WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |

«1 ББК 65 Т 45 Рецензент — Семенкова Т.Г., докт. экон. наук, проф. Финансовой академии при Правительстве РФ 330 Титова Н.Е. ...»

-- [ Страница 3 ] --

Монетаристскую схему действия "передаточного механизма", элементами которой являются деньги и цены, достаточно точно описал английский экономист П. Браунин.

Исходя из предположения, что заработная плата определяется соотношением спроса и предложения на рабочую силу на рынке, экономические агенты с целью повлиять на объем производства приспосабливают свой спрос на деньги к их предложению. Величина дохода также ставится в зависимость от спроса и предложения денег. Занятость определяется уровнем реальной заработной платы, а абсолютный уровень цен не зависит от денежной массы. Полная занятость в этой схеме, отмечает П. Браунин, может быть достигнута только за счет снижения заработной платы.* Следовательно, все экономические процессы у монетаристов связаны с колебаниями денежной массы. Любое отклонение объёма производства от равновесия в данной схеме устраняется корректировкой спроса на деньги и их предложения, поэтому очевидной является приверженность монетаристов к денежному регулированию.

* Browning P. Economic images: Current economic controversies. London, 1989. P. 201-203.

Исследователи монетаристской теории выделяют в ней четыре основные группировки:

ортодоксальную, сторонников концепции рациональных ожиданий, градулистов и прагматистов. Основное, что позволяет производить различия между ними, состоит из трех пунктов: степень эластичности цен;

сущность функционирования передаточного механизма;

природа рациональных ожиданий.

К ортодоксальным монетаристам следует отнести М. Фридмена и Р. Селдена, к сторонникам рациональных отношений (правым монетаристам), являющимся противниками макроэкономического регулирования, сваливающим на ошибки в экономической политике все проблемы функционирования капиталистической экономики, — Т. Саржента, Р.

Бэкона, У. Элтиса и др.

Прагматисты, или левые монетаристы, во главе с Д. Лейдером, занимают промежуточное положение между ортодоксальными экономистами монетаристского течения и кейнсианцами. Исходя из требований "денежной конституции", они допускают использование государственных займов для дефицитного финансирования бюджета.

Монетаристский свод правил государственного регулирования похож на систему законодательных актов, разрешающих или запрещающих те или иные формы экономической политики;

отсюда и его название — "денежная конституция".

В соответствии с монетаристской денежной конституцией сумма ежемесячных изменений денежной массы должна быть равна заранее определенному годовому темпу роста предложения денег, около 5% ежегодно. По мнению монетаристов, изменения, обусловленные другими целями государства или выходящие за условленные границы, совершенно недопустимы, поскольку неизбежно ведут к росту инфляции и безработицы.

Для обоснования своих выводов монетаристы широко применяют экономико математические модели, которые существенно не отличаются от кейнсианских.

В основу монетаристских принципов регулирования экономики наряду с концепцией экономического цикла положены разработанные ими теории инфляции и безработицы.

Трактуя инфляцию как исключительно денежное явление, монетаристы считают, что в основе ее развития лежат изменения в соотношении между находящейся в обращении денежной массой и реальной потребностью населения в денежных средствах, т.е.

соотношение между предложением денег и спросом на них.

Монетаристская теория инфляции и безработицы и связанные с ними рекомендации по регулированию экономики формировались как ответная реакция на кейнсианские аналоги Монетаристы подвергли критическому анализу концепцию кривых Филлипса, в которой обосновывается взаимосвязь краткосрочных и долгосрочных изменений уровня безработицы и темпа инфляции, необходимость краткосрочного регулирования. Они выступают против этой концепции, признавая только краткосрочную связь уровня безработицы и темпа "непредвиденной" инфляции, являющейся результатом ошибочной экономической политики.

Необходимость краткосрочного регулирования категорически отрицается. Кривые Филлипса, считают монетаристы, не отражают стабильное соотношение и количественную зависимость между изменением безработицы и цен в длительном периоде или в условиях высокого уровня инфляции. Следовательно, данная концепция не может быть использована государством в качестве эффективного инструмента прогнозирования и регулирования темпов инфляционного роста цен.

Монетаристы в своей концепции инфляции проводят различие между ожидаемой и непредвиденной инфляцией. Первая предполагает долгосрочный темп роста цен, соответствующий рациональным ожиданиям агентов хозяйственной системы применительно к изменению цен Под рациональными ожиданиями понимаются индивидуальные долгосрочные прогнозы динамики цен, которые используются для принятия рыночных решений о величине факторов производства. В данном случае рационализм инфляционных ожиданий состоит в их адекватности установкам рационального поведения хозяйствующего индивида на рынке.

В результате действия фактора ожидаемой инфляции, по мнению монетаристов, инфляционный процесс всегда будет значительно превышать темпы, которые должны были бы следовать из концепции Филлипса. Таким образом, всякий раз, как только правительство попытается повысить уровень занятости и уровень безработицы окажется ниже "естественной" нормы, произойдет наложение ожидаемой инфляции на реальные темпы роста цен, в результате чего инфляция резко усилится.

Монетаристы исходят из того, что занятость связана лишь с краткосрочной непредвиденной инфляцией, поскольку она отклоняет уровень безработицы от естественного. Непредвиденную инфляцию они считают следствием ошибочной деятельности правительственных органов. Содержание монетаристской концепции естественного уровня безработицы заключается в том, что в условиях равновесия сохраняется, стабильный и оптимальный для экономики естественный уровень безработицы.

По мнению широко известных монетаристов М. Фридмена, Т. Саржента и Р. Люкаса младшего, естественная безработица не зависит от макроэкономических факторов и определяется только микроэкономическими. Они считают, что снизить естественный уровень безработицы с помощью государственного регулирования можно только сокращением расходов на социальные программы и жёсткой финансово-бюджетной политикой. Другие государственные меры по регулированию занятости — установление минимальных ставок заработной платы — неизбежно содействуют росту инфляции.

Монетаристская теория безработицы, отрицающая регулирующее воздействие на занятость макроэкономических факторов, ими же и опровергается, Являясь продуктом капиталистического накопления, безработица становится рычагом этого накопления, условием развития рыночной экономики.

Монетаристское объяснение причин инфляции исключительно денежными факторами и государственным регулированием занятости слабо согласуется с действительностью.

Инфляция порождается государственно-монополистической структурой, элементами механизма которой являются скрытая форма перелива капитала, рост правительственных расходов и образование в связи с этим хронических дефицитов государственных бюджетов, рост государственного долга и инфляционные по сути методы его покрытия, чрезмерная кредитная экспансия коммерческих банков, внешнеэкономическая политика. Весь этот достаточно сложный механизм современного капитализма своим функционированием порождает и углубляет инфляцию.

На основе теории инфляции и безработицы монетаристы рекомендуют государству целый комплекс регулятивных мероприятий: снижение государственных расходов за счет сокращения социальных программ, расходов на выплаты различного рода пособий;

поддержание минимальных ставок заработной платы;

ослабление влияния профсоюзов;

проведение кредитно-денежной политики на основе денежной конституции;

приспособление налоговой системы к антиинфляционной политике (снижение налогов);

обеспечение Федеральной резервной системой стабильного роста денежной массы;

сокращение роста дефицита федерального бюджета, в том числе и за счёт снижения расходов на оборону.

Монетаристская программа государственного регулирования нашла широкий отклик среди правительств капиталистических стран, в частности в США, Великобритании, а в последнее время — в ФРГ.

Применение на практике рекомендаций монетаристов не дало ощутимых результатов и вызвало серьёзную критику со стороны экономистов. Так Дж.К. Гэлбрейт в результате анализа экономической политики администрации США высказал серьезные сомнения по поводу её конечного эффекта, поскольку, как он выразился, "и монетаристы, и теоретики концепции "предложения" предполагают классический рынок, которого сейчас не существует".* * Galbreit J.К. The Market and Mr. Reagan // The New Republic. (Wash.), 1991. Sept. 23. No 12. P. 16.

Монетаристы сделали определённый шаг в исследовании хозяйственного механизма современного капитализма, в изучении функциональных связей капиталистической экономики, факторов, влияющих на динамику инфляции и безработицы. В известной мере их концепция оказала положительное воздействие на разработку антиинфляционных мероприятий в США и Англии в 80-е годы. Заслуживает внимания монетаристская оценка негативных проявлений кейнсианской теории государственного регулирования в части дефи цитного финансирования, чрезмерного выпуска денег в обращение.

Вместе с тем монетаристы — типичные представители меновой концепции.

Первопричину экономических процессов они видят не в производстве, а в обращении.

Монетаристы не в состоянии объяснить внутреннее содержание, истоки рассматриваемых тенденций капиталистической экономики. Полагаясь на эмпиризм, они рекомендуют определять размеры денежной массы приближенно к темпам роста выпуска продукции.

Вопрос о том, каким образом денежный фактор воздействует на динамику и результаты производства, по существу, обходится молчанием, поскольку авторы концепции не могут на него ответить. Ссылки на многолетний опыт, статистические данные из истории денежного обращения многими воспринимаются скептически.

Лекция 17. Теория предложения В конце 70-х — начале 80-х годов в западной экономической науке стала разрабатываться концепция "экономики предложения". Это течение представляет собой разновидность неоклассицизма, и оно оказало заметное влияние на формирование экономической политики администрации США в годы президента Р. Рейгана, а также правительств М. Тетчер в Англии, христианских демократов в ФРГ. Рекомендации теоретиков экономики предложения явились одним из источников "рейганомики" и "тетчеризма".

В разработке и распространении теории большая роль принадлежит Американскому институту предпринимательства, являющемуся, по словам И. Стоуна, "вашингтонской фабрикой мысли, которую, пожалуй, можно считать ведущим источником консервативных идей".* * New York Times Magazine. 1991. May.

Авторы теории предложения используют концепции различных школ, включая английскую, американскую, западногерманскую. Их теоретические источники восходят к работам Ф. Найта, Г. Саймонса, Л. Мизеса, В. Ойкена. Ведущими авторитетами для них являются Ф. Хайек, М. Фридмен, У. Бернc, М. Уэйденбаум, Г. Стайн. Большое влияние на формирование экономической концепции предложения оказала работа Ф. Хайека "Новые исследования в области философии, политики и истории идей" (1978), а также монетарная теория М. Фридмена. Отсюда прежде всего были восприняты основные оценки современного состояния капиталистической экономики, толкования причин её неустойчивости, негативное отношение к сложившейся на основе кейнсианства практике государственного регулирования. Основателями теории экономики предложения явились американские экономисты А. Лаффер, Р. Мандель, М. Фелдстайн, Дж. Гилдер, М. Эванс и другие. Приверженцами этой концепции и ее внедрения в экономическую практику выступили экономисты-практики, тесно связанные с администрацией США.

Колебания темпов экономического роста, структурные и циклические кризисы, хроническая безработица и инфляция, по мнению сторонников теории предложения, были спровоцированы прежде всего ростом государственных расходов. В них они видят причину бюджетного дефицита, высоких налогов на корпорации, расстройства кредитно-денежной системы. Не только М. Фридмен, но и теоретики экономики предложения считают, что систематическое вмешательство государства в хозяйственную жизнь, его политика доходов, занятости, социального обеспечения оказывают разрушающее воздействие на экономику.

Такое вмешательство отвергается, а роль государства ограничивается осуществлением политики, способствующей свободной хозяйственной деятельности, а также поддержке необходимого уровня денежной массы, проведению кредитных мероприятий, ограничению социальных расходов.

Отвергая кейнсианскую систему антициклического регулирования экономики с ее заботой об обеспечении эффективного спроса, полной занятости и противопоставляя ей экономику предложения, неоклассики переносят акцент с формирования спроса на проблемы предложения ресурсов и их эффективного использования. Ориентируя не на формирование спроса, а на предложение факторов производства, сторонники рассматриваемой концепции предлагают одновременно активизировать побудительные мотивы и стимулы предпринимательской деятельности экономических агентов. Соответственно меняется характер и содержание рекомендаций в области экономической политики, методов ее реализации. Основную задачу своей концепции неоклассики видят в повышении долговременного темпа роста экономики при сохранении ее динамического равновесия и недопущении инфляции.

Как отмечает американский экономист Л. Туроу, сторонники концепции экономики предложения руководствуются прописной истиной "если экономика плохо функционирует, значит что-то мешает хорошо смазанному механизму рыночного хозяйства".* Они видят основу всех неурядиц экономической системы капитализма в том, что вмешательство государства в хозяйственный процесс нарушает ее стабильность, базирующуюся на свободном рынке, расстраивая его нормальный механизм. В результате ослабляется главный стимул хозяйственной деятельности — частная инициатива, без которой невозможны хозяйственные успехи. Отсюда низкий уровень использования ресурсов, их предложения.

Рассматривая проблемы экономики сквозь призму предложения, неоклассики исходят из того, что они могут быть решены с помощью рынка. Только рынок обеспечивает экономическим агентам свободный выбор оптимальных хозяйственных решений, видов деятельности, выбор между потреблением в настоящем и будущем и т.д. Только таким путем, считают они, экономика способна набрать максимальный темп роста и дать наибольшую отдачу.

* Thurow L.С. Dangerous currents: The State of Economics. Oxford: Oxford Univ. Press, 1993. P. 125.

Вместе с тем следует отметить, что неоклассики все же полностью не отвергают вмешательства государства в экономику, давая свое толкование этой проблеме Они допускают использование государства, обусловливая ограничение его регулирующей деятельности пределами, устраивающими монополии. Рамки такого вмешательства резко сужены Оно допускается на основе всемерного оживления рыночного механизма, устранения всех ограничений, мешающих деятельности крупного бизнеса. Как утверждает А. Лаффер, "теория предложения — это по сути дела та отрасль экономической теории, которая концентрирует внимание на самых личностных и самых частных стимулах и мотивах".* Неограниченная частная инициатива в условиях максимальной свободы действия рыночного механизма — вот тот исходный принцип, который взят за основу экономики предложения. Обосновывая необходимость трансформации экономики США в направлении "дальнейшей передачи власти" от государству частному сектору, М. Уэйденбаум выступает за возрождение всех принципов свободного предпринимательства: чтобы противопоставлять инфляционным тенденциям более высокий уровень производства, доходов, занятости.

* The New Economics: A Debate// Economic Impact. 1991. March. P. 23.

Большое место в работах авторов экономики предложения занимает проблема инфляции. Они во многом воспринимают монетаристское толкование этого явления.

Преувеличивая роль денег в функционировании хозяйства, монетаристы исходят из денежной природы инфляции, оказывающей большое влияние на состояние экономики. По словам К. Бруннера, денежные импульсы оказывают определяющее воздействие на колебания производства, занятости, цен. Основным виновником роста цен монетаристы считают кейнсианство, а также профсоюзы с их программой повышения заработной платы и уровня занятости в обществе. Они считают, что инфляция растет благодаря высоким налоговым ставкам на предпринимателей, государственным расходам на социальные программы, административным мерам, ограничивающим и ущемляющим свободное предпринимательство, а также в связи с громадным ростом бюджетного дефицита. В соответствии с этим теория предложения предусматривает меры антиинфляционного характера, в том числе снижение налогов, сокращение расходов государства на социальные нужды, ликвидацию бюджетного дефицита, отмену административных ограничений, мешающих свободной предпринимательской деятельности.

Теория предложения не исключает использования бюджетных и кредитно-денежных методов воздействия на экономический процесс. Однако в отличие от сторонников регулируемой экономики, предлагаемый характер такого воздействия и его масштабы иные.

Сторонники экономики предложения категорически отвергают наращивание бюджетных расходов для стабилизации или формирования спроса, квалифицируя их как фактор дестабилизации экономики и подталкивания инфляции. Отвергая политику бюджетной экс пансии, они выступают за сбалансированный бюджет, оздоровление финансов. По мнению М. Уэйденбаума, основанное на кейнсианских методах государственное регулирование способствовало лишь возникновению трудностей и хаоса в экономике Соединённых Штатов Америки, включая галопирующую инфляцию, стагфляцию, снижение производительности труда, замедление темпов научно-технического прогресса и др. М. Уэйденбаум считает, что федеральному правительству следует в своей деятельности ограничиваться формированием политики общего надзора, для чего необходимо сократить тот обширный спектр правительственных законов, правил, которые стимулируют инфляционные процессы в экономике и часто сокращают возможности занятости. Что касается обеспечения эконо мических и социальных программ, то, по мнению американского экономиста, они должны составлять прерогативу частного бизнеса и местных органов власти.

Сторонники теории предложения ориентируются на внутренние, свойственные индивидууму субъективные мотивы поведения и стимулы. Считается, что таким путём наилучшим образом импульсируется экономическая активность как отдельных лиц, так и фирм. Основным препятствием называют систему налогобложения, высокие налоговые ставки. По словам Л. Лаффера, люди работают не для того, чтобы платить налоги. В отличие от кейнсианцев, сторонники экономики предложения по-иному относятся к сбережениям.

Они исходят из того, что рост сбережений оказывает не отрицательное, а положительное влияние на экономический процесс, являясь источником наращивания инвестиций и повышения темпа динамического равновесия, как пишет Л. Лаффер, люди "сберегают для того, чтобы получить доходы на сбережения... И это не тот "прекрасный" подход со стороны совокупного спроса, который так ужасно подвёл нас в 70-е годы".* * The New Economics: A Debate // Economic Impact. 1989. March. P. 23.

Так же как и монетаристы, авторы теории предложения отвергают использование налогов как средства антициклического воздействия на экономику. Прогрессивно возрастающий налог на доходы отдельных лиц и корпораций рассматривается как препятствие для роста сбережений, а следовательно, и новых вложений капитала, наращивания деловой активности, устойчивого экономического роста. Заботясь о тех, кто получает монопольные прибыли, о получателях высоких доходов, сторонники экономики предложения включили в свою теорию в качестве важнейших требований снижение налогов и сокращение степени прогрессивности налогового обложения доходов. Такие меры рассматриваются как эффективное средство стимулирования частной инициативы, создания благоприятных условий для поддержания деловой активности на основе неограниченного рыночного саморегулирования, расширения инвестиций и оптимального долговременного темпа экономического роста. Естественно;

что всё это представляется как забота об общем благе, поскольку, по словам Дж. Ванниски, каждый "работает по единственной причине — максимизировать своё благосостояние".* * Wannicki J. The way the world works. N.Y., 1989. P. 71.

Обосновывая курс на снижение налогов, теория предложения опирается на "эффект Лаффера", базирующийся на математической модели, проектирующей соотношение и взаимосвязь государственных доходов и налогов. Согласно построению А, Лаффера, рост государственных доходов происходит лишь до определённого уровня налоговых ставок.

Затем он замедляется, а при достижении критической отметки начинает снижаться. Если налоги поглощают всю предпринимательскую прибыль, что можно представить в основном как абстракцию, то произойдёт снижение темпов роста производства или даже его прекращение. Это повлечёт за собой резкое сокращение поступлений налогов в казну.

Иллюстрируя действие механизма "эффекта Лаффера", сторонники экономической теории предложения настоятельно рекомендовали администрации США произвести налоговую реформу, что и имело место в начале 80-х годов.

Таким образом, экономическая теория предложения ориентирует на стимулирование широкой частной инициативы, частного предпринимательства. Её сторонники видят в этом ключ к решению наиболее острых экономических проблем. Важнейшим рычагом стиму лирования частной инициативы считается снижение налоговых ставок и обеспечение привилегий корпорациям. Только через стихийный рыночный механизм и всемерное повышение предложения — утверждают они — возможно обеспечить эффективное использование ресурсов и стимулировать спрос на продукцию. Любое увеличение бюджетных расходов на эти цели отвергается, как и повышение расходов на социальные нужды. Бюджетный дефицит, как один из отрицательных показателей состояния экономики, предлагается устранить. Как отмечает Дж. Тобин, представляющие "фискальную ортодоксию" сторонники экономической теории предложения выступают за экономию на государственных расходах и сбалансированный бюджет.

Экономическая теория предложения вызвала резкую критику со стороны известных западных авторов. По словам Дж. Гэлбрейта, экономическая теория предложения носит более чем преходящий характер, являясь "временным отклонением в государственной политике". Он убежден, что эта теория вместе с монетаризмом будет "отвергнута и даже сейчас отвергается опытом и здравым смыслом".* Низкую практическую эффективность экономики предложения отмечает американский экономист Б. Босворт. Хотя, по его мнению, проблема предложения ресурсов заслуживает большего внимания, авторы не сумели разработать обоснованных рекомендаций по ее реализации. Исключение составляет лишь рост инвестиций в результате налоговой реформы 1981 г. В целом же экономическая политика администрации США в 80-е годы имела серьезные просчеты. Так, например, несмотря на принятые меры по стимулированию сбережений, их доля в ВНП фактически не изменилась Босворт считает, что эти просчеты рейганомики связаны главным образом с гиперболизацией налоговых льгот корпорациям в ущерб другим методам государственного регулирования экономики.** Авторы популярного в США и других странах учебника "Экономикс" П. Самуэльсон и У. Нордхауз убеждены в том, что оздоровление американской экономики связано не с предложением, как утверждают неоклассики, а со спросом.*** * Цит. по: Меньшиков С. Капитализм, социализм, сосуществование. М., 1988. С. 105.

** Bosworth В.Р. Tax incentives and economic growth. Wash.: Brookings Institutions, 1984.

Р. 125, 128, 185.

*** Samuelson Р., NordhausW. Ibid. 1985. P. 192.

По рекомендациям монетаристов и сторонников экономики предложения американская администрация с начала 80-х годов рассчитывала достаточно быстро стабилизировать экономику и обеспечить равновесие федерального бюджета. Сокращение государственных расходов на социальные нужды и ограничение деятельности профсоюзов должно было привести если не к ликвидации, то, во всяком случае, к существенному сокращению крупномасштабного бюджетного дефицита. Одновременно рассчитывали ослабить действие инфляционных факторов, стабилизировать цены. Однако надежды не оправдались.

Практический эффект теории оказался намного ниже рекламируемого. Если рекомендации по устранению препятствий свободной предпринимательской инициативе, развязыванию рыночных сил способствовали оживлению экономической конъюнктуры после экономического спада на рубеже 80-х годов и последовавшего затем циклического подъема, а налоговая реформа 1981 г. несколько стимулировала деятельность корпораций, то в решении других вопросов прогнозы не только не оправдались, но и вызвали негативные проявления в экономике. "Отцы" рейганомики, ориентировавшиеся на рекомендации монетаристов и сторонников экономики предложения, вынуждены были вскоре отказаться от полного прекращения антициклических регулирующих мероприятий со стороны государства, системы неограниченных валютных ресурсов.

С 1983 г.в США Федеральная резервная система вновь вернулась к краткосрочному антициклическому регулированию процентных ставок, производства и занятости. В этом повороте просматриваются мероприятия кейнсианского характера. Тем более это проявляется в отношении бюджетного дефицита.

Таким образом, отказ от кеинсианских методов государственного регулирования не привел к обновлению экономики.

Лекция 18. Теория рациональных ожиданий и "новая классическая макроэкономика" Английский экономист У. Бьюттер пишет о том, что появление школы рациональных ожиданий представляет собой "очередной революционный переворот в макроэкономической теории".* * Buiter W. The Role of Economic Policy After the New Classical Macroeconomics (Macroeconomic Analysis: essays in macroeconomics and econometrics) / Ed. by D. Currie, R.

Nobay, D. Peel. L., 1981. P. 269.

Насколько школа рациональных ожиданий связана с монетаристами, можно судить по тому, что ее считают вторым изданием или монетаризмом второго поколения. Вместе с тем их все же не следует отождествлять. Школа рациональных ожиданий — продукт новейшей эволюции неоклассицизма, отражающий характер ее особенностей.

В долгосрочном плане монетаристы исходят из того, что капиталистической экономике присущ естественный уровень безработицы и инфляции. Он связывается со структурными и институциональными характеристиками экономической системы. Этот уровень уста навливается в результате действия рыночных сил и соответствует состоянию экономического равновесия. Всякую безработицу, превышающую его, монетаристы рассматривают как добровольную, связанную с отклонением заработной платы от равновесного уровня. М. Фридмен и его коллеги оставляли в стороне вопросы краткосрочной динамики, что подтолкнуло к новым теоретическим поискам в рамках его основных постулатов, в результате чего усилилось влияние приверженцев теории рациональных ожиданий.

Претендуя на новизну своего теоретического варианта, они не склонны считать себя только продолжателями учения М. Фридмена, представляя выдвинутую концепцию как "новую классическую макроэкономическую теорию" или "новую классику". Такое название обусловлено тем, что теория рациональных ожиданий имеет дело именно с макроэкономическим уровнем хозяйства, применяет соответствующие модели.

Школа рациональных ожиданий сформировалась в США. Ее сторонники поставили своей целью разработать собственную теорию динамического равновесия в соответствии с принципами оптимального поведения хозяйственных агентов, которая ответила бы на вопрос о причинах и степени колебаний основных экономических показателей включая выпуск, масштабы занятости, цены, заработную плату. Авторы теории исходят из того, что в макроэкономическом анализе особая роль принадлежит субъективным ожиданиям и прогнозам участников хозяйственного процесса. Возникла идея разработки новой равновесной модели, опирающейся на данный фактор. По словам Т. Саржента, "ключевым элементом новой классической макроэкономики является приверженность к общему равновесию и оптимизированному стратегическому поведению».* * The New Classical Macroeconomics. Brighton. 1994. P. 70.

Теория рациональных ожиданий означает, по существу, в более широком плане возрождение неоклассических принципов, базирующихся на методологических посылках теории общего равновесия Л. Вальраса, учениях А. Маршалла и Дж. Кларка, трудах К.

Векселя, И. Фишера, Ф. Хайкера.

Первую попытку разработки общего принципа формирования субъективных прогнозов экономических агентов предпринял американский экономист Ф. Кейтан, но он не вышел за рамки гипотезы адаптивных ожиданий широко применяемой монетаристами.

Ограниченность ее механизма в том что экономические агенты регулируют свои действия в принятии экономических решений в зависимости только ог прошлого опыта и информации.

Иными словами, прогнозы будущих значений экономических параметров определяются здесь только на основе их прошлой траектории. Теоретики новой классики исходят из того, что концепция адаптивных ожиданий, составляющая основу монетаристской модели поведения хозяйственных агентов на рынке, не обеспечивает возможности полного учета роста цен. Это неизбежно влечет за собой ошибки в прогнозах и отрицательно сказывается на результате хозяйственной деятельности. "Такой способ формирования ожиданий, — пишет Р. Лукас, — постоянно обнаруживает свою ошибочность и, более того, всегда наносит ущерб субъекту".* Гипотеза адаптивных ожиданий в силу ограниченности своей информационной базы не соответствует неоклассическому принципу оптимального поведения субъекта на рынке. Последний предусматривает реализацию такой стратегии поведения, которая обеспечивает наиболее полное и скорейшее достижение целей.

* Lucas R.E., Sargent Т.T. After Keynsian Macroeconomics. In: Rational Expectations and Econometric Practice. L., 1991. P. 301.

В начале 60-х годов американский экономист Дж. Мут ввел в экономический оборот понятие "рациональные ожидания". В отличие от адаптивных, под рациональными он подразумевал ожидания, складывающиеся не только с учетом информации прошлых периодов, а главным образом на основе всей имеющейся в определенный момент информации о современном состоянии и перспективах хозяйства. Дж. Мут исходил из того, что индивиды располагают именно всей доступной для них информацией и используют ее в такой модели экономики, какую они себе представляют и считают правильной. В своей гипотезе Дж. Мут исходит из того, что ожидания максимизирующих свое положение экономических агентов рациональны. Основу такого превращения, по его мнению, и составляют доступные в данный момент наиболее исчерпывающие сведения о состоянии экономики. В результате на базе всей полученной экономическими агентами информации формируются представления о положении в экономике которые автор гипотезы принимает как условные математические ожидания. Экономическая информация является первичным материалом для построения моделей рациональных ожиданий формирующихся на основе математических методов, таких, в частности, разделов математики, как теория вероятностей, стохастическое программирование и др. Одну их первых подобных моделей построил профессор Чикагского университета Р. Лукас, исходивший из того, что если вся имеющаяся в наличии информация оптимально используется участниками хозяйственного процесса при формировании своих ожиданий, то такие ожидания можно считать рациональными.

Гипотеза Дж. Мута положила начало развитию концепции рациональных ожиданий. Ее разрабачьшали Р. Берроу, Р. Лукас, Н. Уоллес, Т. Саржент, Л. Лейдерман, П. Минфорд и др.

Обоснованию этой концепции посвящены работа Т. Саржента и Н. Уоллеса "Теория рациональных ожиданий и экономическая политика (современная макроэкономика)" (1989), обширное исследование Р. Лукаса и Т. Саржента "Рациональные ожидания и экономическая практика" (1991), книга Р. Лукаса "Исследование теории делового цикла" (1991) и др. На основе гипотезы Дж. Мута американские экономисты стремились обновить, рационализировать теоретическое наследие неоклассицизма, включая монетаризм.

Утверждая, что поведение экономических субъектов в условиях саморегулирующейся рыночной экономики носит рациональный характер, они подчеркивают не только незыблемость принципов свободного предпринимательства, но и идеальный хозяйственный механизм, соответствующий этой системе. Школа рациональных ожиданий обновила неоклассицизм и оказала большое воздействие на модернизацию его экономической теории.

Теоретики рациональных ожиданий полностью полагаются на механизм рыночного саморегулирования экономики. Рыночные связи занимают в их построениях особое место.

Они исходят из того, что рынки постоянно находятся в состоянии равновесия. Принимается как непреложный факт, что спрос всегда равен предложению, поскольку механизм рыночного саморегулирования оперативно устраняет любые отклонения в их соотношении.

Так, если спрос превысит предложение — вступает в действие рост цен, приводящий спрос в соответствие с предложением. Падение спроса на товары, напротив, ведет к снижению цен до необходимого уровня, уравновешивающего спрос и предложение. Концепция рациональных ожиданий предполагает, что в ходе конкуренции приводятся в действие все рычаги саморегулирования, эффективно самонастраивающие экономическую систему и обеспечивающие ее равновесие. Сторонники этой концепции исходят из того, что колебания производства или занятости наиболее характерны, как правило, для уровня фирмы или отрасли. В рамках национальной экономики преобладает тенденция к их выравниванию.

Рациональные ожидания способствуют расчищению всех видов рынков, приведению их в состояние, обеспечивающее устойчивость экономики, поскольку хозяйственные агенты могут гибко реагировать на любые отклонения экономической конъюнктуры, действовать в соответствии с принципами оптимизации, ориентируясь на реальные экономические показатели и результаты. Авторы теории рациональных ожиданий не отрицают возможности циклических колебаний производства. Однако игнорируя действительную основу циклических колебаний, они рассматривают их как результат ошибок, допускаемых экономическими субъектами в течение краткосрочного периода. Причиной возможных ошибок считается некачественная, искаженная информация, мешающая правильно оценить конъюнктуру и разработать реальные прогнозы.

Одним из факторов, с которыми необходимо считаться хозяйственным агентам при разработке на основе рациональных ожиданий таких прогнозов своего экономического положения и доходов, авторы новой классики называют государственное вмешательство в хозяйственный процесс, действия правительственных органов. Они убеждены в том, что хозяйственные агенты в состоянии улавливать, рационально ожидать и учитывать в своей деятельности любые меры экономической политики государства и соответственно реагировать на них своими хозяйственными решениями. Сторонники концепции рациональных ожиданий отвергают государственное регулирование экономики, а меры экономической политики считают неэффективными и бесперспективными. Более того, регулирующее вмешательство государства, представленное чаще всего непоследовательной, а то и некомпетентной экономической политикой, они рассматривают в качестве основы цикла, главной причины отклонений от естественного уровня производства и безработицы.

Кейнсианская система антициклического регулирования считается причиной развязывания в 70-е годы галопирующей инфляции и стагфляции.

Еще до того, как заявила о себе школа рациональных ожиданий, М. Фридмен, включив в свою модель адаптивные ожидания, доказывал неэффективность кейнсианского государственного антициклического регулирования. Это положение обосновывалось тем, что долгосрочные значения занятости и выпуска продукции в условиях рыночной экономики неизбежно соответствуют определенным естественным уровням, зависящим от институциональных, структурных характеристик экономической системы и не подвластным государственному регулированию, политике точной настройки. Применительно к краткосрочным периодам положение, по его мнению, меняется. Здесь экономическая политика правительства в состоянии оказывать стимулирующее воздействие на занятость и выпуск продукции, что возможно, однако, только за счет наращивания темпов инфляции. В краткосрочном плане монетаристы допускают использование кривой Филлипса, хотя в долгосрочном плане, по их мнению, она теряет смысл, вырождается, превращаясь в вертикальную прямую.

Теоретики рациональных ожиданий не удовлетворены даже позицией М. Фридмена. По их мнению, государственное вмешательство в хозяйственный процесс в принципе абсолютно неприемлемо и вредно. При этом возможность существования кривой Филлипса отрицается не только в долгосрочном, но и в краткосрочном плане. С хаотичной и непредсказуемой экономической политикой государства представители новой классики связывают капиталистический цикл, поскольку случайный характер правительственных мероприятий привносит в экономику значительный элемент неопределенности. Любое из этих мероприятий вызывает соответствующую контрреакцию экономических агентов, что усиливает колебания, ведет к нарушению равновесия. Они категорически отвергли основанную на кейнсианских рецептах систему антициклических мероприятий, поскольку правительство не в состоянии позитивно влиять на экономический процесс. Любое его вмешательство с целью стимулирования спроса, ущемляющее интересы хозяйственных агентов, вызывает соответствующее противодействие. В условиях саморегулирующейся равновесной экономики нарушения стабильности неизбежно выливаются в рост цен, заработной платы, повышение процентных ставок.

Большое место сторонники рациональных ожиданий отводят созданию равновесной модели цен, которая заложена в основу обобщающей макроэкономической модели функционирования хозяйства. Равновесные цены ставятся в зависимость от денежной массы, ее движения. Систематические изменения последней проявляются в ценах. При этом делается вывод, что изменения денежной массы в результате определённой государственной политики влияют лишь на общий уровень цен, не отклоняя экономику от естественного состояния. Теоретики рациональных ожиданий уповают на стабильность денежной политики, поскольку именно от нее, по их мнению, зависит устойчивость цен.

Теоретики новой классики связывают цикл и с непредсказуемостью изменений государственной политики в предложении денег. Неожиданные изменения денежной массы в обращении они рассматривают в качестве причины изменения цен и циклических колебаний в экономике. Как отмечает Р. Лукас, даже на небольшие колебания цен предприниматели отвечают резкими изменениями производства и занятости. Увеличение денег в обращении вызывает рост цен, что является сигналом для экономических агентов к увеличению производства.

Снижение цен, следующее за сокращением денежной массы в обращении, напротив, дает сигнал к снижению объемов производства. Такой источник информации, как считают сторонники концепции рациональных ожиданий, находится постоянно в поле зрения экономических агентов, согласующих с ним свои действия. По мнению Р. Лукаса, степень отклонения от намеченного уровня производства зависит от того, считают ли экономические агенты обнаруженные колебания цен временными или устойчивыми. Стабилизация рыночной ситуации, в свою очередь, подсказывает им, насколько правильны были их действия, повлекшие за собой либо расширение, либо сокращение производства. Если меняется общий уровень, в чем предприниматели убеждаются незамедлительно, то это свидетельствует о том, что денежный фактор не оказал серьёзного влияния на хозяйственное положение в данном конкретном случае.

Наряду с государственной экономической политикой дестабилизирующим фактором экономики авторы новой классики называют несовершенство информации, её ограниченность и искаженность. Одним из главных источников ошибок считается та же экономическая политика государства. Действием этого фактора объясняют появление необоснованных, ошибочных решений, принимаемых экономическими агентами. В качестве надежного противодействия предлагается получение дополнительной достоверной информации и доведение ее до необходимого уровня. В этом случае последствия неверных решений и дестабилизированная рациональная рыночная активность восстанавливает стабильное равновесие без внешнего вмешательства.

М. Фридмену и его коллегам не удалось дать обоснованное решение проблемы инфляции. Сторонники концепции рациональных ожиданий пришли к выводу, что инфляционные ожидания рациональны лишь в том случае, если совпадают с математическим ожиданием будущей динамики цен. Основу их составляют вероятностные прогнозы, полученные в результате всестороннего изучения всей рыночной информации.

Сравнительно недавно представители новой классики категорически отрицали необходимость какой-либо регулирующей деятельности государства по отношению к хозяйственному процессу. Однако жизнь поставила их перед необходимостью отказаться от такой категоричности и ввести в интерпретацию данного вопроса определённые коррективы.

В связи с этим появились высказывания о том, что некоторые регулирующие мероприятия могут приносить пользу и их надо иметь в виду. При этом, однако, следует помнить, что мероприятия регулирующего характера со стороны государства сопряжены с опасностью нарушения экономической стабильности. Последние исследования сторонников теории рациональных ожиданий подтверждают изменения в их отношении к оценке политики государства. Имеет место отход от первоначальной установки, согласно которой всякая активная экономическая политика объявлялась неэффективной. Отвергая сложившуюся на основе кейнсианства широко распространенную систему государственного вмешательства в хозяйственный процесс, в связи с её полнейшей неэффективностью и вредными последствиями, сторонники новой классики теперь все же признают возможность проведения "четко ориентированной" правительственной политики и считают ее полезной.

Такую мысль высказал, например, Т. Саржент, заявивший, что он в принципе не против государственного вмешательства в экономику. Анализ показывает, что в данном вопросе они пошли на сближение с монетаристами, оговариваясь, что признают политику правительства только стабильную и чтобы последствия ее можно было предвидеть.

Отражая отдельные специфические черты современной экономики, сторонники теории рациональных ожиданий пытаются преодолеть тупики, с которыми столкнулся монетаризм и другие течения неоклассицизма. В связи с этим не только вопросы инфляции и безработицы, но прежде всего проблема цикла привлекла их внимание, составив главную заботу.

Однако при анализе американским экономистом М. Ловеллом результатов одного из обследований краткосрочных ожиданий предпринимателей, проведенного министерством торговли США, выяснилось, что полученные данные свидетельствуют скорее против этой теории, чем подтверждают ее. Они, по существу, показали невозможность полного использования экономическими агентами имеющейся информации. Такой вывод подтверждает практика уточнения официальных предварительных оценок ВНП и других экономических показателей. Она свидетельствует о наличии систематических отклонений, связанных с нереальностью условий рациональности М. Ловелл считает, что в рамках гипотезы рациональных ожиданий нельзя решить проблему построения реальных прогнозов.* * American Economic Review. Menacha, 1990. V. 76, No 1. Р. 115.

Концепция рациональных ожиданий ориентирует на крайнюю степень абстрагирования от реального экономического процесса. Это характерно и для построенных на основе данной гипотезы рафинированных математических моделей. В связи с этим новая классическая макроэкономическая теория оказывается за непреодолимым барьером академизма и весьма далека от самой возможности вскрыть подлинные причины и механизмы инфляции, стагфляции, нарушения общего динамического равновесия. Абстракции теоретиков новой классики не отражают в обобщенном виде современную экономическую систему со всеми присущими ей специфическими особенностями. Построение внутренне непротиворечивых равновесных моделей, по существу, далеко не достаточно для ответа на злободневные вопросы реального экономического процесса.

Один из патриархов современной американской экономической науки П. Самуэльсон весьма скептически оценивал практические рекомендации этой школы, даже касающиеся антиинфляционных мероприятий. Отмечается, что оторванность ее моделей от реальных процессов исключает саму возможность извлечь из них какие-либо полезные для практики советы и предложения.

Теория рациональных ожиданий предполагает существование идеальной экономической системы, где все предусмотренные авторами модели параметры имеются налицо. При этом экономические агенты должны весьма точно оценивать хозяйственную ситуацию, включая ее ближайшие перспективы. Может ли такая идеальная система постоянно пробивать себе дорогу? По-видимому, нет. Ответ на этот вопрос следует однозначный.

Рассматриваемая концепция не дает убедительного ответа и на вопрос о том, насколько обоснованы ожидания, какова степень соответствия прогнозов реальной действительности.

Не оправдывается и подвергается критике одно из важнейших положений теории ра циональных ожиданий о равной доступности информации всем участникам экономического процесса.

Лекция 19. Эволюция кейнсианства В современной западной экономической литературе и в практике государственного регулирования экономики сохраняет определенное влияние кейнсианское направление, хотя его сторонники оттеснены на второстепенные позиции и критика в их адрес не прекращается. До середины 70-х годов в большинстве развитых стран кейнсианство составляло теоретическую основу государственного регулирования экономики. Дж. Кейнс разработал макроэкономическую теорию эффективного спроса, составившую основу его теории государственного регулирования. Считая одной из важнейших задач такого регулирования экономики достижение "полной занятости", он концентрировал внимание на образовании и движении национального дохода, рассматривая все экономические процессы сквозь призму реализации, обеспечения эффективного спроса. Многие теоретические положения Дж. Кейнса были восприняты многочисленными последователями, претерпели определенную эволюцию и используются до сего времени.

Современное кейнсианство не является чем-то единым. В нем выделяется течение ортодоксальных кейнсианцев, считающих себя главными хранителями концепции Дж.

Кейнса. Этот вариант разрабатывался такими известными экономистами, как Э. Хансен, Дж.

Хикс, С. Харрис, П. Самуэльсоном и др. Непосредственным воплощением кейнсианской ортодоксии явилась прежде всего инвестиционная теория цикла, составившая основу антициклического регулирования экономики, ориентирующая на гибкое использование доходов и расходов бюджета в связи с изменением конъюнктуры, налоговой системы, выплат по социальному страхованию и др. Ортодоксальное кейнсианство включилось также в решение проблемы экономической динамики. В дальнейшем кейнсианская ортодоксия пошла по пути интеграции с неоклассической теорией, в результате чего появился неоклассический синтез Пола Самуэльсона, сформировавшего модель смешанной экономики. Новая концепция базировалась на соединении кейнсианства с традиционными положениями неоклассицизма. Этот ортодоксальный вариант включил, с одной стороны, инструментарий кейнсианской теории с бюджетными, налоговыми, финансово-кредитными методами государственного регулирования экономики, а с другой — ориентировал на более строгий учет и широкое использование рыночных условий (конкуренция, динамика цен и др.). В неоклассическом синтезе ортодоксальное кейнсианство во многом теряло своё лицо, поскольку низводилось до частного случая неоклассической теории, которая в свою очередь рассматривалась в качестве общей основы функционирования экономической системы, включая оптимальное распределение ресурсов, рыночное саморегулирование, распределение доходов. Как утверждал П. Самуэльсон, "с одной стороны, надо проводить политику кредитно-денежной экспансии, способствующей развитию капитала вглубь и значительным масштабам капиталовложения;

с другой стороны, тенденция к возникновению инфляционного разрыва в результате такого увеличения инвестиционных расходов должна быть нейтрализована при помощи жёсткой фискальной политики, предусматривающей достаточно высокие налоговые ставки (и достаточно низкие правительственные расходы).

Это должно привести к такому сокращению доходов, оставшихся у населения (после уплаты налогов), чтобы заставить его сократить потребление и, таким образом, освободить средства для инвестиций не вызывая при этом инфляции".* * Самуэлъсон П. Экономика. М., 1984. С. 785-786.

Формальное объединение кейнсианства с неоклассицизмом не дало ожидаемых результатов. Однако идея синтеза продолжает привлекать внимание экономистов до сего времени. Признавая бесплодность очередных попыток создания на основе ортодоксального кейнсианства эффективной экономической теории, как это было с неоклассическим синтезом, сторонники данного направления вынуждены вновь и вновь возвращаться к идее синтеза двух ведущих экономических концепций. На такой же основе предпринимались усилия по модификации концепции регулируемого капитализма сторонниками так называемой "новой экономической теории" (new economic) У. Хеллером, Дж. Тобином, А.

Оукеном и др. Они пытались усовершенствовать систему кратковременного антициклического регулирования как средства обеспечения устойчивого экономического роста. Одним из главных рычагов воздействия на конъюнктуру принималось снижение налогов. Отмечая близость своей концепции неоклассическому синтезу, Дж. Тобин писал:

"Мы отстаивали неоклассический синтез, который подчеркивает, что денежные и фискальные элементы можно смешивать в различных пропорциях с целью достичь требуемых макроэкономических результатов".* Приверженцы new economic обосновывали экспансионистский внешний курс, недооценивавший угрозу инфляции. В результате весьма высокое влияние, каким данная теория пользовалась в США, было подорвано.

* Tobin G. The new Economics One Decade. Princeton. N.Y., 1992. P. 12.

Вмешательство государства в экономику в качестве регулирующей силы имеет свои границы. В 70-е годы отношение к кейнсианской концепции резко изменилось.

Критика кейнсианства в это время усилилась. Последователей Дж. Кейнса обвинили прежде всего в том, что их теория нарушала принципы свободного предпринимательства, мешала естественному ходу экономического процесса, его саморегулированию. Кейнсианцев упрекали и в том, что они не проявили должного внимания к вопросам движения денежной массы, ценообразования, динамики цен, нормы процента, отбросив их на второстепенные позиции как несущественные. Все это в значительной мере не принималось в расчет при формировании антициклических программ, моделей экономической динамики.

К ортодоксальному кейнсианству относятся также некоторые экономисты старой кембриджской школы в Англии, которую в 70-х годах представляли М. Познер, Р. Кан и др.

Они исходили из принятого кейнсианцами толкования природы и причин нестабильности экономики и роли государственного регулирования в ее преодолении. Отличительной особенностью этой группы был анализ воспроизводительных процессов, которые рассматривались с учётом основных хозяйственных потоков, получавших реальные количественные оценки. Полагаясь на инструменты бюджетной политики и методы регулирования валютного курса, сторонники старой кембриджской школы были убеждены, что всё это одновременно в состоянии обеспечить как достижение полной занятости, так и стабильность цен и равновесие платёжного баланса.

Современное кейнсианство включает несколько течений. Наряду с приверженцами кейнсианской ортодоксии многие экономисты — сторонники теории Дж. Кейнса — отвергают ортодоксальный вариант, обосновывают необходимость очищения и обновления кейнсианской концепции. С одной стороны, они ратуют за восстановление чистоты теории Дж. Кейнса, удаление из нее различных наслоений, внесённых в нее его многочисленными последователями. С другой — стремятся дополнить кейнсианскую концепцию недостающими, на их взгляд, элементами, обновить ее на собственной основе, влить в кейнсианство новую кровь, оживить его, придать ему современное звучание и сделать вновь дееспособным. Такой вариант обновления был начат, например, группой представляющих монетаристское посткейнсианство влиятельных американских экономистов, в числе которых А. Лейонхуфвуд, С. Вайнтрауб, Д. Давидсон, Р. Клауэр, Х. Мински и др.

По мнению американских экономистов, различия между учением Дж. Кейнса и неоклассической концепцией более глубокие, нежели их представляли его ортодоксальные последователи, рассматривавшие кейнсианскую концепцию как теорию равновесия в условиях неполной занятости. Р. Клауэр, а вслед за ним А. Лейонхуфвуд, отвергая эти утверждения, квалифицировали кейнсианство как теорию неравновесия, как макроэкономическую теорию приспособления к нарушению экономического равновесия.

Современные кейнсианцы считают, что сама теория Дж. Кейнса в состоянии дать обоснованное решение этих вопросов, если её очистить от всех чуждых наслоений.

Выступая за возрождение кейнсианства с учетом современных потребностей, С.

Вайнтрауб, Д. Давидсон, А. Лейонхуфвуд и другие экономисты стремятся не только очистить ее от всего, по их мнению, не свойственного самому основанию учения, но и устранить упрощенные подходы к экономическим процессам. "Для того, чтобы вернуться на утерянные позиции, — пишет X. Мински, — теорию денег Кейнса следует возродить в том виде, в каком она изложена в книге "Общая теория", что позволит продемонстрировать упущения и ошибки как традиционной "кейнсианской теории", так и современного монетаризма".* Восстановлению денежных аспектов придается особое значение, поскольку в этом случае, как считают авторы, кейнсианская концепция будет пригодна и для анализа инфляционных ситуаций, и для разработки антиинфляционных мероприятий. Большое место при этом отводится вопросам организации оперативных и надежных источников достоверной экономической информации.

* Современная экономическая мысль. М., 1991. С. 432.

Однако экономическое развитие в 80-е годы, НТР потребовали снижения издержек государственного регулирования за счёт сокращения прямого вмешательства государства и его бюрократического аппарата в экономику. Всё это привело к расширению рамок сво бодного предпринимательства на основе рынка, конкуренции и усиления роли внутрифирменного планирования экономической деятельности. В таких условиях о восстановлении прежнего положения, утраченного доверия и престижа кейнсианской теории не может быть и речи.

Наряду с этим в 80-е годы экономисты не отказались от идеи синтеза, от того, чтобы интегрировать макроанализ и неоклассическую теорию, что в отличие от неоклассического синтеза получило название кейнсианизма. Кейнсианизм по-прежнему ориентирует на использование таких кейнсианских категорий, как эффективный спрос, макроэкономический анализ рынка, рациональные предпочтения денег и др. Вместе с тем сторонники кейнсианизма не противопоставляют кейнсианские постулаты неоклассической концепции.

Напротив, принципы неоклассицизма рассматриваются как универсальные. Особое внимание уделяется использованию рынка, конкуренции в распределении ресурсов в соответствии с агрегативными предпочтениями индивидуумов.

Современные кейнсианцы считают, что экономическая теория требует обновления и дальнейшего развития. По-прежнему уделяется большое внимание таким факторам, как инвестиция, инвестиционный спрос. Пытаются найти новые подходы, расширяющие возможности регулирования. Примером этого может служить обоснование концепции бюджета капиталовложений, разработка методов его сбалансирования. Большое внимание исследователей привлекает также теория "финансовой нестабильности", рассматриваемая как основа для определения антикризисных мероприятий, регулирования бюджетного дефицита. Вместе с тем современные кейнсианцы ищут средства эффективного воздействия на рыночный механизм, регулирования конкуренции, выясняют влияние рынка на динамику инвестиций, движение безработицы, инвестиционный процесс. Современные последователи Дж. Кейнса настойчиво продолжают поиски обновления кейнсианства. Процесс этот сложный, неоднозначный, развивающийся далеко не гладко, но дающий и определенные позитивные результаты, которые продлевают его жизнеспособность.

В свое время на основе учения Кейнса сложилось левое течение, выступившее с антимонополистических позиций — левое кейнсианство. Оно получило наибольшее распространение в Англии. Его основу составила влиятельная группа экономистов Кембриджского университета, являющегося цитаделью кейнсианства. Возглавила левое кейнсианство Джоан Робинсон. Сторонниками его были Н. Калдор, П. Сраффа, Дж. Итуэлл, Л. Пазинетти и др. Дж. Робинсон одна из первых заявила о кризисе ортодоксального кейнсианства. Отвергая неоклассическую теорию, левые кейнсианцы подвергли критике и концепцию кейнсианской ортодоксии. Они критиковали ортодоксальную концепцию за то, что в ней не нашли отражения и не получили решения социальные проблемы (например, неравенство в распределении доходов), без которых немыслимо позитивное решение во просов функционирования экономики, ее регулирование.

В дальнейшем левое кейнсианство эволюционировало в более широкое течение — посткейнсианство. Левые кейнсианцы составили его основу. Посткейнсианцы продолжили критику ортодоксального варианта, в особенности неоклассицизма. Резкую критику у них вызывает маржинализм. Поставив своей задачей обновление учения Дж. Кейнса и завершение "кейнсианской революции", посткейнсианцы одновременно стремятся довести до логического конца и критику неоклассицизма. Посткейнсианцы опираются не только на теорию Дж. Кейнса. Они используют и другие источники: институционализм, учение Рикардо, концепцию радикалов, экономическую теорию К. Маркса. Примечательна в этом отношении неорикардианская ветвь посткейнсианства, разрабатываемая П. Сраффой, а также Дж. Итуэллом, П. Гареньяни, П. Пазинетти и др., преследующая цель восполнить пробелы в теории стоимости и эффективного спроса. Посткейнсианство представляет также одну из современных разновидностей западных интерпретаций марксистской политэкономии.

Посткейнсианцы обосновали один из вариантов реформирования экономики. Дж.

Робинсон и её коллеги ищут не только пути обеспечения устойчивого динамического равновесия, важнейшим элементом которого является государственное регулирование экономических процессов. В их теории большое место занимает устранение неравенства в распределении доходов на просвещение, здравоохранение и другие социальные нужды, развитие социального страхования. Всё это свидетельствует о том, что посткейнсианцы делают акцент на использовании социальных факторов, предусматривая их реализацию через широкую регулирующую деятельность государства, демократизацию экономической политики, в особенности в области распределения доходов.

В начале 80-х годов в английском посткейнсианстве обозначилась ещё одна ветвь, получившая название новой кембриджской школы. Её представляет группа экономистов, в которую входят У. Годли, К. Куттс, Р. Тарлинг, М. Фезерстон и др. Выделение ветви новой кембриджской школы произошло не столько под влиянием теории самого Дж. Кейнса, сколько в результате переосмысления и модернизации концепции одного из его учеников Н.

Калдора. Более того, как отметил, например, профессор Мельбурнского университета Р.

Диксон, "доктрина новой кембриджской школы представляет собой резкий разрыв с идеями Кейнса".* В интерпретации проблем воспроизводства капитала экономисты данной ветви кейнси-анства сделали большой шаг в сгорону традиционных положений неоклассицизма.

Так, например, отдавая дань идее саморегулирования экономики, они согласны с тем, что колебания производства чаще всего являются следствием регулирующего вмешательства государства по поддержанию совокупного спроса. Отсюда делается вывод о необходимости отказа от политики точной настройки. Не отвергая полностью государственное вмешательство в экономику, теоретики новой кембриджской школы предлагают ограничить его рамками среднесрочных или дальних целей. Изменилось и отношение к традиционным для кейнсианства бюджетным методам регулирования. Но, несмотря на это, связь с кейнсианской концепцией здесь ещё достаточно прочная. С ней тесно связаны корни новой кембриджской школы. Признаётся положение о том, что занятость зависит прежде всего от процесса производства, безработица носит вынужденный характер, а мультипликационный процесс составляет основу увеличения национального дохода.

* Journal of Post Keynesian Economics. Winter 1982-83. P. 294.

Наиболее заметной работой экономистов новой кембриджской школы является книга У.

Годли и Ф. Криппса "Макроэкономика" (1983), в которой предпринята попытка обосновать важнейшие параметры концепции. Как и другие разновидности кейнсианства, новая кембриджская школа поставила некоторые новые вопросы, требующие как теоретической разработки, так и практического решения. Они связаны с исследованием влияния фактора интернационализации экономической деятельности на открытую систему, а также с проблемой взаимосвязи динамики доходов и расходов с движением активов. Концепция новой кембриджской школы вышла за рамки одной из ветвей, образовавшихся в процессе эволюции современного кейнсианства.

Таким образом, кейнсианство сегодня весьма многолико. Эволюция учения последователей Дж. Кейнса продолжается. Кейнсианская теория оказывает влияние на систему хозяйствования, проявляется в инструментарии хозяйственного механизма.

Поскольку проблема соотношения между государством и частным предпринимательством с учётом влияния современного этапа НТР и интернационализации экономики остаётся одной из актуальных в определении оптимального и наиболее рационального их соотношения, эволюция посткейнсианства будет развиваться и далее. Не исключено, что новые варианты посткейнсианства в дальнейшем могут приобрести большее влияние в разработке теоретических основ хозяйствования.

Лекция 20. Институционализм В начале XX в. в США возник институционализм, виднейшими представителями которого выступили Торстейн Веблен,* Джон Коммонс,** Уэсли Митчелл.*** * Веблен Торстейн (1857-1929) — американский экономист и социолог. Под влиянием К. Маркса считал основой социальной жизни материальное производство, но сводил его к технологии. Критиковал некоторые стороны капитализма с утопических позиций.

** Коммонс Джон (1862-1945)— американский экономист и психолог, автор известных книг "Правовые основания капитализма" (1924), ''Институциональная экономика" (1934), ''Экономика коллективных действий" (1950).

*** Митчелл Уэсли Клэр (1874—1948)— американский экономист и статистик, представитель Гарвардской школы политэкономии.

Методология институционалистов предусматривала: 1) широкое использование описательно-статистического метода;

2) историко-генетический метод;

3) как исходное — категорию института (совокупность правовых норм, обычаев, привычек).

В рамках этого течения были образованы социально-психологическое (Веблен), социально-правовое (Коммонс), институционально-статистическое (Митчелл) направления.

Веблен связал основу экономики с действием психологического фактора. Коммонс основной упор делал на правовые категории, юридические учреждения, определяющие, по его мнению, развитие экономики. Разработка методов борьбы с экономическими кризисами проводилась Гарвардской школой конъюнктуроведения. Её ведущий теоретик Митчелл ставил задачу создания методов ослабления экономических кризисов. В его теории отсутствовала цикличность, а кризис был заменён рецессией — плавным снижением темпов роста. Митчелл создал теорию регулируемого капитализма.

Своё название это направление получило после того, как американский экономист У.

Гамильтон в 1916г. впервые применил термин "институционализм". Заметное влияние на формирование этого направления оказали труды английского экономиста Дж. Гобсона. Рас пространение институционализма было связано в первую очередь с эволюцией экономической теории в США, где в 20-х годах текущего столетия он занял лидирующее положение.

В дальнейшем идеи институционализма развивались в работах Дж.М. Кларка, Г. Минза, А. Берли, Э. Богарта, Д. Бернхема, Ж. Фурастье, Ж. Эллюля, У. Ростоу, Г. Кольма, А. Лоува, Р. Арона и др. Современный институционализм, или неоинституционализм, во многом отличается от своего предшественника — раннего институционализма, хотя и сохраняет многие исходные понятия, сложившиеся в период становления и развития этого учения. Его идеи развивают такие влиятельные экономисты, как Дж. Гелбрейт, Г. Мюрдаль, Р.

Хейлбронер, Д. Белл, О. Тоффлер, Я. Тинберген и др.

Своё название рассматриваемое направление получило в связи с тем, что его сторонники активно использовали социальный элемент и интерпретировали экономические процессы с помощью неэкономических факторов, включая социально-политический, технологический, правовой, социально-психологический, этический и др. Такое сочетание различных факторов объясняется тем, что в области методологии институционалисты ориентируются не только на материалистическое начало, но одновременно и на субъективный идеализм в толковании общественных процессов. Институционалисты широко используют социологию, соединяя её с политэкономией, дополняя экономическую науку социологическими категориями. Идея синтеза социологического и экономического анализа лежит в основе их концепций. Термин "институционализм" (англ. institutionalism от лат. institutio — образ действия, обычай, направление, указание) был принят для обозначения системы взглядов на общество и экономику, в основе которой лежит категория института, составляющая костяк социально экономических построений сторонников данного направления. По определению У.

Гамильтона, институт — это "словесный символ для лучшего описания группы общественных обычаев", "способ мышления", ставший привычкой для группы людей или обычаем для народа. У. Гамильтон утверждал, что "институты устанавливают границы и формы человеческой деятельности. Мир обычаев и привычек, к которому мы приспосабливаем нашу жизнь, представляет собой сплетение и непрерывную ткань институтов". В основу системы взглядов институционалисты положили принцип естествен ного отбора институтов, представленный Т. Вебленом как содержание эволюции общественной структуры, основа общественного прогресса.

Таким образом, согласно логике институционалистов, способ мышления, словесный символ, обычаи и привычки выступают как первопричина социально-экономического развития общества. Реально существующие экономические отношения оказываются производными, преподносятся как проявление воплощённых в институтах нравов людей, их способа мышления. Экономический строй общества в подобных интерпретациях предстаёт в искажённом виде.

Формируя своё понимание общественной структуры, факторов общественного развития, институционалисты исходят в основном из внешнего относительно поверхностного подхода к этим явлениям, не проникают в сущностные, глубинные связи, не обнажают их. Они игнорируют примат производства, не признают определяющей роли отношений собственности на средства производства, обусловленного ими классового состава общества.

Отвергая идею о производственных отношениях как основы социально-экономической структуры, институционалисты сформировали свой специфический подход к изучению общественных явлений, экономического процесса.

По словам американского экономиста А. Грачи, "неоинституционализм и традиционная теория представляют собой, по существу, два совершенно различных способа отражения экономической реальности, первый — с позиций ее эволюции, а другой — с позиции статики и структуры".* Отношение институционалистов к кейнсианству иное. Между ними больше точек соприкосновения, общих подходов, сказывается общность социально-классовых позиций. Наиболее близок институционализм к посткейнсианству в Англии.

* Gruchy A.Q. Contemporary Economic Thought. The Contribution of Neoinstltutional Economies. Clifton, 1992. P. VI.

Концепцию неоклассиков сторонники социально-институционального направления отвергают и подвергают суровой критике. Они критикуют их прежде всего за узость толкования экономических проблем в рамках саморегулирующейся рыночной экономики, за отрыв от социальных вопросов, от политики. Отвергается методологическая концепция неоклассиков — маржинализм. Ориентируясь на систему, базирующуюся на социальных отношениях, институционалисты, как отмечает А. Грачи, не приемлют механического равновесия, определяющего сущность традиционной экономической концепции. Споры между институционалистами и неоклассиками не прекращаются на протяжении многих десятилетий. В последнее время они вновь разгорелись в связи с очередным неоклассическим возрождением. Инсгигуционалисты резко критикуют монетаристов, сторонников теории экономики предложения, новой классики. Как отметил американский экономист В. Брейт, споры между Дж. Гэлбрейтом и М. Фридменом существенным образом влияют на официальную экономическую доктрину США и других стран. По его словам, в отличие от М. Фридмена Дж. Гэлбрейт обоснованно полагает, что кейнсианская политика стимулирования агрегативного спроса лучше, чем рынок, способна решать задачи эффективного использования ресурсов, если она сопровождается мерами по контролю над ценами и доходами. Дж. Гэлбрейт не разделяет положения о кризисе кейнсианства. По его мнению, можно говорить лишь о трудностях, переживаемых в настоящее время этой концепцией. Вину за провалы экономической политики администрации США в 80-е годы он возлагает на монетаристов и сторонников экономики предложения.

Коренной порок неоклассической концепции институционалисты видят в том, что она неизменно исходит из идеи незыблемости приоритета рыночной структуры, рынка в экономике. Институционалисты отвергают ее, как и неоклассический тезис о суверенности потребителя. Они критикуют сторонников неоклассических школ за игнорирование глубинных и долговременных изменений в развитии общества. И в этом вопросе позиция представителей социально-институционального направления явно предпочтительнее.

По своему составу, социальным симпатиям современный институционализм далеко не однороден. В нем достаточно отчетливо проявляется консервативное крыло, которое представляли такие экономисты, как А. Берли, Д. Берхнем, А. Грачи, У. Ростоу. Но наиболее характерно для данного направления либеральное крыло, отстаивающее либеральные позиции в решении социально-экономических вопросов. Его представляют Дж. Гэлбрейт, Р.

Хейлбронер, Я Тинберген, Л. Туроу и др.

Социализм институционалисты не приемлют. Дж. Гэлбрейт характеризует капитализм как строй, претерпевающий процесс постоянных преобразований. Основу этого, по его мнению, составляет эволюционное обновление общества, его спонтанная трансформация.

Институционалисты концентрируют внимание на широком спектре социально экономических изменений, проявляющихся в обществе в процессе его эволюционного обновления. Они стремятся раскрыть механизмы изменений, объяснить их динамику и выявить рычаги эффективного воздействия. Эволюционный характер концепции институционалистов проявляется при рассмотрении ими характерных для капитализма социально-экономических процессов, хозяйственного механизма, реальных форм организации экономической жизни в их конкретно-исторической национальной определенности.

Проблема трансформации выдвинута на первый план и занимает центральное место в теоретических построениях институционалистов. Вместе с тем концепции институционалистов нацелены на разработку футурологических сценариев, прогнозов развития общества в ближайшем и более отдаленном будущем.

В концепциях институционалистов отчетливо проявляется характерное для современных социальных теорий стремление опираться на реальные процессы. Они исходят из быстрорастущего промышленного производства, базирующегося на крупных корпорациях, возрастающем влиянии НТР, неизбежном усложнении систем управления, возрастающей потребности в планомерной организации производства. В числе важнейших проблем, разрабатываемых институционалистами, следует прежде всего назвать корпорацию — крупное монополистическое объединение, воплощающее в себе экономическую мощь.

Корпорация рассматривается в качестве основы организационной структуры индустриальной системы современного общества, исследование которого призвано ответить на многие вопросы, встающие при рассмотрении индустриальных отношений. Институционалисты активно исследуют взаимодействие монополии и конкуренции, олигополии, управление динамикой доходов, цен, различные стороны хозяйственного механизма. В их поле зрения и такие институты, как государство и его роль в развитии экономики, профсоюзов, различные общественные явления правового, морально-этического, психологического характера. Всё это в совокупности образует весьма многоликий объект исследований сторонников социально-институционального направления, представляющего собой сложное и противоречивое явление в современной экономической теории.

Механизм трансформации общества трактуется исходя из того, что развитие экономической системы и отношения между хозяйственными агентами складываются не только под воздействием непосредственно экономических, но и социальных, политических, психологических, морально-этических факторов. Среди факторов эволюционного обновления общества на первый план институционалисты выдвигают научно-техническую революцию, преобразующую индустриальную структуру общества. Источник перемен они видят в развитии науки, техники, в создании новых технологий. Технологическую трактовку приобретают проблемы экономического роста, экономических кризисов, безработицы, заработной платы, а также сдвиги в социальной структуре общества. Институционалисты исходят из того, что научно-технический прогресс непосредственно определяет экономическое и социальное развитие общества, является решающим фактором его обновления. Техника, технология, по существу, отождествляется с социально экономическими структурами. На принципе технологического детерминизма созданы теории индустриального, постиндустриального, супериндустриального, технотронного, информационного обществ и др.

Одним из самых главных институтов в индустриальной структуре общества институционалисты считают корпорацию. Признавая как непреложный факт господство крупного производства, они рассматривают корпорацию в качестве его основного звена, уделяя ее исследованию большое внимание. По мнению Дж. Гэлбрейта, "ничто так не характерно для индустриальной системы, как масштабы современного корпоративного предприятия".* Не отрицая возникающих внутри корпорации проблем во взаимоотношениях собственников (акционеров), менеджеров и рабочих, теоретики институционализма акцентируют внимание прежде всего на проблеме взаимоотношений менеджеров с собственниками. Вопрос власти и управления рассматривается как один из центральных применительно к корпорации и к индустриальной системе в целом.

* Гэлбрейт Дж.К. Новое индустриальное общество. М., 1969. С. 117.

Озабоченность судьбами крупных корпораций просматривается в работах многих представителей социально-институционального направления. Американский экономист Д.

Мюллер в книге "Современная корпорация: прибыли, власть, рост и функционирование" (1988), анализируя конфликты, возникающие внутри монополий, выделяет не только конфликт по формуле "капиталист — рабочий", но и "менеджер — акционер", возникающий на основе распределения прибыли. Определяя мотивы конфликтов, Д. Мюллер делает акцент на политике максимизации роста компаний, приводящей в конечном счете к сокращению доходов акционеров.* * Muller D.С. The modern Corporation: Profits, Powards, Growth and Performance.

Brigiation: Wheatsheaf books, 1988. P. 74, 134.

Одну из центральных проблем развития и обновления экономики институционалисты видят в создании системы социального контроля над экономикой. Эта проблема трактуется весьма широко: от внутрифирменного корпоративного уровня до организации социального контроля на макроэкономическом уровне, реализация которого связана с активной деятельностью государства. Идея социального контроля над экономикой прошла через все этапы эволюции институционализма и определяет одно из коренных требований его эко номической теории. Реализация социального контроля является неотъемлемой чертой теории трансформации капитализма.

Институционалисты предусматривают различные формы социального контроля над экономикой. Сюда относятся реформы, касающиеся крупных корпораций, управления их деятельностью, государственные и регулирующие мероприятия, воздействующие на механизм рыночной конкуренции, ценообразование, занятость, состояние денежно кредитного рынка, финансово-бюджетной системы и др. Большое место в организации социального контроля отводится планированию, включая создание и развитие государственной системы программирования и индикативного планирования. Всё это объективно способствует развитию и совершенствованию государственных форм хозяйствования.

В организации социального контроля институционалисты возлагают надежды на программы "социализации", призванные расширять и укреплять экономическую базу государственного регулирования экономики и повышать его действенность. В результате формируется модель, по определению Р. Хейлбронера и Л. Туроу, "тотально контролируемого общества", где "традиционные опоры капитализма — узаконенность частной собственности и функционирование рыночного механизма будут исправлены до неузнаваемости, если не вообще заменены государственными директивами".* * Heilbroner R., Thurow L. The Economic Problem. L., 1988. Р. 579.

В совершенствовании методов социального контроля и управления производством институционалисты ищут резервы формирования и укрепления экономической системы.

Этого требует и такая "вечная" проблема, как использование корпорациями рыночных связей различных форм конкуренции. Важной задачей, стоящей перед экономистами, — считает представительница современного американского институционализма Дж. Кэсуэлл, — является разработка институциональной суперструктуры — связующего звена между конку ренцией и координацией, представляющего собой своеобразный надрыночный механизм, активно воздействующий на функционирование экономики. Создание такого механизма Дж.

Кэсуэлл связывает с распространением системы "переплетающихся директоров" (ПД), рассматривая ее как результат развития "менеджерской революции". "Система ПД, — пишет она, — представляет собой важную грань межличностных и межкорпорационных связей в системе власти США".* Система ПД рассматривается как система контроля, посредством которого корпорации усиливают свое воздействие друг на друга, развивают межфирменные связи на рыночном уровне. Считается, что чем теснее и иерархичнее связи, тем сильнее система переплетающихся директоров воздействует на рыночное поведение фирмы.

* Economic Issues Sacramento, 1994. V. 18, N 2. P.625.

В организации социального контроля, в создании тотально контролируемого общества авторы институционализма центральное место отводят государству. Особая роль политического фактора в реформировании капитализма признается, по существу, всеми представителями социально-институционального направления. Указывая на наличие двух моторов, обеспечивающих функционирование капиталистической системы — экономического и политического, — Р. Хейлбронер считает, что только такой подход может помочь понять экстраординарное разнообразие институтов, встречающихся в странах с частной собственностью и рыночным базисом.

Институционалисты возлагают на государство большие надежды в организации и стимулировании научно-технического прогресса. В связи с развертыванием современного этапа НТР внимание к этим вопросам заметно возросло. О необходимости активизации деятельности государства в формировании современного этапа НТР пишет, например, американский экономист У. Ростоу. Он называет этот этап "четвёртой промышленной революцией", связанной с широким внедрением микроэлектроники, новых методов телекоммуникационной связи, лазерной технологии и робототехники, принципиально новых искусственных материалов и т.д. Такая необходимость обусловлена, по его мнению, тем, что усилий частного сектора здесь явно недостаточно. Именно государство — считает У. Ростоу — должно стимулировать НТП, взяв на себя в особенности заботу об организации фундаментальных исследований, улучшении системы образования, профессионального переобучения, по осуществлению экспериментальных, наиболее рискованных в коммерческом отношении проектов и т.п.

Государственное регулирование, несомненно, оказывает большое воздействие на НТП, в особенности на развертывание фундаментальных исследований, разработку и реализацию национальных научных программ комплексного характера, исследование природоохранных проблем. Государственные научные программы активно влияют на развитие научных исследований и внедрение их в производство в рамках частного бизнеса. Они облегчают и расширяют доступ к научной информации, к рекомендациям по ее практическому применению. Вместе с тем — и это с сожалением отмечается институционалистами — государственное регулирование научно-исследовательской деятельности, освоения результатов НТР заключает в себе глубокое противоречие. Основная масса научных разработок, финансируемых из государственного бюджета, связана с военной и космической программами, не имеет прямого выхода на гражданское производство Дж. Гэлбрейт, например, неоднократно критиковал гипертрофию военных корпораций, нарастающее давление военно-промышленного комплекса, союза крупных корпораций и государственной администрации. Институционалисты выступают за ликвидацию монополии военно промышленных компаний на многие важнейшие достижения науки, за расширение исследований и внедрение их результатов в гражданские отрасли производства.

Современные аспекты методологии, общей концепции институционализма, его целей и задач наиболее ярко и широко представлены в трудах Дж.К. Гэлбрейта. С его исследованиями в течение последних десятилетий связаны наиболее значительные приобретения социально-институционального направления экономической науки. Автор теории уравновешивающей силы, общества изобилия, нового индустриального общества с его зрелой корпорацией и техноструктурой и др., Дж. Гэлбрейт — один из влиятельных современных экономистов. Проблемам трансформации капитализма, её отдельным аспектам посвящены все основные его работы. Рекомендациями практического характера он оказывает большое влияние и на формирование экономической политики американской администрации.

В своих исследованиях Дж. Гэлбрейт посвятил немало страниц индустриальной системе, корпорации, проблеме власти и управления внутри монополии и в обществе, роли государства и вопросам экономической политики, профсоюзам, хозяйственному механизму капиталистической системы и методам хозяйствования. Трансформацию экономики он связывает с возрастанием крупных корпораций в условиях НТР. Дж Гэлбрейт выдвинул понятие зрелой корпорации по сравнению с обычной производственной корпорацией (монополией), представив ее как носителя НТП. Объединение таких корпораций составляет костяк индустриальной системы, которую он называет планирующей системой Американский экономист Д. Сиссел назвал концепцию планирующей системы заменителем теории рынка. Дж. Гэлбрейт исходит из того, что в зрелых корпорациях и в планирующей системе в целом власть и управление переместились от собственников к техноструктуре, состоящей из инженерно-технического персонала, не относящегося к собственникам.

Техноструктура, по словам Д. Сиссела, — "это социальный класс, господствующие позиции которого в экономике обусловливаются его участием в процессе принятия стратегических решений, этот класс контролирует собственность, не владея ею".* Дж. Гэлбрейт относит к техноструктуре тех, кто обладает специальными знаниями, способностями и опытом группового принятия решений. Главная роль в техноструктуре принадлежит ведущим менеджерам, принимающим основные управленческие решения.

* Ciscel D. Galbraith’s Planning System as a substitute for Market // Jornal of Economic Issues (Sacramento). V. 18. N 2. P. 412.

Анализ и выводы Дж. Гэлбрейта по вопросам структуры и управления корпорацией и планирующей системой опираются на выявление власти техноструктуры и институциональной власти корпораций. Его заслугу Д. Сиссел видш в том, что Дж. Гэлбрейт первым среди экономистов обосновал тезис о замене власти рынка решениями менеджеров.

Он пришел к выводу, что с появлением зрелой корпорации и планирующей системы изменились цели и характер их деятельности. Поскольку планирующая система рождала, по его мнению, новую "разумную цель общества", максимизация прибыли якобы уже не является необходимостью.

Дж. Гэлбрейту приходилось не раз пересматривать взгляды по отдельным проблемам экономики и развития общества. В 50-х годах он был убежден, что уже в ближайшее время трансформация капитализма обеспечит решение основных социальных проблем. Он писал тогда об обществе изобилия. В дальнейшем автор теории индустриального общества вынужден пересматривать некоторые положения и вносить коррективы в свою концепцию.

Его серьезно тревожат не только неуправляемость рыночного сектора экономики, но и сами зрелые корпорации и возглавляющая их техноструктура. В результате претерпели существенные изменения характеристики зрелой корпорации и ее роли, планирующей системы. В зрелой корпорации Дж. Гэлбрейт увидел инструмент сохранения неравенства в обществе и фактор растущей неустойчивости экономической системы. События 70-х годов заставили пересмотреть не только возможности техноструктуры, но и искать средства оздоровления самой планирующей системы. Дж. Гэлбрейт вынужден признать, что планирующая система при отсутствии государственного регулирования, как правило, нестабильна. Она подвержена спадам или депрессиям, которые не самоограничиваются, но могут приобрести кумулятивный характер. На нее воздействует инфляция, носящая хронический характер и не поддающаяся саморегулированию. Он считает необходимым ограничить власть корпораций и техноструктуры, ослабить давление "бюрократического симбиоза" военных концернов и аппарата военного ведомства. Реальную силу, способную задержать негативные процессы, Дж. Гэлбрейт видит в государстве. Только с помощью независимого от корпораций государства, по его мнению, возможно ослабить воздействие негативных процессов и обеспечить дальнейшее развитие системы.

Дж. Гэлбрейт весьма критически оценивает современное состояние экономики, как и перспективы решения социальных проблем. Он отмечает, что "слишком много людей лишены работы и средств к существованию", что "налицо вопиющее неравенство в распределении доходов", "непомерно большая часть остается ничтожной горстке людей".* Внимание Дж. Гэлбрейта все больше привлекают проблемы борьбы с засилием бюрократии.

"Крупные корпорации и управленческая революция привели к бюрократизации большей части капиталистического производства", в результате чего налицо "корпоративный артериосклероз". Американский экономист отмечает также резкое ухудшение транспортной системы США, огромный дефицит дешевого жилья, накопившиеся проблемы в области образования и т.д.

* Гэлбрейт Дж.К. Экономические теории и цели общества. М., 1986. С. 230.

Все помыслы Дж. Гэлбрейта направлены на разработку системы реформ, которые в состоянии обеспечить решение острых социально-экономических проблем, существенно улучшить положение общества. Он по-прежнему убежден в необходимости трансформации капитализма, в его обновлении. Для этого, по мнению американского экономиста, необходимо обеспечить "гарантированный доход всем членам общества", существенно расширить социальные программы. Большое внимание уделяется созданию системы переобучения лиц, лишающихся работы. Дж. Гэлбрейт решительно выступает за сокращение военных расходов, наносящих, по его мнению, "огромный ущерб экономическому благосостоянию". Эти средства следует использовать в мирном строительстве.

Осуществление реформ Дж. Гэлбрейт связывает с усилением регулирующей роли государства. Категорически отвергая программы монетаристов и сторонников экономики предложения, он призывает "избавиться от слепого преклонения перед кредитно-денежной политикой и веры, что ее магия может направлять и регулировать развитие капитализма".* По его мнению, следует гораздо более полагаться на финансово-бюджетную, нежели на кредитно-денежную политику, совмещая ее с повышением налогов, сокращением федерального дефицита и значительным снижением процентных ставок.

* Jornal of Economic Issues. (Sacramento). V. 18. N 3.

Экономическая теория Дж. Гэлбрейта наиболее реалистично отражает современное состояние и проблемы экономики и предусматривает во многом действенные меры для ее частичного оздоровления.

Сторонники социально-институционального направления не воспринимают безоговорочно концепцию Дж. Гэлбрейта. Раздаются критические голоса в ее адрес. В особенности далеко не все согласны с противопоставлением планирующей и рыночной систем. Это положение встречает возражения у ряда экономистов. Говоря о трёх элементах планирующей системы (корпорация с её техноструктурой, система управления совокупным спросом, управление потребителем), Д. Сиссел обнаружил в их взаимосвязи глубокое противоречие, поскольку "планирующая структура стабильна до тех пор, пока функционирует очень сложная система взаимозависимых институтов".* Он называет это "парадоксом Гэлбрейта". Д. Сиссел считает, что слабость данного построения в игнорировании рыночных сил, действующих в экономике, не исключая и ее корпоративный сектор. Подтверждение этому он видит в острой рыночной конкуренции, охватывающей и корпорации внутри самой планирующей системы.

* Ibidem.

В последнее время имеют место попытки дополнения институционализма за счёт введения в его концепцию новых элементов, пересмотра устаревших положений. Наметилась очередная форма синтеза. На этот раз предпринимаются попытки соединить положения институционализма с неоклассической теорией. Об этом писал, например, У. Ростоу, выдвинувший модель "цивилизованного синтеза", предполагающую максимальное использование частного предпринимательства, свободного рынка в сочетании с административной и финансовой поддержкой инициативы со стороны государства.

Выдвигается и обосновывается идея создания новой институциональной экономики. Таким путем предполагается расширить и усилить методологическую и теоретическую основу институционализма, создать "фундаментальную экономическую концепцию институтов", более обоснованную, чем прежде. Сторонники такого обновления опираются на идеи И.

Шумпетера и Ф. Хайека, используют эволюционную теорию Р. Нильсона и С. Винтера, правовые концепции собственности.

Таким образом, концепция социально-институционального направления не остается без изменений. В современной западной теории институционализм, по-видимому, наиболее подвижная система взглядов, эволюция которой протекает весьма наглядно Лекция 21. Радикальная политическая экономия Радикальную политическую экономию можно отнести к числу феноменов в эволюции современной экономической мысли развитых стран, поскольку её появление противоречит на первый взгляд привычной логике экономических учений. В ней отражаются усложнение проблем современной эпохи, новые явления в развитии производительных сил и общества, социальные и экономические противоречия.

Как направление современной экономической мысли радикальная политэкономия сформировалась в конце 60-х годов, хотя радикализм в экономической литературе капиталистических стран не представляет абсолютно нового явления. Его теоретические истоки восходят к работам таких экономистов, философов и социологов, как П. Баран, П.

Суизи, Р. Милс, Е. Фромм, Г. Маркузе и др. Современные радикалы заявили о себе одновременно с широким размахом студенческого движения в США и других развитых странах. Возрос авторитет и укрепились их позиции в университетской науке. В США был создан союз сторонников радикальной политэкономии, началось издание "Review of Radical Political Economics". К радикалам относятся такие влиятельные экономисты, как Г. Шер ман, Ф. Гордон, Р. Эдвардс, Дж. 0'Коннор и др. За короткое время экономисты-радикалы создали обширную литературу. Одну из первых попыток её систематизации предпринял видный теоретик радикализма американский экономист Г. Шерман в книге "Политическая экономия".

Критическому анализу радикальной политэкономии посвящён ряд работ отечественных экономистов,* в которых раскрывается теоретическая основа, содержание, основные черты и особенности свойственных ей концепций. Радикальная политэкономия неоднородна по своему составу, социальной ориентации, задачам, решаемым её представителями. В ней различают умеренное крыло, представители которого близки к либеральному реформизму, примыкают к посткейнсианству, либо социально-институциональному направлению.

Экономисты-радикалы в определённой части опираются на идеи либерализма и развивают их. Наряду с этим оформилось леворадикальное течение, которое выходит за рамки либерализма. Левые радикалы — это представители средних слоев общества, преиму щественно критически мыслящей интеллигенции, университетских кругов, части студенчества, экономисты и социологи, разочарованные в результатах современной эволюции общества, напуганные негативными последствиями НТР, социальными катаклизмами, — они не только критикуют капитализм, но и отвергают его как систему.

Отношение к социализму у них также отрицательное. Американский экономист Дж. Гэрли назвал это направление политэкономией "протеста и вызова".

* Козлова К. Леворадикальная политэкономия в США // Мировая экономика и международные отношения. 1978. №2;

Научитель М., Титова Н. Леворадикальная концепция "благосостояния"// Экономические науки. 1983, №5;

Научитель М. Б., Титова Н.Е. Иллюзии "общества благосостояния" М.: Высшая школа, 1984;

и др.

В период формирования теоретики левого радикализма испытывали влияние движения "новых радикалов", развернувшегося в развитых странах. Однако отождествлять их или рассматривать леворадикальную позицию как разновидность движения "новых левых" нет оснований. Они не совпадают по многим позициям. Движение "новых левых" подверглось глубокому разложению и значительно утратило свои позиции. Леворадикальная политэкономия не связана с массовым движением. Деятельность экономистов-радикалов в основном ограничена сферой теории, научных исследований, преподавания, публицистики, Леворадикалы подвергли критической переоценке западную экономическую теорию.

Своим остриём эта критика направлена прежде всего против неоклассицизма. Экономисты леворадикального толка противопоставляют ему более реалистические построения, опираю щиеся во многом на концепции посткейнсианства, институционализма, социальную теорию распределения, а также отдельные положения экономической теории К. Маркса. Теоретики радикализма обращаются к социальным проблемам, широко отражают их в своих концепциях.

Теоретики левого радикализма восприняли отдельные методологические и теоретические положения институционализма. Нередко они применяют институционалистскую трактовку общественной структуры, учитывают её влияние на экономический процесс, используют в своих теориях отдельные элементы новейших концепций трансформации экономики, например, таких, как "качество жизни". Вместе с тем леворадикалы не согласны с теоретиками трансформации, идущими по пути сохранения капиталистической системы, ограничивающимися её реформированием, обновлением и улучшением. С этой точки зрения критикуется концепция Дж. Гэлбрейта.

Критика капитализма в концепции леворадикалов образует исходный рубеж, от которого начинаются все последующие построения, формируются представления об альтернативных вариантах общественного устройства, называемых "экономикой участия".

Они обращаются к экономическому учению К. Маркса, используют его отдельные положения в своём анализе. Однако марксистский анализ капитализма как системы с вытекающими из него революционными выводами теоретики левого радикализма не воспринимают. В своей критике они делают различные акценты. Так например, большое место отводится проблеме взаимоотношения между потребителями и производителями, действию различных производных факторов, нарастанию противоречий между суверенитетом потребителей и суверенитетом производителей.

Следует отметить, что критика леворадикалов строится не столько на анализе объективных социально-экономических процессов, сколько на обращении к нормам морали и справедливости, принципам гуманизма, проблемам духовной сферы, подавления свободы личности, её способностей к творчеству и т.д.

Экономические теории левых радикалов не представляют чего-то единого и завершённого. Многие из них выступают за создание "новой радикальной политэкономии".

По мнению американского экономиста Дж. Годзона, важнейшим звеном такого учения должны быть связи двух компонентов, воспринятых от К. Маркса и Дж. Кейнса. Однако вопрос о создании единой экономической теории остаётся открытым и учение левых радикалов по-прежнему отличается эклектизмом и разобщённостью.

Лекция 22. Альтернативные теории А.В. Чаянова и Н.Д. Кондратьева Экономическое учение А.В. Чаянова Ещё в дореволюционный период в связи с быстрым ростом крестьянских кооперативов возникла организационно-производственная школа (Н. П. Макаров, А.В. Чаянов, А.Н.

Минин, А.А. Рыбников и др.). Лидером этой школы стал крупный русский экономист Александр Васильевич Чаянов (1888-1937). Его основные труды: "Организация крестьянского хозяйства" (1925), "Краткий курс кооперации" (1925).

Главным предметом исследования Чаянова было семейно-трудовое крестьянское хозяйство, нацеленное на удовлетворение потребностей членов семьи. Чаянов интересовался натурально-потребительскими чертами этого хозяйства и в меньшей степени его товарно рыночными чертами. Он считал, что такое исследование важно при изучении аграрного строя не только России, но и Китая, Индии и других стран со слабым развитием рыночных отношений. Основными понятиями выступают здесь организационный план и трудопотребительский баланс крестьянского хозяйства.

Организационный план, или субъективное отображение крестьянином системы целей и средств хозяйственной деятельности, включал выбор направление хозяйства, сочетание его отраслей, увязку трудовых ресурсов и объемов работ, разделение потребляемой и продаваемой на рынке продукции, баланс денежных поступлений и расходов. Концепция трудопотребительского баланса исходила из того, что крестьянин стремится не к максимуму чистой прибыли, а к росту общего дохода, соответственно производства и потребления, равновесию производственных и природных факторов, равномерному распределению труда и дохода в течение всего года.* * Чаянов А. В. Крестьянское хозяйство. М., 1989.

Распространенной в советской экономической литературе схеме "кулак — середняк — бедняк" Чаянов противопоставлял собственную классификацию, включающую шесть типов хозяйств: 1) капиталистические, 2) полутрудовые, 3) зажиточные семейно-трудовые, 4) бед няцкие семейно-трудовые, 5) полупролетарские, 6) пролетарские. Чаянов выдвинул план разрешения социальных противоречий в деревне через кооперативную коллективизацию различных типов хозяйств (со 2-го по 5-й) и кооперативный кредит.

Путь к кардинальному повышению эффективности аграрного сектора Чаянов видел в массовом распространении кооперации, её антикапиталистическом и антибюрократическом содержании. Он выступал против огосударствления кооперативов. Выгодность кооперации, по мнению Чаянова, заключается в относительно низких ценах на продукцию и в дополнительном доходе её членов.

Чаянов полагал, что к кооперативам должны отходить те виды деятельности, технический оптимум которых превосходит возможности отдельного крестьянского хозяйства. Он исходил из того, что индивидуальные крестьянские хозяйства способны вести эффективную обработку почвы и животноводство. Остальные виды деятельности подлежат постепенному и добровольному кооперированию.

Летом 1917 г. учёный выдвинул план реконструкции аграрного сектора: передача земли в собственность трудового крестьянства, введение трудовой собственности на землю (без права купли-продажи участков), передача государству помещичьих хозяйств и имений, введение единого сельхозналога для частичного изъятия дифференциальной ренты. Чаянов выступал против уравнительного наделения крестьян землёй. Он исходил из двойственного критерия аграрного переустройства: повышения производительности труда и демократизации распределения национального дохода.

Крупное достижение Чаянова — теория дифференциальных оптимумов сельскохозяйственных предприятий. Оптимум имеется там, где "при прочих равных условиях себестоимость получаемых продуктов будет наименьшая".* Оптимум зависит от природно-климатических, географических условий, биологических процессов. Все элементы себестоимости в земледелии Чаянов разделил на три группы: 1) уменьшающиеся при укрупнении хозяйств (административные расходы, издержки по использованию машин, построек);

2) увеличивающиеся при укрупнении хозяйств (транспортные издержки, потери от ухудшения контроля за качеством труда);

3) не зависящие от размеров хозяйств (стоимость семян, удобрений, погрузочно-разгрузочные работы). Оптимум сводится к нахождению точки, в которой сумма всех издержек на единицу продукции будет минимальной.

* Чаянов А.В. Оптимальные размеры сельскохозяйственных предприятий. М., 1928.

В годы организации совхозов (1928-1930) Чаянов предложил оценивать их деятельность по степени выполнения государственного плана с точки зрения учета интересов региона и по уровню прибыльности самого предприятия. Однако проблема индивидуальной мотивации труда, занимавшая ранее одно из центральных мест в работах учёного, в 1928-1930 гг. не исследовалась.

Исследование проблем экономической динамики Н.Д. Кондратьевым Хотя Николай Дмитриевич Кондратьев (1892-1938) был универсальным исследователем, проживал он в аграрной стране и интересовался сначала аграрной проблематикой ("Развитие хозяйства Кинешемского земства Костромской губернии" — 1915, "Рынок хлебов и его регулирование во время войны и революции" — 1922). В своих ранних работах он рассматривает модель твердой цены на хлеб, модель косвенного ценового воздействия, а также смешанный метод ценообразования, основанный на сочетании твердого базиса цены с прогнозами ее возможных изменений. Он ставит вопрос о пределах государственного вмешательства на рынке.

Кондратьев вплотную подошел к концепции смешанных форм воздействия на экономику — со стороны государства, торгово-предпринимательских структур, местных органов власти, отдельных крестьянских хозяйств. Он выдвигал требование рыночной проверки методов государственной политики. Кондратьев исходил из необходимости сочетания на базе нэпа плановых и рыночных начал, выдвинул идею тесной связи и равновесия аграрного и индустриального секторов экономики. Эффективный аграрный сектор, — считал он, — способен обеспечить подъем всей экономики, стать гарантией устой чивости всего народного хозяйства. Кондратьев считал необходимой первоочередную помощь хозяйствам, приближающимся к фермерскому типу, способным обеспечить быстрое наращивание производства товарного хлеба. Его программа ориентировалась на поддержку крепких семейных трудовых хозяйств, способных стать основой экономического подъема в стране.

Большую часть десятилетия 1920-х годов Кондратьев работал над проблемами народнохозяйственного планирования, составлял первые планы, ставил задачу создания макроэкономической теории планирования и прогнозирования. В решении вопросов конъюнктурных исследовании (динамика цен, индексы объемов производства в промышленности, сельском хозяйстве и т.д.). Кондратьев, будучи директором Конъюнктурного института при Наркомфине СССР, стоял на передовых рубежах мировой науки.

Кондратьев изучал объективные характеристики и тенденции рыночной экономики. Он рассматривал рынок как связующее звено между национализированным кооперативным и частным секторами, а также как важный источник хозяйственной информации. Значение плана ученый видел в обеспечении более быстрого, чем при спонтанном развитии, темпа роста производительных сил, а также сбалансированного роста производства. Сочетание рыночных и плановых начал Кондратьев считал применимым во всей экономике. Однако указанную концепцию он модифицировал в зависимости от сектора. В сельском хозяйстве должны были преобладать косвенные методы воздействия на рынок, в национализированной промышленности — прямые.

Большую роль в реальности планирования Кондратьев придавал экономическим прогнозам.

Заслуга ученого в разработке стройной концепции научного планирования, сознательного воздействия на экономику при сохранении механизмов рыночного регулирования. Уже в конце 20-х годов Кондратьев подошел к концепции индикативного планирования, реализованной на Западе после второй мировой войны.

Мировой науке Кондратьев известен прежде всего как автор теории больших циклов хозяйственной конъюнктуры ("Мировое хозяйство и его конъюнктуры во время и после войны" — 1922, "Большие циклы экономической конъюнктуры" — 1925). Он развил идею множественности циклов, выделив различные модели циклических колебаний сезонные (продолжительность — меньше года), короткие (продолжительность — 3-3,5 года), торгово промышленные (средние — 7-11 лет) и большие (48-55 лет).

Он изучал статистические данные по Англии, Германии, США (динамику цен, процента на капитал, заработной платы, объема внешней торговли, производства основных видов промышленной продукции). Период наблюдений и анализа составлял максимально 140 лет.

На этот отрезок времени пришлось 2,5 закончившихся больших цикла.* Кондратьев во многом предугадал "Великую депрессию" 30-х годов.

* Кондратьев Н. Д. Проблемы экономической динамики. М., 1989. С. 209.

"Перед и в начале повышательной волны каждого большого цикла наблюдаются глубокие изменения в условиях экономической жизни общества. Это выражается в изменениях техники, в вовлечении в мировые экономические связи новых стран, в изменении добычи золота и денежного обращения".* Главную роль играют здесь научно технические новации (изобретения в текстильной промышленности и производстве чугуна, строительство железных дорог, морского транспорта, массовое внедрение электричества, радио, телефона и другие новшества).

* Там же.

Длительные конъюнктурные колебания, считал Кондратьев, сопровождают эмпирические закономерности: а) на периоды повышательной волны каждого большого цикла приходится наибольшее количество социальных потрясений (войн и революций);

б) периоды понижательной волны каждого большого цикла сопровождаются длительной депрессией сельского хозяйства;

в) в период повышательной волны каждого большого цикла средние капиталистические циклы характеризуются краткостью депрессий и интенсивностью подъемов, в период понижательной волны больших циклов наблюдается обратная картина.

В последние годы жизни Кондратьев намеревался создать фундаментальный труд по проблемам экономического развития (равновесие и рост, статика и динамика, цикл и кризис) в пяти томах. Последняя работа ученого "Основные проблемы экономической статики и динамики" была написана в Бутырской тюрьме, несколько глав из второй книги — в Суздальском политизоляторе.

ИЗ ЖИЗНИ ВЫДАЮЩИХСЯ УЧЁНЫХ В ОБЛАСТИ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ НАУКИ Николай Дмитриевич Кондратьев (1892-1938) относится к числу выдающихся экономистов XX столетия. Член Американской академии социальных наук, Американской экономической ассоциации Американского и Лондонского статистических обществ, Аме риканской ассоциации по вопросам сельского хозяйства. После Октябрьской революции был профессором Московской сельскохозяйственной академии, директором Конъюнктурного института при Наркомфине (1920-1928), начальником управления экономики и планирования сельского хозяйства Наркомзема РСФСР. Под руководством Кондратьева разработан первый перспективный план развития сельского и лесного хозяйства СССР на 1923-1928 гг. Вопросам планирования и ценообразования посвящены его работы "Аграрный вопрос» (1917), "Рынок хлеба и его регулирование во время войны и революции» (1922), "К вопросу о дифференцировании деревни" (1927) Теория планирования в регулируемой рыночной экономике разработана в трудах "Проблема предвидения" (1926), "План и предвидение" (1927) и др.

Кондратьев — автор теории больших циклов конъюнктуры, смена которых связана с качественными изменениями в хозяйственной жизни общества. Он считал, что в политизированной советской экономической жизни слишком большой крен делается на подавление хозяйственной инициативы зажиточных крестьян, называемых "кулаками" (за что впоследствии был назван "идеологом кулачества") В 1930г. арестован, необоснованно репрессирован. Реабилитирован посмертно.

В своих трудах Кондратьев руководствовался формулой Огюста Конта "Знать, чтобы предвидеть, предвидеть, чтобы управлять".

Василий Васильевич Леонтьев (р. 1906) Выдающийся ученый, экономист. Родился в России, в 1931 г. эмигрировал в США. В 30-х годах разработал метод экономико математического анализа "затраты — выпуск" для изучения межотраслевых связей, структуры экономики и составления межотраслевого баланса, который широко применяется в практике прогнозирования и программирования экономики. За разработку межотраслевого баланса был удостоен в 1973 г. Нобелевской премии по экономике, звания почетного доктора МГУ им М.В. Ломоносова. Леонтьев — выпускник Петербургского университета.

Особенность модели Леонтьева состоит в том, что число основных материальных и стоимостных потоков национального хозяйства не ограничено, все зависит от объема информации и необходимых вычислительных средств. Межотраслевой баланс производства и распределения общественного продукта с разбивкой на несколько сот отраслей составляется во многих странах мира, он позволяет оценивать пройденный экономикой путь и прогнозировать ее развитие.

VI. ЭКОНОМИЧЕСКИЕ КОНЦЕПЦИИ БЛАГОСОСТОЯНИЯ Лекция 23. Эволюция западных теорий благосостояния Западная теория благосостояния индивида и общества прошла ряд этапов. На первом этапе А. Смит сформулировал зависимость общественного благосостояния от: 1) количества годового продукта труда и числа потребителей;

2) достигнутого в обществе соответствия потребления годового продукта нуждам потребителей.* В общем виде можно сказать, что А.

Смит поставил благосостояние в зависимость от производительности общественного труда и его пропорциональности потребностям.

* См.: Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. М., Соцэкгиз.

1962. См. также: Hunt E. К. History of Economic Thoryht. Wadsworth, 1979.

Если А. Смит и его последователи концентрировали внимание на общественном благосостоянии, то неоклассическая теория (Л. Вальрас, К. Менгер, У. Джевонс и др.) поставила во главу угла индивидуальное благосостояние, которое определяется двумя рядами обстоятельств предпочтениями индивида и наличием условий для осуществления рационального выбора (при использовании ресурсов в сфере производства и потребительских благ в сфере потребления). В начале XX в. В. Парето сформулировал принцип, согласно которому максимум благосостояния достигается при оптимальном раз мещении ресурсов, когда любое их перераспределение не увеличивает полезности в обществе.* * Pareto V. On the Economic Phenomenon. International Economic Papers. N 3. L., 1953. P.

184.

Согласно указанному подходу австрийской и математической школ повышение благосостояния достигается через совершенствование механизма конкурентного рынка.

Однако другие представители неоклассического направления показали недостаточность такого подхода из-за "провалов рынка". Согласно последователю А. Маршалла Пигу, оптимум благосостояния достижим лишь при государственном воздействии на использование ресурсов и на распределение доходов (поскольку выравнивание доходов максимизирует сумму полезностей в обществе).

Известный английский институционалист Дж.А. Гобсон во главу угла ставил индивидуальное благосостояние, определяя его критерии с точки зрения индивидуального здоровья, предполагающего гармонию физической и умственной деятельности. Обеспечение общественного благосостояния он возлагал на государство.* * Hobson J. A. Work and Wealth. L., 1914. P. 9;

Hobson J.A. Free Thougth in the Social Science. L., 1926.

В еще большей мере воздействие государства на индивидуальное и общественное благосостояние подчеркивает теория Дж.М. Кейнса. Государство, влияя своей макроэкономической политикой на уровень занятости ресурсов и национального дохода, определяет тем самым и уровень благосостояния. Кейнсианство в определенном смысле вернулось к анализу благосостояния с общественных позиций, что было характерно для А.

Смита.* Это выдвинуло на авансцену проблему соотношения индивидуального и общественного благосостояния, которая разрабатывалась видными западными экономистами А. Бергсоном, лауреатами Нобелевской премии К. Эрроу, П. Самуэльсоном и др.

* Кейнс Дж. М. Общая теория занятости, процента и денег. М., 1978.

По мнению К. Эрроу, принятие общественного решения требует постоянства системы предпочтений, предполагает выбор между известными обществу альтернативами. Одно из этих условий всегда нарушается (например, при решении вопроса голосованием).* Эрроу отметил, что поскольку в обществе существует столкновение интересов, решение вопросов теории экономического благосостояния можно искать с помощью теории игр. Другой подход к теории благосостояния — это подход П. Самуэльсона, а также Бергсона** и Ланге.

* Bergson A. Reformulation of Certain Aspects of Welfare Economics. Quarterly Journal of Economics, Febr. 1938. P. 310ff. См. также: Arrow К., Samuelson P.A. Foundations of Economic Analysis. Cambr., 1947. P. 220.

** May К. Technological Change and Aggregation. Econometrica. 1947. No 51. P. 51-63.

А. Бергсон в 1938 г. разработал функцию всеобщего благосостояния придерживаясь, в отличие от своих предшественников, оценочных суждений, которые, по его мнению, могут формулироваться высшим авторитетным органом. С помощью этой функции можно оценить предложения об экономической политике. Концепция общественного благосостояния Бергсона названа ординалистской.

Теоремы общего благосостояния П. Самуэльсона основаны на работе А. Бергсона. По мнению Самуэльсона, из функции полезности нельзя вывести индекс цен на потребительские товары, так как одинаковая эластичность спроса от доходов маловероятна.

Функция благосостояния не указывала на обязательность выбора одного из возможных состояний общества, но показывала предпочтительность одной ситуации из нескольких Благосостояние рассматривалось как максимизация соотношений "затраты — выпуск". Так как функция благосостояния Самуэльсона показывала возможность сравнения полезности благ для разных потребителей, она противоречила мнению других теоретиков, считающих, что нужно выработать только критерий изменения благосостояния.* Примерами приложения теории благосостояния Самуэльсона служат проблемы государственных расходов и международной торговли. Здесь исходят из принципа, что большее всегда предпочтительнее меньшего. В отношении производства это дает производственную функцию затрат и выпуска, в отношении индивидуального предложения и спроса это позволяет приравнять отношение предельных полезностей (или предельную норму заменяемости) соответствующему нормативному коэффициенту преобразования в производственной функции. В результате получаем систему уравнений с их числом, меньшим, чем число переменных, на k - 1 (где k — число индивидов).

* Samuelbson P. Foundations of Economic Analysis. Cambr., 1947. P. 220.

Самуэльсон стремился найти функцию благосостояния общества, представляющую вектор k функций индивидуальной полезности W = W(U1,U2,...,Uk), где W— порядковая функция подобно всем функциям индивидуальной полезности U (i=1, 2, 3,, k), устанавливающая последовательный совместный общественный порядок всех возможных ситуаций. Самуэльсон характеризует функцию W как этическое убеждение всех доброжелательных людей. Каждая Ui зависит от индивидуального потребления и предложения им услуг. Недостающие (k - 1) уравнений составляются, исходя из условий максимизации W при условии подчинения ограничениям, налагаемым остальными уравнениями системы. Для оптимума в теории экономического благосостояния требуется только то, чтобы W была заданной функцией (хотя бы и порядковой) — те определимой с точностью до возрастающего монотонного преобразования. Не обязательно равенство или сопоставимость отдельных Ui, а также их суммирование (укрупнение) в форму типа Новые варианты теории благосостояния, появившиеся вместе с утверждением идеи социального контроля, регулируемого развития, в понятие "благосостояние" включают совокупность условий, определяющих качество жизни индивида.* Теория благосостояния активно влияет на экономическое развитие. В отличие от предшествующих вариантов, экономический рост становится функцией благосостояния. Эффективность, степень удовлетворения потребностей — все, что включается в понятие общественного благосостоя ния, отразилось в оценке отдельных индивидов, зависящей от их образа жизни и соответствующей системы ценностей. Отодвигая на второй план материальные потребности, Дж. Гэлбрейтом, У. Ростоу, Т. Парсонсом и другими экономистами был сформулирован единый, общечеловеческий критерий благосостояния.** * Рriсе С. Welfare Economics in Theory and Practice. L., 1977. P. 4.

** Journal of Economics. 1978. No 4. P. 565-566.

К 30-м годам XX в. относится начало формирования концепции "государства благосостояния". Общественно предоставляемые и субсидируемые услуги определяются как общественное благосостояние в том случае, если их не может предоставить частный рынок (P. Титмус, Э. Хансен, Г. Мюрдаль, П. Самуэльсон, С. Лейден, Д. Нейл, Дж. Гэлбрейт и др.).

Модели государства благосостояния включают комплекс институтов, призванных осуществить вмешательство в социальную и экономическую жизнь для обеспечения полной занятости, высокого уровня доходов и стабильных цен, а также программы социальной помощи непривилегированным слоям населения.

В общем смысле государство благосостояния — это система политики, в которой ответственность государства распространяется до ответственности общества за благосостояние граждан, а его цель — предоставление всем членам общества юридических, политических, социальных прав путем справедливого распределения доходов.

В последние десятилетия проблема благосостояния в западной теории рассматривается в двух основных аспектах (причем общим для обоих аспектов является стремление приблизить теорию к реальности). Первый аспект — это конкретно-историческое наполнение понятия "индивидуальное благосостояние" с точки зрения критериев "качества жизни", которых насчитывается от 5 до 35 в разных странах (экономических, политических, социальных, психологических)" потребление, внерабочее время, изменение окружающей среды, факторы здравоохранения и образования, безопасность существования, участие в управлении, чувство цели, уровень доходов и т.д.

Второй аспект — это такое исследование механизмов реализации благосостояния, которое стремится преодолеть абстракцию "конкурентного рынка" и учесть реальную структуру социально-экономических отношений. Нобелевский лауреат Дж. Бьюкенен полагает, что необходимо исходить из того, что индивиды делегируют свои интересы организованным группам, которые, в свою очередь, стремятся навязать эти интересы через аппарат государства остальному обществу Как и Эрроу, Бьюкенен приходит к выводу о невозможности сконструировать непротиворечивую функцию общественного благосостояния;

однако, он продвинулся гораздо дальше Эрроу, так как исследует проблему выбора такого механизма, который минимизировал бы негативные последствия перераспределительных процессов и максимизировал позитивные.

Государство благосостояния у Бьюкенена — это форма "передающего государства".

Передача средств в таком государстве определяется интересами, проявляющимися в политике перераспределения.* Институты такого государства должны функционировать, по его мнению, для достижения личных целей индивида-потребителя.

* Buchanan J. The Political Economy of the Welfare State. Stockholm. 1988. P. 9.

Таким образом, во всех новых тенденциях западной науки признается, что в результате расширения индивидуальных возможностей в конце XX в. основным и главным источником общественных преобразований становится индивид, а индивидуальное благосостояние выдвигается в качестве фундаментальной проблемы социально-экономического развития.

Поскольку индивид активно воздействует на жизнь, выявляя направления общественного прогресса, главной обязанностью общества становится вознаграждение индивидуальной инициативы, контроль за мерой труда и мерой потребления.

Аналитическое направление в западной экономической науке — экономика благосостояния — локализует экономические, общественные и политические детерминанты достижений цивилизации. Точный, модельный тип мышления, общий для авторов большинства анализируемых работ, пока еще не вошел в практику отечественных экономистов-теоретиков, что определяет отсутствие практической нацеленности, функциональных зависимостей, рекомендаций.

К числу теоретических проблем, которые предстоит решить в процессе формирования отечественной теории благосостояния, относятся: оценка общественной и экономической системы, критерии ее эффективности;

выбор целей и средств для достижения экономической оптимальности;

возможности механизма спроса — предложения в удовлетворении индивидуальных потребностей;

разработка программ по социальному обеспечению и преодолению бедности, экологических программ, законодательству по благосостоянию.

Совокупный спрос определяется после того, как каждый потребитель принял решение (например, поставив цель максимизации полезности). Проблема сравнения общих уровней полезности различных потребителей не ставится. Одновременно необходимо укрупнить или сравнить полезности различных потребителей до того, как начаты поиски оптимальной ситуации (например, максимальное благосостояние общества).

Теория экономического благосостояния отличается от теории спроса тем, что в последней не выдвигается никаких посылок о характере рынка (например, существование чистой конкуренции между потребителями). Напротив, одна из целей теории экономического благосостояния — исследовать, можно ли чистую конкуренцию считать оптимальным условием (социальным), и если можно — то в каком смысле. В этой теории рассматриваются также оптимальные условия, например в отношении распределения доходов, налоговой, таможенной политики (Хотеллинг).* * Hotelling H. The General Welfare in Relation to Problems of Taxation and of Railway and Utility Rates // Econometrica. 1938. N 6. P. 242-269.

Поскольку экономическое благосостояние зависит от количества годового национального дохода и численности населения, важнейшим представляется исследование соответствия потребления и потребностей индивидов.

В условиях перехода к рынку объектом исследования становятся способы действия и принципы, в соответствии с которыми потребление достигает максимального удовлетворения потребностей. Эта концепция является краеугольным камнем любой теории нормальной рыночной экономики. Осуществление принципа максимизации удовлетворения при минимуме затрат приводит к общему экономическому равновесию. При этом эффективное использование ресурсов должно сочетаться с более равномерным распределением доходов в обществе. Равенство предложения и спроса должно рас сматриваться как важнейшее условие динамического равновесия, оценивающегося как равновесие темпов роста совокупных макроэкономических величин — дохода, капитала, рабочей силы и уровня техники. Кроме того, при решении проблемы благосостояния следует учитывать социальный аспект: функция благосостояния должна отвечать индивидуальным предпочтениям, отражать суверенитет потребителя. Важнейшими элементами последнего, а также равновесия экономики в целом являются гарантированный доход, удовлетворение потребностей в образовании, здравоохранении, информации для обеспечения свободы индивидуального выбора.

Экономическое развитие должно быть функцией индивидуального благосостояния, так как общественное благосостояние отражается в оценке отдельных личностей, зависящей от их образа жизни и системы ценностей.

Общественное благосостояние правомерно отождествлять с максимизацией благосостояния предельно большого числа индивидов. Поэтому теория благосостояния призвана изучить уровень благополучия каждого индивида и взаимодействие разнообразных экономических методов, влияющих на индивидуальное благосостояние, а также реакцию индивида на происходящие в результате такого воздействия изменения.

Государство призвано способствовать усилиям индивида по созданию благосостояния:

а) устанавливая контроль над бизнесом;

б) разрабатывая эффективную систему налогообложения;

в) принимая законы о гарантированных доходах;

г) развивая художест венное творчество и др.

Благосостояние индивида зависит от успешности выполнения его жизненного плана, реализации принципа социальной справедливости и минимума материального обеспечения в обществе. В целом индивидуальное благосостояние можно определить как функцию факторов, создающих окружение (среду) индивида:

где wi — благосостояние i-го индивида;

n — число факторов, главным из которых является индивидуальный потребительский выбор, присущий соответствующим предпочтениям индивида.

Индикатором экономического благосостояния признан уровень национального дохода на душу населения, а индикатором государственного контроля над благосостоянием — перемещение доходов и ресурсов между индивидами. Для временного и территориального анализа благосостояния существуют демографические, экономические, политические, культурные индикаторы.

Наряду с объективными факторами, индивидуальное благосостояние зависит от оценочного отношения индивида к своей жизни, ценностной ориентации и воли к реализации целей.

Проблему благосостояния способна решить экономическая система, производящая продукты с низкими совокупными затратами и наивысшей совокупной полезностью.

Максимизация полезности индивидом происходит на рынке, в условиях общего рыночного равновесия, в результате формирования личности как потребителя.

Поскольку блага имеют различную полезность для потребителя, важно выявить его фактические предпочтения, проявляющиеся в поведении на рынке, которые играют важнейшую роль в ценообразовании, а следовательно, и в формировании доходов потребителя. Возникает проблема оценки соответствия прироста качества товара приросту цены.

Максимизация полезности на рынке индивидом происходит при условии сбалансированности его бюджета. Поэтому возникает также проблема наблюдений за поведением потребителя при смене вариантов потребления (для выявления предпочтений).

Главным вопросом теории благосостояния в условиях рынка является экономическая оптимизация, которая понимается как максимальная производительность затрат труда, достижимая при рациональном использовании ресурсов. В точке оптимума производи тельные силы сопрягаются с суммой потребностей, производственный потенциал соответствует потребительному потенциалу. Исчерпание всех производственных возможностей и насыщение потребностей всех членов общества считаются признаком оптимума. Результатом оптимизации являются цены, так как оценки — это средства определения оптимального состояния экономики. Экономико-математическая теория, разработанная западными и отечественными экономистами-математиками (А. Курно, И.

Госсен, Т. Тюнен, Л. Вальрас, Дж. Хикс, П. Самуэльсон, А. Вальд, К. Эрроу, Ж. Дебре, Л.

Мак-Кензи, Д. Гейл, А. Гранберг, Л. Канторович, В. Лившиц, В. Полтерович и др.), подтверждает необходимость рынка, децентрализации.* * Handbook of mathematical economics / Ed. by R. Arrow, M. Intrilligator. Amsterdam etc.:

North-Holland, 1982. V. 2;

1986. V. 3;

Gale D. The 'law of supply and demand // Math. Scand.

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.