WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 9 |

«И. В. Равич-Щербо, Т. М. Марютина, Е. Л. Григоренко ПСИХОГЕНЕТИКА Под редакцией И. В. Равич-Щербо Рекомендовано Министерством общего и профессионального образования Российской Федерации в качестве ...»

-- [ Страница 4 ] --

МЕТОДЫ ПСИХОГЕНЕТИКИ II Глава VII МЕТОДЫ ПСИХОГЕНЕТИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ 1. ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЙ МЕТОД Как уже упоминалось, первая работа по генетике психологических признаков «Наследственный гений» (1869) Ф. Гальтона посвящена анализу родословных вы- дающихся людей. Иначе говоря, в ней использован ге- неалогический метод, т.е. метод исследования семей. Он основан на простой логике: если какой-либо признак кодируется в генах, то, чем ближе родство (т.е. чем боль- ше одинаковых генов), тем более похожими друг на друга по данному признаку должны быть эти люди. Вот почему обязательное условие использования генеало- гического метода — наличие родственников первой степени родства, образующих так называемую нукле- арную («ядерную») семью;

к ним относятся пары ро- дитель-потомок и сиблинг-сиблинг;

они — и только они — имеют в среднем 50% общих генов. Далее, с уменьшением степени родства, уменьшается доля об- щих генов, и, по схеме метода, должно снижаться сход- ство людей, Чем больше поколений включает в себя генеалогическое древо и чем шире круг родственни- ков, т.е. чем оно обширнее, тем надежнее должны быть получаемые результаты.

Для составления генеалогических древ существуют определенные правила и символы (рис. 7.1). Человек, ради которого собирается родословная (например, об- ладающий какой-либо редкой способностью или, в медицинской генетике, предположительно наследствен- ным заболеванием), называется пробандом. Члены ро- дословной располагаются но поколениям-строкам, которые, в случае необходимости, обозначаются слева римскими цифрами: от предыду- щих поколений — к более поздним;

дети в каждой семье — слева направо по порядку рождения, они обозначаются либо номерами, либо годами жизни.

Для некоторых задач, например психотерапевтических, кроме родствен- ных отношений важно знать и типы диадических взаимоотношений;

тогда на генеалогическом древе можно обозначить и их. Такое изображение некото- рые исследователи предлагают называть генограммой. «Генограмма — это формат для изображения семейного древа, которое регистрирует информа- цию о членах семьи и их связях по крайней мере в пределах трех поколений.

Генограмма изображает семейную информацию графически таким спосо- бом, который дает образ комплексного семейного паттерна и является до- полнительным источником для предположения о том, как клиническая про- блема может быть связана с семейным контекстом и с динамикой одного и другого по времени» [333]. Такая генограмма фиксирует и структуру семьи, и взаимоотношения внутри нее. Предлагая для обозначения последних графи- ческие символы (рис. 7.2), М. Макголдрик и Р. Герсон пишут, что, несмотря на неопределенность многих дескрипторов внутрисемейных отношений (напри- мер, что считать «конфликтными» отношениями?) и даже на разное понимание одного и того же психологического феномена медиками, принадлежащими к разным традициям врачевания, эти символы в клинической практике полезны.

В дифференциальной психологии и психогенетике таких работ, по-видимому, нет, но эта графическая методика может быть безус- ловно полезна для анализа специфической внутрисемейной среды (например, среды сиблингов и других семейных диад), которая выде- ляется в психогенетическом исследовании.

Однако разрешающая способность генеалогического метода как способа выделения генетического и средового компонентов феноти- пической дисперсии психологического признака очень невелика. Рас- смотрим, например, генеалогию семьи Бернулли, давшей миру не- скольких выдающихся математиков (рис. 7.3).

Конечно, такая «плотность» математиков в одной семье наводит на мысль о том, что существует какая-то «материальная» передача задатков математи- ческих способностей из поколения в поколение, Однако есть и другие обсто- ятельства: Якоб I был учителем младшего брата— Иоганна I и племянника — Николаса I;

Иоганн I регулярно проводил «приватные коллегии» — читал лек- ции у себя дома, и среди постоянных слушателей были его сыновья Николас II, Даниил I, Иоганн II;

одна из книг Николаса I в значительной мере базируется на идеях его дяди и учителя Якоба I;

Николас II обучал математике младшего брата Даниила I;

последний активно привлекал к своей работе племянников Даниила II и Якоба II;

Иоганн II! учился математике у своего отца Иоганна II (как и его младший брат Якоб II) и дяди Даниила I. Кроме того, многие члены этой семьи имели общий круг друзей — известных математиков;

супруги некоторых из них тоже принадлежали к этому кругу. В такой ситуации, веро- ятно, вполне обоснованно предположение, что математикой была насыщена вся атмосфера этой семьи. Иначе говоря, имела место не только биологичес- 11-1432 Рис. 7.3. Математики семьи Бернулли. В родословной изображены только члены семьи, занимавшиеся математикой, за исключением Николаса, основателя рода, не бывшего математиком, и двух не-математиков (пун- ктир). Поскольку в семье много повторяющихся имен, они снабжены номерами [по: 121].

кая, но и отчетливая культурная преемственность («социальная наследствен- ность», по Н.П. Дубинину).

Еще труднее «развести» в семейном исследовании влияния двух этих факторов, когда речь идет не о специальной способности, ска- жем, музыкальной, математической и т.д., а об особенностях интел- лекта, памяти, внимания и о других непрерывно распределенных пси- хологических признаках. Коэффициенты корреляции по IQ в парах родитель-ребенок колеблются в работах разных авторов в очень ши- роких пределах — от 0,20 до 0,80, со средней величиной около 0, [248,130, 132]. Эта величина, с одной стороны, соответствует просто- му генетическому ожиданию;

исходя из того, что родители и дети имеют в среднем 50% общих генов, наследуемость должна прибли- жаться к 0,5. Однако многократно показана чрезвычайная важность и раннего опыта ребенка, и количества и качества общения его с мате- рью и другими членами семьи, и семейных традиций, т.е. широкого спектра внешних средовых условий развития ребенка. Хорошо извест- на связь социоэкономического уровня семьи или продолжительности школьного обучения с результатами тестирования интеллекта детей.

И даже такие формальные характеристики, как параметры семейной конфигурации (количество детей, порядковый номер рождения, ин- тервал между рождениями), оказываются небезразличными для ин- дивидуализации ребенка — и в когнитивной, и в личностной сфере.

Вследствие этого констатируемое в исследовании сходство членов нуклеарной семьи по психологическим признакам может иметь и ге- нетическое, и средовое происхождение. То же можно сказать и о сни- жении сходства при снижении степени родства: как правило, в таком случае мы имеем дело с разными семьями, т.е. речь идет об уменьше- нии не только количества общих генов, но и о разной семейной среде.

Это означает, что снижение сходства в парах людей, связанных более далеким родством, тоже не является доказательством генетической детерминации исследуемого признака;

в таких парах ниже генетичес- кая общность, но одновременно выше средовые различия.

Все это приводит к выводу о том, что семейное исследование само по себе, без объединения с другими методами, имеет очень низкую разрешающую способность и не позволяет надежно «развести» гене- тический и средовый компоненты дисперсии психологического при- знака. Хотя, будучи объединены с другими методами, например с близнецовым, семейные данные позволяют решать вопросы, которые без них решать невозможно (например, уточнять тип наследственной передачи — аддитивный или доминантный), или контролировать сре- довые переменные (к примеру, общесемейную и индивидуальную среду, эффект близнецовости). (Об этом — в гл. VIII.) 2. МЕТОД ПРИЕМНЫХ ДЕТЕЙ Первая работа, выполненная с помощью этого метода, вышла в свет в 1924 г. Результаты, с точки зрения автора, говорят о том, что интеллект приемных детей больше зависит от социального статуса биологических родителей, чем приемных. Однако, как отмечают Р. Пло- мин и соавторы [363], эта работа имела ряд дефектов: только 35% из обследованных 910 детей были усыновлены в возрасте до 5 лет;

изме- рение умственных способностей проводилось по достаточно грубой (всего трехбалльной) шкале. Наличие таких изъянов затрудняет со- держательный анализ исследования.

Через 25 лет, в 1949 г., появилась первая работа, сделанная по полной схеме метода [405]. За ней последовали другие, наиболее круп- ные из которых — две современные программы: Техасский и Коло- радский проекты исследования приемных детей.

Сейчас, несмотря на некоторую критику (речь о ней пойдет да- лее), метод приемных детей является теоретически наиболее чистым методом психогенетики, обладающим максимальной разрешающей 11* способностью. Логика его проста: в исследование включаются дети, максимально рано отданные на воспитание чужим людям-усыновите- лям, их биологические и приемные родители. С первыми дети имеют, как родственники I степени, в среднем 50% общих генов, но не име- ют никакой общей среды;

со вторыми, наоборот, имеют общую сре- ду, но не имеют общих генов. Тогда, при оценке сходства исследуемо- го признака в парах ребенок Х биологический родитель и ребенок Х Х усыновитель, мы должны получить следующую картину: больший удельный вес генетических детерминант проявится в большем сход- стве ребенка со своим биологическим родителем;

если же превалиру- ют средовые воздействия, то, напротив, ребенок будет больше похож на родителя-усыновителя.

Таков базовый вариант метода. Сходство биологических родителей с их отданными на воспитание детьми дает достаточно надежную оцен- ку наследуемости;

сходство же усыновленных детей с приемными родителями оценивает средовый компонент дисперсии. Для контроля желательно включить в исследование обычные семьи — родных роди- телей и детей, живущих вместе. Один из очень интересных и инфор- мативных вариантов метода — исследование так называемых прием- ных (сводных) сиблингов, т.е. нескольких детей-неродственников, усы- новленных одной семьей. Учитывая, что такие дети не имеют общих генов, их сходство (если оно обнаруживается) может быть результа- том только действия общесемейной среды.

Выделяют две схемы этого метода: полную и частичную. Первая предполагает объединение данных, полученных на двух группах: раз- лученных родственников (биологические родители и их отданные усы- новителям дети;

разлученные сиблинги) и приемных сиблингов;

вто- рая — либо одну, либо другую группу данных. В первом случае, как пишут Р. Пломин и его соавторы, есть «генетические» родители (био- логические родители и их отданные дети), «средовые» родители (усы- новители со своими приемными детьми) и в качестве контроля до- полнительная группа «генетические плюс средовые» родители (обыч- ная биологическая семья). Сопоставление этих трех групп позволяет надежно «развести» факторы, формирующие семейное сходство.

Необходимым условием использования метода приемных детей является широкий диапазон (желательно — репрезентативный попу- ляционному) средовых условий в семьях-усыновительницах либо, наоборот, уравнивание этих семей по тем или иным характеристикам (например, по высокому интеллекту приемных родителей или по их воспитательским стилям) с последующим сопоставлением индиви- дуальных особенностей усыновленных ими детей от биологических родителей, имевших полярные значения исследуемого признака. На- пример, показано, что, во-первых, дети биологических родителей с низким интеллектом, попавшие в хорошую среду, имеют интеллект значительно выше того, который мог быть предсказан по IQ родите- лей, но, во-вторых, в одинаково хорошей среде семей-усыновитель- ниц распределение оценок интеллекта приемных детей существенно зависит от интеллекта биологических родителей;

если они имели вы- сокие (>120) баллы IQ, 44% детей имеют столь же высокий интел- лект и никто не имеет оценку ниже 95 баллов;

если же родные роди- тели имели IQ < 95, то у 15% детей IQ тоже ниже 95 баллов и никто не имеет > 120 баллов. Иначе говоря, в одинаково хорошей среде распределение оценок IQ приемных детей сдвинуто в сторону высо- ких значений, если биологические родители имели высокий интел- лект, и в сторону низких — если они имели сниженный интеллект.

(Подобного рода результаты вызвали остроумную реплику одного из психогенетиков: «Лучше всего считать, что интеллект на 100% зави- сит от генов и на 100% — от среды».) Возможные ограничения метода связаны с несколькими пробле- мами. Во-первых, насколько репрезентативна популяции та группа женщин, которая отдает детей? Но это поддается контролю. Напри- мер, в самой большой программе — Колорадском исследовании при- емных детей — все участники (245 биологических родителей, их от- данных детей и усыновителей, а также 245 контрольных семей, имев- ших биологических и приемных сиблингов) оказались репрезентативны генеральной популяции по когнитивным характеристикам, личност- ным особенностям, семейной среде, образовательному и социально- экономическому статусу [363]. Авторы отмечают, что даже если по каким-либо параметрам выборки окажутся отклоняющимися от по- пуляционных распределений, это должно быть учтено при интерпре- тации результатов, но не дает повода считать метод невалидным.

Во-вторых, возникает более специфичный вопрос о селективнос- ти размещения детей в приемные семьи: нет ли сходства между род- ными и приемными родителями по каким-либо чертам? Понятно, что такое сходство завысит корреляцию в парах ребенок Х усынови- тель, если исследуемая черта детерминирована наследственностью, и в парах ребенок Х биологический родитель, если она в большей мере определяется средой. В любом случае оценки генетического или средо- вого компонента изменчивости данной черты будут искажены.

В-третьих, существует проблема пренатальных влияний материн- ского организма на особенности будущего ребенка, которые должны повышать сходство матери и отданного ребенка за счет внутриутроб- ных, но средовых, а не генетических факторов. Как считают некото- рые исследователи, к моменту рождения человеческий плод уже име- ет некоторый «опыт», ибо его нейроанатомические особенности, кор- тикальный субстрат и структура внутриутробной среды допускают возможность некоторого «обучения». Если это так, то сходство биоло- гической матери с отданным ребенком может иметь негенетическое происхождение. Вследствие этого некоторые исследователи считают даже, что метод приемных детей весьма информативен для изучения различных постнатальных средовых влияний, но не для решения про- блемы генотип-среда [см., напр., 443]. Однако, по мнению Р. Пломи- на и его соавторов, хорошим контролем может служить сопоставле- ние корреляций в парах отданный ребенок Х биологическая мать и он же Х биологический отец [363]. Понятно, что в последнем случае внут- риутробные негенетические влияния исключены.

Есть и более тонкие обстоятельства, важные для оценки метода.

Например, возможность формирования субъективных легенд о род- ных родителях в ситуации, когда ребенок знает, что он в данной се- мье — не родной. В экспериментальной работе это создает неконтро- лируемую помеху, поскольку такая легенда может оказаться доста- точно серьезным воспитательным фактором. В некоторых работах показано, что в одной и той же семье у приемных сиблингов чаще констатируется внешний локус контроля, а у биологических детей — внутренний, что свидетельствует, очевидно, о различиях в процессах их социализации и приводит к формированию различающихся пат- тернов личностных черт.

В нашей стране использовать данный метод невозможно, поскольку у нас существует гарантированная законом тайна усыновления. Это — гуман- ное, педагогически абсолютно верное, на наш взгляд, решение, но оно означа- ет, что исследователь не вправе добиваться сведений ни о приемных детях, ни, тем более, об их биологических родителях.

Таким образом, имеющиеся сегодня представления об ограниче- ниях и условиях использования метода приемных детей описаны, ар- гументированы и в большинстве своем поддаются либо контролю, либо учету при интерпретации получаемых результатов. Поэтому он и является одним из основных методов современной психогенетики.

3. МЕТОД БЛИЗНЕЦОВ ИСТОРИЯ ФОРМИРОВАНИЯ МЕТОДА Первая попытка использовать близнецов для решения проблемы «природа и воспитание» принадлежит, как уже говорилось, Ф. Гальто- ну, который интуитивно предугадал то, что стало научной истиной и серьезным методом исследования лишь спустя несколько десятилетий.

Увлечение близнецами было довольно характерным явлением в науке конца XIX — начала XX в. Изучали их биологию, патологию, происхождение и т.д. Близнецовые работы находим мы и у многих известных психологов того времени;

например, Э. Торндайк [426] ис- следовал 15 пар близнецов и их одиночнорожденных братьев и сестер по ряду тестов, включавших арифметические, словарные и т.д.;

кор- реляции сиблингов по этим тестам колебались в пределах 0,3-0,4, а близнецов — 0,71-0,90. Результаты исследования привели Торндайка к выводу о выраженной роли наследственности в психических осо- бенностях. Однако в данном случае сопоставлялась группа близнецов в целом с группой одиночнорожденных, т.е. близнецовый метод в его современном виде еще не оформился (работа опубликована в 1905 г.).

Первой же, очевидно, психогенетической работой, выполненной по близкой к современной схеме метода, было исследование С. Мер- римана [338]. Он диагностировал интеллект тестом Стенфорд-Бине у близнецов 5—9 и 10—16 лет, выделив среди них два типа: «дупликат- ные» (duplicates) и «братские» (fraternals). Оказалось, что сходство однополых близнецов существенно выше (0,87), чем разнополых, а у последних оно такое же, как у сиблингов (около 0,50). Мерриман счи- тал, что более высокое сходство однополых пар объясняется включе- нием в эту группу «дупликатных» близнецов. Следовательно, было необходимо разделить выборку однополых близнецов на два типа, для чего ученый предложил использовать критерии физического сходства.

Выяснилось, что выделенная таким способом подгруппа близнецов, т.е. однополые и похожие настолько, что их путали, имела внутрипар- ную корреляцию по баллам IQ, равную 0,99!

Окончательное оформление метод близнецов получил благодаря, главным образом, работам Г. Сименса [404]. Во-первых, он предложил тот базовый вариант метода, который и стал одним из главных инстру- ментов современной психогенетики, а именно сопоставление внутри- парного сходства моно- и дизиготных близнецов (МЗ, ДЗ), и, во-вто- рых, разработал надежный метод диагностики зиготности, предполага- ющий одновременную оценку множества признаков, а не отдельных, как делали раньше. Этот метод стал называться полисимптоматическим методом (или методом полисимптоматического сходства).

В последующие годы уточнялась разрешающая способность метода близнецов, в частности, были выявлены, экспериментально провере- ны и обсуждены его ограничения и возможные источники ошибок;

появились различные статистические методы для обработки близне- цового материала — и отдельно, и в совокупности с данными, полу- ченными другими методами (см. гл. VIII);

новые, в том числе и очень сложные биохимические, и простые (вопросники) способы диагнос- тики зиготности.

Современный метод близнецов выглядит следующим образом. Су- ществуют два типа близнецов — монозиготные (МЗ) и дизиготные (ДЗ). Монозиготные близнецы развиваются из одной яйцеклетки, оп- лодотворенной одним спермием, т.е. из одной зиготы. В норме из зиго- ты у человека развивается один плод, но по каким-то причинам, до сих пор науке не совсем ясным (точнее, их, очевидно, несколько), иногда на ранних стадиях деления зигота дает начало двум эмбрио- нальным структурам, из которых далее развиваются два полноценных человеческих организма. При этом законы деления зиготы таковы, что каждый эмбрион получает точную половину родительских генов;

МЗ близнецы — единственные люди на Земле, имеющие одинаковые наборы генов. Дизиготные близнецы, с точки зрения генетической, — сиблинги, родные братья и сестры. Они развиваются из двух оплодот- воренных яйцеклеток, т.е. из двух зигот;

отличие от обычной нормы заключается только в одновременном развитии и рождении двух, а не одного ребенка. ДЗ имеют в среднем, как и сиблинги, 50% общих генов, причем, хотя это количество может сильно колебаться, подав- ляющее большинство ДЗ пар имеют 45-55% таковых [363].

Одновременно постулируется равенство средовых воздействий в парах МЗ и ДЗ: считается, что со-близнецы и МЗ, и ДЗ, будучи деть- ми одной семьи, одного возраста и одного пола (разнополые пары в исследования обычно не включаются), развиваются в одной и той же среде, и, следовательно, ее влияние на формирование индивидуаль- ных особенностей психики одинаково для членов и МЗ, и ДЗ пар.

В таком случае исследователь получает идеальную схему двухфак- торного эксперимента: влияния одного фактора (среды) уравнены, что и позволяет выделить и оценить влияние второго фактора (на- следственности). Операционально это означает, что внутрипарное сход- ство генетически идентичных МЗ близнецов должно быть выше тако- вого у неидентичных ДЗ, если исследуемый признак детерминирован наследственностью: одинаковая наследственность — похожие значе- ния признака (МЗ);

разная наследственность (ДЗ) — сходство близ- нецов пары ниже. Это и есть базовый вариант близнецового метода.

Внутрипарное сходство оценивается главным образом с помощью коэффициента внутриклассовой корреляции Р. Фишера (гл. VIII).

Заключение о наличии генетического компонента в вариативнос- ти признака выносится в том случае, если корреляция МЗ надежно выше корреляции ДЗ;

их относительное равенство, независимо от абсолютных величин, говорит о средовой обусловленности.

Понятно, что надежная диагностика зиготности имеет решающее значение. Основаниями для диагноза служит ряд наследственно за- данных признаков, не изменяющихся под влиянием средовых воздей- ствий;

к ним относятся: цвет глаз и волос, форма губ, ушей, носа и ноздрей, дерматоглифический рисунок и т.д. Иногда проводится био- химический анализ крови, но он дает результаты, высоко совпадаю- щие (выше 90%) с оценкой по соматическим признакам, и ввиду своей сложности нечасто включается в массовые исследования. Нако- нец, при обследованиях больших контингентов близнецов можно ис- пользовать опросник, адресованный к родителям или другим экспер- там;

он включает вопросы о сходстве внешних черт близнецов, о том, например, путают ли их другие люди. Совпадение такого диагноза с результатами иммунологического анализа тоже весьма высоко — 90% и выше. По некоторым данным, на вопрос о том, путают ли близне- цов чужие люди, «да» ответили 100% матерей МЗ близнецов (181 пара) и только 8% — ДЗ (84 пары), даже родители путают близнецов;

70% МЗ, 1% ДЗ. Сходство по цвету глаз и волос — 100% МЗ, 30% и 10% ДЗ соответственно и т.д.;

наконец, 93% МЗ и только 1% ДЗ пользуются иногда своим сходством, чтобы «разыграть» близких [363].

Конечно, всегда остается некоторая, хотя и небольшая, вероятность ошиб- ки, поэтому, если требуется точный диагноз одной пары (например, при ре- шении судебно-медицинских задач), необходимы иные методы. В 1948 г.

был описан случай, когда родившихся в одно время и в одном роддоме трех мальчиков — пару МЗ Виктора и Эрика и (одиночнорожденного) Пьера пе- репутали и они росли, как пара ДЗ — Виктор и Пьер, а Эрик — как одиночно- рожденный. Поразительное сходство Виктора и Эрика было замечено, ког- да им исполнилось 6 лет. Возникшую гипотезу о том, что в действительнос- ти они — МЗ близнецы, пришлось проверять необычным способом:

пересадкой кусочков кожи каждому мальчику от двух других. Обычно на- блюдаемая тканевая несовместимость проявилась в том, что близнец Вик- тор и одиночнорожденный Пьер отторгли трансплантаты друг друга, а у ге- нетически идентичных Виктора и Эрика они прижились благодаря тканевой совместимости МЗ близнецов.

Сейчас в такой сложной процедуре нужды нет, поскольку появилась воз- можность оценивать так называемые ДНК-«фингерпринты» — индивидуаль- ные последовательности оснований ДНК, уникальные у каждого человека.

Это абсолютное доказательство генетической идентичности обследуемых.

Ограничения метода близнецов связаны с двумя группами факто- ров: пре- и постнатальными. Первые — пренатальные — факторы зак- лючаются в следующем. В зависимости от того, как рано зигота начала делиться на две эмбриональные структуры, МЗ близнецы могут иметь разные сочетания околоплодных оболочек: раздельные амнионы, но один хорион;

обе оболочки могут быть раздельными и т.д. В некоторых случаях, а именно когда пара МЗ близнецов развивается в одном «ком- плекте» оболочек, может сложиться ситуация, в которой один близ- нец будет иметь лучшее кровоснабжение, чем другой. Это приведет к большей зрелости и большему весу при рождении, а потом — к луч- шему развитию этого близнеца в начальном периоде онтогенеза.

Б. Прайс [370], детально исследовавший данный феномен, говорит о «первичных искажениях» в близнецовых исследованиях. Основаниями для этого послужили, главным образом, клинические данные. Так, из 22 пар МЗ близнецов, направленных в клинику из-за низкой успеваемости в школе, 13 — монохорионные. Более тяжелый близнец имел более высокие баллы. Поз- же на дополнительных 14 парах был получен тот же результат, как и в другой работе на 9 парах МЗ близнецов, в которых разница в весе составляла не менее 25%.

Это означает, в свою очередь, что внутрипарное сходство МЗ близнецов снижается за счет физиологических, а не генетических различий — один из случаев, когда можно говорить о врожденных, но не наследственных особен- ностях. В исследовании это снизит внутрипарную корреляцию МЗ и, соответ- ственно, неоправданно уменьшит коэффициент наследуемости (гл. VIII).

Правда, в некоторых работах связь между психологическими переменны- ми и весом при рождении либо отсутствует, либо констатируется только при большой разнице в весе — порядка 2-3 кг. Так, в исследовании С. Скарр [393], проведенном на 24 парах здоровых МЗ близнецов, корреляция веса с психологическими переменными равна всего 0,20. В большом исследовании Р. Рекорд с коллегами [374], охватившем всех близнецов, родившихся в Бир- менгеме в 1950-1954 гг. (1242 пары), значимыми для психического развития оказались только различия в 2-3 кг. Правда, зиготность не диагностировали, но раздельная оценка одно- и разнополых пар различий между ними не вы- явила.

Интересный подход к решению этой проблемы дается в работе Н. Бре- ланд [211]. Время деления зиготы устанавливалось по эффекту зеркальнос- ти: если близнецы зеркальны, например, правша и левша, то это означает, что оно произошло поздно, после установления латеральной доминантное™. Тогда пара близнецов должна иметь наиболее неблагоприятные условия — один «комплект» всех трех околоплодных оболочек. Полученные у 365 пар близне- цов, конкордантных по доминирующей руке, и у 116 пар дискордантных (зер- кальных) оценки по тесту школьной успешности (6 субтестов, относящихся к разным дисциплинам) существенных различий между этими группами не обнаружили. Вывод автора таков: хотя использованный метод оценки внут- риутробных факторов приблизителен, все же можно считать, что искажающих влияний на результаты близнецового исследования пренатальная среда не оказывает.

По-видимому, этот вывод следует принять. Возможность прена- тальных влияний, уменьшающих внутрипарное сходство МЗ и тем са- мым занижающих оценку наследуемости, надо иметь в виду (особен- но, когда речь идет о близнецах раннего возраста), но решающего значения они не имеют.

Значительно важнее второй источник возможных искажений при использовании близнецового метода — особенности постнатальной среды близнецов, и прежде всего вопрос о правомерности базового постулата о равенстве средовых воздействий на внутрипарное сход- ство МЗ и ДЗ. Если он ошибочен, то метод просто не работает. Напри- мер, если бы выяснилось, что МЗ близнецы имеют более сходную среду, чем ДЗ, то более высокие внутрипарные корреляции первых по психологическим чертам могли бы объясняться не только иден- тичностью генотипов, но и равенством средовых влияний, т.е. «разве- сти» действие этих факторов было бы невозможно, а коэффициент наследуемости оказался бы завышенным.

Есть ли основания для сомнений в правильности данного посту- лата? В общем, есть: как показали многие исследования, МЗ близне- цы чаще, чем ДЗ, бывают вместе, имеют один круг друзей, одинако- вые хобби и т.д., с ними более сходно обращаются родители [394].

В табл. 7.1 даны некоторые сведения о средовом опыте МЗ и ДЗ близнецов, полученные на большой выборке близнецов-старшекласс- ников: 354 пары МЗ и 496 однополых пар ДЗ [322]. Как следует из этой таблицы, МЗ близнецы действительно имеют несколько меньшие внут- рипарные различия в опыте. Это совпадает и со многими более ранни- ми наблюдениями, констатировавшими, как правило, более похо- жую среду у членов МЗ пар, и с более поздними. Например, по дан- Таблица 7. Характеристика среды Оценки МЗ ДЗ * М Ж М Ж Одинаково одевают 1-3 1,60 1,54 2,01 1, Вместе играли 1-4 1,28 1,33 1,60 1, (6- 12 лет) Вместе проводили 1-4 1,81 1,68 2,23 1, время (12-18 лет) Одни и те же учителя 1-3 1,70 1,65 1,80 1, в школе Спят 11 одной комнате 1-4 1,36 1,44 1,66 1, Родители стараются 1-5 1,94 1,95 2,31 2, воспитывать одина- ково Общая оценка 6-23 9,73 9,56 11,60 10, * Оценка I (в общей оценке — 6) — максимум сходства;

М., Ж. — мужские и женские пары. Стандартные ошибки оценок варьируют в пределах 0,03-0,05. Бисе- риальные коэффициенты корреляции различий в опыте и зиготности равны 0, для мужских пар и 0,23 — для женских [по: 322].

ным В. Фридриха, МЗ близнецы чаще, чем ДЗ, совместно проводят свободное время (МЗ: 37% — юноши, 61% — девушки;

ДЗ: 21% и 37% соответственно);

предпочитают одинаковую одежду (МЗ: 50% и 87%;

ДЗ;

42% и 46%);

испытывают полное взаимное доверие (МЗ: 55% и 86%;

ДЗ: 38% и 57%);

не помогают друг другу в выполнении школьных заданий чаще ДЗ близнецы, чем МЗ (ДЗ: 43% и 15%;

МЗ: 9% и 4%).

Было показано также большее сходство МЗ близнецов в выборе друзей и занятиях спортом;

женщины-МЗ чаще, чем женщины-ДЗ, одинаково одевались и предпочитали одну и ту же пищу [407], Матери оценивают своих детей-МЗ как более похожих, чем детей-ДЗ, и по трудностям в раннем детстве, и по другим особенностям раннего раз- вития, по социальной зрелости [395].

Такого рода данные заставляют предполагать, что, во-первых, среда у МЗ близнецов все-таки более похожа, чем у ДЗ, и, во-вторых, что родители более сходно обращаются со своими детьми — МЗ близне- цами, чем с ДЗ. Но одновременно существуют данные, говорящие об отсутствии серьезных различий в парах МЗ и ДЗ близнецов по особен- ностям их внутрипарных взаимодействий, значимых для формирова- ния психологических признаков. Так, в работе Р. Заззо [459] обнару- жено примерно одинаковое количество пар МЗ и ДЗ близнецов с на- личием или отсутствием доминирования одного близнеца над другим.

Их распределение среди ответивших на вопросник МЗ близнецов ( пар из 340) и однополых ДЗ (177 пар из 210) показано и таблице 7.2.

Таблица 7. Процент пар МЗ и ДЗ с разными формами доминирования Доминирование МЗ ДЗ Отчетливое и постоянное 75,6 80, Меняющееся 13,5 8, Отсутствие 11,0 11, Правда, в других работах обнаружено, что разделение ролей чаще встречается все-таки в парах МЗ [200] и что выраженность феномена близнецовости связана и со школьными успехами, и с личностными чертами [300].

Таким образом, социальная ситуация развития близнецов много- значна: в ней существуют и такие факторы, которые одинаковы в парах МЗ и ДЗ;

и такие, которые чаще встречаются у МЗ близнецов. В.В. Семе- нов отмечает, что при изучении психологии близнецов обычно анали- зируют три фактора: сходство, создаваемое у МЗ близнецов идентично- стью их генотипов;

сходство, придаваемое им средой в широком смыс- ле слова;

несходство, порождаемое распределением ролей в паре. С точки зрения автора, работы Р. Заззо добавляют к ним еще одну средовую переменную, а именно специфическую близнецовую ситуацию, кото- рая существенно влияет на психическое развитие близнецов [132].

Согласно Р. Заззо, специфика ситуации заключается в том, что близнецы часто чувствуют себя скорее членами пары, чем отдельны- ми личностями;

формирующийся в результате эффект «близнецовос- ти» может оказать существенное влияние на психологические особен- ности близнецов (например, именно этим влиянием объясняется, по Заззо, формирование робости как личностной черты). «Парность» де- тей-близнецов может проявляться уже в раннем детстве;

иногда в речи детей-близнецов, в отличие от одиночнорожденных, сначала появля- ется местоимение «мы» и лишь позже — «я»;

это означает, что они прежде всего выделяют себя из внешнего мира как пару и только затем — как отдельных людей. Р. Заззо описывает случаи, когда близ- нец воспринимал даже собственное отражение в зеркале как образ своего со-близнеца.

Все это иногда интерпретируется как обстоятельства, компроме- тирующие метод. Однако для того, чтобы принять такое заключение, необходимо решить по крайней мере два вопроса. Во-первых, боль- шее сходство среды (в частности, родительского Боепитания) в парах МЗ — это фактор, создающий их психологическое сходство или, на- оборот, отражающий их генетическую идентичность? Иначе говоря, средовое сходство — причина или следствие? Во-вторых, отражается ли степень средового сходства/различия на степени психологического сходства партнеров близнецовых пар?

Сведения по поводу первого вопроса содержатся в работах С. Скарр [395J, X. Литтона [328], Дж. Лоэлина и Р. Никольса [322]. Во всех случа- ях был использован остроумный прием: выясняли, как обращаются со своими детьми-близнецами родители, имеющие неверное пред- ставление об их зиготности — в соответствии с их истинной генети- ческой общностью или с собственной субъективной установкой (Р. Пломин и соавторы называют это «эффектом наименования» [363]).

Если мнение родителей о генетическом сходстве/несходстве детей является продуктивной средовой детерминантой, то мнимые МЗ (т.е. реальные ДЗ) пары должны иметь большее сходство, чем ДЗ, у которых родительский и объективный диагнозы совпадают, а с ре- альными МЗ близнецами, принимаемыми за ДЗ, должны обращать- ся, наоборот, менее одинаково.

Таких пар, родители которых имеют ложное представление о зи- готности своих детей-близнецов, немного, поэтому во всех работах выборки невелики. Однако результаты поразительно однообразны:

родители обращаются с детьми в соответствии с их истинной зиготностью, а не со своим ложным мнением. В работе X. Литтона различия в оценках материнского обращения с близнецами в парах с ошибочной диагностикой были следующими: для МЗ близнецов, счи- тавшихся ДЗ (4 пары), средняя внутрипарная разность таких оценок составила 3,5 балла;

в противоположном случае, т.е. для ДЗ близнецов, принимаемых за МЗ близнецов, — 10,5 балла [328] (аналогичные дан- ные из исследования С. Скарр, в котором средний возраст близнецов был около 8 лет, приведены в табл. 7.3).

В работе Дж. Лоэлина и Р. Никольса корреляция между ошибоч- ным родительским диагнозом зиготности детей и шестью характерис- тиками стиля воспитания — практически нулевая у мнимых ДЗ близ- нецов (от -0,04 до +0,04) и низкая — у мнимых МЗ близнецов (от +0,02 до +0,14).

Таким образом, согласно работам названных авторов, оценка, даваемая родителями своим детям-близнецам (и, следовательно, сход- ство или различие их воспитательских тактик) отражает истинную зиготность, а не их (родителей) субъективные представления о гене- тическом сходстве/несходстве детей. Иначе говоря, более похожее обращение родителей с детьми-монозиготами есть следствие, реак- ция на их генетическую идентичность, а не внешняя причина, форми- рующая негенетическое внутрипарное сходство МЗ близнецов и тем самым завышающая оценку наследуемости.

Таблица 7. Процент верно и неверно классифицированных пар, оцененных матерями как похожие и непохожие по разным характеристикам Характеристики Верно Hеверно МЗ ДЗ МЗ* ДЗ* (n=19) (n=22) (n=4) (n=7) Матери оценивают их 79 9 75 как похожих Матери ожидают 95 67 75 сходной социальной зрелости Похоже одеваются 74 45 75 Сходные трудности 79 59 100 поведения в раннем детстве Сходное развитие 79 54 50 в раннем возрасте * Здесь указан правильный диагноз: МЗ и ДЗ близнецы, принимаемые матеря- ми за ДЗ и МЗ соответственно.

В работе X. Литтона этот вывод подтверждается и другими форма- ми анализа: например, учетом родительских (и матери, и отца) дей- ствий по отношению к детям, инициированных самими родителями.

Только по одной переменной из восьми обнаружена разница в дей- ствиях, обращенных к детям — МЗ и ДЗ близнецам.

Второй вопрос — насколько имеющиеся различия в средовом опыте между МЗ и ДЗ близнецами сказываются на их психологических чер- тах? В упоминавшейся работе Дж. Лоэлина и Р. Никольса на большой выборке (276 пар МЗ и 193 пар ДЗ близнецов) показано, что корреля- ции между оценками по тестам школьной успеваемости и различиями в параметрах среды практически нулевые, одного и того же порядка у МЗ и ДЗ близнецов;

по суммарным оценкам среды они колеблются у первых от 0,00 до -0,11, у вторых — от -0,08 до +0,07 (хотя, как мы помним, в табл. 7.1 средовой опыт у МЗ близнецов все-таки более сходен, чем у ДЗ). То же справедливо и для личностных особеннос- тей, интересов, межличностных отношений.

В целом эти данные говорят о том, что даже различающийся сре- довой опыт МЗ и ДЗ близнецов не влияет решающим образом на их внутрипарное сходство и, следовательно, не может компрометиро- вать метод. Именно к такому выводу пришли в результате тщательного анализа многие исследователи [363].

Таблица 7. Внутриклассовая корреляция по оценкам эмоциональности у близнецов с разным типом внутрипарных отношений Методика Модаль- Корреляции ность МЗ ДЗ в це- роле- комп- в це- роле- комп- лом вые лемен- лом вые лемен- тарны тарны е е Самооценка Р 0,42* 0,14 0,88** 0,26 0,23 0, Г 0,43* 0,11 0,83* -0,04 -0,28 0, С 0,39* 0,09 0,48 -0,08 -0,19 -0, Экспертная Р 0,35 0,01 0,69 -0,12 0,23 0, оценка Г 0,42* -0,08 0,83* -0,20 -0,28 -0, (со-близнец) С 0,21 -0,03 0,43 -0,22 -0,19 -0, n=26 n=10 n=8 n=26 n=14 n= Р, Г, С — радость, гнев, страх;

* - р < 0,05;

** - p < 0,01.

Однако этот, в общей форме совершенно правильный, вывод тре- бует некоторой детализации. Обычно при анализе вопроса о равном распределении средовых воздействий у МЗ и ДЗ близнецов речь идет о среде «вообще», не адресованной к изучаемой функции. Такой подход не всегда может оказаться верным. Например, в работе В.В. Семенова [132] было показано, что при оценке эмоционального статуса МЗ и ДЗ близнецов с помощью вопросников результаты во многом зависят от типа диадических взаимоотношений в паре: комплементарного или ролевого, т.е. наличия в паре лидера и ведомого (табл. 7.4).

Несмотря на малое количество пар в подгруппах с разным типом взаимодействия близнецов, ясно видно, как влияет разделение ролей на внутрипарную корреляцию независимо от того, какими методика- ми диагностируется эмоциональный статус — основанными на само- оценке или на экспертной оценке. Наличие в паре лидера и ведомого, как правило, снижает сходство, особенно в парах МЗ близнецов, и, соответственно, изменяет оценку наследуемости в сторону заниже- ния. Но что меняется: действительная черта (эмоциональность) или самооценка? Теоретически можно допустить и то, и другое. Эксперт- ные оценки, даваемые близнецами друг другу, тоже могут отражать и реальные различия в эмоциональном статусе лидера и ведомого, и их субъективные представления.

Вместе с тем на внутрипарное сходство такой психологической черты, как когнитивный стиль зависимости-независимости от поля, по данным М.С. Егоровой [132], особенности диадических взаимо- действий в парах близнецов влияния не оказывают (табл. 7.5).

Таблица 7. Внутриклассовые корреляции показателей зависимости- независимости от ноля у близнецов с разным типом внутрипарных отношений Близ- Тест включенных фигур Тест стержня и рамки нецы Группа I II III Группа I II III в це- D це- лом лом МЗ 0,67 0,58 0,72 0,51 0,70 0,62 — 0, n=40 n=19 n=10 n=11 n=14 n= ДЗ 0,11 0,02 0,19 0,09 0,24 0,28 0,38 0, n=40 n=13 n=11 n=16 n=9 n=8 n= I — наличие в паре лидера и ведомого;

II — иные ролевые отношения;

III — ролевых отношений нет. В тесте стержня и рамки подгруппу II составили всего 3 пары МЗ близнецов, поэтому корреляции не вычислялись.

Учитывая небольшое количество пар в каждой подгруппе, неко- торым колебаниям коэффициентов нельзя придавать серьезное зна- чение. Однако ясно, что наличие в паре лидера и ведомого не оказы- вает столь очевидного влияния на внутрипарное сходство, как в оцен- ках эмоциональности. Иначе говоря, роли лидера и ведомого — актуальный фактор формирования эмоционального статуса человека (или его самооценки?), но они не актуальны для данного когнитив- ного стиля.

По-видимому, для того чтобы понять, насколько справедлива критика постулата о равенстве сред МЗ и ДЗ близнецов, недостаточно анализировать общие характеристики (тип родительско-детских отно- шений, общее сходство среды, друзья и т.п.), необходима оценка конкретных средовых переменных, релевантных исследуемому при- знаку.

Это надо иметь в виду при использовании близнецового метода.

Однако как базовый постулат метода тезис о равенстве средовых вли- яний в парах МЗ и ДЗ близнецов может быть принят.

Перечисленные ограничения метода ставят еще один вопрос;

на- сколько выборка близнецов репрезентативна популяции одиночно- рожденных людей того же возраста? Это необходимо знать, ибо, если близнецы образуют по исследуемому признаку отдельную группу, полученные у них данные не могут быть перенесены на остальную популяцию. Однако этот весьма серьезный вопрос решаем: дескрип- тивные статистики (средние величины, дисперсии и т,д.) близнецо- вой выборки необходимо сопоставить с таковыми же, полученными на выборке одиночнорожденных. Отсутствие статистически значимых различий между ними будет говорить о том, что близнецы являются полноправными представителями своей возрастной, половой и т.д.

группы и, следовательно, перенос полученных выводов на популя- цию одиночнорожденных правомочен, РАЗНОВИДНОСТИ МЕТОДА БЛИЗНЕЦОВ С помощью определенных разновидностей близнецового метода можно решать и собственно психогенетические задачи, и иные, не относящиеся непосредственно к проблеме наследственности и среды (т.е. не выделяющие тот и другой компонент дисперсии), но либо использующие близнецовые пары как информативную модель, либо изучающие их как особую популяцию и тем самым обслуживающие сам метод (например, тестирующие гипотезу о равенстве средовых влияний в парах МЗ и ДЗ близнецов).

Основных разновидностей метода четыре: разлученных близнецов, семей МЗ близнецов, контрольного близнеца, близнецовой пары. Пер- вые две позволяют решать генетические задачи, две других использу- ются для иных целей. Последовательно разберем их.

Метод разлученных близнецов заключается в оценке внутрипарного сходства исследуемого признака у близнецов, разлученных в детстве и, следовательно, воспитывавшихся в разных средах. Наибольшую ценность представляют пары МЗ близнецов (МЗр), разлученных в пер- вые месяцы или годы жизни;

два генетически одинаковых человека растут в разных средовых условиях;

тогда их сходство, если оно кон- статируется, не может быть объяснено сходством среды, а получае- мые корреляции есть непосредственная мера наследуемости признака.

Это — своеобразный «критический эксперимент» психогенетики.

Первая женская пара разлученных в возрасте 1 месяца МЗ близне- цов описана П. Попенье [369], и вслед за ним данная пара была более полно обследована X. Мюллером [341], когда женщинам было по лет. Они имели сильно различающееся школьное образование (разни- ца в 9 лет обучения) и очень близкие оценки интеллекта (с разницей всего в 1 балл) [цит. по: 175, 206]. Мюллер первым оценил значимость этой «экспериментальной модели», подаренной жизнью, о чем, по словам Т. Бушара, свидетельствует даже подзаголовок его статьи: «Пре- дел, до которого умственные черты не зависят от наследственнос- ти, — как он тестируется в случае идентичных близнецов, воспитан- ных порознь». Бушар считает, что «Мюллер сформулировал методо- 12-1432 логические положения, не полностью понятые даже теперь, 70 лет спустя» [206].

В 1937 г. была опубликована работа X. Ньюмена, Ф. Фримена и К.

Холзингера, которым удалось собрать уже 19 пар разлученных МЗ близ- нецов [344];

сейчас в таблице, суммирующей исследования интеллек- та у МЗр по 1992 г., значатся 162 пары [206]*.

Критика этого варианта близнецового метода касается оценки дей- ствительного различия сред, в которых воспитывались разлученные МЗ близнецы. Достаточно часто близнецы воспитываются в родствен- ных семьях, видятся друг с другом, иногда даже посещают одну и ту же школу. Анализ данных Д. Шилдса, произведенный Л. Кэмином [303], показал, что все эти обстоятельства повышают сходство МЗр близне- цов. Работа Л. Кэмина ценна тем, что она обратила внимание на необ- ходимость оценки реальных форм разлучения МЗ близнецов.

Например, из 40 пар разлученных МЗ близнецов, обследованных Шилд- сом, 27 пар воспитывались в родственных семьях;

у них корреляция по интел- лекту равна 0,83. У остальных 13 пар, близнецы которых были размещены в чужие семьи, эта корреляция существенно ниже —0,51. Более того, если один близнец рос с матерью, а второй — у ее родственников, то сходство по ин- теллекту было выше по сравнению со случаями, когда второго близнеца вос- питывали родственники отца (r = 0,94 и r = 0,56 соответственно). Однако и в том случае, когда среда воспитания близнецов существенно различалась, внутрипарная корреляция по интеллекту была достаточно высокой: r = 0,45.

Поскольку разные аспекты среды значимы для разных аспектов развития и, кроме того, средовые влияния опосредуются индивиду- альностью ребенка (гипотеза средовой и органической специфичнос- ти), оценка средовых параметров не должна быть глобальной. Поэто- му, во-первых, здесь вновь встает вопрос о релевантности параметров среды изучаемому признаку, т.е. о том, какие средовые факторы надо оценивать в случае, если объектом генетического исследования явля- ется, например, интеллект, и какие — если исследуется другая пси- хологическая черта. Во-вторых, возможно, что МЗ близнецы в силу генетической идентичности «выбирают» в качестве актуальных анало- гичные элементы среды, т.е. формально разные среды могут содер- жать сходные психологически значимые элементы, но это будет ре- зультатом, а не причиной сходства МЗ близнецов.

Метод семей МЗ близнецов, или метод монозиготных полусиблин- гов (the monozygotic half-sibling method [363]), заключается в сопос- тавлении детей в семьях, где матери или отцы являются монозигот- ными близнецами. Эти дети имеют весьма своеобразный генетичес- * Данные С. Бэрта [221], собравшего одну из самых больших выборок МЗр близнецов (53 пары), не учитываются из-за имеющихся сомнений в их достовер- ности [см. 303, 252].

кий статус: тетя (или дядя) с точки зрения генетической — то же самое, что мать (или отец), т.е. они, не будучи сиблингами, не явля- ются и двоюродными братьями и сестрами, поскольку имеют только по одному генетически различающемуся родителю, поэтому их име- нуют полусиблингами (half-siblings).

Главная задача, для решения которой этот вариант метода дает ценный материал, состоит в выявлении так называемого материнско- го эффекта. Этим термином обозначается преимущественное влияние матери на фенотип потомков, возникающее не только благодаря пе- редаче генов, но и по иным причинам, к которым относятся и психо- логические, постнатальные факторы (идентификация ребенка с ма- терью, особенности их взаимодействия), и биологические, внутриут- робные (состояние материнского организма во время беременности, цитоплазматическая наследственность).

Наличие материнского эффекта в психологической черте должно проявиться в большем сходстве детей, имеющих матерей — МЗ близ- нецов, по сравнению с детьми, у которых отцы-МЗ близнецы.

Особый интерес вызывают эффекты цитоплазматической наследствен- ности, которые можно обнаружить (в психологических признаках человека) пока только таким путем. Дело в том, что, помимо генов, заключенных в хро- мосомах ядра клетки, носителями наследственной информации являются не- которые структуры, находящиеся вне ядра, в цитоплазме клетки (соответствен- но эти два вида наследственности и называются «ядерной», или «хромосом- ной», и «цитоплазматической»).

Объем цитоплазмы в женской яйцеклетке не сопоставим с ее объемом в сперматозоиде: по некоторым данным, в яйцеклетке он во много тысяч раз больше, чем в спермии, состоящем практически полностью из ядра и оболоч- ки. Вот почему все передающееся потомству через цитоплазматические струк- туры идет от матери — это и есть генетический материнский эффект.

В экспериментах, например, с насекомыми материнский эффект обнару- живается при реципрокных скрещиваниях;

у человека вообще и примени- тельно к количественным психологическим признакам особенно он, очевид- но, имеет меньшее значение. Но тем не менее возможность таких влияний существует, и для их исследования оптимальным оказывается данный вари- ант метода близнецов. Пока подобных работ очень немного, они посвящены пространственным способностям, скорости перцепции [381, 422] и дали не- сколько противоречивые результаты.

Помимо материнского эффекта эта экспериментальная модель позволяет более детально изучить феномен ассортативности, т.е. не- случайного подбора супружеских пар (похожи ли супруги у генети- чески одинаковых людей?), и сцепление с полом. В последнем случае полусиблинги-мальчики должны быть более похожими, если монози- готы — их матери (поскольку свою единственную Х-хромосому каж- дый их них получит от генетически идентичных женщин), и менее похожими — если отцы. У девочек-полусиблингов картина должна быть обратной.

12* Основное ограничение метода заключается в том, что генетичес- ки идентичные родители могут создавать в своих семьях сходную сре- ду, в которой взаимодействия в диадах ребенок Х МЗ родитель и ребе- нок Х МЗ дядя (тетя) будут весьма похожими, а у ДЗ родителей со своими детьми и племянниками будет такое же средовое и генетичес- кое сходство, как у родителей и детей в обычной семейной ситуации.

Поэтому данный вариант близнецового метода может успешно ре- шать некоторые частные вопросы, однако для разделения генетичес- кой и средовой дисперсии признака он имеет меньшую разрешаю- щую способность, чем другие методы психогенетики [363].

Метод контрольного близнеца (взаимоконтроля близнецов, конт- роля по партнеру, близнеца-свидетеля) основан на том, что МЗ близ- нецы, — генетически одинаковые люди, имевшие общую эмбрио- нальную и в обычных условиях семейную среду, — являются идеаль- ным контролем друг к другу. Если группу МЗ близнецов разделить на две выборки так, чтобы в каждую вошли по одному близнецу из каж- дой пары, то исследователь получит уникальную ситуацию — две вы- борки, уравненные и по генетической конституции, и по основным средовым (общесемейным) параметрам. Далее можно, например, одну группу тренировать, а другую — нет или тренировать их в разном возрасте, как это было сделано в работе А. Гезелла, впервые приме- нившего данный метод и прослеживавшего вместе с коллегами раз- витие одной женской пары МЗ близнецов с первых месяцев жизни до 14 лет [272, 273, 274, 275]. Они получили материал, свидетельствую- щий о зависимости эффективности обучения (двигательного и рече- вого) от возраста. Одновременно можно оценить и длительность удер- жания эффекта тренировки: поскольку в раннем детстве созревание существенно определяется генетической программой, тип и темп его у МЗ близнецов в основном одинаковы. В упомянутых работах А. Гезел- ла и его сотрудников показано, например, что разница в речевом развитии, стимулированном тренировкой в возрасте 1,5-2 лет, стер- лась в течение трех месяцев.

Шведский исследователь А. Незлунд [цит. по: 434] оценил таким методом разные способы обучения чтению и показал, что одного, оптимального для всех способа нет, их эффективность зависит от уровня интеллектуального развития ребенка.

В упоминавшихся (см. Введение) работах Московского Медико- генетического института этот метод (5 пар МЗ близнецов 5-6 лет) тоже использован для анализа не только эффекта обучения, но и кон- структивной деятельности. Показано, что обучение при помощи ме- тода «моделей» эффективнее, чем простое копирование: не только улучшается сама конструктивная деятельность, но и перестраиваются другие психические функции ребенка. Позже, в 1956 г., была опубли- кована работа А.Р. Лурия и Ф.Н. Юдович о развитии речи, где МЗ близнецы также служили контролем друг к другу [102].

Р. Пломин с соавторами [363] отмечал, что таких работ очень мало — «менее дюжины», но и их, тем не менее, делят на три группы.

В первую входят наиболее ранние работы, в которых исследуется вза- имодействие между созреванием и тренировкой, при этом близне- цов-партнеров обучают одному и тому же, но в разных возрастах. К дан- ной группе относятся, например, упоминавшиеся работы А. Гезелла с сотрудниками. Во второй группе работ сравнивается эффективность разных способов обучения, в качестве примера может служить упомя- нутое шведское исследование обучения чтению. Авторы третьей, наи- более обширной группы работ изучают вопрос о том, насколько существенными могут быть различия, создаваемые средой у генети- чески идентичных индивидуумов. Примером могут служить экспери- ментальные методы изменения средовых воздействий, использован- ные в упоминавшихся исследованиях Московского Медико-генети- ческого института.

Метод близнецовой пары. Еще в 30-х годах появились работы, в которых рассказывалось об особой психологической ситуации в парах близнецов, особом «эффекте пары», или «эффекте близнецовости».

Они были выполнены и в психоаналитической традиции, и в психо- логии развития, и, специально, в русле психогенетических исследо- ваний. Основными характеристиками этой особой психологической ситуации являются две борющиеся тенденции: к идентификации со своим со-близнецом и, наоборот, к индивидуализации каждого члена пары. Первая приводит к ощущению себя сначала членом пары и лишь затем — отдельной личностью;

вторая, в крайних случаях, может при- вести к выраженным конфликтным отношениям близнецов, своеоб- разному протесту против «второго — такого же». С возрастом первая тенденция обычно ослабевает, уступая место второй, причем у близ- нецов-мужчин данный процесс происходит легче, чем у женщин.

На этом фоне существуют более тонкие оттенки внутрипарных отношений. Например, еще в 1934 г. X. фон Браккен описал феномены гармонического и дисгармонического соперничества близнецов: «со- ревнование друг с другом» и «соревнование друг против друга». Сна- чала предполагалось, что первое характерно для МЗ близнецов, вто- рое — для ДЗ, однако в дальнейшем это не подтвердилось;

оба типа диадических взаимодействий встречаются и у тех, и у других. Он опи- сал и некоторые специфические для пары социальные роли: «мини- стра внешних сношений», осуществляющего общение с внешним миром, и «министра внутренних дел» («совесть пары»). Позже ролевые отношения, существующие в повседневной жизни близнецов, были описаны итальянским исследователем Л. Геддой и другими зарубеж- ными авторами, а среди отечественных В.В. Семеновым [132, 137] и Н.В. Искольдским [65, 66]. Они же продемонстрировали, как распре- деление ролей влияет на оценку внутрипарного сходства и, соответ- ственно, на величину коэффициента наследуемости, о чем уже го- ворилось ранее. А в работах И.И. Канаева [69, 70] было показано, как роли «старшего» (родившегося первым) и «младшего», ведущего и ве- домого, формируют различия в психологическом облике близнецов.

Однако наиболее детально близнецовую ситуацию исследовал Р. Заззо и описал в 1960 г. в книге «Близнецы: пара и личность» (на русский язык она, к сожалению, не переведена;

краткий анализ см.: [152]). Он ввел и само понятие «близнецовая ситуация», показал ее проявления и обосновал необходимость ее изучения.

Сам Р. Заззо назвал исследование близнецовых пар «третьим мето- дом» наряду с методами «контрастных групп» Гальтона (имеется в виду сопоставление групп МЗ и ДЗ близнецов) и «контрольного близ- неца» Гезелла [459]. Согласно Р. Заззо, на фоне сходства близнецов, порождаемого и генетическим сходством и тем, которое формируется широкой средой, выделяется еще один фактор, создающий и специ- фическое сходство, и различия в глубине его, — близнецовая ситуа- ция, своеобразный «микрокосм», результатом действия которого мо- жет стать и конвергенция, и дивергенция развития.

С помощью этого варианта метода решаются две задачи. Первая из них — общепсихологическая: поскольку индивидуум существует только внутри некоторых систем связей (например, в диаде) и «в этом смыс- ле можно сказать, что мы все «близнецы»» [459, с. 25], постольку близнецовая пара, особенно генетически идентичные МЗ близнецы, может быть прекрасной моделью для изучения процессов индивидуа- лизации, влияния конкретных средовых (внутрипарных и семейных) факторов на формирование тех или иных психологических черт и т.д.

Вторая задача по существу есть проверка, во-первых, валидности са- мого близнецового метода, а также постулата о равенстве средовых влияний в парах МЗ и ДЗ близнецов и, во-вторых, вопроса о том, репрезентативна ли среда близнецов среде, в которой развиваются одиночнорожденные дети. Если условия развития и жизни близнецов высоко специфичны, имеют собственные, только им присущие зако- номерности, то близнецы перестают быть выборкой, репрезентатив- ной общей популяции, и не могут быть использованы для изучения общих закономерностей.

К двум указанным задачам необходимо, на наш взгляд, добавить третью, связанную с жизнью самих близнецов. Чрезмерная, неком- пенсируемая идентификация себя со своим со-близнецом, или пары как целого, как особой «единицы», приводящая к отсутствию личной идентичности, может стать причиной формирования личностных черт, затрудняющих социальную адаптацию и в детстве, и во взрослом воз- расте. Кроме того, отмеченные еще Р. Заззо и затем А. Р. Лурия особен- ности речевого развития близнецов, точнее формирование прими- тивной, синпрактической речи («криптофазия», по Заззо), может привести к отставанию и в общем интеллектуальном развитии [см.: 97].

Поэтому изучение специфических психологических характеристик близнецовой пары необходимо и для проведения консультационной работы с родителями, имеющими детей-близнецов.

* * * Методы, которыми располагает психогенетика, позволяют весьма надежно решать ее главную задачу: выяснение той роли, которую иг- рают факторы наследственности и среды в формировании межинди- видуальной вариативности психологических и психофизиологических признаков, индивидуальных траекторий развития и т.д. Особенно це- нен имеющийся в литературе анализ ограничений каждого метода, который позволяет либо контролировать помехи, либо компенсиро- вать их объединением разных методов. Это — обязательное условие продуктивного развития любой точной науки.

Кроме того, методы психогенетики позволяют более надежно ре- шать ряд негенетических задач, связанных с выделением актуальных для различных психологических черт средовых переменных, с более точной оценкой эффектов внешних воздействий и многих других.

Глава VIII СТАТИСТИЧЕСКИЕ МЕТОДЫ ПСИХОГЕНЕТИКИ Образно говоря, статистика является «правой рукой» психогене- тики. Как уже отмечалось, психогенетика изучает вопросы наследова- ния поведенческих признаков и психологических функций в популя- циях, и по определению эта наука озабочена не отдельными индиви- дуальностями, а их разнообразием, т.е. популяционной изменчивостью (вариативностью, дисперсией) изучаемого признака. Иными слова- ми, психогенетику интересуют вопросы, касающиеся характеристик распределений (среднего, дисперсии и других моментов распределе- ния) индивидуальных значений по изучаемому признаку в популя- ции, а также вопросы о том, влиянием каких факторов — генетичес- ких или средовых — можно объяснить наблюдаемую изменчивость.

Статистики, описывающие параметры популяции (выборки), приво- дятся в любом руководстве по статистике, поэтому здесь мы их ка- саться не будем, а перейдем сразу к статистическим решениям соб- ственно психогенетических задач.

Как уже говорилось, психологические признаки принадлежат к классу количественных признаков, законы наследования которых су- щественно отличаются от менделевских. Особая здесь и статистика.

Последовательно рассмотрим связанные с этим вопросы.

1. ГЕНЕТИКА КОЛИЧЕСТВЕННЫХ ПРИЗНАКОВ И ЕЕ ЗНАЧЕНИЕ ДЛЯ ПСИХОГЕНЕТИКИ Генетика количественных признаков предоставляет психогенети- ке общую теорию, на базе которой строится методологический аппа- рат изучения природы индивидуальных психологических различий.

В самом общем виде генетика количественных признаков — при- менительно к психологическим задачам — исходит из того, что люди отличаются друг от друга по ряду сложных психологических призна- ков, и предлагает модель, в рамках которой межиндивидуальные раз- личия по этим признакам могут быть описаны в терминах фенотипи- ческой дисперсии признака в популяции, а сама стенотипическая дис- персия может быть разложена на составляющие ее генетические и средовые компоненты.

МОДЕЛЬ ОДНОГО ГЕНА Количественные генетические модели позволяют описать измеря- емые эффекты различных генотипов, возможных в отдельно взятом локусе, и суммировать эффекты всех локусов, контролирующих тот или иной поведенческий признак. Причем количество локусов, конт- ролирующих данный признак, обычно неизвестно, и чаще всего уче- ные делают допущение о том, что генетический контроль большин- ства поведенческих признаков осуществляется большим количеством генов, вклад которых в дисперсию изучаемого признака примерно одинаков. Одним из характерных признаков количественных генети- ческих моделей является то, что они предполагают существование нормально распределенных фенотипических значений признаков, контролируемых множеством генов, эффекты которых, в свою оче- редь, опосредованы средовыми влияниями. Многолетние психологи- ческие исследования показали, что распределение большинства по- веденческих признаков действительно соответствует нормальной кри- вой. Поэтому допущение о нормальности распределения признака, контролируемого большим количеством генов и значимых средовых влияний (т.е. являющегося мультифакторным), — психологически адек- ватная и статистически удобная модель для психогенетики. Важно за- метить, что ожидаемая от полигенной системы нормальность распре- деления, будучи статистически удобной и эмпирически оправданной, не зависит от количества генов, контролирующих эту систему. Как статистические характеристики, так и теоретические положения, ле- жащие в основе моделей количественной генетики, одинаково пра- вомерны для моделей, содержащих 1, 2, 25 или более генов. Именно поэтому мы начнем изложение основных признаков количественной генетики с рассмотрения модели одного гена и только потом перейдем к модели множественных генов (так называемой полигенной модели).

Рис. 8.1. Соотношение трех генотипов, возможных для двуаллельной сис- темы.

Параметры d и h представляют собой разницы эффектов генов А-а. Аа может нахо- диться на любой из сторон от т, что, соответственно, будет влиять на знак h.

В примере, показанном па рисунке, значение h положительно [253, 342].

Генотипическое значение. Генотипическим значением называется некоторое количественное значение, приписываемое определенному генотипу. Так, в рамках простейшей двуаллельной системы (А и а) существуют два параметра, определяющие измеряемые эффекты трех возможных генотипов (АА, Аа и аа). Этими параметрами являются параметр d, представляющий собой удвоенную разницу между гомо- зиготами АА и аа, и параметр h, определяющий измеряемый эффект гетерозиготы Аа таким образом, что он не является точным усреднен- ным эффектом двух гомозигот, Средняя точка между двумя гомозиго- тами, точка т, отражает среднее эффектов двух гомозиготных геноти- пов. Параметры d и h называются эффектами генотипов. Графически соотношение трех генотипов показано на рис. 8.1. Если в локусе отсут- ствует доминантность, то h будет равняться нулю, а значение геноти- па Аа будет соответствовать значению в точке т. При полной доми- нантности значение Аа будет равняться значению АА. Если же доми- нантность А частичка, то Аа будет находиться ближе к точке АА (или аа, в зависимости от направления доминантности) и значение h бу- дет положительным.

Приведем пример. Предположим, что известны гены, которые влияют на вес человека. Предположим также, что нормальный вес женщин среднего ро- ста составляет 48-70 кг, т.е. разница между максимальным и минимальным значениями по весу равна 22 кг. Теперь предположим, что гены, контролирую- щие вариативность веса человека, расположены на каждой из 22 аутосомных хромосом (по одному на каждой), причем все гены вызывают примерно одина- ковые эффекты. Тогда в рамках нашей гипотетической системы гомозиготы по каждому из изучаемых генов вкладывают примерно ± 1/2 кг (от средней точки), в зависимости оттого, являются они гомозиготами по аллелям, обозначаемым заглавной буквой (АА, ВВ, СС и т.д. - обладание этими генотипами повышает рост), или гомозиготами по аллелям, обозначаемым строчными буквами (аа, bb, cc и т.д. - обладание этими генотипами понижает рост). Рассмотренный при- мер, однако, невероятен по крайней мере по двум причинам: во-первых, генов, контролирующих вариативность веса человека, мы не знаем и, во-вторых, в ре- альной ситуации вклады генотипов, скорее всего, будут меньше или больше, чем 1/2 кг, затрудняя подсчет генотипического значения.

Модели генетики количественных признаков, во всяком случае в их классическом варианте, не являются ни средством идентификации конкретных генов, контролирующих вариативность признака, ни сред- ством точного определения вклада каждого генотипа. Эти модели ре- шают другую задачу, а именно задачу определения общего вклада генотипа в вариативность изучаемого признака в популяции.

Аддитивное генотипическое значение. «Аддитивное генотипическое значение» представляет собой фундаментальное понятие количествен- ной генетики, поскольку оно отражает, насколько генотип «истинно наследуется». Аддитивный (суммарный) эффект генов представляет собой не что иное, как сумму эффектов отдельных аллелей. Более точно, аддитивное генотипическое значение есть генотипическое зна- чение, обусловленное действием отдельных аллелей данного локуса.

Генная доза генотипа подсчитывается на основе того, сколько алле- лей определенного типа (например, аллелей А) присутствует в дан- ном генотипе. Если наличие определенного аллеля в генотипе увели- чивается на 1 (как это происходит, например, в случае перехода от генотипа аа к генотипу Aа), то аддитивное значение увеличивается на некоторую определенную величину. На рис. 8.2 дана графическая иллюстрация аддитивного генотипического значения при отсутствии доминантности. Эффект генотипа аа = -d, поэтому эффект аллеля (гена) а = 1/2(—d);

эффект генотипа АА = d, поэтому эффект аллеля А = 1/2(d);

соответственно, эффект генотипа Аа = 1/2(d) + 1/2(-d) = 0.

Заметим, что аддитивные генные значения зависят от частоты встречаемости аллелей в популяции. При отсутствии доминирования аддитивный эффект полностью определяет генотипическое значение.

Доминантность, однако, вносит самые разные отклонения от ожида- емых значений, — об этом пойдет речь ниже.

Теперь допустим, что каждый аллель генотипа имеет некоторый средний эффект. В этом смысле аддитивное генотипическое значение представляет собой сумму сред- них эффектов каждого аллеля для всех аллелей, входящих в гено- тип. Каждый аллель характеризу- ется определенным аддитивным эффектом, соответственно, при унаследовании определенного ал- леля от родителя ребенок насле- дует и аддитивный эффект этого аллеля, т.е. вклад аллеля в гено- тип ребенка будет таким же, ка- ким был его (аллеля) вклад в ге- Рис. 8.2. При отсутствии доминант- нотип родителя. И неважно, ности (h = 0) аддитивное генотипи сколько (много или мало) алле- ческое значение определяется генной лей присутствует в данном локу- дозой.

Рис. 8.3. Графическое изображение доминантных отклонений.

Наличие доминантности вносит разного рода изменения в аддитивное гепотипи- ческое значение.

Обозначения: • — аддитивные генотипические значения при условии полной до- минантности;

* — наблюдаемые аддитивные значения, определяемые на основе генных доз;

D — доминантные отклонения, которые представляют собой разницу между ожидаемыми аддитивными значениями, соответствующими ситуации пол- ной доминантности, и значениями, наблюдаемыми для определенных генных доз.

се или сколько локусов вовлечено в контроль вариативности по тому или другому признаку. Иными словами, аддитивное генотипическое значение представляет собой не что иное, как сумму вкладов каждого аллеля в генотип.

Доминантные отклонения. Доминантные отклонения есть мера того, насколько генотип отличается от своего ожидаемого аддитивного зна- чения.

Доминантные отклонения (рис. 8.3) — это разница между ожида- емыми и наблюдаемыми значениями генотипов. Феномен доминант- ности допускает, что два аллеля одного локуса могут взаимодейство- вать друг с другом и тем самым менять генотипическое значение, которое наблюдалось бы в том случае, если бы они были независимы друг от друга и делали независимые вклады в генотипическое значе- ние. Так, в результате взаимодействия аллелей Аа наблюдаемое гено- типическое значение меньше того, которое ожидалось бы при усло- вии полной доминантности. Напротив, значения АА и аа выше ожи- даемых при допущении, что аллель А полностью доминантен по отношению к аллелю а.

Доминантность обязана своим возникновением уникальному со- четанию аллелей в данном локусе. Очевидно, что генотип потомка, наследующего только один аллель от каждого из родителей, в подав- ляющем большинстве случаев не может воспроизвести уникальность генотипа одного из них. Поэтому потомки будут отличаться от своих родителей в той мере, в какой аллели данного локуса не суммируются линейным образом при определении генотипического значения.

Рассмотрев типы генетических влияний, определим, как частоты встречаемости аллелей, определяющие эти типы, задают среднее зна- чение генотипа в популяции. Допустим, что в популяции аллели А и а встречаются с частотами р и q, соответственно. Тогда первая колонка в табл. 8.1 показывает три возможных генотипа, вторая — частоты их встре- чаемости в популяции (при допущении, что особи в этой популяции образуют родительские пары случайным образом) и третья — значение генотипа. Популяционное среднее получается путем умножения значений генотипа на частоту встречаемости тех аллелей, которые этот генотип составляют, и последующего суммирования значений все трех генотипов.

Таблица 8. Определение среднего значения генотипа в популяции Генотип Частота Значение Частота X значение АА Р2 +d p2d Аа 2pq h 2pqh Аа q2 -d -q2d = d ( p2 — q2) +2hpq Значение М = d (p2 — q2) + 2hpq представляет собой одновременно и фенотипическое и генотипическое значения среднего в популяции при допущении, что средовая дисперсия в популяции равна 0. Таким образом, вклад любого локуса в популяционное среднее определяет- ся двумя величинами: величиной d(р2 - q2), приписываемой влиянию гомозиготности, и 2hpq, приписываемой влиянию гетерозиготности.

При отсутствии доминантности (h = 0) значение второго термина равно 0 и, соответственно, популяционное среднее пропорционально генной частоте М = d(1 — 2q). В случае полной доминантности (h = d) популяционное среднее пропорционально квадрату генной частоты М = d(1 — 2q2). При отсутствии сверхдоминантности разброс значе- ний, приписываемых локусу, равняется 2d (иначе говоря, если аллель А фиксирован в популяции, т.е. р = 1, то популяционное среднее будет равно d;

если же в популяции фиксирован аллель а, т.е. q = 1, популяционное среднее будет равно -d). Однако при сверхдоминант- ности локуса среднее в популяции с отсутствием фиксации может лежать за пределами этого спектра.

ПОЛИГЕННЫЕ ГЕНЕТИЧЕСКИЕ МОДЕЛИ Одним из центральных допущений генетики количественных при- знаков, в том числе и психологических, является допущение о воз- можности суммирования генетических эффектов каждого локуса внутри генетической системы, включающей несколько локусов. Иными сло- вами, если генетическая система состоит из двух локусов, А и В, то при определении генетического эффекта всей системы генетические эффекты А (аддитивные и доминантные) суммируются с генетичес- кими эффектами В (аддитивными и доминантными). Кроме того, при характеристике общего генетического эффекта этой системы необхо- димо учитывать эффекты, возникающие в результате взаимодействия между локусами А и В. Эти эффекты называются эпистатическими эффектами.

Эпистатические эффекты. Напомним, что доминантность возни- кает в результате неаддитивных взаимодействий аллелей в одном ло- кусе. Подобным же образом аллели разных локусов, функционируя в рамках одной генетической системы, могут взаимодействовать, при- водя к возникновению так называемого эпистаза. Таким образом, в отличие от доминантности, возникающей в результате взаимодействия аллелей внутри одного локуса, эпистаз есть результат взаимодействия аллелей разных локусов.

Итак, генетические эффекты, возникающие в рамках полигенной модели, бывают трех типов: аддитивные (А), доминантные (D) и эпи- статические (I). Представим это заключение символически:

G = А + D + I.

Соответственно сказанному выше, G представляет собой сумму всех генетических влияний в рамках полигенной системы;

А — сумму всех аддитивных влияний для всех локусов, входящих в данную сис- тему;

D отражает все доминантные влияния в данной системе, и I характеризует генетические влияния, которые возникают в результа- те взаимодействия аллелей разных локусов, включенных в данную систему.

Фенотипическое значение. Мы рассмотрели представления генети- ки количественных признаков о генетических влияниях на формиро- вание межиндивидуальной вариативности непрерывно распределен- ных признаков. Однако совершенно очевидно, что на поведенческие признаки оказывает влияние и среда. Количественная генетическая модель предполагает, что межиндивидуальная вариативность по при- знаку в популяции определяется как генетическими, так и средовыми факторами. Иными словами, Р= G+ Е+ (G x Е), где Р — наблюдаемые (фенотипические) значения признака в неко- торой популяции. Р — функция генетических (G) и средовых (Е) отклонений от, соответственно, генотипического и средового сред- них, и некоего интеракционистского члена G x E, который отражает влияния, возникающие в результате взаимодействия генотипа и сре- ды (ГС-взаимодействия и ГС-корреляции).

Как уже было сказано (гл. V), популяцией называется группа ин- дивидов, проживающих на определенной территории, имеющих общий язык, общую историю и культуру и характерный генофонд, сформи- рованный и сохранившийся в результате того, что члены популяции вступают в браки между собой намного чаще, чем с представителями других популяций. Члены популяции похожи друг на друга (или отли- чаются друг от друга) по набору морфологических, физиологичес- ких, психологических и других характеристик, называемых в генетике признаками. Напомним, что измеряемое значение любого признака называется фенотипом (гл. I), он является результатом реализации данного генотипа в данной среде. Популяционный разброс по изуча- емому признаку (популяционная вариативность признака) называет- ся фенотипической дисперсией (Vp ) и вычисляется по формуле:

(X1 - X ) Vp =, N - где N— количество индивидов в исследуемой популяции, Хi— значе- ние исследуемого признака у i-го члена популяции (т.е. его фенотип), а X — популяционное среднее по исследуемому признаку.

Теперь запишем обе полученные формулы (для G и для Р) в тер- минах дисперсии:

VG = Cov(G)(G) = Cov(A + D + I) = VA +VD +VI + 2Cov(A)(I ) + 2Cov(D)(I) + 2Cov(A)(D).

При допущении независимости (т.е. отсутствия корреляции между ними) A, D и /, члены уравнения, отражающие ковариации между этими составляющими генотипической дисперсии, могут быть сокра- щены, Тогда VG = VА + VD+ VI.

Иными словами, наблюдаемая генотипическая вариативность в популяции есть результат суммирования вариативности аддитивной, доминантной и эпистатической.

Подобным же образом в терминах дисперсии может быть записа- но фенотипическое разнообразие людей в популяции:

Vp = Cov(P)(P) = Cov[G + E + (G E)][G + E + (G E)] = = VG + VE + 2Cov(G)(E) +VGE.

Иначе говоря, количественные психогенетические модели основа- ны на допущении, что популяционная фенотипическая вариативность может быть объяснена влиянием генетических (VG) и средовых факто- ров (VE ), а также гено-средовых эффектов, возникающих в результате соприсутствия этих двух факторов [генотип-средовой ковариации Cov(G)(E) и генотип-средового взаимодействия (VGxE)]. Если всю фе- нотипическую изменчивость принять за 100%, то вклады генотипа, среды и генотип-средовых эффектов тоже могут быть выражены в процентах. Иными словами, когда говорят, что вклад генотипа в фор- мирование межиндивидуальной вариативности признака составляет 60%, это означает, что на все остальные составляющие приходится 40%, Распределение фенотипических значений признака в популяции может быть представлено в качестве суммы разбросов определенных значений (см. табл. 8.2).

Таблица 8. Структура фенотипической вариативности признака в популяции Составляющая изменчивости Символ Значение, для которого определяется дисперсия Фенотипическая V, Фенотипическое значение Генотипическая VG Генотипическое значение Аддитивная VA Аддитивное значение Доминантная VD Доминантность Эпистатическая у, Значение эффекта взаимодействия генов Средовая VE Средовые отклонения В обобщенном виде задачу генетики количественных признаков можно сформулировать так;

установление того, какие компоненты и в какой степени определяют вариативность фенотипических значе- ний исследуемого признака.

Рассмотрим далее составляющие психогенетической количествен- ной модели подробнее.

ГЕНЕТИЧЕСКИЕ ЭФФЕКТЫ Изучая механизм генетического контроля того или иного призна- ка, исследователи ставят перед собой задачу найти ответы на четыре ключевых вопроса: 1) Насколько сильно влияние генотипа на фор- мирование различий между людьми? 2) Каков биологический меха- низм этого влияния (сколько и какие гены вовлечены, каковы их функции и где, на каком участке какой хромосомы, они локализова- ны? 3) Каковы биологические процессы, соединяющие белковый про- дукт генов и конкретный фенотип? 4) Существуют ли какие-нибудь средовые факторы, влияние которых может привести к изменению исследуемого генетического механизма, и если существуют, то како- ва величина их влияния? Остановимся несколько подробнее на пер- вом вопросе, хотя современная психогенетика занимается поисками ответов на все указанные вопросы.

Итак, описываемая модель, адресующаяся к первому из названных вопросов, не отвечает на вопрос «как?», ее цель — выяснить, насколько сильно влияние генотипа на формирование индивидуальных различий.

Влияние генотипа выражается относительной величиной, отражающей размерность вклада генов в фенотипическую дисперсию. Этой величи- ной является коэффициент наследуемости, вычисляемый как отноше- ние вариативности генетической к вариативности фенотипической:

h2 = VG /VP.

Экспериментальные генетические исследования, проведенные с растениями и животными, показали, что коэффициент наследуемос- ти является суммарной величиной и включает как аддитивные, так и неаддитивные, возникающие в результате взаимодействия, генети- ческие эффекты.

Выделяют два типа коэффициента наследуемости: один из них оценивает наследуемость в широком смысле, второй — в узком. Пер- вый (его иногда называют также коэффициентом генетической детер- минации) говорит о том, насколько популяционная изменчивость фенотипического признака определяется генетическими различиями между людьми. Его величина может варьировать от 0 до 1, т.е. теорети- чески изменчивость признака может и совсем не зависеть от вариа- тивности генотипов и, наоборот, полностью определяться ею;

чем выше значение этого коэффициента, тем выше роль наследственнос- ти в формировании индивидуальных различий.

Второй коэффициент оценивает только ту долю изменчивости, которая связана с аддитивным действием генов;

благодаря этому он позволяет получить сведения не о причинах популяционной изменчи- вости признака, а о свойствах гамет и генов, полученных потомками от своих родителей. Вот почему, например, в селекции животных и растений именно он используется при селекционировании.

Для обозначения рассматриваемых коэффициентов разные авто- ры используют разные символы. Мы примем те, которые предложены в авторитетном руководстве «Генетика человека», написанным Ф. Фо- гелем и А. Мотульски [159]. Авторы определяют наследуемость в широ- ком смысле формулой:

h2 = VG /VP, где VG— общая генотипическая дисперсия, включающая доминиро- вание, эпистаз и аддитивные составляющие.

Наследуемость в узком смысле определяется формулой:

h2 = VA /VP, Таким образом, эти коэффициенты различаются только числите- лями дроби: если в числителе находится суммарная генотипическая вариативность в популяции (VG ) — речь идет о наследуемости в ши- роком смысле;

если же в числителе VA, то имеется в виду наследуе- мость в узком смысле.

Как и любой статистический показатель, коэффициент наследуемости предполагает определенные допущения и ограничения, поэтому интерпрети- роваться должен грамотно. Фогель и Мотульски выделяют три свойства ко- эффициента наследуемости.

1. Поскольку коэффициент наследуемости есть отношение, его величина может изменяться при изменении числителя (т.е. вариативности генотипов) или знаменателя (т.е. вариативности средовых условий). Он увеличивается, когда повышается генетическая дисперсия или, наоборот, снижается вариа- тивность сред.

2. Оценка дисперсии основана на анализе корреляций между родствен- никами;

этот анализ проводится по определенным правилам (см. далее), но они справедливы только при допущении случайного подбора супружеских пар. Применительно к психологии человека это допущение неверно, поэтому необходимы статистические поправки на ассортативность, в противном слу- чае возникают систематические смещения в оценке h2.

3. Одно из главных допущений при вычислениях h2 — отсутствие ковари- ации и взаимодействия между генетическим значением и средовым откло- нением, что также не всегда верно.

Все это необходимо иметь в виду при вычислении и, главное, интерпрета- ции оценок наследуемости.

Кроме того, разные методы психогенетики имеют разную разрешающую способность оценки как h2, так и составляющих Vp. Например, метод близне- цов не позволяет оценить VD, т.е. дисперсию доминирования. Он дает только суммарную оценку VD + VA. Правда, Фогель и Мотульски, опираясь на работу Д. Фальконера, считают, что составляющая VD обычно незначима по сравне- нию с VA, и поэтому допустимо предположение о том, что практически вся генотипическая вариативность сводится к аддитивной вариативности: VG = VA.

Тогда формула коэффициента наследуемости примет вид h2 = VG / VP. Это силь- но упрощает логику дальнейших рассуждений.

Анализу средовых и генотип-средовых эффектов была посвящена гл. VI. Обобщенная характеристика этих компонентов уравнения фе- нотипической дисперсии приведена в табл. 8.3.

Таблица 8. Компоненты фенотипической дисперсии Эффект Обозначение Тип эффекта Общий средовой VEC (или VC ) средовой Уникальный средовой VEN (илиVN ) средовой Генотип-средовая корреляция СоrGE (или генотип-средовой Cor(G)(E)) Генотип-средовое взаимо- G х Е (или VGxE ) генотип-средовой действие Ассортативность Ц генотип-средовой 13- 1432 2. МЕТОДЫ АНАЛИЗА ПСИХОГЕНЕТИЧЕСКИХ ЭМПИРИЧЕСКИХ ДАННЫХ Как говорилось в гл. VII, психогенетиками была разработана сис- тема методов, которые позволяют оценить составляющие фенотипи- ческой дисперсии;

все они построены на решении систем уравнений, описывающих сходство родственников различных степеней родства.

К их анализу мы теперь и переходим.

КЛАССИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ РОДСТВЕННЫХ КОРРЕЛЯЦИЙ Сходство родственников, принадлежащих к разным поколениям (предки — потомки), обычно оценивается коэффициентом корреля- ции Пирсона, который называют также межклассовым коэффициен- том корреляции. В случае близнецов и сиблингов применяется коэф- фициент внутриклассовой корреляции, подсчитываемый на основе дисперсионного анализа:

' 2 - x)(x1 - x) (x r =, ' - x)2 + - x) (x1 (x где хi' и хi — значения одного и того же признака у близнецов одной пары.

Использование внутриклассовой корреляции в данном случае обус- ловлено тем, что нет генетического критерия для отнесения того или иного члена пары в тот или другой вариационный ряд. В табл. 8.4 при- веден пример вычисления внутриклассовой корреляции для МЗ близ- нецов.

Таблица 8. Вычисление внутриклассового коэффициента корреляции Значение признака х1 - х2 (х1 - х2)2 х1+ х2 (х1 + х2) Пары близнец 1 близнец х1 1 9 1 2 4 16 2 4 6 -2 4 10 3 3 2 1 1 5 4 2 1 1 1 3 5 4 3 1 1 7 СУММЫ 11 41 R = B /(B +W );

W = - x2)2 /(2N), (x где R — коэффициент корреляции;

В — межпарная дисперсия при- знака;

W — внутрипарная дисперсия признака.

B ={[ x2 ) -((x1 + x2 )2 / N)] -1)] -W}/ (x1 + /[2(N W = 11/ 2 / 5 = 1,1;

B = {[439 - 41/ 5]/ 2 / 4 -1,1}/ 2 = {[439 -1681/ 5]/8 -1,1}/ 2 = = 5, R = 5,875 /(5,875 +1,1) = 0,842.

Внутриклассовый коэффициент корреляции, в отличие от меж- классового, не изменяется при перемене мест членов пары.

При подсчете коэффициента корреляции обычно вычисляется и ошибка его измерения. Это важно, так как наличие ошибок измерения ведет к иска- жению коэффициента корреляции и, следовательно, при проведении генети- ческого анализа по коэффициентам корреляции между родственниками бу- дут получаться смещенные оценки компонентов дисперсии признака. В свя- зи с этим производится поправка коэффициентов корреляции на дисперсию ошибки измерения, для чего проводят повторные измерения признаков у од- них и тех же индивидов. Дисперсия ошибки измерения равна внутрипарной дисперсии (V0 = W), вычисленной по повторным измерениям. Когда диспер- сия ошибки подсчитана, коррекция межклассовых коэффициентов корреля- ции осуществляется с использованием следующей формулы:

R = R [1+Ve1 /(S12 -Ve1)][1+ Ve2 /(S2 -Ve2 )], где Я — исходный коэффициент корреляции между первыми и вторыми род- ственниками по изучаемому признаку: S1, S2 — дисперсии признака у соот- ветствующих родственников.

Использование индексов 1-й (например, родители) и 2-й (например, дети) групп родственников обусловлено тем, что указанные группы могут отличать- ся друг от друга по изучаемым признакам вследствие половых, возрастных и тому подобных различий.

Коррекция коэффициентов внутриклассовой корреляции (между близне- цами, сиблингами) на дисперсию ошибки измерения проводится по формуле:

R = B /(B +W -Ve ) где В — межпарная дисперсия, W— внутрипарная дисперсия. Если приведен- ные в табл. 8.5 данные рассматривать как повторные измерения одних и тех же индивидов, то дисперсия ошибки измерения VС = W = 1,1, а внутриклассовая корреляция в данном случае соответствует коэффициенту воспроизводимости.

Корреляции разных типов родственников несут в себе специфи- ческую информацию о разных составляющих фенотипической дис- персии в популяции (табл. 8.5). Например, при изучении пары прием- ный родитель — усыновленный ребенок можно получить оценку вклада 13* общей семейной и родительско-детской среды. При изучении же только корреляций биологических родителей и детей разделить составляю- щие генетической аддитивной дисперсии и родительско-детской сре- ды невозможно, поскольку их объединяет и общая среда, и 50% об- щих генов. Этот метод применим только в сочетании по крайней мере с одним другим методом, который позволил бы разделить влияния генетических и средовых компонентов.

Таблица 8. Вклады аддитивного (VA), доминантного (VD ) и общего средового (VEC ) компонентов фенотипической дисперсии в фенотипические корреляции разных типов родственников Типы родственников VA VD VEC Биологические родители и дети 1/2 0 VC(BPO) Приемные родители и дети 0 0 VС(АРО) Сиблинги с одним общим родителем 1/4 0 CC(HS) Сиблинги 1/2 1/4 VС(FS) Двуяйцевые близнецы 1/2 1/4 VC(DZ) Однояйцевые близнецы 1,0 1,0 VC(MZ) Примечание. Здесь и далее:

ВРО — родители Х дети (biological parent-offspring);

APO — приемные родите- ли Х дети (adopted parent-offspring);

HS — полусиблинги (half-sibling);

FS — пол- ные сиблинги (full-sibling);

DZ— ДЗ близнецы (dizygotic twins);

MZ — МЗ близ- нецы (monozygotic twins).

С целью максимизации информации, полученной при анализе раз- ных типов родственников, ученые совмещают несколько методов в рам- ках одного исследования. Выбор методов для исследования того или иного признака является специальной задачей. Главное правило здесь заключается в том, что количество независимых исходных статистик (т.е. количество корреляций между родственниками) должно превышать количество неизвестных в системе уравнений. Если это правило не выдерживается, система уравнений однозначного решения не имеет.

Например, представим себе, что мы исследуем по некоторому признаку биологические семьи, каждая из которых растит по крайней мере двух детей. Соответственно, мы можем определить корреляции по исследуемому признаку как между родителями и детьми, так и между сиблингами в данных семьях. Любая из этих пар будет иметь в среднем 50% общих генов, что позволяет, используя информацию из табл. 8.5, записать следующую систему уравнений:

rBPO = [1 /2 VA +VC ( BPO) ]/VP, rFS = [1 /2 VA +1 / VD +VC (FS ) ]/VP.

Очевидно, что полученное после некоторых алгебраических пре- образований уравнение rBPO -VC (BPO) = rFS -[1 / VD + VC (FS ) ]/VP, одно- значного решения не имеет, поскольку в нем присутствуют только известных, но 3 неизвестных члена.

Напротив, совмещение родительско-детских корреляций, полу- ченных в приемных и биологических семьях, позволяет записать сис- тему уравнений, решающих эту проблему:

rBPO = [1 / VA +VC (BPO) ]/VP, rAPO = VC ( APO) /VP.

После преобразования получим rBPO -1 /2 VA = rAPO.

Данное уравнение имеет однозначное решение, поскольку VA /VP = 2(rBPO - rAPO ).

Чем больше различных пар родственников включено в анализ, тем больше компонентов дисперсии может быть определено однозначно и тем более сложные и разветвленные модели могут оцениваться.

В качестве иллюстрации рассмотрим два метода, используемых для разделения генетической и средовой составляющих фенотипической дисперсии в популяции (подробнее о методах психогенетики — в гл. VII).

Метод близнецов. Этот метод, без сомнения, был и до сих пор является одним из ведущих методов психогенетики. Классический ва- риант метода близнецов основывается на том, что монозиготные (МЗ) и дизиготные (ДЗ) близнецы характеризуются различной степенью генетического сходства, в то время как их среда может считаться при- близительно одинаковой. На языке составляющих фенотипической дисперсии (см. табл. 8.2 и 8.3) это можно выразить так:

rMZ = (VA + VD + VC ) /VP ;

rDZ = (1 / VA +1 /4 VD +VC ) /VP ;

I = (VA +VD +VC +VN ) /VP.

Соотнеся первое и третье1- rNZ = VN /VP. уравнения, получим:

МЗ близнецы представляют собой идентичные генетические ко- пии друг друга, поэтому теоретически корреляция МЗ близнецов по признаку, вариативность которого в популяции находится полностью под генетическим контролем, должна равняться 1,0. Разницу между 1,0 и реальной корреляцией МЗ близнецов можно объяснить влияни- ями индивидуальной среды или ошибки измерения (компонент VN содержит в нерасчлененном виде обе эти составляющие).

Отметим, что приведенные закономерности соотношения МЗ и ДЗ близнецов справедливы только при следующих условиях (частично речь о них шла в гл. VII):

1. Центральным допущением при использовании метода близне- цов в любом его варианте является допущение о равенстве среды МЗ и ДЗ близнецов. Важно отметить, что оно подразумевает не одинако- вость близнецовых сред, а тот факт, что распределение (частота встре- чаемости и разброс) средовых компонентов монозиготных близнецов не превышает разнообразия сред дизиготных. Правомерность этого допущения до сих пор исследуется и обсуждается психогенетиками;

если оно не справедливо, то получаемые этим методом оценки коэф- фициента наследуемости искажены. Как уже говорилось, это допуще- ние касается не всей близнецовой среды, а только тех ее аспектов, которые связаны с изучаемым признаком (если они известны).

2. VGxЕ = 0, т.е. принимается допущение об отсутствии ГС-взаи- модействия. Заметим, что в некоторых случаях такое допущение впол- не правомерно, в большинстве же случаев оно требует тщательной эмпирической проверки.

3. Cov(G)(E) = 0, т.е. принимается допущение об отсутствии геyотип- средовой ковариации. Прямо проверить это допущение в рамках клас- сического близнецового метода невозможно. Поэтому, как и в случае двух предыдущих допущений, отсутствие ГС-ковариации и корреля- ции при использовании классического метода близнецов принимает- ся на веру.

4. Ассортативность по исследуемому признаку не отличается от нуля (т.е. = 0). Как уже говорилось, это допущение для большинства исследуемых в психогенетике признаков неверно: неслучайность под- бора супружеских пар у человека — скорее правило, чем исключение.

Поэтому допущение об отсутствии ассортативности надо обязательно проверять (в том случае, если в литературе отсутствуют необходимые сведения) по данным о супружеских парах. В общем случае корреля- ция между супругами включает в себя компонент, обусловленный ассортативностью брака, и компонент, обусловленный влиянием се- мейных систематических средовых факторов. Самым простым и на- дежным способом проверки этого допущения является обследование родителей близнецов. Не имея данных о родителях (т.е. корреляций между родителями по исследуемому признаку), исследователь не мо- жет «развести» эффекты ассортативности и эффекты семейной среды.

Наличие же значимой ассортативности повышает возможность полу- чения ДЗ одинаковых генов от обоих родителей (у МЗ и без этого фактора их 100%), повышая rДЗ и тем самым снижая разность rМЗ - rДЗ и, следовательно, величину коэффициента наследуемости (о нем речь пойдет ниже).

5. В генетическом механизме изучаемого признака отсутствуют эпи- статические взаимодействия (Vt). Это условие принимается как долж- ное практически во всех психологических исследованиях (многие ис- следователи принимают данное допущение a priori, даже не обсуждая его правомерность). Однако в ситуациях, когда это допущение не- справедливо, оценки составляющих фенотипической дисперсии мо- гут быть сильно искажены, поскольку эпистатическое взаимодействие генов может значительно уменьшить генетическое сходство ДЗ близ- нецов, тем самым увеличивая разницу между rМЗ и rДЗ и приводя к завышенным оценкам коэффициента наследуемости.

Однако даже в том (весьма неправдоподобном!) случае, когда ис- следуется психологический признак, для которого соблюдаются все вышеперечисленные условия, оценить все четыре компонента феноти- пической дисперсии (VA,VD,VC,VN ) в рамках метода близнецов невоз- можно, так как четыре независимых величины не могут быть определе- ны из трех линейных уравнений. Ученые, тем не менее, сделав несколь- ко упрощающих допущений, разработали несколько способов оценки коэффициента наследуемости на основе метода близнецов. Отметим, что ни один из этих методов не является «правильным» или «непра- вильным» — каждый из них обладает определенными достоинствами и недостатками. Рассмотрим кратко хотя бы три наиболее часто встре- чающихся в литературе метода оценки коэффициента наследуемости.

КОЭФФИЦИЕНТ ХОЛЬЦИНГЕРА К. Хольцингер предложил следующую формулу для оценки насле- дуемости:

rMZ - rDZ VA +3 /2 VD H = =.

1- rDZ VA +3 /2 VD + 2VN Данная формула, как и следующая, адекватна только в случае, если среда МЗ равна таковой у ДЗ, при наличии же VD эта оценка будет смещенной. Поскольку в этой формуле VС и VN заменены на удвоенную VN, то нетрудно заметить, что при VC < VN этот коэффи- циент будет завышен, а при VC > VN, наоборот, занижен.

КОЭФФИЦИЕНТ ИГНАТЬЕВА* В качестве первой оценки величины генетической составляющей фенотипической дисперсии часто используется коэффициент Игна- тьева, вычисляемый следующим образом:

* Данный способ оценки генетического компонента дисперсии и зарубежной психогенетике связан с именем Д. Фальконера, работа которого вышла в I960 г.

Однако этот коэффициент был предложен еще в 1934 г. М.В. Игнатьевым. Кратко об этом см. во Введении, а также в работах В.М. Гиндилиса [97] и Б.И. Кочубея [132, гл. I]. В формуле Игнатьева используются иные символы, но, поскольку в современной науке утвердились приводимые далее обозначения, будем пользо- ваться ими и мы. В приводимой ниже формуле Еобщ — то же, что ЕС, a Eинд — то же, что EN в предыдущем тексте (см. табл. 8.3).

VA +3 / VD h2 = 2(rMZ - rDZ ) =.

VP При наличии доминантного компонента дисперсии VD оценка наследуемости будет завышена.

Очевидно, что влияние любых факторов, изменяющих разницу между корреляциями двух типов близнецов (например, завышение корреляции между МЗ близнецами, возникающее в результате дей- ствия специфической для этого типа близнецов среды), будет влиять на эту оценку наследуемости. Хотя в последние годы появились и все чаще употребляются более современные и сложные методы статисти- ческого анализа, этот коэффициент, в силу своей аргументированно- сти и простоты получения, остается в арсенале психогенетики. Более того, Р. Пломин предложил с помощью этой формулы оценивать — тоже в первом приближении, конечно, — и долю средовых компо- нентов:

Eобщ = rMЗ - h2, Eинд = 1- h2 - Eобщ, где Eoбщ — общесемейная среда (VС ), Еинд — индивидуальная среда (VN).

Правда, в оценку индивидуальной среды неизбежно включается часть дисперсии, вызванная ошибкой измерения. Возможность кор- рекции этого дефекта обсуждена выше.

МЕТОД ДЕ ФРИЗА И ФУЛКЕРА (ДФ-МЕТОД) Дж. де Фриз и Д. Фулкер разработали две регрессионные модели:

1) классическую регрессионную модель, в которой частная регрессия значения со-близнеца на значение близнеца—условного пробанда и коэффициент родства представляет собой тест генетической этиоло- гии исследуемого признака, и 2) расширенную регрессионную мо- дель, предоставляющую прямое свидетельство того, насколько инди- видуальные различия внутри исследуемой группы объясняются гене- тическими и средовыми влияниями. Эти два регрессионных уравнения записываются следующим образом:

C = B1P + B2R + A;

C = B3P + B4R + B5PR + A, где С — значение со-близнеца по исследуемому признаку (данный метод подразумевает выделение в каждой паре одного близнеца — условного пробанда, тогда второй близнец называется со-близнецом);

Р — значение близнеца-пробанда по тому же признаку;

R — коэффи- циент родства (1 для МЗ и 0,5 для ДЗ близнецов);

PR — произведение значения пробанда по исследуемому признаку на коэффициент род- ства;

А — константа регрессионного уравнения.

Решение этих уравнений позволяет оценить следующие парамет- ры: В1, представляет собой показатель среднего сходства между МЗ и ДЗ близнецами;

В2 — оценку удвоенной разницы между средними в группах МЗ и ДЗ близнецов (с учетом ковариации между значениями МЗ и ДЗ пробандов);

В3 оценивает долю дисперсии, объясняемую сре- довыми влияниями, общими для членов близнецовой пары (VС /VР или С2);

В4, отражает разницу h2g - h2, где h2 — коэффициент наследу- емости в широком смысле и h2g — коэффициент наследуемости в оп- ределенной группе (например, коэффициенты наследуемости IQ в группах здоровых людей и людей, страдающих ФКУ, отличаются друг от друга;

В4 показывает разницу коэффициентов наследуемости, по- лученных в генеральной популяции и специфической выборке);

и, наконец, В5 оценивает коэффициент наследуемости (h2), т. е. показа- тель того, насколько индивидуальные различия в исследуемой выбор- ке объясняются наследуемыми влияниями.

Интересной особенностью ДФ-метода является то, что он позво- ляет тестировать гипотезу о сходстве или различии этиологии нор- мально распределенных и экстремальных значений. Сравнение рег- рессионных коэффициентов В2 и В5 позволяет проверить гипотезу о том, сходны ли этиологии девиантных и «средних» значений, напри- мер, по тесту на математические способности. Если этиология неспо- собности к математике отличается от этиологии средних математи- ческих способностей, то В2 и В5 должны статистически надежно отли- чаться друг от друга. Если же дети, которые имеют трудности в овладении математикой, представляют собой не отдельную группу, а край нормального распределения, то В2 и В5 статистически отличать- ся друг от друга не должны, Разные формулы для вычисления коэффициентов наследуемости характеризуются разного рода допущениями и ограничениями. В не- скольких исследованиях было продемонстрировано, что применение разных формул на одном и том же эмпирическом материале дает раз- ные результаты. Поэтому интерпретация данных, полученных одним методом близнецов, должна проводиться с учетом всех ограничений, свойственных этому методу. Ф. Фогель и А. Мотульски [159] отмечают, что даже при сильно упрощающих допущениях (например, отсутствия ассортативности, доминирования и т.д.) все равно остаются система- тические ошибки, которые невозможно полностью проконтролиро- вать. Они рекомендуют вычислять из одних и тех же эмпирических данных альтернативные оценки и сравнивать, насколько хорошо они совпадают.

Метод приемных детей. При допущении, что среда семей-усыно- вителей не коррелирует со средой тех биологических семей, из кото- рых данные дети усыновляются, корреляции детей с их биологичес- кими родителями представляют собой «чистые» генетические корре- ляции (т.е. прямую оценку h2 или VG /VP, а с родителями-усыновите- лями — «чистые» средовые корреляции (с2 или VС /VP). Однако в том случае, если среды биологических и приемных семей похожи, допу- щение о «чистоте» полученных оценок генетической и средовой со- ставляющих чаще всего неправомерно (по крайней мере в тех случа- ях, когда корреляция сред неизвестна). Методологически адекватным, хотя практически и не всегда возможным решением в подобной ситу- ации служит получение нескольких оценок генетического и средово- го компонентов при разных значениях корреляции сред.

Таким образом, главной причиной беспокойства при использова- нии метода приемных детей является допущение об отсутствии кор- реляции между биологическими и приемными семьями. Кроме того, исследователи должны убедиться в том, что семьи-усыновители реп- резентативны общей популяции, т.е. не отличаются от среднепопуля- ционной семьи по уровню благосостояния, образования и т.п. Если семьи-усыновители нерепрезентативны, закономерности, полученные в результате их анализа, не могут считаться справедливыми для гене- ральной популяции.

АНАЛИЗ ПУТЕЙ Приведенная выше логика разложения фенотипической диспер- сии на ее составляющие, реализованная в нескольких эмпирических методах, представляет собой один из способов определения коэффи- циента наследуемости того или иного признака. Но понятие наследу- емости можно также проанализировать при помощи «анализа путей».

Анализ путей в последние десятилетия широко используется и в психогенетике, и в науках о поведении вообще. Он был предложен генетиком С, Райтом еще в 30-х годах и затем им же и другими иссле- дователями детально разработан. Четкое изложение его основ и пра- вил использования содержится в упоминавшемся труде М. Нила и Л. Кардона [342], которые характеризуют этот метод следующим образом.

Диаграмма путей — эвристичный способ наглядного графическо- го представления причинных и корреляционных связей (путей) меж- ду переменными, позволяющий дать полное математическое описа- ние линейной модели, которую применяют исследователи. Тем са- мым диаграмма путей способствует ее пониманию, верификации или представлению результатов. В целом путевые модели — «экстремально обобщенный» способ анализа, один из многих мультивариативных методов (к ним же относятся методы множественной регрессии, фак- торный и дискриминантный анализы и т.д.).

Существуют определенные правила построения диаграмм пу- тей (рис. 8.4). Прямоугольники (или квадраты) обозначают наблюда- Рис. 8.4. Диаграмма путей, объединяющая три латентных (А, В, С) и две наблюдаемых (D и Е) переменных.

р и q — корреляции;

r, s, w, х, у, z — путевые коэффициенты.

Рис. 8.5. Диаграмма путей для корреляций совместно живущих пар МЗ и ДЗ близнецов.

Т1, Т2 — близнецы одной пары. G — генотип;

С— общая среда;

U — индивидуаль- ная (уникальная) среда;

I— эпистаз. Пути h, с — влияния G, С на исследуемую черту.

емые переменные;

круги (или эллипсы) — латентные, неизмеряе- мые переменные (на рис. 8.4. D и Е;

А, В, С соответственно).

Связи между переменными обозначаются стрелками: постулиро- ванные исследователем причинно-следственные — направленной в одну сторону («путь» от причины к следствию);

наблюдаемые ассо- циации — двусторонней. На рис. 8.4 первые — w, x, у, z, r, s (путевые коэффициенты);

вторые — р и q (коэффициенты корреляции). Ина- че говоря, модель выделяет зависимые переменные (D и Е), подле- жащие объяснению или прогнозированию, и независимые (А, В, С), действие которых должно объяснить или предсказать зависимые пе- ременные и их связи. Есть и другие, более детальные, правила офор- мления и чтения путевых диаграмм, но мы их рассматривать не будем.

На рис. 8.5 даны модели путей для корреляций совместно живу- щих пар МЗ и ДЗ близнецов по экстраверсии, из которых следует, что корреляция МЗ близнецов T1 и Т2 может быть выражена через сумму путей, связывающих их, т.е. hh и сс;

иначе говоря, rМЗ = h2 +с2. Для ДЗ это будут пути h х 1/2 х h и cc, т.е. rДЗ = 1/2 h2 + с2. Вычитая, получим rМЗ — rДЗ = h2 + с2 — 1/2 h2 — с2 = 1/2 h2;

чтобы получить полную генетичес- кую дисперсию (а не половину ее), удваиваем разность корреляций h2 = 2(rMЗ — rДЗ ) и получаем описанный выше коэффициент наследу- емости, справедливый для близнецовых исследований. Аналогичным образом могут быть построены путевые диаграммы для семейных и любых других данных.

Единицы измерения, используемые в анализе путей, отличаются от тех, которыми мы оперировали тогда, когда рассматривали по- нятие наследуемости на примере разложения фенотипической дис- персии. Если при разложении дисперсии мы пользовались квадратич- ными единицами (например, h2, VG ), то в данном случае наследуе- мость описывается на языке стандартных отклонений. Тогда путевые коэффициенты являются коэффициентами регрессии, полученными для переменных не в исходных единицах, а для стандартизованных переменных.

Несмотря на широкое использование этого метода и его достоин- ства, которые заключаются прежде всего в наглядной демонстрации представлений о компонентах, влияющих на исследуемый признак, он имеет и своих критиков. Так, Ф. Фогель и А. Мотульски «не уверены в том, что этот метод биометрического анализа внесет существенный вклад в наше понимание генетических факторов» [159]. Одно из глав- ных сомнений вызывает тот факт, что в диаграмму путей и, следова- тельно, в дальнейший математический анализ закладываются уже имеющиеся у исследователя предположения о влияющих на признак факторах, их причинно-следственных отношениях и т.д., и результат анализа зависит, таким образом, от корректности заранее имеющих- ся исходных позиций.

АНАЛИЗ МНОЖЕСТВЕННЫХ ПЕРЕМЕННЫХ До сих пор наши рассуждения концентрировались в основном на одном фенотипе, т.е. нашей конечной переменной являлся какой-то конкретно взятый фенотип. А если мы заинтересованы в одновремен- ном изучении двух фенотипов, которые теоретически могут быть свя- заны между собой? Например, связана ли вариативность в популяции по таким высоко коррелирующим признакам, как вербальный и не- вербальный интеллект? Насколько вероятно предположение о том, что вариативность по этим двум признакам может быть объяснена действием одних и тех же генетических и средовых влияний? Иными словами, если два признака коррелируют на фенотипическом уровне, то эта корреляция может быть результатом действия как генетичес- Рис. 8.6. Диаграмма путей фенотипической корреляции двух призна- ков Рх и Ру, демонстрирующая роль генетической rG и средовой rE со- ставляющих.

ких, так и средовых факторов, и задача может заключаться в том, чтобы понять происхождение не только самих фенотипов, но и их корреляции.

Среди генетических причин, которые могут привести к появлению корре- ляции между признаками на фенотипическом уровне, следует указать на так называемый эффект плейотропии, или множественного влияния одних и тех же генов на разные признаки. Кроме того, различные популяционные про- цессы, например неслучайное скрещивание и смешивание популяций, также могут привести к возникновению корреляции между фенотипами.

Примером средового влияния на формирование фенотипической корре- ляции может служить дефицит питания: недоедающие дети обычно значи- тельно ниже своих сверстников как по весу, так и по росту, т.е. связь этих двух характеристик обеспечивается одним средовым фактором.

Значимость такого рода одновременного моделирования множе- ственных переменных трудно переоценить. Существуют целые классы поведенческих признаков, которые высоко коррелируют между собой (например, различные показатели когнитивной сферы, показатели эмоционально-волевой сферы и т.п.). Предположение о том, что ва- риативность по высоко коррелирующим психологическим признакам может объясняться действием одних и тех же генетических и/или сре- довых факторов кажется весьма правдоподобным.

Математическое описание множественных моделей достаточно просто, Рис. 8.6 представляет собой иллюстрацию того, как модель путей, рассмотренная нами, может быть разработана для одновре- менного анализа двух коррелирующих признаков. Подобно тому как фенотипическая вариативность отдельно взятого признака (Рх ) отра- жает вариативность генотипов (hх ) и сред (ex), фенотипическая кор- реляция между X и Y (rРх Ру ) может быть результатом набора генети- ческих (hx hу rG) и средовых (ех еy RЕ) путей, где rG и rЕ представляют собой генетическую и средовую корреляции, соответственно. В ре- зультате rPxPf = hx hy rG + ех еy RЕ ОЦЕНКА СОСТАВЛЯЮЩИХ ФЕНОТИПИЧЕСКОЙ ДИСПЕРСИИ МЕТОДОМ ПЕРЕБОРА (ПОДБОРА) МОДЕЛЕЙ (МПМ) Некоторые корреляции родственников (например, корреляции МЗ близнецов, разлученных при рождении, или приемных сиблингов — усыновленных детей-неродственников, выросших в одном доме) сами по себе дают информацию, которой достаточно для получения отве- тов на центральные вопросы психогенетики о том, насколько вариа- тивность данного признака объясняется разнообразием сред и гено- типов, наблюдаемых в данной популяции. Подобное может быть сказано и о тех методах психогенетики, которые сопоставляют корреляции, полученные у двух типов родственников, например корреляции МЗ и ДЗ близнецов, приемных детей — с биологическими и приемными семьями.

Однако в современных исследованиях предпочтение при анализе психогенетических данных отдается не прямым оценкам составляю- щих фенотипической дисперсии, а применению метода перебора (подбора) моделей. Этот метод представляет собой специфическую адаптацию метода структурного моделирования к задачам генетики количественных признаков. МПМ отличается несколькими преиму- ществами: 1) более точной оценкой искомых параметров;

2) воз- можностью оценивать более сложные генетические модели, напри- мер учитывать половые различия и моделировать ГС-корреляции и в- заимодействия;

3) возможностью сводить в одном анализе данные, относящиеся к разным типам родственников, и получать, благодаря этому, относительно несмещенные оценки параметров и 4) возмож- ностью тестирования нескольких альтернативных моделей с целью выбора той, которая наилучшим образом соответствует исходным дан- ным.

В рамках генетики количественных признаков применение метода перебора моделей сводится к решению систем уравнений для обна- ружения такого набора параметров (т.е. подбора такой модели), ко- торый наилучшим образом соответствует набору исходных данных (корреляций родственников). Главное преимущество МПМ заклю- чается в том, что он позволяет тестировать все те допущения, которые не учитываются в традиционных методах генетики коли- чественных признаков. Например, обсуждая метод близнецов, мы указывали на то, что одним из допущений этого метода является допущение об отсутствии ассортативности. МПМ позволяет срав- нить две модели (учитывающую ассортативность и не учитываю- Рис. 8.7. Диаграмма путей фенотипических корреляций по исследуемому признаку для двух типов МЗ близнецов: (а) выросших вместе и (6) разлу- ченных при рождении [по: 364].

Обозначения — в тексте.

щую ее) и выбрать ту, которая наилучшим образом соответствует эмпирическим данным.

В качестве еще одного примера применения МПМ рассмотрим анализ родственных корреляций на основе модели, приведенной на рис. 8.7. Эта модель описывает фенотипическое сходство МЗ двух типов — выросших вместе (а) и разлученных при рождении (б).

Каждая из моделей содержит: две измеряемых переменных — фе- нотипические значения близнецов, PMZ1 и РМZ2 ), и две латентных, неизмеряемых переменных — эффекты генотипа (G), и эффекты сре- ды (Е). Среды близнецов, выросших вместе, коррелируют rE MZ. Путь от латентной переменной — генотипа (G) к измеряемой перемен- ной — фенотипу (Р) обозначается h;

путь от латентной переменной среды (Е) к измеряемой переменной фенотипа (Р) обозначается е.

Задача моделирования заключается в том, чтобы решить систему уравнений и оценить два неизвестных параметра — е и h. Применяя правила анализа путей, запишем следующую систему уравнений:

(a)rMZ = h rEMZ e e = h2 + rEMZ e2;

(б)rMZ = h h = h2.

Эта система содержит два уравнения и два неизвестных и решает- ся алгебраически.

Итак, мы проиллюстрировали простое приложение МПМ. На пер- вом этапе с помощью диаграмм путей записывается система уравне- ний, описывающих фенотипические корреляции для всех типов род- ственников, данные которых анализируются. Затем исследователь фор- мулирует набор альтернативных моделей, среди которых и ведется поиск модели с наилучшим соответствием эмпирическим данным.

Например, исследователь может протестировать соответствие полу- ченным данным следующих трех моделей, согласно которым феноти- пическое сходство родственников по определенному признаку объяс- няется: 1) только аддитивной генетической составляющей;

2) только доминантной генетической составляющей;

3) наличием и аддитив- ной, и доминантной генетических составляющих. Модель наилучшего соответствия выбирается на основе значения -квадрата и других ста- тистических показателей, оценивающих степени соответствия модели исходным данным.

Как уже указывалось, перебираемые модели могут быть очень раз- ветвленными и сложными;

они могут включать в себя множественные фенотипы, измеренные у нескольких типов родственников лонгитюд- ным методом (т.е. несколько раз за время исследования) и т.д.

Результаты применения МПМ могут быть использованы только при тестировании альтернативных моделей. Иными словами, МПМ не дает «доказательств» правильности тестируемой научной гипоте- зы;

он позволяет лишь выбрать наиболее адекватную материалу гене- тическую модель. МПМ является элегантным и сложным статисти- ческим методом, применение которого требует наличия определен- ных навыков*.

СТРУКТУРНОЕ МОДЕЛИРОВАНИЕ Структурное моделирование —сложный современный метод, требующий и больших объемов выборок, и специальной квалификации исследователя, и наличия соответствующих компьютерных программ. Детальное изложение его не входит в задачи данного учебника, мы даем краткую характеристику его возможностей, чтобы читатель, столкнувшись в литературе с этим типом ана- лиза, смог адекватно понять его смысл.

Статистические методы моделирования с помощью линейных структур- ных уравнений (МЛСУ)**, описывающих латентные переменные, были разра- ботаны на основе приемов статистического анализа множественных пере- менных, используемых биологами, экономистами, психологами и социолога- ми, МЛСУ предполагает формулирование набора гипотез о влиянии одних переменных (независимых) на другие (зависимые) переменные. Соответствие подобного набора гипотез, т.е. теоретической модели, и реальных данных, собранных при работе с конкретной выборкой, т.е. эмпирической модели, формализуется с помощью статистического алгоритма, оценивающего сте- пень их согласованности (меру соответствия).

* Полное описание спецификации МПМ в рамках количественной генети- ки выходит за пределы данного учебника. Подробное изложение этого метода да- ется в руководствах Лоэлина [320J, а также Нила и Кардона 1342]. На русском языке пример применения МПМ в рамках психогенетики приведен в работе Е.А. Григоренко и М. ЛаБуды 144].

** История возникновения и этапы детальной разработки МЛСУ описаны Бентлером [189;

190], а в работах Боллена [198] и Бентлера и его коллег [191] содержится современное техническое описание МЛСУ.

МЛСУ особенно полезно при статистическом анализе большого количе- ства переменных, интеркорреляции которых известны. Задачами его являют- ся: суммирование этих переменных, определение отношений между ними, оцен- ка качества измерительных инструментов, контроль ошибки измерения (как для измеряемых, так и для латентных переменных) и нахождение соответ- ствия между измеряемыми и латентными структурами. Правомерно будет сказать, что в ситуациях, когда набор переменных неточно измеряет латент- ную структуру, являющуюся предметом исследования, т.е. практически в лю- бом случае, когда больше чем одна наблюдаемая переменная используется для представления латентной структуры, МЛСУ с латентными переменными следует применять как наиболее адекватный метод статистического анали- за. Учитывая, что в психологии большинство латентных структур измеряется именно посредством не одной, а нескольких переменных и не может быть представлено без ошибки измерения, возможность и необходимость приме- нения МЛСУ в этой области знаний становится очевидной.

Моделирование с помощью структурных уравнений представляет собой метод, родственный методу систем регрессионных уравнений, который ис- пользуется при формулировании, детализации и тестировании теории или гипотезы. Структурные уравнения соотносят зависимые переменные и на- бор детерминирующих (независимых) переменных, которые в свою очередь могут выступать в роли зависимых переменных в других уравнениях. Подоб- ные линейные уравнения в совокупности с уравнениями, детализирующими компоненты дисперсии и ковариации независимых переменных, составляют структурную модель. Составление и запись уравнений, детализирующих ком- поненты дисперсии и ковариации независимых переменных, осуществляют- ся с помощью матричной алгебры.

Статистической основой МЛСУ является асимптотическая теория, подра- зумевающая, что оценка и тестирование моделей осуществляются при нали- чии относительно больших по численности выборок испытуемых. Использо- вание МЛСУ требует больших затрат компьютерного времени, поэтому пользо- ватели при тестировании моделей предпочитают использовать стандартные статистические пакеты типа LISREL [295] и EQS [189]. Эти пакеты, несмотря на различия в деталях, основаны на одних и тех же общих математических и статистических подходах, применяемых к анализу систем линейных структур- ных уравнений. Основополагающая математическая модель [189] относится к классу ковариационных структурных моделей, включающих как множествен- ную регрессию, анализ путей, одновременный анализ уравнений, конфирма- торный факторный анализ, так и анализ структурных отношений между латен- тными переменными. Согласно модели Бентлера-Викса, параметры любой структурной модели могут быть представлены в виде регрессионных коэф- фициентов, дисперсий и ковариации независимых переменных. Статистичес- кая теория позволяет оценивать эти параметры с использованием мульти- факторной нормальной теории, а также более общих теорий — эллиптичес- кой и арбитрального распределения, основываясь на обобщенном методе наименьших квадратов или теории минимального -квадрата.

* * * В данной главе мы рассмотрели несколько краеугольных понятий генетики количественных признаков. Ее центральным допущением является представление о том, что фенотипическая вариативность признака может быть представлена в виде независимо действующих 14-1432 генетической (аддитивной, доминантной и эпистатической) и средо- вой (общей и индивидуальной) составляющих и составляющей, опи- сывающей взаимодействия между генами и средой (ГС-корреляции и ГС-взаимодействия). На этом строятся существующие в количествен- ной генетике математические методы. Используя принцип разложе- ния фенотипической дисперсии, можно определить так называемый коэффициент наследуемости, который говорит о том, какой процент фенотипической дисперсии объясняется вариативностью генотипа в популяции, Коэффициент наследуемости может быть определен не- сколькими способами, каждый из которых имеет свои достоинства и недостатки, поэтому использование того или иного способа должно определяться задачами работы, типом и объемом эмпирического ма- териала. Одновременно генетико-математические методы позволяют надежно выделить доли дисперсии, определяемые различиями в об- щесемейной и индивидуальной среде. Надо лишь иметь в виду, что содержательный анализ любого средового компонента требует при- влечения собственно психологических знаний и иногда специального подбора экспериментальных групп.

ГЕНОТИП И СРЕДА В ИЗМЕНЧИВОСТИ III ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ ПРИЗНАКОВ Глава IX ГЕНОТИП-СРЕДОВЫЕ СООТНОШЕНИЯ В ВАРИАТИВНОСТИ КОГНИТИВНЫХ ФУНКЦИЙ Изучение причин, формирующих вариативность признаков, сталкивается с рядом трудностей, не все- гда отчетливо представленных в аналитических обзорах по психогенетике. О некоторых из них уже шла речь, поэтому здесь мы лишь коротко напомним о них.

Первая трудность связана с комплексностью, мно- гозначностью психологических функций, процессов, явлений. Вследствие этого во многих случаях нет даже единого определения соответствующего понятия, ко- торое принималось бы большинством исследователей (примером может служить понятие «интеллект», речь о котором подробнее пойдет дальше). На языке психоди- агностики это означает, что реально в таких случаях отсутствует содержательная (теоретическая, конструк- тная) валидность теста, а это в свою очередь ставит вопрос о том, генетику какого же психологического признака мы изучаем. Иными словами, валидность зак- лючения о генетической или средовой детерминации любой психологической черты прямо зависит от ва- лидности использованного психодиагностического ин- струмента.

Вторая трудность заключается в том, что психоло- гическая черта как объект генетического изучения имеет ряд существенных особенностей. Она есть особый при- знак — «событие, а не структура» [264], «операция, а не свойство» [82], Любая тестовая оценка есть результат некоторого процесса решения данной диагностической 14* задачи, обычно скрытого от глаз диагноста. Ясно, что к одному и тому же результату разные люди приходят разными путями (напри- мер, одинаково хорошее запоминание может опираться у одних на зрительное запечатление, у других — на логическую обработку мате- риала). Это означает, что по своим психологическим механизмам фе- нотипически идентичные признаки (черты) могут быть совсем раз- ными. Изменение же механизмов реализации признака означает, что реально мы имеем дело с совсем иным психологическим «событием», вероятно, имеющим и иное нейрофизическое обеспечение, и, впол- не вероятно, иную этиологию. Эта мысль впервые была четко сформу- лирована А.Р. Лурия [99];

базой для нее служило выдвинутое Л.С. Вы- готским положение о смене в онтогенезе элементарных, «натураль- ных», близких к физиологической основе форм психологических функций высшими, социально опосредованными. Предполагалось, что первые теснее «связаны с генотипом», чем вторые. Современные пси- хогенетические данные говорят о том, что такой линейной, простой зависимости нет, но сама возможность изменения генотип-средовых соотношений в вариативности психологического признака при изме- нении внутренних механизмов его реализации безусловно существует.

Такая смена может происходить в онтогенезе, в эксперименте, в ре- зультате обучающих воздействий. Возможно, именно это является при- чиной закономерных возрастных изменений в генотип-средовых со- отношениях, а также случайных несовпадений результатов разных исследований.

Наконец, третья трудность определяется различиями в статисти- ческой надежности диагностических тестов. Как правило, вопросники имеют более низкую надежность, чем психометрические процедуры (например, тесты интеллекта). Как отмечалось во Введении, надеж- ность измерительного инструмента (вернее, та часть коэффициента, которая говорит о степени его ненадежности) включается в оценку индивидуальной (внутрисемейной, уникальной, неразделенной) среды.

Это означает, что в исследовании можно получить завышенную оценку средовой дисперсии, которая будет отражать не реальную роль инди- видуальной среды в формировании признака, а невысокую надеж- ность его измерения.

Указанные трудности следует иметь в виду при знакомстве с пси- хогенетическими исследованиями.

1. ПСИХОГЕНЕТИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ ИНТЕЛЛЕКТА Подавляющее большинство исследований в психогенетике посвя- щено межиндивидуальной вариативности интеллекта, измеряемого, в зависимости от возраста испытуемых, различными тестами. Думает- ся, не будет большим преувеличением сказать, что эти работы зани- мают около 80% всего массива психогенетических публикаций. При- нято считать, что преобладание данной проблематики объясняется стремлением понять происхождение социально наиболее значимой пси- хологической переменной;

именно с оценками интеллекта коррели- руют школьная и профессиональная успешность, социальная мобиль- ность и другие проявления социального благополучия или неблагопо- лучия. Как справедливо пишет М.А. Холодная, «в современных условиях интеллектуальный потенциал населения — наряду с демографичес- ким, территориальным, сырьевым, технологическим параметрами того или иного общества — является важнейшим основанием его прогрес- сивного развития» [166].

Кроме того, существует точка зрения, согласно которой введение наследуемости как вторичного критерия (т.е. после оценки валиднос- ти и надежности) в создание тестовых батарей повышает вероятность того, что измеряемая переменная относится к «исходному», «природ- ному», «первичному» психологическому качеству, и тем самым по- вышается прогностическая валидность теста.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 9 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.