WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Василий Субботин СЛЕД СТРЕЛЫ ЭДУАРДА БАБАЕВА Я приехал в Переделкино, в дом Литфонда, и работа, как всегда это бывает, поначалу долго не ладилась, не налаживалась. Приходил в столовую, наскоро съедал то,

что подавали, и уходил. Напротив меня сидели двое незнакомых мне людей, приехавших откуда-то издалека, слева — еще один, которого я тоже не знал. Так продолжалось неделю, наверно, а то, может быть, даже и больше, локоть к локтю сидели в течение целой недели и не знали, не догадыва лись друг о друге, а потом оказалось, что давно и прекрасно знаем друг друга. Оказалось, что человек, сидящий со мной рядом, не кто иной, как Эдуард Григорьевич Бабаев, о котором я много слышал, больше всего от Евгения Винокурова, с которым часто встречался в то время и который всегда говорил об Эдуарде Григорьевиче с большим пиететом.

Сам я очень любил Винокурова, всю жизнь высоко ставил его необычайный поэтичес кий талант, который, как мне казалось, мог быть дан только свыше.

Но Бабаев был человек особенный, и ученый, и литературовед, и поэт, и прозаик, все в одном лице, и еще, конечно, обаятельнейшая, светлейшая личность, одним разговором с ко торым нельзя было не восхититься с первой минуты знакомства.

Дня, наверно, через два после того, как мы наконец познакомились, Эдуард Григорьевич к вечеру пришел ко мне в комнату и прочел странички своей статьи, которую, как он со сму щением сказал об этом, написал за это время обо мне. Пошел, оказывается, в библиотеку, и взял мою книгу, вышедший в свое время однотомник, и написал нечто вроде очерка, что, по его словам, вовсе не думал вначале делать, просто так взял, познакомиться. Не знаю уж, что там привлекло Эдуарда Григорьевича в тех моих первых рассказах, что ему в них понрави лось, но только и двух дней, как мне кажется, не прошло, как он принес мне эту свою, на мой взгляд, замечательную статью. Статья Эдуарда Григорьевича, она называлась «Достоверные строки», была потом напечатана в одном из литературных еженедельников. Эдуард Григорь евич, говоря о моих военных берлинских рассказах, назвал меня ни более ни менее как «соб ственным корреспондентом истории». Не знаю, в какой мере я это заслужил. Позднее она, эта статья его, в несколько расширенном варианте была еще раз опубликована, на этот раз в виде предисловия к моему двухтомнику, вышедшему в том же Гослитиздате.

Мы потом часто вспоминали наше молчаливое, чуть ли не двухнедельное сидение за од ним столом. Сидеть две недели локоть к локтю и не знать друг о друге, а потом так обрадовать ся друг другу и почти двадцать лет потом дружить, почти двадцать лет быть дружески связан ными друг с другом. Согласитесь, что это не так уж часто бывает!

Тут, в Переделкине, в те же самые дни я прочел прекрасную, только что законченную им книгу автобиографических рассказов о детстве мальчика, протекавшем в Средней Азии, в степи, а частично даже в пустыне. Называлась она «След стрелы», и мне очень правилось это название, как и сама книга. Уже на следующий год, как мне кажется, она вышла в «Советском писателе». Книга замечательная!

Мальчик из Горного Карабаха, из Шуши, как оказалось, он с первых лет жизни увезен был в Среднюю Азию, где отец его, военный инженер, нес военную службу.

Я тогда еще не знал книг Эдуарда Григорьевича о Толстом, хотя знал, что за несколько лет до того он работал в музее Толстого в Москве. Знал уже и то, что в университете, на фа культете журналистики, где Эдуард Григорьевич читал историю русской литературы и журна © Василий Субботин, Из книги «По краю земли. Записки старика». © «Im Werden Verlag». Некоммерческое электронное издание. http://www.imwerden.de info@imwerden.de листики, студенты других факультетов сбегались на его лекции, что, согласитесь, не так уж часто бывает в наши дни и что, уж конечно, не всегда поощряется и почему-то особенно не нравится начальству.

Не могу сейчас не вспомнить, как на мой семинар в литературном институте, который мне пришлось вести одно время, пришел по моей просьбе Эдуард Григорьевич, и мои студенты пять часов, до двенадцати ночи, не отпускали его. (Занятия семинара заочников проводились в вечернее время.) Помню, Эдуард Григорьевич рассказывал на этот раз не столько о Льве Николаевиче Толстом в Ясной Поляне, сколько о Ясной Поляне в связи с Львом Николае вичем Толстым. Такую он избрал тему на этот раз. Рассказчик он был, как я уже сказал, не обыкновенный. Они, эти теперь уже взрослые люди, многие из них стали писателями, до сих пор вспоминают о том дне и о той встрече. Такое впечатление произвел на них тогда Эдуард Григорьевич.

В том же году, я думаю, летом, мы ездили с Эдуардом Григорьевичем в Ясную Поля ну — Эдуард Григорьевич со своей тогда еще маленькой дочкой, Лизонькой, а я с еще более маленькой внучкой Машенькой. Рад, что я, что называется, не пропустил такой возможности и что Ясную Поляну и дом Толстого показывал мне на этот раз не кто иной, как сам Бабаев, чьи замечательные труды о Толстом, я думаю, едва ли когда-нибудь будут заменены другими, благодаря не только исследовательскому, но и художественному таланту их автора.

Мне не забыть, как я однажды был у Эдуарда Григорьевича дома и увидел у него на пол ке, под стеклом, фотографию Анны Андреевны Ахматовой с ее автографом, с какими-то очень добрыми словами, обращенными к Эдуарду Григорьевичу. В ответ на мои настоятельные рас спросы Эдуарду Григорьевичу ничего не оставалось, как показать мне книги Ахматовой, в раз ные годы подаренные, надписанные ему Ахматовой, с тех пор еще, когда пятнадцатилетним он жил у себя в Ташкенте, куда, как известно, была в годы войны эвакуирована Анна Андреевна Ахматова. Книги Ахматовой с автографами Ахматовой! Для меня это было, конечно, большой неожиданностью.

Эдуард Григорьевич сам рассказал мне, как все это вышло, как случилось. В Союзе пи сателей в Ташкенте, куда он, скорее всего, пришел со своими первыми стихами, ему поручили отнести на квартиру к Анне Андреевне авторские экземпляры ее изданной здесь, в Ташкенте, книги. Так он, мальчишка, увидел ее в первый раз и стал ее юным другом, она уже всю жизнь, будем говорить так, не отпускала его от себя.

Судьбе, а может быть провидению, нужно было, потребовалось почему-то, чтобы Анна Андреевна Ахматова и этот необычайно талантливый полуармянский мальчик, зашедший к ней на квартиру, в комнату, которую она снимала на одной из улиц Ташкента, встретились там, в Ташкенте, чтобы она разглядела в этом только еще начинающем писать стихи маль чишке своего молодого преданного друга, приходившего к ней во всякую трудную для нее минуту жизни.

Вот как все это бывает, оказывается! Да, только так это и бывает!

Я как-то привез из Польши прекрасную репродукцию, покрытую искусственным шли фованным стеклом, известный портрет Анны Андреевны работы Петрова-Водкина. И конеч но, принес его Эдуарду Григорьевичу, кому, как не ему, следовало передать этот портрет, и у кого, как не у него, он должен был висеть. Каково же было мое удивление, когда в следующий раз, когда я был у Эдуарда Григорьевича, я не увидел на прежнем, привычном, облюбованном, казалось бы, нами месте этого портрета. На мои расспросы Эдуард Григорьевич сказал, что вроде бы это нескромно — подчеркивать свое знакомство с Анной Андреевной таким образом, что надо еще заслужить право держать у себя в доме, на виду у всех, на стене, изображение великой поэтессы, и тут же предложил, чтобы мы вместе поехали в Слепнево, в имение Гуми левых, в музей Анны Андреевны и Гумилева, и передали этот изумительно репродуцируемый портрет музею, и, может быть, он там будет на месте. Не пришлось, не довелось. Жизнь, она так устроена, что в ней ничего нельзя откладывать надолго.

Рассказывал как-то, как он, приехав раз в Москву из Ташкента, порядком замерзнув, дело, насколько помню, было зимой, пришел с каким-то поручением к Борису Леонидовичу Пастернаку, к нему в дом, а потом однажды в том же Переделкине при мне написал обо всем этом, но только о том, как долго искал он дом Пастернака в еще незнакомой Москве и как передал Борису Леонидовичу все, о чем его просили, все, что должен был ему передать. Но, постеснявшись, опять же не сказал, не написал, что Пастернак не отпустил его, а узнав, что посланец пишет стихи, заставил молодого поэта прочесть то, что у него тогда было. И только при большом моем настоянии, после, я бы сказал, долгих моих уговоров, написал наконец, что не просто пришел, и передал, и увидел поэта в лицо, а читал Пастернаку свои первые стихи, провел у него целый день. Вспомнил, и какие стихи читал, и что говорил ему Пастернак. Все, оказывается, прекрасно помнил, но боялся, что рассказывать об этом подробно неудобно, нескромно.

Такой был, таким вот был. И тут уж, как говорится, ничего не поделаешь!

В моей памяти он был и остался веселым мальчиком из Карабаха, попавшим в Среднюю Азию, а затем в Москву. В нем это как-то явно и явственно проглядывало. Он, как никто, умел быть веселым, умел смеяться, любил и понимал хорошую шутку и умел очень по-доброму шу тить. Мне с ним было очень хорошо, как ни с кем другим. Я помню очень многие наши встречи и застолья...

Казалось, многое дается ему легко, без особого напряжения, за счет одного только та ланта, но это только так казалось: он жил напряженно и трепетно, как выпущенная из лука стрела...

Когда я ему рассказал однажды, как много я пережил в связи с моими книгами, написан ными на материале подлинных событий, с подлинными именами, как трудно бывает угодить своим героям, даже тогда, когда ты их любишь, а порой и восхищаешься ими, он говорил, что об этом надо обязательно написать. Однако все пережитое мною в связи с этим было еще так непереносимо тяжело для меня, что я не мог представить, что об этом можно написать.

Моя боль в связи с этим была пока еще столь велика, что единственное, на что я был спосо бен, — это рассказать обо всем этом такому близкому человеку, каким был для меня Эдуард Григорьевич.

Да, многое стало близким и общим для нас в эти двадцать лет, моя боль становилась его болью, его боль — моею...

Судьба была ко мне щедра, наградив меня дружбой со столь значительными людьми.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.