WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |   ...   | 13 |

«Кондратьев Н.Д., Яковец Ю.В., Абалкин Л. И. ...»

-- [ Страница 7 ] --

Между различными отраслями и сферами народного хозяйства существует солидарная связь, но одновременно также и известный антагонизм. При наличии этого антагонизма относительная конъюнктура неизбежно приобретает значение активного звена хозяйственного развития. Не вдаваясь в детали, ограничимся при доказательстве этого тезиса следующими замечаниями.

а) Производство в каждой отрасли его требует тех или иных затрат реального капитала. Фонд реального капитала, которым располагает общество и который может быть помещен в производство, с течением времени меняется. Однако в каждый данный момент он представляет из себя определенную и притом ограниченную величину, выступающую в качестве основного лимита размеров производства1.

Но если размеры общественного производства определяются фондом капитала, который при данном положении товарного рынка может быть использован в производственных целях, то сравнительный размер производства в отдельных отраслях определяется той долей этого фонда, которая может быть направлена именно в эти отрасли.

При таких условиях и при условии большей или меньшей свободы передвижения капитала вопрос о том, какая часть его находит применение в данной отрасли производства, определяется прежде всего относительной конъюнктурой этой отрасли. Действительно, допустим, что цены продуктов данной отрасли достигают по сравнению с ценами на другие продукты относительно более благоприятного уровня. Это может произойти или в случае более значительного подъема цен на данные товары при повышении цен других товаров, или в случае подъема их при стабильности и даже падении цен на другие товары, или в случае менее значительного падения их при понижении цен других товаров, или в случае более значительного понижения издержек производства в данной отрасли при тех же ценах, или, наконец, в случае менее значительного повышения издержек их при тех же ценах. Одним словом, исходный толчок здесь может лежать в различных условиях. Но где бы он ни лежал, раз цепы продуктов данной отрасли достигли относительно более благоприятного уровня, эта отрасль оказывается более доходной, в нее начинает притекать относительно большее количество капитала и ее продукция абсолютно и относительно расширяется. Иначе говоря, относительно высокая конъюнктура данной отрасли, обнаружившись первоначально в силу тех или иных причин в соотношении цен, оказывает затем активное воздействие на ход изменений в соотношении всех показателей этой отрасли с соответствующими показателями других отраслей и в результате превращается в относительно высокую конъюнктуру данной отрасли, выражающуюся в повышенном уровне уже всех ее показателей. При обратном изменении соотношения цен получились бы и обратные результаты.

Таким образом, на фойе известного антагонизма отдельных отраслей производства активно регулирующая роль относительной конъюнктуры выясняется вполне отчетливо.

Признание именно такой активной роли относительной конъюнктуры лежит в основе всего учения классиков о равенстве норм прибыли по отраслям производства и о взаимоотношении естественной и рыночной цены. Именно в механизме изменения относительного уровня рыночных цен и в действии этого изменения на передвижение капиталов и на размеры производства они видели основание, почему рыночные цены колеблются всегда около уровня естественных цен и почему норма прибыли в различных отраслях производства имеет тенденцию к равенству1. От классиков это учение перешло в той или иной форме и к последующим школам экономистов. Правда, классики не употребляли термина относительная конъюнктура, но это не меняет существа дела. Правда, анализируя народное хозяйство в условиях равновесия, т.е. при предпосылке, что рыночные цены совпадают с естественными и что нормы прибыли по отраслям равны, они рассматривали колебания относительной туры (в указанном выше смысле) как чисто случайное явление. Однако последнее утверждение классиков не только не самоочевидно, а в значительной мере и прямо ошибочно. Если можно и должно допустить существование случайных колебаний относительной конъюнктуры, то не меньше оснований и для того, чтобы допустить существование также и закономерных колебаний ее. Поскольку, как было отмечено выше, существует тесная связь колебаний общей конъюнктуры с колебаниями конъюнктуры относительной и поскольку колебания общей конъюнктуры закономерны, постольку этот тезис имеет все необходимые основания.

в) Различные отрасли торговли являются более или менее прямым продолжением соответствующих отраслей производства. Поэтому все изложенное выше в пункте "a" mutatis mutandis приложимо и к вопросу об относительной конъюнктуре различных отраслей торговли.

c) Равным образом, в общем опираясь на те же основания, можно показать применимость и значение понятия относительной конъюнктуры в сфере взаимоотношений производства, с одной стороны, и торговли - с другой.

d) Но понятие относительной конъюнктуры приложимо не только к различным отраслям товарного производства и оборота, а и к различным сферам денежно кредитного оборота. В современном народном хозяйстве кредит и соответственно денежно-капитальный рынок имеют совершенно исключительное значение1.

Количество ссудного капитала, который предлагается на этом рынке, с течением времени меняется. Но так же как и в случае с реальным капиталом, в каждый данный момент, при данном состоянии товарного рынка оно определенно.

Ссудный капитал может иметь различное приложение. Он может идти в твердодоходные или в дивидендные бумаги, на длительные или более короткие сроки и т.д.2 В связи с этим между различными сферами спроса на ссудный капитал имеет место также своего рода борьба и антагонизм. И вопрос о том, куда и в каких размерах направляется ссудный капитал, решается в зависимости от степени относительной благоприятности условий его приложения в различных областях. Иначе говоря, вопрос решается состоянием относительной конъюнктуры рынка твердо доходных и дивидендных ценных бумаг, рынка долгосрочных и краткосрочных помещений капитала и в конечном счете товарного и фондового рынка1.

Таким образом, мы видим, что во всех основных областях хозяйственной жизни, всюду, где между ними имеет место не только солидарная, но и та или иная антагонистическая связь, явление относительной конъюнктуры выступает с полной отчетливостью и притом в качестве одного из решающих активных условий для процесса хозяйственного развития.

6. Но если это так, то вполне естественно, что хотя понятие относительной конъюнктуры открыто и не вошло в научный обиход, однако самое явление, обозначаемое этим понятием, должно было найти то или иное отражение в экономической теории. Действительность вполне подтверждает это положение.

Уже выше мы отмечали, что учение о соотношении рыночной и естественной (или нормальной) цены, а также о тенденции нормы прибыли к равенству формулируется классиками и последующими экономистами на основе явлений относительной конъюнктуры.

Однако наиболее часто к явлениям относительной конъюнктуры обращаются различные учения об экономических циклах и кризисах. Можно определенно сказать, что почти все теории, так или иначе связывающие циклы и кризисы с возникновением диспропорций в развитии различных отраслей и элементов народного хозяйства, логически неизбежно приводят к явлениям относительной конъюнктуры.

Это можно сказать прежде всего о тех теориях, которые в той или иной форме связывают существование экономических циклов с диспропорциональным развитием различных отраслей производства. Сюда, например, относится теория Тугап-Барановского, согласно которой кризисы при капиталистической системе народного хозяйства возникают на той основе, что пропорциональность развития различных отраслей производства под давлением внутренних сил этой системы нарушается2. Сюда же нужно отнести теорию Маркса и его школы. Согласно этой теории, хотя важнейшая предпосылка кризисов и лежит в противоречии между постоянной тенденцией капиталистического производства к экспансии и ограниченными возможностями при этой системе хозяйства для роста потребления, однако основной непосредственной причиной кризисов является диспропорционально большое развитие производства средств про изводства1.

Равным образом теория перекапитализации, развития Бунятяном, связывает возникновение кризисов с диспропорциональным ростом производства капитальных благ во время промышленного расцвета2.

Теория циклов Афталиона базируется на особенностях капиталистической техники производства и прежде всего на длительности времени, необходимого для производства основного капитала. Однако органическим звеном и этой теории является тезис, что в период подъема наблюдается диспропорционально сильный рост тех отраслей, которые производят средства производства, и соответственно диспропорционально сильный рост цен на сырые материалы3.

Признание последнего тезиса находим мы и у Косселя4. Шпитгоф в своем объяснении перелома конъюнктуры к понижению равным образом основное значение придает перепроизводству благ высшего порядка, т.е. средств производства5.

Чтобы не увеличивать количества примеров, упомянем из числа теорий, связывающих циклы конъюнктуры с диспропорциональным развитием различных отраслей производства, еще лишь теорию Зомбарта. Зомбарт видит основную причину перелома конъюнктуры к понижению в диспропорции между ростом производства благ неорганического происхождения (благ длительного пользования и средств производства) и благ органического, т.е. по существу сельскохозяйственного происхождения6.

Таким образом, основные теории, связывающие приостановку повышательной волны цикла и кризис с условиями производства, действительно оперируют с явлением дифференциальной или относительной конъюнктуры различных отраслей производства. Однако с явлением относительной конъюнктуры имеют дело не только эти теории общей конъюнктуры, но и многие другие.

Здесь прежде всего необходимо отметить те теории, которые связывают экономические циклы и кризисы с дифференциальным движением различных видов цен. Такова среди новейших теория Ледерера. Согласно этой теории во время подъема цены сырья растут наиболее значительно. Менее значительно растут цены готовых изделий, еще менее - цены рабочей силы (заработная плата), вознаграждение государственных служащих и цены за пользование капиталом, отданным в ссуду (процент). Выражаясь в терминах относительной конъюнктуры, можно сказать, что в период подъема относительная конъюнктура различных сфер товарного рынка, рынка труда и капитала изменяется. В результате происходит значительное перераспределение доходов, ведущее при росте производства к относительному уменьшению покупательной силы общества. Это и создает предпосылки для кризиса и депрессии1.

Наконец, можно указать па те теории экономических циклов, которые связывают их специально с дифференциальным движением товарных цен и процента, т.е. в наших терминах с относительной конъюнктурой товарного рынка и рынка денежно-капитального. Среди этих теорий следует отметить, например, теорию Я. Фишера, развивавшуюся им до последнего времени2.

Наряду с общими теориями экономических циклов понятием относительной конъюнктуры фактически иногда пользуются и специальные исследования отдельных вопросов конъюнктуры, в частности вопроса о динамике соотношения цен и о влиянии его на динамику производства.

Так, например, сравнительная устойчивость животноводства при явной деградации зернового хозяйства в Западной Европе во время длительной депрессии сельского хозяйства после 70-х годов связывается с относительно более благоприятным уровнем Цен на животноводческие продукты1. Равным образом особенно тяжелое положение сельского хозяйства после кризиса 1920 г., и частности в Соединенных Штатах, связывается с относительным падением цен сельскохозяйственных товаров по сравнению с ценами промышленных товаров, с заработной платой, железнодорожными тарифами и т.д.2 Можно указать далее ряд работ, в которых колебания состояния отдельных отраслей производства и уровня цен на их продукты ставятся в зависимость от сравнительного положения других отраслей производства и относительного уровня цен на продукты этих отраслей (например, кукуруза и свиноводство, состояние зерпокормовой продукции (урожаи и неурожаи) и состояние скотоводства, льняная и хлопчатобумажная промышленность и др.)3.

7. Из предыдущего видно, что фактически экономическая паука в различных случаях пользуется понятием относительной конъюнктуры. Однако она не формулирует этого понятия и не исследует проблемы относительной конъюнктуры последовательно и систематически подобно тому, как исследует проблему общей конъюнктуры. Между тем очевидно, что эта проблема имеет огромное значение, и есть все основания думать, что систематическое изучение ее может дать ряд плодотворных теоретических выводов, в частности углубить разработку вопросов общей конъюнктуры. Общую задачу систематического изучения относительной конъюнктуры можно свести к следующим частным задачам: 1) установление фактического хода относительной конъюнктуры в тех областях народного хозяйства, где это понятие может найти приложение;

2) выявление закономерности движения относительной конъюнктуры;

3) объяснение ее хода;

4) определение влияния колебаний ее на ход динамических процессов в различных областях народного хозяйства и 5) в частности, установление связи между колебаниями общей (а также специальной) и относительной конъюнктуры.

8. Самое понятие относительной конъюнктуры, формулированное выше, в значительной мере определяет приемы ее изучения.

Так как понятие относительной конъюнктуры предполагает сопоставление изменений в состоянии различных отраслей и сфер народного хозяйства, то очевидно, что для такого сопоставления необходимо иметь сравнимые однозначные показатели их состояния на протяжении изучаемого периода. В зависимости от того, далее, о состоянии каких отраслей и сфер народного хозяйства идет речь, эти показатели и их число могут быть различны. Если, например, речь идет об относительной конъюнктуре различных отраслей производства, такими показателями могут служить: 1) показатели доходности этих отраслей;

2) цены на предметы их производства;

3) размеры производства;

4) в некоторых случаях (промышленность) количество занятых рабочих;

5) процент безработных;

6) количество банкротств и др. Если речь идет о состоянии различных отраслей торговли, то такими показателями могут служить цены сбыта и закупки, размеры сбыта, доходность, банкротства и т.д. Если, далее, речь идет о состоянии рынков товарного и денежно-капитального, то такими показателями могут служить уровень цен, с одной стороны, и уровень процента - с другой, доходность производственно-торговых и кредитных предприятий, количество банкротств среди тех и других предприятий и т.д.

Отсюда видно, что при выяснении изменений относительной конъюнктуры взятых отраслей народного хозяйства мы имеем возможность, как правило, пользоваться сравнением нескольких пар сопоставимых показателей. Но из того, что говорилось выше о регулирующем воздействии соотношения цен на передвижение капитала и размеры производства, ясно, что все показатели каждой данной отрасли органически связаны между собой. При этих условиях сопоставление каждой пары показателей анализируемых отраслей теоретически должно рисовать изменение относительной конъюнктуры последних в общем однозначно. В эмпирической действительности такой строгой связи между отдельными показателями каждой данной отрасли, конечно, нет. Следовательно, и однозначность выводов из сопоставления соответствующих пар показателей различных отраслей народного хозяйства не может быть совершенно строгой и точной. Эту оговорку необходимо иметь в виду. Но она не подрывает общей правильности предыдущего положения.

При изучении относительной конъюнктуры двух или более взятых отраслей можно идти путем прямого сопоставления соответствующих пар их показателей.

Для такого сопоставления достаточно было бы просто выписать ряды этих пар показателей параллельно и затем сравнивать их изменения. Однако этот простейший прием малоудобен, и при большом числе показателей при помощи его определенный вывод об изменении относительной конъюнктуры интересующих нас отраслей народного хозяйства получить было бы трудно.

Гораздо удобнее было бы перевести ряды показателей изучаемых отраслей в индексную форму на основе одного и того же базисного периода, определить отношение показателей одной отрасли к соответствующим показателям другой и затем уже строить выводы на основе полученных рядов отношений. Этот прием можно иллюстрировать следующей условной схемой, построенной применительно к двум отраслям производства.

Отношение показателей первой отрасли к соответствующим показателям второй отрасли (исходный период принят за базу):

Показатели Даты Доходность 100 101 102 102 103 Цены 100 102 103 103 104 Продукция 100 100 101 102 103 Количество замятых рабочих и т.д. 100 100 100 101 101 Отсюда видно, что хотя соотношение отдельных пар показателей двух взятых отраслей меняется и не строго соответственно, но оно меняется достаточно определенно и однозначно. Из схемы ясно видно, что относительная конъюнктура первой отрасли повышается, а второй - падает.

Однако к тем же выводам можно было бы прийти при помощи и третьего приема.

Можно было бы определить отношение показателей той или другой отрасли, переведенных предварительно в индексную форму, не друг к другу, а к какому либо третьему ряду соответствующих показателей, например индексы цен товаров данных отраслей к индексу общего уровня цен, индекс продукции данных отраслей к общему индексу продукции и т.д. По полученным новым рядам отношений равным образом можно было бы довольно ясно судить об относительной конъюнктуре интересующих нас отраслей. Последний прием имеет преимущества особенно в тех случаях, когда ставится задача выяснить относительную конъюнктуру данной отрасли производства (торговли и т.д.) не столько по сравнению с конъюнктурой другой отрасли, сколько по сравнению с общим состоянием производства (или соответственно торговли и т.д.).

9. Но какой бы путь при изучении относительной конъюнктуры мы ни избрали, во всяком случае необходимо принять во внимание следующее. В предыдущем изложении ради ясности и простоты мы все время говорили только о понятии относительной конъюнктуры, т.е. о колебаниях в сравнительном экономическом положении различных отраслей и сфер народного хозяйства. Однако сравнительное положение их может обнаружить не только колебания, но одновременно также и определенную тенденцию изменения в том или ином направлении. Эту тенденцию изменения мы уже не можем подвести под понятие относительной конъюнктуры. Тенденцию изменения сравнительного положения изучаемых отраслей или сфер народного хозяйства, идущую в том или другом направлении, можно обозначить как относительную тенденцию их развития.

Явления относительной конъюнктуры и относительных тенденций развития в совокупности составляют область явлений относительной динамики народного хозяйства. Основания, значение, задачи и приемы изучения относительных тенденций развития остаются, mutatis mutandis, те лее, которые были указаны выше в связи с понятием относительной конъюнктуры. Поэтому мы не будем повторяться. Подчеркнем лишь, что, сопоставляя тем или другим способом соответствующие пары показателей изучаемых отраслей народного хозяйства, в полученных после этого сопоставления рядах мы не должны смешивать процессы колебаний относительной конъюнктуры и тенденции относительного развития. В этих целях, получив ряды соотношений между соответствующими парами показателей, мы должны на основе этих рядов прежде всего определить тенденции относительного развития и по возможности исключить их. Лишь после этого можно утверждать, что полученные ряды соотношений (за изъятием случайных колебаний) отражают колебания относительной конъюнктуры.

10. Ограничимся в постановке проблемы относительной конъюнктуры и динамики изложенным. Систематическое исследование этой проблемы не входит в нашу задачу. Задачей дальнейшего изложения служит исследование динамики цен сельскохозяйственных и промышленных товаров. Однако, как было уже указано выше, нами исследуется здесь и динамика соотношения этих цен. Иначе говоря, изучение динамики цен ведется нами также и под углом зрения проблемы относительной динамики и конъюнктуры. В этом смысле предлагаемая работа является конкретным опытом исследования проблемы относительной динамики и конъюнктуры в определенной области.

См.: Vogel E.H.193 Die Theorie des Volkswirtschaftlichen Entwicklungsprocesses und Krisenproblem. 1917. Toil II;

Amonn A. Grundzigc der Volkswohlstandslehre.

Jena, 1926. Dritter Abschnitt;

Kondratieff N.D. The static and dynamic view of economies//Quarterly journal of economics. 1925. N 4;

он же. К "опросу о понятиях экономической статистики, динамики и конъюнктуры//Соц. хоз-во. 1924. № 4.

Ср.: Durkheim. De la Division du Travail Social. Paris, 1912. Passim;

Simmel G.

ber soziale Differenzierung, 1905. Passim;

Smith A. An inquiry into the nature and causes of the wealth of nations. Ch. I-II;

Marx K. Das Kapital. Ed 1. S. 11-12;

Schmoller G. Grundriss der Allgemeinen Volkswirtschaftslehre, 1923. Erster Theil. S, 348-396;

Sombart W. Der Moderne Kapitalismus, V-te Auflage, и особенности Ed H.

Hauptabschnitt 1-5.

Cp.: Sombart W. Das Wirtschaftsleben im Zeitalter des Hochkapitalismus, 1927.

Zweiter Halbband. S. 776-796.

Ср.: Sombart W. Op. cit. S. 796ff.;

Marshall Л. Industry and trade. London, 1923. Ch.

III-XIII.

Ср.: Rpke W. Die Konjunktur. Jena, 1922. S. 17;

Mhlenfels A. Spezielle und allgemeine Konjunktur//Jahrbcher fur Nationalokonomie und Statistik, 1924. S. 606 и сл.

Ср.: Mitchell W. Business cycles//Memoires of the University of California. 1913.

Vol. 3. Pt II;

Aftalion A. Des crises priodiques de surproduction. Paris, 1913. Vol. I, II.

См., напр., работы нового времени: Persons W.M. Indices of General Business Conditions//The Review of economic statisties January-April 1919;

Mitchell FV.C. Op.

cit;

idem. Business cycles//The Problem and its Setting. N.Y., 1927. (Последняя книга представляет из себя радикально переработанный перный труд проф. Митчелля);

Spiethoff A. Kriesen//Handwrterbuch der Staatswissenschaften. Изд. 4;

Aftalion A.

Op. cit.;

Pigou А.С. Industrial fluctuations. London, 1927;

Cassel G. Theoretische Sozialokonomie. Leipzig, 1921. I;

Schumpeter I. Theorie der wirtschaftlichen Entwicklung. L., 1926;

Vogel E.H. Op. cit.;

Rpke W. Op. cit.;

Robertson D.N. A study of industrial fluctuations. London, 1915;

Проф. Пернушин С. Хозяйственная конъюнктура.., 1925.

Ср.: Aftalion A. Le rythme de la vie conomique//Revue de Motaphysique et de Morale. 1921. N 2. P. 247-278;

Schumpeter L Die Wellenbewegung des Wirtschaftslebens//Archiv fr Sozialwissenschaft und Sozialpolitik. Bd 39.

См., напр.: Esslen J. Konjunktur und Geldmarkt 1902-1904. Stuttgart u. Berlin, 1909;

Krebs P. Konjunktur und Eisenbahn-Gterverkehr. Berlin, 1926. См. также исследование, проведенное Verein f. Sozialpolitik под названием "Die Strungen im Deutschen Wirtschaftsleben wahrend der Jahre 1900 и cл." и охватившее все основные области народного хозяйства (Selmften d. V. f. Sozialp. Bd CV-СХII).

См. напр.: Туган-Барановский.И. Периодические промышленные кризисы.

Изд. 3. СПб., 1914;

Aftalion A. Op. cit.;

Lescure J. Des crises genorales et periodiques de surproduction. Paris, 1924.

Ср.: Vogel E.H. Op. cit. Teil II. Kap. 3.

Ср.: Marx K. Das Kapital. Bd II. Kap. 21.

Ср.: Cassel G. Op. cit. S. 27 ff. Кассель имеет в виду народное хозяйство, развивающееся равномерно. С точки зрения положения, развиваемого в тексте, основное значение имеет плавность, а не равномерность развития. Вместе с тем принципиально безразлично, идет ли речь о развивающемся или о падающем народном хозяйстве.

По этому вопросу см.: Lederer E. Konjunktur und Krisen//Grundriss der Socialkonomik. Abteiblung IV. S. 405 и cл.;

Veblen T. The thorie of business entreprise. N.Y., 1923. Ch. VII;

Fisher J. Stabilising the Dollar. N.Y., 1920. Passim;

Keyenes J.M. A tract on Monetary Reform, 1923. Ch. I and IV;

Hahn. Die konjunktuliose Wirtschaft//Wirtschaftsdienst. H. 16, April 17, 1925;

Langelitcke. Zur Frage der konjunkturlosen Wirtschaft//Ibid. 1925, August 14. Heft 33.

Ср.: Mill J.S. Principles of political economy. Ch. V, § 1.

Ср.: Ricardo D. On the principles of political economy and taxation, Ch. IV-Vl.

Ср.: Beckerath H. Kapitalmarkt und Geldmarkt. Jena, 1916. S. 3-69.

Там же;

см.: Каценеленбаум З.С. Учение о деньгах и кpeдитe, 1922. Ч. H, с. 44 и cл.;

Spiethoff A. Die ussere Ordnung des Kapital und Geldmarktes//Sebmoller's Jahrbuch. 1909. Bd 33. S. 444 и cл.

Ср.: Karsten K.G. The Harvard Business Indexes - a new interpretation//Journal of the Americal Statistical Association, December 1926;

Beckerath H. Op. cit. S. 96 и cл.

Ср.: Tyгaн-Бapaнoвcкий M.Я. Указ. соч. С. 222 и cл.

Ср.: Marx K. Das Kapital. Bd II. Kap. XX-XXI;

Bd III. Kap. VI, XIV, XV;

idem.

Theorien ber den Mehrwert. 5-te Auflage. Berlin, 1923. Theil 2. S. 262 и cл.;

Hilferding R. Das Finanzkapital, 1909. Kap. XVI-XVII.

Бунятян M.А. Экономические кризисы. M., 1915. С. 184 и cл.

Ср.: Aftalion A.A. Op. cit. T. II. Ch. II-VII;

T. I. Ch. I-XV;

idem. The Theory of Economie cycles based on the capitalistic technic of production//The Review of economic statistics. 1927. Vol. IX. N 4.

Cp.:- Cassel G. Op. cit. P. 472 и сл.

Ср.: Spiethoff A. Op. cit. P. 70 и сл.

Ср.: Sombart W. Das Wirtschaftsleben im Zeitalter des Hochkapitalismus. Mnchen Leipzig, 1927. Zweiter Halbband, S. 563 и сл.;

idem. Die Strungen im Deutschen Wirtschaftsleben whrend der Jahre 1900 и cл.//Sehr. d. V. f. Sozialpol. Bd 113. S. и сл.

См.: Lederer E. Op. cit. P. 387 и cл. Сюда же нужно но существу отнести формулированную в менее развитой форме теорию R.E. May (Das Grundgesetz der Wirtschaftskrisen. 1902).

См.: Fischer I. The purchasing power of money. 1922. Ch. IV и XI, § 15;

idem. The business cycle largely a dance of the dollar//J. of American Statistical Association. Vol.

XVIII. В самое последнее время Фишер пришел к отрицанию существования экономических циклов (Our unstable dollar and the so-called Business Cycle// Ibidem (Vol. XX).

См.: Sering M. Die Agrarkrisen und Agrarzlle//International Price Movements. P. 2 7.

Ср.: Warren G.F., Pearson F.A, The agricultural situation. Passim.

Ср., напр.: Engberg R.С. Industrial prosperity and the farmer. N.Y., 1927, в ocoбенности гл. VIII;

Sarle Ch.F. Forecasting the Price of Hogs//The American econ.

review. Vol. XV, N 3. Suplement N 2, September, 1925;

Wallace H.A. Forecasting corn and hog prices//The Problem of business forecasting. 1924;

Череванин Ф.А.//Влияние колебаний урожаев па сельское хозяйство в течение 40 лет 1883 1923 гг.//Влияние неурожаев па народное хозяйство России. М., 1927. Ч. 1;

Афталион А. Борьба хлопка и льна. М., 1909.

III. Динамика и колебание абсолютного уровня цен сельскохозяйственных и промышленных товаров 1. Предварительные замечания. Исследование динамики цен сельскохозяйственных и промышленных товаров и в связи с этим относительной динамики и конъюнктуры сельского хозяйства и промышленности выполнено нами по данным Англии и Соединенных Штатов Северной Америки с конца XVIII в.

Беря данные по двум, и притом именно по двум этим странам, мы руководились следующими соображениями. Во-первых, совершенно очевидно, что изучение данных только по одной стране было бы недостаточно. Выводы, полученные в результате изучения материалов одной страны, могли бы оказаться нетипичными, и их было бы рискованно положить в основу каких-либо обобщений. Изучение материалов, по крайней мере по двум странам, при удачном выборе последних уже в значительной мере устраняет эту опасность. Разумеется, было бы надежнее взять данные по большему количеству стран. Однако при изучении данных за столь длительный период значительным препятствием для этого помимо чрезвычайно большого усложнения работы являются также и состояние фактических данных. Во-вторых" динамика и конъюнктура сельского хозяйства и промышленности в странах сельскохозяйственного импорта, с одной стороны, и сельскохозяйственного экспорта - с другой, в некоторых отношениях различны.

Поэтому представлялось целесообразным взять при исследовании тот и другой тип стран. В-третьих, выбор было целесообразно остановить на странах, достаточно мощных и влиятельных, так как рынок таких стран ближе отражает общие условия мирового рынка. Всем трем указанным требованиям в совокупности лучше всего удовлетворяют Англия и Соединенные Штаты. При этом выбор, в частности, Англии диктуется еще и тем соображением, что она относительно в наименьшей степени испытала воздействие протекционизма.

2. Материалы и метод их обработки. Укажем, далее, использованные материалы и примененные методы обработки данных о ценах.

В основу отбора материалов о ценах были положены следующие правила: 1) среди изучаемых цен должны быть представлены по возможности все основные группы товаров, производимых или перерабатываемых в данной стране и достаточно характерных для нее. В связи с этим группа колониальных товаров как мало показательных в исследование не вошла;

2) чтобы избежать случайности выводов, количество товаров, включенных в разработку, должно быть достаточно велико;

3) так как задача исследования относительной конъюнктуры сельского хозяйства и промышленности требует сопоставления цен тех же сельскохозяйственных и промышленных товаров за весь изучаемый период, то в разработку должны быть взяты по возможности лишь те товары, данные о ценах на которые имеются за весь этот период.

По Англии изучению были подвергнуты цены за период с 1786 но 1924 г.

включительно. Причем в соответствии с указанными правилами отбора материалов и по состоянию данных, находившихся в нашем распоряжении, оказалось возможным включить в разработку цены следующих 25 товаров: 1) ржи, 2) пшеницы, 3) овса, 4) ячменя, 5) гороха, 6) бобов, 7) риса, 8) масла коровьего, 9) мяса, 10) шерсти, 11) хлопка, 12) шелка, 13) льна, 14) пеньки, 15) табака, 16) льняного масла, 17) пальмового масла, 18) оливкового масла, 19) хлопчатобумажной пряжи, 20) железа, 21) меди, 22) олова, 23) цинка, 24) каменного угля и 25) лесных материалов.

Взятое количество товаров достаточно значительно. Расширить список их еще больше оказалось невозможным, главным образом по соображениям обеспечения непрерывности рядов. Беря приведенные товары, мы допустили нарушение этого правила в минимальном числе случаев, а именно цены по углю введены в исчисление с 1805 г. и цены пряжи - с 1814 г. Все данные о ценах были взяты в золотом исчислении1.

На основании первоначальных данных о ценах были построены индексы для каждого товара. В качестве основания для индексов были взяты среднеарифметические цены за 1901-1910 гг. Индивидуальные индексы при помощи среднегеометрической были сведены затем в индексы групповые.

Причем товары внутри каждой группы не взвешивались. Были построены следующие групповые индексы:

I группа - зерновые хлеба, в которую вошли товары, 1- II группа перечисленные выше под № 8- III группа - животноводческие предметы потребления 10- IV группа - промышленно-техиическос сырье 16- V группа - растительные масла VI группа - текстильные изделия 20- VII - металлы группа - минеральное топливо VIII - лесные материалы группа * Индекс цен риса из групповой разработки был исключен.

Далее, из частных групповых индексов (I-III) был построен общий групповой индекс цен сельскохозяйственных товаров, а из частных групповых индексов (IV VIII) - индекс цен промышленных товаров. Эти два индекса строились также без взвешивания по методу среднегеометрической. Наконец, тем же методом из индекса цен всех сельскохозяйственных и всех промышленных товаров был построен общий индекс цен, причем индексы цен сельскохозяйственных и промышленных товаров были взяты с равными весами.

По С.-А.С.Ш. были подвергнуты изучению за период с 1801 по 1921 г. цены следующих 19 товаров: 1) пшеницы, 2) овса, 3) кукурузы, 4) говядины, 5) свинины, 6) масла коровьего, 7) шерсти, 8) шкур, 9) хлопка, 10) муки пшеничной, 11) сахара, 12) ткани хлопчатобумажной, 13) чугуна, 14) свинца, 15) олова, 16) меди, 17) угля, 18) керосина и 19) лесных материалов1.

Метод обработки данных по С.-А.С.Ш. был тот же, что и по Англии. Причем были построены следующие частные групповые индексы:

I группа - зерновые хлеба, в которую вошли товары под № 1- II группа - животноводческие предметы питания 4- III группа - промышленно-техническое сырье 7- IV группа - продукты пищевой промышленности 10- V группа - текстильные изделия VI группа - металлы 13- VII группа - минеральное топливо 17- VIII группа - лесные минералы В общий групповой индекс цен сельскохозяйственных товаров были включены группы I-III, а в индекс промышленных товаров - группы IV-VIII.

Из сказанного ясно, что построенные нами индексы цен для Англии и С.-А.С.Ш.

хотя и не вполне однородны, но все же достаточно близки.

3. О6щие тенденции изменения уровня цен. Как уже указывалось выше, одной из основных задач нашего анализа цен сельскохозяйственных и промышленных товаров является изучение их относительной динамики. Но для того чтобы сделать этот анализ более ясным, остановимся предварительно на характеристике движения абсолютного уровня построенных индексов цен. Причем, характеризуя движение этих индексов, мы сосредоточим внимание, во-первых, на их основных тенденциях, во-вторых, на характере тех колебаний, которые они обнаруживают.

Общий характер движения среднего уровня цен, а также цен промышленных и сельскохозяйственных товаров в Англии выявляется следующей диаграммой (диаграмма 1).

Из диаграммы видно, что с начала XIX в. до мировой войны как общий индекс, так равно и индексы цен сельскохозяйственных и промышленных товаров обнаруживают в общем понижательную тенденцию. Причем понижательная тенденция индекса промышленных товаров выражена сильнее, чем индекса сельскохозяйственных товаров. Во время мировой войны все индексы вновь поднялись до исходного уровня и даже выше его. Но с 1918/19 гг. они резко падают и в настоящее время держатся на уровне более низком, чем в начале XIX в.

Диаграмма 1.

Индексы цен 1 - общий;

2 - промышл[енных] товаров;

3 - с[ельско]хоз[яйствениых товаров] Движение общего индекса цен по С.-А.С.Ш. обнаруживает частью те же общие тенденции, но имеет и существенное отличие. Это видно из диаграммы 2.

Диаграмма обнаруживает, что общий индекс, а также индекс промышленных товаров до начала мировой войны дают, как и английские индексы, определенно выраженную понижательную тенденцию. Наоборот, в отличие от Англии, индекс сельскохозяйственных товаров в С.-Л. С.Ш. обнаруживает хотя и слабо выраженную, но повышательную тенденцию1.

Посмотрим теперь, каковы основные длительные тенденции индексов цен по отдельным частным группам товаров в Англии. По отдельным группам сельскохозяйственных товаров они характеризуются диаграммой 3.

Из диаграммы видно, что основные длительные тенденции цен отдельных групп сельскохозяйственных товаров различны. Группа животноводственных продуктов потребления Диаграмма 2.

С.А.С.Ш. Индексы цен 1 - общий;

2 - промышл[енных] товаров;

3 - с[ельско]хоз[яйстненных товаров] Диаграмма 3.

Индексы с[ельско]хоз[яйственных] товаров по группам 1 - продукты животноводства;

2 - хлеба;

3 - техническое сырье обнаруживает определенно выраженную повышательную тенденцию. Наоборот, группа хлебных продуктов, а также группа технического сырья до мировой войны дает понижательную тенденцию. Эта тенденция очень слабо выражена в ценах первой и более резко в ценах второй группы. Причем необходимо заметить, что во второй группе понижательную тенденцию обнаруживают цены всех входящих в нее товаров, в том числе и цены животноводческого сырья, как шерсть и шелк.

Динамика индексов цен по различным группам промышленных товаров дана в диаграмме 4.

Анализируя диаграмму, мы видим прежде всего, что группа текстильных изделий и металлов обнаруживает отчетливую, хотя и неравномерную понижательную тенденцию. Эта тенденция гораздо менее резко выражена в группе растительных масел и лесных материалов. Что касается угля, то его цены дают очень значительное падение до 50-х годов XIX в., но затем держатся в общем устойчиво, обнаруживая далее некоторую тенденцию к повышению, особенно заметную с 80-х годов. Таковы основные длительные тенденции цен по различным группам товаров.

Основные тенденции групповых индексов С.-А.С.Ш. частью те же, частью иные, чем в Англии. Групповые индексы промышленных товаров (продукты пищевой и текстильной промышленности, металлы, минеральное топливо) обнаруживают здесь общую понижательную тенденцию. Наоборот, в отличие от них группа лесных материалов дает повышательную тенденцию. Из сельскохозяйственных товаров так же, как и в Англии, животноводческие продукты потребления обнаруживают здесь резко повышательную тенденцию. Группа зерновых хлебов в отличие от Англии дает хотя и слабо выраженную, но повышательную тенденцию. Цены групп технического сырья в целом за рассматриваемый период почти стационарны. Таким образом, по С.-А.С.Ш. среди сельскохозяйственных товаров, по крайней мере две группы обнаруживают повышательную тенденцию при стационарности цен третьей группы. В силу этого и общий индекс сельскохозяйственных товаров здесь хотя и медленно, но повышается. Ради краткости групповых данных по С.-А.С.Ш. приводить не будем.

4. Причины изменения уровня цен. Таковы факты, касающиеся основных тенденций движения общего уровня цен, уровня цен сельскохозяйственных и промышленных товаров. Эти факты совершенно отчетливо выдвигают по меньшей мере следующие три важнейшие проблемы: а) почему общий уровень Диаграмма 4.

Индексы промышленных] товаров по группам 1 - растительн[ое] масло;

2 - металлы;

3 - пряжа;

4 - лесные материалы;

5 - уголь цен, уровень цен промышленных (по Англии и С.-А.С.Ш.) и сельскохозяйственных товаров (по Англии) обнаруживает длительную понижательную тенденцию? б) почему из всех товаров наиболее определенную повышательную тенденцию как по Англии, так и по С.-А.С.Ш. обнаруживают животноводческие продукты потребления? в) почему уровень цен сельскохозяйственных товаров по С.-А.С.Ш. понижательной тенденции не обнаруживает?

а) Понижение общего уровня цен означает одновременно повышение покупательной силы золота. Но понижается ли общий уровень цен потому, что повышается покупательная сила золота в силу условий, лежащих на стороне золота, или, наоборот, покупательная сила золота повышается потому, что падают цены в силу условий, лежащих на стороне производства и спроса предложения товаров? Если иметь в виду не колебания, а длительные основные тенденции цен рассматриваемого периода, то на этот вопрос следует дать ответ, по-видимому, во втором смысле. Гипотеза, объясняющая общую понижательную тенденцию цен повышением покупательной силы золота, представляется маловероятной по ряду соображений.

Самостоятельная вековая повышательная тенденция покупательной силы золота могла бы иметь место, если исключить временные отклонения или в силу нарастающего недостатка золота, или в силу нарастающей дороговизны его добычи.

Когда говорят о недостатке или избытке золота, то исходят из идеи уравнения обмена и, следовательно, имеют в виду относительный недостаток или избыток золота, т.е. недостаток или избыток его при данном состоянии кредита, товарного оборота и скорости обращения денег. В соответствии с этим нельзя отрицать, что в отдельные периоды наличное количество золота могло быть относительно недостаточным или, наоборот, избыточным1. Это обстоятельство следует в той или иной форме учесть при объяснении колебания цен. Но нет никаких оснований утверждать, что недостаток золота в указанном смысле с начала XIX столетия имел общую тенденцию нарастать. Если бы это было так, тогда, действительно, общий уровень цен падал бы в силу причин, лежащих на стороне денег, или во всяком случае и в силу этих причин. Но так как различные и весьма важные процессы хозяйственной жизни, связанные с денежными расчетами, требуют различного и часто длительного времени, то понижение цен в силу повышения покупательной силы золота на протяжении почти всей эпохи промышленного капитализма должно было бы вносить в эти процессы значительные затруднения и тормозить развитие народного хозяйства. Если это верно, если верно также, что исторически, на основе технического прогресса и улучшения организации предприятий, устранялись весьма значительные препятствия для развития народного хозяйства, то теоретически весьма трудно допустить, что не могло быть найдено путей для устранения тех препятствий его развитию, которые возникали на почве нарастающего денежного голода. Но если это допущение маловероятно теоретически, то оно не доказано и эмпирически. Правда, эмпирическое доказательство или опровержение тезиса о нарастающем недостатке золота сопряжено с исключительными трудностями и, строго говоря, пока едва ли возможно. Однако фактические данные по этому вопросу все же не лишены некоторого иллюстрационно-показательного значения.

Можно считать бесспорным, что с начала XIX в. международная торговля возрастала во всяком случае не менее быстро, чем внутренняя торговля отдельных стран. Если теперь сопоставить имеющиеся данные об эволюции мировой торговли с изменением мировых запасов золота, то мы получим следующую картину:

Годы Международная Мировой Международна Мировой запас торговля в млн. запас золота в торговля в % золота в % к долл.* тыс. кг** 1800 г.

1800 766 2707 100,0 100, 1850 3970 3592 518,3 132, 1900 21 618 13281 2 822,2 490, 1910 37 426 18679 4 885,9 690, *Ср. Леей Г. Основы мирового хозяйства. М., 1925. С. 26. Взяты годы, ближайшие к десятилетию. Данные были разделены на средний индекс цен из английского и американского индексов, выраженных в золоте при базе за 1901 1910 гг. Иначе говоря, в таблице дай физический объем торговли при неизменном общем уровне цен за 1901-1910 гг. Разумеется, эти данные приблизительные (см.

Neumann-Spallart und Juraschek, Ubersichten der Weltwirtschaft (1885-1889). S. и cл.).

**Первоначальные данные взяты из цитированной книги Cassel G. (S. 582) и пересчитаны в килограммы.

Отсюда ясно, что размеры товарооборота возрастают значительно быстрее, чем количество золота. Это как будто говорит в пользу нарастающей нужды в золоте.

Однако приведенная таблица не учитывает изменения в скорости обращения денег и роста безденежных расчетов при помощи кредитных документов. Мы не можем дать числовое выражение изменению скорости обращения денег. Но теоретически в связи с улучшением средств сообщения, ростом населения, развитием кредита и т.д. нужно принять, что и скорость обращения денег возрастала.

Что касается безденежных расчетов, опирающихся главным образом на депозиты, то в каждый данный момент при данных условиях организации кредита их размер находится в более или менее определенном отношении к количеству золота1. Но так как условия и организация кредита исторически меняются, то меняется и отношение количества депозитов к количеству денег и золота. При этом оно меняется в определенном направлении, а именно возрастает. Так, например, по нашим расчетам2, отношение количества всех депозитов к количеству денег в обращении в С.-А.С.Ш. с 2,8 в 1875 г. увеличилось до 3,1 в 1895 г. и до 5,9 в г. По вычислениям И. Фишера, отношение частных депозитов к количеству денег в обращении (за исключением денег, находящихся в банках) повысилось с 3,1 в 1896 г. до 4,1 в 1909 г. Ту же самую картину роста этого отношения можно найти и в других странах.

Допуская теперь, что развитие торговли С.-А.С.Ш. во второй половине XIX в.

шло не менее быстрым темпом, чем в других странах, и учитывая рост не только денег в обращении, но и депозитов, мы получим для этой страны следующую картину относительного изменения объема торговли и средств обращения4.

Годы Количество Количество Количество Внешняя торговля* денег в депозитов денег и по ценам 1875- обращении депозитов гг.

в % к средним за 1875-1879 гг.

1895 205,9 243,0 232,5 175, 1905 331,6 560,5 496,8 268, 1915 417,9 944,9 798,2 415, * Необходимо заметить, что развитие внешней: торговли С.-А.С.Ш. за рассматриваемый период идет тем же темпом, что и внутренней торговли.

Отсюда ясно видно, что при росте количества денег в обращении приблизительно тем же темпом, как и внешней торговли, рост всех средств обращения благодаря стремительному развитию депозитов идет уже значительно более быстрым темпом, чем рост торгового оборота. При этом здесь еще не учтено возрастание скорости обращения денег и депозитов, которое в силу указанных выше причин в известной мере несомненно имело место.

К аналогичным выводам можно прийти на основании данных по Англии. Здесь с 1875-1879 гг. по 1913 г. количество денег в обращении увеличилось на 2,9%, количество депозитов - на 301,5, количество денег и депозитов - на 265,2, а объем внешней торговли по ценам 1875-1879 гг. - на 197,4%1.

Полученные выводы с теми или иными оговорками можно распространить и на более ранние десятилетия XIX в.

Таким образом, статистические данные показывают, что если количество золота как такового с начала XIX в. и возрастает медленнее, чем товарный оборот, то рост количества средств обращения, опирающихся на этот запас золота, во всяком случае не обнаруживает отставания от роста товарооборота. При этих условиях тезис о нарастающем недостатке золота в указанном выше смысле остается недоказанным.

Новейшую и очень интересную попытку Касселя2 доказать, что общий уровень цен (и его длительные колебания) с начала XIX в. следуют за изменением относительного количества золота равным образом нельзя "признать убедительной". Относительное количество золота, по Касселю, представляет из себя отношение фактического количества золота к нормальному. Кассель констатирует, что в 1850 и в 1910 гг. индекс английских цен стоит на одном и том же уровне. Это дает ему основание полагать, что в том и другом году количество золота удовлетворяло потребности народного хозяйства в одинаковой степени и было нормальным. Сопоставляя количество золота в 1850 и в 1910 гг., Кассель находит, что за это время оно увеличилось в 5,2 раза, что соответствует ежегодному приросту его на 2,8%. Если бы, допускает он далее, количество золота в действительности ежегодно возрастало на 2,8%, то никто не мог бы приписать изменение уровня цен изменениям в количестве золота. Мы имели бы кривую нормального и плавного роста количества золота, которую он по той же формуле продолжает назад до 1800 г. Но в действительности фактическое количество золота возрастало иначе. И если взять отношение фактического количества к нормальному (относительное количество золота) и сопоставить это отношение с уровнем цен, то между ними обнаруживается чрезвычайно близкое совпадение. Это совпадение на первый взгляд производит впечатление, что основной тезис Касселя о влиянии относительного количества золота на уровень цен находит полное эмпирическое подтверждение. Однако при внимательном анализе вопрос оказывается сложнее.

Наиболее слабым местом всего доказательства Касселя является его понятие и метод определения нормального количества золота1. Прежде всего совершенно неубедительно и неясно предположение Касселя, что нормальное количество золота должно возрастать равномерно. Это было бы так лишь при условии, если бы и все народное хозяйство возрастало равномерно. В таком случае принцип равномерности роста оказывается основной необходимой предпосылкой равновесия народного хозяйства и цен. Однако равномерность роста представляет из себя лишь частный случай динамического равновесия народного хозяйства. Теоретически с таким же правом можно представить ускоряющийся, замедляющийся или иной темп развития, при котором народное хозяйство будет находиться в динамическом равновесии и количество золота будет нейтральным в отношении общего уровня цен.

Но если представляется спорным общий принцип равномерности изменения нормального количества золота, то еще более спорным оказывается конкретное количественное выражение его роста в 2,8% ежегодно. Этот коэффициент роста целиком зависит от выбора тех годов, когда индекс цен стоит на одном и том же уровне. Кассель взял 1850 и 1910 гг. Но это не единственные два года, когда индекс стоит на том же уровне. С неменьшим правом можно взять, например, годы 1820 и 1873, когда индекс в Англии стоял соответственно на уровне 153 и 154, или годы 1845 и 1878, когда индекс стоял на уровне 119 и 1192.

Но в таком случае совершенно меняется коэффициент ежегодного роста так называемого нормального количества золота. В частности, если взять 1820 и гг., то он оказывается всего 1,9%, если же взять 1845 и 1878 гг., то он оказывается 3%.

В связи с этим меняется и соотношение фактического и нормального количества золота или относительное количество его. И, что самое главное, между новой кривой относительного количества золота и уровнем цен не оказывается необходимого соответствия1. Таким образом, есть основание думать, что поразительное совпадение между кривой относительного количества золота и уровнем цен, получившееся у Касселя, представляет из себя по преимуществу результат счастливого выбора дат, когда цены стояли на одном и том же уровне.

Но если бы даже это было и не так, то все же в построении Касселя, как и в построении других авторов, стоящих на той же точке зрения, остается недоказанным, что изменение относительного количества золота является причиной изменения цен2 и что не количество золота с теми или иными отклонениями следует за движением цен, а наоборот. Исходя из соображений, изложенных выше, мы и считаем возможным утверждать, что понижательную тенденцию общего уровня цен нельзя поставить в зависимость от нарастающего относительного недостатка золота.

Что касается теперь стоимости добычи золота, то при наличии фактов последовательного открытия новых богатейших месторождений золота и при наличии общего технического прогресса и падения издержек производства (см.

ниже) равным образом нельзя утверждать, что с начала XIX в. общая тенденция ее была повышательной.

Помимо развитых выше соображений о роли золота в динамике цен необходимо указать, что объяснять понижательную тенденцию цен повышательной тенденцией покупательной силы золота значит как бы противополагать золото, размеры и стоимость его добычи общему процессу развития производства и товарного обращения. В действительности же размеры и стоимость добычи золота, как и всякого другого товара, находятся в теснейшей зависимости от общих условий развития народного хозяйства.

Обратимся теперь от критических замечаний к положительным построениям.

Решающее значение для динамики абсолютного уровня цен с начала XIX в. имел прогресс техники (в широком смысле слова, т.е. включая сюда усовершенствование орудий производства, средств сообщения, организаии предприятий и т.д.) и связанный главным образом с ним рост производительности труда. Этот рост техники производительности труда обусловил уменьшение издержек производства, которое в условиях напряженной внутренней международной конкуренции явилось важнейшей и ближайшей причиной описанной выше длительно понижательной тенденции цен.

Может показаться, что это положение содержит в себе внутренний порочный круг. Согласно выставленному положению ближайшей непосредственной причиной понижения цеп является падение издержек производства. Но так как издержки производства в денежном выражении являются функцией цен, то, объясняя снижение цен через снижение издержек, мы как будто объясняем снижение цен через снижение цен1. Однако это не так. Издержки производства являются функцией не только цен, но и технических условий производства. В связи с этим можно и целесообразно различать издержки производства в денежном, выражении и издержки в реально-физическом выражении, которые в конечном счете могут быть сведены к затратам труда2.

Формулированное выше основное положение о причинах понижения цен имеет в виду издержки в реально-физическом выражении и снижение их под влиянием изменения технических и организационных условий3, находящих свое конечное интегральное выражение в росте производительности труда.

Тезис о повышении производительности труда и падении реальных издержек производства с начала XIX в. может быть аргументирован и на основании некоторых статистических данных. В целях такой аргументации мы построили специальные индексы производительности промышленного и сельскохозяйственного труда.

Для Англии такие индексы по состоянию данных оказалось возможным построить, начиная со второй четверти XIX столетия. Для построения индекса производительности труда было необходимо прежде всего построить индекс физического объема сельскохозяйственного и промышленного производства, базой которых были взяты среднеарифметические данные за 1901-1910 гг.1 Для сельского хозяйства нами был построен индекс физического объема производства по 4 группам. Первая группа - продукция хлебов. В эту группу вошло производство пшеницы, ячменя, овса, гороха и бобов. Индекс был построен для следующих дат: 1830, 1846, 1866, 1876, 1884 гг. и затем для каждого года вплоть до 1924 г. Вторая группа - продукция животноводства. За отсутствием данных о непосредственной продукции животноводства (молоко, шерсть, кожа, яйца и т.д.) мы вынуждены были ограничиться здесь построением индексов по данным о количестве голов крупного рогатого скота, овец и свиней2. Индексы были построены для следующих дат: 1812, 1831, 1855, 1867 гг. и затем для каждого года до 1924 г.

Отсюда ясно, что до 1884 г. по первой и до 1867 г. по второй группам мы имеем лишь отдельные точки индексов. Соединяя в каждом ряду эти точки, мы получили непрерывные ряды индексов.

Третья группа - продукция интенсивных культур. Сюда вошла продукция картофеля, репы, брюквы и свеклы. По состоянию данных этот индекс оказалось возможно построить только с 1884 г. погодно. Четвертая группа - продукция сена. Этот индекс можно было построить с 1887 г.

По данным групповых индексов был построен невзвешеиный общий индекс физического объема сельскохозяйственного производства. Причем, как ясно из предыдущего, мы могли построить этот индекс со второй четверти XIX в. По 1884 г. только по двум группам - по группе зерновой продукции и продукции животноводства. С 1884 г. общий индекс мог быть построен по трем, а с 1887 г.

по четырем группам. Однако, пользуясь соотношением полного индекса с индексами из II и III групп за период 1884-1893 гг., мы сомкнули их в один непрерывный ряд индекса физического объема производства. (Динамику общего и групповых индексов физического объема сельскохозяйственного производства см. в приложении III.) Для промышленности были построены индексы физического объема производства также по четырем группам.

Первая группа - продукция текстильной промышленности. В эту группу вошла продукция хлопчатобумажной промышленности, учтенная по количеству потребленного хлопка, продукция шерстяной промышленности, учтенная по исчисленным данным о потреблении шерсти, и производство льняной промышленности, учтенное по количеству потребленного льна. Групповой индекс объема производства текстильной промышленности был построен с г., причем отдельные отрасли вошли в него с весами, определенными по чистой продукции в среднем за 1821-1887 гг. Вторая группа - металлическая промышленность. Индекс был построен и сомкнут по данным о продукции чугуна для следующих точек: 1800, 1810, 1818, 1820, 1823, 1825, 1827, 1828, 1830, 1833, 1835, 1839, 1845, 1847, 1850, 1852, 1854 гг. и далее погодно. Третья группа - продукция горной промышленности. Групповой индекс, взвешенный по ценности производства за период с 1801-1888 гг., был построен на основании учета продукции каменного угля, железной руды, меди, свинца, цинка и олова.

Четвертая группа - продукция деревообрабатывающей промышленности, учтенная по количеству ввезенного дерева (не считая идущего на производство мебели). Индекс группы был построен с 1803 г.

Из указанных групповых индексов промышленной продукции был построен общий индекс физического объема промышленного производства. Причем отдельные групповые индексы вошли с равными весами и общий индекс исчислялся при помощи средней геометрической1.

Наконец, из индексов сельскохозяйственного и промышленного производства, взятых с равными весами, при помощи средней геометрической был образован общий невзвешенный индекс физического объема производства.

Построив индексы физического объема сельскохозяйственного и промышленного производства, мы затем построили индексы количества самодеятельного населения, занятого в сельском хозяйстве, в соответствующих отраслях промышленности, а также во всей промышленности. Индексы занятой рабочей силы по состоянию данных можно было построить лишь для тех годов, когда имели место цензы, т.е. через каждые 10 лет. Базой для этих индексов были взяты средние за 1901 и 1910 гг.1 (см. приложение IV).

Построив таким образом индексы физического объема производства и занятой рабочей силы и деля первые на вторые, мы получили индексы динамики производительности труда в сельском хозяйстве, в промышленности и общий.

Движение важнейших индексов производительности труда нанесено на диаграмме 5.

При анализе этой диаграммы необходимо строго учесть следующие соображения.

Приведенные индексы производительности труда ничего не говорят относительно абсолютного уровня производительности труда в той или другой отрасли народного хозяйства. Они указывают только на динамику производительности труда. Пересечение индексов в период 1904-1910 гг.

объясняется исключительно тем, что за базу всех индексов взяты средние данные за 1900-1910 гг. Учитывая эти замечания, на основе диаграммы мы получаем следующий основной вывод: производительность труда в течение анализируемого периода как в сельском хозяйстве, так и в промышленности значительно повысилась. Она повышалась, хотя и различным темпом, почти непрерывно. Исключение составляет период с 30-го по 40-й год для сельского хозяйства, когда наблюдается некоторое, очень слабое, снижение производительности сельскохозяйственного труда, и с 80-х годов для промышленности, когда обнаружилось заметное снижение производительности промышленного труда. К последнему вопросу мы вернемся еще ниже. Пока же заметим, что если исключить военный период, то снижение производительности промышленного труда окажется незначительным и оно не меняет общего вывода о росте производительности труда в XIX в. Приведенные индексы охватывают период с 30-х годов прошлого столетия. Но поскольку в основе повышения производительности труда лежит главным образом развитие Диаграмма 5.

Индексы производительности труда 1 - промышленности;

2 - сельск[ого] хозяйства;

3 - общий техники, поскольку с конца XVIII в. Англия вступила в полосу промышленной революции и быстрого технического прогресса, постольку есть все основания предполагать, что повышение производительности труда имело место и в первые десятилетия XIX в. Доказательством этого может отчасти служить приведенная выше диаграмма б о производительности труда добывающей промышленности. О том же говорят и литературные источники1.

Разумеется, исчисленные нами индексы физического объема производства и производительности труда по состоянию данных не могут претендовать на строгую точность. Однако для обоснования выставленных положений о росте производительности труда они достаточно убедительны. И это тем более, что важнейшие выводы, полученные для Англии, находят подтверждение в соответствующих материалах и по Соединенным Штатам.

Для С.-А.С.Ш. мы взяли исчисление W. King по национальному доходу от промышленности и сельского хозяйства2. Разделив данные о национальном доходе в ценностном выражении на Диаграмма 6.

Большие циклы индексов цен 1 - общин;

2 - промышл[енных] товаров;

3 - сельскохозяйственных товаров] общий индекс товарных цен (1901-1910 гг. = 100), средний из трех лет (год ценза, предшествующий ему и следующий за ним), мы освободили эти данные от влияния колебания цен и тем придали им как бы физическое выражение.

Полученные данные о национальном доходе были затем превращены в индексную форму при средней из данных за 1900 и 1910 гг. Наряду с этим были исчислены индексы количества занятой рабочей силы в сельском хозяйстве и в промышленности1. Разделив, наконец, первые индексы на индексы занятой рабочей силы, мы получили индексы динамики производительности сельскохозяйственного и промышленного труда в Соединенных Штатах. Придав этим индексам равные веса при помощи средней геометрической, мы вычислили общий индекс производительности труда.

Отсюда ясно, что за исключением периода, находившегося под влиянием опустошительной гражданской войны 1861-1865 гг., производительность труда обнаруживает рост. Этот вывод в основном подтверждается также и нашими вычислениями, Индексы динамики производительности труда в С.-А.С.Щ.

Годы Общий Сельское хозяйство Промышленность (за основание приняты средние за 1900 и 1910 гг.) 1850 46,7 (65,6) 50,2 43, 1860 57,2 (68,6) 53,8 61, 1870 51,7 46,2 58, 1880 50,3 38,9 64, 1890 73,2 60,2 88, 1900 92,5 84,0 101, 1910 106,4 114,6 98, 1920 101,3 100,3 102, произведенными тем же методом, какой был применен выше в отношении английских материалов. Подтверждается он и другими имеющимися исчислениями1. Если учесть далее, что с начала XIX в. С.-А.С.Ш. вступили в полосу промышленной революции, то есть все основания полагать, что рост производительности труда наблюдался в них не только во второй половине XIX в., которая охвачена приведенными данными, но и в первой.

Таким образом, данные по С.-А. С.Ш. вполне подтверждают общие выводы о росте производительности труда, полученные из анализа данных по Англии.

Но поскольку в основе повышения производительности труда лежит прогресс в технике и организации, поскольку технический прогресс имел место и в других странах, во всяком случае в странах, втянутых в мировой товарооборот, постольку рост производительности труда с начала XIX в. можно рассматривать как процесс мирового порядка2.

Отмеченный процесс повышения производительности труда является показателем тенденции общего снижения реальных издержек производства. На первый взгляд это положение может показаться спорным. Затраты труда не исчерпывают общей суммы затрат: наряду с ними существуют затраты капитала. В связи с этим может показаться, что рост производительности труда сам но себе еще ничего не говорит о тенденции реальных издержек к снижению. Последние могли с избытком возрасти за счет затрат капитала в силу: 1) повышающейся реальной дороговизны его;

2) менее эффективного применения его и, наконец, 3) в силу процесса капиталоинтенсификации производства. Однако эти соображения не опровергают положения о падении издержек, выставленного выше.

Первое из указанных оснований роста издержек за счет затрат капитала могло бы иметь значение лишь в том случае, если бы расчет роста производительности труда относился к какой-либо отдельной отрасли производства. Но если расчет относится ко всему производству и ко всем основным отраслям его, в том числе и к отраслям, производящим капитальные блага, то оно теряет свою силу. Второе основание роста издержек имело бы силу лишь при предпосылке деградирующей техники и организации производства. Однако очевидно, что для рассматриваемого периода должна быть принята как общее правило прямо обратная предпосылка. Что касается третьего основания, т.е. процесса капиталоинтснсификации производства, то процесс этот несомненно имел место.

Но исторически, наряду с качественным улучшением техники и организации производства, капиталоинтенсификации служила одним из основных факторов именно повышения производительности труда и снижения издержек производства1. Следовательно, сама по себе капиталоинтенсификация производства не могла служить общим основанием для повышения издержек.

Доказательством последнего положения могут служить и приведенные выше расчеты о производительности труда по С.-А.С.III. Народное хозяйство С. А.С.Ш. несомненно переживало быстрый процесс капиталоинтенсификации. Но приведенные расчеты построены на основе данных о динамике чистого народнохозяйственного дохода. Иначе говоря, в них возрастающие издержки затрат капитала приняты во внимание и исключены из валовой продукции. И если приведенные данные в терминах чистого дохода говорят о росте производительности труда, то очевидно, что процесс капиталоинтенсификации не мог быть общим осиованием для роста издержек. Этот процесс мог и может служить основанием для роста издержек лишь в тех случаях и отраслях хозяйства, когда и где он протекает при той же или деградирующей технике и заходит дальше, чем это допускается принципом оптимального сочетания факторов производства.

Таким образом, мы приходим к выводу, что обнаруженный выше процесс роста производительности труда может быть принят в качестве достаточно убедительного симптоматического показателя общего снижения средних издержек производства. Причем для точности необходимо подчеркнуть, что одновременно в силу технического прогресса происходило падение издержек и транспорта1.

Но если это так, что при условии достаточно напряженной конкуренции на рынке падение реальных издержек в течение времени должно было неизбежно привести к падению издержек в денежном обращении и к падению цен. Действительно, допустим, что при данном положении рынка и при данном уровне цен в той или иной отрасли производства реальные издержки понижаются. Это значит, что соответственно понижаются издержки производства и в денежном выражении.

Рыночные цены на продукты этого производства под влиянием спроса могут в течение того или иного периода не следовать за снизившимися издержками в денежном выражении. Однако в условиях достаточно напряженной конкуренции такое понижение не может быть длительным. Если рыночные цены не снизятся более или менее соответственно с денежными издержками, то данная отрасль производства окажется относительно более доходной, ее размеры расширятся, предложение ее товаров увеличится и в конечном итоге цены ее товаров упадут2.

Если снижение реальных издержек производства в данной отрасли производства повторится, то в основном повторится и его эффект, т.е. рыночные цены в конечном итоге снизятся снова. Если снижение реальных издержек шаг за шагом охватывает и другие отрасли производства, то должны снизиться цены и на продукты этих отраслей производства.

Таким образом, с динамической точки зрения в условиях достаточно напряженной конкуренции молекулярный процесс снижения реальных издержек должен привести к падению рыночых цен. Это не произойдет лишь в том случае, если одновременно с падением реальных издержек в такой же или еще в большей степени возрастают доходы населения и его спрос. Как временное явление в силу тех или других причин это, конечно, может иметь место. Но так как в пределах достаточно длительного времени спрос находится в соответствии с предложением, так как доходы населения находятся в прямой зависимости от состояния производства, так как эпоха промышленного капитализма как общее правило характеризуется острой конкуренцией со стороны продавцов, то указанное явление превышения спроса, толкающее рыночные цепы при снижении издержек производства вверх, может быть лишь временным исключением.

Исходя из предыдущего, мы и можем утверждать, что основная причина общей понижательной тенденции цен с начала XIX в. до мировой войны заключается в росте техники, соответственно в повышении производительности труда и в понижении реальных издержек производства транспорта. Наоборот, очевидно, что одной из важнейших (хотя и далеко не единственной) причин роста товарных цен во время войны было повышение реальных издержек производства.

Разумеется, выставленное общее положение нельзя понимать прямолинейно и думать, что общее движение цен в каждой стране и в каждой отрасли производства было обусловлено динамикой издержек производства именно в этой стране и в этой отрасли. Применяя сделанный общий вывод, необходимо учитывать всю сложную систему взаимоотношений конкуренции в рамках мирового хозяйства. При этих условиях может оказаться, что на динамику цен некоторых продуктов решающее влияние оказали при падении стоимости транспорта условия производства не в ней самой, а в других странах. Это имеет, в частности, особенно большое значение для понимания динамики сельскохозяйственных цен в Англии (см. ниже). Но эта оговорка ни в малейшей степени не колеблет выставленного общего положения.

б) Однако выше при анализе общего направления движения цен мы констатировали, что как по Англии, так и по Соединенным Штатам понижательной тенденции не обнаруживают цены животноводческих предметов потребления. Это уклонение от общей понижательной тенденции (единственное для Англии) требует объяснения.

Причину повышательной тенденции цен указанной группы товаров мы видим, с одной стороны, в воздействии со стороны спроса на эти продукты, с другой - в специфических условиях динамики их производства.

С начала XIX столетия наблюдается значительный рост реального богатства и дохода населения как в Англии, так и в других странах1. Рост богатства и дохода сопровождается повышением уровня жизни населения. Причем повышение уровня жизни идет за счет не только высших, но и низших классов, в частности за счет рабочего класса. Об этом свидетельствуют тенденции реальной заработной платы к повышению, рост вкладов в сберегательные кассы и другие показатели2.

Повышение благосостояния населения важнейших стран в XIX в. обусловило изменение структуры его потребления, а следовательно, и спроса на различные товары: оно вызвало, особенно в импортирующих европейских странах, падение относительного значения потребления предметов наиболее первой необходимости, прежде всего хлеба, и одновременно повышение удельного веса потребления более дорогих продуктов, удовлетворяющих потребности более эластичные и более высокого порядка3. В отношении к продуктам сельского хозяйства это означало в особенности быстрый рост потребления продуктов животноводства и соответственно более напряженный спрос на эти продукты.

Подтвердить это положение непрерывными статистическими данными за длительное время, по состоянию статистики потребления, очень трудно. Но все же положение это можно иллюстрировать следующими данными по Англии4:

Потребление импортированных продуктов на душу Продукты 1840 1870 1913 1913 г. в % к г. г. г. 1840 г.

Пшеница и пшеничная мука в переводе 42,5 122,9 298,2 701, на зерно (фунты) Сахар всякий 15,2 47,2 93,1 612;

Бекон и ветчина 0,01 2,0 13,7 1370, Масло коровье 1,05 4,1 9,9 942, Яйца (штуки) 3,63 13,9 56,2 1548, Отсюда очевидно, что наиболее интенсивно растет потребление импортируемых продуктов животноводства. На втором месте стоят такие продукты, как сахар и пшеница. Конечно, потребление импортируемых продуктов не покрывает всего потребления и потому динамика потребления импортированных продуктов не дает точной характеристики динамики всего потребления. Но если учесть, что продукция зерновых хлебов в Англии уменьшается, а продукция животноводства растет1, то при этих условиях станет очевидным, что приведенная таблица не преувеличивает, а скорее преуменьшает сдвиг состава потребления в сторону относительного увеличения в нем роли животноводческих продуктов.

Следовательно, положение о более быстром росте потребления продуктов животноводства сохраняет всю свою силу. Этот вывод в основном, особенно со второй половины XIX в., приложим и к другим западноевропейским странам2.

Если учесть, что одновременно шло не только повышение норм потребления, но увеличивалось и количество населения, то станет ясно, что в начале XIX в. имело место значительное расширение спроса на животноводческие продукты потребления.

Напряженный рост спроса на продукты животноводства предполагал и рост производства их. Развитие их производства могло идти или на основе экстенсивного пастбищного или на основе интенсивного животноводства. Но в силу улучшения путей сообщения и экспансии зерновой продукции экстенсивное скотоводство, во-первых, все более и более передвигается в отдаленные от мировых рынков районы и страны;

во-вторых, если оно и растет, то медленнее, чем население, или даже абсолютно деградирует1. Совершенно ясно, что передвижение экстенсивно скотоводческой продукции в более отдаленные районы, удорожая стоимость доставки, в значительной мере парализовало влияние технического прогресса на издержки производства и транспорта продуктов этих отраслей, а следовательно, и на цены их. Отставание же производства от роста населения при росте норм потребления животноводческой продукции давало прямое основание для повышения цен.

Что касается снабжения рынка за счет развития интенсивного животноводства, то рост последнего уже опирается на относительно высокий и повышающийся уровень цен продуктов животноводства2.

Таким образом, описанные условия потребления и спроса, производства и предложения животноводческих продуктов делают понятной повышательную тенденцию цен на эти продукты.

в) Другое уклонение от общей понижательной тенденции цен, которое было отмечено выше и которое требует объяснения, состоит в росте цен не только животноводческих, но и большинства других сельскохозяйственных товаров в С. А.С.Ш. В основе повышательного движения цен почти всех сельскохозяйственных товаров С.Ш. в свою очередь лежит, с одной стороны, значительный рост спроса, с другой - специфические изменения в условиях сельскохозяйственного производства этой страны.

Интенсивный рост спроса на продукты американского сельского хозяйства шел как со стороны мирового, так и внутреннего рынка. Когда С.Ш. в конце XVIII и в начале XIX в. впервые выступили на мировом рынке, уровень цен на сельскохозяйственные продукты стоял в них значительно ниже уровня цен европейских рынков, и в частности английского. Этот разрыв цен объяснялся крайней дороговизной транспорта как внутреннего, так и морского1. С 30-х годов XIX в. и в особенности позднее издержки транспорта начинают резко снижаться. Так, стоимость перевозки бушеля пшеницы от Чикаго до Нью-Йорка по внутренней водной системе понизилась с 24,8 цента в 1860 г. до 5,7 цента в 1913 г., а по железным дорогам - с 33,3 цента в 1870 г. до 9,6 цента в 1913 г.2 Фрахты на квартер пшеницы от Нью Йорка до Ливерпуля упали с 4 шилл. 7 пенс, в 1869 г. до 7 пенс, в 1902 г.3 Это колоссальное "экономическое приближение" С.Ш. к европейскому рынку имело два существенных последствия4. Для сельского хозяйства С.Ш. как страны экстенсивного хозяйства, низких цен и низкой земельной ренты это открыло огромные возможности сбыта и дало толчок к повышению их цен на сельскохозяйственные товары. Для европейских стран, и в том числе для Англии, как стран более интенсивного хозяйства, относительно высоких цен и высокой ренты это означало значительное увеличение предложения сельскохозяйственных товаров и, как правило, явилось одним из ближайших звеньев в цепи воздействия падения реальных издержек производства и транспорта (см. выше) на понижение цен большинства сельскохозяйственных товаров. Причем резкий характер усиления заокеанской конкуренции послужил впоследствии с 70-х годов даже одним из факторов длительного кризиса европейского сельского хозяйства5.

Однако увеличение спроса, а следовательно, и повышательные тенденции цен на сельскохозяйственные товары в С.Ш. имели и другой источник. Этот источник заключался в быстром процессе индустриализации страны и соответственно в быстром росте ее внеземледельческого населения6.

Рост спроса и тенденции цен к повышению стимулировали экспансию сельскохозяйственного производства в С.Ш., вызывая постоянное передвижение экстенсивно-скотоводческой, а за ней и экстенсивно-зерновой продукции страны на запад. Наоборот, восточные штаты страны должны были вступить на путь постепенной интенсификации сельского, хозяйства1. Указанное передвижение земледелия и скотоводства все дальше на запад в известной степени парализовало значение падения издержек транспорта, а следовательно, и вообще издержек производства. При этом условии и при условии описанного роста спроса повышательное движение большинства американских цен на сельскохозяйственные товары становится вполне понятным и естественным.

Выше было указано, что из всех сельскохозяйственных товаров в С.Ш. только цены по группе технического сырья не повышаются, а держатся стабильно. На основе предыдущего анализа это явление равным образом легко объяснить.

Среди товаров этой группы важнейшее значение имеет хлопок. Но именно производства хлопка географически держится в С.Ш. устойчиво в одних и тех же районах. Что касается цен на другой важный товар этой группы - на шерсть, то он находится под сильным воздействием конкуренции шерсти, импортируемой в С.Ш. Но как бы то ни было, уровень цеп большинства сельскохозяйственных товаров С.Ш. повышается.

В результате общего повышательного движения американских цен сельскохозяйственных товаров при понижательной тенденции их в Англии мы наблюдаем знаменательное сближение уровня их в той и другой стране, что видно из следующих данных (табл. 1).

Отсюда совершенно ясно, что мировой рынок, повышая американские цены, мог оказывать мощное стимулирующее воздействие на развитие американского сельского хозяйства. Но с ходом времени положение изменяется. К концу XIX в.

американские цены подходят весьма близко к уровню английских цен. Это обстоятельство имеет несомненно чрезвычайно большое значение для последующего развития американского сельского хозяйства. Однако здесь мы не можем входить в рассмотрение данной проблемы.

5. Большие циклы колебания уровня цен. Если присмотреться к приведенным выше диаграммам движения цен, то легко Таблица Движение цен на важнейшие продукты сельского хозяйства в Англии и Соединенных Штатах Годы Пшеница Мясо* Хлопок Америка Англия Американские Америка Англия Американские Америка Англия Американские цены в % к цены в % к цены в % к в центах за 1 в долл. за 100 английским в центах за 1 английским английским бушель фунтов фунт 1801-1810 78,25 251,70 31,1 1,92 10,46 18,4 15,66 30,88 59, 1811-1820 96,15 255,96 37,6 1,81 10,19 17,8 17,22 29,82 57, 1821-1830 58,23 200,08 29,1 1,42 8,61 16,5 10,16 15,89 63, 1831-1840 74,18 173,22 42,8 186 8,94 20,8 10,02 15,57 64, 1841-1850 59,97 161,79 37,1 2,49 8,94 27,9 6,69 10,54 63, 1851-1860 84,12 166,17 50,6 3,23 9,98 32,4 8,76 12,47 70, 1861-1870 94,02 155,31 60,5 3,22 11,19 28,8 25,02 31,33 79, 1871-1880 102,40 155,34 65,5 4,45 12,96 34,3 11,25 15,30 73, 1881-1890 91,31 108,74 84,0 4,80 11,04 43,5 8,71 11,87 73, 1891-1900 72,88 85,90 84,8 4,67 9,61 48,6 7,74 8,47 91, 1901-1910 95,94 91,13 105,3 5,65 10,98 51,5 11,10 12,14 91, 1911-1920 164,78 156,83 105,1 10,39 18,49 56,2 19,44 23,30 83, *Исключительно резкое различие английских и американских цен на мясо объясняется отчасти различием взятых сортов мяса.

видеть, что динамика их обнаруживает не только определенные тенденции, но и волнообразные колебания различной длительности. Покончив с анализом основных тенденций цен, обратимся теперь к рассмотрению волнообразных колебаний их и остановимся прежде всего на длительных колебаниях. Эти длительные колебания цен отчетливо видны уже из приведенных выше диаграмм.

Но для того чтобы выявить их более определенно, мы подвергли индексы следующей обработке. По методу наименьших квадратов был определен плавный уровень (secular trend) индексов цен. Далее, были взяты отклонения эмпирического ряда от уровня и сглажены сначала при помощи 9-летней, а затем повторно при помощи 5-летней подвижной средней. Кривые, полученные в результате сглаживания, нанесены на диаграммы.

На следующей диаграмме 6 нанесены кривые, полученные в результате описанного выравнивания и рисующие длительные колебания общего индекса, а также индексов сельскохозяйственных и промышленных товаров по Англии.

Из диаграммы б видно, это все индексы обнаруживают 2 больших цикла колебаний.

Индекс сельскохозяйственных товаров с конца XVIII в. дает повышательную волну, которая обрывается по несглаженному ряду в 1809 г. (по сглаженному - в 1810 г.)1 и сменяется понижательной волной, продолжающейся до 1848 г. Здесь оканчивается первый большой цикл цен сельскохозяйственных товаров. С 1848 г.

начинается вторая повышательная волна, которая идет до 1872 г. (1870) и затем сменяется понижательной волной, оканчивающейся в 1894 г. (1895). Здесь кончается второй большой цикл цен сельскохозяйственных товаров. С 1894 г.

начинается третья повышательная волна, продолжающаяся до 1918 г., когда она сменяется понижением цен.

Обращаясь к индексу промышленных цен, мы видим, что он также с конца XVIII в. дает повышательную волну, продолжающуюся до 1809 г. (1808). С 1809 г.

развертывается понижательная волна индекса. Причем по несглаженному ряду (см. диаграмму 1) эта понижательная волна продолжается до 1849 г., давая другой минимум также в 1834 г. При сглаживании произошло перемещение минимума и основным оказался минимум 1834 г. Если считать основной минимум по несглаженному ряду, то очевидно, что в конце 40-х годов кончается первый большой цикл движения цен промышленных товаров. Далее начинается вторая повышательная волна их до 1873 г. (1868), сменяющаяся затем понижательной волной. Последняя обрывается в 1895 г. Здесь оканчивается второй большой цикл промышленных цен. С 1895 г. наблюдается третья повышательная волна их, идущая до 1919 г. и сменяющаяся здесь новым значительным понижением цен.

Таким образом, ясно, что индекс промышленных цен описывает почти совершенно те же 2 большие волны, что и индекс сельскохозяйственных цен.

При этом условии понятно, что те же волны находим мы и в общем индексе.

Причем характер их ближе напоминает движение цен промышленных товаров2.

Наличие больших циклов в движении цен можно констатировать и для Соединенных Штатов. К этому заключению приводит анализ имеющихся американских индексов1. К этому же заключению приводит и анализ построенных нами индексов для Соединенных Штатов (см.

диаграмму 2). Периоды больших циклов этих американских индексов по невыровненному ряду таковы.

Циклы Общий индекс Индекс с.-х. товаров Индекс пром. товаров Начальные даты полуволн Первый 1. Начало повыш. волны* 1791 1791 цикл 2. Начало пониж. волны 1814 1817 Второй 1. Начало повыш. волны 1843 1843 цикл 2. Начало пониж. волны 1865 1874 Третий 1. Начало повыш. волны 1896 1896 цикл 2. Начало пониж. волны 1920 1919 * Построенные нами индексы начинаются с 1801 г. Начало повышательной волны здесь отмечается в соответствии с индексами, указанными в предыдущем примечании.

Отсюда ясно, что большие циклы американских цен достаточно близки к циклам английских цен, хотя и не вполне совпадают с ними. В частности, первая понижательная волна их здесь обрывается несколько раньше, чем в Англии.

Большие циклы в С.Ш. наблюдаются как в сельскохозяйственных, так и в промышленных ценах. Заметим, однако, что первая повышательная волна цен сельхозтоваров выявлена в С.Ш. чрезвычайно слабо. Амплитуда колебаний сельскохозяйственных и промышленных цен здесь, как и в Англии, различна.

Обращаясь к вопросу о больших циклах в индексах цен отдельных групп сельхозтоваров, приведем диаграмму 7 по Англии.

Из этой диаграммы ясно, что цены по всем трем основным группам сельскохозяйственных товаров обнаруживают большие циклы. Их амплитуда в различных группах различна, но периоды развития весьма близки. Причем эти периоды весьма близки и к тем периодам, которые были установлены выше для общего индекса, а также для индекса всех сельскохозяйственных товаров.

Индексы цен различных групп промышленных товаров, как видно из приведенной выше диаграммы, равным образом обнаруживают наличие больших волн. С наибольшей отчетливостью Диаграмма 7.

Большие циклы индексов с[ельско]хоз[яйственных] товаров 1 - продукты животноводства;

2 - хлеба;

3 - техническое сырье эти волны выражены в индексах металлов и растительных масел. Менее правильны эти волны в ценах угля и пряжи. Амплитуда больших волн в этих групповых индексах различна. Периоды волн не совпадают точно. Но все же они близки друг к другу. Большие волны имеют место и в индексе лесных материалов. Однако здесь максимум второй волны приходится не на конец 60-х и начало 70-х годов, а на начало 50-х годов.

Таким образом, не только в динамике общего индекса, но и в динамике отдельных групповых индексов мы обнаруживаем наличие больших циклов, хотя они здесь и менее правильны.

Большие волны или циклы движения цен с большей или меньшей определенностью уже отмечались различными авторами1. При этом одни авторы, констатируя большие волны движения цен, не останавливаются на объяснении этих волн2. Другие авторы склонны рассматривать их как результат воздействия более или менее случайных и эпизодических причин, например войн и революций, колебания добычи золота и др.1 Третьи связывают их с изменениями не только в добыче золота, но вообще в состоянии денежного обращения и кредита2. Четвертые - с колебанием процента, находящимся в свою очередь в зависимости от смены социально-экономических условий накопления капитала3. Пятые рассматривают их как частичное проявление длительных колебаний в состоянии всего народного хозяйства и объясняют эти длительные колебания изменениями в соотношении предложения и спроса4 или в соотношении предложения и спроса и в размерах добычи золота5.

На основании специального исследования больших циклов конъюнктуры6 мы пришли к выводу, что большие волны в движении цен представляют из себя только одну составную часть общих длительных колебаний в динамике народного хозяйства и что эти длительные колебания вообще и колебания цен в частности не могут быть объяснены влиянием внешних, эпизодических причин, в том числе и влиянием добычи золота.

Это не значит, что влияние этих причин, и в частности изменений в добыче золота, совершенно безразлично для колебания цен и больших циклов их движений. Это значит лишь, что так называемые эпизодические внешние причины в основе сами включены в общий процесс социально-экономической динамики и потому не могут рассматриваться как причины больших циклов, привходящие совершенно извне и порождающие эти циклы1.

С нашей точки зрения, объяснение больших циклов, и в частности больших циклов движения цен, необходимо искать в характере механизма и внутренней закономерности общего процесса социально-экономического развития. Не входя здесь в подробности изложения, ограничимся лишь самыми общими выводами по вопросу о механизме длительных колебаний конъюнктуры и цен2.

Теоретически всякие волны конъюнктуры можно рассматривать как отклонения элементов народного хозяйства от того состояния их, в котором они находились бы, если бы народное хозяйство, развиваясь, сохраняло динамическое равновесие. Но говоря о равновесии народного хозяйства, необходимо различать отдельные типы его3. Можно говорить о равновесии рынка (и о ценах равновесия) на основе данного спроса и данного, и притом неизменного, предложения. Это будет равновесие краткого периода, в течение которого размеры предложения товаров не меняются. Можно говорить о равновесии (и о ценах равновесия) применительно к более длительному периоду, в течение которого меняется не только спрос, но и предложение;

однако последнее меняется на основе в общем того же фонда основных капитальных благ (факторов производства). Можно, наконец, говорить о равновесии (и о ценах равновесия) применительно к еще более длительному периоду, в течение которого меняется не только спрос, не только текущий запас и предложение товаров, но и количество упомянутых основных капитальных благ.

Эти блага (крупнейшие строительные сооружения, мелиорации, кадры квалифицированного труда и т.д.) обладают способностью длительного служения. Однако и создание их равным образом требует длительного времени, которое не укладывается в рамки обычного торгово-промышленного цикла.

Расширение фонда этих капитальных благ совершается неравномерно.

Существование больших волн конъюнктуры и связано с механизмом расширения фондов именно этих благ.

Причем период усиленного строительства их совпадает с повышательной волной, а период затишья этого строительства - с понижательной волной большого цикла.

Создание основных капитальных благ требует затраты огромных капиталов, и притом на относительно длительный срок. Поэтому наступление периода усиленного строительства их, т.е. периода длительно-повышательной волны, предполагает ряд предпосылок. Эти предпосылки таковы: 1) высокая интенсивность сбережении, 2) относительное обилие предложения и дешевизна ссудного капитала, 3) аккумуляция его в распоряжении мощных финансовых и предпринимательских центров, 4) низкий уровень товарных цен, который стимулирует сбережения и долгосрочные помещения капитала. Наличие этих условий рано или поздно вызывает усиленное строительство упомянутых основных капитальных благ и тем самым длительно-повышательную волну конъюнктуры.

Низкий уровень цен, который имеет место в начале этой волны, обусловливая относительно высокую покупательную силу золота, делает вместе с тем золотопромышленность рентабельной и стимулирует расширение добычи золота.

Расширение добычи золота, раз оно находит место, в свою очередь способствует начавшемуся подъему конъюнктуры. В этом же направлении действует неизбежно возникающее в этих условиях расширение кредита.

Длительно-повышательная волна конъюнктуры характеризуется подъемом цен, расширением производства и товарооборота и обострением конкуренции. Этот рост производительных сил и обострение конкуренции обусловливают вовлечение в орбиту мирового рынка новых стран и более интенсивное использование старых, обостряя вместе с тем борьбу за внешние рынки и создавая предпосылки для внешнеполитических конфликтов (войны). Равным образом он обостряет борьбу новых и старых социальных сил внутри и создает предпосылки для внутренних социальных конфликтов.

С ходом повышательной волны постепенно назревает относительный недостаток капитала и дороговизна его. С другой стороны, внешнеполитические и внутренние конфликты, вызывая расширение непроизводительного потребления и даже прямые хозяйственные разрушения, обостряют эту тенденцию. Наконец, прогрессирующее повышение товарных цен и, следовательно, падение покупательной силы золота тормозит дальнейший рост его добычи и также ослабляет возможность дальнейшего повышения конъюнктуры. Все эти тенденции, усиливаясь, обрывают наконец повышательную волну.

Начинается длительно-понижательная волна, т.е. волна падения цен, падения процента, ослабления темпа роста производства и торговли. Эта длительно депрессивная волна обычно характеризуется относительным замиранием внешнеполитических и внутренних социальных взаимоотношений и повышением интенсивности сбережений, особенно в тех социальных группах, доход которых под влиянием падения товарных цен относительно повышается1.

Но если все это так, то очевидно, что развитие понижательной волны постепенно приводит к образованию предпосылок нового длительного подъема.

Подъем этот, разумеется, не является необходимостью. Органические изменения самой системы народного хозяйства могут вообще деформировать характер экономической динамики. Но если таких изменений не произошло, то за понижательной волной последует подъем. Новый цикл не повторяет предыдущего в точности, так как народное хозяйство в конце первого цикла находится уже в новой фазе своего развития. Однако общий механизм нового цикла в основном остается прежним.

В действительности развертывание больших циклов, и в частности циклов цен, идет сложнее и прежде всего оно осложняется одновеременным проявлением циклических колебаний более коротких периодов. К этим колебаниям мы и переходим.

6. Малые циклы колебания уровня цен. Анализируя больше циклы цен, мы брали отклонения эмпирического ряда от плавного уровня, выравненные при помощи 9 летней и 5-летней подвижной средней. Тем самым мы исключили из этих отклонений более мелкие колебания индексов. Между тем эти колебания существуют. Чтобы выявить их, нанесем на диаграммы расхождения эмпирического ряда отклонений индексов (от плавного уровня) с кривой найденных нами больших циклов. Причем для того чтобы исключить чисто случайные колебания, выровняем эти расхождения при помощи 3-летней подвижной средней. Нанесем на диаграмму 8 упомянутые расхождения общего Диаграмма 8.

Малые циклы индексов цен 1 - общин;

2 - промышл[енных] товаров;

3 - с[ельско|хоз[яйственных товаров] индекса, а также индекса всех промышленных и всех сельскохозяйственных товаров по Англии1.

Из приведенной диаграммы видно, что как общий индекс, так и индексы цен промышленных и сельскохозяйственных товаров обнаруживают циклы продолжительностью в 6-11 лет. В дальнейшем мы называем эти циклы малыми циклами2.

Как известно, цены являются одним из основных показателей состояния конъюнктуры. И те циклы в их колебании, которые были только что отмечены, служат отражением малых циклов торгово-промышленной конъюнктуры, повторяющихся особенно регулярно с 20-х годов XIX столетия. Насколько велико соответствие в циклах торгово-промышленной конъюнктуры и цен, можно видеть из следующей таблицы по Англии (табл. 2).

Таблица Годы кризисов общей конъюнктуры и годы перелома цен* Продолжение Приведенная таблица построена на следующих основаниях. Были отобраны годы кризисов. Годы эти отбирались по совокупности показателей конъюнктуры.

Отобранные годы можно считать годами исторически установленных кризисов.

Причем кризис здесь понимается в широком смысле слова. К числу кризисов отнесены не только классические общие кризисы, но и достаточно известные денежно-кредитные кризисы (например, кризисы 1839 и 1864 гг.), а также менее острые переломы конъюнктуры от подъема к депрессии. Годы классических кризисов и депрессий отмечены в таблице звездочкой. В первых трех графах таблицы использованы данные о расхождении эмпирических отклонений индексов цен от уровня с линией больших циклов их колебаний. Причем так как сглаживание расхождений по 3 годам иногда устраняет и передвигает не только случайные вершины, но и вершины, вызванные органическими причинами, то при определении вершин были использованы несглаженные ряды расхождений.

Этим объясняется, почему между вершинами, указанными в таблице, и вершинами, показанными на диаграмме 8, где нанесены данные сглаженных расхождений, нет полного соответствия. Все случаи, когда перелом в ценах к понижению совпадает с переломом общей конъюнктуры, в таблице отмечены знаком +. Так как мы пользовались среднегодовыми данными о ценах и так как не всегда можно установить точно период года, когда начался кризис, то за совпадение перелома цен и общей конъюнктуры считались все те случаи, когда цены обнаруживают падение в год кризиса, в течение предыдущего или последующего года. Все другие случаи считались случаями отсутствия совпадения и обозначены знаком -. Для того чтобы проконтролировать выводы, полученные на основании данных о расхождении эмпирического ряда отклонений с кривой больших циклов, в последних трех графах таблицы мы использовали на тех же основаниях данные об индексах, взятых без предварительной обработки и сглаживания.

Обращаясь к приведенной таблице по существу, мы видим, что в подавляющем большинстве случаев годы кризисов и максимального подъема цен совпадают.

Исключения встречаются в отношении цен сельскохозяйственных товаров чаще, чем в отношении цен промышленных товаров. При совпадении преобладают случаи, когда перелом цен и кризис приходятся на тот же год. Реже перелом цен, особенно промышленных товаров наступает в предыдущем году.

Формулированные только что выводы соответствуют как данным о расхождении эмпирических отклонений с линией больших циклов так и данным о колебании индексов, взятых без предварительной обработки.

Обратимся теперь к малым циклам в движении цен по отдельным группам промышленных и сельскохозяйственных товаров по Англии Не приводя для краткости диаграмм, рисующих эти циклы, ограничимся анализом следующей сводной таблицы, построенной в общем на тех же основаниях, что и предыдущая (табл. 3).

Приведенная таблица чрезвычайно показательна. Из нее видно, что относительно наибольшее число случаев совпадения переломов цен с годами кризисов дают группы промышленных товаров. Из сельскохозяйственных товаров по количеству совпадений наравне с промышленными товарами стоит только техническое сырье. Наоборот, группы хлебных и животноводческих продуктов хотя и дают большое число совпадений, но все же оно значительно ниже, чем у технического сырья и промышленных товаров.

Анализируя далее специально случаи совпадения, мы видим, что во всех группах товаров преобладают совпадения год в год. Однако такие случаи совпадения относительно наиболее часты в первых четырех группах промышленных товаров и в группе технического сырья. В группах лесных материалов, хлебных продуктов и технического сырья относительно велико также число случаев, когда перелом цен приходится на год, предшествующий кризису. Отметим, что в группе животноводческих продуктов очень многочисленны случаи, когда перелом цен следует за кризисом с запозданием на год. В итоге можно утверждать, что хотя степень синхронности переломов в ценах и в общей конъюнктуре у различных товарных групп различна, но она все же достаточно высока.

Таблица Продолжение Для ясности дальнейшего изложения необходимо, однако, подчеркнуть, что из предыдущего анализа нельзя сделать вывод о существовании строгой синхронности колебания цен по отдельным группам. Относительно большое число (хотя и не во всех группах) совпадений моментов перелома цен и кризисов получается лишь при "либеральном" толковании самого случая совпадения, в частности при условии, что за совпадение считаются и те случаи, когда цены дают перелом в год, предшествующий кризису или следующий за ним. Если же синхронность понимать более строго (год в год) и сопоставить циклы отдельных групповых индексов не с циклами общей конъюнктуры, а между собой, то картина получится другая.

Синхронность колебания цен тем выше, чем более близки между собой длины волн этих колебаний. Если взять циклы цен, которые остаются после сглаживания отклонений (от линии больших циклов) при помощи 3-летней подвижной средней, измерить длину их волн от максимума до максимума (беря даты максимума для каждого выявленного сглаживанием цикла по несглаженному ряду) и вычислить коэффициенты корреляции между найденными длинами волн по некоторым отдельным групповым индексам, то получится следующая картина1:

Сопоставленные ряды Коэффициенты корреляции 1. Индекс промышленных и сел. -хоз. товаров 0, 2. Индекс металлов и технического сырья 0, 3. Индекс металлов и угля -0, 4. Индекс металлов и хлебных +0, 5. Индекс хлебных и жииотповодмеских +0, Отсюда ясно, что бесспорная и более или менее строгая синхронность обнаруживается лишь при сопоставлении общего сельскохозяйственного и общего промышленного индекса, в меньшей степени - группы и животноводческих товаров. В других случаях коэффициент корреляции незначителен или даже имеет отрицательный знак.

Но если в колебаниях отдельных групповых индексов пет строгой синхронности, то, с другой стороны, амплитуда этих колебаний равным образом весьма различна. Измеряя амплитуды колебания отдельных циклов по сглаженным рядам и определяя между этими амплитудами коэффициент корреляции, мы получили следующие результаты.

Сопоставленные ряды Коэффициенты корреляции 1. Индекс сел, -хоз. и промышленных товаров -0, 2. Индекс металлов и технического сырья 0, 3. Индекс металлов и угля 0, 4. Индекс металлов и хлебных +0, 5. Индекс хлебных и животноводческих +0, Не увеличивая числа примеров, можно заключить, что между амплитудами колебаний различных групповых индексов нет заметного соответствия.

На этом мы закончим разбор вопроса о малых, точнее средних, циклах колебания цен. В анализ общих причин этих циклов входить не будем. Поскольку выше показано, что эти циклы цен находятся в достаточном, хотя и не строгом соответствии с колебаниями общей конъюнктуры в рамках торгово промышленного цикла, постольку и причины разобранных циклических колебаний цен по существу те же, которыми вызываются торгово-промышленные циклы общей конъюнктуры.

В рассмотрение других, более кратких, а также случайных колебаний цен, в частности колебаний, вызываемых урожаями, равным образом здесь входить не будем.

Источники, из которых были взяты данные о ценах по Англии: Tooke T. History of prices and of the state of the circulation from 1793 to 1837. London, 1838. Vol. 11;

idem. Thoughts and details on the high and low prices, 1823. Pt. I;

Mulhall, The dictionary of statistics. London, 1903;

idem. History of prices since the year 1850.

London, 1885;

Jevons W. The Variation of prices and the value of the currency since 1782. (см.: idem. Investigations in currency and finance. London, 1909);

MeCulloch D.

A statistical account of the British Empire. Voll. II, Part III, Ch. IV;

Journal of the Royal Statistical Society за различные годы: Report on wholesale and retail prices.

London, 1903;

Statistical abstract of the United Kingdom за различные годы.

Использованные источники данных о цепах по С.-А.С.Ш. таковы: Приложение к ст.: Hansen A.H. Wholesale prices in the U. St. l801-1840//Bulletin of the Un. St.

Bureau of Labour Statistics. N 367;

Report by Mr. Aldrich from the Committee on Finance, published in Senate Documents N 1394;

Bulletin of the Un. St. Bureau of Labour Statistics (различные номера, в частности № 415);

Statistical abstract of the Un. St. (различные годы);

Department of Agriculture. Agriculture Yearbook (различные годы);

American State papers. Commerce and Navigation. Class IV. Vol.

II, VII;

Boyle J.E. Chicago Wheat prices. (Большая часть данных после 1840 г. была предоставлена автору Dr. O.C. Stine (Department of agriculture. Washington) и prof.

A.M. Hansen (University of Minnesota)).

К тем же заключениям о характере движения цеп по Соединенным Штатам приводят и другие имеющиеся индексы. См. общий индекс, приведенный в "European Currency and Finance" (Commission of gold and silver inquiry Un. St.

Senate. Washington, 1925. P. 436). См. также индекс сельскохозяйственных цен, построенный А.Н. Hansen и приведенный в его работе "The effect of price fluctuations on agriculture" (The Journal of political economy. April 1925).

Ср.: Fisher I. The purchasing power of money, 1922. P. 234 и cл.;

Sombart W. Der moderne Kapitalismus. 1922. Bd I. Kap. 31;

Denis И. La depression conomique et sociale et I'histoire des prix. Bruxelles, 1895. P. 179 etc.;

Cassel G. Theoretische Sozialkonomie. S. 404 и cл.;

Layton W.T. An introduction to the study of prices.

London, 1922. Passim.

См.: Fisher Т. Op. cit. Р. 48 и cл.;

Cassel G. Op. cit. S. 355 и cл.

По данным: Statistical Abstract of the Un. States. 1923 г.

См.: Fisher I. Op. cit. P. 280 и сл.

По данным: Statist. Abstract за 1923 г.

По данным "Annuaire statistique". Paris, 1922;

Layton W.P. Op. cit.;

Statist, abstract of the Un. Kingdom за различные годы. Количеетво депозитов взято в % к средним за 1877-1879 гг.

См.: Cassel G. Op. cit. S. 416 и cл.

Ср.: Mildschuh W. Kreditinflation und Geldtheorie (Archiv f. Sozialw. und Sozialpol.

Bd 52. S. 95 и cл.).

Ср.: Annuaire statistique. Paris, 1922. P. 340-341.

Ср.: Кондратьев H.Д., Опарин Д.И. Большие циклы конъюнктуры. М.: Экон.

жизнь, 1928. С. 179 и cл.

Ср.: Amonn A. Cassels System der theoretischen Nationalkonomie//Archiv f.

Sozialw. und Sozialpol. Bd 51. S. 327 и cл.

Ср.: Eulenburg F. Die Preisbildung in der modernen Wirtschaft//Grundriss der Sozialkonomik. Abteilung IV. Teil L S. 286 и cл.

Ср.: Aftalion A. Op. cit. T. 1. P. 213-214;

Taussig F. Principles of economics. N.Y., 1923. Vol. II. P. 153-155.

Cp.: Cassel G. Op. cit. S. 133 и cл.

Индексы физического объема производства были построены на основании следующих источников: Mulhali. The dictionary of statistics. London, 1903;

Page W.

Commerce and Industry. London, 1919. Vol. II;

Porter. Progress of Nation. London, 1851;

Statistical Tables and Charts relating to British and Foreign Trade and Industry.

London, 1909;

Statistical abstract for the Un. Kingdom за различные годы;

Statesman's Yearbook 1926;

Annuaire international de statistique agricole. Rome.

1925-26;

The mineral Industry//Ed. by Roush. 1923-1925.

Так как натуральная продукция каждой единицы скота с течением времени возрастала, то, беря вместо индекса продукции индекс числа голой скота, мы несколько снижаем теми роста индекса физического объема продукции животноводства.

По всем индексам промышленного производства за 1922-1924 гг. не учтено производство образовавшегося свободного государства Ирландии.

Количество рабочей силы, занятой в сельском хозяйстве и промышленности, было определено на основании цитированных выше источников: Mulhall (The dictionary...), Page, а также па основании "Abstract of labour statistics" за различные годы.

Ср.: Knoywles L.C.A. The industrial and commercial revolution in Great Britain during ninteenth century. London, 1922. P. 15 ff.;

Sombart W. Der moderne Kapitalismus. Bd II. Кар. 36, 66 и 67;

Шульце-Геверниц Г. Крупное производство.

1897. Гл. II.

Ср.: King W. The wealth and income of the people of the Un. States. N.Y., 1923;

idem. The national totals (см. Leven M. Income in the various States. N.Y., 1925).

По данным King и "Census of occupation" за 1920 г. Так как данные Кинга о числе занятых лиц за 1850-1860 гг. не учитывают негров, что ведет к преувеличению производительности труда за эти годы в сельском хозяйстве, то нами введена в них поправка на недоучет негров. Поправка эта введена на основании коэффициентов, установленных по цензам позднейших лет. Данные о производительности без поправки в нижеследующей таблице приведены в скобках.

См.: Productivity of Labour//Monthly labour review. 1927, October. P. 25-32;

Productivity of labour in eleven Industries//Ibid. 1927, January. P. 35-49;

Jamba A.

Productivity of a New-England cotton mill, 1833 to 1925//Ibid. 1925, October. P. 21 32;

Young E.C. The mouvement of farm population//Published by the Cornell University agricult. Experim. station. Ithaka, 1928. P. 7-10.

Ср.: Gottl-Ottlilienfeld F. von Wirtschaft und Technik//Grundriss der Sozialkonomik. Abt. II. S. 47 и cл;

Neudeck G. Geschichte der Technik, 1923. S. и cл.;

Sombart W. Op. cit.;

idem. Die Deutsche Volkswirtschaft im neunzehnten Jahrhundert. Berlin, 1903. S. 153-19;

Schmoller G. Op. cit. Teil L S. 214 и cл.;

Ballod K. Die Produktivitt der Landwirtschaft//Schriften d. Vereins f. Sozialpol. Bd 132. S.

428 и cл.;

Bybark J. Die Steigerung der Produktivitt der deutschen Landwirtschaft im neunzehnten Jahrhundert. Berlin, 1905(passim);

Aftalion A. Des Crises... T. I. P. 216;

Simiand F. Les salaires des ouvriers des mines de charbon en France. Paris. 1907.

Tableau A.

Ср.: Increased productivity in various industries, 1899 to 1925//Monthly labour review. October 1927. P. 28-32;

Jamba A. Op. cit. P. 28-32;

Kammerer O. ber den Einfluss des technischen Fortschrittes auf die Produktivitt//Schriften des V. f.

Sozialpol. Bd 132. S. 371-425.

Ср.: Mulhall. Op. cit. P. 300-301;

Sombart W. Das Wirtschaftsleben... Hibb. I. S. и cл.

Ср.: Marshall A. Principles of economics. L. 1910. Book V, ch. III, V, VII-XII;

Taussig F. Op. cit. Vol. I, ch. 12, 13, 14;

Simson Kemper. A statistical analysis of the relation between cost and price//Quart. journal of econom. 1920. Vol. 35. P. 264-289.

Ср. Mulhall. Industries and wealth of nations. London. 1896;

Stamp J.G. British incomes and property. London, 1916;

Bowley A.L. Changes in average wages in the Un. Kingdom between 1860 and 1891//Journal of the royal stat. society. June, 1895;

King W. Op. cit.;

Schmoller G. Grudriss der Allgemein//Volkswirtschaftslehre, 1923;

Zweiter Teil, S. 146;

Helfterich K. Deutschlands Volkswohlstand. Berlin, 1914;

Lavergne Л., Henry L.P. La richesse de la France. Paris, 1908.

Cp. Bowley A.L. Op. cit.;

idem. Wages in France, U.S.A. and Great-Britain 1840 1891//Economic Journal, 1898;

Wood G.H. Course of average wages, 1790-1860//Ibid, 1899;

idem. Real wages and the standart of comfort 1850//Journal of the royal stat.

society. 1909. Vol. LXXII;

Mulhall. The dictionary of stat. P. 579 и cл.;

Porter.

Progress of the nation (revised by Hirst, ch. IX);

Tyszka C. Lhne und Lebenskosten in Westeuropa im 19. Jahrhundert, 1914. Passim.;

Notz E. Die skulare Entwicklung der Kaufkraft des Geldes. Jena, 1925. S. 242 и cл.

Marshall A. Op. cit., ch. IV-V;

Brentano L. Versuch einer Theorie der Bedrfnisse//Konkrete Grundbedingungen der Volkswirtschaft, 1924. S. 106 и cл.;

Oldenberg K. Die Konsumtion//Grundriss der Sozialkonomik, 1923. 11 Abteilung. S.

220 и cл.;

Майо-Смит. Статистика и экономия. М., 1902. С. 16 и cл.;

Notz E. Op.

cit. S. 256 и cл.

Поданным "Statistical abstract for the Un. Kingdom" за различные годы.

См. в приложении III индексы физического объема производства зерновых и животноводческих продуктов в Англии. См. также Report of the Committee on Stabilisation of Agricultural Prices. London. P. 92-93.

См.: Oldenberg K. Op. cit. S. 214 ff,;

Esslen J. Die Fleischversorgung des Deutschen Reichs. Stuttgart, 1912. S. 242 и cл.;

Lexis W. Konsumtion//Schnberg's Handbuch der Polit. konomie, 4. Aufl. Vol. I. S. 801 и cл.;

Neumann-Spallart. bersichten der Weltwirtschaft. 1885-1889. S. 226 и cл.

Ср.: Spann O. Theorie der Preisverschiebung. Wien. 1913. S. 10 ff.;

Wilken F.

Volkswirtschaftliche Theorie der landwirtschaftlichen Preissteigerungen in Deutschland von 1895-1913. 1925. Abschnitt III;

Sheets E,W., Baker O.E., Gibbons C.E., Stine O.C. Wilcox R.H. Our Beeff Supply//Un. St. Dep. of Agric. Yearbook.

1921. P. 226-321;

Spencer D.A., Hall M.S., March С.D. и др. The shepp industry//Un.

St. Dep. of Acriq. Yearbook. 1923. P. 228-310.

Ср.: Aeroboe F. Allgemeine Landwirtschaftliche Betriebslehre. 1923. S. 243 и cл.

Ср.: Lippinkott Op. cit. P. 227 и cл., 223 и cл., 254 и cл.

См,: Statistical Abstract of the Un. St. 1922. P. 696.

См. Report of the Commission on Stabilisation of Agricult. Prices. P. 102.

Cp. теоретический анализ значения роста спроса и технического прогресса, в частности прогресса транспорта, для изменения цен с.-х. товаров у T. Brinkmann'a (Die konomik des landwirtschaftlichen Betriebes//Grundriss der Sozialkonomik, VII Abt. S. 47 и cл.).

Ср.: Sering M. Die Landwirtschaftliche Konkurrenz Nordamerikas in Gegenwart und Zukunft. Leipzig., 1887. S. 541 и cл., 590 и cл.;

Парвус А.Л. Мировой рынок и сельскохозяйственный кризис, 1898. С. 127 и cл.

Ср. нашу работу "Индустриализация Соединенных Штатов Северной Америки" (в ближайшее время появится в словаре "Гранат", последнее издание).

Ср.: Sering. Op. cit. P. 562 и cл.

Далее всюду без скобок приводятся даты переломов но несглаженному, а в скобках - но сглаженному ряду.

Отметим, что по индексу Silberling'a максимум первой волны цен приходится на 1814 г. (см. нашу статью о больших циклах конъюнктуры в "Вопросах конъюнктуры". М., 1925. Т. I. Вып. 1. С. 28-79). Поданным, приведенным в настоящей работе, этот максимум приходится на 1809 г. Указанное расхождение объясняется различием в составе товаров, вошедших в индексы.

См. общий индекс но С.-А. С.Ш., приведенный в "Annuaire Statistique", 1924. P.

340-347. Анализ общего индекса см. в нашей статье "Большие циклы конъюнктуры" (Вопросы конъюнктуры. М., 1925. Т. I. Вып. 1.). Индекс с.-х.

товаров см. в статье A. Hansen'a (The effect of price fluctuations on agriculture), цитированной выше.

Ср. указание на этих авторов в нашей работе "Большие циклы экономической конъюнктуры", цит. выше (Вопросы конъюнктуры. Т. I. С. 30 и сл.).

См.: Aftalion A. Op. cit. Т. I. Р. 5 и сл.;

Moore G. Gуnereting economic cycles. N.Y., 1923. Ch. III-IV;

Spiethoff A. Op. cit.;

Parvus A. Handelskrisis u. Gewerkschaften;

idem. Die Kapitalischc Produktion und das Proletariat;

De Wolf S. Prosperitats und Depressionsperioden//Der Lebendige Marxismus. Jena, 1924. S. 13-43;

Gelderen J.v.

Sprinflut. Betrachtungen Jiber industrielle Entwicklung und Preisbewegung//De Miemve Tijd. 1913. Цит но: de Wolf S.;

Sombart W. Das Wirtschaftsleben,.. Zweiter Hibb. S. 564.

Ср.: Каутский К. Золото, деньги и дороговизна. Пг.: Изд. "Книга", 1918. С, 32 38. Cassel G. Op. cit. S. 404 и cл.;

March L. Mouvement des prix et des salaires pendant la guerre. P. 29-35;

De Pietri-Tonelli A. Traite d'conomie rationelle. Paris, 1927. P. 610-616.

Ср.: Layton W. Op. cit. Ch. ch. IV-VIII;

Bresciani-Turroni C. Movimenti di longa durata dello sconto e del prezzi//Giornale degli economisti et rivista di statistica. 1917.

Vol. V, N 1;

Mildschuh W. Kreditinflation und Geldtheorie//Archiv f. Sozial Wissenschaft u. Sozialpolitik. Bd. 51-52;

Rpke W. Kredit und Konjunkture// Jahrbuch, f. Nationalkon. und Statistik. 1926, Mrz-April.

Ср.: Wieksell K. Geldzins und Gterprcise. 1898. S. 73, 150 и cл.

Ср.: Lescure J. Hausses et baisses gnrates des prix//Revue d'Econ. Politique. 1910.

N 4.

Lenoir M. Etudes sur la formation et mouvement des prix. 1913. P. 148-160;

Hooker R.H. The course of prices of Home and Abroad//J. of the Royal Stat. Society.

December 1911. Vol. LXXV. P. 1-36.

См. цит. нашу статью о больших циклах. См. также: Кондратьев Н.Д., Опарин Д.И. Большие циклы конъюнктуры. М., Экон. жизнь, 1928 г. (наш доклад о больших циклах конъюнктуры и заключительное слово после прений).

См. только что цитированные наши работы. Вопросу о влиянии добычи золота на ход экономической динамики автор намерен в ближайшее время посвятить специальную работу.

Подробнее см. упомянутый доклад наш о больших циклах. С. 56 и cл.

Ср.: Marshall A. Op. cit. Р. 363-380;

idem. Elements of economics of industry.

London, 1903. P. 190 и cл.

Ср.: Layton W. Op. cit. P. 9 и cл.;

Wicksell К. Op. cit. S. 150 и cл.

Так как эпоха мировой войны вызвала чрезвычайно значительный подъем товарных цен, то при определении кривой больших циклов путем сглаживания отклонений эмпирического ряда от плавного уровня но методу 9- и 5-летней подвижной средней кривая эта в годы непосредственно перед войной была неизбежно несколько искусственно приподнята. В силу этого при выявлении кратких циклов путем определения расхождений между первоначальным рядом отклонений и кривой больших циклов, начиная с годов непосредственно перед началом войны, были искусственно созданы глубокие волны вниз. Чтобы внести необходимую поправку, мы определили кривую больших циклов в период войны, также срезав военный взлет цеп, и затем нашли линию малых циклов путем сопоставления эмпирического ряда отклонений с новой кривой больших циклов.

Исправленные волны малых циклов за указанный период нанесены на диаграмме пунктиром.

Это не совсем точно. Ввиду того что различными авторами отмечается существование еще более коротких циклов (3-3 /2 года), то циклы, рассматриваемые в тексте, следовало бы назвать средними. Так мы и поступали в своей работе о больших циклах (Вопросы конъюнктуры. Т. I, вып. 1). Но так как в данной работе указанных кратких циклов мы не рассматриваем, термин "средние" циклы был бы мало-удобен.

* Годы кризисов определены на основании следующих работ: Thorp W.L. Business Annals. National Bureau of Economic Research. N.Y., 1926. P. 150-180;

dr.

Bouniatian M. qeschichte der Hand elskrisen in England. Mnchen, 1908. Kap. IV-XII;

Туган-Барановский M.И. Периодические промышленные кризисы. Изд. 3. СПб:

1914 Гл. I-VIII. Характеристика движения цен взята поданным исчисленных нами индексов.

Заметим, однако, что в силу сравнительно небольшого числа случаев сопоставления полученные коэффициенты корреляции не могут быть строго показательными.

IV. Динамика относительного уровня цен и его колебания 1. Предварительные замечания. Предыдущее исследование динамики абсолютного уровня цен дает достаточные основы, чтобы подойти к последнему вопросу нашей работы - к вопросу о динамике относительного уровня цен и его колебаниях.

Выше, изучая общие тенденции движения абсолютного уровня цен, мы отметили, что у большинства индексов эти тенденции одинаковы, однако угол наклона движения цен, как правило, различен. В некоторых же случаях различно и само направление тенденций. Изучая, далее, большие и малые циклы абсолютного уровня цен, мы убедились в том, что хотя между колебаниями цен различных товарных групп существует известная синхронность, однако она не имеет строгого характера. Наряду с этим выяснилось, что амплитуда колебаний отдельных индексов различна.

Но если все это так, то отсюда ясно, что в процессе развития общих тенденций движения цен и в ходе их циклических колебаний соотношение между ценами различных товарных групп должно неизбежно меняться. С изменением соотношения цен должна меняться и относительная конъюнктура промышленного и сельскохозяйственного производства.

Таким образом, мы приходим к вопросу о динамике соотношения цен и соответственно к проблеме относительной динамики и конъюнктуры промышленного и сельскохозяйственного производства, поскольку об этом можно судить на основании данных о ценах. При этом необходимо отметить, что, хотя относительный уровень цен и является одним из важнейших показателей относительной динамики и конъюнктуры, тем не менее он не характеризует их с исчерпывающей полнотой и точностью.

2. Обращаясь к проблеме относительного уровня цен, сделаем предварительно несколько замечаний о методе ее исследования. Чтобы определить относительный уровень цен различных товарных групп, мы исчисляем для каждого года отношение индексов цен этих товарных групп к общему индексу цен по формуле:

Xn = in In где in - значение того или иного частного индекса в данный n-й год при данном базисном периоде;

In - значение общего индекса за тот же n-й год и при том же базисном периоде, а Xn - то же значение частного индекса, но выраженное в отношении к значению общего индекса.

Очевидно, что ряд индекса цен каждой группы товаров, перечисленный по приведенной формуле, будет отражать динамику покупательной силы этой товарной группы в отношении ко всем другим товарам, входящим в общий индекс1.

Действительно, в каждый период времени цены данных товаров отражают уровень их меновой ценности и уровень ценности денег. Теоретически влияние ценности денег в равной мере сказывается на ценах всех товаров и, следовательно, входит множителем как в числитель, так и в знаменатель формулы, приведенной выше. Отсюда очевидно, что получаемый в результате пересчета по этой формуле новый ряд значений каждого частного индекса будет отражать динамику соотношений меновых ценностей данной группы товаров и всех других товаров, входящих в общий индекс, но будет свободен от действия изменений ценности денег.

Фактически, разумеется, действие колебания ценности денег оказывает воздействие на цены различных товаров не вполне одновременно и в каждый данный период в несколько различной степени. Однако при исследовании достаточно длительных периодов это обстоятельство существенного значения не имеет и не может исказить основных тенденций изменения покупательной силы различных товарных групп.

Найденные новые ряды относительных индексов цен или покупательной силы товаров, выраженные в терминах общего индекса цен, мы и подвергаем далее обработке.

Причем, как и при изучении абсолютного уровня цен, мы отдельно рассматриваем: 1) основные тенденции изменения рядов относительного уровня цен, 2) длительные и 3) кратковременные колебания их, 3. Общие тенденции покупательной силы сельскохозяйственных и промышленных товаров. Возьмем прежде всего относительный уровень индексов цен всех сельскохозяйственных и всех промышленных товаров по Англии и нанесем его на следующую диаграмму 9.

Анализируя эту диаграмму, необходимо иметь в виду следующие замечания. Так как при построении общего индекса группы сельскохозяйственных и промышленных товаров были взяты с равными весами, то в силу этого относительные индексы той и другой группы идут вполне симметрично. Поэтому можно было бы, собственно, при анализе воспользоваться только одной из этих кривых. Мы приводим обе кривые для большей наглядности. Далее, так как базой для построенных нами индексов служат средние арифметические за период 1901 1910 гг., то в этом периоде приведенные, эмпирические кривые покупательной силы должны были бы пересечься. На приведенной диаграмме они не пересекаются лишь потому, что во избежание Диаграмма 9.

Покупательная сила с[ельско]хоз[яйствснных] и промышл[енных] товаров А - эмпирический ряд;

Б -- выравн[енный] ряд переплетения кривых они нанесены, хотя и в том же масштабе, но каждая со своим основанием. Отсюда понятно, что и пересечение кривых, приходящееся по диаграмме на 1807-1811 гг., приходится на этот период совершенно случайно.

Для того чтобы было легче установить общую тенденцию изменения покупательной силы той и другой группы товаров, на диаграмме нанесены плавные уровни кривых. Приведенная диаграмма рисует чрезвычайно ясную картину. Из нее видно, что покупательная сила сельскохозяйственных товаров с начала взятого периода с известными колебаниями, которые мы исследуем позднее, возрастает. Темп ее возрастания с 40-х годов заметно ослабевает, а с 80 х годов намечается даже снижение ее. Кривая покупательной силы промышленных товаров, естественно, имеет прямо противоположное направление.

Выше, анализируя абсолютные уровень сельскохозяйственных и промышленных цен, мы видели, что индекс тех и других падал в различной степени.

Теперь мы видим, что в силу этого относительный уровень их менялся в совершенно различном направлении. Исторически соотношение покупательной силы сельскохозяйственных и промышленных товаров на английском рынке имеет форму Диаграмма 10.

С.А.С.Ш. Покупательная сила с[ельско]хоз[яйстиственных] товаров 1 - эмпирический ряд;

2 - выравненный [ряд];

3 - большие циклы полузакрытых ножниц, лезвия которых имеют дугообразную форму. Это особенно рельефно видно из диаграммы 14, которая помещена ниже и в которой плавный уровень той и другой кривой нанесен около одного основания.

В основе ту же, но в деталях, и притом довольно существенных, несколько иную картину находим мы в С.-А.С.Ш., что видно из следующей диаграммы, где нанесена покупательная сила сельскохозяйственных товаров (диаграмма 10).

Из верхней части диаграммы ясно, что в Соединенных Штатах покупательная сила сельскохозяйственных товаров, если отвлечься от временных колебаний ее, обнаруживает тенденцию роста. Эта тенденция постепенно замедляется. С 80-х годов до начала войны она уже почти не растет, но в отличие от положения в Англии и не падает. Исторически соотношение сельскохозяйственных и промышленных цен в С.Ш. имеет форму раскрытых ножниц почти с прямыми лезвиями. Это вполне соответствует выводам, сделанным выше относительно движения абсолютного уровня американских цен.

Останавливаясь теперь на движении покупательной силы частных товарных групп, приведем по Англии нижеследующие диаграммы (диаграммы 11, 12 и 13).

Диаграмма 11.

Покупательная сила с[ельско]хоз[яйственных] товаров по группам а - эмпирич[еский] ряд;

б - выравн[енный] [ряд] Диаграмма 12.

Покупательная сила промышл[енных] товаров по группам а - эмпирич[еский] ряд;

б - выравн[енный] ряд Диаграмма 13.

Покупательная сила промышл[енных] товаров но группам а - эмпирич[еский] ряд;

б - выравн[енный] [рад] На основании этих диаграмм, отвлекаясь пока от колебаний покупательной силы, можно констатировать следующее. Покупательная сила животноводческих продуктов потребления значительно возрастает. Однако темп этого роста замедляется, и с 80-х годов эмпирическая кривая их покупательной силы дает даже слабопонижательную тенденцию. Покупательная сила хлебов возрастает до 50-х годов, а затем постепенно начинает снижаться. Покупательная сила технического сырья возрастает до 60-х годов и затем также дает медленную понижательную тенденцию. Из этих данных о движении покупательной силы по отдельным группам сельскохозяйственных товаров становится понятным, за счет чего наметилось общее понижательное движение покупательной силы всех сельскохозяйственных товаров с 80-х годов по Англии. Оно обязано понижательной тенденции покупательной силы хлебных товаров и технического сырья с 50-60-х годов, а также перелому в движении ее с 80-х годов по группе животноводческих продуктов.

Покупательная сила текстильных изделий резко снижается до 60-х годов, затем держится до начала войны почти па том же общем уровне. Покупательная сила металлов обнаруживает непрерывное понижательное движение. Понижательную тенденцию обнаруживает и уголь. Покупательная сила растительных масел и лесных материалов повышается в первой группе до 60-х годов, а во второй - до середины 40-х годов;

после этого она медленно понижается.

4. Причины общих изменений покупательной силы сельскохозяйственных и промышленных товаров. Предыдущий анализ общих тенденций изменения покупательной силы различных товарных групп выдвигает ряд проблем. Не останавливаясь здесь на некоторых вопросах частного характера, можно наметить следующие важнейшие проблемы, которые требуют освещения: а) почему покупательная сила всех сельскохозяйственных товаров по Англии повышается, а затем с 80-х годов дает тенденцию к понижению, б) почему покупательная сила сельскохозяйственных товаров по С.-Л.С.Ш. повышается, а не дает определенного перелома к понижению, хотя и замедляется в росте, в) почему наиболее резко выраженную повышательную тенденцию обнаруживает группа животноводческих товаров, г) почему наиболее резко понижательную тенденцию дают промышленные группы текстильных изделий, металлов и угля.

а. Тенденция относительного уровня цен сельскохозяйственных товаров к повышению уже неоднократно отмечалась в литературе, начиная с работ классической школы и кончая современными авторами1.

Большинство этих авторов причину его повышения видит в действии закона убывающей производительности и доходности последующих затрат в сельском хозяйстве. Однако это объяснение в такой форме следует признать неправильным по следующим соображениям.

Во-первых, объяснение повышательной тенденции относительного уровня цен сельскохозяйственных товаров действием указанного закона предполагает или неправильную формулировку его, или такие выводы из него, которые из закона не вытекают. В точной формулировке закон этот утверждает, что при прочих равных условиях (техника, количество земли, состав почвы и т.д.) за известным пределом производительность и доходность последующих затрат понижается2.

Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |   ...   | 13 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.