WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

ПАМЯТНИКИ ЛИТЕРАТУРЫ СЮЛЛИ ПРЮДОМЪ ИЗБРАННЫЯ СТИХОТВОРЕНIЯ ВЪ ПЕРЕВОДАХЪ С. А. Андреевскаго, И. Анненскаго, А. Н. Апухтина, К. Д. Бальмонта, М. Давидовой, В. Н. Ладыженскаго, А. М., Д. Михаловскаго, П.

Н. Петровскаго, А. Н. Плещеева, К. Р., И. И. Тхоржевскаго, Н. Хвостова, О. Н. Чюминой (Михайловой), Эллисъ, Н. Энгельгардта и П. Я. (Якубовича) Съ критико-бioграфическимъ очеркомъ СБОРНИКЪ составилъ П. Н. ПЕТРОВСКIЙ IM WERDEN VERLAG МОСКВА AUGSBURG 2003 Текст печатается по изданию:

Сюлли-Прюдомъ. Избранныя стихотворенiя. М.

Книгоиздательство «ПОЛЬЗА». В. Антикъ и К°. Москва 1913 © «Im Werden Verlag». OCR и оформление. 2003 http://www.imwerden.de info@imwerden.de СОДЕРЖАНIЕ Сюлли-Прюдомъ.

Критико-бiографичеcкiй очеркъ П. Н. Петровскаго................6 СТАНСЫ И ПОЭМЫ I. Читателю..................................... П. Н. Петровскiй.................................. 9 СТАНСЫ Жизнь души II. Цћпи............................................. П. Н. Петровскiй................................. III. Разбитая ваза......................... П. Я............................................................ IV. Разбитая ваза......................... С. А. Андреевскiй................................. V. Разбитая ваза........................... А. Н. Апухтинъ..................................... VI. Роса............................................. К. Д. Бальмонтъ................................... VII. Къ ласточкћ.......................... О. Н. Чюмина......................................... VIII. Здћсь на землћ.................. К. Д. Бальмонтъ................................... IX. Два голоса............................... Н. Энгельгардтъ................................... X. Очи................................................ А. Н. Плещеевъ..................................... XI. Какъ много карихъ............. К. Р.............................................................. XII. Идеалъ..................................... И. Анненскiй.......................................... XIII. Идеалъ................................... О. Н. Чюмина........................................ XIV. Больная.................................. Н. Энгельгардтъ.................................... Дћвушки I. Гаремъ........................................... П. Н. Петровскiй................................. II. Ужъ съ нею не увижусь..... К. Д. Бальмонтъ................................... III. Сходство................................... К. Д. Бальмонтъ................................... IV. Сходство.................................... П. Н. Петровскiй................................ V. Это было давно....................... К. Д. Бальмонтъ................................... VI. Съ подругой блћдною........ И. Анненскiй.......................................... VII. Кто скажетъ.......................... О. Н. Чюмина........................................ Женщины I. Когда-бъ я богомъ былъ...... И. Анненскiй.......................................... II. Вотъ они.................................... О. Н. Чюмина........................................ III. Одинокiй................................... О. Н. Чюмина........................................ IV. Венеры....................................... В. Н. Ладыженскiй.............................. Разныя стихотворенiя I. Силенъ........................................... О. Н. Чюмина........................................ II. Утесъ............................................ В. Я. Ладыженскiй.............................. III. Скалы......................................... О. Н. Чюмина........................................ IV. Вскачь......................................... О. Н. Чюмина........................................ V. Былое............................................ О. Н. Чюмина........................................ VI. Тћни............................................ И. Анненскiй.......................................... ПОЭМЫ I. Борьба........................................... О. Н. Чюмина....................................... II. Себя считаю я поэтомъ...... О. Н. Чюмина....................................... ИСПЫТАНIЯ I. Къ читателю............................... М. Давыдова............................................ Любовь II. Данаиды...................................... П. Я............................................................. III. Раны........................................... П. Я............................................................ IV. Спасенiе въ искусствћ....... Эллисъ...................................................... Сомнћнie I. Молитва........................................ М. Давыдова........................................... II. Затерявшiйся крикъ............. П. Я............................................................ III. Борьба....................................... Н. Энгельгардтъ................................... IV. Сомнћнiе................................... И. Анненскiй.......................................... Греза I. Horа prima.................................. Д. Михаловскiй..................................... II. Крылья........................................ С. А. Андреевскiй................................ Дћйствiе I. Свиданiе........................................ П. Я............................................................ УЕДИНЕНIЯ I. Сталактиты.................................. И. И. Тхоржевскiй.............................. II. Радости безъ причины....... С. А. Андреевскiй................................ III. Вальсъ....................................... С. А. Андреевскiй................................ IV. Робость...................................... С. А. Андреевскiй................................ V. Море.............................................. С. А. Андреевскiй............................... VI. Впечатлћнiе ночи................. Эллисъ..................................................... VII. Послћднее прости.............. Эллисъ...................................................... VIII. Агонiя...................................... И. Анненскiй.......................................... IX. Издалека................................... Эллисъ...................................................... X. Бћдныя души............................ И. И. Тхоржевскiй.............................. XI. Последнее одиночeство.... А. М............................................................ ТЩЕТНАЯ НЋЖНОСТЬ I. Мольба.......................................... О. Н. Чюмина........................................ II. Ребячество................................. Н. Хвостовъ........................................... III. Чаша........................................... O. H. Чюмина........................................ IV. Искусство и любовь............ O. Н. Чюмина........................................ V. Будущимъ поэтамъ................ В. Н. Ладыженскiй............................. ПРИЗМА I. Какъ солнца лучъ................... И. И. Тхоржевскiй............................. СЮЛЛИ-ПРЮДОМЪ Критико-бioграфическiй очеркъ Французcкiй поэтъ-филоcофъ Сюлли-Прюдомъ, Рене Франсуа Арманъ, родился въ 1839 г., въ Парижћ, до третьяго класса лицея Бонапарта проходилъ классическiя науки, послћ чего поступилъ въ политехническую школу и прошелъ часть спецiально-математическаго курса.

Нћкоторое время онъ занимался естественными науками и правомъ, а затћмъ, по полученiи диплома баккалавра литературы, увлекся философiей и, наконецъ, окончательно посвятилъ себя литературћ, выдвинувшись въ 1865 г.

сборникомъ стихотворенiй, отмћченныхъ Сентъ-Бевомъ;

изъ стиховъ этого сборника «Stances et Pomes» особенно популярно стихотворенiе «Le vase brise » (Разбитая ваза), удостоенное Нобелевской премiи. Въ 1881 году Сюлли-Прюдомъ, въ качествћ поэта, былъ избранъ въ члены французской академiи. За первымъ сборникомъ «Stances et Pomes» съ 1865 г. по 1888 г. cлћдовали сборники: «Les e preuves», «Les solitudes», «Les e curies d’Augias», «Croquis italiens», «Impressions de la guerre», «Les vaines tendresses», «Les destins», «La France», «La re volte des fleurs», «Le Ze nith», «Lucre ce», «La justice», «Le prisme» и «Le bonheur». Kpомћ того, Сюлли-Прюдомомъ написаны двћ цћнныя работы по теорiи поэзiи: «De l’expression dans les beaux arts» (1884) и «Re flexions sur l’art des vers» (1892), a въ 1901 г., за шесть лћть до смерти, имъ издано «Testament poe tique» (Завћщанiе поэтамъ), прекрасно характеризующее его самого, какъ поэта.

Стремясь къ совершенству Парнасцевъ въ формћ, Сюлли-Прюдомъ, по его собственному признаннiю, не пытался сравняться съ ними въ мастерствћ живописи, въ описанiяхъ внешнихъ явленiй въ природћ, и человћкћ, но выражалъ свои задушевныя чувства, свои мысли и даже отвлеченныя идеи. Вдумчивый психологь и гуманистъ — онъ въ своей философской лирикћ образно затрогиваетъ важнћйшiе вопросы метафизики и этики и находитъ примиренie разума и сердца въ побћдћ послћдняго;

скептицизмъ поэта, благодаря глубинћ его мысли и силћ чувства, никогда не переходить въ отчаянiе;

наоборотъ, его поэзiя, открывая въ душћ человћка сокровища, которыхъ нћтъ во внћшнемъ мiрћ, призываетъ людей къ дћятельной и самоотверженной любви.

Весьма интересно въ психологическомъ отношенiи письмо Сюлли-Прюдома къ Рибо, знакомящее насъ до некоторой степени съ процессомъ его поэтическаго творчества;

въ этомъ письмћ онъ между прочимъ пишетъ: «я имћю привычку оставлять только что написанные стихи, прежде чћмъ закончу ихъ, и нћкоторое время не вынимаю ихъ изъ ящика. Иногда, когда произведенiе кажется мнћ неудачнымъ, я забываю его тамъ;

когда же мнћ случается вновь находить ихъ черезъ нћсколько лћтъ, я принимаюсь за нихъ снова и могу съ величайшей отчетливостью вызвать въ себћ то чувство, которое ихъ продиктовало. Это чувство является въ глубинћ моего существа какъ бы моделью, съ которой я срисовываю при помощи палитры и кисти языка. Это — нћчто дiаметрально противоположное импровизацiи. Мнћ кажется, что я работаю тогда по воспоминанiю объ аффективномъ состоянiи. Когда я вспоминаю эмоцiю, вызванную во мнћ вступленiемъ нћмцевъ въ Парижъ, послћ нашихъ послћднихъ пораженiй, я неизбежно и нераздельно испытываю снова ту же самую эмоцiю, между тћмъ какъ существующiй въ моемъ воспоминанiи образъ Парижа того времени остается рћзко отличнымъ отъ всякаго настоящаго воспрiятiя. При воспоминанiи о той любви, которая ощущалась мною въ дћтствћ къ матери, я неизбћжно въ ту самую минуту, когда предо мною встаетъ это воспоминание, самъ какь бы превращаюсь въ ребенка, и мое теперешнее сердце непремћнно участвуетъ въ нћжности, появившейся, благодаря воспоминанiю. Я даже готовъ подумать, что всякое воспоминанiе о чувствтћ имћетъ характеръ галлюцинацiи. Будучи студентомъ, я имћлъ связь съ женщиной и быль обмануть — случай настолько банальный, что каждый можеть провћрить мои наблюденiя на себћ самомъ. Въ моей любви не было ничего глубокаго, воображенiе играло въ ней почти исключительную роль, и я легко простилъ оскорбленiе, отъ котораго страдало только одно мое тщеславiе.

Какъ чувство обиды, такъ и любовь уже давно исчезли. И вотъ, когда я вызываю въ себћ эти воспоминанiя, я прежде всего констатирую, что тћ чувства, о которыхъ я вспоминаю, мнћ теперь совершенно чужды;

скоро, однако, я замечаю, что они чужды мнћ лишь постольку, поскольку они остаются смутными и неясными. Какъ только усилiемъ памяти я придаю имъ большую опредћленность, они тћмъ самымъ перестаютъ быть только воспоминанiями, и я съ удивленiемъ чувствую, что во мнћ воскресаютъ движенiя юношеской страсти и яростной ревности. Только это возрожденiе чувства и дало бы мнћ возможность пересмотрћть стихи, которые когда-то заставило меня написать это ничтожное приключенiе, и приложить опытъ, прiобрћтенный мною съ тћхъ поръ въ поэзiи, къ выраженiю моихъ давнишнихъ, уже исчезнувшихъ чувствъ».

Называя Сюлли-Прюдома лучшимъ изъ поэтовъ-философовъ, вотъ что говоритъ о немъ другой извћстный французскiй философъ и поэтъ М. Гюйо:

Сюлли-Прюдомъ — не очарованный лирикъ, пытающiйся обнять все внћшнее своимъ всеобъемлющимъ взглядомъ;

это — полузакрытые глаза размышленiя о самомъ себћ, внутреннее видћнiе, расширяющееся мало-по-малу «до звћздъ»:

Tout m’attire а la fois et d’un attrait pareil:

Le vrаi par ses lueurs, l’inconnu par ses voiles;

Un trait d’or fre missant joint mon coeur au soleil Et de longs fils soyeux l’unissent aux e toiles. *) *) Переводъ на 10 страницћ.

Какъ все исходящее изъ души, поэзiя Сюлли-Прюдома немного печальна, очень мягка, вся изъ оттћнковъ и подернута дымкой, какъ пейзажъ въ туманные дни: — правда, это — туманъ легкiй, всюду проникнутый свћтомъ великихъ ясныхъ небесъ. Нигдћ ослћпляющiй лучъ, прямой и жесткiй, какъ стрћла, не разрываетъ этого тумана колеблющейся мысли. Сюлли-Прюдомъ неподражаемъ въ короткихъ, но изящныхъ пьесахъ, гдћ мысль отличается не меньшей тонкостью, чћмъ форма, ее вмћщающая;

иногда ея утонченность такова, что ощущается лишь какъ дуновенiе и проявляется только какъ «нћжная окраска бћлокрылыхъ бабочекъ», съ которой самъ поэтъ сравниваетъ свои стихи.

П. Петровскiй изъ книги STANCES ET POEMES (Стансы и поэмы) (1865) ЧИТАТЋЛЮ Когда тебя волную я своимъ стихомъ, — Къ нему я холoденъ остывшею душою:

Мой наилучшiй стихъ живетъ во мнћ самомъ И никогда прочтeнъ не будетъ онъ тобою!

Какъ бабочки, бћлћя въ сумракћ аллей, Трепещутъ и кружатъ надъ нћжными цветами, Такъ пћсни вкругъ моихъ излюбленныхъ идей Толпятся и дрожатъ крылатыми стихами;

Но только лишь коснусь я ихъ неосторожно, — Oнћ умчатся прочь, вспорхнувъ, какъ мотыльки, И пыльца съ крыльевъ ихъ осыплется тревожно, Какъ съ вянущихъ цвћтовъ cyxie лепестки.

Оть пћсенъ отдћлить сeбя я не умћю, Ихъ нћжной красоты невольно не стеревъ.

И, чтобъ ихъ не убить, я высказать не смћю Съ душою слившiйся таинственный напћвъ Душа моя полна невћдомыхъ стиховъ, Исполненныхъ идей, гармонiи и ласки;

Но ты, читатель мой, не видишь мотыльковь, А видишь только слћдъ тончайшей ихъ окраски.

СТАНСЫ ЖИЗНЬ ДУШИ ЦЋПИ Я цћлый мiръ люблю, но тесно въ немъ, какъ въ склепћ, И чуткою душой я въ рабстве у него:

Мучительныхъ веригъ безчисленныя цћпи Въ мiръ видимый идутъ изъ сердца моего.

И все меня влечетъ, и всћмъ я очарованъ:

Сiянiемъ истины и непостижной тьмой;

Я къ солнцу цћпью золотыхъ лучей прикованъ, А звезды связаны, какъ нитями, съ душой.

Размћромъ къ пћснћ я прикованъ мелодичной, А къ розамъ бархатнымъ влечетъ ихъ красота;

Свой взглядъ я приковалъ къ улыбкћ поэтичной, Изъ поцћлуя жъ цћпь сковалъ я на уста.

Вся жизнь моя виситъ на этихъ хрупкихъ звеньяхъ, И я лишь пленникъ тћхъ, къ кому стремлюсь, любя, И подъ влiяньемъ ихъ малћйшаго волненья Теряю часть я самого себя.

РАЗБИТАЯ ВАЗА Та ваза съ гибнущей вербеной Задћта вћеромъ была.

Ударъ безшумный и мгновенный Чуть тронулъ зеркало стекла.

Но рана, легкая сначала, Что день, таинственно росла:

Хрусталь точила, разъедала И мћрнымъ кругомъ обошла.

Бћда не во-время открыта:

Цвћтокъ безмолвно умиралъ, По каплћ кровью истекалъ... — Не тронь ея: она разбита!

Такъ часто милая рука Намъ сердце любящее ранить, — И рана тонко-глубока, И, какъ цвћтокъ тотъ, сердце вянетъ.

Но долго гибельный огонь Отъ равнодушныхъ взоров прячетъ, — Болитъ и тихо-тихо плачетъ...

Оно разбито вћдь — не тронь!

РАЗБИТАЯ ВАЗА Къ той вазћ, гдћ вянетъ вербена, Дотронулся вћеръ слегка, Не дрогнули листья цветка И тихъ былъ ударъ какъ измћна.

Но трещины тонкой пила, Упорно хрусталь разъћдая, Всю вазу отъ края до края Безъ шума кругомъ обошла.

Сквозь щель, непримћтную глазу, Вода истощилась до дна, Вербена суха и грустна, Взгляните на стройную вазу:

Не троньте — разбита она!

Такъ часто рука дорогая Слегка наше сердце язвитъ, Но вянетъ любовь молодая И язва на сердцћ горитъ;

Снаружи для всћхъ невредимо, Оно сознаетъ въ тишинћ, Какъ плачетъ въ его глубинћ, Растетъ его рана незримо...

Въ немъ пусто, уныло, темно:

Не троньте — разбито оно!

РАЗБИТАЯ ВАЗА Ту вазу, гдћ цвћтокъ ты сберегала нћжный, Ударомъ вћера толкнула ты небрежно, И трещина, едва замћтная, на ней Осталась... Но съ тћхъ поръ прошло немного дней, Небрежность дћтская твоя давно забыта.

А вазћ ужъ грозитъ нежданная бћда!

Увялъ ея цвћтокъ, ушла ея вода...

Не тронь ея: она разбита.

Такъ сердца моего коснулась ты рукой, Рукою нћжной и любимой, И съ той поры на немъ, какъ отъ обиды злой, Остался слћдъ неизгладимый.

Оно, какъ прежде, бьется и живетъ, Отъ всћхъ его страданье скрыто, Но рана глубока и каждый день растетъ...

Не тронь его — оно разбито.

РОСА Сижу въ мечтахъ, и вижу, какъ уныло Блеститъ роса на зелени луговъ:

Рука холодной ночи положила Eе на лепестки цвћтовъ.

Откуда капли свћлыя упали?

Тамъ — безъ дождя свћршаютъ тучки путь.

Ахъ, прежде чћмъ на лепесткахъ блеснуть, Онћ ужъ въ воздухћ дрожали!

Откуда слезы на моихъ глазахъ?

На ясномъ небћ нћтъ слћда печали.

Ахъ, прежде чћмъ заискриться въ очахъ, Онћ ужъ въ сердцћ накипали!

Всегда, въ сердечной притаясь тћни, Трепещутъ слезы, дремлютъ, накипаютъ, И даже счастья радостные дни Порой блеснуть ихъ заставляютъ!

КЪ ЛАСТОЧКЋ Ты, которая къ небу свободно Направляешь отважный полетъ И не падаешь въ мукћ безплодной Съ недоступно-суровыхъ высотъ;

Ты, которая жажду изъ тучи На пути утоляешь порой, Проносясь черезъ горныя кручи, Черезъ море и pћки стрћлой;

Ты, ненастной порою осенней Покидавшая насъ для того, Чтобъ вернуться съ расцвћтомъ сиреней;

Ты, которой дороже всего Лишь родное гнћздо и свобода, — Какъ съ тобою схожусь я во всемъ!

И во мнћ пробудила природа Все, что въ сердцћ ты носишь своемъ.

Я, какъ ты, поднимаюсь высоко На крылахъ лучезарныхъ мечты И стремлюся туда одиноко, Гдћ паришь одиноко и ты.

Я ничьей не завидую долћ, Разделяя порывы твои, Я хочу лишь простора и воли, И любви, безконечной любви!

ЗДЋСЬ НА ЗEМЛЋ Здћсь на землћ цвћтокъ лишь мигъ блистаетъ И пћнье птицъ такъ умолкаетъ скоро, — Въ моихъ мечтахъ — вeсна не отцвћтаетъ И вћчны свћтлыхъ пћсенъ хоры.

Здћсь на землћ, гдћ все такъ пусто, тлћнно, Проходить страсть, сердца на мигъ волнуя, — Въ моихъ мечтахъ — царить любовь безсмћнно И звукъ отрадный поцћлуя.

Здћcь на землћ, въ томительной пустынћ, Надъ дружбой, надъ любовью плачутъ страстно, — Въ моихъ мечтахъ — онћ, какъ двћ богини, Всегда смеются тихо, ясно.

ДВА ГОЛОСА Два голоса поперемћнно Въ душћ взволнованной встаютъ все вновь и вновь:

Умъ богохульствуетъ надменно, И Бога проповћдуетъ любовь.

— У мiра нћтъ отца, нћтъ вћчнаго владыки!

Смотри: повсюду зло царитъ! — Такъ разумъ сердцу говоритъ.

Оно въ отвћтъ: «Мы вћрой лишь велики, Въ Творцћ надежду положи, Люби и вћрь, — одна дорога!

Безсмертно я, — и осязаю Бога!» Но разумъ говоритъ спокойно: Докажи.

ОЧИ Имъ нћтъ числа — очамъ, что любовались Въ разсвћта часъ алћющей зарей;

Но спятъ они въ своихъ могилахъ темныхъ, А солнце все восходитъ надъ землей.

Какъ часто ночь, горћвшая звездами, Плћняла ихъ, торжественна, свћтла!

Мирьяды звћздъ надъ мiромъ все сiяютъ, А очи тћ окутываетъ мгла.

Нћтъ! Не могли они утратить взора, И не могло потухнуть пламя въ немъ!

Не вћрю я, онъ обращенъ куда-то, Къ тому, что мы невидимымъ зовемъ.

Какъ въ небесахъ свћтила остаются, Хоть ихъ порой людской не видитъ взглядъ, Такъ и они: пусть ихъ взяла могила, Но то закатъ — не смерть, а лишь закатъ!

Они глядятъ, тћ очи, что закрыли Съ рыданьемъ мы дрожащею рукой, И гдћ-тo тамъ, за гробовымъ предћломъ, Теперь разсвћтъ сiяетъ имъ иной.

* ** Какъ много карихъ, голубыхъ, Любимыхъ глазъ зорю встрћчало!

Въ могилахъ спятъ они теперь, А солнце всходитъ, какъ бывало.

Ночь краше дня;

какъ много глазъ Ея плћнялося красою!

На небћ звћзды все горятъ, А тћ глаза одћлись тьмою.

Ужель угасъ ихъ взглядъ? Нћтъ, нћтъ, Не можетъ быть! Они взираютъ Куда-то вдаль и то, что мы Зовемъ незримымъ, созерцаютъ.

Светила меркнутъ, заходя, Но все жъ на небћ остаются:

Такъ и у глазъ есть свой закатъ, Но смерть не можетъ ихъ коснуться.

Какъ много карихъ, голубыхъ Закрылось глазъ, любямыхъ нами!

За гробомъ вћчная заря Имъ свћтитъ дивными лучами.

ИДЕАЛЪ Прозрачна высь. Своимъ доспћхомъ мћднымъ Средь яркихъ звћздъ и ласковыхъ планетъ Горитъ луна. А здћсь, на полћ блћдномь, Я полонъ грезъ о той, которой нћтъ.

Я полонъ грезъ о той, чья за туманомъ Незрима намъ алмазная слеза, Но чьимъ лучомъ, землћ обћтованнымъ, Иныхъ людей насытятся глаза.

Когда, блћднћй и чище звћздъ эќира, Она взойдетъ средь чуждыхъ ей свћтилъ, Пусть кто-нибудь изъ васъ, послћднихъ мiра, Разскажетъ ей, что я ее любилъ.

ИДEАЛЪ Красою звћздною сiяютъ неба своды, Но лишь къ звћздћ одной летитъ моя мечта, И мнится мнћ — душа великая природы Въ дыханьи ночи разлита.

О, дивная звћзда! Она еще незрима Для мipa, гдћ царятъ насилье и вражда, Но тьма разсћется: надъ нимъ непобћдимо Она взойдетъ въ грядущiе года.

О, братья смертные, и въ этотъ мигъ желанный Вы всћ, кому блеснетъ ея отрадный свћтъ — Скажите, что ее во мглћ вћковъ туманной Провидћлъ и любилъ поэтъ!

БОЛЬНАЯ Средь ночи глубокой осенней, Дрожа, огонекъ угасаетъ, И въ комнатћ розовый отблескъ:

На стћны и на полъ бросаетъ.

Бћлћетъ въ углу занавћска, Но странно: не слышно дыханья...

И гаснетъ въ фарфорћ свћтильня, Безшумны огня колыханья.

Никто и не зналъ, что малютка Неслышно межъ тћмъ умирала.

Склонясь къ изголовью въ постели, Усталая мать задремала.

Но крадутся ножки босыя...

Дверь, скрипнувъ слегка, отворилась:

Пришли ее братья провћдать.

А смерть надъ больной наклонилась.

«Уснула сестрица», — сказали, — Какiя холодныя руки!

Глаза неподвижны;

живые Въ устахъ ея замерли звуки.

«Какъ страшно, какъ пусто въ альковћ!

Какое молчанье въ кроваткћ!

Не дрогнетъ на ней одћяло, Его не шевелятся складки...

«И мама сидитъ неподвижно;

Уснула — и что теперь будетъ!

Что дћлать намъ? Лучше оставимъ, А Боженька самъ ихъ разбудить»...

Въ кроватки они возвратились, Спћша, оглянуться боялись;

Вдругъ стало имъ скучно, тоскливо, И въ страхћ они разрыдались.

ДЋВУШКИ ГАРЕМЪ Гаремъ есть у меня, какъ у царя востока:

Въ немъ, для любви, цвћтутъ красавицы вселенной, И въ каждую изъ нихъ влюбляюсь я жестоко И выбираю ихъ себћ попеременно, Но лишь послћднюю люблю я неизмћнно.

То не лукавыя измћнницы рабыни, Которыхъ выхолилъ востокъ безсильно-томный;

То не любовницы — продажныя богини;

Дћвичiй то гаремъ, гдћ ласки нћтъ нескромной:

Онъ въ сердцћ у меня, и въ немъ весь мiръ огромный.

Ни пћсенъ не поютъ въ гаремћ томъ отъ скуки, Ни благовоннаго не слышно тамъ куренья, — Вћдь ќимiамъ и пћсни — только дымъ и звуки, — Но молодость мою я жгу безъ сожалћнья Для васъ, о дћвушки, въ порывћ увлеченья!

Тамъ стражи черные дћвичье ваше ложе Не стерегугъ, снћдаемые подозрћньемъ;

Но я ревную васъ, и ревность эта строже:

Она въ душћ, и даже вћтра дуновенье Hе знаетъ тћхъ именъ, что я шепчу въ волненьи.

* ** Je ne dois plus la voir jamais!

Ужъ съ нею не увижусь больше я!..

Но мать ея я часто навћщаю;

Болтаю съ ней. Тамъ, гдћ любилъ — вздыхаю:

Отрада грустная, послћдняя моя.

Въ той комнатћ, что безъ нея скучаетъ, Я чувствую присутетвiе ея, — И бьется сердце бћдное мое:

Все, все ему о ней напоминаетъ.

Здћcь раньше я лишь на нее смотрћлъ, Теперь кругомъ свой грустный взоръ бросаю, — Съ тћхъ поръ, какъ этотъ домъ осиротћлъ, Сокровищъ сколько взоромъ я ласкаю:

Картины, книги, столикъ небольшой, И образокъ, висящiй у постели, — Вся комната полна дыханья той, Чей смћхъ и говоръ раньше здћсь звенћли!

Порой мнћ чудится: опять она со мной...

Сидимъ мы здћcь, полны отрады сладкой...

Такъ мать похожа на нее порой, Что долженъ слезы я стирать украдкой.

Вы скажете: что жъ, умерла она?

О, нћтъ! Въ тотъ день, какъ я скорбћлъ душою, Она была цвћтами убрана, Но гроба не видалъ я предъ собою.

СХОДСТВО Мой другъ, ты знать хотћла, почему я Тебя такъ нћжно, преданно люблю?

Вотъ почему, мой другъ, тебя люблю я:

Похожа ты на молодость мою.

Въ твой томный взоръ то скорбь, то упованье Роняютъ искру свћтлую свою, Въ твоей душћ всегда кипятъ мечтанья, — Похожа ты на молодость мою.

Твой тонкiй профиль — чудный ликъ камеи, Эллады лучъ кладетъ игру свою На эту грудь и косъ роскошныхъ змћи, — Похожа ты на молодость мою.

Любовью нћжной, преданной сгорая, Я каждый мигъ твержу тебћ: «люблю», Но ты идешь впередъ не внемля, не взирая, — Похожа ты на молодость мою.

СХОДСТВО Вы знать хотите, почему Вы всћхъ милће, всћхъ дороже И ближе сердцу моему? — На юность вы мою похожи.

У васъ надежда и печаль Сквозятъ въ глазахъ подъ поволокой, А грезы васъ уносятъ вдаль...

Вы сходны съ юностью далекой.

Вамъ, съ вашимъ мраморнымъ челомъ, Въ Элладћ надо бы родиться, Гдћ въ небћ темно-голубомъ Бћлћютъ мраморныя лица...

Хочу вамъ руку протянуть, — Хочу любить я васъ... И что же?!.

Вы дальше держите свой путь:

На юность вы мою похожи.

ЭТО БЫЛО ДАВНО Сонетъ Ты руку жала мнћ, болтали мы съ тобою, Всей юною душой волнуясь и любя...

Я и теперь все твой, я все люблю тебя, А ты — стремишься ль ты ко мнћ своей мечтою?

Увы! не помнимъ мы о легкомъ вћтеркћ, Который подарилъ насъ ласкою случайной;

Не помнимъ мы о блћдномъ, ласковомъ цвћткћ, Чьи лепестки мы обрываемъ съ думой тайной!

Я въ сердцћ сохранилъ мнћ милыя черты, Воспоминанья всћ въ душћ моей таятся, А ты — скажи: зачћмъ меня забыла ты?

О, Боже, вотъ судьба! Любить тебя, терзаться, И вдругъ утратить всћ о счаcтiи мечты, И больше никогда съ тобою не видаться!

* ** Съ подругой блћдною разлуки Остановить мы не могли:

Скрестивъ безжизненныя руки, Eе отсюда унесли.

Но мнћ и мертвая свиданье Улыбкой жуткою сулитъ, И тћнь ея меня томитъ Больнће, чћмъ воспоминанье.

Прощанье ль истомило насъ, Слова ль разлуки намъ постыли?..

О, отчего вы, люди, глазъ, Глазъ отчего ей не закрыли?

КТО СКАЖEТЪ Кто скажетъ: я забылъ весны очарованье?

Кто скажетъ: первую я позабылъ любовь?

Нћтъ, даже старики, чья охладћла кровь, Не скажутъ этого, увидћвъ дня сiянье.

Но развћ не всегда любимыя черты Мы видимъ предъ собой духовными очами?

И въ сердцћ у себя мы не хранимъ ли сами И первый поцћлуй, и первыя мечты?

Когда сiянiе багряного заката Угаснетъ, отгорћвъ, — изъ наступившей тьмы Проглянетъ звћздочка, которую когда-то Съ восторгомъ сладостнымъ привћтствовали мы.

И я, отъ суеты и шума утомленный, Оставшися одинъ, припоминаю вновь Съ волненьемъ радостнымъ и съ грустью умиленной Неумиравшую въ душћ моей любовь...

ЖEНЩИНЫ КОГДА БЪ Я БОГОМЪ БЫЛЪ Когда бъ я богомъ сталъ, земля Эдемомъ стала бъ, И изъ лучистыхъ глазъ, сiяя, какъ криcталъ, Лишь слезы счастiя бћжали бъ, чужды жалобъ, Когда-бъ я богомъ сталь.

Когда бъ я богомъ сталь, среди душистой рощи Корой бы нћжный плодъ, созрћвъ, не заросталъ, И самый трудъ бы сталъ веселымъ чувствомъ мощи, Когда бъ я богомъ сталъ.

Когда бъ я богомъ сталъ, вокругъ тебя играя, Всегда иныхъ небесъ лазурный сонъ виталъ, Но ты осталась бы все та жъ и въ высяхъ рая, Когда бъ я богомъ сталъ.

ВОТЪ ОНИ Я видћлъ ихъ, но мой печальный взоръ, Мой тихiй вздохъ — ихъ счастья не смутили.

И лишь въ душћ я прошепталъ укоръ:

Меня вы, значитъ, не любили?

Кругомъ цвћла душистая сирень, И облака среди лазури плыли...

— Забыли вы такой же вешнiй день?

Меня вы, значитъ, не любили?

Другой, склонясь, шепталъ ей о любви, Кругомъ цвћты благоуханье лили.

— Забыли вы моленiя мои?

Меня вы, значитъ, не любили?

И вдругъ, меня замћтивъ тамъ, въ тћни, Улыбкою меня вы подарили — Не для того ль, чтобы напомнить дни, Когда меня вы не любили?

ОДИНОКIЙ Счастье идетъ, незамћтное, Чуждою мiру тропой;

Имя для сердца заветное Кто огласитъ предъ толпой?

Радость и муки свиданiя, Звуки рћчей дорогихъ, Устъ незабвенныхъ лобзанiя, — Пћснью ли выразить ихъ?

Тайной для всћхъ сокровенною Счастье остаться должно;

Лирой владеть вдохновенною Въ мipћ тому лишь дано, Кто, не знававшiй участiя, Сердца усталаго гнетъ, — Жажду напрасную счастiя Въ звуки ея перельетъ.

Кто, упоенный отравою Лести коварной, въ борьбћ — Въ вћчной погонћ за славою Ищетъ забвенья себћ.

ВЕНЕРЫ Я посћтилъ прiютъ искусства — Роскошный Лувръ. Передо мной, Чаруя взоръ, лаская чувства, Сiяла гордой наготой Толпа Венеръ. Едва казался Дворецъ царей достойнымъ ихъ — И я красою любовался Ихъ формъ — холодныхъ и нагихъ.

Я уходилъ. Передо мною Печальный образъ нищеты Мелькнулъ съ тревожною мольбою, Но съ той же властью красоты.

Лохмотья жалкiя одежды.

Печать страданья на челћ.

И взоръ, молящiй безъ надежды О лучшей долћ на землћ;

Недавнихъ дней живыя муки, Блескъ потухающихъ очей, Иглой исколотыя руки — Вотъ что я видћлъ. Прочь скорей, Дитя несчастья и страданья.

Торгуй на улицахъ собой!

Мы прiютили изваянья, Но мы не тронемся мольбой.

Для красоты не жаль намъ траты, Но воть суровый нашъ отвћтъ:

Для женщинъ мраморныхъ палаты, А для живыхъ — прiюта нћтъ!

РАЗНЫЯ СТИХОТВОРEНIЯ СИЛЕНЪ Пьетъ Силенъ за кубкомъ кубокъ Славя Вакха торжество.

Нимфы вьются вкругъ него Стаей легкою голубокъ.

Тяготћющiй къ землћ, Онъ нуждается въ опорћ;

Но съ безумiемъ во взоре, Гордо сидя на ослћ, Потћшается хвастливо Надъ собравшейся толпой.

И къ нему нетерпћливо Bcћ пристали: пћсню пой.

Дћти съ криками повисли, Уцћпились за него...

«Я спою;

но для того, Чтобъ зерно высокой мысли Вдохновеньемъ расцвћло, — Розы пышными цвћтами Съ виноградными листами Увћнчайте мнћ чело».

Дћти кинулись въ долину, Не оставили — цвћтка!

И, вскарабкавшись на спину, Увћнчали старика.

Пой же! — «Прежде пусть Аглая И Неэра — красота, Поцћлуемъ вдохновляя, Разомкнутъ мои уста».

И прелестныя созданья, Словно пчелъ ревнивый рой, Всћ спћшатъ наперебой Подарить ему лобзанье.

Начинай же! — «Радъ бы я, Но оселъ мой скачетъ шибко».

И обманщика съ улыбкой Въ тень вћтвей ведутъ друзья.

Выражая нетерпћнье, Всћ столпились вкругъ него.

Ждутъ. И что жъ? Не звуки пћнья, Изъ раскрытыхъ устъ его Льется громкое храпћнье...

УТЕСЪ Разъ двое взошли на утесъ вћковой И очи закрыли, и слушали море.

— Ко мнћ звуки рая несутся волной!

— Я слышу стонъ ада, въ немъ вћчное горе!

И оба очнулись. Предъ ними шумћлъ Сћдой океанъ, и волна говорила, Но каждому разную песню онъ пћлъ, — Ту пћсню, что жизнь имъ въ сердцахъ ихъ сложила.

СКАЛЫ Волнами грозными омыты, Подъ ропотъ бурь, во мглћ тумана, Земли надежная охрана, Стоятъ суровые граниты.

И ропщутъ скалы, гнћва полны:

«Проходятъ дни, проходятъ годы, И здћсь — добыча непогоды — Мы грудью сдерживаемъ волны.

«Мы, въ нашей мощи вћковћчной, Осуждены на разрушенье, Спасая ихъ отъ истребленья, Чья жизнь жалка и скоротечна.

«Но дрогнутъ смертные въ испугћ:

Вћдь море, рано или поздно, Въ своемъ порывћ, смоетъ грозно И нашъ гранить и ихъ лачуги!» ВСКАЧЬ Мчись, мой конь, вздымая искры огненнымъ дождемъ!

По горамъ и по долинамъ вихремъ промелькнемъ.

Пусть далеко раздается стукъ твоихъ копытъ, И его собою звонко эхо повторитъ.

Намъ навстрћчу свищетъ вћтеръ и журчатъ струи.

Ты окрасилъ алой пћной удила свои, Но впередъ летишь ты смћло черезъ лћсъ и долъ, Какъ въ своемъ полетћ быстромъ царственный орелъ.

Такъ степей необозримыхъ вольные сыны Мчатся бћшено въ набћги, удалью полны;

И впередъ стремится каждый, мужествомъ объятъ, Для себя не признавая никакихъ преградъ.

Уноси меня въ пространство! Жажду грудью всей Я упиться на свободћ воздухомъ полей, И съ какой бы ты ни мчался страшной быстротой, Я тебя опережаю пылкою мечтой.

Ураганомъ, конь мой вћрный, бурею лети, Сокрушая всћ преграды на своемъ пути!

Улетимъ туда, гдћ слышенъ крикъ орлиныхъ стай, Въ неизведанную область, въ незнакомый край!

БЫЛОE Порою въ тишинћ я говорю былому:

«Напомни мнћ опять о милой старинћ».

П тутъ оно, стряхнувъ дремотную истому, Приподнимается и въ очи смотритъ мнћ.

Потомъ, облекшися въ весеннiе уборы, Оно ведетъ меня въ волшебные края, Гдћ чаровало все и радовало взоры, Гдћ прежде я любилъ, и былъ счастливћй я.

Имъ зажжены огни, горћвшiе когда-то, И чаши розами украшены богато;

Но, пристально вглядясь въ спокойный ликъ его, Я убћждаюся, что пламя прежней страсти Не воскреситъ его и не имћетъ власти Надъ тћмъ, что навсегда останется мертво.

ТЋНИ Остановлюсь — лежитъ. Иду — и тћнь идетъ, Такъ странно двигаясь, такъ мягко выступая.

Глухая, сдушаетъ;

глядитъ она, слћпая;

Поднимешь голову, а тћнь уже ползетъ.

Но самъ я тоже тћнь. Я — облака на небћ, Тревожный силуэтъ. Скользитъ по формамъ взоръ, И умъ мой ничего не создалъ до сихъ поръ;

Иду, куда влечетъ меня всевластный жребiй.

Я тћнь отъ ангела, который самъ едва Одинъ изъ отблесковъ послћднихъ божества.

Богъ повторенъ во мнћ, какъ въ деревћ кумира.

А можетъ быть, теперь, среди иного мipa, Къ жерлу небытiя дальнћйшая ступень, Отъ этой тћни тћнь живетъ, бросая тћнь...

ПОЭМЫ БОРЬБА Когда жъ, поэть, мечтатель неразумный, Простишься ты съ мечтой о братствћ и любви?

Вступая въ бой ожесточенно шумный, Смешайся же съ толпой благоразумной И въ трудный часъ на помощь не зови.

Вcћ — за себя, въ житейскомъ бурномъ морћ.

До гибнущихъ пловцовъ нћтъ дћла никому.

Сочувствiя ты не увидишь въ горћ;

Все человћчество подобно жалкой сворћ, Кто побћдитъ, двойная честь тому!

Но не кляни людское безучастье:

Земля скупа и непосиленъ трудъ.

На свћтћ общее — одна мечта о cчастьћ;

Всћмъ тяжело лишь личное несчастье;

Рви — иль тебя на части разорвутъ...

Но ты, вдали отъ говора и гама Всћхъ этихъ продавцовъ, спћшащихъ на базаръ, Священствуешь среди пустого храма, И всћмъ чужда тобой пережитая драма, Не нуженъ имъ души священный жаръ.

Опомнись, другъ! Съ другими торгашами Дћли ихъ барыши, обманывай, кричи, Хозяйничай въ опустошенномъ храмћ, И, насмћясь надъ прежними богами, И честь и стыдъ ногами растопчи.

Но если жизнь не стоитъ тћхъ усилiй, — Отдайся бурному теченiю, поэтъ.

Укрась чело свое вћнкомъ изъ розъ и лилiй, И волны, изъ страны обмана и насилiй, Умчатъ тебя туда, гдћ Богъ и смерть и свћтъ!

СEБЯ СЧИТАЮ Я ПОЭТОМЪ Себя считаю я поэтомъ по призванью.

Кто знаетъ, не ошибся ль я?

Я вћрю въ истину;

къ добру и состраданью Душа отзывчива моя.

Но, можетъ быть, я тайной не владћю Одушевлять и волновать сердца, И въ форму воплотить великую идею Не въ силахъ до конца.

И все жъ, когда скульпторъ, трудясь надъ изваяньемъ И тяжестью задачи побћжденъ, Не властенъ справиться съ капризнымъ очертаньемъ, — Ужели оттого онъ меньше вдохновленъ?

Кто пережилъ со мной мечты мои и слезы?

Всћ люди чувствуютъ равно, Но въ образы облечь затћйливыя грезы Не всякому дано.

Порой для думъ своихъ ищу я тщетно слова, Порывъ могучъ, но нћтъ могучихъ силъ.

Подъ тканью рубища простого Свои дары, увы, я схоронилъ.

Металломъ дорогимъ владћю я въ избыткћ, Который мoгъ бы дать на славу мнћ права;

Но золото мое еще покуда въ слиткћ, И долженъ я въ чеканъ отдать его сперва.

Достичь безcмертiя! Не потонуть въ пучинћ, Гдћ гибнетъ множество невћдомыхъ именъ, Жить въ памяти людей отнынћ До отдаленнћйшихъ временъ!

Въ дни юности мечталъ и грезилъ я объ этомъ;

И если самъ я не рожденъ пћвцомъ, Я первый преклонюсь предъ истиннымъ поэтомъ, Моихъ поэмъ невћдомымъ творцомъ!

изъ книги LES E‘PREUVES (Испытнiя) (1866 г.) КЪ ЧИТАТEЛЮ Я по пути срывалъ цвћты то тамъ, то тутъ, Куда меня бросалъ мой прихотливый рокъ:

Я ихъ связалъ теперь въ причудливый вћнокъ, Быть можетъ, такъ они сочуветвiе найдутъ.

Въ немъ розы свћжiя и плачутъ, и цвћтутъ, И незабудокъ взоръ таинственъ и глубокъ, И лилiй водяныхъ мечтательный цвћтокъ...

Всю жизнь мою въ цвћтахъ читатели прочтутъ.

А также — и свою! Всћ люди межъ собой Въ одномъ лишь сходятся различною судьбой:

Что въ скорби и любви, того не замћчая, Утратили весну, безплодно промечтавъ.

И, наконецъ, спћшатъ, отъ сна души возставъ, Посћять что-нибудь, изъ жизни исчезая.

ЛЮБОВЬ ДАНАИДЫ Не вћдая покоя, ежечасно Онћ бегутъ съ кувшинами толпой То къ бочке, то къ колодцу, но напрасно — Имъ не наполнятъ бочки роковой.

Увы! Дрожатъ слабћющiя руки, И, онћмћвъ, не движется плечо...

Пучина страшная! Конецъ ли нашей мукћ?

Неумолимая, чего тебћ еще?

И падаютъ онћ, итти уже не въ силахъ.

Но младшая изъ нихъ въ сестеръ своихъ унылыхъ Умћетъ песнею увћренность вдохнуть.

Такъ грезы и мечты блћднћютъ, разлетаясь, А юная надежда, улыбаясь, «О, сестры, говоритъ, пойдемте снова въ путь».

РАНЫ Со стономъ падаетъ въ сраженiи солдатъ.

Eго возьмутъ, обрызганнаго кровью, Въ больницу отвезутъ и рану заживятъ.

И въ ясный день поддћльному здоровью Онъ веритъ, какъ дитя... Но съ запада сырой Подуетъ вћтеръ вдругъ, и въ oблакахъ тумана Потонетъ солнца блескъ, и вновь заныла рана!

И вћры нћть въ душћ его больной!

Такъ прихоть времени всесильна;

такъ порою, На мћстћ, гдћ душа поражена судьбою, Я плачу, воскресивъ забытую печаль.

Слеза, печальный звукъ, одно пустое слово, Иль тучка въ небесахъ, — какъ лучъ, освћтятъ снова Погибшихъ лћтъ затерянную даль.

СПАСЕНIЕ ВЪ ИСКУССТВЋ Когда бъ лишь небеса да море голубћли, Желтћла бъ только рожь, и только купы розъ Бездушной красотой нашъ взоръ ласкать умћли, Я знаю, нашъ восторгъ не зналъ бы горькихъ cлезъ.

Но есть иная жизнь, есть красота иная:

Улыбка горькая, въ слезахъ поникшiй взоръ.

Милћй, чћмъ синева морей, небесъ просторъ, Намъ образъ женщины. Любя и обожая, Мы обрекаемъ духъ на вћчныя страданья.

— Но между пћснями, подъ говоръ струнъ живой, Любви отвергнутой плћняютъ насъ рыданья!

Спаси жъ, искусство, насъ, какъ панцырь боевой, Чтобъ милый образъ мы любили безъ страданья, Какъ синеву небесъ, цвћтовъ благоуханье!

СОМНЋНIЕ МОЛИТВА Молиться жажду я. Грудь рвется отъ рыданья.

Суровый разумъ мой ихъ сдерживать велитъ.

Ни матери мольбы и полный скорби видъ, Ни подвиги святыхъ, ни повћсть ихъ страданья, Ни жажда счастiя, ни слезы покаянья — Погибшей вћры мнћ ничто не возвратитъ.

Грћховнымъ и святымъ сомнћньемъ духъ горитъ, И богъ страстей во мнћ нашелъ судъ отрицанья.

Молиться я хочу! Я слишкомъ одинокъ!

Колћна преклонивъ, смиренiемъ глубокъ, Зову Тебя, Господь! — Господь, гдћ, Ты? Приди!

Но тщетно я зову, склоняясь у креста, Я ужасъ пустоты лишь чувствую въ груди, И «Вћрую» твердятъ, — увы! одни уста.

ЗАТЕРЯВШIЙСЯ КРИКЪ Игрой мечты ушелъ я въ глубь вћковъ — И вижу юношу: болћзненный, печальный, Возводитъ онъ съ толпой другихъ рабовъ Хеопсу мавзолей пирамидальный.

Вотъ онъ несетъ на согнутой спинћ Чудовищный гранитъ. Дрожащая походка...

Глаза глядятъ страдальчески и кротко...

И страшный крикъ раздался въ тишинћ!

Тотъ крикъ потрясъ весь воздухъ, строй эќира, Дошелъ до звћздъ — и тамъ, за гранью мipa, Все вверхъ идетъ въ пространствћ вћковомъ.

Онъ ищетъ Божества и правды безконечной...

И цћлые вћка гигантъ остроконечный Надъ деспотомъ стоитъ, въ величiи нћмомъ!

БОРЬБА Лишь ночь — и новое томитъ меня сомнћнье;

Со сфинксомъ говорю и cпорю я съ тоской.

Въ часы безсонницы ужаснће видћнья — Неведомый гигантъ мой мозгъ тћснитъ собой.

Въ безмолвiи глядитъ громадными очами И въ безконечныя объятiя беретъ.

На скорбномъ ложћ такъ я целыми ночами.

Какъ въ гробћ недвижимъ, борюся напролетъ.

Порою мать моя придетъ ко мнћ съ лампадой.

И, весь въ поту, услышу я съ отрадой:

«Страдаешь ты, дитя? cонъ убћгаетъ прочь?» Кладу на лобъ одну, на грудь другую руку И говорю, прочтя ея живую муку:

«Я съ Богомъ, мать моя, боролся въ эту ночь».

СОМНЋНIE Бћлћетъ Истина на черномъ днћ провала.

Зажмурьтесь, робкiе, а вы, слћпые, прочь!

Меня безумная любовь околдовала:

Я къ ней хочу, туда, туда, въ нћмую ночь.

Какъ долго эту цћпь разматывать паденьемъ...

Вся, наконецъ, и цћпь... И ничего... круги...

Я руки вытянулъ... Напрасно... Напряженьемъ Кружимъ мучительно... Ни точки и ни зги...

А Истины межъ тћмъ я чувствую дыханье:

Вотъ мћрнымъ сдћлалось и цћпи колыханье, Но только пустоту пронзаетъ мой размахъ...

И цћпи, знаю я, на пядь не удлиниться, — Сiянье гдћ-то тамъ, а здћсь, вокругъ темница, Я — только маятникъ, и въ сердцћ — только страхъ.

ГРEЗА HORA PRIMA Привћтствовалъ я день еще до пробужденья;

Своимъ лучомъ ужъ вћкъ моихъ коснулся онъ, Но я не сознавалъ его прикосновенья, Когда онъ заглянулъ мнћ въ душу, сквозь мой сонъ.

Лежалъ недвижно я, какъ мертвый, на постели, Какъ изваянiя на мраморахъ могилъ, Но мысли свћтлыя въ мозгу моемъ блeстћли, Не открывая глазъ, я полонъ солнца былъ.

Я смутно чувствовалъ, какъ при лучахъ Авроры Eй пћлъ хвалебный гимнъ крылатый рой пћвцовъ, И въ сердцћ у меня звучали птичекъ хоры, Въ немъ вћялъ ароматъ невидимыхъ цвћтовъ.

И, внћ небытiя и вмћстћ внћ волненья Житейской суеты, я ощутилъ вполнћ Всю нћгу сладкую, всю прелесть наслажденья:

Не бодрствуя, не спать, и жить какъ бы во снћ.

КРЫЛЬЯ Великiй Богь! Во дни видћнiй нћжныхъ, Eще дитя — о крыльяхъ я мечталъ, Твоихъ высотъ лазурныхъ и безбрежныхъ Я тћмъ не оскорблялъ.

Я позже умиралъ;

мнћ душно было въ мipћ, Живой струи пытался я вдохнуть Отъ высшихъ сферъ: не птицы ли въ эќирћ Мнћ къ нимъ показывали путь?

Теперь я изнемогъ;

очей на нeбо жадныхъ Не смћю устремлять съ отважностью орла, Но кто же за плечьми взрастилъ мнћ два громадныхъ, Два вћчно трепетныхъ крыла?..

ДЋЙСТВIE СВИДАHIE На башнћ въ позднiй часъ ученый наблюдалъ, Какъ звћздный хоръ торжественно и смћло Свой вћчный путь въ пространство направлялъ.

А утро въ безконечности бћлћло.

Онъ вычислялъ... Средь золотыхъ мiровъ Комета встретилась внимательному взору, И грозному онъ молвилъ метеору:

«Ты вновь придешь чрезъ столько-то вћковъ».

Звћзда придетъ, велћнье исполняя, И обмануть не сможетъ никогда Науки вћчной, въ вћчности блуждая.

Пусть человечество исчезнетъ безъ слћда:

На башнћ бодрствовать упорно и тогда Ты будешь, Истина святая!

изъ книги LES SOLITUDES (Уединенiя) (1869 г.) СТАЛАКТИТЫ Люблю я глубокiе, темные гроты, Кровавый блескъ факела ночью глухой, И звонкое эхо средь чуткой дремоты, Гдћ въ вопль разрастается шорохъ пустой.

Съ угрюмаго свода вокругъ нависаютъ Къ землћ сталактиты холодные тамъ, И, капля за каплей, съ нихъ слезы стекаютъ, И падаютъ медленно, гулко, къ ногамъ.

Какъ будто въ потемкахъ печально суровыхъ Царитъ затаенный и грустный покой.

Отъ слезъ этихъ звучныхъ, все новыхъ и новыхъ, Мнћ вћетъ знакомой и внятной тоской, И такъ вспоминается сердце всегда мнћ, Гдћ вћчно таится былая любовь, Гдћ слезы остыли, сгустились какъ камни, И кто-то все плачетъ, роняя ихъ вновь...

РАДОСТИ БЕЗЪ ПРИЧИНЪ Причина горестей для насъ не сокровенна, Причина радостей намъ часто неясна.

Есть дни, когда душа безъ повода блаженна, И тайной прелести вселенная полна.

Все сердце радуетъ, на вcемъ печать привћта, Въ жилищћ, какъ въ душћ, отрадно и светло...

Но вдругъ спадаетъ щитъ волшебнаго запрета, Къ намъ снова крадутся сомнћнie и зло.

Откуда жъ тћ лучи мгновенiй беззаботныхъ, Полураскрытые эдема тайники, Tћ проблески свћтилъ, какъ счастье мимолетныхъ, Насъ вновь кидающихъ въ объятiя тоски?

То прежняя ль весна на сердцћ утомленномъ Готовится зардћть подъ вћяньемъ страстей, Какъ искра поздняя въ кострћ испепеленомъ?

Иль то предчувствiе и жажда лучшихъ дней?

О нћтъ, зачћмъ искать въ томъ лаcковомъ зефирћ Предвћянья надеждъ, спасенья отъ веригъ?

Тo счастье чуждое, блуждая въ этомъ мipћ, Oшибкой входитъ къ намъ и свћтитъ намъ на мигъ.

ВАЛЬСЪ Въ дымкћ тюля и въ морћ цвћтовъ Эти блћдныя пары несутся И въ минутномъ объятьи безъ слoвъ, Какъ во власти крылатыхъ духовъ, Отъ забвенья не могутъ очнуться.

Въ звукахъ вальса — волшебная сћть, Въ ихъ угарћ влюбленные таютъ, И кружатся — завидно глядћть:

Будто вћчно хотятъ улететь, Будто вћчно вернуться желаютъ.

Онъ мечтаетъ: «поймаю ли взглядъ?» А она: «не его-ль полюблю я?» И уста ихъ другъ другу сулятъ Поцћлуя плћнительный ядъ, Не давая при всћхъ поцћлуя.

Но стихаетъ вокругъ суета И смычковъ замираютъ удары, Плачетъ зеркало... Зала пуста, Остается одна темнота, Исчезаютъ воздушныя пары.

РОБОСТЬ Сказалъ бы ей... но поневолћ Мнћ рћчь страшна.

Боюсь, что слово скажетъ болћ, Чћмъ шопотъ сна.

Откуда робость? Почему бы Не быть храбрћй?

И почему коснћютъ губы, Когда я съ ней?

Признанья въ вћтреные годы Я дћлалъ въ мигъ;

Отъ той уверенной свободы Отсталъ языкъ.

Боюсь, что понялъ я неверно Порывъ любить, Боюсь слезою лицемћрной Глаза смочить.

Она хоть искренно польется, Но, можетъ, въ ней Лишь съ грустью чувство отзовется Минувшихъ дней...

МОРE Когда съ мольбой и стономъ злобы Взбиваетъ море пћну водъ, Оно какъ будто устаетъ Изъ нћдръ беременной утробы Рожать давно носимый плодъ.

Вспухаетъ тяжкая пучина — И опускается безъ силъ...

Но вдругъ сменяется картина:

Недвижно море, какъ равнина, И блещетъ искрами свћтилъ.

Тогда, стихая на постели, Оно улыбки шлетъ вћтрамъ, Снастямъ — играетъ на свирћли, И шлюпки, словно колыбели, Скользятъ безвредно по волнамъ.

И шепчетъ путнику громада:

«Прости, что гибель я даю!

Сама терзаться я не рада, Чужда мнћ отдыха отрада — Я горе вечное таю».

И снова вздувшись и страдая, Клокочетъ море въ глубинћ:

Такъ на землћ, душа иная, Въ порывахъ бурь изнемогая, Хоронитъ скорбь наединћ.

ВПEЧАТЛЋHIE НОЧИ Ужъ поздно... Вотъ слуга, дымя свћчей своею, Ведетъ меня въ прiютъ, избранный мной.

Я прохожу за нимъ неспћшною стопой За галлереей галлерею.

Ложуся на кровать, и вдругъ со всћхъ сторонъ Рћзные львы въ меня вперили взоры, И тћни пестрыя ложатся вкругъ на шторы Готическихъ оконъ.

Въ дремотномъ забытьи, исполненъ суевћрья, Я жадно пью волшебный даръ луны...

Вдругъ шорохъ... Такъ порой орелъ средь тишины Теребитъ крћпкимъ клювомъ перья.

Чу, отдаленный гулъ... Я словно различаю Удары дружные молотящихъ цћповъ, Деревьевъ трескъ и звонъ тяжелыхъ топоровъ...

Забывъ отрадный сонъ, я ухо напрягаю, — Гулъ ширится, растетъ;

вотъ съ грохотомъ катится, Запряжена дракономъ огневымъ, Передъ окномъ моимъ громада-колесница, И, тяжело дыша, змћй изрыгаетъ дымъ.

Промчалась... вотъ скользнулъ пронзительный свистокъ, Какъ вопль отчаянья средь тишины могильной.

То — поћздъ пролетћлъ... и легкiй вћтерокъ Развћялъ по лугамъ и стукъ и дымъ обильный.

Въ отвћтъ на гулъ ночной чуть дребезжитъ окно, Подъ крышкой пыльною запћли клавесины, Въ портретахъ дрогнуло чуть видно полотно, И покачнулися картины.

Дрожитъ безтрепетный охотникъ Актеонъ, Дiана губки поджимаетъ, Известка сыплется съ карниза и оконъ И чуть часовъ не разбиваетъ...

И снова тишина... на потолкћ молчанье Сложило медленно два трепетныхъ крыла, И ночь, пославъ отвћтъ на горькое рыданье, Закуталась и спитъ, спокойна и свћтла...

Но сердце бћдное не можетъ спать, тоскуя, Ему мерещится и свистъ и шумный бћгъ, Какъ будто передъ нимъ, рыдая и бунтуя, Проносится еще — безумный вћкъ.

ПОСЛЋДНЕE ПРОСТИ Когда нашъ братъ иль лучшiй другъ Въ объятьяхъ смерти замолкаетъ, Никто надъ нимъ не зарыдаетъ, Но грудь оледенитъ испугъ.

Ничто въ насъ жалобъ не пробудитъ:

Ни черный крепъ, ни «Страшный судъ», Потоки слезъ не побћгутъ, И каждый стоны позабудетъ.

Презрћвъ печаль, столпимся мы И бросимъ взоръ во мракъ могилы, Внемля, какъ въ гробъ ударитъ милый Комокъ сырой земли средь тьмы.

Когда жъ потомъ окинетъ взоръ Вокругъ стола семью родную, — Проснется все, что до сихъ поръ Въ одну сливалось скорбь нћмую.

АГОНIЯ Надъ гаснущимъ въ томительномъ бреду Не надо словъ, — ихъ гулъ нестроенъ;

Немного музыки — и тихо я уйду Туда, гдћ человћкъ спокоенъ.

Всћ чары музыки, вся нћга оттого, Что цћпи — для нея лишь нити;

Баюкайте печаль, но ничего Печали вы не говорите.

Довольно словъ, я имъ усталъ внимать, Распытывать, ихъ чисты ль цћли:

Я не хочу того, что надо понимать, Мнћ надо, чтобы звуки пћли...

Мелодiи, чтобъ изъ одной волны Лились и пћнились другiя...

Чтобъ въ агонiю убћгали сны, Несла въ могилу агонiя.

Надъ гаснущимъ въ томительномъ плћну Не надо словъ, ихъ гулъ нестроенъ.

Но если я подъ музыку усну, Я знаю: будетъ сонъ спокоенъ!

Найдите няню старую мою:

У ней пасти стада еще есть силы;

Вы передайте ей капризъ мой на краю Моей зiяющей могилы.

Пускай она меня потћшитъ, спћвъ Ту пћсню, что давно пћвала, Мнћ сердце трогаетъ простой ея напћвъ, Хоть тамъ и пћнья мало.

О, вы ее отыщете, — живучъ Тотъ родъ людей, что жнетъ и сћетъ;

А я изъ тћхъ, кого и солнца лучъ Ужъ къ сорока годамъ не грћетъ.

Вы насъ оставите. Былое оживетъ, Презрћвъ туманную разлуку;

Дрожащимъ голосомъ она мнћ запоетъ, На влажный лобъ положитъ тихо руку...

Вћдь, можетъ быть, изъ вcћхъ она одна Меня действительно любила.

И будетъ вновь душа унесена Къ брегамъ, что утро золотило.

Чтобъ, какъ лампадћ сердцу догорћть, Иль какъ часамъ остановиться.

Чтобы я могъ такъ просто умереть, Какъ человћкъ на свћтъ родится!

Надъ гаснущимъ въ томительномъ бреду Не надо словъ, ихъ гулъ нестроенъ.

Немного музыки — и я уйду Туда, гдћ человћкъ спокоенъ.

ИЗДАЛЕКА Едва усльшаны горячiя желанья, Одинъ блаженный мигъ — замћна долгихъ грезъ.

Не знаетъ поцелуй улыбокъ прежнихъ, слезъ, И сталъ могилою прiютъ очарованья...

Обманъ, пустой обманъ — немолчныя признанья.

Что красота очамъ пресыщеннымъ? Хаосъ!

И за весной любви опять сћдой морозъ Всћ лепестки лилей сорвестъ безъ состраданья.

Нћтъ, легче, разлучась съ тобой навћкъ, сносить И одиночества и гордости страданье, И, сохранивъ въ душћ нћмое обожанье, Навћкъ въ душћ огонь желанiй погасить, Чтобъ, на красы свои набросивъ покрывало, Ты вћчною звћздой мнћ въ небесахъ сiяла.

БЋДНЫЯ ДУШИ Счастливыя, алыя губы! Какъ сладко Ихъ слить въ поцћлућ живомъ!

Прижаться кь груди дорогой — и украдкой Смешать два дыханья въ одномъ!

Счастливое сердце, съ горячею кровью!

Какъ внятенъ твой радостный стукъ!

Какой ненасытною, страстной любовью Дарятъ насъ объятiя рукъ!

У глазъ есть улыбки, у пальцевъ пожатья, Все тћлу для счастья дано!

Уснетъ — и покой его приметъ въ объятья, Умретъ — и исчезнетъ оно.

Но бћдныя, бћдныя души людскiя:

Ничто не сольетъ ихъ вдвоемъ.

Онћ — точно въ люстрахъ огни золотые Подъ тонкимъ, но твердымъ стекломъ.

Тюрьма ихъ прозрачна, имъ видно другъ друга, Такъ нћженъ взаимный призывъ...

Но радость предчувствiя, трепетъ испуга, Все — ложный, напрасный порывъ!

«Дано имъ безсмертье»... Ахъ! Все ихъ желанье — Хоть день одинъ жить на землћ, Но слиться въ безумный восторгъ обладанья, Взять все — и погаснуть во мглћ!

ПОСЛЋДНЕЕ ОДИНОЧЕСТВО Среди живыхъ людей, гдћ вћчный маскарадъ, Нћтъ проявленья чувствъ открытаго, прямого;

Не выразить, а скрыть ихъ помогаетъ слово, И маской служитъ все: походка, голосъ, взглядъ.

Но наступаетъ часъ, когда нежданно тћло, Отпрянувъ отъ души, летящей въ мiръ иной, Находитъ вдругъ покой, не служитъ ей всецћло.

И нћтъ сообщника: свидетель есть нћмой!

Тогда весь темный рой желанiй затаенныхъ, Что силой воли былъ подавленъ, оттћсненъ, Встаетъ, — и на челћ внезапно проясненъ Источникъ тайный, смыслъ всћхъ дћлъ недовершенныхъ.

Что было на сердцћ, сквозитъ въ чертахъ лица.

Теперь движеньемъ губъ не скрыть морщинъ печали!

Не лжетъ и взглядъ очей закрытыхъ мертвеца, И видно на устахъ, о чемъ они молчали.

Признанiй часъ насталъ: ихъ слћдъ неизгладимъ На трупћ стынущемъ, оставленномъ душою.

Невольно ставъ теперь, въ гробу, самимъ собою, Для близкихъ человћкъ становится чужимъ:

Въ чертахъ весельчаковъ проступитъ грусть Улыбка свћтится на мнимыхъ гордецахъ...

Внезапно искренни всћ люди, умирая, И эта искренность ужасна въ мертвецахъ!

изъ книги LES VAINES TENDRESSES (Тщетная нћжность) (1875 г.) МОЛЬБА О, если бъ вамъ была знакома Боль одиночества, тћснящая мнћ грудь, Вы, можетъ быть, прошли бы мимо дома, Гдћ я живу, когда-нибудь.

И если бъ знали вы, какое утћшенье Вашъ ясный взоръ приноситъ мнћ давно, Вы, можетъ быть, взглянули бъ на мгновенье Ко мнћ въ окно.

Когда бы знали вы, что горе и тревога При видћ васъ въ душћ стихаютъ вдругъ, Вы сћли бы у моего порога, Какъ вћрный другъ.

О томъ, что я люблю, о томъ, какой любовью Люблю я васъ, когда бъ вы знать могли, Вы, можетъ быть, наперекоръ злословью, Ко мнћ бъ вошли.

РЕБЯЧЕСТВО Вы маленькою дћвочкою были, Мнћ жъ минуло двенадцать Я былъ влюбленъ, но вы — сомнћнья нћтъ — Забыли.

Я въ дћтскихъ играхъ видћлъ только васъ, Вы всћхъ прекрасней мнћ казались, Какъ часто руки невзначай встрћчались У насъ!

Какъ мотылекъ не сразу припадаетъ Къ цвћточной чашечкћ крыломъ, Не смћя сћсть, надъ розовымъ кустомъ Порхаетъ, На лепестокъ садится съ лепестка, Все ближе къ чашечкћ подходитъ И только въ ней душистый медъ находитъ Цвћтка, Такъ пить не смћлъ любви я сладкiй кубокъ, Тихонько руки ваши жалъ, Но поцћлуй у васъ сорвать желалъ Я съ губокъ.

То я грустилъ, то радовался вновь, Порой искалъ уединенья, Испытывалъ довольство и томленье:

Любовь.

Въ двћнадцать лћтъ любовь! И вы, быть можетъ, Не испытали ль той порой Чего-нибудь, что дћвушки покой Тревожитъ?

Наряды васъ собой влекли одни, — Вы куклой пышной одћвались И съ куклой восковой не разставались Въ тћ дни.

Пусть слишкомъ рано я увлекся вами, — Вы рано расцвћли красой И увлеченья моего виной Вы сами.

Болтали разъ вы вечеромъ со мной, Мы въ свадьбу поиграть рћшили:

Я мужемъ былъ, а вы на свадьбћ были Женой.

Вы рћчь вели мнћ о кольћ алмазномъ, А я о клятвахъ говорилъ, — Свћтъ въ направленьи, видно, просвћтилъ Насъ разномъ.

Былъ пиръ у насъ, я съ вами тавцовалъ;

Вы утверждали: всякiй знаетъ, Гдћ свадьба настоящая бываетъ, Тамъ — балъ.

Я прочиталъ въ тотъ вечеръ между строчекъ, Что быть могу я посмћлћй, И громко звать васъ сталъ среди гостей:

Дружочекъ.

Меня увлекъ семейный разговоръ, Коснулся щечки я губами...

Я не шучу подобными вещами Съ тћхъ поръ.

ЧАША Въ сосудахъ грубаго и крћпкаго закала Обильно пћнится дешевое вино, Но для изящнаго, граненаго бокала И грубымъ, и простымъ казалось бы оно.

И чаша съ высоты родного пьедестала Напитка чистаго напрасно ждетъ давно.

Достойнаго красы и цћнности металла, — Ей одиночество судьбою суждено.

Напитокъ для него найдется тћмъ скорће, Чћмъ формою сосудъ и проще, и грубће, — И тщетно ждетъ его лишь кубокъ золотой.

Такъ въ жизни: тћ сердца бываютъ одиноки, Чьи помыслы чисты, стремленiя высоки, — Они пренебрегли любовiю земной.

ИСКУССТВО и ЛЮБОВЬ Буйный вћтеръ степей, къ дальней цћли стремясь, Буйный вћтеръ, могучiй и cмћлый, Встрћтивъ пышный цвћтокъ, затоскуетъ, кружась Надъ высокою лилiей бћлой.

— О, останься со мной! — тихо шепчетъ она:

Отдохни отъ скитанiй со мною.

Я тоскою любви и желанья полна Подъ холодной моей бћлизною.

«Я блуждать осужденъ, я мечтою гонимъ, Видишь тучу вдали грозовую?

Подожди же, пока дуновеньемъ своимъ Жизнь и свћтъ въ эту массу вдохну я».

— Возвращайся ко мнћ, будемъ вћрить и ждать, Ты — въ пространствћ небесномъ витая, Я — прикована здћсь;

мы сойдемся опять, Лишь затихнетъ гроза, отлетая.

«Я вернусь», шепчетъ онъ, исчезая во мглћ, Ароматомъ любви напоенный.

А она, колыхаясь на тонкомъ стеблћ, Головой поникаетъ склоненной.

Свћтлой rpeзћ своей вся она отдалась, Онъ — борьбы увлеченью на волћ.

Но когда, затихая, гроза пронеслась И насталь заповедный свиданiя часъ, Ихъ обоихъ ужъ не было болћ.

БУДУЩИМЪ ПОЭТАМЪ Поэты мощные грядущихъ поколћнiй.

Вамъ пћсни лучшiя назначены судьбой, И яркимъ пламенемъ великихъ вдохновенiй Разсћете вы мракъ надъ мiромъ вћковой.

Тогда уже давно холодною могилой Мы будемъ взяты вcћ, и пћсенъ нашихъ звукъ Замретъ предъ пћснею, исполненною силой, — Предъ пћснею, гдћ нћтъ страданiя и мукъ.

Но вспомните тогда, что гимны мы слагали И пћли о любви, и пћли о цвћтахъ Подъ стукъ оружiя, подъ тяжкiй стонъ печали, Чтобъ пробудить любовь въ озлобленныхъ сердцахъ.

И вспомните тогда вы нашихъ пћснопћнiй Тоской подсказанный, рыданiй полный звукъ, — Поэты мощные грядущихъ поколћнiй И пћсенъ, сложенныхъ безъ горя и безъ мукъ.

изъ книги LE PRISME (Призма) (1886 г.) * ** Какъ солнца лучъ, весь бћлый и прямой.

Дробясь внезапно въ хрусталћ граненомъ, За нимъ играетъ радугой цвћтной И тћшитъ взоръ сiяньемъ преломленнымъ, Такъ, встрћтясь съ жизнью, юная душа Всю бћлизну теряетъ и дробится, — Но узнаетъ, страданiемъ дыша, Какъ много въ ней чудесныхъ силъ таится!

И въ этой книгћ: яркой полосой, Какъ на экранћ вспыхнувшiя краски, Все — переливы, жалобы и ласки Моей души, надломленной судьбой!




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.