WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

88 · Wilson, B.J., Smith, S.L. and others. (1998). Content Analysis of Entertainment Television: The 1994-95 Results. In Hamilton, J.T. (Ed.). Television Violence and Public Policy. Michigan: The

University of Michigan Press, pp.105-147.

· Брушлинская, Н. Насилие на телеэкране и в жизни//Российская Федерация сегодня. – 2002. - № 6. – С.54.

· Гаврилова И. Политическая социализация молодых//Свободная мысль. – 1996. - № 7. – С.20.

· Петрусь Г. Агрессия в компьютерных играх//http://www.computerra.ru/offline/2000/347/2605/ · Потяниник Б., Лозинський М. Патогенний текст. Львiв: Micioнep, 1996. – С.61-72.

· Сергеева Ж., Сидоров О. Свой среди чужих, чужой среди своих//Кинопарк. - 1998. - № 7. - С.18.

· Собкин, В.С., Глухова, Т.В. Подросток у телеэкрана//Первое сентября. – 2001. – 15 дек. – С.2 3.

· Тарасов К.А. «Агрессивная кинодиета» ТВ и студенчество//Высшее образование в России. – 2002. - № 3. – С.66-76.

· Тарасов К.А. Глобализированное кино как школа насилия//Кино в мире и мир в кино/Отв.ред.

Л.Будяк. – М.: Материк, 2003. – С.116-133.

· Тарасов К.А. Кинематограф насилия и его воздействие//Жабский М.И., Тарасов К.А., Фохт Бабушкин Ю.У. Кино в современном обществе: Функции – воздействие – востребованность. – М.: Изд-во Министерства культуры РФ, НИИ киноискусства, 2000. – С. 256-351.

· Тарасов К.А. Насилие в кино: притяжение и отталкивание//Испытание конкуренцией/Ред.

М.И.Жабский. – М.: Изд-во НИИ киноискусства, 1997. – С.74-97.

· Тарасов К.А. Насилие в фильме и предрасположенность юных зрителей к его моделированию в жизни//Кино: реалии и вызовы глобализации//Ред. М.И.Жабский. – М.: НИИ киноискусства, 2002. – С.122-164.

· Федоров А.В. Насилие на экране и российская молодежь//Вестник Российского гуманитарного научного фонда. – 2001. - № 1. – С. 131- 145.

8.Отношение школьных учителей к проблеме насилия на экране Анализ результатов анкетирования «Российские учителя и проблема насилия на экране» (см. приложения 6-7).

Анализ таблицы 1 (приложение 7). Отношение учителей к показу насилия на экране Если рассматривать обобщенные цифры, то, по поданным таблицы 1, число учителей, которых привлекают сцены насилия на экране, чуть больше десяти процентов (10,26%), тогда, как количество противников насилия на экране в семь раз больше – 74,56%.

Вместе с тем, анализ возрастных групп педагогов показывает, что в группе 31-40-летних учителей число любителей экранного насилия в два с лишним раза больше – 25,00%, и, соответственно, здесь меньше его противников – 58,33% (еще меньше их в возрастной группе от 21 до 30 лет – 50,00%).

Гендерный анализ данных таблицы 1 показывает, что в целом женщины педагоги менее склонны к созерцанию сцен насилия на экране, хотя в некоторых возрастных группах (например, в группе от 21 до 30 лет) количество женщин – сторонников media violence достигает 14,28%.

Итак, сторонников экранного насилия больше среди учителей до 40 лет, и в целом несколько больше среди мужчин (но разницу в один с небольшим процент нельзя, на мой взгляд, считать существенной).

Напомним, что, по данным аналогичного опроса школьников, сторонников экранного насилия среди них было 16,89%, а противников – 49,55% (см. приложение 5). Таким образом, хотя учителя в целом оказались «миролюбивее» своих учеников, разрыв между их предпочтениями не столь уж велик, как это иногда субъективно кажется отдельным педагогам. Сторонников насилия на экране разделяет всего 6 процентов голосов (16,89% учащихся и 10,26% учителей). Правда, противников экранного насилия среди учителей на 25% больше, чем среди учащихся, что, по крайней мере, внушает определенный оптимизм.

Анализ таблицы 2 (приложение 7). Факторы, привлекающие учителей в сценах насилия на экране Анализ данных таблицы 2 приводит к выводу, что главным фактором, привлекающим учителей в сценах насилия на экране является развлечение (40,35% голосов). Остальные факторы (идентификационная, информационная, компенсаторная, рекреативная функции, динамика действия, актерская игра, режиссура) получили число голосов в диапазоне от 20% до 33%. При этом гендерные различия на уровне общих результатов не столь велики, основное различие в предпочтении динамики действия: 55,5% (мужчины) и 28,20% (женщины). Колебания мнений внутри возрастных групп куда более существенны, однако небольшое число учителей в каждой из возрастных групп (по 10-12 человек) не дает нам оснований делать здесь какие-либо радикальные выводы.

Напомню, что развлечение доминировало и в числе факторов, привлекающих учащихся (см. приложение 5), которые, в отличие от учителей, не придавали при этом особой значимости мастерству режиссуры (1,78% голосов), информационной (7,33%) и компенсаторной (7,33%) функциям экранных текстов.

Так или иначе, и учителя, и учащиеся едины в главном – в сценах насилия на экране им прежде всего нравится развлечение.

Анализ таблицы 3 (приложение 7). Причины неприятия учителями сцен насилия на экране Анализ данных таблицы 3 дает довольно четкое представление о том, что в первую очередь отталкивает учителей от созерцания сцен насилия на экране.

На первом месте - их убежденность, что экранное насилие влияет на рост преступности в обществе (80,70%). Затем идут такие факторы, как неприятие вида крови, изуродованных насилием людей (54,38%), нежелание испытывать неприятные эмоции (56,14%), ненависть к любому насилию (35,09%), боязнь насилия в любом виде (19,30%).

Максимальные гердерные различия проявляются при этом по отношению к страху перед насилием (25,64% женских и 5,55% мужских голосов) и ненависти к любому насилию (41,02% женских и 22,22% мужских голосов), что в принципе соответствует более «храброму» мужскому статусу в любых группах опрошенных.

Больше всего ненавидят насилие учителя старшей возрастной группы от 41 до 70 лет. Они же более других убеждены, что насилие на экране влияет на рост преступности в обществе.

Сравнение мнений учителей (см. приложение 7) с мнением учащихся (см.

приложение 5) показывает, что последние гораздо терпимее относятся к экранному насилию. Убежденность, что экранное насилие влияет на рост преступности в обществе свойственно только 20,67% учащихся (учителя:

80,70%). Вид крови, изуродованных насилием людей отталкивает 24,89% школьников (учителя: 54,38%). Нежелание испытывать неприятные эмоции становится главным фактором отторжения для 18,00% учащихся (учителя:

56,14%), а ненависть к любому насилию – 21,11% (учителя: 35,09%).

Определенный консенсус с учителями у школьников происходит лишь по отношению к боязни насилия в любом виде.

Анализ таблицы 4 (приложение 7). Тип компании, в которой учителя предпочитают смотреть сцены насилия на экране Анализ данных таблицы 4 приводит к выводу, что учителя в целом предпочитают смотреть сцены насилия в компании друзей и супругов (65% - 70% опрошенных). Далее идет просмотр в одиночестве (35,09%), с детьми/внуками (29,82%), с учениками (21,05%), родителями (10,53%) и незнакомыми людьми (3,51%). Гендерная разница наиболее ярко проявляется в том, что любителей просмотров в одиночестве среди женщин в два с лишним раза меньше, чем среди мужчин. Ни одна (!) учительница не отметила незнакомцев в качестве типа компании для просмотра.

Учителя возрастной группы 21-30 лет не любят смотреть сцена насилия с учениками и детьми (0,00%). Учителя старшей возрастной группы (61-70 лет), напротив, в большей степени ориентированы на совместные со своими детьми просмотры (что не удивительно, т.к. дети у этих педагогов - взрослые люди в возрасте 30-40 лет).

Напомню, что на аналогичные вопросы в ходе нашего опроса отвечали учащиеся разного возраста (см. приложение 5). Сравнивая их ответы с ответами педагогов, можно отметить явное сходство самых желанных типов компаний для просмотра сцен насилия на экране: на первом месте и у школьников, и у учителей – друзья. Кроме того, только 10%-12% школьников и учителей предпочитают просмотры с родителями и только от 3% до 5% - с незнакомыми людьми.

А вот дальше – существенные различия. В отличие от учителей, школьники не любят просмотров в одиночестве (4,89% голосов школьников и 35,09% голосов учителей, то есть в семь раз больше). Но самая обидная для учителей разница предпочтений возникает по поводу совместных просмотров с учащимися. Сторонников совместного со школьниками просмотров среди учителей 21,05%, но только 4,00% учащихся готовы ответить педагогом взаимностью. Мнения учителей по данному вопросу не совпадает даже с учащимися возрастной группы 7-8 лет (у тех желающих разделить компанию для просмотров с педагогами – 12%).

Анализ таблицы 5 (приложение 7). Психологические причины просмотра учителями сцен насилия на экране Анализ данных таблицы 5 показывает, что учителя предпочитают смотреть сцены насилия на экране в нормальном психологическом состоянии (54,38%). Далее следуют: плохое (31,58%) и хорошее (8,77%) настроение.

Гендерная разница проявляется в первую очередь в том, что учителя-мужчины в большей степени смотрят сцены насилия в хорошем настроении, а учителя женщины – в плохом.

У учащихся (см. приложение 5), напомню, проявилась такая же тенденция: нормальное настроение (50,44%), плохое настроение (27,33%).

Правда, учащихся, предпочитающих просмотр сцен насилия в хорошем настроении в три с лишним раза больше, чем учителей (20,22%), что пять-таки не удивительно – в юном возрасте хорошее настроение само по себе бывает куда чаще, чем в зрелом.

Анализ таблицы 6 (приложение 7). Типы психологических состояний, в которых находятся учителя после просмотра сцен насилия на экране Ни у одного из учителей просмотр сцен насилия на экране не вызывает веселья (у учащихся таких было 4,00%). С одинаковым показателем в 19,30% главными учителя назвали замкнутость (у учащихся – 9,11%), расстроенность (у учащихся – 15,78%), отсутствие изменения психологического состояния (у учащихся – 10,22%). Далее следуют: подавленность – 17,54% (у учащимися 13,33%), взволнованность – 15,79% (у учащихся – 13,11%), Агрессивность отмечена 3,51% учителей (данные по учащимся – 8,44%), ожесточенность – 1,75% (данные по учащимся – 7,78%).

Иными словами, среди учащихся (см. приложение 5) почти в три раза больше опрошенных отметили свою агрессивную реакцию на просмотр сцен насилия, и в четыре раза – ожесточенную. Зато среди учащихся в два раза меньше проявляется реакция психологической замкнутости и неизменности эмоционального состояния. Таким, образом, учащиеся в большей степени, чем педагоги, подвержены резким эмоциональным реакциям в ответ на экранные раздражители в виде сцен насилия.

Обращаясь с гендерной разнице в ответах учителей, можно обратить внимание, что учителя-мужчины в два раза больше женщин отмечают свою реакцию агрессивности и безразличности, тогда как учителя-женщины в два раза больше обращают внимание на свою расстроенность и взволнованность.

Анализ таблицы 7 (приложение 7). Отношение учителей к размышлению о сценах насилия, увиденных на экране Анализ данных таблицы 7 показывает, что почти половина учителей (45,61%: 33,33% мужчин и 51,28% женщин) надолго запоминают сцены насилия, увиденные на экране, и только 15,79% (среди них мужчин вдвое больше женщин) забывают их сразу же после просмотра.

Здесь между учителями и учащимися нельзя не отметить поразительного сходства во мнениях. Напомню, что по нашим данным результатов опроса школьников (см. приложение 5), 54,00% из них отметили, что запоминают сцены насилия на долгое время, и только 16,22% способны их быстро забыть.

Кстати, гендерные тенденции также аналогичны тем, что проявились у педагогов.

Полученные результаты сравнения приводят нас к следующим выводам:

1)сохранение в памяти сцен экранного насилия имеет гендерную, а не возрастную зависимость;

2)практически половина опрошенных учащихся и учителей запоминает сцены насилия надолго и только у 16% этих двух групп респондентов такого рода сцены не откладываются в памяти совсем.

Анализ таблицы 8 (приложение 7). Отношение учителей к обсуждению сцен насилия на экране Анализ данных таблицы 8 показывает, что только 14,03% учителей никогда не обсуждают сцены насилия на экране (женщин здесь в три раза больше, чем мужчин). Зато четверть опрошенных (24,56%) – обсуждают такого рода сцены регулярно, при этом без существенной гендерной разницы.

Меньше всего сторонников регулярных обсуждений сцен экранного насилия среди возрастной группы учителей от 21 до 30 лет, больше всего (41,67%) в возрастных группах от 31 до 40 лет и от 51 до 60.

Таким образом, в целом учителя обсуждают проблемы насилия на экране значительно реже, чем учащиеся (24,56% учителей и 45,78% учащихся). Зато по сравнению со школьниками примерно вдвое больше число учителей, которые полностью игнорируют обсуждение данных проблем.

Анализ таблицы 9 (приложение 7). Тип компании, в которой учителя предпочитают обсуждать сцены насилия на экране Сравнительный анализ данных таблиц 4 и 9 свидетельствует, что учителя в целом предпочитают смотреть и обсуждать сцены насилия в компании друзей и супругов (от 65% до 70% опрошенных). Далее идет компания детей/внуков (29,82% учителей выбирает ее для совместных просмотров и 43,86% - для обсуждений), учеников (21,05% - для просмотров и 36,845 – для дискуссий), родителей (10,53% - для просмотров и 15,79 – для обсуждений) и незнакомые люди (3,51% - для просмотров и 14,03 – для обсуждений).

Гендерная разница наиболее четко просматривается в том, что мужчин среди любителей дискуссий с друзьями/супругами на 30% больше, чем женщин.

Больше всех к дискуссиям с учащимися склонны учителя в возрасте от до 50 лет, а обсуждениям с детьми/внуками – педагоги от 51 до 70 лет.

Сравнивая ответы учащихся (см. приложение 5) и педагогов (см.

приложение 7), можно отметить явное сходство в лидирующем типе компании для обсуждения сцен насилия на экране – друзья (57,55% голосов школьников).

Нелестная для учительского авторитета разница предпочтений, свойственная для совместных просмотров с учащимися, сохраняется и при выборе компании для дискуссий. Итак, 36,84% учителей хотят обсуждать сцены экранного насилия с учащимися. Однако обратная реакция школьников втрое слабее – только 11,78% учащихся хотят дискутировать со своими педагогами… Анализ таблицы 10 (приложение 7). Причины, по которым, по мнению учителей, насилие и агрессия проявляются в обществе Главными причинами насилия и агрессии в обществе учителя считают нарушение психики человека (35,09%: 27,78% женщин и 38,46% мужчин) и «экранное насилие» (35,09%, без заметной гендерной разницы). 22,81% (мужчин тут на 7% больше, чем женщин) учителей склонны думать, что главная причина заключена в материальном неравенстве людей. И только 12,28% (мужских голосов здесь втрое больше женских) ссылаются на то, что насилие изначально заложено в природе человека.

Напомню, что на нарушение психики, как основном факторе, влияющем на распространение насилия в социуме, ссылались и опрошенные нами учащиеся (37,33%;

см. приложение 5). Сторонников обвинять в этом экран среди школьников было на 8% меньше (27,78%), как, впрочем, и тех, кто выше всего ставил причину материального неравенства. Вместе с тем учащихся, пенявших на изначально заложенные в человеке инстинкты насилия, было на 7% больше.

Выводы: соглашаясь в том, что главная причина насилия в обществе – в нарушении человеческой психики (что на мой взгляд, весьма преувеличено), учителя и учащиеся расходятся по отношению к остальным факторам. Учителя (вполне обоснованно) большее внимание обращают на фактор материального неравенства. Их обеспокоенность распространением экранного насилия тоже выше, чем у школьников.

Анализ таблицы 11 (приложение 7). Мнения учителей по поводу степени влияния показа сцен насилия на экране на увеличение преступности в обществе 70,17% опрошенных учителей (среди учителей старшего возраста и учителей-женщин этот процент еще выше) убеждено, показ сцен насилия на экране, бесспорно, приводит к увеличению преступности. Лишь 10,53% (в основном это учителя-мужчины до 40 лет) считают, что экранное насилие влияет на рост преступности в малой степени, а еще 15,79% (женщин тут на процентов больше, чем мужчин, а учителей до 30 лет больше, чем старшего возраста) – только на преступность среди психически больных людей.

Отрицают всякое влияние экранного насилия на рост преступности только 3,51% опрошенных учителей (из них мужчин вдвое больше женщин). Не нашлось ни одного учителя, посчитавшего, что показ насилия на экране вызывает у аудитории отвращение к насилию.

Напомню, что большинство учащиеся (см. приложение 5) также было убеждено, в том, что показ насилия на экране ведет к увеличению преступности (хотя голосов школьников тут почти в два меньше, чем у педагогов). Вдвое больше учащихся (22,00%) высказало убежденность, что экран влияет на насилие в обществе минимально. Но самые серьезные разночтения наблюдаются во мнениях учителей и учащихся по вопросу того, вызывает ли экранное насилие у зрителей отвращение к нему. 11,55% учащихся считают, что это именно так, тогда как среди учителей сторонников этой версии не нашлось совсем (0,00%).

Выводы: при общей доминирующей убежденности учителей и учащихся в причастности экранного насилия к росту преступности в социуме число сторонников этой версии среди педагогов ощутимо выше.

Анализ таблицы 12 (приложение 7). Отношение учителей к проблеме запрета демонстрации сцен насилия на экране Анализ данных таблицы 11 свидетельствует, что большинство учителей (38,60%, без существенных гендерных различий) склоняется к мнению, что надо запретить показ только самых жестокие экранных текстов. 24,56% процентов (женщин здесь почти вдвое больше, чем мужчин) опрошенных учителей выступает за полный запрет показа насилия на экране. Столько же (без существенных гендерных различий) не против показа насилия на экране, но при этом выступает за полную изоляцию от него детской аудитории. За показ насилия на экране только для взрослых и после 23-00 – 24-00 ратует еще 10,53% учителей (из них большинство составляют мужчины моложе пятидесяти лет). Только 1,75% учителей (это мужчины от 31 до 40 лет) считают, что надо оставить все как есть. А тезис, что насилия на экране может быть больше, чем сейчас, не находит ни одного сторонника во всех возрастных группах учителей без исключения.

Как мы помним, большинство учащихся (см. приложение 5) также считало, что надо запретить только самые жестокие фильмы, телепередачи и компьютерные игры, здесь их мнение практически совпадает с учительским и в процентном отношении (32,44% учащихся и 38,60% учителей). Совпадает и число сторонников полного запрета демонстрации насилия на экране (24%), как, впрочем, и число тех, кто считает возможным показ насилия только в поздние вечерние и ночные часы. Правда, среди учащихся на 8% меньше сторонников полной изоляции детей от экранного насилия. Но главное отличие в том, что среди школьников в пять раз больше тех, кто считает возможным сохранение нынешней степени показа насилия, и, что еще симптоматичнее - почти каждый десятый школьник считает, что насилия на российском экране может быть и больше.

Анализ таблицы 13 (приложение 7). Возраст, с которого учителя считают возможным разрешить смотреть сцены насилия на экране своему ребенку/внуку Анализ таблицы 13 показывает, что ни один учитель не хочет, чтобы его дети/внуки смотрели сцены экранного насилия с самого рождения. Более того, 29,82% (без существенной гендерной разницы) хотели бы, вообще, запретить детям такого рода просмотры. Однако многие учителя согласны разрешить смотреть сцены экранного насилия с 18 лет (33,33%), с 15 лет (24,56%) и с лет (15,79%). При этом чем старше учителя, тем более строгими они становятся в отношении возрастных ограничений для просмотра. Учащиеся (см.

приложение 5) были более либеральны в этом вопросе (по отношению к своим будущим детям). Так, сторонников полного запрета детям просмотров экранного насилия было 12,67%, тогда как 10,22% школьников посчитали, что их будущим детям можно будут вообще разрешить смотреть сцены насилия на экране с самого рождения… Общие выводы:

-учащиеся в целом терпимее, чем учителя, относятся к изображению насилия на экране (при этом сторонников насилия больше среди учащихся и учителей мужского пола, а противников – среди женского);

-среди основных причин притягательности экранного насилия учителя и учащиеся выделяют прежде всего развлечение;

-учащихся, предпочитающих просмотр сцен насилия в хорошем настроении в три с лишним раза больше, чем учителей;

-среди предпочитаемых типов компаний для просмотра и обсуждения сцен насилия на экране на первом месте и у школьников, и у учителей – друзья;

однако, в отличие от учителей, школьники не любят просмотров в одиночестве (любителей просмотров в одиночестве меньше всего среди респондентов женского пола);

каждый пятый учитель - сторонник совместного со школьниками просмотров, каждый третий – совместных обсуждений, но только от 4% до 12% учащихся придерживаются аналогичного мнения (что разумеется свидетельствует о низкой степени авторитета учителей в данном вопросе);

-учителя обсуждают проблемы насилия на экране вдвое реже, чем учащиеся, зато число педагогов, которые избегают такого рода дискуссий вдвое больше по сравнению со школьниками;

-учащихся, которые отметили свою агрессивную реакцию на просмотр сцен насилия, оказалось втрое больше, чем учителей, да и в целом учащиеся в большей степени, чем педагоги, подвержены резким эмоциональным реакциям в результате контакта с экранным насилием;

-длительное сохранение в памяти сцен экранного насилия имеет гендерную, а не возрастную зависимость (то есть респонденты женского пола, педагоги и школьники, помнят о сценах экранного насилия дольше, чем мужского), при этом около половины опрошенных учащихся и учителей запоминает сцены насилия надолго;

-среди учителей и учащихся преобладает убеждение, что экранное насилие причастно к росту преступности в обществе, однако число сторонников этой версии среди педагогов заметно выше.

-треть опрошенных учителей и учащихся согласны в том, что надо запретить только самые жестокие медиатексты, четверть школьников и педагогов выступает за полный запрет показа насилия на экране. Однако среди школьников впятеро больше тех, кто считает возможным сохранение нынешней степени интенсивности экранного насилия, а каждый десятый школьник полагает, что показ насилия на российском экране может быть даже расширен.

9. Возможности ограничения и контроля показа насилия на экране




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.