WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 ||

«РУКОВОДСТВО ПО СУДЕБНОЙ МЕДИЦИНЕ Под редакцией профессора В.В. Томилина профессора Г.А. Пашиняна Ав т о р с к и й к о л л е к т и в : ...»

-- [ Страница 13 ] --

На этом этапе определяется последовательность направления трупов на исследование. В первую очередь исследованию подвергаются трупы 1-й группы сортировки. Здесь же осуществляют поиск и предварительную идентификацию останков между 2—4-й группами по внешним анатоми ческим и морфологическим признакам. При совпадении идентифицирую щих признаков останки группируются и направляются по этапу для окон чательного установления их принадлежности. В целях оптимизации про цесса сортировки может быть использована программа обеспечения с по мощью персонального компьютера или специально разработанной табли цы для ручной обработки. Нормальное функционирование этого отделе ния достигается при наличии 2—3 экспертных бригад, состоящих из вра ча, лаборанта и двух носильщиков;

дополнительно им придается меди цинский регистратор, который регистрирует и маркирует трупы и их час ти.

В отделении экспертизы трупов в установленном нормативными актами порядке проводят исследования для установления причины смерти, харак тера повреждений, механизма и давности их образования, а также исследо вания с целью идентификации. Одновременно создаются экспертно-след ственные бригады, состоящие каждая из врача, судебно-медицинского экс перта, следователя или дознавателя, лаборанта и санитара. Потребность во врачебных кадрах определяется из расчета: в среднем 1 ч на каждое иссле дование трупа с оформлением протокола экспертного заключения. Для тех нического обслуживания лаборантами и санитарами могут работать студен ты старших курсов медицинских институтов и училищ, носильщиками — добровольцы из трудоспособного населения.

При массовой гибели людей объем экспертных исследований будет оп ределяться многими фактами: характером травмы, степенью разрушения тел, длительностью пребывания трупов в очаге бедствия. Обязательному полному судебно-медицинскому исследованию с использованием лабора торных методов диагностики подлежат трупы экипажа или водительского состава, умершего при аварии на химических предприятиях, а также трупы лиц, скончавшихся в лечебных учреждениях от повреждений, полученных при катастрофе.

В связи с тем что на этом этапе производят идентификационные ис следования останков (установление возраста, половой и групповой при надлежности), следует предусмотреть введение в штат бригад специалис тов судебно-медицинской лаборатории, а также специалистов в области судебной стоматологии. Стоматологическая экспертиза нужна для опреде ления возраста, поскольку, как показывает практика, в 55,7 % случаев воз раст определяют непосредственно в морге по состоянию челюстно зубного аппарата. Для этих целей могут быть использованы сведения о со стоянии зубного аппарата с помощью одонтограммы, разработанной Аю бом Фуадом (1992), которая дает возможность составить полное пред ставление об истинном положении состояния зубов, а также метод пано рамной рентгенографии, дающий четкое изображение челюстно-зубного аппарата в развернутом виде сразу с обеих сторон на одном снимке и дру гие не всегда видные при внутриротовых снимках детали [Пашинян Г.А,, Аюб Фуад, 1992].

При идентификации личности можно использовать результаты иссле дования строения рельефа слизистой оболочки твердого неба, который строго индивидуален у каждого человека и хорошо сохраняется до 4 мес после смерти в условиях гниения трупа [Беляева Е.В., 1993]. Используют также рисунок слизистой оболочки спинки языка, полученный с помощью альги-нантных отпечатков и гипсовых моделей. Индивидуальные особен ности строения желобовидных, листовидных, грибовидных, нитевидных сосочков и характер расположения терминальной бороздки передаются по наследству [Аюб Фуад, 1993].

Для идентификации пола могут быть использованы методы геномной дактилоскопии, цитологические исследования крови, мягких тканей, ног тей, внутренних органов и рентгенография костей скелета. Поскольку фактор времени и условия внешней среды, в которых находятся ткани че ловека, влияют на результаты этих исследований, судебно-медицинскую лабораторию следует максимально приблизить к месту работы эксперт ных бригад.

Проведение судебно-химических и гистологических исследований и их объем определяются характером воздействия на человека поражающих факторов бедствия.

На этом этапе оформляется (машинописно или рукописно) протоколь ная часть экспертного заключения и тотчас же направляется в оператив но-информационный центр. Окончательно «Заключение эксперта» надле жащим образом оформляется после получения необходимых результатов дополнительных исследований.

Исследованные трупы и их части направляются в трупохранилище, где они распределяются по отдельным группам (мужчины, женщины, дети) с последовательным возрастанием нумерации.

Установление личности граждан по неизвестным трупам — следст венное действие, в котором участвует судебно-медицинская экспертиза.

Эффективность этого процесса зависит от согласованности действий ра ботников следствия и судебных медиков. Успешная работа на этом этапе также зависит от выполнения подготовительных мероприятий, включаю щих создание фотовитрин со снимками тел погибших, которые по этим фотографиям реально могут быть опознаны, а также музея предметов одежды, ценностей, обнаруженных на трупах. При формировании витрин и музея снимки погибших должны распределяться раздельно по полу и возрастным группам, а маркировка одежды — быть анонимной. Охрану этих вещей и ценностей, являющихся доказательством по делу, обеспечи вают сотрудники милиции. На отдельном стенде помещают списки лиц, находящихся на излечении в стационаре, и фотографии тех пострадавших, которые не могут сообщить о себе какие-либо сведения. Стенды с такой информацией выставляют в доступном для обозрения месте, ис ключающем возникновение скопления людей и давки. Выполняемый шта бом по чрезвычайной ситуации такой вид работы улучшает информа ционное обеспечение о госпитализированных лицах и способствует рас средоточению родственников после розыска. Кроме того, предоставляе мые таким образом сведения позволяют сократить им поиск пострадав ших, не обращаясь в различные отделения больниц. Значительное умень шение числа посетителей в больницах создает благоприятные условия для лечения больных и борьбы с раневой инфекцией, особенно у пострадав ших с ожоговой травмой.

На этом этапе целесообразно работу организовать так, чтобы родст венник с момента обращения с заявлением о розыске пропавшего или по- гибшего при аварии до выдачи трупа при его опознании мог получить мак симальную помощь при минимальных временных и моральных затратах.

Эффективность процесса опознания погибших может быть повышена путем организации группы проводников из добровольцев, членов санитар ной дружины, которые помогают каждому гражданину, обратившемуся с заявлением о розыске пострадавшего, ориентироваться в создавшейся об становке и при необходимости оформить надлежащие документы о реги страции смерти, транспортировки трупа к месту предполагаемого захоро нения. Организацию работы отделения опознания лиц по неизвестным тру пам и выдачу тел погибших для захоронения можно представить следующим образом.

Этот этап работы обеспечивается правоохранительными органами.

Формируемые ими следственные группы «усиливают» судебно-медицин скими экспертами из расчета один эксперт на 2—3 следственные бригады.

Врачебные свидетельства о смерти оформляют специально выделен ный для этого эксперт только на тех граждан, трупы которых подверга лись судебно-медицинской экспертизе. Документ о смерти выдают на ос новании протокола опознания, в котором представитель следственных ор ганов делает отметку о разрешении выдать труп для погребения. В осталь ных случаях вопрос о регистрации смерти погибших, не подвергшихся су дебно-медицинской экспертизе, решается в установленном законом по рядке.

На этой же базе целесообразна организация рабочего места работни кам загса и страховых компаний, которые осуществляют социальную и правовую помощь родственникам пострадавших и погибших. Создается также служба коммунально-бытового обслуживания, занимающаяся обес печением ритуальными принадлежностями и перевозки трупов к месту за хоронения.

Учитывая, что на этом этапе скапливается наибольшее количество людей и возможны различные неадекватные реакции на ситуацию, необходимо создавать врачебные посты. В состав последних входят бригады скорой по мощи, психотерапевты и врачи поликлинической сети, имеющие набор ле карственных средств для оказания неотложной медицинской помощи.

Совместно с органами милиции формируется служба охраны обществен ного порядка.

Санитарно-гигиеническая и противоэпидемическая работа является од ной из составных частей в системе функционирования судебно-меди цинских формирований при чрезвычайных ситуациях. При ее проведении должны соблюдаться такие принципы, как единый подход к организации и комплексному выполнению санитарно-противоэпидемических мероприя тий среди личного состава и участников технологического процесса, соот ветствие объема и содержания этих мероприятий характеру и деятельности судебно-медицинской службы. При этом в противоэпидемической работе используются современные достижения науки и практики, в нее включаются мероприятия по соблюдению общей и личной гигиены. Она выполняется совместно с работниками соответствующих подразделений санитарно эпидемической службы, на территории обслуживания которой развернута судебно-медицинская экспертиза. Для соблюдения личной гигиены долж ны быть предусмотрены достаточное количество моющих и дезинфицирую щих средств, индивидуальные полотенца, спецодежда одноразового поль зования, при отсутствии последней — частая ее смена. Прием пищи со трудников должен осуществляться в специальном помещении. В жаркое время года желательно использовать бутилированную минеральную воду.

В морге или на площадке, где исследуют трупы, проводится текущая и окончательная дезинфекция и поддерживается надлежащее санитарное со стояние прилегающей к нему территории.

В случаях выявления при вскрытии трупов карантинных или инфекци онных заболеваний об этом срочно сообщают в территориальную санитар но-эпидемиологическую станцию, куда эксперт направляет экстренное из вещение установленного образца. До прибытия работников санитарно-эпи демиологического надзора работа всех формирований, связанных с техно логическим процессом экспертизы и опознания трупов, приостанавливает ся и возобновляется с разрешения санитарной службы.

В своей работе судебно-медицинские формирования принимают меры по соблюдению принципов медицинской этики и деонтологии.

При технологических катастрофах и авариях предусматривается обяза тельное проведение экспертизы у живых пострадавших для установления наличия и характера телесных повреждений, механизма и давности их об разования, тяжести причиненного вреда здоровью. Выполнение этих дейст вий связано с решением вопросов юридической оценки последствий про исшествия, с квалификацией состава преступления и определением наказа ния виновных и в дальнейшем возмещения ущерба потерпевшим в связи с увечьем. Для выполнения этого вида работ создаются экспертные бригады из экспертов, освободившихся от работы в морге и имеющих достаточную профессиональную подготовку.

Порядок производства этих экспертиз не имеет каких-либо особеннос тей, предусмотренных действующими «Правилами судебно-медицинской экспертизы тяжести вреда здоровью». Вместе с тем нужно иметь в виду, что полнота охвата пострадавших экспертизой достигается предоставлением органами следствия списка лиц, находящихся по поводу полученных в ус ловиях катастрофы повреждений на амбулаторном и стационарном лече нии не только соматических, но и психоневрологических учреждений, куда могли обратится или поступить больные с острыми психогенными рас стройствами после чрезвычайного события. Окончательно экспертное ре шение принимается в тех случаях, когда юридическая квалификация телес ных повреждений по степени тяжести причиненного вреда здоровью не вы- зывает сомнений, при наличии прогноза благоприятного исхода. Следует помнить, что в экстремальной ситуации повреждения, особенно легкие че репно-мозговые травмы, могут сочетаться с различными психическими рас стройствами. Степень проявления последних во временном отношении мо жет быть различной — от аффектно-шоковых реакций и психозов до их за тяжных форм. С современных позиций эти состояния рассматривают как рефлекторную реакцию организма на психотравмирующее воздействие, не связанную с особенностями преморбидного периода. Особо следует учиты вать возможность развития психогенных состояний одновременно с други ми поражениями (травмами, ранениями, ожогами).

В связи с этим перед следствием необходимо ставить вопрос о произ водстве экспертизы не только у потерпевших, но и населения, находивше гося в очаге поражения, жители которого поступили в медицинские учреж дения (в том числе специализированные) с острыми реактивными состоя ниями, баротравмой ушей.

Индивидуальный подход нужен при квалификации тяжести вреда у по страдавших женщин с различными сроками беременности, закончившейся выкидышем или преждевременными родами. Так, по данным Г.Б.Мальги ной и соавт. (1990), в первые 10 дней с момента катастрофы у 10,5 % бере менных на I и II триместрах произошел самопроизвольный выкидыш. Ос новным патогенетическим звеном при этом явилась активация в результате стрессов местного иммунного отторжения, что было подтверждено гисто логическими исследованиями. Угроза прерывания беременности в 1-й ме сяц после бедствия отмечалась у 22 % женщин.

Учитывая, что в ликвидации медицинских последствий аварии участ вуют ведущие специалисты клинического профиля, этот «потенциал» мо жет быть использован для углубленной диагностики повреждений и со стояний пострадавших в целях оценки вреда здоровью. Это диктуется еще и тем, что в отдаленном периоде после травмы могут возникнуть вопросы определения степени (в процентах) утраты общей и профессиональной трудоспособности и возмещения расходов, связанных с последствиями аварии.

В ходе выполнения судебно-медицинскими формированиями техноло гического процесса оперативно-информационный центр выборочно прово дит анализ судебно-медицинской документации, результаты которого обобщаются и могут использоваться для улучшения лечебно-диагностичес кой помощи пострадавшим.

Период после чрезвычайной ситуации с массовой гибелью людей характе ризуется проведением мероприятий, направленных на свертывание дея тельности организационных структур судебно-медицинской службы и на возвращение к нормальному функционированию. Проводится анализ рабо ты экспертизы в целом и ее отдельных подразделений, эти результаты дово дят до сведения всех экспертов регионов государства путем информацион ных сообщений, обсуждения на семинарах и научно-практических конфе ренциях. Наряду с этим начальник бюро судебно-медицинской экспертизы совместно с лечебно-профилактическими учреждениями обеспечивает для медицинского персонала судебно-медицинских формирований медико психологическую реабилитацию и другие лечебно-оздоровительные меро приятия.

Изложенные выше организационные принципы работы судебно-меди цинской службы в обстановке чрезвычайной ситуации предназначены для территориальных бюро судебно-медицинской экспертизы. На общегосу дарственном уровне управление имеет два направления: практическое и 35* научно-методическое. В практическом отношении деятельность службы заключается в ее участии в разработке планов общегосударственных меро приятий по ликвидации последствий прогнозируемого стихийного бедст вия, предусматривающего степень потребности в силах и средствах экс пертизы, взаимодействие судебно-медицинских формирований и органи зацию их работы в условиях возникшей чрезвычайной ситуации. Научно методическое обеспечение предусматривает разработку и проведение еди ной доктрины организации и тактики судебно-медицинской помощи по страдавшим при различных видах чрезвычайной ситуации на основе ана лиза и обобщения отечественного и зарубежного опыта ликвидации пос ледствий катастроф, моделирования деятельности службы в экстремаль ной обстановке в зависимости от медико-тактической характеристики бедствия, поиска методов экспресс-диагностики применительно к судеб но-медицинским целям, издание инструктивных документов, отработку системы оповещения и связи, обеспечивающих оперативный сбор аварий ной информации, а также создание банка данных медико-тактических ха рактеристик катастроф в судебно-медицинских аспектах и обучение вра чей — судебно-медицинских экспертов по вопросам их работы в экстре мальной обстановке.

раздел XI Ответственность медицинских работников за профессиональные правонарушения Действующее в России медицинское законодательство (ст. 68 «Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан») предусматривает, что в случае нарушения прав граждан в области охраны здоровья вследствие недобросовестного выполнения медицинскими работниками своих про фессиональных обязанностей, повлекшего причинение вреда здоровью или смерть, виновные обязаны возместить потерпевшим ущерб. При этом возмещение имущественного ущерба не освобождает медицинских работ ников от привлечения их к дисциплинарной, административной или уго ловной ответственности.

Тема ненадлежащей медицинской помощи и ответственности меди цинского персонала особенно близка судебным медикам и в условиях страховой медицины начинает занимать особое место в их практической деятельности.

Негативные же последствия неправомерных действий отдельных меди цинских работников нередко отражаются на деятельности всего лечебного учреждения. Известно, что в условиях внедрения медицинского страхова ния произошло резкое (но пока еще не обвальное) возрастание случаев об ращения пациентов в судебные органы и территориальные общества за щиты прав потребителя с исками о возмещении ущерба, причиненного не надлежащим оказанием лечебной и диагностической помощи, в том числе о возмещении морального вреда. Суммы по предъявляемым гражданским искам порой составляют сотни миллионов рублей, что, естественно, край не отрицательно влияет на финансовое положение лечебно профилактических учреждений и медицинских страховых компаний, дез организует их деятельность. Нелишним будет напомнить, что часто пус ковым моментом обращения с жалобами и исками являются грубые деон тологические нарушения.

13 июля 1996 г. Президентом РФ подписан Федеральный закон № 64 ФЗ, в соответствии с которым с 1 января 1997 г. введен в действие новый Уголовный кодекс РФ, принятый Государственной Думой и одобренный Советом Федерации. Это событие является важной вехой в построении в России правового государства.

Необходимо кратко остановиться на современном определении пре ступления, понятии состава преступления и уголовного наказания.

В соответствии со ст. 14 Уголовного кодекса РФ «Преступлением при знается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное настоящим Кодексом под угрозой наказания». В части 2 рассматриваемой статьи указывается, что не является преступлением действие (бездейст вие), хотя формально и содержащее признаки уголовно наказуемого пра вонарушения, но в силу своей малозначительности не представляющее общественной опасности и не причинившее вреда личности, обществу или государству.

Умышленное преступление может быть совершено с прямым или кос венным умыслом. Преступление признается совершенным с прямым умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность опасных по следствий и желало их наступления. Если же виновный прямо не желал преступного результата, но предвидел и сознательно допускал возмож ность его наступления либо относился к этому безразлично, преступление совершается с косвенным умыслом.

Преступлением, совершенным по неосторожности, признается дея ние, совершенное по легкомыслию (преступная самонадеянность) или не брежности. При этом на основании части 2 ст. 24 УК РФ деяние, совер шенное по неосторожности, признается преступлением только в том слу чае, когда это специально предусмотрено соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса.

Преступление признается совершенным по легкомыслию, если лицо предвидело возможность общественно опасных последствий своих дейст вий (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение этих последствий. Применительно к ме дицинской деятельности в подобных случаях негативную роль могут играть неверно трактуемые понятия «интуиция», «практический опыт» и др. (о не осторожной форме вины медицинского персонала см. ниже). Если же лицо не предвидело возможности наступления опасных последствий, хотя при необходимой внимательности должно было и могло их предвидеть, пре ступление признается совершенным по небрежности. В новом УК уголов ная ответственность за неосторожные деяния предусмотрена, как правило, в тех случаях, когда установлены необходимые правила (нормы, стандарты и т.п.) безопасного поведения и профессиональной деятельности.

В тех же случаях, когда лицо не предвидело и при сложившихся условиях не должно было и не могло предвидеть наступления опасных (вредных) пос ледствий, вина в его действиях отсутствует и уголовная ответственность не наступает. Причинение вреда без вины принято называть случаем (казусом).

К лицу, признанному виновным в совершении преступления, применя ется наказание, являющееся мерой государственного принуждения и назна чаемое исключительно по приговору суда.

Уголовная ответственность медицинского персонала за профессиональные правонарушения представляет собой одну из самых сложных проблем, кото рые медицинская практика поставила перед правом. Объективная уголовно правовая оценка противоправных действий медицинских работников часто затруднена из-за многообразия специфики профессиональной медицинской деятельности, основное содержание которой состоит в оказании гражданам лечебной и профилактической помощи. В первую очередь к ней относятся производимые с соблюдением современных требований медицинской науки и практики, предписаний закона, других специальных нормативных актов, а также принципов медицинской этики и деонтологии действия, направ ленные на сохранение жизни, улучшение здоровья и трудоспособности граждан, предупреждение заболеваемости. Кроме того, к профессиональной медицинской деятельности относится и ряд действий, ставящих целью удовлетворение определенных социальных, научных, процессуальных и иных необходимых или полезных общественных потребностей (например, косметические операции, медицинский аборт, искусственное оплодотворе ние, проведение некоторых видов медицинского эксперимента на человеке, производство судебно-медицинского освидетельствования, экспертизы трудоспособности и др.).

Основная сложность для следственных органов заключается в установ лении вины того или иного медицинского работника, так как уголовная от ветственность наступает лишь для лица, умышленно или по неосторожнос ти совершившего общественно опасное деяние (действие или бездействие), прямо предусмотренное уголовным законодательством. Таким образом, под профессиональным преступлением в медицинской деятельности понима ется умышленное или по неосторожности совершенное медицинским пер соналом в нарушение своих профессиональных обязанностей такое обще ственно опасное деяние, которое причинило (или реально могло причи нить) вред здоровью отдельных граждан или вызвало опасность для их жизни, либо существенный вред государственным интересам в области ох раны здоровья.

В расширенном толковании понятия профессиональных правонаруше ний медицинских работников, учитывая новый УК РФ, к ним следует от нести неоказание помощи больному (ст. 124), причинение смерти по неос торожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профес сиональных обязанностей (часть 2, ст. 109), причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью по неосторожности вследствие ненадле жащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей (части 2 и 4, ст. 118), незаконное занятие частной медицинской практикой или частной фармацевтической деятельностью (ст. 235), незаконное производ ство аборта (ст. 123), принуждение к изъятию органов или тканей челове ка для трансплантации (ст. 120), заражение ВИЧ-инфекцией (ст. 122), не законное помещение в психиатрический стационар (ст. 128), нарушение неприкосновенности частной жизни (ст. 137), нарушение правил обраще ния с наркотическими, психотропными, сильнодействующими или ядови тыми веществами (ст. 228, 229, 234), незаконная выдача либо подделка рецептов или иных документов, дающих право на получение наркотиче ских или психотропных веществ (ст. 233), нарушение санитарно эпидемиологических правил (ст. 236) и др.

Рассмотрим первые 4 из перечисленных выше профессиональных пра вонарушений, ибо в настоящее время практически только они встречают ся в следственно-судебной и экспертной практике. Знание и четкое пони мание «буквы и духа» данных статей имеют исключительно важное зна чение не только для судебно-медицинских экспертов, но и организаторов здравоохранения и клиницистов.

Ст. 124 УК РФ «Неоказание помощи больному». «1. Неоказание помо щи больному без уважительных причин лицом, обязанным ее оказывать в соответствии с законом или специальным правилом, если это повлекло по неосторожности причинение средней тяжести (здесь и далее в тексте УК курсив авт. — Ю.С.) вреда здоровью больного, наказывается штрафом в размере от 50 до 100 минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до 1 мес, либо исправительными работами на срок до 1 года, либо арестом на срок от до 4 мес.

2. То же деяние, если оно повлекло по неосторожности смерть больно го либо причинение тяжкого вреда его здоровью, наказывается лишением свободы на срок до 3 лет с лишением права занимать определенные долж ности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового».

Профессиональным долгом медицинских и фармацевтических работ ников является оказание первой неотложной медицинской помощи граж данам в дороге, на улице, в иных общественных местах и на дому. К со жалению, в «Основах законодательства РФ об охране здоровья граждан» это важнейшее положение отражено нечетко. Лишь в части 1 ст. 39 гово рится, что «"скорая медицинская помощь" оказывается гражданам при состояниях, требующих срочного медицинского вмешательства (при не счастных случаях, травмах, отравлениях и других состояниях и заболева ниях), осуществляется безотлагательно лечебно-профилактическими уч реждениями независимо от территориальной, ведомственной подчиненно сти и формы собственности медицинскими работниками, а также лицами, обязанными ее оказывать в виде первой помощи по закону или по специ альному правилу».

Общественная опасность рассматриваемых преступлений определя ется тем, что их совершение представляет собой грубое нарушение меди цин- ским работником своего профессионального долга, в результате чего могут наступать негативные последствия для больного.

Правовым основанием, порождающим обязанность оказания первой неотложной медицинской помощи, является совокупность таких обстоя тельств, как опасность, угрожающая жизни или здоровью больного, доста точная степень информированности об этом медицинского работника и нормативно-правовая обязанность оказания соответствующей медицин ской помощи.

Неоказание помощи больному квалифицируется как преступление при условии, что помощь не была оказана без уважительной причины.

Объектом рассматриваемого преступления являются жизнь и здоровье человека.

Объективная сторона преступления характеризуется бездействием — не оказанием без уважительной причины помощи больному. Это и неявка к больному по вызову или приглашению, и отказ принять его в лечебно-про филактическое учреждение, куда он обратился сам или был доставлен со провождающими, и полное отсутствие помощи пациенту, находящемуся в стационаре, и неоказание помощи, которую медицинский работник мог оказать заболевшему или человеку с травмой по собственной инициативе, если стало известно о такой необходимости из других источников (напри мер, при соответствующем объявлении по радио поезда).

Важное значение для объективной правовой оценки такого рода обстоя тельств имеет достаточность (степень информированности) данных, полу ченных медицинским работником, свидетельствующих о необходимости неотложного оказания помощи пациенту. Существенная неполнота (иска женность) информации иногда приводит к тому, что у врача не формиру ются субъективные основания для выполнения профессиональной обязан ности по оказанию первой медицинской помощи.

Анализ следственно-судебной и экспертной практики свидетельствует, что очевидная необходимость оказания помощи (например, медицинскому работнику сообщили истинный диагноз или о повреждениях — о массив ном наружном кровотечении, тяжелой черепно-мозговой травме, механи ческой асфиксии вследствие резкого отека гортани и т.п.) имела место ме нее чем в 50 % (46,2 %) случаев. Установление субъективных оснований входит в компетенцию комиссионной судебно-медицинской экспертизы и является одной из ее первоочередных задач при расследовании медицин ских происшествий.

При решении данного вопроса особую роль играет характер действий лица, нуждающегося в медицинской помощи (полнота, правдивость сооб щаемых данных и т.п.).

Субъектами данного преступления является медицинский персонал (врачи, провизоры, фельдшера, медицинские сестры, фармацевты, акушер ки, студенты старших курсов медицинского института), а также другие лица, обязанные оказать первую помощь больному по закону или по спе циальному правилу.

При расследовании уголовного дела, возбужденного в отношении старшего фельдшера неотложной медицинской помощи центральной районной больницы П.

(стаж работы 29 лет), было установлено: 25 декабря в 16 ч 30 мин в результате до рожно-транспортного происшествия гр-ну Л. были причинены телесные поврежде ния. Очевидцы случившегося вызвали скорую медицинскую помощь, и на место происшествия прибыла фельдшер выездной бригады П. Поверхностно, небрежно осмотрев пострадавшего, она не выяснила механизма травмы (заведомо зная об аварии), не придала значения заявлениям очевидцев о том, что Л. был длительное время без сознания и ему делалось искусственное дыхание. Безапелляционно за явив о том, что никакой травмы головы нет, а Л. просто пьян, фельдшер грубо от казала в госпитализации. Пострадавший был доставлен родственниками в больницу лишь на следующий день, где после проведенной операции через 4 сут умер По за ключению судебно-медицинской экспертизы смерть гр-на Л. наступила от тяжелой черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся массивным субдуральным кровоиз лиянием.

Субъективная сторона рассматриваемого преступления, заключающаяся в психическом отношении лица к совершаемому им деянию и его общест венно опасным последствиям, характеризуется умышленной формой вины, при которой виновный сознает, что больной нуждается в медицинской по мощи, но не желает оказать ее, уклоняется от выполнения своих обязан ностей, хотя имеет возможность такую помощь оказать.

Следует особо подчеркнуть, что в частях 1 и 2 ст. 124 появился новый (в сравнении с ранее действовавшим УК — ст. 128) четкий дифференцирую щий и квалифицирующий признак — степень тяжести причиненного вреда здоровью: по части 1 — средней тяжести вред здоровью, по части 2 — тяж кий вред или смерть. К этим негативным последствиям психическое отно шение виновного проявляется в виде неосторожности.

Новым является и вид уголовного наказания, предусмотренный частью 1 ст. 124 — арест на срок от 2 до 4 мес. Арест заключается в содержании осужденного на указанный период в условиях строгой изоляции от общества (ст. 54 УК). Вместе с тем следует отметить, что в соответствии со ст. 4 Фе дерального закона № 64-ФЗ от 13.06.1996 г. положения УК о наказаниях в виде ареста и обязательных работ будут введены в действие только после вступления в силу нового Уголовно-исправительного кодекса РФ по мере создания необходимых условий для исполнения этих видов наказания, но не позднее 2001 г. В соответствии со ст. 49 УК обязательные работы заклю чаются в выполнении осужденным в свободное от основной работы или учебы время бесплатных общественно полезных работ, вид которых опре деляется органами местного самоуправления.

Обращает на себя внимание и существенное (в \1/1 раза!) увеличение «размера» уголовного наказания по части 2 ст. 124 — до 3 лет лишения сво боды (в ранее действовавшем УК по ст. 128 — до 2 лет).

В тех ситуациях, когда вызванный к больному медицинский работник из-за недостатка знаний, практических навыков или по своей некомпетент ности не может лично оказать требуемую помощь, он должен принять меры к вызову нужного специалиста и передать больного «из рук в руки».

Рассматриваемое профессиональное правонарушение нередко сопро вождается грубыми нарушениями деонтологических принципов отечест венной медицины.

К сожалению, не единичны также случаи обоснованного возбуждения уголовных дел в отношении врачей, неверно трактующих принципы обяза тельного медицинского страхования.

Так, по части 2 ст. 124 УК РФ к уголовной ответственности были привлечены и осуждены городским судом фельдшер станции скорой медицинской помощи Т. и участковый врач К., которые не оказали помощь гр-ке Д., 27 лет, страдающий ост рой двусторонней крупозной пневмонией, из-за того, что у больной, приехавшей в гости к родителям, не оказалось при себе полиса обязательного медицинского стра хования. Несмотря на тяжелое состояние, выраженные признаки этого серьезного за болевания, крайне высокую температуру тела (41,4 °С), ей было отказано в госпитали зации. Комиссионная судебно-медицинская экспертиза установила, что имеется пря мая причинная связь между неоказанием помощи больной и наступившей смертью.

Когда речь идет о спасении жизни человека, никакой полис или иной «документ» не может ставиться «во главу угла». Медицинские работни ки в первую очередь обязаны выполнять свой профессиональный долг.

Ненадлежащее оказание медицинской помощи. От неоказания помощи больному медицинским персоналом, ответственность за которую предус мотрена ст. 124 УК РФ, следует отличать ненадлежащее, преступно неос торожное оказание помощи в процессе диагностики и лечения. В ряде своих научных работ, начиная с 1985 г., автор этого раздела неоднократно аргументировал необходимость введения в УК РФ специальной статьи об ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, если в результате неосторожности (в виде преступной небрежности либо пре ступной самонадеянности) со стороны конкретных медицинских работни ков больной умер. Дело в том, что отсутствие такой статьи в УК приводи ло к неадекватной и некорректной юридической квалификации данного профессионального правонарушения. Следственно-судебная практика вы нуждена была идти по пути применения к виновному медицинскому пер соналу ст. 106 действовавшего ранее УК «Неосторожное убийство» (71).

Как страшно для непосвященных и нелепо для профессионалов-юристов выглядело обвинение врача в убийстве (пусть даже по неосторожности) своего пациента. Это было недопустимо и с нравственно-социальных по зиций. И вот, наконец, в новом УК РФ появилась часть 2 ст. 109 «Причи нение смерти по неосторожности», в которой говорится:

«2. Причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей... наказывается ограничением свободы на срок до 5 лет либо лишением свободы на тот же срок с лишением права занимать определенные должности или занимать ся определенной деятельностью на срок до 3 лет или без такового».

Причинение смерти по неосторожности — результат небрежности, не внимательности, легкомыслия виновного. В условиях же научно технического прогресса, в том числе в медицине, цена последствий такого поведения, ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязан ностей весьма высока. Вместе с тем прослеживается явная тенденция к росту числа правонарушений такого характера.

Объектом данного преступления являются общественные отношения, обеспечивающие безопасность жизни человека.

Субъективная сторона преступления характеризуется неосторожной виной в виде преступной самонадеянности (легкомыслия) или преступной небрежности.

Уголовное дело в отношении заведующего хирургическим отделением ЦРБ, врача высшей категории Г. (стаж работы 24 года) было возбуждено при следующих обстоятельствах. Гражданин Д., 39 лет, получил травму на рабо те при ремонте автомашины. В связи с поздним временем за медицинской помощью обратился в участковую больницу на следующий день, откуда был доставлен в ЦРБ. Осмотрен хирургом и направлен в рентгеновский кабинет:

был выявлен оскольчатыЙ перелом левой ключицы. Данные объективного исследования отсутствуют. Направлен в хирургическое отделение, где на значена иммобилизация конечности, холод, викасол, анальгин. На сле дующий день, 2 октября, больной не осматривался, а 3 октября в 18.00 ч за ведующий отделением Г. (он же лечащий врач) отметил ухудшение состоя ния, возбуждение, появление галлюцинаций и без всякого основания по ставил диагноз — алкогольный психоз. 4 октября после поверхностного осмотра невропатолог К. (стаж работы менее 3 лет) подтвердил диагноз.

Больному назначаются фиксация, галоперидол, аминазин, седуксен. Динами ческое наблюдение отсутствует. Состояние крайне тяжелое, усиливаются возбуждение и галлюцинации. 5 октября в 2 ч 30 мин больной умер. Клинический диагноз: закрытый оскольчатый перелом левого плеча;

алкогольный психоз.

При судебно-медицинском исследовании трупа установлено: «Осколь чатый перелом левой ключицы. Перелом III—IV ребер слева. Двусторонняя фибринозно-лейкоцитарная пневмония. Отек мозга. Интоксикационный психоз. Никакие признаки алкогольного делирия не выявлены. В выводах комиссионной экспертизы подчеркивалось, что фиксация больного усугу била дыхательную недостаточность, обусловленную воспалительным про цессом в легких.

Врач Г. имел реальную возможность в условиях ЦРБ надлежаще обсле довать больного и установить правильный диагноз.

Субъект данного преступления — медицинский работник.

При анализе данных, характеризующих субъект указанного профес сионального правонарушения, выяснилось, что только 15,4 % врачей име ли недостаточный уровень необходимых профессиональных знаний и умений. В 6,1 % случаев было выявлено ненадлежащее или несвоевре менное прохождение ими курсов специализации или усовершенствования, что сыграло решающую роль в ряде медицинских происшествий, закон чившихся тяжкими последствиями (смертью больных).

Проведенное нами аналитическое исследование следственно-судебной и экспертной практики показывает, что из общего количества врачей, в отношении которых решался вопрос об уголовной ответственности по указанным статьям УК, большую часть составляли хирурги — 34,5 % (в том числе детские хирурги 3,2 %, травматологи 5 %) и акушеры гинекологи — 16 %. Значительное место занимали терапевты (21,8 %), а также педиатры (10,2 %). Врачи скорой медицинской помощи составляли 5,2 %, стоматологи — 1,9 % и т.д.

Подавляющее большинство врачей, допустивших те или иные наруше ния профессионального долга, работали в стационарах (73,9 %). Более % врачей имели высшую и первую врачебные категории, а 34,2 % — вто рую. Молодые специалисты со стажем до 3 лет составляли всего 7,6 %.

Особого внимания заслуживает то, что более 40 % данной группы врачей относились к руководящему звену системы здравоохранения республики — это главные врачи лечебно-профилактических учреждений и их замес тители, заведующие отделениями, главные специалисты и т.д. Наиболее многочисленная возрастная группа врачей — от 41 года до 50 лет (около 30 % всего контингента);

20,8 % врачей имели стаж работы от 6 до 10 лет, 18,9 % — от 11 до 15 лет.

Таким образом, полученные данные опровергают тот факт, что ненад лежащая помощь чаще оказывается врачами, имеющими небольшой про фессиональный опыт. Это очень интересный и важный вывод, требующий серьезного осмысления, особенно в настоящее время перед принятием но вых правил допуска врачей к практике. Он может лечь в основу решения о проведении периодической переаттестации (например, 1 раз в 5 лет) всех практикующих врачей.

В этой статье УК также обращает на себя внимание существенное уве личение размера наказания, связанного с лишением свободы, с 3 до 5 лет (ограничение свободы в соответствии со ст. 53 УК РФ заключается в со держании осужденного в специальном учреждении без изоляции от обще ства в условиях надзора за ним). Следует отметить, что по результатам проведенного нами исследования соотношение количества возбуждаемых уголовных дел за неоказание помощи больному к числу дел, возбужден ным по фактам ненадлежащего выполнения профессиональных обязан ностей, составляет 1:7.

Итак, УК РФ пополнился важной для правильной юридической квали фикации статьей об ответственности заданное профессиональное правона рушение, что должно также способствовать предупреждению подобных не гативных явлений.

Статья 118 УК посвящена ответственности за причинение тяжкого или сред ней тяжести вреда здоровью по неосторожности. При этом часть 2 данной статьи предусматривает за причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности, со вершенного вследствие ненадлежащего выполнения лицом своих профессио нальных обязанностей, наказание в виде ограничения свободы на срок до 4 лет либо лишение свободы на срок до 2 лет с лишением права заниматься медицин ской деятельностью после отбытия основного наказания на срок до 3 лет (или без такового).

В соответствии с частью 4 ст. 118 причинение вреда средней тяжести по не осторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих про фессиональных обязанностей наказывается ограничением свободы на срок до лет, арестом на срок 4—6 мес либо лишением свободы на срок до 1 года с допол нительным наказанием в виде лишения права заниматься медицинской деятель ностью на срок до 3 лет или без такового. Особо подчеркнем, что на основании ст. 47 нового УК РФ в случае лишения права заниматься определенной профес сиональной деятельностью в качестве дополнительного вида наказания к ограни чению свободы, аресту, лишению свободы оно распространяется на все время отбывания указанных основных видов наказания, но при этом его срок исчисля ется только с момента их отбытия.

По статье УК за неосторожное причинение тяжкого телесного повреждения была привлечена к уголовной ответственности медицинская сестра хирургического отделения. В стационаре больному В., 33 лет, была произведена операция аппенд эктомии. В послеоперационном периоде по назначению врача больному делались клизмы. Во время очередной манипуляции 3. в результате преступной небрежности ошибочно ввела 25 % раствор формалина, причинив химический ожог прямой и сигмовидной кишок. По заключению экспертизы больному В. были причинены тяжкие телесные повреждения. Происшедшее стало возможным в результате отсут ствия надлежащего контроля.

По этой же статье расследовалось и такое уголовное дело. 31 декабря около 15 ч в палату новорожденных поступил мальчик С. В результате грубой неосторожности (в виде преступной самонадеянности), проявленной медицинской сестрой П., ему грелкой был причинен термический ожог II—III степени ягодиц, правого бедра — 8 % поверхности тела (телесные повреждения средней степени тяжести). На допро се обвиняемая П. (стаж работы 2 года) пояснила: «Я имела навыки обращения с во дяной грелкой для новорожденных. Я знала, что температура должна быть не выше 37 °С, грелка должна быть завернута в пеленку, периодически (не реже чем через 15—20 мин) положение ее необходимо менять. Температуру в данном случае я прове ряла не термометром, а на ощупь. С 17.00 до 18.30 положение грелки не менялось...» При рассмотрении данной проблемы и для ее правильного понимания нельзя еще раз не остановиться подробнее на форме вины — неосторожности, при нали чии которой наступает ответственность медицинских работников за ненадлежа щее врачевание, причинившее ущерб здоровью больного или вызвавшее смерть.

Неосторожная форма вины медицинских работников может проявляться, по на шему мнению, в 3 видах: преступная небрежность, преступная самонадеянность и преступное невежество. Хотя теоретически уголовное законодательство не знает последнего вида неосторожности, обобщение следственно-судебного и экс пертного опыта показывает, что грубое невежество в ряде случаев следует ква лифицировать как самостоятельный вид неосторожной формы вины.

ошибка» и «несчастный случай» в целях дифференциации некоторых не надлежащих медицинских действий от неосторожности нецелесообразны и неоправданы.

На протяжении длительного времени в работах судебных медиков, кли ницистов и юристов в эти понятия вкладывалось настолько крайне проти воречивое содержание, что в литературе этот вопрос запутан окончательно.

Так, например, диапазон вариантов «врачебной ошибки» достигает диамет рально противоположных понятий: от небрежных, недобросовестных, не осторожных действий и приемов по оказанию медицинской помощи, ре зультатом которых были телесное повреждение либо смерть пациента, до добросовестного заблуждения врача без элементов халатности, небрежнос ти и профессионального невежества. В медицинской литературе (а именно для клиницистов и, на наш взгляд, только для них, особое, специфическое значение и актуальность имеют рассматриваемые категории) содержится, по нашим данным, не менее 65 промежуточных определений понятий и признаков врачебных (медицинских, лечебных, диагностических и такти ческих, технических и т.п.) ошибок.

Следует особо подчеркнуть, что не только в судебно-медицинской, но и в клинической литературе полностью отсутствует единство взглядов на трактовку рассматриваемых понятий, их классификацию, происхождение, условия их возникновения, основания ответственности.

Не лучше решается этот вопрос и в юридической литературе. Общеиз вестно, что в действующем российском законодательстве нет правового по нятия, именуемого врачебной ошибкой. Вместе с тем отсутствие единой позиции по содержанию понятия, а также противоречие взглядам судебных медиков и клиницистов выявляются и у некоторых ученых-юристов, пред лагающих дать определение или закрепить это понятие в законе. Отождест вление многими авторами понятий врачебной ошибки и несчастного слу чая также свидетельствует в пользу рекомендации ведомственным и экс пертным комиссиям отказаться в своих заключениях от использования рас сматриваемых терминов.

Таким образом, следует признать, что «врачебная ошибка», «несчастье в медицине» являются понятиями, не имеющими должного теоретического обеспечения ни с судебно-медицинских, ни с правовых позиций, индиффе рентными к экспертной и правовой практике. В то же время они имеют из вестное значение в общемедицинском, клиническом плане. Именно в этой области эти термины несут достаточную рабочую нагрузку, в той или иной мере объединяя профессиональные недостатки, дефекты и упущения опре деленного диагностического, лечебно-технического, лечебно-тактического, деонтологического, организационного, прогностического и т.п. характера.

В пределах клинического подхода сущность врачебной ошибки и несчаст ного случая сводится главным образом к тому, чтобы показать, что дейст вия медицинского персонала были объективно ненадлежащими, неверны ми. При этом их констатация производится вне зависимости от того, явля ется ли данное ненадлежащее деяние (действие или бездействие) противоп равным, будет или нет медицинский работник нести ответственность за до пущенное нарушение и т.п.

Естественно, клиницисты имеют обоснованное право решать в пределах медицинской науки и практики проблему об отнесении ошибок в лечебно диагностическом процессе к субъективным или объективным признакам, проводить их анализ, клинико-анатомическую оценку. Однако решение во проса о наличии или отсутствии в действиях медицинских работников (как и специалистов других профессий) элементов противоправности и винов- ности является исключительной прерогативой юристов, а не судебных ме диков и клиницистов.

Важно также подчеркнуть, что когда речь идет об объективных причи нах недостатков и упущений в диагностике и лечении, то этим самым как бы определяется их независимость (в определенной мере) от деяний кон кретных медицинских работников.

К сожалению, иногда пациенты глубоко заблуждаются, думая, что все зависит только от врача.

На основании результатов обобщения экспертной и клинической прак тики, личного опыта, приведенных в медицинской литературе современ ных сведений по рассматриваемой проблеме мы составили примерный пе речень обстоятельств, которые могут повлечь объективно ненадлежащую медицинскую помощь.

1. Недостаточность, ограниченность медицинских познаний в вопросах диагностики, лечения и профилактики некоторых заболеваний и осложне ний (неполнота сведений в медицинской науке о механизмах патологичес кого процесса;

отсутствие патогномоничных признаков заболевания, чет ких критериев раннего распознавания и прогнозирования таких болезней).

2. Несовершенство отдельных инструментальных медицинских методов диагностики и лечения.

3. Чрезвычайная атипичность, редкость или злокачественность заболе вания или его осложнения.

4. Несоответствие между действительным объемом прав и обязанностей данного медицинского работника и требуемыми действиями по диагности ке и лечению.

5. Недостаточные условия для оказания надлежащей медицинской по мощи пациенту с данным заболеванием (повреждением) в условиях кон кретного лечебно-профилактического учреждения (уровень оснащенности диагностической и лечебной аппаратурой и оборудованием).

6. Исключительность индивидуальных особенностей организма пациен та.

7. Ненадлежащие действия самого пациента, его родственников, других лиц (позднее обращение за медицинской помощью, отказ от госпитализа ции;

уклонение, противодействие при проведении лечебно-диагностичес кого процесса, нарушение режима лечения и реабилитации).

8. Особенности психофизиологического состояния медицинского ра ботника (болезнь, крайняя степень переутомления).

Перечисленные обстоятельства в различных медицинских инцидентах могут играть ведущую, основную, роль в возникновении негативных пос ледствий. Вместе с тем они могут выступать и в качестве условий, своеоб разного фона, на котором осуществляются ненадлежащие действия меди цинских работников, обусловленные причинами субъективного характера.

Резюмируя, следует подчеркнуть: 1) новый УК РФ, вступивший в дейст вие с 1 января 1997 г., существенно ужесточил наказание для медицинского персонала, виновного в неоказании и ненадлежащем оказании помощи больному, еще более строго став на защиту прав пациента и законных инте ресов граждан в сфере охраны здоровья. Применение статей нового УК по зволит следственно-судебным органам проводить адекватную, корректную юридическую квалификацию деяний медицинского персонала в случаях профессиональных правонарушений, что также послужит более эффектив ному предупреждению подобных отрицательных проявлений.

Должностные лица сферы здравоохранения уже сегодня обязаны вла деть оптимальными специальными медико-правовыми знаниями, целена- правленно и постоянно вести совместно с профессиональными медицин скими ассоциациями правообразовательную и правовоспитательную рабо ту в медицинских коллективах, что позволит своевременно предупреждать случаи ненадлежащего врачевания, сохранить жизнь и здоровье многих людей.

Незаконное врачевание. В новом УК РФ специальной статьей 235, пред усмотрена ответственность за незаконное занятие частной медицинской практикой или частной фармацевтической деятельностью.

«1. Занятие частной медицинской практикой или частной фармацевти ческой деятельностью лицом, не имеющим лицензии на избранный вид де ятельности, если это повлекло по неосторожности вред здоровью человека, — наказывается штрафом в размере до 300 минимальных размеров оп латы труда или в размере заработной платы или иного дохода осуж денного за период до 3 мес, либо ограничением свободы на срок до 3 лет, либо лишением свободы на срок до 3 лет.

2. То же деяние, повлекшее по неосторожности смерть человека, нака зывается ограничением свободы на срок до 5 лет или лишением свободы на тот же срок».

В отличие от ранее действовавшего УК РСФСР, где в ст. 221 ответст венность предусматривалась за незаконное врачевание, под которым пони малось занятие врачеванием как профессией лицом, не имеющем надлежа щего медицинского образования, спектр деяний, предусмотренных ст. нового УК, несколько иной. Данное преступление посягает на здоровье на селения и порядок регулирования частной медицинской и фармацевтичес кой деятельности.

В настоящее время с введением порядка лицензирования медицинской и фармацевтической деятельности именно лицензия стала главным офици альным документом, дающим право на осуществление последней. В ст. «Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан» (далее «Основ») определены основной порядок и условия выдачи лицензий на определен ные виды медицинской деятельности. В развитие и во исполнение данной статьи «Основ» 25 марта 1996 г. правительством РФ было принято Поста новление № 350 «Об утверждении положения о лицензировании медицин ской деятельности». В пункте 3 «Положения» определено, что лицензия яв ляется официальным документом, который разрешает указанный в нем вид медицинской деятельности в течение установленного срока и определяет обязательные для исполнения требование (условия) его осуществления.

При этом в тех случаях, когда лицензиат занимается несколькими видами медицинской деятельности одновременно, в лицензии каждый ее вид дол жен быть указан отдельно. По общим правилам лицензия выдается на срок не менее 3 лет. Продление срока действия лицензии производится в поряд ке, установленном для ее получения. Лицензия выдается специалисту, имеющему сертификат, т.е. документ единого образца, свидетельствующий о достижении его обладателем определенного уровня теоретических зна ний, практических навыков и умений, достаточных для самостоятельной профессиональной (медицинской и фармацевтической) деятельности.

Принципиальное отличие статей УК о незаконном врачевании в первую очередь состоит в том, что теперь незаконным уголовно наказуемым явля ется сам факт занятия частной медицинской практикой (частной фарма цевтической деятельностью) в нарушение существующего нормативно-пра вового порядка их осуществления в случае причинения вреда здоровью че ловека. Другими словами, не занятие врачеванием «как профессией» и не 36 - отсутствие у обвиняемого надлежащего медицинского образования, а от сутствие лицензии на данный вид деятельности объявляется незаконным и при определенных условиях влекущим за собой уголовную ответствен ность.

В соответствии со ст. 56 «Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан» под частной медицинской практикой понимается регулярное оказа ние лечебно-диагностических услуг медицинскими работниками вне учреж дений государственной или муниципальной системы здравоохранения за счет личных средств граждан или за счет средств предприятий, учреждений и организаций (в том числе страховых медицинских организаций) в соответ ствии с заключенными договорами. Право на занятие частной медицинской практикой имеют лица, получившие диплом о высшем или среднем меди цинском образовании, сертификат специалиста и лицензию на избранный вид деятельности. Разрешение на занятие частной медицинской практикой выдается местной администрацией по согласованию с профессиональными медицинскими ассоциациями и действует на подведомственной ей террито рии. Они же призваны обеспечить действенный контроль за качеством ме дицинской помощи.

Особый порядок выдачи разрешения на право заниматься народной ме дициной (целительством) предусмотрен ст. 57 «Основ»: правом на занятие народной медициной обладают граждане РФ, получившие диплом целителя, выдаваемый министерствами здравоохранения республик в составе РФ, ор ганами управления здравоохранением автономной области, автономных ок ругов, краев, областей, городов Москвы и Санкт-Петербурга. Из содержания ст. 57 вытекает, что право на выдачу диплома целителя дано исключительно органам управления здравоохранения уровня субъекта федерации. Следова тельно, даже МЗ РФ этим правом не обладает. Тем более его лишены различ ного рода «академии», «центры народной медицины» и тому подобные «на учно-образовательные фирмы». Выдаваемые ими «дипломы», «сертификаты» и другие «документы» не имеют и не могут иметь никакой юридической си лы.

Законодательство отчетливо определило, что диплом целителя дает пра во на занятие народной медициной только на территории, подведомственной органу управления здравоохранением, выдавшему диплом. Иными словами, если диплом целителя выдан, например, управлением здравоохранения адми нистрации Ивановской области, то получивший его в законном порядке гра жданин имеет право заниматься народной медициной, т.е. применять «мето ды оздоровления, профилактики, диагностики и лечения, основанные на опыте многих поколений людей, утвердившиеся в народных традициях и не зарегистрированные в порядке, установленном законодательством Россий ской Федерации» исключительно (только лишь) на территории Ивановской области, и т.п. Деятельность этого целителя на территории уже Владимир ской области будет считаться незаконной.

Следует особо отметить, что «Проведение сеансов массового целитель ства, в том числе с использованием массовой информации, запрещается» (часть 6, ст. 57 «Основ»).

В соответствии с этим МЗ РФ был издан приказ № 245 от 13 июня г. «Об упорядочении применения методов психологического и психо терапевтического воздействия», в пункте 2 которого сказано: «Руководите лям органов здравоохранения субъектов Российской Федерации обеспечить строгий контроль за соблюдением части 6 статьи 57 «Основ законодательства об охране здоровья граждан», о запрещении проведения сеансов массового целительства, в том числе с использованием средств массовой инфор- мации;

принимать все предусмотренные законом меры при выявлении на рушителей». Далее подчеркивается, что применение методов психологичес кого и психотерапевтического воздействия допускается только при наличии лицензии на данный вид деятельности в учреждениях здравоохранения при условии тщательного отбора пациентов на индивидуальном приеме. При этом к такой работе допускаются лишь специалисты, имеющие соот ветствующую подготовку по психиатрии, наркологии, психотерапии, меди цинской психологии и получившие в установленном порядке сертификат специалиста по указанным специальностям.

Итак, субъектом преступления, предусмотренного ст. 235 УК РФ, могут быть лица, имеющие высшее, незаконченное высшее или среднее специ альное образование, и граждане, не имеющие медицинского образования во обще. То есть субъект комментируемого преступления — специальный: это лицо, занимающееся частной медицинской практикой или фармацев тической деятельностью без лицензии на избранный вид деятельности.

По тексту рассматриваемой статьи незаконными являются как отсутствие лицензии вообще, так и продолжение деятельности после окончания срока выданной лицензии либо изменение вида частной медицинской (фармацев тической) деятельности без получения на нее лицензии.

Занятие частной медицинской практикой осуществляется с целью из влечения прибыли и предполагает предварительное оповещение (реклама, письменные приглашения и др.) будущих клиентов. Следовательно, оказание разовых услуг, осуществляемых нерегулярно, пусть даже и сопровожда ющихся получением вознаграждения, не является занятием частной меди цинской практикой.

Кардинальным условием для наступления уголовной ответственности является наличие преступных последствий в виде причинения вреда здоро вью, хотя бы одного человека. При этом степень тяжести вреда не имеет зна чения для квалификации деяния по части 1 ст. 235.

В комментарии в УК РФ указывается, что «Вред здоровью может быть любым по степени тяжести, включая ухудшение состояния здоровья, вы званное проведенными процедурами, или принятием лекарственных пре паратов, равно как и зафиксированные во врачебном порядке стрессовые состояния, а также иные явные ухудшения психического состояния челове ка». Важно лишь, чтобы между незаконным занятием частной медицинской (фармацевтической) деятельностью и наступившими негативными послед ствиями (в виде вреда здоровью) была установлена причинная связь. Квали фицирующим признаком анализируемого состава преступления (часть 2 ст.

235) является смерть человека, которая «охватывается» любой формой неос торожности. Естественно, при этом также должны быть установлены при чинно-следственные связи с незаконной медицинской или фармацевтиче ской деятельностью. К сожалению, следует констатировать, что на практике установление такой причинной связи часто не только проблематично, но и неразрешимо даже для высококвалифицированной судебно-медицинской экспертной комиссии. Чаще всего это объясняется объективными трудно стями, такими как значительный разрыв в сроках между самим незаконным врачеванием и смертью пациента, лечение за указанный промежуток време ни в лечебно-профилактических учреждениях и т.п.

Субъективно преступление, предусмотренное ст. 235 УК РФ, характери зуется прямым умыслом по отношению к самому деянию (осуществление де ятельности без лицензии) и неосторожной формой вины по отношению к по следствиям: причинение вреда здоровью либо смерть человека, которая мо жет быть выражена в виде преступной небрежности или самонадеяннос- 36* ти (легкомыслия). Преступление считается оконченным только с момента наступления указанных негативных последствий.

Мы уже обращали внимание на существенное ужесточение уголовного наказания за неоказание и ненадлежащее оказание помощи больному. Сан кции, предусмотренные в ст. 235 УК РФ, также подтверждают эту тенден цию. Так, в части 2 ст. 235 предусмотрено лишение свободы на срок до лет. Пока о следственно-судебной практике по данной категории дел ничего неизвестно. Но сам факт ужесточения уголовного наказания свиде тельствует о решимости вести бескомпромиссную борьбу с подобными пра вонарушениями в сфере здравоохранения.

Расследование анализируемой категории дел представляет большие трудности. Они связаны в основном с отсутствием необходимых юридичес ких знаний у врача и специальных медицинских знаний у работников орга нов следствия и суда. Поэтому порядок проведения расследования, в равной степени как и методика организации и производства комиссионной экспер тизы, нуждаются в строгой регламентации.

Комиссионная судебно-медицинская экспертиза по делам о профессио нальных правонарушениях медицинских работников имеет первостепенное значение при решении вопроса об уголовной ответственности медицинского персонала, нарушивших свои профессиональные обязанности.

Заключения экспертов, являясь основным источником доказательств, иг рают исключительно важную роль в установлении всех основных обстоя тельств медицинских инцидентов — в определении характера общественно опасного деяния (действия или бездействия) медицинского работника;

объ екта и объективной стороны правонарушения;

характера и особенностей патологического процесса, его осложнений и степени тяжести негативных последствий;

причинно-следственных отношений;

субъекта и некоторых элементов субъективной стороны правонарушения. Таким образом, без вы сококвалифицированного экспертного исследования практически невоз можно аргументированно разрешить ни один важный вопрос правового ха рактера, в том числе по предъявляемым гражданским искам о возмещении ущерба здоровью, причиненного ненадлежащим врачеванием, и морального вреда.

В связи с этим необходимо остановиться на проблеме правовой подго товки членов экспертных комиссий — судебных медиков и клиницистов. Для успешного экспертного исследования недостаточно быть специалистом в определенной области медицинской науки, нужно также: 1) знать и владеть методикой данного вида экспертизы;

2) иметь четкое представление о тре бованиях процессуального законодательства.

Экспертная практика показывает, что ни ученые звания и степени, ни тем более должностное положение лиц, приглашаемых в качестве экспертов, не могут считаться факторами, заранее предопределяющими качество экс пертизы. Рассчитывать на то, что все включаемые в состав экспертных ко миссий специалисты самостоятельно овладеют необходимыми знаниями, нет оснований. Поэтому, по нашему мнению, при областных бюро судебно медицинской экспертизы следует организовать соответствующую ш@ш го товку указанных лиц. Для этого должен быть определен конкретный кон тингент специалистов различного медицинского профиля, которые могут быть включены в состав экспертных комиссий. Вероятно, нужно конкретно рассмотреть вопрос о возможности и правилах утверждения списков вне штатных экспертов — членов комиссий (по представлению областного бюро судебно-медицинской экспертизы) приказом начальника Управления здраво охранения администрации области совместно с ректором медицин- ского института по согласованию с правоохранительными органами области на конкретный срок (3—5 лет). Копии этого приказа с точным указанием специальности, должности, стажа, ученой степени и звания, квалифика ционной категории надо направлять во все прокуратуры и суды области для сведения при определении состава экспертной комиссии.

Практика составления списков специалистов, которые могут быть при влечены в качестве экспертов, существует в ряде зарубежных стран и пол ностью себя оправдала.

Необходимо также решить вопрос об улучшении правовой подготовки судебных медиков на курсах специализации, усовершенствования и по вышения квалификации.

Правовая подготовка указанных специалистов — как судебных медиков, так и клиницистов — должна вестись по единым программам, проекты ко торых нашей кафедрой могут быть представлены.

Проведенное нами социологическое исследование свидетельствует, что профилактика профессиональных правонарушений среди медицинских ра ботников во многом зависит от уровня специальных правовых знаний.

Практика показывает, что чем выше уровень юридической культуры, пра восознания врачей, тем неукоснительней выполняются ими законы и дру гие нормативные акты, регулирующие медицинскую деятельность, тем выше качество лечебно-диагностической помощи населению.

Вместе с тем более 86 % медицинских работников, принимавших учас тие в анонимном социологическом исследовании, не смогли даже сформу лировать свое мнение о понятии и сути таких профессиональных правона рушений, как неоказание помощи больному, ненадлежащее ее оказание.

Несколько выше процент лиц, которые в основном правильно понимают сущность незаконного производства аборта (17 %). Абсолютное большин ство медицинских работников (91 %) среди обстоятельств, способствующих совершению профессиональных правонарушений, указали на «незнание права», «отсутствие элементарных юридических знаний» и т.п. Более 85 % врачей высказались за широкую профессиональную гласность, необходи мость регулярного информирования врачебного персонала о типичных де фектах, недостатках и причинах ненадлежащей помощи, количественном и качественном аспектах профессиональных правонарушений. Многие меди цинские работники отметили необходимость экспресс-информации, а так же дифференциации и обобщения таких сведений по отдельным врачебным специальностям. Именно в этом они видят конкретные задачи судебно медицинской службы в деле улучшения лечебно-диагностической помощи населению и профилактики ПРОФЕССИОНАЛЬНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЙ.

В решение этой проблемы судебно-медицинская служба России может внести весомый вклад. В настоящее время уникальный материал о ненадле жащей медицинской помощи, которым располагают учреждения судебно медицинской экспертизы, используется в профилактических целях далеко не в полном объеме. Значительная часть его без должного анализа, обобще ния и применения «оседает» в архивах учреждений экспертизы и право охранительных органов. Медицинские работники практического здраво охранения получают лишь отрывочные сведения на совещаниях, лекциях либо на клинико-судебно-медицинской конференции. Практически отсут ствует регулярное аналитическое обобщение таких материалов по террито риальному региону и врачебным специальностям, а также по республике в целом. Этим объясняется и отсутствие требуемой научно-практической ин формации для медицинского персонала лечебно-профилактических учреж дений. По нашему мнению, проведение такой сложной трудоемкой работы, 566райне необходимой практическому здравоохранению, является общей за дачей Российского центра судебно-медицинской экспертизы, Управления ор ганизации медицинской помощи населению, Управления охраны здоровья ма тери и ребенка МЗ РФ, Федерального фонда обязательного медицинского стра хования, Российской ассоциации медицинских страховых организаций, Ассо циации врачей России.

Нами разработана и предлагается для обсуждения следующая примерная схема аналитической работы с материалами комиссионных судебно-ме Заключение КСМЭ как источник доказательства по делу NS- дицинских экспертиз (КСМЭ) по делам о профессиональных правонаруше Предлагаемую схему можно рассматривать как вариант решения существующей проблемы не достаточной профессиональной гласности и информирования медицинского персонала страны о состоянии ненадлежащей помощи гражданам в случаях, когда правоохранительными органами решался вопрос об уголовной ответственности медицинских работников. Основная цель такой ра боты — профилактика нарушений, связанных с выполнением медицинскими работниками про фессиональных обязанностей и повышение уровня медицинской помощи населению.

Материалы обобщения судебным медикам надо максимально широко использовать при вы ступлениях с лекциями в коллективах учреждений здравоохранения, профессиональных медицин ских ассоциаций, научных обществах клиницистов и т.п.

По нашему мнению, основанному на 20-летнем опыте правового обучения медицинских ра ботников, научно-учебный комплекс: кафедра (курс) медицинского права + кафедра судебной ме дицины + бюро судебно-медицинской экспертизы — должен стать основным центром правового воспитания и обучения медицинского персонала области (региона).

Осуществление предлагаемых мер будет важным шагом не только в деле совершенствования и объективизации судебно-медицинской экспертизы по делам о профессиональных правонаруше ниях медицинских работников, но и в профилактике подобных негативных явлений в сфере здра воохранения.

В целом же для фундаментального решения исследуемой проблемы необходимо на федераль ном уровне безотлагательно завершить разработку и принять важнейшие законы прямого дейст вия: «Об общенациональной системе здравоохранения», «О правах пациента», «О страховании профессиональной ответственности медицинских работников», а в перспективе и «Медицинский кодекс Российской Федерации», который должен стать настольной книгой каждого врача.

Настало время кардинально пересмотреть и оптимизировать стратегию и тактику правового обучения медицинского персонала в масштабах страны, в первую очередь должностных лиц и ру ководителей системы здравоохранения и медицинского страхования, а также многочисленных когорт специалистов-экспертов: судебно-медицинских, судебно-психиатрических, медико социальных, военно-врачебных;

экспертов медицинских страховых организаций, фондов обяза тельного медицинского страхования, независимой медицинской экспертизы и др.

Реализация данных предложений будет, несомненно, гарантировать и обеспечивать реальные меры по защите прав и законных интересов граждан России в сфере охраны здоровья.

Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 ||



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.