WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

РОБЕР САБАТЬЕ Перевод с французского Элисбара Ананиашвили * Ода множествам Полетом птиц из снов приходит «завтра».

Ты книге — брат. И будешь ты летать Порхающей страницею лазури.

От рук к рукам — как пляшут фарандолу — Сбирая рук столь щедрый урожай, Что и своих не различишь меж ними.

Я говорю в тебе, пою тобой, И ухом не своим тебя я слышу.

О, в сколько тел вошла моя душа!

Как много нас? Сто? Тысяча? Сто тысяч?

Взгляд подниму — и вижу мириады Звезд, толпы солнц над толпами веков.

Во мне горит огонь всех этих душ, Костры мои, я жив одними вами, И в вашем пламени мое пылает.

О, задыхаясь, отдавать дыханье Другим, о, умереть в себе — в экстазе, Чтоб воскресать, жить в ближних, сестрах, братьях!

О россыпь множеств! Сколько голосов Родит себе в ответ одно лишь слово Того, кто хочет превратиться в кратер Вулкана всех объемлющей любви.

* РОБЕР САБАТЬЕ — Стихи (Перевод с французского Элисбара Ананиашвили) // Иностранная литература, 1989, № 11, 71–74.

Некоммерческое электронное издание. «Im Werden Verlag», 2007.

http://www.imwerden.de Ресницы молчания Если б я был поэтом — Никогда не писал бы.

Я любил бы молчанье, Хоть без слов — а живое.

Был бы я как блаженный Из селенья теней, Вел бы с птицей беседы На ее языке.

Приплывал бы под вечер К побережью чудес, Под ночной легкой сенью Был бы равным средь звезд.

Время жизни моей Протекло бы без горя, Лишь от боли телесной Плакать мне б довелось.

— О, да вы ведь поэт, И вы знаете это!

— Нет, я только песок, Ждущий грома прилива.

Белый лист — это мира Незапятнанный снег.

Двадцать седьмая буква Когда я в звездной книге Пролистывал страницы, Меня звезда писала.

Мои мгновенья — буквы, А дни из них слагались:

Коротенькие фразы.

Когда, закончив книгу, Я отойду на отдых, Меня прочтут, быть может.

А я? В ином ли мире Склонюсь над черным шрифтом Изнанки прожитого?

Я выдумаю букву, Какой никто не видел — За краем алфавита.

И будет то сюрпризом В конце пути — а может, Нежданным воздаяньем За то, что был я — Время И сам того не ведал, Возможное сплетая.

Город Пусть каждое слово твое Будет рождением мира.

Спрягай не глагол, а свет — Годится ли песнь иная?

Восторг лозы виноградной — В самой себе удвоенье.

Свои глубинные корни Лелей, отражаясь в небе.

И зла не жди от птицы:

Ее рождает твой голос.

Лишь встречи с тайным значеньем Неведомое подарит.

Читай все вывески: всюду Начертано имя твое.

И если ведет тебя случай — Он будет твоим провиденьем.

Место твоих прогулок Твой череп — город грядущий.

В стихе назови хлеб и слово:

Все то, чем жив человек.

Сирена Тебе морской напев мой, Сестрица волн.

Не птицы, нет, над нами Летят, а дни.

То солнце или тело Блестит твое?

Ты плаваешь проворней, Быстрей, чем я.

Ты пляшешь на прибрежьях Грядущих лет.

И мы одни на свете, Средь волн морских.

Ты вправду существуешь, Сестра волны?

Ты не воспоминанье, Не пены всплеск?

Я есть, я существую, Моряк седой, Не в ветре по-над морем, Не в блеске волн:

Я — как осадок соли Меж губ твоих, Слита с твоею жизнью, Как смерть твоя.

Угроза Живя в тысячелетнем царстве духа, Мы древним страхом сорваны с корней.

Кто нам укажет место общей встречи, Объединит нас ради бытия, Не исцеленными, но хоть в согласье Живущими с запрятанным недугом?

Стихии, вырвавшиеся на волю, Сравняли всех. Подтачивало нас Подспудное броженье — и спаяло В одно умы — и мы уже следа В кровавом лабиринте не утратим.

Но если в этом ясном мире страх — Удел всеобщий и всеобщий факел, Пусть будет гнев ему апофеозом, Вскипая в нас и путь нам освещая.

Ключ жизни — в чем он? И возьмет ли власть Цифрованный язык уничтоженья?

Бывал ли так непрочен человек?

Рука едва считать умеет звезды, Бессильна перед наглецом — и все же Вздымается, чтоб защитить цветок.

Отчаянье, страдания, раздоры.

И ярость от преступных дел ничтожеств… Оружие единственное — крик, А мир идей в грядущее отброшен.

Все изменяет нам. Лгут зеркала.

Мы ищем за плечами след от крыльев В местах, куда вонзается кинжал.

Для нас день принимает облик ночи И в холод превращается тепло.

Но должно нам как дерево стоять, Что смерти ждет — и в этом ожиданье Над взрывчатым зарядом лишь мечтает Враждующие бездны примирить, Чтоб солнце вопреки всему сияло.

XXI век Ты перейдешь в грядущий век — Весь, с этим телом восковым — Иль не покинешь берег наш, Не веря в новое начало?

Душа, все силы собери, Чтоб слить в одно два ярких века И об ушедшем горький сказ Закончить новой, светлой песнью.

Умру ль я смертью бегуна На финише, у самой цели, Ликуя, с факелом в руке, Век озаряя наступивший?

Не забывайте — ведь всегда Считали счастье утописты Той искрой, что воспламенит Род обновленный человека.

Я верю — вопреки всему — В восход звезды, благой и чистой.

О, пусть, как новое вино, Оно пьянит людей планеты.

Что ж, перейдешь из века в век?

Не важно, коль тебя обгонят Стихи, что верою крепки В надежд твоих осуществленье.

Следите ж, чтоб идущий век Не стал машиной, автоматом!

Будь пищей свежею ему, Мое истерзанное тело!

Вместо завещания:

завещатель Кто вы? Никто. О да, я всего лишь никто.

Так назвался Улисс, и ветер Нашептывает дереву то же слово.

«Никто? — спросила птица. — Так уж никто?

Не человек и не отблеск человека?

О, я припоминаю ваше имя».

Забудьте его. Я только кривые буквы, Каракули на страницах мира, Слова, придуманные другими.

Так кто же я? Всего лишь вы сами, Если вы дарите мне любовь — такую, В какой я признавался порой рассвету.

завещанное Вот завещание мое: я вам дарю Все, чего я не написал, Все, чего я не пережил, И все державы Мечты, и страны, В которых, братья, я не родился.

Взамен сохраните не прах мой, не пепел, Не мимолетное воспоминанье, Не писание, что сотрется забвеньем, А сокровища, освежившие мои уста:

Слова старинных стихов.

Тогда вы станете гражданами мира, Пастырями стад огромного будущего, Наездниками словесных табунов, И унесетесь ввысь от самих себя, Чтобы влиться в единство Вселенной.

Об авторах РОБЕР САБАТЬЕ (ROBERT SABATIER;

род в 1923 г.) — французский поэт, прозаик, эссеист. Член Академии Гонкуров и Академии Малларме.

Участник Сопротивления. Автор многочисленных романов, в том числе автобиографического цикла, из которого на русский язык переведен роман «Шведские спички» (М., 1975), многих сборников стихов, среди которых «Празднества солнца» (“Les Ftes solaires”, 1951), «Посвящение корабля» (“Ddicace d’un navire”, 1959), «Сладостные яды» (“Les Poisons dlectables”, 1965), «Миллионнолетние замки» (“Les Chteaux de millions d’annes”, 1969), «Икар и другие стихотворения» (“Icare et autres pomes”, 1976), «Чтения» (“Lectures”, 1987).

Робер Сабатье является также автором десятитомной Истории французской поэзии, фундаментального труда, исследующего развитие франкоязычной поэзии в течение десяти веков, от средневековья до наших дней.

Публикуемые стихи взяты из сборника «Птица из завтра» (“L’oiseau de demain”. Paris, Editions Albin Michel, 1981).

АНАНИАШВИЛИ ЭЛИСБАР ГЕОРГИЕВИЧ (род. в 1912 г.) — советский переводчик. В его переводе публиковались стихи американских, французских, итальянских поэтов, в том числе К. Сэндберга, Э. Мастерса, Ж. Одиберти, И. Бруссара и др. Переводит также грузинскую поэзию и прозу. Лауреат литературной премии имени Мачабели.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.