конвенция ООН о правах ребенка четко зафиксировала право ребенка на защиту от сексуального совращения и всех форм сексуальной эксплуатации. Это требует от государства и общественных структур приложения максимум усилий к его соблюдению, не в последнюю очередь это относится к обеспечению качества, согласованности, криминологической и научной обоснованности уголовного законодательства.

Важным шагом в деле соблюдения права ребенка на защиту от сексуального совращения и сексуальной эксплуатации стало изменение и дополнение УК РФ Законом от 08. 12. 2003 г., включившим ряд принципиально новых положений на этот счет;

однако еще не проанализированных отечественной правовой наукой. Невысокая результативность мер борьбы с преступлениями, нарушающими право несовершеннолетнего на защиту от сексуального совращения и сексуальной эксплуатации, заставляет ученых и практиков вновь и вновь анализировать имеющийся научный потенциал, положительный опыт решения проблемы, возвращаться к истории уголовно-правовой оценки соответствующих деяний, к опыту зарубежных стран, совершенствовать старые и искать новые формы работы по их предупреждению.

Степень научной разработки проблемы уголовно-правовой борьбы с сексуальным совращением и сексуальной эксплуатацией несовершеннолетних, к сожалению, нельзя признать достаточной. В отечественной науке, пожалуй, лишь концепции П. И. Люблинского (1925) и А. Н. Игнатова (1969, 1974) включали в предмет борьбы с преступлениями против половой нравственности не только нормы о собственно половых преступлениях, но и о преступлениях, сопутствующих и содействующих сексуальной эксплуатации взрослых и несовершеннолетних. Однако работы данных исследователей были выполнены в период действия уголовного законодательства РСФСР 20-х и 60-х годов, а потому объективно не учитывают ни обновления УК РФ, ни изменившихся социальных условий;

кроме того, в них проблемы защиты несовершеннолетних от сексуального совращения и сексуальной эксплуатации, хотя и занимают достойное место, тем не менее, не являются предметом самостоятельного анализа.

В современной доктрине уголовного права нет исследований, в которых проводился бы анализ всего комплекса норм нового уголовного законодательства, ориентированных на борьбу с совращением и эксплуатацией несовершеннолетних.

Однако отдельные сегменты обозначенной темы, безусловно, получили освещение на страницах юридической печати. Так, проблемы конструирования и квалификации преступлений против несовершеннолетних были в центре внимания Н. И. Трофимова, В. С. Савельевой, К. К.

Сперанского, И. Н. Туктаровой, Ю. Е. Пудовочкина, В. Ф. Белова, В. М.

Волошина, А. И. Милевского и др. Вопросам противодействия сексуальным преступлениям против несовершеннолетних были посвящены работы А. Н.

Игнатова, Я. М. Яковлева, А. П. Дьяченко, М. А. Коневой, Д. Е.

Васильченко,Г. П. Краснюк, Г. А. Егошиной и др. Изучение уголовно правовых и иных средств борьбы с проституцией и порнографией проводилось В. В. Бабошиным, С. Н. Красулей, Н. И. Кузнецовой, Н. А.

Авериной, О. А. Булгаковой и др.

Указанные работы содержат богатый в познавательном отношении материал. Они сыграли заметную роль в процессе реформирования российского уголовного законодательства, моделируя ряд предложений по его совершенствованию. Однако, в них, во-первых, отсутствует понимание права несовершеннолетнего на защиту от сексуального совращения и сексуальной эксплуатации как самостоятельного объекта, требующего всесторонней охраны, во-вторых, не создана целостная концепция уголовно правового обеспечения этого права;

в-третьих, отсутствует анализ последних (декабрь 2003 г.) изменений уголовного законодательства. Это позволяет говорить о наличии определенного пробела в теоретическом анализе проблемы и актуализирует выбор темы диссертационного исследования.

Объект диссертационного исследования определялся нами, исходя, из имеющихся пробелов в научном осмыслении избранного направления исследования. В качестве него мы обозначили ту группу общественных отношений, которые возникают в связи с созданием и реализацией уголовно правовых норм, обеспечивающих право несовершеннолетнего на защиту от сексуального совращения и сексуальной эксплуатации, правовое регулирование которых вызывает существенные теоретические и практические проблемы.

Предмет диссертационного исследования представляет собой совокупность уголовно-правовых норм действующего российского законодательства, ориентированных на защиту несовершеннолетних от сексуального совращения и сексуальной эксплуатации (ст. 1271, 134, 135, 240, 241, 242, 2421 УК РФ), соответствующие им аналоги в истории отечественного права (в том числе положения статей 151, 152 УК РФ в редакции до 08. 12. 2003 г.), практика их применения и юридическая литература по проблемам их толкования и совершенствования.

Нормативной основой диссертационного исследования выступают предписания международного и национального законодательства. В частности, нами были проанализированы положения Конвенции ООН о правах ребенка (1989 г.), Второго Факультативного протокола к этой Конвенции (2000 г.), Конвенции относительно рабства (1926 г.), Конвенции о борьбе с торговлей людьми и эксплуатацией проституцией третьими лицами (1950 г.), Конвенции о пресечении обращения порнографических изданий и торговли ими (1923 г.), Конвенции МОТ о запрещении и немедленных мерах по искоренению наихудших форм детского труда ( г.), Рекомендаций Комитета министров совета Европы государствам - членам относительно эксплуатации секса в целях наживы, порнографии, проституции, торговли детьми и несовершеннолетними (1991 г.) и др.

Национальное законодательство представлено предписаниями Конституции РФ (1993 г.), Уголовного Кодекса России (1996 г.), Закона «Об основных гарантиях прав ребенка в РФ» (1998 г.) и др.

Обеспечивая историко-правовые аспекты темы, нами были привлечены для изучения: Русская Правда, Судебники XIV – XV в., Соборное Уложение, Воинские Артикулы, Уложение о наказаниях уголовных и исправительных, Уголовное Уложение, УК РСФСР.

Теоретическая основа диссертационного исследования включает в себя совокупность достижений отечественной правовой мысли по концептуальным проблемам ювенального и уголовного права.

В частности, по вопросам понимания прав ребенка в международном и национальном праве, проблемам сексуального воспитания несовершеннолетних и сексологии нами были изучены работы Н. Б.

Егоровой, Э. Б. Мельниковой, А. М. Нечаевой, Л. Ю. Голышевой, И. С. Кона, С. И. Голода, Ю. М. Орлова и др.

В основе авторского понимания теории состава преступления и теории уголовной ответственности – работы классиков и современников отечественного уголовного права: А. И. Бойцова, Р. Р. Галиакбарова, Л. Д, Гаухмана, Л. В. Иногамовой-Хегай, И. И. Карпеца, М. И. Ковалева, А. П.

Козлова, Н. И. Коржанского, Г. Г. Криволапова, Л. Л. Кругликова, В. Н.

Кудрявцева, Н. Ф. Кузнецовой, Т. А. Лесниевски-Костаревой, А. А.

Лохвицкого, В. В. Лунеева, А. В. Наумова, Б. С. Никифорова, Н. И.

Пикурова, А. И. Рарога, Н. С. Таганцева, А. А. Тер-Акопова, А. Н. Трайнина, М. Д. Шаргородского и др.

Основой изучения непосредственно составов преступлений против половой неприкосновенности несовершеннолетних и общественной нравственности послужили труды А. Н. Игнатова, А. П. Дьяченко, Я. М.

Яковлева, Ю. Е. Пудовочкина, М. А. Селезнева, Г. П. Краснюк, Г. А.

Егошиной, М. А. Ефимова, О. А. Булгаковой и др.

Эмпирическую основу диссертационного исследования составили материалы проведенного автором социологического опроса, в котором приняли участие 80 практикующих юристов и 70 научных работников, опубликованные статистические данные о состоянии преступности в Российской Федерации, данные Управления Судебного Департамента при Верховном Суде РФ по Ставропольскому краю о количестве изучаемых преступлений в регионе и числе осужденных за их совершение лиц. Были также изучены материалы 130 уголовных дел, рассмотренных судами г.

Ставрополя по обвинению в анализируемых преступлениях.

Методологическая основа диссертационного исследования определяется современными требованиями, предъявляемыми к научным исследованиям. Универсальным методом любого научного исследования является диалектика, предъявляющая к процессу изучения правовых явлений требования объективности, всесторонности, комплексности и конкретности истины. В качестве теории среднего уровня был применен системный подход, позволяющий рассмотреть нормы об охране сексуальной безопасности несовершеннолетних в качестве определенной системы правовых предписаний, взаимосвязанных и подчиненных решению одной задачи;

а также рассмотреть проблемы соотношения международного и национального законодательства в анализируемой области.

Основными частнонаучными методами, использованными в работе, являются: догматический, позволяющий раскрыть реальное содержание нормативных предписаний;

социологический, дающий возможность оценить адекватность нормативных предписаний потребностям общества;

историко правовой, предполагающий рассмотрение одного и того же правового института в его исторической динамике в рамках одной правовой системы.

Цель диссертационного исследования состоит в том, чтобы на основе современных методов научного познания социально-правовых явлений разработать приемлемые предложения по оптимизации российского уголовного законодательства в части обеспечения им права несовершеннолетнего на защиту от сексуального совращения и сексуальной эксплуатации.

Достижение поставленной цели обусловило постановку и решение следующих основных задач:

1. обосновать ценность права несовершеннолетнего на защиту от сексуального совращения и сексуальной эксплуатации в качестве объекта уголовно-правовой охраны;

2. определить систему уголовно-правовых норм о защите права несовершеннолетнего на защиту от совращения и сексуальной эксплуатации, исходя из международно-правового понимания содержания данного права;

3. проследить эволюцию нормативных предписаний относительно защиты сексуальной неприкосновенности несовершеннолетних и общественной нравственности в отечественном уголовном законодательстве;

4. дать толкование действующего российского законодательства об ответственности за половые преступления против несовершеннолетних, преступления, направленные на содействие эксплуатации проституции несовершеннолетних, преступления, связанные с изготовлением и оборотом порнографических предметов и материалов;

5. разработать предложения по усовершенствованию отечественного законодательства в части регламентации ответственности за посягательства на сексуальное и нравственное развитие несовершеннолетних Указанными целями и задачами определяется структура диссертационного исследования, которое состоит из введения, двух глав, заключения и библиографии.

Основные положения, выносимые на защиту, могут быть сформулированы следующим образом:

1. Либерализация сексуальной морали, наблюдаемая на всем протяжении российской (и мировой) истории, практически не влияет на установление запретов в сфере защиты детей от сексуального совращения и сексуальной эксплуатации;

со временем изменяется только степень уголовно правового вмешательства государства в регулирование сексуальных отношений в обществе.

2. Полноценная система норм о защите детей от сексуального совращения и сексуальной эксплуатации, включавшая предписания относительно запрета собственно сексуальных посягательств, содействия проституции и эксплуатации проституции несовершеннолетних возникла в России в середине XIX столетия, как ответ на вызванную развитием капитализма пауперизацию определенной части населения и втягивание несовершеннолетних в индустрию сексуальных развлечений.

3. Общественные отношения, гарантирующие несовершеннолетнего от совращения и эксплуатации, имеют комплексный характер, в силу чего часть из них охраняется УК в качестве основного объекта, другая часть – в качестве дополнительного или факультативного. При совершении развратных действий и полового сношения с лицом, не достигшим 16 летнего возраста, основным видовым объектом выступает та часть отношений, которая обеспечивают защиту несовершеннолетнего от сексуального совращения;

при обороте порнографических предметов или материалов с участием несовершеннолетних основным объектом выступают отношения, обеспечивающие защиту несовершеннолетнего от сексуальной эксплуатации.

В преступлениях, предусмотренных ст. 1271, 240, 241 УК, основным объектом выступают отношения, обеспечивающие свободу личности или соблюдение общепринятых нравственных норм, а отношения, гарантирующие защиту несовершеннолетнего от сексуальной эксплуатации, выступают в качестве дополнительного объекта.

4. Совершенствование норм о половых преступлениях против несовершеннолетних может предполагать: включение их в главу 20 УК в соответствии с истинным содержанием основного объекта посягательства;

приведение в соответствие названия и содержания статьи 134 УК;

повышение возраста потерпевшего в ст. 134 УК до 18 лет с одновременной трансформацией данного состава преступления по типу материального;

ограничение понимания развратных действий в ст. 135 УК исключительно бесконтактными действиями;

дифференциацию ответственности за преступления, предусмотренные ст. 134, 135 УК РФ, в случае их совершения родителем, педагогом или иным лицом, на котором лежат обязанности по воспитанию, надзору или содержанию несовершеннолетнего.

5. Совершенствование нормы о противодействии распространению порнографических предметов или материалов может предполагать:

расширение сферы применения данной статьи за счет криминализации изготовления и оборота не только порнографических, но и иных непристойных предметов или материалов;

дифференциацию ответственности за распространение этих предметов среди несовершеннолетних;

криминализацию изготовления, хранения, перемещения непристойных предметов или материалов с изображением несовершеннолетних независимо от цели;

криминализацию рекламирования деятельности по изготовления непристойных материалов;

криминализацию перевозки порнографических изображений с несовершеннолетними независимо от факта пересечения границы.

6. Характеристика уголовно-правовых норм, ориентированных на защиту несовершеннолетних от проституции, позволяет утверждать, что в целом они соответствуют поставленной задаче всемерной охраны несовершеннолетних от сексуального совращения и сексуальной эксплуатации. Редакции действующих статей 1271, 240, 241 УК РФ не вызывают серьезных нареканий. В качестве направлений по совершенствованию уголовного законодательства в этой части возможны: 1) уточнение редакции ч. 1 ст. 240 УК с тем, чтобы ответственность наступала за систематическое вовлечение в проституцию;

2) расширение сферы применения ч. 3 ст. 240 и ч. 2, 3 ст. 241 за счет исключения слова «заведомо» из текста статей.

Изложенные положения раскрывают конкретное содержание новизны диссертационного исследования. В целом же, отметим, что предлагаемая работа восполняет определенный пробел в изучении проблем борьбы с преступлениями против несовершеннолетних и преступлениями против общественной нравственности. Она является первым исследованием, в котором на монографическом уровне: 1) обоснована ценность такого объекта уголовно-правовой охраны, как право несовершеннолетнего на защиту от сексуального совращения и сексуальной эксплуатации;

2) проанализировано существенно обновленное в декабре 2003 года отечественное уголовное законодательство на предмет адекватности отражения международных требований относительно защиты прав несовершеннолетних;

3) создана авторская модель системы уголовно-правовой охраны права несовершеннолетнего на защиту от сексуального совращения и сексуальной эксплуатации.

Теоретическая ценность диссертационного исследования заключается в том, что его идеи и результаты могут расцениваться в качестве нового направления в уголовно-правовых исследованиях, предполагающего выявление адекватности Российского уголовного законодательства основным международным принципам и задачам обеспечения безопасности детства.

Диссертация может служить теоретическим обоснованием концепции уголовно-правовой охраны права несовершеннолетнего на защиту от сексуального совращения и сексуальной эксплуатации, поскольку в ней через призму учения об объекте преступления раскрыто содержание одного из важнейших прав несовершеннолетних;

определен круг уголовно-правовых норм, направленных на его охрану;

определено соответствие российского уголовного законодательства мировым стандартам и социальным потребностям в части обеспечения сексуальной неприкосновенности несовершеннолетних и общественной нравственности;

решены вопросы уголовно-правовой квалификации соответствующих преступлений;

намечены ориентиры совершенствования российского уголовного законодательства.

Практическая значимость диссертационного исследования определяется возможностью использования его результатов в законодательной деятельности по совершенствованию российского уголовного права, в правоприменительной практике при квалификации преступных посягательств на несовершеннолетних и общественную нравственность, в учебном процессе при преподавании курса Особенной части уголовного права России, при чтении специализированных курсов «Уголовно-правовая охрана несовершеннолетних», «Уголовно-правовая охрана общественной нравственности», в дальнейших научных исследованиях проблем обеспечения безопасности детства.

Значимость выводов и предложений, сделанных в диссертации, подтверждается их апробацией. Они неоднократно обсуждались на заседаниях кафедры уголовного права Ставропольского государственного университета, на проводимых в СГУ научных и научно-практических конференциях, отражены в опубликованных работах автора.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность избранной темы исследования, определяется объект и предмет научного анализа, приводятся сведения о степени его научной разработанности, характеризуются теоретическая, эмпирическая и методологическая основы диссертации, формулируются основные положения, выносимые на защиту, доказывается их научная новизна, теоретическая и практическая значимость.

Глава первая «Теоретические и историко-правовые аспекты изучения проблем уголовно-правовой охраны права несовершеннолетнего на защиту от сексуального совращения и сексуальной эксплуатации» состоит из двух параграфов и посвящена анализу развития отечественного уголовного законодательства об ответственности за сексуальное совращение и сексуальную эксплуатацию несовершеннолетнего, а также теоретическому обоснованию права несовершеннолетнего на защиту от сексуального совращения сексуальной эксплуатации в качестве объекта уголовно-правовой охраны.

Изучение историко-правовых документов (Церковных уставов Великих князей, Русской Правды, Стоглава, Соборного Уложения, Воинских Артикулов, Уложения о наказаниях уголовных и исправительных, Уголовного Уложения, Декрета о делах несовершеннолетних, обвиняемых в общественно опасных действиях, Инструкции Комиссии по делам несовершеннолетних, Уголовных Кодексов РСФСР), выполненное на фоне краткого анализа правового статуса ребенка в русском обществе и уровня его нравственной и сексуальной свободы, позволило нам установить, что полноценная система норм о защите детей от сексуального совращения и сексуальной эксплуатации возникла в России в середине XIX столетия.

В истории данной группы предписаний первоначально появляются нормы о запрете сексуальных отношений с детьми (с X века), причем на первых порах в основе криминализации этих отношений был не возраст ребенка, а степень его родства с виновным, что объяснялось естественным стремлением общества к самосохранению и генетической чистоте;

этим же стремлением детерминировались положения о запрете брачных отношений между ближайшими родственниками. При этом, формулируя запреты, законодатель не признавал ребенка самостоятельным объектом уголовно правовой охраны, а нормы, его защищавшие, как правило, в качестве основного социального назначения имели охрану иных интересов и ценностей. Значительная часть интересов несовершеннолетних оставалась за рамками уголовно-правовой охраны, что являлось свидетельством имевшейся иерархичности общественных отношений, социальных благ и интересов.

Возникновение проституции как социального феномена повлекло за собой и борьбу государства с нею, в том числе и уголовно-правовыми мерами, причем специфика России состоит в том, что в ней никогда не предусматривалась уголовная ответственность собственно за занятие проституцией, правовая борьба с ней велась посредством воздействия на такие явления как сводничество, притоносодержание (с XVII века), похищение для занятия проституцией и развратом (с XVIII века), вербовка для занятий проституцией (с XIX века). Поскольку к моменту возникновения и распространения профессиональной проституции социальный статус ребенка в русском обществе существенным образом изменился в лучшую сторону (ребенок из бесправного объекта родительской власти превратился в объект сосредоточения государственных усилий по улучшению его положения), то государство всеми силами стремилось изъять несовершеннолетних из сферы коммерческого секса.

Система уголовно-правовых норм об охране сексуальной безопасности и нравственности несовершеннолетних, сложившаяся во второй половине XIX – начале XX века, включала в себя предписания относительно наказуемости таких деяний, как: развращение родителями, опекунами и иными ответственными за воспитание несовершеннолетних лицами нравственности детей и потворство их разврату;

сводничество «для непотребства» своих детей;

сутенерство, растление, обольщение, мужеложство.

Данная система в силу объективной потребности общества в защите несовершеннолетних не претерпела существенных изменений в связи с революцией 1917 года. Советским законодателем были лишь уточнены признаки некоторых составов преступлений: введена ответственность за вовлечение несовершеннолетнего в проституцию независимо от наличия родственных или иных особых отношений виновного с потерпевшим;

дифференцирована ответственность за половое сношение с лицом, не достигшим половой зрелости в зависимости от способа удовлетворения половой страсти;

криминализированы случаи заключения брака с лицом, не достигшим половой зрелости;

установлена ответственность за создание и распространение порнографических предметов.

Либерализация сексуальной морали, наблюдаемая на всем протяжении российской (и мировой) истории, практически не повлияла на установление запретов в сфере защиты детей от сексуального совращения и сексуальной эксплуатации.

Осознавая необходимость защиты физического и нравственного здоровья детей в сфере сексуальных отношений мировое сообщество, приняв Конвенцию ООН о правах ребенка, Второй факультативный протокол к ней, взяло на себя обязательства принимать все необходимые меры с целью защиты ребенка от всех форм физического или психологического насилия, оскорбления или злоупотребления, отсутствия заботы или небрежного обращения, грубого обращения или эксплуатации, включая сексуальное злоупотребление со стороны родителей, законных опекунов или любого другого лица, заботящегося о ребенке;

оно обязалось защищать ребенка от всех форм сексуальной эксплуатации и сексуального совращения и применять все необходимые меры для предотвращения: а) склонения или принуждения ребенка к любой незаконной сексуальной деятельности;

б) использования в целях эксплуатации детей в проституции или в другой незаконной сексуальной практике;

в) использования в целях эксплуатации детей в порнографии и порнографических материалах.

Содержание права на защиту от сексуального совращения и сексуальной эксплуатации детей не имеет на сегодняшний день четко установленного содержания. Как представляется, его содержание следует устанавливать, исходя из предписаний упомянутой Конвенции. Оно, как и всякое субъективное право, включает в себя возможность определенного состояния или поведения управомоченного лица. В рассматриваемом случае речь должна идти о состоянии половой неприкосновенности несовершеннолетнего, которая предполагает изъятие его до достижения определенного возраста из сферы сексуальных отношений с взрослыми людьми и исключение его из сферы сексуальной индустрии. Этому праву - состоянию несовершеннолетнего корреспондирует обязанность взрослых лиц воздержаться от сексуальных контактов с несовершеннолетним до достижения им 16-летнего возраста, не совершать в отношении них развратных действий, не вовлекать их в проституцию и не извлекать выгоды из проституции несовершеннолетних или их сексуальности. Как нам представляется, отношения по поводу половой неприкосновенности несовершеннолетних могут возникать только между ними и взрослыми, совершеннолетними людьми. Во взаимоотношениях со сверстниками – несовершеннолетними, последние не наделены правом на защиту от совращения и эксплуатации.

Заметим, что содержание прав и обязанностей участников рассматриваемых отношений носит исторический характер и во многом зависит от уровня сексуальной свободы и состояния половой морали в обществе. Считаем, что в современных условиях в качестве безусловных основ сексуальной жизни следует признать: добровольность и осознанность сексуального общения, непричинение собственным сексуальным поведением вреда общественной нравственности, исключение из сферы сексуального общения совершеннолетних лиц детей в возрасте до 16 лет, запрет на сексуальные контакты родителей и детей. Соблюдение указанных принципов в процессе сексуального общения позволяет отграничивать приемлемое от осуждаемого;

устанавливает определенные рамки правового (уголовно правового) вмешательства в регулирование сексуальных отношений.

В силу высокой общественной опасности посягательств на общественные отношения, возникающие при реализации права несовершеннолетнего на защиту от сексуального совращения и эксплуатации, их правовые последствия устанавливаются в уголовном законодательстве, а сами эти отношения признаются объектом уголовно правовой охраны.

В российском уголовном праве содержится несколько норм, социальное предназначение которых состоит в предупреждении сексуального совращения и сексуальной эксплуатации лиц, не достигших совершеннолетия. Речь идет о таких преступлениях, как торговля несовершеннолетними в целях их эксплуатации (ст. 1271), половое сношение или иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим 16 летнего возраста (ст. 134), развратные действия (ст. 135), вовлечение несовершеннолетнего в проституцию (ст. 240), организация занятия проституцией (ст. 241), незаконное распространение порнографических материалов или предметов (ст. 242), изготовление и оборот порнографических предметов или материалов с порнографическими изображениями несовершеннолетних (ст. 2421). Однако в указанных посягательствах общественные отношения, гарантирующие несовершеннолетнего от совращения и эксплуатации, не являются самостоятельным объектом уголовно-правовой охраны. В силу комплексного характера самих этих отношений, часть из них охраняется в качестве основного объекта, другая часть – в качестве дополнительного или факультативного.

Вторая глава «Ответственность за нарушение права несовершеннолетнего на защиту от сексуального совращения и сексуальной эксплуатации по действующему российскому законодательству» посвящена уголовно-правовой характеристике составов преступлений, предусмотренных статьями 1271, 134, 135, 240, 241, 242, УК РФ и состоит из трех параграфов.

Изучая положения УК РФ об ответственности за ненасильственные половые преступления против несовершеннолетних, мы пришли к выводу, что с точки зрения верного выражения социальной сущности преступления, целесообразней считать их основным видовым объектом нормальное половое развитие лиц, не достигших совершеннолетия. В связи с чем автор присоединяется к мысли ученых (Д. Е. Васильченко, Ю. Е. Пудовочкин), предлагающих включить данные предписания в главу 20 УК РФ.

Один из сложных вопросов характеристики половых преступлений против несовершеннолетних – это возраст потерпевших. Мы полагаем, что законодателю следует вернуться к имевшей место в УК РСФСР различной характеристике потерпевших от преступлений, предусмотренных ст. 134 и ст. 135 УК, однако не за счет снижения возраста потерпевшего от развратных действий, а за счет повышения возраста потерпевшего от полового сношения или иных действий сексуального характера. С таким предложением высказали согласие 68% респондентов. Считаем, что законодателю следует поднять «возраст согласия» в УК РФ до 18 лет. Однако для того, чтобы избежать фактов осуждения за половые сношения, не причинившие вреда несовершеннолетним, считаем возможным преобразовать анализируемый состав из формального в материальный (последствия в виде вреда интересам несовершеннолетнего могут быть выражены в виде физической, психической, эмоциональной травмы ребенка). В процессе проведения исследования с таким предложением согласились 70% опрошенных респондентов.

Совершенствование нормы ст. 134 УК должно предполагать приведение в соответствие названия и содержания статьи данной статьи.

Полагаем, что правовые последствия совершения любых ненасильственных действий сексуального характера с лицом до 16 лет должны быть идентичны, что требует включения в текст диспозиции ст. 134 указания на «иные действия сексуального характера».

Объективную сторону преступления, предусмотренного ст. 134 УК РФ, образуют: традиционное половое сношение, любые формы мужского или женского гомосексуализма, а также иные действия, связанные либо не связанные с сексуальным проникновением, которые затрагивают генитальную сферу потерпевшего (и при этом не содержат признаков иного боле тяжкого преступления), либо, будучи совершенными с целью удовлетворения полового влечения, не затрагивают ее. Такое понимание содержания объективных признаков данного ставит вопрос об отграничении его от состава развратных действий. В его решении нам кажется плодотворной подтверждаемая Верховным Судом1 идея считать все контактные развратные действия «иными действиями сексуального характера».

При таком решении вопроса объективная сторона состава развратных действий с малолетним будет ограничена совершением исключительно бесконтактных, интеллектуальных развратных действий. При этом отграничение развратных действий от состава распространения порнографических предметов и материалов среди несовершеннолетних следует проводить по характеристике самих действий и содержанию умысла виновного лица. Действия в ст. 135 УК носят развращающий, выраженный сексуальный характер. Распространение же порнографии может быть и не связано с действиями сексуального содержания, преследовать исключительно корыстные цели, когда субъект не заинтересован в личности несовершеннолетнего;

когда он действует не по личным, а по корыстным мотивам. Кроме того, распространением порнографических предметов или материалов так называемые интеллектуальные развратные действия не См.: Обзор судебной практики Верховного Суда РФ за II квартал 1999 г., утвержденный Постановлением Президиума Верховного Суда РФ 06.10.1999 г. // Консультант: Судебная практика.

исчерпываются;

они могут состоять в различного рода циничных беседах, в совершении полового сношения, актов мужеложства, лесбиянства, иных действий сексуального характера в присутствии малолетних, научении малолетних тем или иным действиям сексуального характера и т. д. Таким образом, развратные действия и распространение порнографических предметов или материалов являются пересекающимися, но не совпадающими действиями, имеющими различную социальную направленность, различный объект и мотивацию, в связи с чем требующими самостоятельной квалификации.

Действующие редакции ст. 134 и 135 УК не дают оснований для сомнения в их субъективных признаках – виновный должен достоверно знать возраст потерпевшего, поскольку последний для него «заведомо» не достиг 16 лет. Мы полагаем, что такое решение вряд ли оправданно и обосновано социальными потребностями надлежащей охраны лиц, не достигших совершеннолетия. Заметим, что ни в одном из составов преступлений против несовершеннолетних, предусмотренных главой 20 УК РФ, закон не требует заведомости несовершеннолетия потерпевшего. Такое указание содержится лишь в составах ненасильственных половых преступлений против несовершеннолетних, составе привлечения заведомо несовершеннолетних к участию в порнографических представлениях и в составах, где несовершеннолетие потерпевшего выступает в качестве квалифицирующего признака, исключение составляет только состав наемничества (ст. 359 УК).

При этом нет никакой зависимости между характером и степенью опасности деяния и указанием на заведомость его совершения в отношении несовершеннолетнего. Такое положение дел представляется неправомерным.

На наш взгляд, современный законодатель существенно ослабил защиту несовершеннолетних, введя указание на заведомость в соответствующие составы преступлений, особенно это касается несовершеннолетних хорошо развитых физически или находящихся в возрасте, близком к совершеннолетию. Стремясь к соблюдению принципа вины и созданию гарантий законности в отношении лица, совершившего преступление, законодатель не учитывает требований принципа гуманизма, в той его части, которая гарантирует защиту безопасности человека уголовным законодательством России, практически игнорирует положения ст. Конституции России о том, что человек, его права и свободы является высшей ценностью в РФ. Учитывая сказанное, считаем возможным предложить законодателю отказаться от указания на заведомость несовершеннолетия в характеристике потерпевшего. Примечательно, что с указанным предложением выразили свое согласие 59% опрошенных респондентов.

Дифференциация ответственности за преступления, предусмотренные ст. 134, 135 УК РФ требует ее усиления в случае их совершения родителем, педагогом или иным лицом, на котором лежат обязанности по воспитанию, надзору или содержанию несовершеннолетнего.

С учетом изложенного нами предлагается следующая редакция анализируемых преступлений:

Статья 134. Половое сношение и иные действия сексуального характера с несовершеннолетним 1. Половое сношение, мужеложство, лесбиянство или иные действия сексуального характера, совершенные лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, с лицом, не достигшим восемнадцатилетнего возраста, причинившие вред интересам несовершеннолетнего, - наказываются...

2. То же деяние, совершенное родителем, педагогом или иным лицом, на которое были возложены обязанности по воспитанию, надзору или содержанию несовершеннолетнего, - наказывается...

Статья 135. Развратные действия 1. Совершение развратных действий, не являющихся половым сношением, мужеложством, лесбиянством или иными действиями сексуального характера, без применения насилия в отношении лица, не достигшего четырнадцатилетнего возраста, - наказывается...

2. То же деяние, совершенное родителем, педагогом или иным лицом, на которое были возложены обязанности по воспитанию, надзору или содержанию несовершеннолетнего, - наказывается...

Далее в работе анализируется составы изготовления и распространение порнографических предметов и материалов.

Следует согласиться с мнением юристов (А. Ахмадуллин), что любой из видов деятельности, предметом которых является порнография, запрещен на территории Российской Федерации. Если государство разрешает производство или распространение материалов или предметов, содержащих изображения сексуальной жизни, следовательно, оно не признает эти предметы или материалы порнографическими, они могут носить лишь эротический характер. Порнография незаконна по определению, а потому законодателю следует отказаться от характеристики действий с порнографией в ст. 242 УК как незаконных (с таким предложением согласились 80% опрошенных респондентов). При таком подходе из содержания объекта рассматриваемого преступления будут исключены экономические отношения, а его социальная направленность будет определяться посягательством только на общественную нравственность.

Несмотря на то, что общепризнанным фактом является повышенная общественная опасность распространения порнографии среди несовершеннолетних, уголовный закон, даже в новой редакции, никак не реагирует на это обстоятельство. Распространение порнографических предметов и материалов сегодня относится к группе посягательств, где право несовершеннолетнего на защиту от сексуального совращения и сексуальной эксплуатации выступает лишь в качестве факультативного объекта. На наш взгляд, такое положение дел является неприемлемым;

90% опрошенных в ходе социологического исследования респондентов высказались за создание квалифицированного состава преступления, предусмотренного ст. 242 УК, по признаку возраста потерпевшего. Оно в данном случае оправдывается наличием дополнительного объекта – общественных отношений, охраняющих нормальное нравственное, половое развитие несовершеннолетнего;

высокой степенью распространенности фактов распространения порнографии среди несовершеннолетних;

их повышенной общественной опасностью;

недостаточностью и неадекватностью санкции ст.

242 УК для решения проблем, связанных с распространением порнографии среди несовершеннолетних.

Совершенствование нормы о противодействии распространению порнографических предметов или материалов может предполагать также расширение сферы применения статьи 242 за счет криминализации изготовления и оборота не только порнографических, но и иных непристойных предметов или материалов. Общим признаком для данных предметов и материалов должна выступает их асоциальная направленность, проявляющаяся в содержании, которое составляют недопустимые в обществе и осуждаемые им (либо на уровне нормативных предписаний, либо на уровне нравственных норм) формы поведения и (или) способы отображения допустимого поведения или тела человека. Иными словами, данные предметы и материалы должны отображать недопустимое и (или) допустимое недопустимым образом. Распространение сочинений, изображений и иных предметов такого рода оказывает весьма пагубное влияние на несовершеннолетних: ведет к утрате идеалов и моральных принципов в области межличностных отношений, нарушает их права, гарантированные Конвенцией ООН, создает помехи нормальному становлению социальных связей личности. В силу этого оно, несомненно, должно быть криминализировано. Характерно, что с подобным предложением согласились 80% опрошенных в ходе социологического исследования.

Важным шагом в деле защиты несовершеннолетних от пагубного влияния порнографических сочинений стало введение в УК ст. 2421. Однако очевидная поспешность принятия соответствующего закона не позволила, на наш взгляд, законодателю учесть некоторые предписания международного права. Так в числе признаков объективной стороны состава данного преступления упоминается такое отсутствующее в ст. 242 УК действие, как хранение. Заметим, что УК РСФСР предусматривал ответственность за хранение порнографических предметов при наличии цели последующего распространения. Однако Рекомендация № R (91) 11 Комитета министров Совета Европы государствам – членам относительно эксплуатации секса в целях наживы, порнографии, проституции, торговли детьми и несовершеннолетними (09. 11. 1991 г.) предписывает в качестве одной из мер, касающейся детской порнографии, «изучать целесообразность введения уголовных санкций просто за обладание детскими порнографическими материалами».2 Как видим, цель обладания (хранения) специально не оговаривается. Однако это касается только детской порнографии. Учитывая необходимость усиленной защиты несовершеннолетних, считаем, что при криминализации хранения порнографии необходимо отразить различные варианты ответственности за хранение порнографических предметов с изображением взрослых и детей: относительно «взрослой порнографии» необходимо указать, что ее хранение должно быть наказуемо при наличии у виновного специальной цели – распространения или рекламирования порнографических предметов или материалов;

относительно же «детской порнографии» указание на такую цель не требуется. Такое предложение поддержано 75% опрошенных респондентов. Криминализация хранения детской порнографии безотносительно к цели хранения будет являться одним из средств сдерживания распространения этих предметов и материалов, поскольку будет воздействовать на «спрос». Являясь видом бизнеса, изготовление и распространение порнографии подвержено и рыночным законам спроса и предложения;

таким образом, снижая спрос посредством Сборник документов Совета Европы в области защиты прав человека и борьбы с преступностью М., 1998. С. 192 – 196.

криминальной репрессии, мы параллельно будем снижать и предложение детской порнографии. Таким образом, такое усовершенствование уголовного закона принесет двойной эффект. Будучи последовательными, следует, на наш взгляд, и по мнению 58% опрошенных, отказаться от упоминания цели в составе изготовления и перемещения через границу так называемой детской порнографии.

Действующим уголовным законодательством России, несмотря на прямое указание Конвенции 1923 года, не предусмотрена ответственность за перевозку порнографических предметов или материалов – «ввоз, провоз, вывоз». Учитывая, что эта перевозка может быть сопряжена с пересечением таможенной (государственной) границы либо не сопряжена, при ее криминализации возникает вопрос о соотношении состава перевозки с состава контрабанды. Полагаем, что законодатель имеет опыт его решения, устанавливая ответственность за контрабанду оружия (ч. 2 ст. 188 УК) и его перевозку (ст. 222 УК), контрабанду наркотиков (ч. 2 ст. 188 УК) и их перевозку (ст. 228 УК). Считаем, что наряду с включение признака перевозки в состав преступления, предусмотренного ст. 242 УК, логично включить указание на порнографические предметы или материалы в качестве предмета преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 188 УК;

одновременно следует признак перемещения через Государственную границу в ст. 2421 заменить на признак перевозки. С таким предложением высказали свое согласие 65% опрошенных респондентов.

Действием, предусмотренным ст. 2421, является также привлечение несовершеннолетних в качестве исполнителей к участию в зрелищных мероприятиях порнографического характера. По своим объективным признакам привлечение не отличается от действий по вовлечению несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий (ст. УК). Заметим лишь, что ни в ст. 151, ни в ст. 2421 не упоминается об ответственности за действия, связанные с вовлечением (привлечением) несовершеннолетних в качестве «моделей» для создания порнографических предметов или материалов с их участием. Положения ст. 2421 не позволяют однозначно установить возможность ответственности создателей порнографических произведений с участием несовершеннолетних, которые непосредственно привлекали, использовали в качестве модели в процессе создания произведения несовершеннолетнего. Такая ситуация представляется нелогичной, учитывая, что законодатель специально оговаривает ответственность тех, кто привлекает несовершеннолетних в качестве исполнителей к участию в зрелищных мероприятиях порнографического характера. В связи с этим представляется уместным дополнить ч. 1 ст. 2421 УК после слов «порнографического характера» словами «или в качестве моделей для изготовления порнографических предметов или материалов».

На основании вышеизложенного, суммируя основные рекомендации относительно совершенствования редакции ст. 242 и 2421 УК РФ, мы можем предложить собственное их видение:

Статья 242. Изготовление и распространение непристойных материалов 1. Изготовление или хранение в целях сбыта или рекламирования, рекламирование, перевозка, сбыт непристойных предметов или материалов, а равно рекламирование деятельности по изготовлению или сбыту непристойных предметов или материалов, - наказывается...

2. Сбыт или рекламирование непристойных предметов или материалов или рекламирование деятельности по изготовлению или сбыту непристойных предметов или материалов несовершеннолетним, наказывается...

Примечание:

1. Непристойными являются предметы и материалы (печатные издания, кино- или видеоматериалы, изображения или иные предметы), имеющие порнографический характер, а равно пропагандирующие культ насилия или жестокости или исключительность или неполноценность отдельных людей или их групп по какому-либо признаку.

2. Порнографическими признаются предметы или материалы, не имеющие исторической, научной, художественной или культурной ценности, которые изображают сексуальные отношения и при этом грубо нарушают общественную нравственность и выражают явное к ней неуважение.

Статья 2421. изготовление и оборот материалов или предметов с порнографическими изображениями несовершеннолетних 1. Изготовление, хранение, перевозка, распространение, публичная демонстрация или рекламирование порнографических предметов или материалов с порнографическими изображениями несовершеннолетних, а равно привлечение несовершеннолетних в качестве исполнителей для участия в зрелищных мероприятиях порнографического характера или в качестве моделей для изготовления порнографических предметов или материалов лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, наказывается...

Завершающая часть диссертации посвящена анализу преступлений, предусмотренных ст. 1271, 240, 241 УК РФ. Эти нормы ориентированы на защиту несовершеннолетних от проституции и сексуальной эксплуатации.

Исходя из требований международно-правовых норм, следует различать эти понятия. Сексуальная эксплуатация несовершеннолетних может быть и не связана с проституцией, например, при покупке несовершеннолетнего для систематического совершения действий сексуального характера или при систематическом совершении преступлений, предусмотренных ст. 134, УК. Однако действующие редакции статей 134, 135 УК РФ не позволяют в должной степени оценить опасность систематической сексуальной эксплуатации несовершеннолетнего. Не спасет ситуацию и введение в ст.

134, 135 такого квалифицирующего признака как систематичность.

Специфика сексуальной эксплуатации как общественно опасного деяния состоит в том, что ребенок низводится до положения невольника, находящегося в зависимости от своего «хозяина». Международная Конвенция относительно рабства (25. 09. 1926 г.) признает, что состояние или положение человека, над которым осуществляются атрибуты права собственности или некоторые из них, является рабством, и требует немедленных мер по отмене такого состояния и его недопущения. Исходя из этого, мы можем рассматривать сексуальную эксплуатацию несовершеннолетнего в качестве разновидности его рабства также как и эксплуатацию проституции несовершеннолетнего, а следовательно, квалифицировать соответствующие действия по ст. 1272. Эксплуатация проституции (то есть извлечение дохода от проституции третьих лиц) сегодня преследуется и в административном порядке, что, на наш взгляд, не отражает степени опасности данного деяния. Введение в УК нормы об ответственности за использование рабского труда «замыкает» круг современных уголовно-правовых предписаний о запрете содействия проституции, посредничества в проституции и потребления сексуальных услуг несовершеннолетних, а потому ст. 6.12 КОАП может быть исключена из закона.

Проблема содействия проституции несовершеннолетних решена в УК нормами об ответственности за вовлечение в проституцию, торговлю с целью сексуальной эксплуатации и организацию занятия проституцией. Проблема сводничества несовершеннолетних для проституции и потребления сексуальных услуг несовершеннолетних проституток решалась до 2004 года нормой УК об ответственности за «иные сделки» в отношении несовершеннолетнего (в частности, в форме его временной передачи за плату для совершения действий сексуального характера, которые могут носить и систематический характер). Сегодня сводничество можно рассматривать в качестве вида «деяний, направленных на организацию занятия проституцией» (ст. 241).

Характеристика уголовно-правовых норм, ориентированных на защиту несовершеннолетних от проституции, позволяет утверждать, что в целом они соответствуют поставленной задаче всемерной охраны несовершеннолетних от сексуального совращения и сексуальной эксплуатации. Редакции действующих статей 1271, 240, 241 УК РФ не вызывают серьезных нареканий. Мы можем предложить законодателю для обсуждения лишь несколько предложений по совершенствованию уголовного законодательства в этой части: 1) в ч. 1 ст. 151, в ч. 1 ст. 240 УК перед словом «вовлечение» вставить слово «систематическое», с тем чтобы разовые действия по склонению несовершеннолетних к вступлению в сексуальную связь за плату квалифицировались как соучастие в преступлении, предусмотренном ст. 134, 135 УК РФ;

2) исключить указание на заведомость несовершеннолетия потерпевшего из текста ст. 127, 1271, 240, 241 УК.

В заключении сформулированы основные выводы проведенного исследования, предлагаются авторские модели изменений уголовного законодательства России.

СПИСОК РАБОТ, ОПУБЛИКОВАННЫХ ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ 1. Гоноченко О.А. Пудовочкин Ю.Е. Защита несовершеннолетних от сексуального совращения и сексуальной эксплуатации: уголовно-правовые проблемы. Ставрополь, 2003. 15 п. л. (в соавторстве) 2. Гоноченко О.А. Некоторые аспекты уголовно-правовой борьбы с проституцией несовершеннолетних // Труды юридического факультета Ставропольского государственного университета. Ставрополь, 2003. Вып. 4.

0,2 п. л.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.