WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 12 |

«ББК 67.99(2)3 УДК 347 С 32 Председатель редакционной коллегии серии: ...»

-- [ Страница 2 ] --

Наследником может быть любой гражданин СССР, который находился в живых к моменту смерти наследодателя, а в случае признания безвестно отсутствующего умершим – ко дню выдачи нотариальной конторой свиде тельства, либо ко времени вступления в законную силу определения суда (прим. к ст. 418 ГК, ст. 12 ГК).

Наследодателем может быть и иностранец, как имевший в момент смерти местожительство в СССР, так и не имевший. См. проф. Л у н ц Л. А. Международное частное право. М., 1949, стр. 321–323.

О наследовании в СССР иностранцев см. проф. Л у н ц Л. А. Международное частное право, стр. 316.

Очерки советского наследственного права Хотя примечание к ст. 418 ГК имеет в виду только наследников по за кону, но судебная практика распространила требование о том, что наследни ком может быть только лицо, находящееся в живых к моменту открытия наследства, и на наследование по завещанию.

Верховный суд СССР признал недействительным завещательное распо ряжение, сделанное в пользу лица, не находящегося в живых к моменту от крытия наследства (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 31 июля 1944 г. по делу № 415).

Закон предоставляет право наследования лицам, зачатым при жизни на следодателя, но родившимся после его смерти (прим. к статье 418 ГК). Если же данное лицо было зачато после смерти наследодателя, то оно не может пользоваться наследственными правами (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 27 июля 1942 г. по делу № 619). Но, тем не менее, отсюда не следует делать вывода, что ребенок в утробе матери уже является субъектом права наследования. Закон охраняет долю в наследстве зачатого, но еще не родившегося ко времени открытия наследства наследника только как будущего, возможного субъекта. Если ребенок родится живым, он становится наследником и притом с обратной силой ко времени открытия наследства;

если же он родится мертвым, то он считается юридически не существовавшим. Ребенок становится наследни ком, хотя бы он прожил после своего рождения всего несколько минут.

Примечание к ст. 418 ГК говорит о лицах, ко времени открытия наслед ства еще не родившихся, но уже зачатых. Поэтому под этими «лицами» не следует обязательно иметь в виду только детей самого наследодателя (как это было сказано в прежней редакции примечания к ст. 418 ГК). Такими лицами могут быть, например, и внуки наследодателя или его братья или сестры, которых он может назначить своими наследниками по завещанию.

Недееспособность гражданина (возраст, душевная болезнь и т. д.) не ока зывают влияния на его право стать наследником. Необходимые юридические действия вместо него совершают его законные представители (родители, опеку ны).

Допускаемая советским законодательством в известных случаях воз можность лишения гражданина по суду отдельных политических и граждан ских прав (ст. 31 УК РСФСР) не затрагивает прав гражданина как наследни ка. Однако иногда высказывается взгляд, что в тех случаях, когда данный Сборник постановлений Пленума и определений коллегий Верховного суда СССР, 1944 год.

1948, стр. 351.

См. проф. О р л о в с к и й П. Е. Практика Верховного суда СССР по гражданским наследст венным делам. М., 1947, стр. 7.

См. проф. Б р а т у с ь С. Н. Субъекты гражданского права. М., 1950, стр. 51.

В. И. Серебровский гражданин будет лишен судом родительских прав вследствие явно злостного пренебрежения своими родительскими правами, то следует отстранить тако го гражданина от наследования после своих детей. Этот взгляд не лишен известного основания.

Судебная практика, «исходя из сущности и основания права наследова ния», признала, что «умышленное и наказуемое по УК убийство наследода теля лишает совершившего это убийство наследника права наследования в имуществе убитого» (постановление Пленума Верховного суда РСФСР от 7 июня 1926 г., протокол № 9).

Что касается юридических лиц, то они могут быть только наследниками по завещанию.

§ 4. Наследство (наследственное имущество) В советской юридической литературе принято понимание наследства как совокупности имущественных прав и обязанностей наследодателя.

Таким образом, наследство, или наследственное имущество, понимает ся как некое единство, в состав которого входят и принадлежавшие умерше му гражданину права (актив) и его долги (пассив).

Такая юридическая формула, не говоря уже о ее крайней абстрактности, нам представляется не соответствующей существу отношений, лежащих в основе института наследования в СССР.

В СССР, где осуществлен принцип социализма – «от каждого по его способности, каждому – по его труду», где право на труд обеспечивается См.: ГК РСФСР. Официальный текст с изменениями на 1 июля 1950 г. и с приложением поста тейно систематизированных материалов. М., Госюриздат, 1950, стр. 261.

Гражданское право, т. II. М., 1938, стр. 446;

Учебник гражданского права, т. II. М., 1944, стр. 274;

Л а н д к о ф С. Н. Основы цивильного права. М., 1948, стр. 403. См. также: П е р е т е р с к и й И. С. ГК РСФСР. Комментарий, вып. VI. Наследственное право. М.–Пг., 1924, стр. 7;

А м ф и т е а т р о в Г. Н. Право наследования личной собственности. М., 1946, стр. 8;

Б р а у д е И. Л. Право на строение и сделки по строениям. М., 1950, стр. 28.

А к т и в – это то наличное имущество, которое принадлежало наследодателю, а также при надлежавшие ему имущественные права. Поэтому несколько узко определяет актив М. М. Агар ков, указывая, что в составе актива к правопреемнику переходят как вещные, так и обязательст венные права предшественника. Помимо вещных и обязательственных прав к правопреемнику (в данном случае к наследнику) переходят и имущественные права, возникшие у предшественника (наследодателя) в связи с созданным им произведением литературы, науки и искусства или со сделанным им изобретением. П а с с и в – это долги наследодателя, его обязанности по обяза тельственным требованиям. Что касается обязанностей наследодателя, вытекающих из вещных и других абсолютных прав третьих лиц, то не приходится говорить о переходе их к преемнику (наследнику), так как преемник и сам является связанным (так же, как и всякий и каждый) в отношении этих прав. А г а р к о в М. М. Обязательство по советскому гражданскому праву.

Ученые труды ВИЮН, вып. III. М., 1940, стр. 24–25.

Очерки советского наследственного права социалистической организацией народного хозяйства, неуклонным ростом производительных сил советского общества, устранением возможности хо зяйственных кризисов и ликвидацией безработицы (ст. 118 Конституции Союза ССР), каждый трудоспособный гражданин не только может обладать известным имуществом, но и действительно им обладает.

В целях обеспечения материального положения трудящихся советским законодательством установлены специальные льготы, в силу которых в слу чае обращения взыскания на имущество должника на некоторые виды иму щества взыскание не может быть обращено.

Перечень видов имущества, на которое не может быть обращено взы скание, устанавливается Советом Министров союзной республики (ст. 271-а ГПК РСФСР и соответствующие статьи ГПК других союзных республик).

Имущество гражданина – это совокупность принадлежащих ему реаль ных ценностей. В число этих ценностей входят, в первую очередь, различ ные материальные объекты (вещи);

могут входить и другие объекты, напри мер, права требования. Но, во всяком случае, в состав имущества не могут входить долги, а тем более не может имущество состоять из одних долгов.

Иное дело в капиталистических странах, где миллионы людей обречены на безработицу, лишены всех средств существования. Чтобы доказать, что у людей, у которых нет ничего, кроме долгов, есть имущество, буржуазные юристы создали понятие так называемого «отрицательного имущества». Так например, Планиоль указывает, что имущество не должно представлять собою обязательно положительную ценность, оно «может быть и пустым кошельком, в котором ничего нет». С точки зрения буржуазных юристов, имущество выступает, таким образом, как некое абстрактное юридическое единство, которое в известных случаях может даже состоять из одних дол гов. Оказывается, и капиталист – банкир или предприниматель, обладатели крупных капиталов, – и рабочий, у которого ничего нет за душой, оба имеют имущество. Таково лицемерие буржуазного юриста. Вполне очевидно, что и советскому правосознанию, и советскому законодательству абсолютно чуж до представление, что имущество гражданина может состоять из долгов, да это и вообще немыслимо в условиях социалистического общества.

Не находит себе подтверждения понимание наследства как совокупно сти имущественных прав и обязанностей наследодателя и в действующем законодательстве.

Статьи 418, 420, 422–423, 428–436 ГК употребляют как синонимы терми ны «наследство», «наследственное имущество» и просто «имущество», но нигде не упоминают о наследственном имуществе или наследстве как о сово P l a n i o l. Trait lmentaire de droit civil, t. I, 1925, p. 679.

В. И. Серебровский купности имущественных прав и обязанностей наследодателя. Если же мы обратимся теперь к той статье ГК, которая ближе всего касается интересующей нас проблемы, – к ст. 434, то мы прежде всего должны будем констатировать, что в этой статье идет речь лишь об ответственности наследника «по долгам, обременяющим наследство». Долги являются, таким образом, только «обреме нением» наследства, но не его составной частью. Долги могут уменьшить на следственное имущество (наследство), даже полностью его исчерпать, но сами в состав наследственного имущества не входят. Если бы долги входили в со став наследственного имущества, то они уже никак не могли бы «обременять» его.

Что долги наследодателя не являются составной частью наследства, яв ствует также из правила ст. 434 ГК, согласно которому наследник отвечает «по долгам, обременяющим наследство, лишь в пределах действительной стоимости наследственного имущества» (под стоимостью, очевидно, может пониматься только актив наследства). Если бы долги входили в состав на следственного имущества, то было бы странно говорить об ограничении ответственности наследника по долгам наследодателя стоимостью наследст венного имущества. «Долги» наследодателя и его «наследственное имущест во» (актив) здесь совершенно определенно противопоставляются друг другу.

Не включают долги в состав наследства и «правила перехода к государст ву наследственных имуществ», утвержденные СНК РСФСР 28 декабря 1943 г., указывающие, что «в состав выморочного имущества входит как наличное имущество наследодателя, так и имущество (в том числе денежные суммы), следуемые ему от третьих лиц (ст. 17 Правил)». Из этого видно, что «Правила» включают в состав наследства только «наличное имущество», под которым надо понимать вещи (материальные объекты – жилой дом, наличные деньги и т. п.) и права требования к другим лицам (т. е. только актив). Далее, в ст. 18 тех же «Правил», указывается, что «из общей стоимости выморочного имущества» финансовый отдел, в соответствии со ст. 434 ГК, производит выплату: а) сумм, причитающихся с наследодателя по налогам и сборам;

б) долгов наследодателя и др. Эти долги наследодателя, согласно ст. 434 ГК, будут только «обреме нять» наследственное имущество, перешедшее в собственность государства.

Все изложенное позволяет сделать вывод, что, с точки зрения советско го права, долги умершего во всяком случае не входят в состав принадлежав шего ему имущества.

Выше мы указывали, что имущество – это совокупность реальных цен ностей, принадлежащих данному лицу. При наследовании от наследодателя к наследнику переходят принадлежавшие наследодателю права на эти реаль См.: ГК РСФСР. Постатейные материалы. М., Юриздат, 1948, стр. 264–265.

Очерки советского наследственного права ные ценности. Поэтому, с юридической точки зрения, наследство, или на следственное имущество, может рассматриваться как совокупность имуще ственных прав, принадлежавших умершему гражданину (наследодателю), переходящих после его смерти к наследникам.

Определение точного состава и стоимости наследственного имущества имеет очень важное практическое значение. Только определив состав и стоимость наследственного имущества, можно указать размер доли наслед ника в наследственном имуществе, установить, какие именно предметы вхо дят в эту долю. Действительной стоимостью наследственного имущества ограничивается ответственность наследника по долгам, лежащим на наслед стве. Предварительное определение состава и стоимости наследственного имущества необходимо при уплате государственной пошлины в связи с по лучением в нотариальной конторе свидетельства о праве наследования, под тверждающего права данного лица как наследника.

Как правило, все имущество умершего гражданина и является наследст венным имуществом (иногда оно называется еще наследственной массой).

Однако в некоторых случаях имущество умершего гражданина и наследст венное имущество могут не совпадать.

Но прежде нам надо установить, какие же имущественные права умер шего гражданина переходят к его наследникам. К числу таких имуществен ных прав мы должны, в первую очередь, отнести принадлежавшие умерше му гражданину права личной собственности на объекты, перечисленные в ст. 10 Конституции СССР, – на трудовые доходы и сбережения, на жилой дом, на предметы домашней обстановки и обихода, на предметы личного потребления и удобства. В частности, переходят по наследству принадле жавшие умершему гражданину наличные деньги, облигации государствен ных займов, мебель, утварь, одежда, обувь, книги, картины и т. д.

Специального внимания заслуживает вопрос о переходе по наследству права личной собственности на жилой дом.

Указ Президиума Верховного Совета СССР от 26 августа 1948 г. уста новил, что «каждый гражданин и каждая гражданка СССР имеют право ку пить или построить для себя на праве личной собственности жилой дом в один или два этажа с числом комнат от одной до пяти включительно как в городе, так и вне города». Таким образом, поскольку после издания Указа от 26 августа 1948 г. строительство и покупка жилых домов, превышающих На такой позиции стоит и наша судебная практика. См., например, определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР, 1943, № 838 по делу Кадыровой к Галеевой, в котором коллегия четко противопоставляет «наследство», «наследственное имуще ство» – долгам, обременяющим наследство. (Сборник постановлений Пленума и определений коллегий Верховного суда СССР, 1943 год. М., 1948, стр. 186.) В. И. Серебровский указанные размеры, не допускается, исключается и возможность перехода таких жилых домов по наследству. Но возникает вопрос, могут ли перехо дить по наследству жилые дома бльших размеров, нежели это предусмот рено Указом от 26 августа 1948 г., если такие дома находились в личной собственности граждан еще до издания этого указа? В литературе был дан на этот вопрос утвердительный ответ, который нам кажется правильным, по скольку Указу от 26 августа 1948 г. не придана обратная сила.

Другим вопросом, возникающим в связи с переходом по наследству жи лых домов, является вопрос о применимости при переходе жилых домов по наследству ст. 182 ГК, согласно которой жилые строения могут быть предме том запродажи и купли-продажи с тем, чтобы: 1) в результате этих сделок в руках покупателя, его супруга и несовершеннолетних детей не оказалось двух или более владений;

2) от имени продавца, его супруга и несовершеннолетних детей совершалось отчуждение не более одного владения в течение трех лет.

Этот вопрос неоднократно возникал в судебной практике и вызывал споры в литературе. Ясное разрешение он получил в постановлении Пленума Верхов ного суда СССР от 20 июня 1947 г. «О применении Указа Президиума Верхов ного Совета СССР от 14 марта 1945 г. «О наследниках по закону и по завеща нию» и других вопросах наследования». В п.11 этого постановления Пленума Верховного суда СССР указывается, что при наследовании жилых строений как по закону, так и по завещанию ст. 182 ГК РСФСР (и соответствующие статьи ГК других союзных республик), касающаяся ограничения перехода строений по договорам, не применяется. Постановление Пленума Верховного суда СССР было принято до издания Указа от 26 августа 1948 г., но, как нам кажется, нет оснований к признанию его утратившим силу в этой части.

Кроме права личной собственности на объекты, указанные в ст. 10 Кон ституции Союза ССР, гражданин мог при жизни обладать и другими имуще ственными правами, возникшими по разным основаниям. Он мог быть авто ром литературного, научного или художественного произведения или изо бретателем. В силу этого ему принадлежало право на вознаграждение за использование созданного им произведения или изобретения. Это имущест венное право автора литературного, научного или художественного произве дения или изобретателя также переходит к их наследникам.

См.: Б р а у д е И. Л. Право на строение и сделки со строениями. М., 1950, стр. 59. Очевидно, аналогичный вывод следует сделать и в отношении жилых домов, возведенных ранее на началах договора застройки, а в настоящее время принадлежащих гражданам на праве личной собственности.

См. проф. О р л о в с к и й П. Е. Право собственности и практика Верховного суда СССР.

Социалистическая собственность, 1944, № 9–10, стр. 12;

А м ф и т е а т р о в Г. Н. О праве личной собственности. Социалистическая законность, 1945, № 8, стр. 11–13.

Очерки советского наследственного права По общему правилу, по наследству переходят права требования, воз никшие из различных договоров: право требования о выплате по трудовому договору заработной платы, которую не успел получить умерший, право требования об уплате денег, данных взаймы наследодателем, права гражда нина – собственника жилого дома по договору жилищного найма в отноше нии нанимателя и др.

По наследству может перейти право на возмещение убытков в связи с невыполнением договора или причинением вреда имуществу гражданина, право требования по исполнительному листу, выданному судом. По наслед ству может перейти право на открывшееся, но еще не принятое наследником в установленный срок наследство. В случае смерти наследника в период между открытием и принятием наследства это право переходит по наследст ву к его собственным наследникам.

В порядке наследственного преемства к наследнику переходит право на вступление в дело по уже предъявленному наследодателем иску, если только производство по данному делу не подлежит прекращению в силу смерти стороны (если спор шел о правах, которые не могут перейти к другому лицу в порядке наследственного преемства;

см. далее).

Вполне понятно, что в состав наследственного имущества может вхо дить только то имущество, которое принадлежало умершему гражданину на законных основаниях. Как указал Верховный суд СССР, «закон предусмат ривает переход в порядке наследования только объектов права личной соб ственности, принадлежащих наследодателю на законных основаниях, и во все не допускает перехода в порядке наследования имущества, находящегося на хранении, добытого преступным путем, если это доказано, и т. д.» (опре деление Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 11 октября 1944 г. по делу № 670).

Какие же права, принадлежавшие умершему гражданину, не включают ся в состав наследственного имущества и не переходят по наследству?

В состав наследственного имущества не включаются принадлежавшие умершему личные имущественные права – права на блага, неотделимые от личности.

Однако то обстоятельство, что истец в порядке наследования получил дом, не может служить основанием для выселения ответчика, если истец имеет для себя и членов его семьи другую жилплощадь и в жилплощади не нуждается (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 15 января 1948 г. Судебная практика Верховного суда СССР, 1948. Вып. IV. М., 1948, стр. 13).

См. гл. VI наст. работы.

Сборник постановлений Пленума и определений коллегий Верховного суда СССР, 1944 год.

М., 1948, стр. 352.

В. И. Серебровский Не переходит по наследству, например, право на имя (фамилию). Имя (фамилия), по общему, правилу присваивается детям еще при жизни их ро дителями. Нельзя передать по наследству права авторства;

наследник автора литературного или иного произведения делается преемником в имуществен ных правах автора, но не может считаться автором данного произведения.

Однако не только такие личные неимущественные права не переходят по наследству. Не переходят по наследству и не включаются в состав наследст венного имущества и некоторые чисто имущественные права. К числу таких, не переходящих по наследству имущественных прав, надо, в первую очередь, отнести имущественные права, которые, будучи тесно связаны с личностью кредитора или должника, не могли перейти в порядке правопреемства и при жизни наследодателя. Так например, не переходят по наследству права по договору поручения;

согласно ст. 260 ГК, договор поручения прекращается в силу смерти доверителя или поверенного. Однако имущественные права, уже приобретенные умершим при его жизни в связи с выполнением этого догово ра, передаются по наследству;

например, передается по наследству право по веренного на получение обусловленного вознаграждения.

Не может перейти по наследству принадлежащее данному лицу право пожизненного пользования вещью: это право неразрывно связано только с данным лицом и не может быть уступлено им другому лицу.

Не может быть уступлено при жизни управомоченного лица и в соот ветствии с этим не переходит по наследству право на получение алиментов.

Право на получение алиментов является правом, неразрывно связанным с данным лицом (ребенком, нетрудоспособным и неимущим супругом и т. д.).

Не переходит по наследству право на получение пособия по многодетности.

Не переходят по наследству права, вытекающие из акта отвода земель ного участка под индивидуальное строительство. Для передачи таких прав (и обязанностей) в порядке наследования, так же как и при передаче их при жизни землепользователя, необходимо подтверждение соответствующего земельного органа, даваемое в форме надписи на акте отвода.

Имеются и другие имущественные права, которые также не включаются в состав наследственного имущества умершего гражданина и не переходят по наследству.

Не переходит по наследству право на долю умершего члена колхозного двора в имуществе двора. В случае смерти члена колхозного двора наследо вание в имуществе колхозного двора не открывается;

доля умершего члена колхозного двора из имущества двора не выделяется, а остается в личной собственности колхозного двора. Таким образом, к имуществу колхозного См.: Б р а у д е И. Л. Право на строение и сделки со строениями. М., 1950, стр. 28.

Очерки советского наследственного права двора в случае смерти члена этого двора правила ГК о наследовании не при меняются. Общие правила ГК о наследовании по закону и по завещанию применяются только в случае смерти последнего (единственного) представи теля колхозного двора (§ 120 Инструкции МЮ РСФСР о применении Поло жения о государственном нотариате от 2 февраля 1948 г.).

В определении от 27 июня 1945 г. по иску П. В. Ягодкиной и других о праве наследования Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда СССР признала, что «поскольку хозяйство умершей Ежиковой Е. С. пере стало существовать как крестьянский двор и поскольку умершая Ежикова являлась последним представителем этого двора, суд правильно пришел к выводу, что настоящее дело подлежит разрешению по нормам гражданского права».

В определении от 21 ноября 1951 г. по делу № 36/989 по иску М. А. Мурсаловой к К. О. Мурсаловой Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда СССР указала, что «суду надлежало выяснить, отно сится ли спорный дом к хозяйству городского типа или составляет собствен ность сельскохозяйственного двора, в зависимости от чего и решить вопрос о праве сторон на это имущество. Если спорный дом составляет собствен ность сельскохозяйственного двора, то поскольку после смерти мужа истицы в хозяйстве остались проживать другие члены двора, у истицы отсутствует право на спорный дом, так как в сельскохозяйственном дворе наследство открывается только в случае смерти последнего члена двора. Если же спор ный дом относится к хозяйству городского типа, то суду надлежит устано вить, принадлежал ли дом мужу истицы, и разрешить спор в соответствии с законодательством о праве наследования».

Иначе обстоит дело с переходом по наследству имущества, находяще гося в личной собственности отдельного члена колхозного двора (обувь, одежда, музыкальные инструменты и т. п.). К этому имуществу применяются общие нормы наследственного права, предусмотренные ГК (§ 121 Инструк ции МЮ РСФСР о применении Положения о государственном нотариате от 2 февраля 1948 г.). На основании разъяснения Президиума Верховного суда РСФСР от 3 марта 1932 г. (протокол № 7), к личному имуществу колхозника, переходящему, согласно правилам ГК, к наследникам умершего, относится и право на вознаграждение за выработанные колхозником трудодни, которое умерший при жизни не успел получить с колхоза.

Аналогичные правила применяются по отношению к общему имущест ву единоличного крестьянского двора, а также к личному имуществу члена единоличного крестьянского двора.

Судебная практика Верховного суда СССР, 1945. Вып. VII (XXIII). М., 1946, стр. 20.

В. И. Серебровский Не допускается переход по наследству права участия в кооперативной организации, но в случае смерти члена кооперативной организации его на следники имеют право на получение паевых взносов умершего.

Не подлежит включению в общую наследственную массу пенсия, кото рую пенсионер не успел получить до своей смерти. Право на получение не полученной суммы пенсии предоставляется несовершеннолетним детям, усыновленным, братьям и сестрам пенсионера до достижения ими 16 лет, его нетрудоспособным детям, усыновленным, братьям и сестрам, утратившим трудоспособность до достижения 16-летнего возраста, и его родителям, усы новителям и супругу, независимо от их трудоспособности (Разъяснение НКЮ РСФСР и НКТ РСФСР от 5 сентября 1928 г.). Но перечисленные лица получают неполученную умершим пенсионером сумму пенсии не как на следники, а как члены семьи умершего пенсионера.

Не переходят по наследству права, вытекающие из договора найма жи лого помещения: члены семьи умершего пользуются правом на жилую пло щадь не в порядке наследственного преемства, а на основании своего само стоятельного права на жилую площадь.

Специального внимания заслуживает вопрос о включении в состав на следственного имущества вкладов, внесенных в сберегательные кассы и кредитные учреждения.

На основании ст. 436 ГК, вкладчикам, вносящим вклады в сберегательные кассы и кредитные учреждения, предоставляется право указывать лицо или лиц, которым должен быть выдан вклад в случае смерти вкладчика. Указания эти должны быть сделаны в письменной форме в соответствии с существую щими правилами, предусмотренными Инструкцией Министерства финансов СССР № 901 от 20 июня 1949 г. по приему, хранению и выдаче вкладов госу дарственными трудовыми сберегательными кассами. Лицами, которым должен быть выдан вклад, могут быть как отдельные граждане, независимо от того, являются ли они наследниками вкладчика, так и юридические лица.

См., например, ст. 18 Примерного устава сельского потребительского общества, утвержденно го в 1939 г. Особые правила установлены для жилищно-строительной кооперации. Согласно ст. 23 Примерного устава жилищно-строительного кооператива, утвержденного в 1939 г., пай умершего члена кооператива переходит к его наследникам, причем члены семьи, проживающие в принадлежавшем умершему жилом помещении, имеют преимущественное право пользования этим помещением при условии вступления кого-либо из членов семьи в состав кооператива.

И. Л. Брауде правильно указывает на редакционную неточность ст. 23 Примерного устава ЖСК, поскольку принадлежать члену кооператива помещение в доме кооператива не может, речь идет о праве пользования, вытекающем из права на пай. Правовое регулирование жилищно строительной кооперации. Вестник Моск. ун-та, 1951, № 4. Серия общ. наук, вып. 2.

Законодательство о труде. Комментарий. М., 1947, стр. 282.

Очерки советского наследственного права В тех случаях, когда вкладчик не сделал вышеуказанного заявления сбе регательной кассе или кредитному учреждению на случай своей смерти, такие вклады переходят к его наследникам на общих основаниях, т. е. с соблюдением общих правил, установленных ГК для наследования по закону и по завещанию.

Как указывается далее в ст. 436 ГК, эти вклады не входят в состав на следства и на них не распространяются общие правила ГК о наследовании.

Получающим указанные вклады, если они относятся к числу наследников вкладчика, эти вклады не засчитываются при определении размера их на следственной доли.

Таким образом, в зависимости от того, сделал ли вкладчик сберегатель ной кассе в установленной форме заявление о выдаче после его смерти вкла да определенному лицу или не сделал, возникают различные юридические последствия. В первом случае внесенный в сберегательную кассу вклад не входит в состав наследства и на него не распространяются нормы наследст венного права. Во втором случае внесенный в сберегательную кассу вклад переходит к наследникам вкладчика по общим правилам ГК, установленным для перехода имущества по наследованию.

По наследству переходят только те имущественные права, которые при надлежали умершему при жизни. Поэтому права, не принадлежавшие насле додателю при его жизни, а возникшие для его наследников именно в силу его смерти, в состав наследства не включаются. Характерным примером в этом отношении может служить договор страхования жизни, заключенный страхователем на случай своей смерти в пользу кого-либо из членов своей семьи (жены, детей). В этом случае страховая сумма, выплачиваемая им Госстрахом, не входит в наследственную массу (ст. 375а ГК);

право же на Среди советских юристов существует два основных взгляда на юридическую природу взаимоот ношений, возникающих между сберегательной кассой и вкладчиком, сделавшим в установленной форме заявление сберкассе о выдаче вклада после смерти вкладчика определенному лицу. Одни считают, что заявление вкладчика надо рассматривать в качестве особой упрощенной форы завеща тельного распоряжения (см. Р е й х е л ь М. О. в учебнике «Гражданское право», ч. II. М., 1938, стр.

464;

ср. также «Устав государственных трудовых сберегательных касс СССР», 1948;

Инструкция МФ СССР по приему, хранению и выдаче вкладов государственными трудовыми сберегательными кассами от 20 июня 1949 г.). По мнению других юристов, в данном случае имеет место не завеща тельное распоряжение, а договор в пользу третьего лица, предусмотренный ст. 140 ГК (см. С е р е б р о в с к и й В. Советское гражданское право, т. 2. М., 1951, стр. 439–440;

Л у н ц Л. А. Ученые записки ВИЮН. – 1947, вып. VI, стр. 84;

Л у н ц Л. А. Международное частное право. М., 1949, стр.

316–317;

А н т и м о н о в Б., Г е р з о н С., Ш л и ф е р Б. Наследование и нотариат. М., 1946, стр. 16–17). Но как бы ни квалифицировать юридическую природу отношений, возникающих при указании вкладчиком сберегательной кассе лица, которому должен быть выдан вклад в случае смерти вкладчика, совершенно бесспорным является тот факт, что, по действующему законодатель ству, такой вклад не включается в состав наследственного имущества.

В. И. Серебровский получение этой суммы является правом, непосредственно принадлежащим членам семьи страхователя, указанным в договоре страхования.

§ 5. Наследование (наследственное преемство) Как уже указывалось, под наследованием, или наследственным преемст вом понимается переход имущества умершего к другому лицу или к другим лицам – его наследникам. Но так как имущество умершего (наследство, на следственное имущество), как было ранее установлено, с юридической точки зрения, представляет собою совокупность принадлежащих наследодателю имущественных прав, то наследование, или наследственное преемство, следует понимать как переход этих имущественных прав от наследодателя к его на следникам. При этом наиболее характерным является то, что наследник дела ется преемником совокупности принадлежавших умершему гражданину иму щественных прав, которые переходят к наследнику, не изменяя своего содер жания, а самый переход этих прав осуществляется одновременно и сразу – одним актом. Поэтому наследование и является общим или универсальным правопреемством. Наследник вступает в те права, которыми обладал умерший гражданин: наследник делается собственником жилого дома или домашней обстановки, принадлежавших умершему гражданину, приобретает право тре бовать уплаты денег, взятых у последнего кем-либо взаймы, и т. д.

Но, вступая в права, принадлежавшие умершему гражданину, наследник – правопреемник наследодателя – не нуждается для приобретения каждой от дельной части наследственного имущества в наличии тех условий, которые требуются при приобретении каждой из этих частей имущества в отдельно сти (в частности, передачи вещей, уступки прав требования и т. д.). Он дела ется правопреемником умершего в силу одного акта – принятия им наслед ства. Если же имеется несколько наследников, то каждый из них рассматри вается как преемник во всем наследстве, лишь фактически ограничиваемый наличием других таких же универсальных наследников и потому являющий ся преемником только в известной доле наследства (1/3, 1/4 и т. д.). Характер ная черта универсального наследственного преемства состоит и в том, что универсальный наследник является непосредственным преемником в иму ществе наследодателя: наследство переходит от умершего к наследнику не только сразу и одновременно, но и непосредственно от наследодателя.

Что касается ответственности наследника по долгам, обременяющим наследство, то такая ответственность не есть непременное свойство универ сального наследственного преемства, как это часто считают, а самостоятель ный, хотя и находящийся с ним в близкой связи институт наследственного права, существование которого обусловлено специальной нормой закона.

Очерки советского наследственного права Если бы долги наследодателя являлись составной частью наследства, на следник, к которому перешло наследство, всегда должен был бы нести от ветственность по этим долгам в полном их объеме. Однако законом может быть предусмотрен иной порядок.

Так, по декрету ВЦИК об отмене наследования от 27 апреля 1918 г. креди торы умершего удовлетворялись из оставшегося после него имущества только после соответствующих выдач родственникам и супругу умершего. Действую щее советское право разрешает проблему ответственности наследника по дол гам, обременяющим наследство, иным образом. Согласно ст. 434 ГК, наслед ник, принявший наследство, отвечает по долгам, обременяющим наследство, лишь в пределах действительной стоимости наследственного имущества. Но возможны и иные способы решения вопроса об ответственности наследника.

Вместе с тем, только по принятии предлагаемого здесь решения вопро са можно объяснить тот факт, что наследник, принявший наследство, несет ответственность не только по долгам наследодателя, но и по некоторым долгам, возникшим в связи с его смертью, т. е. по таким долгам, которые во всяком случае не являются долгами самого наследодателя.

От универсального наследственного преемства надо отличать так назы ваемое частное, или сингулярное, преемство. В отличие от преемника уни версального сингулярный преемник не является преемником в совокупности имущественных прав наследодателя, ни в отдельных долях наследства. Син гулярный преемник приобретает только какое-либо отдельное имуществен ное право, причем это право он получает не непосредственно от наследода теля, а через наследника (наследодатель обязывает наследника выполнить в отношении сингулярного преемника то или иное действие, например, упла тить известную сумму денег, предоставить в пожизненное пользование ка кую-нибудь часть завещанного наследнику дома и т. д.). В отношении син гулярного преемника не возникает и сложной проблемы об ответственности по долгам наследодателя;

сингулярный преемник приобретает только из вестное право, но к нему не переходят обязанности наследодателя.

§ 6. Понятие наследственного права и права наследования Исходя из этой точки, зрения русский дореволюционный юрист В.Никольский категорически заявлял, что ответственность ultra vires hereditatis есть самое существенное отличительное свой ство наследования. Наследование по описи (бенефициарное), по его мнению, противоречит понятию наследования как универсального преемства. – Н и к о л ь с к и й В. Об основных моментах наследования. М., 1871, стр. 52, 55.

Об ответственности наследника по долгам, обременяющим наследство, см. гл. VIII, § 1 наст.

работы.

См. гл. IV, § 9 наст. работы.

В. И. Серебровский Ст. 10 Конституции СССР говорит о «праве наследования личной соб ственности граждан».

Последний раздел ГК РСФСР (и ГК других союзных республик) оза главлен – «Наследственное право». Таким образом, Конституция и ГК поль зуются неодинаковой терминологией, чт, как мы в дальнейшем постараемся показать, имеет под собой определенные основания. Но в нашей литературе и судебной практике эти различные термины нередко считаются синонима ми. Можно встретить такие выражения: «такому-то гражданину принадле жит право наследования», или же: «такой-то гражданин является обладате лем наследственного права», либо: «советское социалистическое наследст венное право» и наряду с этим – «советское социалистическое право насле дования».

Мы полагаем, что этим понятиям свойственно все же неодинаковое зна чение. Право наследования – это субъективное право данного лица. Наслед ственное же право – это совокупность правовых норм, регулирующих из вестный круг отношений, связанных с наследственным преемством. Поэто му, когда Конституция СССР говорит об охране законом «права наследова ния личной собственности граждан», она имеет в виду гарантирование субъ ективных прав граждан при наследственном преемстве. Гражданский же кодекс дает систему норм (ст. 416–436), регулирующих условия и порядок наследственного преемства, меры охраны наследства и т. д. Можно также говорить о наследственном праве в объективном и в субъективном смысле.

Наследственным правом в субъективном смысле и будет «право наследова ния». Как указывалось раньше, советское социалистическое наследственное право (наследственное право в объективном смысле), являющееся частью советского социалистического гражданского права, представляет собою совокупность установленных Советским государством норм, регулирующих условия и порядок перехода по наследству права личной собственности гра ждан и других принадлежащих им имущественных прав.

Основная масса правовых норм, регулирующих условия и порядок на следственного преемства, содержится (впредь до издания общесоюзного ГК) в ГК союзных республик (раздел «Наследственное право»). Отдельные рас хождения в нормах наследственного права ГК союзных республик не имеют принципиального значения (например, о порядке принятия наследства и др.). Вместе с тем надо отметить, что в связи с изданием Указа Президиума Верховного Совета СССР от 14 марта 1945 г. «О наследниках по закону и по завещанию» наследственное право союзных республик было в значительной О расхождениях гражданских кодексов союзных республик по вопросам наследственного права см.: Б а х ч и с а р а й ц е в Х. Э. К истории гражданских кодексов советских социалисти ческих республик. Очерки. М., 1948.

Очерки советского наследственного права степени унифицировано. Некоторые ранее существовавшие расхождения между ГК отдельных союзных республик теперь отпали (например, о круге наследников по закону, об обязательной наследственной доле).

Каково же должно быть место наследственного права в системе совет ского гражданского права?

В ГК РСФСР (и соответственно в ГК других союзных республик) на следственное право составляет последний раздел (вслед за обязательствен ным правом). Однако сам по себе этот факт (несмотря на все его значение) не является решающим аргументом для выяснения теоретического вопроса о месте наследственного права в системе советского гражданского права.

Представители вредительской «школки» хозяйственного права пытались свести «наследственное право» к «частноправовой форме социального обеспе чения», к какому-то суррогату социального обеспечения. При таком понима нии роли наследственного права ему, очевидно, не было места в системе со ветского гражданского права. Такой вывод, естественно, вытекал из общей вредительской концепции представителей «школки» хозяйственного права, «предсказывавших» отмирание у нас института наследования и вообще стре мившихся к ликвидации гражданского права. Клеветнический характер этих «учений» особенно очевиден в свете Конституции СССР, прочно закрепившей право наследования в числе прочих прав, принадлежащих советскому гражда нину.

Тесная связь, существующая между наследованием и семьей, приводит некоторых авторов к выводу, что наследование является не только институ том гражданского права, но и институтом семейного права.

Что институт наследования тесно связан с семейными отношениями – это не вызывает сомнения. Ближайшими наследниками по закону являются члены семьи умершего. В отношении некоторых членов семьи законом установлены особые правила, гарантирующие их от произвола в распоряжении имуществом со стороны завещателя (право на обязательную наследственную долю). Но следует ли все же отсюда, что наследование должно рассматриваться не только как институт гражданского права, но и как институт семейного права?

Хотя наследниками являются чаще всего переживший супруг и близкие родственники наследодателя, но наследниками по закону могут быть при известных условиях и его дальние родственники, и даже не родственники, См. акад. В ы ш и н с к и й А. Я. Вопросы теории государства и права. М., изд. 2-е, 1949, стр. 26.

См.: С в е р д л о в Г. М. О предмете и системе социалистического семейного права. Советское государство и право, 1941, № 1, стр. 67–68. В своем учебнике «Советское семейное право» (Госюриздат, 1951) Г. М. Свердлов уже не поддерживает прежней точки зрения, подчеркивая только тесную связь наследственного права с семейным правом.

В. И. Серебровский если они, будучи нетрудоспособными, находились не менее одного года до смерти наследодателя на его иждивении.

Закон предоставляет право гражданам завещать все свое имущество или часть его государственным или общественным организациям и притом даже в тех случаях, когда у наследодателя имеются наследники по закону.

При полном отсутствии наследников по закону или отказе их принять наследство имущество умершего переходит к государству в качестве вымо рочного имущества.

Таким образом, в ряде случаев наследственное имущество может пе рейти после смерти умершего и не к членам его семьи.

В связи с наследованием известные отношения могут возникнуть не только между наследниками – членами семьи умершего, но и между наслед никами и кредиторами умершего гражданина (наследодателя). Эти отноше ния регулируются не нормами семейного, а нормами наследственного права.

Нормами наследственного права регулируется также ряд других отношений (связанных с открытием и охранением наследства, принятием наследства наследниками, составлением завещания, оформлением наследственных прав и др.). Все это показывает совершенно ясно неприемлемость предложения считать наследование не только институтом гражданского права, но и инсти тутом семейного права. Несмотря на свою весьма тесную связь с семьей, институт наследования является институтом гражданского права.

Поскольку наследование есть преемство в праве личной собственности, иногда высказывается взгляд, что в системе советского гражданского права наследственное право должно занять место вслед за правом личной собст венности. В подкрепление такого взгляда обычно ссылаются на ст. 10 Кон ституции СССР, в которой говорится одновременно и о праве личной собст венности, и о праве наследования личной собственности граждан. Однако, как уже отмечалось, по наследству могут переходить не только права на объекты, указанные в ст. 10 Конституции, но и другие имущественные пра ва, принадлежавшие умершему (в частности, права требования по различно го рода договорам). Переходят по наследству имущественные права, воз никшие из создания литературного, научного или художественного произве дения либо изобретения.

Поэтому нам представляется наиболее естественным считать наследст венное право, регулирующее условия и порядок наследственного преемства, последним разделом гражданского права, как бы замыкающим систему со ветского гражданского права. В этом отношении надо считать систему ГК союзных республик вполне обоснованной.

Значительно более сложным представляется вопрос о «праве наследова ния», или наследственном праве, в субъективном смысле. Приступая к анализу Очерки советского наследственного права понятия «права наследования», надо учитывать, что это понятие имеет два значения: 1) как принадлежащее данному лицу право на приобретение наслед ства и 2) как право данного лица, возникшее из приобретения им наследства.

Остановимся сначала на первом значении «права наследования». Но предварительно надо установить, с какого момента у наследника возникает право на приобретение наследства. С точки зрения советского права, право на приобретение наследства возникает для наследника только с момента открытия наследства (прим. к ст. 418, ст. 422, 424 и 430 ГК).

При жизни наследодателя (или до объявления его как безвестно отсут ствующего умершим) предполагаемые (эвентуальные) наследники никаких прав на могущее открыться в будущем наследство не имеют. Поэтому они не вправе запретить личному собственнику (наследодателю) при его жизни распорядиться принадлежащим ему имуществом и, в частности, завещать его. Не вправе они и требовать при жизни наследодателя выдачи вещей из принадлежащего ему имущества. Гражданин Кривов имел дом в г. Космо демьянске, в котором он проживал с женой и тремя детьми. В 1936 г. жена Кривова умерла и он женился вторично. В 1939 г. по иску районного проку рора народный суд признал дом собственностью детей. После этого сын Кривова предъявил иск о выселении отца из дома на том основании, что отец не является собственником дома. Верховный суд Марийской АССР решение народного суда оставил в силе. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда СССР, рассмотрев это дело по протесту председателя Вер ховного суда СССР, признала решение народного суда и определение Вер ховного суда Марийской АССР неправильными. В своем определении Су дебная коллегия установила, что спорный дом находится в городе и зареги стрирован за Кривовым-отцом, поэтому последний является его собственни ком. Дети же могут получить право собственности на дом только после смерти отца. Если спорный дом был нажит Кривовым вместе с женой, умершей в 1936 г., то дети имеют право требовать признания за ними права собственности на ту часть дома, которая причиталась их покойной матери, причем наряду с детьми в качестве наследника на эту часть дома имеет право и переживший супруг – гр. Кривов. Вторая часть дома должна принадлежать Кривову, поскольку он является собственником дома и нажил его с покойной женой (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 15 ноября 1947 г. по делу № 1142).

По тем же причинам не могут предполагаемые наследники отказаться от наследства еще при жизни наследодателя: отказаться от права может только тот, кто его имеет, а предполагаемому (эвентуальному) наследнику Об открытии наследства см. § 2 гл. II наст. работы.

Судебная практика Верховного суда СССР, 1948. М., вып. I, 1948, стр. 26.

В. И. Серебровский право на приобретение наследства еще не принадлежит. Итак, право на при обретение наследство возникает для данного лица лишь с момента открытия наследства.

Юридическая природа права наследования, в смысле права на приобре тение наследства, весьма своеобразна. Содержание этого права заключается в предоставленном законом призванному наследнику альтернативном пра вомочии – принять или не принять наследство;

последнее он может сделать путем формального акта (подачи заявления об отказе) или путем неформаль ного, фактического непринятия наследства. Таким образом, «право на при обретение наследства», по существу, сводится к праву выбора между приня тием и непринятием наследства. Можно ли рассматривать это «право» в качестве субъективного гражданского права? Ответ на этот вопрос в значи тельной степени зависит от того, чт мы будем понимать под субъективным гражданским правом. Если под субъективным гражданским правом будет пониматься только элемент правоотношения, которому всегда должна соот ветствовать обязанность другой стороны, если само существование субъек тивного гражданского права невозможно без своей противоположности – правовой обязанности, то «право на приобретение наследства» не может быть отнесено к числу субъективных гражданских прав. Это – только одно из отдельных проявлений гражданской правоспособности, к числу которых относится и право совершать договоры, завещания и всякого рода иные сделки.

Однако возможен и иной взгляд на субъективное гражданское право.

Как правильно замечает проф. С. Н. Братусь, субъективное право нельзя определить только путем указания на обязанность, лежащую на другом лице.

И если субъективное право (притязание) проявляется в момент нарушения обязанности – ибо только в этом случае возникает возможность привести в действие аппарат государственного принуждения, – то придется признать, что право собственности не является субъективным правом до тех пор, пока пра вомочия собственника кем-либо не нарушены. Вывод – лишающий право собственности свойственного ему богатого содержания, которое не сводится, конечно, к охране нарушенного права собственности судебным порядком.

См.: А г а р к о в М. М. Обязательство по советскому гражданскому праву. Ученые труды ВИЮН, вып. III. М., 1940, стр. 69–73.

См.: И о ф ф е О. С. Правоотношение по советскому гражданскому праву. Л., 1949, стр. 62.

См.: А г а р к о в М. М. Обязательство по советскому гражданскому праву, стр. 71–72.

Б р а т у с ь С. Н. О соотношении гражданской правоспособности и субъективных гражданских прав. Советское государство и право, 1949, № 8, стр. 32;

Б р а т у с ь С. Н. Субъекты граждан ского права, стр. 9.

Очерки советского наследственного права Существуют и другие субъективные гражданские права, осуществление кото рых возможно без их нарушения, – авторское право, право изобретателя и др.

Проф. С. Н. Братусь определяет субъективное гражданское право как признанную законом определенную меру возможного поведения лица или как принадлежащую данному лицу определенную возможность и обеспечен ность известного поведения. Не входя в ближайшее рассмотрение того и другого определения субъективного гражданского права, мы считаем пра вильным то, что центр тяжести в этих определениях перенесен на содержа ние субъективного гражданского права как на возможность совершения известных действий управомоченным лицом.

Исходя из этого понимания субъективного гражданского права, нет ос нований не признавать субъективными гражданскими правами принадлежа щие данному лицу на основании закона правомочия, заключающиеся в воз можности – путем одностороннего волеизъявления – создания, изменения или прекращения правоотношений, причем таким правомочиям не противо стоит ничья конкретная обязанность. Сюда должно быть, в частности, отне сено предоставленное законом право на прекращение по воле одной стороны договора и притом даже без обращения к суду. В качестве примера можно указать на предоставление ст. 386 ГК страховщику (Госстраху) права на расторжение договора, если при имущественном страховании опасность или вероятность наступления страхового случая увеличилась во время действия договора по причинам, в нем не предусмотренным. К числу субъективных гражданских прав должно быть отнесено (вопреки мнению М. М. Агаркова) и предоставляемое должнику законом (ст. 108 ГК) право установления пред мета обязательства при альтернативном обязательстве. Равным образом должно быть признано субъективным гражданским правом и право наслед ника на приобретение наследства, хотя этому праву не противостоит соот ветствующая обязанность на стороне сонаследников (или третьих лиц).

Нельзя не обратить внимания и на то, что право наследования в смысле права на приобретение наследства, в свою очередь, может перейти по на следству (см. п.9 Постановления Пленума Верховного суда СССР от 20 ию Советское государство и право, 1949, № 8, стр. 33.

Б р а т у с ь С. Н. Субъекты гражданского права, стр. 11.

ГК РСФСР предусмотрено право на расторжение договора по воле одной стороны не только при договоре страхования;

см., например, ст. 145, 155, п. «в» ст. 289.

Эту точку зрения мы развивали и в своих других работах: «Основные понятия советского наследственного права» (Советское государство и право, 1946, № 7, стр. 20);

«Принятие наслед ства» (Советское государство и право, 1950, № 6, стр. 37).

В. И. Серебровский ня 1947 г.). Фактическая же «возможность» по наследству, очевидно, не пе реходит.

Рассмотрим теперь другое право наследника – «право, возникшее из приобретения им наследства». Это право наследник приобретает со времени принятия им наследства, т. е. изъявления им согласия на получение наследства.

Наследник, принявший наследство, приобретает имущество умершего единым актом – одновременно и сразу. В силу этого он приобретает право собственно сти, права требования и т. д. на все части имущества наследодателя и даже на такие, о существовании которых он не подозревает. К нему переходят предме ты, которыми он, быть может, и не желает обладать. «Право, возникшее из приобретения наследства», является субъективным гражданским правом на следника, охраняемым против всякого и каждого. Объектом этого права явля ется все наследство в целом (так называемая наследственная масса).

Поэтому нельзя согласиться с О. С. Иоффе, что «реальное значение на следственного права состоит не в том, что его носитель вообще имеет данное право, а в том, что последнее является юридическим основанием для воз никновения нового права – права собственности. Иначе говоря, наследственное право имеет значение для его обладателя не столько как право, сколько как юридический факт». О. С. Иоффе не учел, что наследственное право или, точнее, право наследования, имеет двоякое значение: 1) как принадлежащее данному лицу право на приобретение наследства и 2) как право данного лица из приобретения им наследства. И то, и другое право является субъективным гражданским правом, но право данного лица из приобретения наследства, охраняемое против всякого и каждого, возникает только в результате реализации права данного лица на приобретение наследства, что находит свое выражение в акте «принятия» наследником наследства. Другая форма реализации этого права – непринятие наследства очевидно, приводит к обратному результату: право из приобретения наследства для данного лица не возникает.

Но, предоставляя гражданину полную свободу в реализации «права на приобретение наследства» в том или другом направлении («принять наслед ство» – «не принять наследства»), советское право не допускает возможно сти уступки наследником принадлежащего ему права на приобретение на ГК РСФСР. Постатейно систематизированные материалы, стр. 259.

Но мы считаем, что С. Н. Братусь все же идет слишком далеко, утверждая, что завещательное распоряжение – осуществление субъективного права собственника («Субъекты гражданского права», стр. 10). Составление завещания, как и совершение какого-нибудь договора, является только проявлением общей гражданской правоспособности, а не субъективным гражданским правом. В частности, «право» на составление завещания или на совершение договора не может перейти по наследству.

И о ф ф е О. С. Правоотношение по советскому гражданскому праву, стр. 138.

Очерки советского наследственного права следства другому лицу (кому-либо из наследников или постороннему лицу).

Наследник не вправе «продать» или «подарить» возникшее для него в силу призвания к наследованию право на приобретение наследства. Право насле дования в смысле права на приобретение наследства является неотчуждае мым.

В. И. Серебровский ГЛАВА III НАСЛЕДОВАНИЕ ПО ЗАКОНУ § 1. Круг наследников по закону 1. При наследовании по закону возникают два основных вопроса: кто может быть наследником по закону и в каком порядке наследники по закону призываются к наследованию.

В соответствии с этим мы и остановимся сначала на выяснении вопроса, кто может быть наследником по закону согласно советскому праву.

На основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 14 мар та 1945 г. «О наследниках по закону и по завещанию» и ст. 418 ГК РСФСР в редакции от 12 июня 1945 г. (и соответствующих статей ГК союзных рес публик), наследниками по закону являются: дети (и другие прямые нисходящие – внуки, правнуки);

усыновленные (и их нисходящие);

переживший супруг;

родители, братья и сестры умершего;

нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего не менее одного годакруг наследников по закону, допускаемый советским правом со Таков до его смерти.

времени издания Указа Президиума Верховного Совета СССР от 14 мар та 1945 г. «О наследниках по закону и по завещанию».

По сравнению с правилами закона, действовавшими до издания Указа от 14 марта 1945 г., Указ расширяет круг наследников по закону, устанавливая две новые категории наследников по закону – родителей умершего и его братьев и сестер. Но все же круг наследников по закону является довольно узким;

в основном – это близкие родственники умершего и его переживший В. К. Хитёвым был высказан взгляд, будто бы внуки и правнуки, как наследующие только по праву представления, не входят в число наследников по закону и что включение их в число наслед ников по закону не находит подтверждения в действующем законодательстве о наследовании («Социалистическая законность», 1947, № 7, стр. 28). Однако то обстоятельство, что внуки и пра внуки наследуют по праву представления, вовсе не означает, что внуки и правнуки не включаются в число наследников по закону. Наследование по праву представления означает только особый поря док призвания к наследованию наследников по закону. Что же касается ссылки на действующее законодательство, то из ч. 3 ст. 418 ГК ясно видно, что ГК относит внуков и правнуков к числу наследников по закону. В ч. 3 ст. 418 сказано: «В случае отсутствия указанных наследников или непринятия ими наследства наследниками по закону являются трудоспособные родители, а при их отсутствии – братья и сестры умершего». В числе же «указанных наследников» выше упоминаются также внуки и правнуки. Таким образом, и внуки, и правнуки умершего, равно как и нисходящие усыновленного (поскольку усыновленные во всем приравниваются к родным детям усыновителя), входят в круг наследников по закону, что не означает, конечно, что они во всех случаях действи тельно будут призваны к наследованию;

впрочем, это может иметь место и в отношении некоторых других категорий наследников (трудоспособных родителей, братьев и сестер умершего).

Очерки советского наследственного права супруг. При этом не принимается во внимание, жили ли наследники совместно с наследодателем или не жили. Это обстоятельство может иметь значение в известных случаях только для установления размера причитающейся данному наследнику доли в наследственном имуществе, но не затрагивает его прав как наследника.

Основным критерием при установлении круга наследников по закону яв ляется факт близкого родства наследника с наследодателем (если не считать супруга и так называемых иждивенцев, которые могут быть и не родственни ками): для наследников по нисходящей линии – по общему правилу, не далее 3-й степени (наследование праправнуков – явление крайне редкое), для на следников по восходящей линии – 1-я степень (родители) и для наследников по боковой линии – 2-я степень (братья и сестры). Таким образом, при установлении круга наследников по закону советское право исходит, главным образом, из соображений родственной близости наследника с наследодателем.

2. Ближайшими наследниками являются дети. Их и имеет в виду, в первую очередь, законодатель, когда указывает, кто может быть наследником по закону.

Доказательством, что ребенок происходит от данных родителей является запись о рождении в книгах записи актов гражданского состояния (ст. 25 Ко декса законов о браке, семье и опеке РСФСР и соответствующие статьи кодек сов законов о браке других союзных республик). Поэтому для установления прав детей в качестве наследников надо обратиться к их записям о рождении.

Если родители ребенка состоят в зарегистрированном браке, то они оба записываются в книгу записей о рождении, и ребенок является наследником после них обоих, т. е. и после отца, и после матери;

при этом не имеет значе ния, был ли брак зарегистрирован до или после издания Указа Президиума Верховного Совета СССР от 8 июля 1944 г. («Ведомости Верховного Сове та СССР», 1944, № 37).

Дети являются наследниками после своих обоих родителей и в ряде других случаев.

Ребенок мог быть рожден от родителей, не состоявших в зарегистриро ванном браке. Но если затем мать вступает в зарегистрированный брак с лицом, от которого она родила ребенка и которое признает себя его отцом, ребенок приравнивается во всех отношениях к детям, родившимся в зареги стрированном браке (ст. 28 Кодекса законов о браке, семье и опеке РСФСР).

В таком случае делается соответствующая отметка в книге записей актов К зарегистрированным бракам приравниваются и церковные браки, заключенные в РСФСР до 20 декабря 1917 г., а в местностях, в которых Советская власть установилась позднее этого срока, – до образования органов записи актов гражданского состояния (прим. к ст. 2 Кодекса законов о браке, семье и опеке РСФСР). В других союзных республиках соответственно приме няются иные сроки (на Украине – 20 февраля 1919 г., в Белоруссии – 1 мая 1920 г. и т. д.).

В. И. Серебровский гражданского состояния, и выписка из этой книги служит доказательством рождения ребенка от данных отца и матери, в силу чего он является наслед ником после них обоих.

Ребенок мог родиться до издания Указа от 8 июля 1944 г. от родителей, не состоявших между собой в зарегистрированном браке;

но если лицо, с которым мать состояла в незарегистрированном браке, было записано его отцом в книге записей актов гражданского состояния, то ребенок является наследником и после отца, и после матери (ст. 30 Кодекса законов о браке, семье и опеке РСФСР).

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10 ноября 1944 г.

(«Ведомости Верховного Совета СССР», 1944, № 60) было установлено, что в тех случаях, когда фактические брачные отношения, существовавшие до издания Указа Президиума Верховного Совета СССР от 8 июля 1944 г., не могут быть зарегистрированы, согласно ст. 19 Указа, вследствие смерти или вследствие пропажи на фронте одного из лиц, состоявших в таких отноше ниях, то другой стороне предоставляется право обратиться в народный суд с заявлением о признании ее супругом умершего или пропавшего без вести лица. В связи с этим возникает вопрос о правах детей, рожденных до изда ния Указа от 8 июля 1944 г. Приобретают ли они право наследования после обоих родителей или не приобретают? В самом Указе от 10 ноября 1944 г. об этом ничего сказано не было. В директивном же письме НКЮ СССР от 16 ноября 1944 г., № Д-41 делалось предложение судам в случае признания заявления подлежащим удовлетворению – выносить определение о призна нии заявителя (заявительницы) супругом умершего или пропавшего без вес ти лица, но никаких других вопросов (о праве на пенсию, пособие, наследст во и т. п.) в определении не касаться. Некоторые советские авторы решали этот вопрос в том смысле, что признание на основании Указа от 10 ноября 1944 г. заявителя супругом дает основания к приобретению наследственных прав в имуществе лица, погибшего или пропавшего без вести на фронте, только для самого супруга, но не для детей, рожденных до 8 июля 1944 г. во время существования между супругами фактических брачных отношений.

Такой вывод надо считать необоснованным, и судебная практика в этом вопросе пошла по другому пути. Постановлением Пленума Верховного суда от 4 августа 1950 г. № 14/10/у «О судебной практике по делам о взыскании средств на содержание детей» было разъяснено судам, что если, в соответст вии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10 ноября 1944 г., «мать ребенка признана судом женой умершего или пропавшего без вести См.: Вопросы брака и семьи в суде. М., 1949, стр. 22.

См.: А м ф и т е а т р о в Г. Н. Право наследования в СССР. М., 1946, стр. 13.

Очерки советского наследственного права лица, то дети, родившиеся от этого брака, считаются детьми умершего или пропавшего без вести на фронте лица» (п. 5 постановления Пленума). По этому такие дети также наследуют и после отца, и после матери.

Согласно постановлению Пленума Верховного суда СССР от 16 сен тября 1949 г. № 12/8/у «О судебной практике по делам о расторжении брака», «права детей, рожденных в браке, признанном впоследствии недействительным, приравниваются к правам детей, рожденных в действительном зарегистрированном браке» (п. 11). В соответствии с этим, дети, рожденные в браке, признанном впоследствии недействительным, являются наследниками после обоих родителей.

Специального внимания заслуживает вопрос о наследственных правах детей, рожденных вне брака.

Буржуазное право исходит из положения о правовом неравенстве брач ных и так называемых внебрачных детей. Классовый эгоизм буржуа не до пускает уравнения внебрачных детей с брачными детьми, так как такое урав нение могло бы повести к нежелательному для буржуа вторжению «посто ронних лиц» в его собственность. Этим и объясняются многочисленные ограничения в правовом положении внебрачных детей по буржуазному пра ву, в том числе и в области наследственного права. Так например, в Англии внебрачные дети наследуют только после своей матери, если у нее нет за конных детей. Если же у матери имеются дети, рожденные в законном браке, внебрачные дети от наследования устраняются.

Принципиально иначе решается этот вопрос о правовом положении ре бенка, рожденного вне брака, в СССР.

Указ Президиума Верховного Совета СССР от 8 июля 1944 г. устано вил, что при регистрации в органах записи актов гражданского состояния рождения ребенка от матери, не состоящей в зарегистрированном браке, ребенок записывается по фамилии матери с присвоением ему отчества по указанию матери (ст. 21 Указа и соответственно ст. 27 Кодекса законов о браке, семье и опеке РСФСР). Таким образом, поскольку в записи о рожде нии ребенка указана лишь мать, ребенок наследует только после своей мате ри. В этом может заключаться для ребенка, рожденного вне брака, известная материальная невыгода. Но эта невыгода компенсируется той материальной помощью, которую Советское государство оказывает матери ребенка, рож денного вне брака. Одиноким (не состоящим в зарегистрированном браке) матерям выплачивается государственное пособие. Одинокая мать, если она того пожелает, может поместить рожденного ею ребенка на воспитание в детское учреждение, причем содержание и воспитание ребенка в таком слу См.: Гражданское и торговое право капиталистических стран. М., 1949, стр. 501–502, 518–521.

В. И. Серебровский чае полностью производится за государственный счет с тем, что одинокой матери предоставляется право в любой момент взять ребенка обратно. «Ни какого умаления достоинства личности как гражданина, как члена социали стического общества в отношении ребенка, рожденного матерью, не состоя щей в браке, в нашем государстве не допускается».

Для признания наследниками детей, происхождение которых от данных родителей надлежащим образом установлено, не требуется еще каких-либо дополнительных условий, например, совместного проживания с родителями и т. п.

Гр. Богданова предъявила иск в качестве наследницы в имуществе сво ей умершей матери. Народный суд в иске отказал, и Судебная коллегия Вер ховного суда Грузинской ССР решение народного суда оставила в силе.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда СССР, куда дело поступило по протесту Председателя Верховного суда СССР, решение на родного суда и определение Судебной коллегии Верховного суда Грузин ской ССР отменила, признав, что суд неправильно отказал Богдановой в иске по тем соображениям, что она 18 лет жила отдельно от матери и не находи лась на ее иждивении, так как, согласно ст. 418 ГК Грузинской ССР, для получения наследства не является обязательным совместное проживание детей с родителями и нахождение детей на иждивении родителей (определе ние Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 25 октября 1941 г. по делу № 983).

О наследовании внуков и правнуков умершего будет сказано несколько позже (см. § 2 наст. главы).

3. Закон включает в число детей, являющихся наследниками, и усынов ленных (ст. 418 ГК). Институт усыновления чрезвычайно развит в СССР.

Особенно в широких масштабах стало применяться усыновление во время Великой Отечественной войны и в послевоенный период, когда трудящиеся нашей страны приняли на усыновление значительное количество детей, ли шившихся своих родителей.

Усыновленные и их потомство по отношению к усыновителю и усыно вители по отношению к усыновленным и их потомству в личных и имущест венных правах и обязанностях приравниваются к родственникам по проис хождению (ст. 64 Кодекса законов о браке, семье и опеке РСФСР).

Вполне естественно поэтому, что усыновленный приобретает те же на следственные права в отношении умершего гражданина (его усыновителя), что и родные дети этого гражданина. Таким образом, у родных детей и усы С в е р д л о в Г. М. Советское законодательство о браке и семье. Госюриздат, 1952, стр. 56–57.

Сборник постановлений Пленума и определений коллегий Верховного суда СССР, 1941 год.

М., 1947, стр. 115.

Очерки советского наследственного права новленных имеются одинаковые права на наследственное имущество, ос тавшееся после смерти этого гражданина.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда УССР от менила определение областного суда, сославшись на то, что А. Т. Лукомская и Г. Т. и Т. Т. Великоцкие не имеют права наследовать имущество, оставшееся после Е. Г. Великоцкой, так как они не являются ее родными детьми. Рассмотрев настоящее дело по протесту Генерального прокурора СССР, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда СССР установила, что в деле имеется копия решения народного суда, согласно которому Г. Т. Великоцкий, Т. Т. Великоцкая и А. Т. Лукомская признаны усыновленными с 1919 г. Т. Великоцким и их мачехой Е. Г. Великоцкой.

При наличии такого решения утверждение Судебной коллегии Верховного суда УССР о том, что указанные выше лица не имеют права наследовать в имуществе Великоцкой Е. Г., является необоснованным (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 1 марта 1950 г.). о праве наследования усыновленного после усыновителя в тех Вопрос случаях, когда усыновление надлежащим образом оформлено, не вызывает сомнений, но до последнего времени считался спорным вопрос, утрачивает ли усыновленный право наследования после своих родителей. Вопрос о пра вовых взаимоотношениях усыновленных с их родителями получил исчерпы вающее разъяснение в постановлении Пленума Верховного суда СССР от 13 октября 1950 г. по делу Колпаковой. Пленум Верховного суда СССР разъ яснил, что с момента усыновления всякая правовая связь между усыновлен ным и его родителями прекращается и никаких имущественных и лично правовых притязаний, основываемых на факте кровного родства, ни усынов ленный к родителю, ни родитель к усыновленному заявлять в судебном по рядке не могут. Отсюда следует сделать вывод, что усыновленный утрачива ет после своих родителей и право наследования. Но утрачивает ли усынов ленный право наследования и после других своих родственников? Этот во прос решается прямо только Кодексом законов о браке, семье и опеке Гру зинской ССР, устанавливающим, что усыновленные и их потомство утрачи вают все права и освобождаются от всех обязанностей по отношению к дру гим своим родственникам по происхождению (ст. 73). Такое решение вопро са нам кажется вполне последовательным. Присоединяясь к нему, мы выска зываемся за то, чтобы в будущем ГК СССР было предусмотрено, что усы новленный утрачивает право наследования не только после своих родителей, но и после других своих родственников по происхождению.

О наследовании нисходящих усыновленного – его детей, внуков см. § наст. главы.

В. И. Серебровский 4. В связи с наследованием усыновленных стоит вопрос о наследовании детей, фактически принятых на воспитание и содержание, но формально не усыновленных (ст. 423 Кодекса законов о браке, семье и опеке РСФСР).

Пленум Верховного суда СССР разъяснил, что если при жизни усыно вителя или усыновленного усыновление не было оформлено в надлежащем порядке, то по просьбе заинтересованного лица факт усыновления может быть установлен судом в порядке особого производства (постановление Пленума Верховного суда СССР от 29 июня 1945 г. № 9/8/у «О порядке су дебного установления фактов, от которых зависит возникновение, изменение или прекращение личных или имущественных прав граждан»). В случае установления судом факта усыновления лицо, фактически принятое на вос питание и содержание, приобретает право наследования после лица, при нявшего его на воспитание и содержание. Однако такие правовые последст вия могут иметь место только при наличии прямого соглашения между сто ронами о принятии одной из сторон ребенка на постоянное воспитание с иждивением или же при наличии между ними таких фактических отноше ний, из которых явствует, что в течение длительного времени лицо, не несу щее по закону обязанностей по воспитанию и содержанию детей, фактически постоянно (одно или с родителями) воспитывало ребенка, заботилось о нем и содержало его (постановление Пленума Верховного суда СССР от 17 ноября 1950 г. по делу Корниловой с Сайдасановым).

Верховный суд СССР разъяснил также, что если заявление об установ лении факта усыновления сделано в целях получения наследственного иму щества, уже находящегося во владении другого лица, то такое дело подле жит рассмотрению в общеисковом порядке с вызовом заинтересованных лиц. Гр. Рыхальский обратился в суд с заявлением об установлении факта усыновления его Д. Рыхальским и Е. Рыхальской в целях получения остав шегося после их смерти наследственного имущества. Судебная коллегия Верховного суда СССР указала, что поскольку по данному делу стоит вопрос не только о признании Т. Рыхальского усыновленным, но и о признании его права на наследственное имущество, находящееся в настоящее время во владении Кондратьевых и Ракович, это дело подлежит рассмотрению в об щеисковом порядке, а не в порядке особого производства, и суду следует вызвать Н. и С. Кондратьевых и Е. Ракович, которые уже оформили право наследования на имущество, оставшееся после смерти Д. и Е. Рыхальских (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 24 мая 1949 г. по делу № 36/505).

5. Пасынки и падчерицы не являются наследниками после своих отчима и мачехи. Наследниками после отчима или мачехи они могут быть только в тех случаях, если они были ими усыновлены или находились у них на иждиве Очерки советского наследственного права нии (п.7 постановления Пленума Верховного суда СССР от 20 июня 1947 г.).

Гражданка Кудасова предъявила в народном суде г. Саратова иск о призна нии за ее дочерью Галиной права наследования на часть дома, оставшегося после смерти Б. А. Гордеева. Обстоятельства этого дела таковы: бабка доче ри истицы Строганова находилась в браке с умершим Б. А. Гордеевым, при чем при вступлении ее в брак с Гордеевым у нее был сын В. Строганов от другого брака, ставший пасынком Б. А. Гордееву;

от брака Строганова В. с Кудасовой родилась дочь Галина, в пользу которой истица и просила прису дить долю в имуществе, оставшемся после смерти Гордеева, являвшегося, по утверждению истицы, дедом Галины. Народный суд вынес решение о при знании Галины наследницей в половине дома;

решение это было Саратов ским областным судом оставлено в силе. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда СССР, рассмотрев по протесту Председателя Вер ховного суда СССР настоящее дело, нашла, что В. Строганов и его дети в силу ст. 418 ГК могли бы претендовать на получение наследственной доли в имуществе лишь в том случае, если бы В. Строганов был усыновлен Гордее вым. Но в материалах дела по этому вопросу нет никаких данных. При этих условиях суду при новом рассмотрении дела необходимо проверить, был ли В. Строганов усыновлен Гордеевым. Установление этого обстоятельства имеет значение для признания за дочерью истицы Галиной права на получе ние наследственной доли в имуществе, оставшемся после смерти Гордеева.

На основании изложенного Судебная коллегия отменила решение народного суда и определение областного суда и дело передала на новое рассмотрение в Саратовский областной суд (определение Судебной коллегии по граждан ским делам Верховного суда СССР от 27 октября 1944 г. по делу № 600).

Таким образом, Верховный суд правильно поставил вопрос о праве наследо вания дочери истицы Галины в зависимость от того, был ли ее отец (муж истицы) усыновлен Гордеевым.

6. В СССР широкое применение имеет так называемый патронат – при нятие на воспитание детей, оставшихся без родителей. Но в то время как при усыновлении усыновленный приравнивается во всех личных и имуществен ных правах и обязанностях к родным детям усыновителя, приобретает все права и обязанности родного ребенка, при патронате между воспитателем и патронируемым ребенком не возникает прав и обязанностей, вытекающих из семейного союза. Правовые отношения между усыновителем и ребенком устанавливаются без указания срока;

при патронате правовые отношения между ребенком и лицом, проявившим желание взять ребенка на воспита ние, устанавливаются по особому договору только на определенный срок Судебная практика Верховного суда СССР, 1944. Вып. Х (XVI). М., 1945, стр. 26.

В. И. Серебровский (как правило, до достижения ребенком 14 лет). Ребенок, принятый на воспи тание по договору патроната, не получает фамилии воспитателя, сохраняя фамилию отца, не имеет права на получение алиментов с воспитателя, если последний откажется от воспитания, не приобретет права наследования в имуществе воспитателя и его родственников.

Не приобретает также права наследования в имуществе опекуна ребе нок, находящийся под опекой. Опекун призван охранять личность и имуще ство недееспособного, он совершает от его имени те сделки, которые мог бы совершать сам подопечный, если бы обладал дееспособностью (при этом для ряда более важных сделок требуется согласие органов опеки и попечитель ства). Но опекун все же не приравнивается к родителю, как это имеет место в отношении усыновителя, поэтому подопечный не является наследником после опекуна.

7. Как и дети умершего, его переживший супруг является его ближай шим наследником.

До издания Указа Президиума Верховного Совета СССР от 8 июля 1944 г. в тех союзных республиках, в которых регистрация брака не считалась обязательной (РСФСР, БССР и большинство других союзных республик), судебная практика пошла по пути уравнения наследственных прав фактическо го и зарегистрированного супруга, при том, разумеется, условии, что фактиче ский брак отвечал требованиям, предусмотренным законом (ст. 11 и 12 Брач но-семейного кодекса РСФСР в редакции, действовавшей до издания Указа от 8 июля 1944 г., и соответствующие статьи брачно-семейных кодексов других союзных республик, признававших фактические браки). Судебной же практи кой было признано, что лицо, состоявшее с умершим в фактических брачных отношениях, не может считаться его наследником, если ко времени открытия наследства у умершего был супруг, состоявший с ним в зарегистрированном и не расторгнутом браке. В тех же союзных республиках, которые признавали только зарегистрированные браки (Азербайджанская ССР, Туркменская ССР и др.), фактический супруг не приобретал в случае смерти другого супруга право наследования;

исключением в этом отношении была УССР, законодательство которой признавало только зарегистрированный брак, но судебная практика пошла по пути признания фактического брака и защиты вытекающих из него отношений, в том числе и наследственных.

На основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 8 ию ля 1944 г., только зарегистрированный брак порождает права и обязанности См. проф. О р л о в с к и й П. Е. Практика Верховного суда СССР по гражданским наследст венным делам. М., 1947, стр. 7.

См. проф. Б о ш к о В. И. Очерки советского семейного права. Киев, Госполитиздат УССР, 1952, стр. 182.

Очерки советского наследственного права супругов;

наследовать после умершего супруга может лишь лицо, состояв шее с ним в зарегистрированном браке.

Как нами указывалось, закон приравнивает к зарегистрированным бра кам церковные браки, заключенные в союзных республиках до образования в них органов записи актов гражданского состояния;

поэтому переживший супруг, состоявший в таком браке, является законным наследником после умершего супруга (ср. определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 19 октября 1946 г. по делу № 718).

С изданием Указа Президиума Верховного Совета СССР от 8 июля 1944 г., признавшего законную силу только за зарегистрированным браком, наследование друг после друга лиц, состоявших в фактических брачных отношениях, по общему правилу, исключается. Это положение применяется как к тем случаям, когда фактические брачные отношения возникли после издания Указа от 8 июля 1944 г., так и к тем случаям, когда такие отношения возникли до издания Указа от 8 июля 1944 г. Но, если лица, фактически со стоявшие в брачных отношениях до издания Указа от 8 июля 1944 г., офор мили свои отношения путем регистрации брака, то в случае смерти кого либо из них переживший супруг признается его наследником.

На основании вышеупомянутого Указа Президиума Верховного Совета СССР от 10 ноября 1944 г. «О порядке признания фактических брачных отношений в случае смерти или пропажи без вести на фронте одного из суп ругов», фактические брачные отношения, возникшие до издания Указа от 8 июля 1944 г., могут быть установлены судом. В этом случае лицо, при знанное супругом умершего, призывается к наследованию. Но при этом надо иметь в виду, что, согласно постановлению Пленума Верховного суда СССР от 16 ноября 1951 г. по делу Калошина, Указ от 10 ноября 1944 г. может быть применен в тех отдельных случаях, когда смерть или пропажа без вести одного из супругов произошла в период Отечественной войны или хотя бы и после окончания Отечественной войны, но фактические брачные отношения, возникшие задолго до издания Указа от 8 июля 1944 г., супруги по незави сящим от них причинам не могли после издания этого Указа оформить в органах ЗАГСа. Если же они имели возможность оформить свои фактиче ские брачные отношения путем регистрации брака, но этого не сделали, то См. проф. О р л о в с к и й П. Е. Практика Верховного суда СССР по гражданским наследст венным делам. М., 1947, стр. 7.

Термин «задолго» нельзя, разумеется, признать достаточно определенным. Но, тем не менее, мысль, выраженная в постановлении Пленума Верховного суда СССР, представляется ясной:

для признания фактических отношений, возникших между данными лицами до издания Указа от 8 июля 1944 г., брачными требуется, чтобы такие отношения существовали в течение более или менее продолжительного срока.

В. И. Серебровский переживший фактический супруг не может быть признан наследником умершего.

Для признания пережившего супруга наследником не требуется, чтобы до момента смерти другого супруга супруги проживали совместно. Они могли проживать и раздельно (в разных квартирах и даже в разных населен ных пунктах).

Судебная практика твердо стоит на той точке зрения, что пока брак не расторгнут, переживший супруг является наследником.

В апреле 1948 г. умер В. С. Кордзадзе. На имущество, оставшееся после смерти Кордзадзе, заявили свои права в порядке наследования: 1) П. Салад зе, с которой Кордзадзе находился в зарегистрированном браке с 1926 г., но с которой, не расторгнув брака, прекратил совместную жизнь в 1936 г.;

2) Автандил, родившийся в 1928 г. от брака Кордзадзе с Саладзе;

3) М. Невзорова, с которой Кордзадзе находился в фактических брачных отно шениях с 1936 г. по день смерти;

4) трое детей, родившихся у Невзоровой от Кордзадзе: Тамара, родившаяся в 1937 г., Тереза, родившаяся в 1938 г., и Этери, родившаяся в 1945 г. Народный суд г. Еревана признал наследниками Невзорову и четырех детей Кордзадзе (от Саладзе и от Невзоровой);

в иске Саладзе народный суд отказал. Верховный суд Армянской ССР оставил в силе решение народного суда со следующим изменением: наследственное имущество подлежит разделу между тремя наследниками – сыном Автанди лом и дочерьми Тамарой и Терезой, родившимися хотя и вне брака, но до издания Указа Президиума Верховного Совета СССР от 8 июля 1944 г. Су дебная коллегия по гражданским делам Верховного суда СССР, рассмотрев по протесту Председателя Верховного суда СССР настоящее дело, нашла, что суд неосновательно исключил из числа наследников П. Саладзе, брак которой с Кордзадзе не был расторгнут в установленном порядке и которая поэтому сохранила все права, предоставленные по закону лицам, состоящим в зарегистрированном браке, в том числе и право наследовать после умерше го супруга. Судебная коллегия признала, что поскольку из материала дела видно, что дом, входящий в состав наследственного имущества, был постро ен в 1940 г. совместно Кордзадзе с Невзоровой, последняя имеет право, в силу ст. 65 ГК, на соответствующую долю в доме как общей собственности ее с Кордзадзе. За выделом доли Невзоровой, остальная часть дома должна считаться наследственным имуществом, которое после смерти наследодате ля Кордзадзе должно поступить к его наследникам: Саладзе, как пережив шему супругу умершего, и его четверым детям, поскольку он записан их отцом в свидетельствах о рождении. По изложенным основаниям Судебная коллегия отменила решение народного суда г. Еревана и определение Вер Очерки советского наследственного права ховного суда Армянской ССР и дело передала на новое рассмотрение Вер ховному суду Армянской ССР по первой инстанции.

В случае развода разведенный супруг теряет право наследования в иму ществе своего прежнего супруга. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда СССР по иску Щербакова к Харитонову признала: «Мате риалами дела установлено, что супруги Щербаковы были разведены, и иму щество между ними было разделено. Поэтому Щербаков не имеет, на осно вании ст. 418 ГК, права на получение имущества, оставшегося после смерти бывшей жены» (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 28 ноября 1941 г. по делу № 1138). Во всяком случае, суды должны при рассмотрении соответствующих дел тщательно выяснять, находилось ли заинтересованное лицо в разводе с умершим или не находилось. Так, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда СССР отнесла к числу оснований, вызывающих необходимость в пересмотре дела, то, что «суд не выяснил, являлась ли Рухадзе женой умершего Умур шатяна, так как ответчик утверждает, что Рухадзе находилась в разводе с Умуршатяном» (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 10 июля 1945 г. по делу № 525).

При рассмотрении вопроса о праве наследования пережившего супруга существенное значение имеет время прекращения брака в силу развода. Во прос о времени прекращения брака получил разрешение в постановлении Пленума Верховного суда СССР от 16 сентября 1949 г., № 12/8/у «О судеб ной практике по делам о расторжении брака». Согласно п.10 указанного постановления Пленума Верховного суда СССР, «регистрация развода в органах ЗАГСа может производиться после вступления решения в законную силу. С момента внесения записи о разводе в книгу регистрации разводов брак считается прекращенным».

Таким образом, брак считается прекратившимся не с момента вступле ния решения о разводе в законную силу, а с момента записи о разводе в кни гах записи актов гражданского состояния. С этого момента разведенные супруги утрачивают взаимное право наследования.

На практике возник вопрос, как поступать в тех случаях, если один из супругов умрет после вступления решения в законную силу, но до момента регистрации развода в органах записи актов гражданского состояния. Может ли в таком случае другой супруг считать себя наследником по закону в каче стве пережившего супруга? Существующая Инструкция НКЮ СССР от 27 ноября 1944 г. указаний по этому поводу не содержит. На практике, ко Сборник постановлений Пленума и определений коллегий Верховного суда СССР, 1941 год.

М., 1947, стр. 114.

Судебная практика Верховного суда СССР, 1945. Вып. VIII (XXIV). М., 1947, стр. 26.

В. И. Серебровский нечно, могут быть случаи, когда развод не был зарегистрирован в органах ЗАГСа только по случайным причинам;

но все же, в точном соответствии с вышеуказанным постановлением Пленума Верховного суда СССР от 16 сентября 1949 г., № 12/8/у, в таких случаях брак должен считаться нерас торгнутым. Поэтому, если один из супругов умрет в период между момен том вступления в законную силу решения о разводе и моментом регистрации развода в органах записи актов гражданского состояния, переживший супруг сохраняет право наследования в имуществе умершего.

Брак может быть признан недействительным в случае нарушения усло вий, установленных законодательством для заключения брака (ст. 6 Кодекса законов о браке, семье и опеке РСФСР и соответствующие статьи кодексов законов о браке, семье и опеке других союзных республик), например, при заключении брака с лицом, уже состоявшим в другом зарегистрированном браке. Брак может быть признан недействительным и в случае его фиктивно сти, т. е. когда все формальные требования закона для заключения брака были соблюдены, но в действительности лица вступили в брак, не имея на мерения к установлению между ними прав и обязанностей супругов (напри мер, в целях получения жилплощади). Недействительный брак не может повести к возникновению тех прав и обязанностей, которые возникают для супругов из действительного брака. Поэтому лица, вступившие в брак, при знанный впоследствии недействительным, не могут обладать и правом на следования, принадлежащим пережившему супругу в действительном браке.

8. Вопрос о наследовании родителей имеет в СССР свою историю. Еще декрет ВЦИК «Об отмене наследования» от 27 апреля 1918 г. (СУ РСФСР, 1918, № 34, ст. 456), заложивший основы советского наследственного права, допуская возможность призвания к наследованию восходящих умершего, тем самым признавал родителей в качестве наследников (ст. IX декрета). ГК РСФСР 1922 г. не указывает родителей в числе наследников по закону. Од нако это не означает, что родители вовсе устранялись от наследования. ГК ввел новую категорию наследников по закону – нетрудоспособных и неиму щих лиц, фактически находившихся на полном иждивении умершего не менее одного года до его смерти (ст. 418 ГК в первоначальной редакции). Об этой категории наследников речь будет идти несколько позже. Сейчас же можно только указать, что если родители умершего отвечали признакам, установленным ст. 418 ГК для «иждивенца», то они могли призываться к наследованию. Таким образом, родители могли наследовать после своих детей лишь в качестве их «иждивенцев». Только ГК Белорусской ССР прямо разрешал наследование родителей, но все же не по закону, а только по заве щанию (ст. 460 ГК Белорусской ССР).

Очерки советского наследственного права Указом Президиума Верховного Совета СССР от 14 марта 1945 г. «О на следниках по закону и по завещанию» установленный ГК порядок был изме нен. Указ признал родителей самостоятельной категорией наследников по закону, независимо от того, являлись ли они или не являлись «иждивенцами» умершего. На основании Указа от 14 марта 1945 г. ГК всех союзных республик включили родителей в круг наследников по закону, что вполне соответствует той естественной близости, которая существует между родителями и детьми.

Однако не всегда оба родителя призываются к наследованию после сво их детей. В данном случае должно применяться то же правило, что и при наследовании детей после родителей. Для призвания к наследованию по закону отца или матери требуется установление их правовой связи с детьми, доказательством чего является запись о рождении в книгах записи актов гражданского состояния. Если и отец, и мать записаны в книгу записей о рождении, оба они призываются к наследованию после смерти их ребенка.

Если же в записи о рождении указана только мать, то в качестве родителя наследника может быть призвана к наследованию только мать.

При наследовании по закону родителей существенное значение имеет и факт их нетрудоспособности. Нетрудоспособный родитель призывается к наследованию прежде трудоспособного родителя. В силу этого родители не всегда призываются к наследованию вместе (см. далее, § 2).

9. Ст. 418 ГК не указывает усыновителей в числе наследников по зако ну. Но, поскольку усыновители приравниваются по отношению к усынов ленному в личных и имущественных правах и обязанностях к родственникам по происхождению (ст. 64 Кодекса законов о браке, семье и опеке РСФСР), усыновители являются наследниками после усыновленных.

Могут ли вместе с усыновителями наследовать и родители усыновлен ного? Очевидно, этот вопрос должен разрешаться аналогично разрешению вопроса о наследовании усыновленного после своих родителей.

Поскольку в силу усыновления всякая правовая связь между усынов ленным и его родителями прекращается, родители усыновленного должны утрачивать право наследования после его смерти. В соответствии с выска занным нами мнением, что усыновленный должен утрачивать право насле дования не только после своих родителей, но и после других своих родст венников, следовало бы признать, что равным образом должны утрачивать право наследования и родственники усыновленного после его смерти.

Указ от 14 марта 1945 г. включил в круг наследников по закону родите лей, что явилось, несомненно, вполне обоснованным мероприятием. Нам каза лось бы, что следовало пойти несколько дальше по расширению круга наслед ников по закону в отношении родственников по восходящей линии, включив в круг наследников по закону также дедов и бабок. По действующему законода В. И. Серебровский тельству, деды и бабки являются наследниками по закону, поскольку они под падают под категорию «иждивенцев» наследодателя. Но почему же не при знать за ними самостоятельное право наследования? Ведь они являются доста точно близкими родственниками умершего. И если допускаются при наличии известных условий к наследованию внуки и даже правнуки, то почему надо исключать из круга наследников по закону дедов и бабок? Но, включив дедов и бабок в круг наследников по закону, надо установить порядок их призвания – не вместе с родителями умершего, а в следующую за ними очередь.

10. Братья и сестры наследодателя являются его наследниками по боковой линии и притом единственными наследниками по боковой линии. Наследова ние других родственников по боковой линии – племянников, двоюродных братьев и сестер, дядей и теток и т. д. – не допускается. Братьями и сестрами, так сказать, замыкается круг наследников по закону по советскому праву.

Советское законодательство не устанавливает при наследовании по зако ну какого-либо приоритета в пользу так называемых полнородных братьев и сестер (имеющих общих отца и мать) перед неполнородными, единоутробны ми (имеющими общую мать, но разных отцов) и единокровными (имеющими общего отца, но разных матерей). И те, и другие обладают правом наследова ния один после другого и притом независимо от того, имеются ли одновремен но и полнородные, и неполнородные братья и сестры. Поэтому, если, напри мер, имеются брат Василий и сестра Елена, рожденные матерью в первом бра ке, и брат Иван и сестра Ольга, рожденные той же матерью во втором браке, то в случае смерти кого-либо из братьев или сестер при отсутствии других закон ных наследников первой и второй очереди к наследованию после умершего призываются одновременно все оставшиеся в живых его братья и сестры, неза висимо от того, являются ли они полнородными или неполнородными. Следо вательно, в случае смерти брата Василия будут призваны в качестве наследни ков не только полнородная сестра его Елена, но и неполнородные (в данном случае единоутробные) брат Иван и сестра Ольга. Так же обстоит дело и при наследовании единокровных братьев и сестер. И в этом случае закон не уста навливает какого-либо преимущества в пользу полнокровных братьев и сестер.

Гр. Рейман и Шерман обратились в суд с иском о признании их наслед никами дома, оставшегося в г. Полоцке после смерти их сестры Табачнико вой. Спорный дом был занят погрузочной конторой ст. Полоцк Запад ной ж. д. Народный суд г. Полоцка иск Рейман и Шерман удовлетворил, но Верховный суд БССР решение народного суда отменил на том основании, что истицы не являются наследниками. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда СССР, рассмотрев настоящее дело по протесту Пред седателя Верховного суда СССР, признала, что «поскольку Табачниковы (муж и жена) жили вместе и спорный дом был нажит ими при совместной Очерки советского наследственного права жизни, следует прийти к выводу, что если не весь дом целиком, то часть его принадлежала сестре истиц и поэтому они вправе на основании Указа Пре зидиума Верховного Совета СССР от 14 марта 1945 г. претендовать на дом в порядке наследования» (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 29 марта 1947 г. по делу № 36/242).

Так называемые сводные братья и сестры, не состоящие в родстве друг с другом, правом наследования один после другого не обладают. Поэтому, например, если у вдовца (или разведенного) имелись дети от первого брака, а затем он женится на вдове (или разведенной), также имеющей детей от первого брака, то эти дети не приобретают права наследования друг после друга.

Статья 418 ГК предусматривает наследование после умершего его брать ев и сестер, но не лиц, усыновленных отцом или матерью умершего. Эта норма закона находится в соответствии со ст. 64 Кодекса законов о браке, семье и опеке РСФСР, в силу которой усыновленные и их потомство приравниваются в своих личных и имущественных правах и обязанностях к родственникам по происхождению только в отношении к усыновителям, а не к их родственни кам. Практика, однако, иногда признает усыновленных наследниками детей усыновителя и обратно. Считая, в принципе, целесообразным полное уравне ние усыновленного в правах и обязанностях с детьми усыновителя, мы все же думаем, что это может быть достигнуто только в законодательном порядке.

11. Наследниками по закону являются также лица, находившиеся на иждивении наследодателя (его «иждивенцы»).

В число иждивенцев могут войти родственники умершего, не включен ные в число наследников по закону (например, двоюродные братья и сестры, дед и бабка и т. д.), а также и не родственники.

По ст. 418 ГК в редакции, действовавшей до издания Указа Президиума Верховного Совета СССР от 14 марта 1945 г. «О наследниках по закону и по завещанию», для включения в число наследников по закону данного лица в качестве иждивенца требовалось, чтобы это лицо: 1) было нетрудоспособ ным и неимущим и 2) находилось на полном иждивении наследодателя не менее одного года до его смерти.

На основании ст. 1 Указа от 14 марта 1945 г. и ст. 418 ГК (в новой редак ции) круг иждивенцев – наследников умершего – определяется иначе. Теперь для признания лица имеющим право быть наследником в качестве иждивенца требуется только, чтобы это лицо было: 1) нетрудоспособным и 2) состояло на иждивении умершего не менее одного года до его смерти. Таким образом, Указ от 14 марта 1945 г. (а также ст. 418 ГК в новой редакции) не требует, Судебная практика Верховного суда СССР, 1947. Вып. V (XXXIX). М., 1948, стр. 13–14.

В. И. Серебровский чтобы иждивенец был «неимущим» и находился на «полном» иждивении умершего.

Как указывается в определении Судебной коллегии по гражданским де лам Верховного суда СССР от 19 мая 1945 г. по иску Анисимовой к Перов скому горфо, «новый закон о праве наследования не ставит обязательным условием для иждивенцев полное иждивение, совместное проживание и нуждаемость». Рост материального благосостояния трудящихся СССР, есте ственно, исключает возможность существования неимущих граждан. Но данное лицо может быть признано состоящим на иждивении наследодателя, если материальная помощь последнего являлась основным источником су ществования этого лица, оказывалась ему систематически.

Гражданка Силина предъявила в народном суде иск о признании ее на следницей в имуществе, оставшемся после смерти ее племянницы Креслин.

Народный суд г. Москвы постановил признать Силину наследницей в иму ществе Креслин. Московский городской суд решение народного суда оста вил в силе. Но Судебная коллегия Верховного суда РСФСР решение народ ного суда и определение городского суда отменила и в иске Силиной отказа ла. По протесту Председателя Верховного суда СССР дело поступило на рассмотрение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР, которая признала, что определение Верховного суда РСФСР подле жит отмене на следующем основании. Материалами дела подтверждается заявление Силиной, что она с 1935 г. находилась на иждивении Креслин.

Свидетель Горшков показал, что ему как бывшему мужу Креслин известны взаимоотношения Креслин с Силиной и он знает, что Креслин с 1935 г. сис тематически помогала своей тетке Силиной. Другая свидетельница, Хвицкая, знавшая Силину и Креслин в течение 10 лет, также удостоверила, что Крес лин систематически оказывала Силиной денежную помощь. При наличии таких данных Судебная коллегия Верховного суда СССР признала неоснова тельным указание Судебной коллегии Верховного суда РСФСР, что Силина не находилась на иждивении Креслин (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 5 февраля 1942 г. по делу № 15).

С другой стороны, отдельные случаи нерегулярной материальной помощи не могут считаться признаком иждивения. В этом отношении представляет интерес дело по иску И. к Д-вой о признании ее малолетней дочери Ольги наследницей в имуществе, оставшемся после смерти мужа ответчицы Д-ва.

Дело это разбиралось в ряде судебных инстанций и после того, как определе Судебная практика Верховного суда СССР, 1945. Вып. VII (XXIII). М., 1946, стр. 19.

Сборник постановлений Пленума и определений коллегий Верховного суда СССР, 1943 год.

М., 1948, стр. 264.

Очерки советского наследственного права нием Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР был отклонен протест Председателя Верховного суда СССР, Председатель Верхов ного суда СССР внес протест в Пленум Верховного суда СССР. Рассмотрев протест Председателя Верховного суда СССР, Пленум Верховного суда СССР признал протест подлежащим удовлетворению. В постановлении Пленума от апреля 1949 г. указывается, что суд неосновательно признал Ольгу И. наслед ницей после умершего Д-ва. Ольга И. родилась в 1945 г., после издания Указа Президиума Верховного Совета СССР от 8 июля 1944 г. Мать Ольги И. с Д вым в зарегистрированном браке не состояла. Д-в Ольгу И. не усыновлял и отцом ее в книгах записи актов гражданского состояния записан не был. По делу не установлено, что помощь, которую Д-в оказывал И., была основным средством существования И. Поэтому отдельные нерегулярные случаи матери альной поддержки, оказываемой Д-вым, не могут считаться доказательством иждивенчества и не создают для Ольги И. права на получение наследства, тем более, что она находилась и находится на иждивении своей матери. Ввиду изложенного Пленум Верховного суда СССР постановил оставить по данному делу в силе решение Московского городского суда, которым в иске И. отказа но (постановление Пленума Верховного суда СССР от 1 апреля 1949 г.).

Для признания данного лица имеющим право наследования в качестве «иждивенца» требуется еще, чтобы это лицо состояло на иждивении насле додателя не менее одного года до его смерти.

В 1943 г. в г. Сталинграде умерла гр. Макарова, и наследником ее был признан, по решению народного суда г. Сталинграда, ее муж Макаров.

В 1947 г. сестра Макаровой – Россиева – предъявила иск к Макарову о при знании ее наследницей в части имущества, оставшегося после смерти ее сестры, по тем основаниям, что умершая Макарова являлась ее воспитатель ницей с трехлетнего возраста и фактически ее усыновила, а ответчик Мака ров брачные отношения с ее сестрой прекратил задолго до смерти послед ней. Из материалов дела усматривается, что Россиева действительно воспи тывалась с трехлетнего возраста у своей сестры Макаровой, но с 1906 г. от нее ушла и с тех пор на иждивении сестры не состояла. Документов, свиде тельствующих об усыновлении истицы ее сестрой, в деле не имеется. При наличии означенных обстоятельств, как указала в своем определении Судеб ная коллегия, у суда не было достаточных оснований для признания истицы наследницей в спорном имуществе (определение Судебной коллегии по гра жданским делам Верховного суда СССР от 21 июня 1949 г. по делу № 36/723).

В случае открытия наследства после признания умершим безвестно от сутствующего лица необходимо, чтобы иждивенцы находились на его ижди вении не менее одного года до момента получения от него последних извес В. И. Серебровский тий (постановление Президиума Верховного суда РСФСР от 16–17 сентяб ря 1935 г., протокол № 67). Но во всяком случае требуется, чтобы признание лица умершим было оформлено в установленном порядке.

Верховный суд СССР признал, что, поскольку в деле нет данных о том, что А. К. Аджабханян в установленном порядке был признан умершим, од ного лишь извещения райвоенкомата о безвестной пропаже Аджабханяна недостаточно, чтобы суд мог признать его имущество наследственным (оп ределение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 9 июня 1949 г. по делу № 36/638).

Таким образом, для иждивения, являющегося основанием для признания данного лица наследником, требуется наличие следующих признаков: 1) лицо, бывшее на иждивении у наследодателя, должно быть нетрудоспособным;

2) материальная помощь, оказывавшаяся наследодателем, должна была слу жить основным источником существования иждивенца;

3) материальная по мощь должна была оказываться ему систематически;

4) лицо должно было состоять на иждивении у наследодателя не менее одного года до его смерти.

Для признания данного лица иждивенцем не должно считаться препятст вием наличие у него известного имущества, если это имущество не может служить для него основным источником существования. Не является препят ствием для признания иждивенцем получение им пенсии. Не имеет значения для решения вопроса об иждивенчестве и факт проживания наследодателя и лица, получающего от него помощь, в разных местах (городах, квартирах и т. д.). В приведенном выше определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР (от 5 февраля 1943 г., № 15) указывается, что проживание Силиной и Креслин на разных квартирах не имеет значения для решения вопроса об иждивенчестве Силиной, так как совместное проживание наследодателя и лица, получавшего от него помощь, не является по закону ус ловием для признания иждивенца наследником. Что же касается получаемой Силиной пенсии, то это не исключает фактического состояния ее на иждивении Креслин.

Не превращает в иждивенца получение данным лицом средств на со держание с причинителя вреда по судебному решению. В определении по иску Кадыровой к Галеевой Судебная коллегия по гражданским делам Вер ховного суда СССР признала, что получение Кадыровыми в течение ряда лет, по судебному решению, средств на свое содержание от Галеева не пре вращает их в иждивенцев последнего, имеющих по ст. 418 ГК право насле дования в его имуществе (Галеев был осужден за убийство Кадырова и, по Советская юстиция, 1935, № 31, стр. 24.

См.: Сборник постановлений Пленума и определений коллегий Верховного суда СССР, 1943 год. М., 1948, стр. 64.

Очерки советского наследственного права приговору суда, с Галеева были присуждены периодические платежи на содержание двух несовершеннолетних детей Кадырова).

При установлении факта иждивения весьма важное значение имеет ус тановление нетрудоспособности лица, заявившего свои права на наследство.

Поскольку в действующем гражданско-правовом законодательстве не со держится указаний о порядке установления нетрудоспособности иждивенца, обычно нетрудоспособность иждивенца устанавливается применительно к правилам нашего законодательства по социальному страхованию о назначе нии пенсий по инвалидности и по случаю потери кормильца. Мы думаем, однако, что нет оснований автоматически применять это законодательство, рассчитанное на совершенно иные отношения, к случаям признания данного лица нетрудоспособным в целях включения его в число наследников по за кону. К тому же это законодательство крайне устарело. Нельзя не учитывать при установлении нетрудоспособности, дающей право на получение наслед ства, и огромной роли трудоустройства инвалидов, являющегося одним из существенных способов обеспечения средств к жизни гражданам, у которых понижена трудоспособность, позволяющего включить этих граждан в обще ственно-производительный труд.

В нашей литературе был высказан взгляд, согласно которому при опреде лении нетрудоспособности по советскому гражданскому праву необходимо отказаться от заранее установленных категорий, существующих в пенсионном законодательстве, и при выяснении нетрудоспособности руководствоваться только фактическим состоянием здоровья лица на основании соответствующе го медицинского освидетельствования. С этим взглядом следует согласиться.

Во всяком случае, как нам кажется, один факт достижения данным ли цом известного возраста (60 лет для мужчины и 55 лет для женщины) еще не является достаточным основанием для признания его нетрудоспособным с точки зрения наследственного права. Нет, в частности, как нам кажется, оснований и к включению, вопреки мнению некоторых авторов, в число Там же, стр. 186.

Правила обеспечения в порядке социального страхования по инвалидности и по случаю потери кормильца, утвержденные Союзным советом социального страхования 4 июля 1928 г. («Извес тия НКТ СССР», 1928, № 28–29), Постановление Союзного совета социального страхования об улучшении пенсионного обеспечения по инвалидности, по случаю потери кормильца и по ста рости («Известия НКТ СССР», 1932, № 4) и др.

Весьма убедительная критика существующей классификации инвалидности по трем группам с показом ее устарелости и недостаточности дается в работе: проф. М а р ц и н к о в с к и й Б. И.

Врачебная экспертиза трудоспособности. М., 1952, стр. 159.

К р а с н о п о л ь с к и й А. С. Основные принципы советского государственного социального страхования. М., изд-во АН СССР, 1951, стр. 101.

См. автореферат диссертации Файнштейна А. А. Свобода завещания и ее границы. М., 1950, стр. 9.

А н т и м о н о в Б., Г е р з о н С., Ш л и ф е р Б. Наследование и нотариат, стр. 32.

В. И. Серебровский наследников по закону инвалидов 3-й группы, подавляющее большинство которых продолжает работать.

Мы думаем, что факт нетрудоспособности, дающий основание к вклю чению данного лица в круг лиц, призываемых к наследованию, должен быть в каждом конкретном случае установлен соответствующей врачебно трудовой экспертизой. Причем, если этой экспертизой будет установлено, что данное лицо трудоспособность утратило частично и может при соответ ствующих условиях работать, то нет оснований к включению его в число наследников по закону. Следует при выработке проекта ГК СССР разрабо тать правила, определяющие условия и порядок признания лица нетрудоспо собным для включения его в число наследников по закону.

Для признания данного лица наследником по признаку «нетрудоспо собности» требуется «стойкая» нетрудоспособность. «Временная» потеря трудоспособности («временная» нетрудоспособность) для этого недостаточна. Нетрудоспособность иждивенца должна иметь место к моменту открытия наследства.

Факт нахождения данного лица на иждивении наследодателя не менее одного года до его смерти должен быть подтвержден соответствующими документами (справка домоуправления или сельского совета и др.). В слу чае, если заинтересованное лицо не может получить документов, удостове ряющих факт нахождения его на иждивении наследодателя, а также в том случае, если невозможно восстановить утраченные или уничтоженные доку менты, заинтересованное лицо может обратиться в суд с просьбой об уста новлении факта нахождения его на иждивении наследодателя (см. п. «б» ст. 2 постановления Пленума Верховного суда СССР от 29 июня 1945 г. № 9/8/у).

Несмотря на то, что закон точно указывает, кто может быть призван к наследованию в качестве наследника по закону, суды иногда расширяют или сужают круг наследников по закону. Вышестоящим судебным инстанциям приходится исправлять такие ошибки.

Народный суд Заонежского района признал Алферова, являвшегося опекуном Лупиной, наследником имущества, оставшегося после смерти Лупиной. Верховный суд Карело-Финской ССР решение народного суда оставил в силе. По протесту Председателя Верховного суда СССР Судебная В работе М. Сонина (Вопросы баланса рабочей силы. М., 1949, стр. 100) указывается, что по отчетным данным за 1945–1947 гг. более 95% инвалидов 3-й группы работают. Цит. по книге:

К р а с н о п о л ь с к и й А. С. Основные принципы советского государственного социального страхования, стр. 101.

См. проф. О р л о в с к и й П. Е. Практика Верховного суда СССР по гражданским наследст венным делам. М., 1947, стр. 6.

Очерки советского наследственного права коллегия по гражданским делам Верховного суда СССР, рассмотрев настоя щее дело, разъяснила, что, кроме лиц, являющихся наследниками по закону в силу Указа Президиума Верховного Совета СССР от 14 марта 1945 г., «дру гие родственники, в частности племянницы, а также опекуны и лица, на иж дивении которых находился умерший, в круг лиц, призываемых к наследо ванию по закону, не входят… Решение народного суда о признании Алферо ва наследником и определение Верховного суда Карело-Финской ССР не основаны на законе и не могут быть оставлены в силе» (определение Судеб ной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 24 декабря 1946 г. по делу № 36/862).

§ 2. Порядок призвания наследников по закону До издания Указа Президиума Верховного Совета СССР от 14 мар та 1945 г. «О наследниках по закону и по завещанию» ближайший родствен ник (например, сын) не устранял от наследования более отдаленных родст венников (внуков);

все они призывались к наследованию совместно.

Указ от 14 марта 1945 г. не только расширил круг наследников по зако ну, но и в корне изменил ранее действовавший порядок призвания наследни ков по закону с учетом степени родственной близости наследников с умер шим и состояния их трудоспособности. Исходя из этого, Указ от 14 мар та 1945 г. ввел в советское право ранее ему неизвестные очередность при звания наследников по закону и так называемое право представления.

1. Согласно Указу от 14 марта 1945 г. и ст. 418 ГК в новой редакции на следники по закону делятся на три очереди. Наследниками первой очереди являются: дети, усыновленные, переживший супруг, нетрудоспособные ро дители, а также другие нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего не менее одного года до его смерти. Внуки и правнуки наследода теля, а также нисходящие усыновленного, наследуют только по праву пред ставления (см. далее). Но в этом случае они также входят в число наследни ков первой очереди. К наследникам по закону второй очереди относятся трудоспособные родители;

к наследникам третьей очереди – братья и сестры наследодателя.

При наличии кого-либо из наследников первой очереди наследники вто рой и третьей очереди к наследованию не призываются. В случае отсутствия наследников первой очереди или непринятия ими наследства должны призы ваться наследники второй очереди. При отсутствии наследников и первой, и второй очереди призываются наследники третьей очереди. За полным отсут Судебная практика Верховного суда СССР, 1947. Вып. II. М., 1947, стр. 19–20.

В. И. Серебровский ствием наследников всех трех очередей наследственное имущество перехо дит как выморочное к государству.

Казалось бы, что вопрос об отнесении наследников к той или иной оче реди не должен вызывать на практике затруднений, кроме одного случая, о котором мы скажем дальше. Тем не менее, на практике иногда встречаются случаи, когда суды не соблюдают установленной законом очередности при звания наследников, например, при наличии наследников первой очереди признают право наследования только за наследниками третьей очереди или одновременно и за наследниками первой, и третьей очереди.

Но один случай, вызывающий иногда затруднения на практике, объяс няется, как нам кажется, недостаточно четкой редакцией закона.

В ч. 3 ст. 418 ГК сказано, что «в случае отсутствия указанных наслед ников (наследников первой очереди. – В. С.) или непринятия ими наследства наследниками по закону являются трудоспособные родители, а при их отсут ствии – братья и сестры умершего». В последнем случае закон говорит толь ко об «отсутствии» наследников, а о «непринятии» умалчивает. Отсюда ино гда делается вывод, что к наследникам третьей очереди наследство может поступить только в случае отсутствия наследников предыдущих очередей, но не в случае непринятия ими наследства. Такой вывод и был сделан по одному судебному делу.

Житомирский областной суд отказал в иске К. Вахер о праве собствен ности на дом, оставшийся после смерти супругов Юфа, а дом признал при надлежащим государству. Это решение было оставлено в силе Судебной коллегией Верховного суда УССР. По протесту Генерального прокурора СССР дело было рассмотрено Судебной коллегией по гражданским делам Верховного суда СССР. Из обстоятельств дела усматривается, что Житомир ский областной суд, признав установленным, что дом принадлежал умершим супругам Юфа, отказывая в иске Вахер, считал, что Вахер не может наследо вать имущество, оставшееся после смерти Юфа, так как прямыми их наслед никами являются родители, последние же наследство не приняли, и имуще ство как бесхозяйное в 1943 г. перешло в доход государства. Судебная кол легия по гражданским делам Верховного суда СССР, согласившись с протес том Генерального прокурора СССР, признала, что приведенные в определе В определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 21 нояб ря 1951 г. по делу № 36/989 указывается: «Признав, что дом принадлежит мужу истицы, суд неправильно разделил дом на равные части между истицей и ответчицей как наследниками, так как, согласно Указу Президиума Верховного Совета СССР от 14 марта 1945 г. «О наследниках по закону и по завещанию», при наличии пережившего супруга и детей наследодателя, т. е.

наследников первой очереди, сестры и братья умершего не могут наследовать оставшееся после него имущество».

Очерки советского наследственного права нии доводы нельзя признать обоснованными, так как наследство открылось не в 1943 г., а в 1945 г., т. е. тогда, когда было установлено, что наследодате ли умерли. То обстоятельство, что родители не приняли наследства, не ли шает братьев и сестер Юфа (наследников третьей очереди) права наследо вать оставшееся имущество. Доводы суда о том, что с декабря 1943 г. спор ное домовладение находится непосредственно в ведении районного жилищ ного управления, не обоснованы, так как пока собственники дома не были признаны умершими, их дом не мог быть передан в чью-либо собственность.

По этим соображениям Судебная коллегия Верховного суда СССР отменила решение Житомирского областного суда и определение Судебной коллегии Верховного суда УССР, передав дело в Верховный суд УССР на новое рас смотрение по первой инстанции (определение Судебной коллегии по граж данским делам Верховного суда СССР от 20 октября 1949 г.). Таким обра зом, Судебная коллегия признала, что непринятие наследства наследниками первой и второй очереди (в зависимости от нетрудоспособности или трудо способности родители могут быть наследниками по закону первой или вто рой очереди) не лишает права наследников третьей очереди наследовать оставшееся после наследодателя имущество. Судебная коллегия правильно применила ч. 3 ст. 418 ГК, исходя не из ее буквального текста, а из общего смысла: у законодателя не было оснований устанавливать два различных порядка при призвании к наследованию наследников второй и третьей оче реди.

В связи с призванием к наследованию братьев и сестер надо иметь в ви ду, что возможны случаи, когда братья и сестры могут попасть в первую очередь наследников по закону. Это может быть в том случае, если нетрудо способные братья или сестры умершего состояли у него на иждивении не менее одного года до его смерти. Но в этом случае они будут наследовать уже не как брат и сестра, а как «иждивенцы» наследодателя (ч.1 ст. 418 ГК).

2. В пределах каждой очереди наследство делится между наследниками по закону на равные доли (ст. 420 ГК). Как указывается в определении Су дебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР по иску Ягодкиной и других о праве наследования, «согласно ст. 420 ГК, наследст венное имущество делится поголовно на равные доли между всеми наслед никами. Суд же все имущество разделил на две неравные части, в то время как всего наследников было признано восемь человек» (определение Судеб ной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 27 июня 1945 г. по делу № 460).

Судебная практика Верховного суда СССР, 1947. Вып. II (XXXVI). М., 1947, стр. 17–18.

В. И. Серебровский При наличии в числе наследников по закону пережившего супруга при меняются следующие правила: переживший супруг имеет право на долю в совместно нажитом в браке с наследодателем имуществе, согласно правилам ст. 10 Кодекса законов о браке, семье и опеке РСФСР (и соответствующих статей кодексов о браке, семье и опеке других союзных республик), и на равную долю с другими наследниками в остальной части имущества, пере ходящей по наследству. Таким образом, после смерти кого-либо из супругов сначала устанавливается доля пережившего супруга в совместно нажитом во время брака имуществе (обычно половина), а оставшаяся часть имущества подлежит разделу на равные части между наследниками по закону, в число которых входит и переживший супруг.

В народном суде 1-го участка Железнодорожного района г. Киева, а за тем в Киевском областном суде и в Верховном суде УССР рассматривалось дело по иску Стариковых к Швец (их сестре) о праве собственности на дом, оставшийся после смерти их родителей, и о признании недействительным договора дарения этого дома. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда СССР, рассмотрев по протесту Председателя Верховного суда СССР настоящее дело, признала, что все состоявшиеся судебные реше ния подлежат отмене по следующим основаниям: как усматривается из об стоятельств дела, дом был приобретен родителями истцов и ответчицы Л. Т. Стариковым и Ф. Т. Стариковой в период их супружеской жизни. Со гласно ст. 125 Кодекса законов о браке, семье и опеке УССР, совместно на житое имущество принадлежит обоим супругам. Поэтому, в силу ст. 418 ГК, имущество, оставшееся после смерти Ф. Т. Стариковой, принадлежит всем ее наследникам, т. е. пережившему супругу и детям. Отец истцов и ответчи цы Л. Т. Стариков в 1945 г. по договору дарения передал весь дом ответчице Швец и тем самым лишил наследства остальных наследников на часть дома, принадлежащую их матери Ф. Т. Стариковой, чего Л. Т. Стариков не имел права делать. Он мог дарить своей дочери Швец лишь половину дома, ему принадлежащую, и 1/5 часть (в опубликованном определении ошибочно ска зано 1/4) из половины дома, оставшуюся ему после смерти Ф. Т. Стариковой, а всего – /10 дома. Остальная часть дома принадлежит детям, в том числе ответчице Швец принадлежит 1/10 часть дома по наследству плюс 6/10 дома по договору дарения ее отца Л. Т. Старикова, а всего, следовательно, Швец должна получить 7/10 части спорного дома (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 8 февраля 1947 г. по делу № 36/150). Как мы видим из этого определения, Судебной коллегии при шлось сделать довольно сложный арифметический расчет, чтобы установить Судебная практика Верховного суда СССР, 1945. Вып. VII (XXIII). М., 1946, стр. 20.

Очерки советского наследственного права долю каждого из наследников в спорном имуществе. Но Судебная коллегия правильно подошла к своему решению, исключив сначала половину дома, лично принадлежавшую Л. Т. Старикову, и разделив другую половину на пять частей по числу наследников после смерти Ф. Т. Стариковой (Л. Т. Ста риков и четверо детей).

Некоторые особенности имеются при наследовании по закону предме тов домашней обстановки и обихода. В изъятие из общего правила о равен стве долей наследников по закону ст. 421 ГК предоставляет некоторые пре имущества наследникам, совместно проживавшим с умершим. Они имеют право на имущество, относящееся к обычной домашней обстановке и обихо ду (за исключением предметов роскоши), сверх причитающейся им, согласно ст. 420 ГК, доли из имущества умершего.

Таким образом, наследники по закону, проживавшие вместе с наследо дателем, имеют право на предметы обычной домашней обстановки и обихо да сверх причитающихся им наследственных долей из оставшегося наслед ственного имущества.

Однако наследники, проживавшие совместно с наследодателем, полу чают сверх причитающейся им наследственной доли имущество, относящее ся к обычной домашней обстановке и обиходу, только в том случае, если они призваны к наследованию. Если же к наследованию призваны другие на следники, то имущество переходит к призванным наследникам, хотя бы они и не проживали совместно с наследодателем, и делится между ними в порядке, установленном ст. 420 ГК (п. 3 постановления Пленума Верховного суда СССР от 20 июня 1947 г. «О применении Указа Президиума Верховного Совета СССР от 14 марта 1945 г. «О наследниках по закону и по завещанию» и других вопросах наследования»). Это означает, что пока не исчерпана возможность призвания наследников первой очереди наследники второй или третьей очереди, хотя бы проживавшие совместно с умершим, не имеют права на имущество, относящееся к обычной домашней обстановке и обиходу;

так же решается вопрос и между наследниками второй и третьей очереди. образом, если, например, совместно с наследодателем проживала Таким его сестра (наследник третьей очереди), а его родители, хотя бы и трудоспо собные (наследники второй очереди), с ним вместе не проживали, оставшаяся после смерти наследодателя обычная домашняя обстановка перейдет к родите лям, поскольку они призываются к наследованию ранее сестры наследодателя.

К числу предметов домашней обстановки и обихода следует относить вещи, предназначенные для удовлетворения обычных потребностей граждан, как например, мебель, посуда, платье, белье и т. п. Не относятся к предметам обычной домашней обстановки и обихода вещи, необходимые для осущест В. И. Серебровский вления профессиональной деятельности наследодателя (например, пишущая машинка машинистки, хирургические инструменты врача и т. д.).

Под действие ст. 421 ГК не подпадают так называемые предметы роскоши (особо ценные предметы), которые включаются в состав наследственного иму щества на общих основаниях (например, ценная мебель, дорогие картины и т. п.).

Судебная практика признала, что не подпадают под действие ст. 421 ГК жилые строения, хотя бы и незначительной стоимости (определение Судеб ной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 29 мая г. по делу № 527).

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 12 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.