WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |
-- [ Страница 1 ] --

А.Е.Черезов ОБЩАЯ ТЕОРИЯ РАКА ТКАНЕВЫЙ ПОДХОД ИЗДАТЕЛЬСТВО МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА 1997 УДК 616-006 ББК 55.6 4-46 Черезов А. Е. Общая теория рака: тканевый подход. - М.

Изд-во МГУ, 1997.- 252 с.

В книге· изложена новая теория механизма канцерогенеза, основанная на нарушении тканевого гомеостаза в результате длительной хронической пролиферации, вызывающей нарушение дифференцировки клеток. Тканевая теория рака объясняет основные факты и проблемы, которые раньше не имели рациональной интерпретации.

Описанная в книге общая модель онкогенеза дает большие профилактические и лечебные возможности.

Для специалистов онкологов, иммунопатологов и всех интересующихся проблемами злокачественных опухолей.

Рецензенты:

профессор, доктор медицинских наук Г. X. Шшиаров;

профессор, доктор биологических наук Л. С. Ягужипский Издание осуществлено в авторской редакции ISBN' 5-211-03893-2 © А. Е. Черезов, 1997 СОДЕРЖАНИЕ Предисловие 7 ГЛАВА I ОСНОВНЫЕ ЭТАПЫ РАЗВИТИЯ ТЕОРИИ КАНЦЕРОГЕНЕЗА 1. Ранний этап онкологических воззрений: теория Вирхова, Контейма, Фишер-Ваэельса 2. Концепции «конвергенции» и «дивергенции» опухолевой прогрессии 3. Делеционная гипотеза 4. Эпигенетические концепции 5. Проблема хронической пролиферации как фактора канцерогенеза в истории онкологии 6. Взгляды Н.Н.Петрова на природу и механизм опухолеобраэовання 7. Концепции химического канцерогенеза ГЛАВА II ОСНОВАНИЕ СОВРЕМЕННОЙ ПАРАДИГМЫ ОПУХОЛЕОБРАЗОВАНИЯ 1. Альтернативные парадигмы 2. Вирусный канцерогенез с позиции тканевой модели рака 3. Спонтанная малигнизация in vitro 4. Временной аспект опухолеобразования ГЛАВА I I I ТКАНЕВАЯ ТЕОРИЯ КАНЦЕРОГЕНЕЗА.

ВВЕДЕНИЕ К НОВОЙ ПАРАДИГМЕ 1. Проблема перехода на тканевый уровень контроля пролиферации.. 2. Данные молекулярно-генетических исследований в свете тканевой модели 3. Проблема предрака 4. Роль длительной повышенной пролиферации в механизме опухолеобразования 5. Клиническое значение новой концепции механизма общего знаменателя 6. Рак на почве старения 7. Концепция канцерогенного профиля ГЛАВА IV РЕЦЕПТОРЫ И ФАКТОРЫ РОСТА В МЕХАНИЗМЕ КАНЦЕРОГЕНЕЗА 1. Пути передачи информации в ядро 2. Роль факторов роста в механизме опухолеобразования 3. Биология рецепторов и их участие в контроле пролиферации 4. Связь факторов роста с регуляцией митотического цикла 5. Пороговый характе, биологического эффекта ФР. Тригерный механизм 6. Последнее звено в цепи трансформации а) Опровержение представлений о дефектности ФР как причины трансформации б) Опровержение представлений о дефектности рецепторов в) Роль ФР и рецепторов в механизме трансформации 7. Двухстадийный характер опухолеобразования 8. Пролиферативный режим как фактор канцерогенеза 9. Злокачественность: норма или патология клетки 10. Критика клонально-селекционной концепции рака ГЛАВА V МЕХАНИЗМ НАРУШЕНИЯ ТКАНЕВОГО ГОМЕОСТАЗА 1. Структура и динамика в нарушении тканевого гомеостаза 2. Клиническая картина опухолеобразования с позиции тканевой теории 3 Теория гормонального рака 4 Роль эмбрионализашш клеток в механизме опухолеобразования.... 5. Концепция иммунологического надзора и ее критика 6. Неспецифический характер вирусного канцерогенеза 7. Проблема тканевой регуляции пролиферации 8. Проблема конвергенции и дивергенции опухолевых признаков.... 9. Кейлоны и механизм регуляции пролиферации 10. Стволовые клетки в системе тканевого гомеостаза 11. Ранние стадии опухолеобразования 12. Данные молекулярно-генетических исследований, свидетельствующие в пользу тканевой теории 13. Теория онкогена ГЛАВА VI МЕТАСТАЗИРОВАНИЕ ОПУХОЛИ 1 Молекулярные основы метастазирования клеток 2 Нарушение адгезии у опухолевых клеток 3 Фибронектины 4 Гликосфинголипиды 5 Топобиология тканей и нарушение адгезии при раке 6 Факторы метастазирования и проблема гетерогенности опухолевых клонов 7 Дедифференцировка и изменение ферментативного спектра при раке 8 Теория лейкоза 9 Коцепция взаимосвязи основных элементов механизма контроля пролиферации и его нарушения при раке ГЛАВА VII ТЕОРИЯ ОПУХОЛЕВОЙ ПРОГРЕССИИ И РЕШЕНИЕ ПРОБЛЕМЫ НАРУШЕНИЯ ЭНЕРГЕТИКИ ЗЛОКАЧЕСТВЕННЫХ КЛЕТОК 1 Критика учения Foulds о прогрессии опухолей 2 Проблема нарушения энер!етики опухолевых клеток и ее решение в тканевой теории ГЛАВА VIII ТКАНЕВАЯ ТЕОРИЯ СПИДА, РАКА ИММУННОЙ СИСТЕМЫ, ЛЕЙКОЗА 1 Общие черты рака иммунной системы и их объяснение в тканевой теории 2 СПИД — вирусный рак иммунной системы ГЛАВА IX ТЕОРИЯ АУТОИММУННЫХ НАРУШЕНИЙ 1 Два подхода к механизму аутоиммунной патологии 2 Двойной эффект аутоиммунной патологии Заключение Литература ПРЕДИСЛОВИЕ Борьба со злокачественными новообразованиями является не только одной из наиболее актуальных проблем в медицине и био логии, но и затрагивает многие аспекты социальной жизни обще ства. Среди причин смерти людей в большинстве промышленно развитых стран злокачественные новообразования занимают 2 — 3-е место. В мире ежегодно заболевает злокачественными новооб разованиями 6 млн. человек, а в 2000 г. лечения потребуют 10 млн. страдающих этими заболеваниями (Parkin et al., 1984;

Muir, 1986). Динамика смертности от злокачественных опухолей за два десятилетия также неутешительна: результаты анализа по казали, что число мужчин, погибших от рака в промышленно развитых странах, реально возросло на 40% (WHO. Cancer incidences..., 1985).

Отвечая на вопрос критиков: стоит ли бороться за жизнь, ко торую ценой больших усилий может даровать врач больному, ес ли жизнь бывает так мрачна, — известный французский онколог Ж.Матэ (Mathe, 1977) ответил, что больные раком спрашивают себя не как они будут жить, а может ли врач дать им надежду на жизнь.

Людям нужна информация, которая была бы в состоянии удовлетворить их потребности, на основе которой можно найти более эффективный способ лечения рака. Новый подход к опухо леобразованию — это реальная возможность сделать шаг вперед в лечении рака, достичь заветной цели, тем более что речь идет о новой теории рака, изменяющей традиционные взгляды.

Каково современное понимание природы и механизма рака в теории онкогена? Согласно авторам монографии по молекуляр ным основам канцерогенеза (Киселев и др., 1990, с.268), «пол ная и последовательная картина генетических процессов, приво дящих клетку к опухолевой трансформации, пока отсутствует...

Природа этих изменений, факторы, стимулирующие эти измене ния... пока еще остаются (в большинстве случаев) загадкой... ка ковы же конкретные молекулярные механизмы превращения нормальной клетки в опухолевую? Авторы вынуждены констати ровать, что прямого ответа, естественно, они дать не могут». Как видим, картина не столь оптимистична. Но, несмотря на неяс ность по ряду вопросов, большинство ученых считают, что в ос нове образования любой опухоли лежат необратимые изменения онкогенов ДНК в определенной популяции клеток.

Суть концепции онкогенов (Сейц, 1990) сводится к утвержде нию, что источник злокачественного роста заключен в нормальной клетке, в ее геноме, однако инициирующий импульс приходит из вне. В качестве причины трансформации рассматривается актива ция под влиянием химических, физических, биологических факто ров собственных генов (протоонкогенов), которые в норме контро лируют пролиферацию, дифференцировку, созревание.

Активация протоонкогенов состоит в количественном или каче ственном изменении их и кодируемых ими белков. С этим связаны молекулярно-генетические события: генная амплификация (умно жение количества копий гена), транслокация (подставка под мощ ный промотор) протоонкогенов, точковые мутации, реаранжиров ка, инсерции в нуклеотидных последовательностях этих генов.

Однако порой экспериментаторы и теоретики занимаются сво им делом, а клиницисты своим, отсутствует состыковка между теорией и экспериментальными данными. По признанию ряда ав торов, в клиническом плане теория онкогена слабо работает либо недостаточна для осмысления всего накопленного материала.

Эта противоречивая ситуация, когда, с одной стороны, про возглашается почти полная победа молекулярно-генетической те ории, а с другой стороны, признается ее слабость в практическом плане, неспособность объяснить клиническую картину опухолеоб разования, заставила автора данной монографии искать тайну механизма трансформации в совершенно другом направлении, что привело в результате к построению тканевой теории рака (Черезов, 1987, 1990, 1993).

Для построения общей теории канцерогенеза необходимо было выявить механизм «общего знаменателя», который унифицирует действие различных канцерогенов, нивелирует разнообразие фак торов и приводит к единому конечному результату. Как оказалось, этот механизм общего знаменателя находится не в клетке, как пред полагалось ранее, а связан с тканевым гомеостазом, его неспецифи ческой реакцией в виде компенсаторной пролиферации.

Сложившееся воззрение, что механизм рака обусловлен необ ратимой патологией генома клетки, мутацией онкогенов, — раз рушено, а вместе с ним разрушен и теоретический фундамент ба зовых представлений онкологии, ее основного доминирующего направления.

Как можно обосновать идею нового подхода, тканевой тео рии? Краеугольный камень тканевой теории состоит в решении вопроса о механизме контроля, пролиферации и уровне, на кото ром она контролируется. Общепризнано, что причиной опухоле образования является нарушение контроля пролиферации. В тра диционном молекулярно-генетическом подходе предполагается, что нарушение контроля пролиферации обусловлено повреждени ем генома клетки, например мутациями в 3 — 4 онкогенах или иными необратимыми изменениями генома. Однако из факта на рушения контроля пролиферации не следует с необходимостью и однозначно, что оно обусловлено нарушением генетического кон троля. Дело в том, что контроль пролиферации в ткани осущест вляется двумя различными механизмами: на генетическом уровне и на уровне тканевого гомеостаза. Однако синхронизировать и коррелировать митотическую активность разных групп клеток от носительно друг друга на уровне генетического контроля отдель ной клетки невозможно, поскольку необходима регуляция над клеточной тканевой системы;

данную регуляцию осуществляет тканевый гомеостаз.

Возникает альтернатива в подходах: либо механизм рака свя зан с нарушением генетического контроля, либо он обусловлен нарушением тканевой регуляции. Как доказать, какой из двух принципов нарушения лежит в основе опухолевой трансформа ции? Очевидно, теория, построенная на основе разных принци пов, будет давать различные следствия, которые будут подтверж даться экспериментальными данными либо опровергаться ими.

Нетрудно заметить, что из теории, основанной на нарушении тканевой регуляции, следует, что трансформация клетки должна носить обратимый характер, т.е. опухолевые клетки при индук ции дифференцировки должны нормализоваться, теряя злокаче ственные признаки. Из теории, основанной на нарушении генети ческого контроля в результате необратимых изменений онкоге нов, следует, что нормализация опухолевых клеток — это нон сенс, парадокс, который противоречит теории и не должен иметь места. С этой точки зрения теория онкогена противоречит дан ным по нормализации раковых клеток при дифференцировке.

Симптоматично, что даже очевидные факты по нормализации опухолевых клеток в рамках теории онкогена интерпретируют как фенотипическую нормализацию, не допуская возможности полной (генетической) нормализации, поскольку в этом случае теория онкогена опровергается.

Однако тканевая теория не отбрасывает теорию онкогена, а включает в себя ее основную идею о патологической активизации онкогенов как причине злокачественности раковой клетки. В то же время эта идея видоизменяется, препарируется в тканевой мо дели, получает иную интерпретацию на другой основе. В ходе анализа выявилось, что свойства опухолевых клеток, которые идентифицировали как злокачественные, обнаруживаются в нор мальных клоногенных стволовых клетках, поэтому при наруше нии тканевого контроля они определяют опухолевый рост. Отсю да следует, что эти свойства стволовых клеток необходимы, но не достаточны для развития опухоли, вторым условием транс формации является нарушение механизма тканевого контроля.

Становится ясно, что стволовые клетки являются потенциально злокачественными, при нарушении тканевого контроля они пере ходят к злокачественному росту. Чтобы обосновать идею нового механизма трансформации, были проанализированы этапы исто рии развития концепций, гипотез рака, основные клинические и экспериментальные данные и выявлена корреляция между ними и основными закономерностями опухолеобразования.

В ходе исследования проблемы стало ясно, что требованиям, которым должна удовлетворять общая теория канцерогенеза, от вечает тканевая теория.

Анализ показал, что в теоретической онкологии неявно имеются два направления. Одно из них — традиционное, связывающее при чину рака с генетическими повреждениями, другое — нетрадицион ное, остающееся в тени доминирующих концепций, опирающееся на факты, которые не укладываются в основное направление. Это касается фактов, связанных с тканевыми изменениями в предраке, повышенной пролиферацией, нарушением дифференцировки, эмб рионализацией и др. Тканевая теория опухолеобразования взяла на вооружение все рациональное, что создано в каждом из этих двух направлений. Новая модель канцерогенеза объединила на новой ос нове современные концепции канцерогенеза и концепции, ставшие классическими в истории онкологии.

Проверка основных положений тканевой модели на большом клиническом и экспериментальном материале показала, что но вая теория хорошо объясняет исходя из одного принципа основ ные закономерности опухолеобразования, часть из которых не имела до сих пор рациональной интерпретации. Новый подход к раку позволил выяснить тайну природы и механизма гормональ ного рака, который не имел объяснения в молекулярно-генетиче ской теории.

Из тканевой теории логически вытекают связанные с ней и являющиеся ее составными частями концепция «канцерогенного профиля» и концепция «механизма общего знаменателя», кото рые непосредственно ориентированы на клинические проблемы опухолеобразования. В рамках этих концепций удалось конкре тизировать понятие канцерогенного фактора, канцерогенности, т.е. выявить общий признак, общее трансформирующее свойство в различных канцерогенах.

Содержание понятия канцерогенности оказалось совершенно иным, чем его ранее представляли, включающим не только фак тор — носитель канцерогенности, но и его «неосязаемую» вре менную структуру (интенсивность, режим воздействия), которая изменяет начальные свойства, часто не являющиеся сами по себе канцерогенными. Как оказалось, канцерогенность связана не с генотоксичностью, а с промоторным эффектом канцерогенов.

Иначе говоря, потенциальный канцерогенный фактор становится таковым лишь в результате определенной структуры воздейст вия, соответствующей канцерогенному профилю, что связано с восстановительными свойствами тканевого гомеостаза. Это и мно гое другое читатель впервые откроет для себя.

На базе тканевой теории предложена новая концепция меха низма СПИДа, которая решает основные проблемы множествен ного поражения (иммунодефицита) клеток иммунной системы, не имевшие ранее объяснения. Новая концепция СПИДа позволяет выявить новые направления лечения этого заболевания.

Всем читателям этой книги будет интересно следить за по строениями общей теории канцерогенеза, основанной на новом принципе трансформации.

Новая теория — это и другие методы борьбы с опухолями, это приближение к идеальному средству, названному принципом «золотой пули», но на иной теоретической основе, поэтому прин цип «золотой пули» видоизменяется.

Что касается формы изложения материала, то монография не является обзорной, приводимые факты носят больше иллюстра тивный, схематичный характер, не претендующий на полноту ос вещения вопросов. Акцент делается на логике взаимосвязи дан ных, на системном, более углубленном анализе фактов, концеп ций и строгости выводов, которые из них следуют. Именно эти вопросы теории оказались слабым местом, можно сказать — ахиллесовой пятой, на пути дальнейшего продвижения онколо гии и методов лечения рака.

Целостность, полнота теоретической конструкции позволяют выявить системную детерминацию, вобрать в себя все рациональ ное, установить корреляцию между основными группами данных.

Логическая взаимосвязь между фактами создает необходимый кар кас, где значение (семантика) отдельного факта (группы фактов) определяется в контексте взаимообусловленных данных. Доказа тельство тех или иных положении, основанное на системной детер минации, обладает рядом преимуществ, поскольку позволяет оце нить, какие результаты истинны, а какие ложны, так как семантика конкретного факта может войти в смысловое поле теории лишь оп ределенным образом, исходя из детерминации целого.

В рамках тканевой теории удалось выяснить природу и меха низм развития доброкачественных опухолей и их отличие от злока чественных, по-новому осмыслить проблему предрака, выявить ме ханизм гормонального рака, механизм вирусного канцерогенеза, лейкозов, по-новому подойти к проблеме опухолевого поля, поли клональности. Рациональное объяснение основных проблем, а так же проблем, ранее не имевших интерпретации, говорит о том, что новая теория хорошо работает, объясняя клинические и экспери ментальные факты, чем выгодно отличается от теории онкогена.

В заключение хочу выразить благодарность тем людям, кото рые определили возможность моей научной деятельности в веду щих научных учреждениях страны: в МГУ, во Всесоюзном био логическом центре РАН в Пущино-на-Оке, в Институте высшей нервной деятельности и нейрофизиологии РАН, в Институте фи лософии РАН и ряде других учреждений.

Моя первая научная работа была посвящена изучению измене ния ядерных белков печени крыс под воздействием -нафтола и за щитной функции витамина А. Работа велась под руководством крупного специалиста в области витаминологии проф. К.М.Леут ского. Часть этой работы была проделана на базе Межфакультет ской лаборатории биоорганической химии им. А.И.Белозерского (корпуса «А») МГУ под руководством канд. хим. наук, зав, отде лом изотопов Е.П. Сенченкова. Я признателен всем, кто помогал мне в этой работе и моем дальнейшем научном росте. Большая по мощь при подготовке рукописи мне была оказана доцентом, канд.

биол. наук биофака МГУ К.Л.Тарасовым. Были учтены также цен ные советы и замечания профессора Г.Х. Шингарова и старшего на учного сотрудника лаборатории биохимии опухолей ВОНЦ АМН РАН докт. мед.наук М.А.Шлянкевича, а также докт. мед.наук, профессора, лауреата Государственной премии СССР A.B. Чакли на. Выражаю им огромную благодарность и признательность за оказанную помощь, рекомендации и рецензии.

Москва, 1997 г.

А.Е. Ч срезов Г Л ОСНОВНЫЕ ЭТАПЫ РАЗВИТИЯ ТЕОРИИ КАНЦЕРОГЕНЕЗА 1. Ранний этап онкологических воззрений:

теория Вирхова, Конгейма, Фишер-Вазельса В 1773 г. Лионская академия во Франции объявила конкурс на наиболее точное определение рака как болезни. Первое место было присуждено автору формулировки: «Эту болезнь так же трудно определить, как и лечить». Одно из первых упоминаний о раке мы находим в знаменитом «Папирусе Эдвина Смита», от носящемся к 2500 г. до н.э. и названном по имени ученого, рас шифровавшего его. Обожествленный еще при жизни египетский жрец-врач Имготеп дает такое описание и наставление: «Если ты осматриваешь женщину и находишь у нее в груди плотную вздувшуюся опухоль, а грудь прохладная и нет лихорадки, если в груди нет зернистости и из соска не течет жидкости, а при на давливании она не меняет своего размера и женщина не вскрики вает от боли, то болезнь, с которой тебя зовут бороться, лечения не имеет» (см.: Чаклин, 1990).

В XII в. до н. э. в Китае во времена династии Инь уже было известно о болезни аи — этим термином и сегодня в Китае обоз начают рак. В эпоху династии Сун (960 — 1279) появились кни ги «Книга сокровищ Вэйцзи» и «Медицинский справочник дома Жэнь», в которых имеется следующее описание: «Аи возникает под кожным покровом и уходит в глубь тканей. При вскрытии опухоль напоминает внутреннюю часть карстовой пещеры, не большие бугорки с заостренными кончиками, иногда голубого цвета, выступающие подобно вылезшим из орбиты глазным ябло кам, Их ядовитые корни прорастают глубоко в тело». Подробно описаны раковые опухоли в «Папирусе Эберса», относящемся к 3730-3710 гг. до н. э.

У древних индусов мы впервые встречаем разделение опухо лей на злокачественные и доброкачественные. В индийских свя щенных книгах — ведах — мы находим описание опухолей, а также указание, что они подлежат иссечению. Наибольший вклад в развитие древней онкологии внесли Гиппократ и Абу Ибн Сина (Авиценна). В классическом сочинении Авиценны «Канон меди цины» (XI в.), в течение 600 лет бывшем настольной книгой всех медиков, учитель Востока указывал, что необходимо не про пустить начальную стадию этой болезни, а если удалять опухоль, то в пределах здоровых тканей. Авиценна в основном писал о на ружных опухолях и, как и Гиппократ, предлагал прижигать их раскаленным железом.

Встречаем мы описание этой болезни и в древних источниках на территории Руси. Так, среди уникальных рукописей Ипатьев ского монастыря под Костромой была найдена летопись 1287 г,, в которой рассказывается о болезни князя Галицкого. Летописец подробно дает описание рака нижней губы.

Мы еще будем возвращаться к вопросам истории развития пред ставлений о природе рака в доэкспериментальный период. Перей дем теперь к современному состоянию проблемы и очертим пробле матику. Несмотря на значительный прогресс, связанный с развити ем молекулярной онкологии, полная и последовательная картина генетических процессов при раке пока отсутствует. Общим являет ся представление, согласно которому в основе образования любой опухоли лежат необратимые изменения некоторых генов ДНК в оп ределенной популяции клеток. При этом природа этих изменений, факторы, стимулирующие изменения, специфичность их действия пока остаются загадкой (Киселев и др., 1990).

Однако имеются альтернативные подходы — не все концеп ции канцерогенеза связывают причину трансформации с генети ческими нарушениями. Следует учесть, что в молекулярно-гене тической теории онкогенеза пока не выявлен механизм общего знаменателя, который должен объяснить, как различные канце рогенные факторы унифицируются и в конечном итоге приводят к общему результату. Существующие концепции онкогенеза не охватывают всех известных фактов, что необходимо для построе ния общей теории. Построение общей теории рака возможно на пути интеграции, на новой теоретической основе всех ведущих концепций, в которых имеется рациональный момент. Задача со стоит в отборе концепций рака и выделении зерен истины в каж дой из них, что предполагает выявление логически связанных, «стыкующихся» положений, которые можно объединить в цело стную непротиворечивую теорию.

В результате интеграции на новой основе можно будет устано вить взаимосвязь между уровнем тканевых изменений в предраке и активизацией онкогенов в клетке как конечным результатом трансформации. Для решения ряда вопросов необходимо выйти на другой уровень организации, поскольку молекулярно-генети ческая теория не учитывает тканевые изменения, в частности роль тканевого контроля пролиферации. Она исходит из пред ставления, что механизм трансформации полностью познаваем на уровне генома клетки. По всей видимости, назрела необходи мость подвергнуть критике этот постулат и отойти от традицион ных представлений, которые сковывают дальнейшее продвиже ние в исследованиях механизма опухолеобразования.

Необходимость перехода на тканевый уровень с целью выяв ления механизма канцерогенеза можно обосновать следующим образом. В настоящее время роль пролиферации при канцероген ном воздействии сводят к увеличению пула молодых клеток, в результате чего повышается вероятность нужных мутаций, опре деляющих трансформацию. При этом не учитывается роль омо ложения клеток с точки зрения разрушения структуры и функ ции тканевого гомеостаза, который контролирует пролиферацию и дифференцировку клеток. Однако длительное омоложение тка ни в результате канцерогенного воздействия приводит к искаже нию тканевой системы регуляции пролиферации, в этом состоит альтернативный механизм трансформации. Воспроизводство, ре генерация тканей осуществляется за счет деления стволовых кле ток, которые обладают полным набором потенциально «злокаче ственных» свойств, они минимально дифференцированы, клоно генны, иммортализованы, обладают автономным делением (аутокринная стимуляция митоза), и у них имеются активизиро ванные онкогены. Митотическая активность стволовых клеток и пролиферации в целом контролируется тканевым гомеостазом, поэтому при его нарушении эти клоногенные клетки переходят к неконтролируемому опухолевому росту. Такой механизм рака, основанный на повреждении тканевой системы контроля, хорошо объясняет способность опухолевых клеток нормализоваться при дифференцировке, т. е. явление обратимости трансформации.

Возможны два подхода к построению общей теории рака. Ли бо на основе анализа фактов строить теорию заново, как бы на чиная с нуля, либо, анализируя историю становления, развития концепций канцерогенеза, попытаться путем их интеграции выя вить целостную структуру. Очевидно, что существующие концеп ции не следует рассматривать как взаимоисключающие, они мо гут находиться в отношении взаимодополняющих. И первый, и второй вариант должен привести к одному и тому же результату.

Совпадение результатов явится доказательством, подтверждаю щим правильность новой концепции.

Обратимся к начальным этапам становления теоретической онкологии. У истоков современных концепций онкогенеза стояли две теории. Это теория раздражения Р.Вирхова (1867) и теория зародышевых зачатков Конгейма (Cohnheim, 1877). На основе большого клинического материала Вирхов высказал предположе ние об этиологическом значении повторных механических и хи мических повреждений для возникновения раковых опухолей.

Вирхов допускал возможность прямого раздражения в качестве причины опухолевого роста, ускоряющего процессы деления кле ток в этих участках. Это положение учения Вирхова подверга лось возражениям, отрицалась возможность формативного роста, ускоряющего влияния каких-либо раздражителей. Однако при изучении действия половых гормонов стало ясно, что их влияние приводит к гиперпластическим изменениям в некоторых нор мальных органах, например в молочных железах, в матке, в ва гине и в гипофизе при беременности. Синтетические химические андрогены вызывают пролиферативные изменения в предстатель ной железе, а эксперименты Лакассаня (Lacassagne, 1947) пока зали развитие бурной гиперплазии эпителия молочных желез да же у самцов после повторных впрыскиваний эстрогенных гормо нов, а затем возникновение раковых опухолей молочных желез.

В настоящее время хорошо известно, что применение химических раздражителей, например полициклических углеводородов, вы зывает диффузную пролиферацию клеток.

Ростоускоряющее действие различных раздражителей — как экзогенных, так и эндогенных — является достоверным, и оче видна его связь с опухолевым ростом. Оценивая теорию Вирхо ва, многие онкологи считают, что слабой стороной представления о раздражении как этиологическом факторе в возникновении ис тинных опухолей является недостаточная определенность поня тия раздражения, оно мало помогает пониманию приписываемого ему опухолеродного действия, так как не всякие виды раздраже ния приводят к возникновению опухолей. Почему так происхо дит, т.е. какова причина неоднозначности, объясняется в концеп ции канцерогенного профиля, которая будет рассмотрена далее.

Акцентируя внимание на факторе раздражения, в результате которого усиливается пролиферация, концепция Вирхова высту пает в качестве модели, описывающей начало механизма транс формации, поэтому она дополняет теорию зародышевых зачатков Конгейма. Последний предполагал, что все истинные опухоли об разуются из зародышевых зачатков, оставшихся без употребле ния в период возникновения и роста зародыша. Концепция Кон гейма в определенном смысле близка современной концепции стволовых клеток. Развитию опухоли, как известно, предшеству ет длительный период омоложения, эмбрионализации тканей за счет нарушения дифференцировки стволовых клеток, которые, подобно зародышевым клеткам, обладают огромной пролифера тивной способностью.

С этой позиции теория Вирхова описывает условия, при кото рых эмбрионализированные клетки в результате омоложения разрушают тканевую структуру и функцию гомеостаза, выходят из-под контроля. Таким образом, эти теории породили две идеи, входящие в арсенал современных концепций. Это идея о том, что хроническая пролиферация имеет прямое отношение к раку, и идея о роли стволовых клеток в опухолеобразовании.

Остается неясным, почему ускоренная пролиферация способ ствует опухолеобразованию, являясь причиной, согласно новой теории рака, выхода из-под контроля стволовых клеток. Этот вопрос будет постепенно раскрываться с разных сторон в ходе изложения материала.

Следующий аспект опухолеобразовании связан с ролью разви вающейся анаплазии ткани (снижением дифференцировки кле ток), что приводит к относительной самостоятельности опухоле вого очага. Многие авторы на основе экспериментального матери ала показывают, что возможность обратного развития дифферен цированных клеток сомнительна, гораздо рациональней это явле ние объясняется недоразвитием, нарушением дифференцировки молодых клеток, появившихся в результате деления стволовых клеток. Об этом свидетельствуют данные о способности раковых клеток проходить дифференцировку, теряя злокачественные свойства, а также данные о потере дифференцированными клет ками способности к делению.

Чтобы оценить онкологический смысл, значение омоложения тканей, необходимо учесть те изменения, которые происходят в системе тканевого гомеостаза в результате нарушения дифферен цировки. 4Социальность» клетки, способность контролироваться со стороны ткани является, как показывают данные, результатом созревания. На клеточной поверхности появляются различные рецепторы, улавливающие регулирующие сигналы, клетка теряет способность делиться и переходит к производству тканеспецифи ческих белков и выполнению тканевых функций. Обратный про цесс омоложения клеточного состава приводит к автономности клеток и неконтролируемому росту. Идея роли омоложения (эм брионализации клеток) как причины канцерогенеза родилась давно, однако она не была обоснована, не получила завершенной формы, поэтому и не стала конкурирующей моделью. Она высту пает с позиции современного взгляда не как самостоятельный фактор, а как дополнительное условие усиления мутационного процесса. Наметившаяся альтернатива, связанная с этим факто ром, должна быть еще развита и обоснована. Итак, уточним эти идеи. Согласно первой идее, злокачественные свойства раковой клетки есть результат мутаций онкогенов, согласно второй — трансформация обусловлена эмбрионализацией клеток, которые разрушают тканевый гомеостаз, что приводит к неконтролируе мому росту стволовых клеток. Результат в виде неконтролируе мого опухолевого роста при нарушении тканевого контроля отли чается от результатов нарушения генетического контроля, что по зволяет проверить, какой механизм верен. Обратимость транс формации клетки в результате индуцирования дифференцировки опровергает представление о необратимых повреждениях генома в качестве механизма трансформации.

Продолжим рассмотрение концепций рака, ставших этапами в истории онкологии. Регенерационно-мутационная теория Б.Фи шера-Вазельса (1929) делает акцент на особом значении регене рации клеток для онкогенеза. В результате регенерации появля ются молодые размножающиеся клетки в местах воздействия канцерогена. Как считал Фишер-Вазельс, регенерация — это «чувствительный период»· в жизни клеток, когда может произой ти трансформация. Однако регенерация возникает лишь в виде реакций на происходящую дегенерацию под влиянием поврежда ющих воздействий. Это обстоятельство заставляет учитывать са мые различные факторы, вызывающие повреждения в клетках и тканях. Само превращение нормальных клеток в опухолевые со вершается, по Фишер-Вазельсу, за счет изменений в метаструк турах, т.е. в мельчайших частицах клеточного и межклеточного живого вещества. Позднее Фишер-Вазельс (1936) выдвинул ряд «законов», определяющих патогенез злокачественных опухолей:

закон латентного периода — начало действия какого-либо канце рогенного фактора до появления признаков опухоли;

закон пер вичности тканевого повреждения с последующей длительной ре генерацией;

закон образования опухолевого зачатка с последую щей малигнизацией. Оценивая теорию Фишера-Вазельса, можно сказать, что она верно акцентировала внимание на регенерации как результате повреждения клеток канцерогенами, но роли про лиферативной реакции вскрыть не смогла, сам механизм рака ос тавался неизвестен.

Идеи Конгейма получили дальнейшее развитие в учении Риб берта (Ribbert, 1914) о возникновении опухолевых зачатков не только в эмбриональном, но и в самостоятельном периоде жизни людей и животных. Рибберт заимствовал из теории Конгейма его основную мысль о возникновении опухоли из предварительно об разующихся опухолевых зачатков, но отказался от положения об обязательном возникновении зачатков в эмбриональном периоде жизни. Зачатки могут возникать, по предположению Рибберта, на почве травм и воспалительных процессов. Под влиянием вы ключения клеточных групп из их анатомо-физиологических свя зей и возникает та «автономность» зачатков, которая обеспечива ет неконтролируемый рост. Он подчеркивал, что истинные опу холи в отличие от инфекционно-воспалительных пролифератов растут «из самих себя». Другое важное положение состоит в том, что группа клеток должна оказаться в некоторой изоляции, ина че говоря, должна уйти из-под влияния тканевого контроля.

В 60-х годах наиболее распространенной и согласованной счи талась полиэтиологическая теория. Она связывала появление опухолей с самыми разнообразными вредными влияниями на ор ганизм — как местными, так и общими. Патогенез опухолеродно го превращения рассматривается как результат регенераций, сле дующих за повторными повреждениями. Эта теория основыва лась на том, что различные вредные воздействия могут порож дать в тканях мельчайшие несмертельные повреждения, что вы зывает компенсаторные повторные регенерации. Однако они при водят к опухолеобразованию только в тех случая, когда повреж даются одновременно нервная или гормональная системы, кото рые поддерживают нормальные взаимоотношения между всеми компонентами тканей в организме, обеспечивая нормальный рост и размножение клеток. Многие онкологи предполагали, что в ос нове опухолеродного клеточного размножения лежат изменения обмена веществ, белкового и углеводного. Уже хорошо было из вестно, что при индукции опухолей различными факторами воз никают дистрофические пролифераты, способные к неорганиче скому разрастанию. Следующий существенный момент состоит в том, что имеется определенное соответствие между дозой канце рогенного воздействия и силой опухолеродного эффекта. По мне нию ряда авторов, это опровергает положение вирусогенетиче ской теории о том, что канцерогенное действие осуществляется одними опухолеродными вирусами, поскольку в этом случае не было бы корреляции с дозой канцерогена. С нашей точки зре ния, наличие зависимости канцерогенного эффекта от дозы и промежутков нанесения канцерогена ставит проблему структуры или режима канцерогенного воздействия как необходимого усло вия трансформации. Факт наличия такой структуры, параметры которой можно в каждом конкретном случае установить эмпири чески (для разных тканей и канцерогенов она различна), говорит о наличии некоторого механизма в ткани, т.е. необходимая структура воздействия является отражением структуры гомеоста за ткани. Иначе говоря, структура канцерогенного воздействия, необходимого для индуцирования опухоли, будет отражать пара метры тканевого гомеостаза, его свойства восстанавливаться по сле повреждения.

Отметим, что постановка вопроса о наличии на тканевом уровне структуры, которая определяет режим канцерогенного воздействия, необходимого для развития опухолеобразования, является новым подходом к механизму опухолеобразования. Это означает, что механизм трансформации определяется не мутация ми в клетке, а тканевой системой контроля пролиферации. Воз никает определенная симметричность между необходимым канце рогенным профилем и свойствами тканевого гомеостаза.

В 1923 г. О. Варбург (Warburg, 1926) обнаружил высокую скорость образования молочной кислоты раковыми клетками и пришел к заключению, что способность получать энергию за счет «молочнокислой ферментации» глюкозы и расти за счет энергии этого процесса является главной биохимической характеристикой раковых клеток. Первичной причиной рака, по его мнению, яв ляется замещение дыхания кислородом в нормальных клетках те ла ферментацией сахара. Варбург, к сожалению, не вышел на центральную проблему — механизм, контролирующий деление нормальных клеток и утрачивающийся при раке. Приведем точку зрения И.Ф.Сейца и П.Г.Князева (1986, с.15), они пишут: «Не сомненно, различия в энергетическом обмене, открытые Варбур гом, важны, однако, будучи таковыми, они находятся на уровне биохимической организации клетки и недостаточно глубоки, что бы касаться сердцевины проблемы рака, неконтролируемого рос та... Первичную причину следует искать на уровне контроля ген ной экспрессии, детали которой пока неизвестны». Это замеча ние авторов имеет принципиальное значение, однако, с нашей точки зрения, исходя из положения о нарушении контроля про лиферации.нельзя сделать однозначный вывод, что оно обуслов лено нарушением генетического контроля.

Чтобы разобраться в этом вопросе и смысловой неоднозначно сти, рассмотрим следующий пример. Представим в качестве схе мы систему, состоящую из относительно автономных подсистем, где каждая подсистема обладает собственной системой регуля ции. Регуляцию на уровне подсистемы обозначим первым уров нем регуляции, а на уровне целостной системы — вторым уров нем контроля. Синхронизировать функционирование системы как единого целого можно с помощью механизма контроля второ го уровня, поскольку регуляция на уровне подсистемы не рас пространяется на всю систему. Если бы это было не так, то под системы вступили бы в конкурентные взаимоотношения друг с другом за контроль над системой. Если вместо абстрактных сис тем рассмотреть тканевый гомеостаз, осуществляющий контроль пролиферации, а вместо подсистемы — регуляцию клетки на уровне генома, то становится понятным, почему нарушение конт роля пролиферации при опухолеобразовании связывается в но вой теории с тканевым контролем, а не с генетическим.

Можно привести в качестве примера соображение эволюционно го характера. В том, что трансформация зависит от стабильности тканевого гомеостаза, есть своя логика. Если бы генетические мута ции определяли трансформацию, то организмы постоянно бы боле ли раком. Система тканевого гомеостаза более надежна, так как не зависит от единичного события в клетке, а основывается на динами ке воспроизводства клеточных популяций, т.е. интегративного ре зультата функционирования большой совокупности клеток.

С другой стороны, если бы генетические мутации ускоряли деление одноклеточных организмов, то генетически аномальные организмы получали бы эволюционное преимущество. Это ставит вопрос о неоднозначности представления о развитии рака за счет мутации в отдельной клетке.

Хотя эти аргументы носят характер общего соображения, они подчеркивают неочевидность, проблематичность традиционного подхода к трансформации в результате генетических нарушений за счет неспецифического воздействия различных канцерогенных факторов, что не укладывается в представление о специфичности молекулярно-генетических взаимоотношений. Может возникнуть вопрос: почему речь идет о неспецифическом воздействии, отку да это следует? Очевидно, что такое большое количество канце рогенов, различных по природе, не имеет общего специфического свойства.

Из работ Варбурга известно, что гликолиз клеток тела макси мален на наиболее ранних стадиях эмбрионального развития, но постепенно падает по мере дифференциации эмбриона. Целый ряд характеристик дифференцированной клетки исчезает вовсе в процессе дедифференцировки. Поэтому изменение дыхания, с нашей точки зрения, — это не причина рака, а следствие омоло жения клеток, а именно результат изменения состава ферментов;

это можно обосновать тем, что аналогичные изменения наблюда ются при регенераторных процессах.

Мы коснулись некоторых аспектов основ теории канцерогене за, и именно в этом вопросе необходимо сделать принципиальные изменения. Выражая общую позицию по этому вопросу, И.Ф.Сейц и П.Г.Князев (1986, с.35) пишут: «Поскольку основ ной функцией неопластических клеток является их воспроизведе ние, а материальным субстратом этого процесса служат нуклеи новые кислоты, именно в этой категории веществ клетки можно было бы в первую очередь ожидать изменений при раковом и лейкозном перерождении в отношении как химизма, так и обмен ных превращений... Можно поэтому ожидать, что решающие от крытия в области выяснения природы неоплазм придут именно из сферы изучения состава, структуры и превращения нуклеино вых кислот. Это явилось бы логическим завершением длительно го пути и торжеством того направления мысли, которое признает изменение в генетическом материале в качестве первичного им пульса ракового или лейкозного перерождения».

Авторы выражают своего рода философию современного по нимания канцерогенеза, которая определяет интерпретацию фак тов.

В чем ошибка в этих кажущихся безупречными выводах? Не смотря на то что материальным субстратом воспроизведения клетки являются нуклеиновые кислоты, это не означает, что ме ханизм контроля пролиферации в ткани осуществляется на уров не генома клетки. За скобки выносится механизм тканевого конт роля. Этот вопрос и представляет ту альтернативу подхода, кото рая была не видна ввиду кажущейся однозначности, очевидности традиционного подхода. Какие факты могут подтвердить или оп ровергнуть концепцию нарушения контроля пролиферации?

Очевидно, если нарушение контроля обусловлено выходом из строя тканевого гомеостаза, то раковые клетки должны обладать способностью нормализоваться в результате стимуляции диффе ренцировки. Если нарушение происходит на уровне генома в ви де мутаций или иных необратимых изменений генома, то транс формация должна быть необратимой. Данные по нормализации опухолевых клеток при дифференцировке (Швембергер, 1987) подтверждают первую концепцию, т.е. при дифференцировке ра ковые клетки теряют злокачественность и нормализуются, что было бы невозможным, если бы трансформация была обусловле на необратимыми изменениями генома. Второй аргумент состоит в том, что необратимые изменения генома привели бы к необра тимому блокированию (нарушению) дифференцировки, посколь ку данные не подтверждают этого, то опровергается механизм трансформации за счет мутаций.

2. Концепция «конвергенции» и «дивергенции» опухолевой прогрессии Важное значение в понимании механизма канцерогенеза занима ет концепция «конвергенции» J.Greenstein (1951) (см: Сейц, Кня зев, 1986). Этот крупный ученый развил представление о приобре тении опухолями некоторых общих биохимических свойств. Это от носится к энзимам и другим качествам опухолевых клеток. Данное направление основывается на том факте, что в процессе опухолеоб разования имеет место прогрессирующая дедифференцировка Каждой нормальной клетке присущ ряд морфологических и биохи мических особенностей, позволяющих выполнять в ткани физиоло гические функции. Наряду с фундаментальными процессами энер гетики, роста ей присущи специфические процессы, характерные для данной ткани. Прогрессирующая дедифференцировка приво дит к утрате специфических ферментов, в неоплазмах сохраняются лишь энзиматические системы, обеспечивающие необходимые для выживания функции поставки энергии и размножения. В результа те прогрессии опухоли уподобляются друг другу. Автор пришел к заключению, что неоплазмы различного происхождения более сходны морфологически и биохимически, чем каждая из них со своей нормальной тканью. Данные показывают, что существует корреляция между снижением активности специфических фермен тов и скоростью роста опухоли.

Оценивая гипотезу «конвергенции», В.С.Шапот (1975) отме тил, что гипотеза об унификации обмена веществ опухолей раз личного гистогенеза верна, но не полностью. Огромный экспери ментальный материал свидетельствует о существовании и обрат ной тенденции — фенотип отдельно взятой клетки злокачествен ной опухоли оказывается уникальным, а спектр биохимических характеристик — неповторимым, включающим в себя каждый раз иные комбинации отклонения от нормы. Возникает противо речие между тенденциями развития, уподобления и увеличения разнообразия свойств. Как примирить эти несогласующиеся тен денции? С нашей точки зрения, эти противоречивые направления изменений можно примирить путем соотнесения той или иной тенденции со степенью прогрессии, т.е. фазой опухолеобразова ния. Очевидно, что гипотеза «конвергенции» верна не только для всего переходного состояния опухолеобразования, а для опу холей, далеко продвинутых в направлении дедифференцировки.

Эта же гипотеза неверна для начальных и промежуточных фаз развития, поскольку в этих состояниях спектр разнообразия свойств увеличивается за счет появления клеток, находящихся в разной фазе дифференцировки. Разброс свойств будет минималь ным, когда все клетки будут дифференцированы либо недиффе ренцированы. Другой аспект увеличения разнообразия в опухо левой прогрессии связан с тем, что промежуточные состояния дифференцировки клетки с точки зрения реализации генетиче ской программы могут соответствовать другим тканям, как это происходит в процессе эмбриогенеза, когда организм «проходит» программы других видов. Эта аналогия объясняет, почему в опу холи могут обнаруживаться клетки, характерные для других тка ней. Таким образом, аргумент В.С.Шапота справедлив, но отно сится к другой стадии опухолеобразования, поэтому он не проти воречит концепции «конвергенции».

3. Делеционная гипотеза При анализе канцерогенеза, вызванного азокрасителями, было обнаружено, что происходит связывание диметиламиноазобензола с цитоплазматическими белками печени. В ходе канцерогенеза со держание клеточного белка, реагирующего с красителем, постоян но убывает до полного исчезновения его в сформировавшейся гепа томе. Было высказано предположение, что с канцерогеном связы ваются белки, контролирующие рост. -«Выпадение» этих регуля торных белков приводит к неограниченному росту. Дальнейшие ис следования не внесли ясности в понимание значения этой группы белков в химическом канцерогенезе. Так, было показано, что в ходе канцерогенеза кожи мышей полициклическими углеводородами происходит аналогичный процесс связывания и исчезновения бел ков. Из этих фактов был сделан вывод: соединение канцерогена с определенным цитоплазматическим белком вызывает необратимое изменение или потерю этого белка, что играет решающую роль в канцерогенезе. Предполагали, что утрата белка снимала торможе ние деления ядра и способствовала опухолеобразованию.

Оценивая эту модель канцерогенеза, И.Ф.Сейц и П.Г.Князев (1986) отметили, что до сих пор не удалось привести достаточно убедительных доказательств гипотезы «выпадения», они пишут:

«Канцерогены связываются не только с белками, но и с другими компонентами клетки, и прежде всего с нуклеиновыми кислота ми, именно на это следует обратить внимание» (с.39).

К сожалению, теория онкогена не внесла ясность относитель но этой гипотезы, и имеются основания не согласиться с интерп ретацией и оценкой, которую дают И.Ф.Сейц и П.Г.Князев.

В чем суть проблемы выпадения белка, каков механизм этого яв ления? Очевидно, можно иначе объяснить феномен «выпадения»?

Решение этой проблемы содержится в вышеприведенной концеп ции «конвергенции», точнее, в одном из ее аспектов. Суть состоит в том, что прогрессирующее омоложение, которое наблюдается при канцерогенезе, и соответственно дедифференцировка клеток связа ны с постепенным снижением количества синтезируемых тканеспе цифических белков. В результате дедифференцировки меняется ферментативный спектр в сторону уменьшения количества синтези руемых белков, до полного исчезновения некоторых из них. Это оз начает, что снижение количества белка происходит не за счет свя зывания с экзогенным фактором, а за счет эмбрионализации ткани.

Канцерогены вызывают повышенную пролиферацию, а она опреде ляет прогрессирующую эмбрионализацию ткани, в результате иска жается спектр синтезируемых белков. Далее мы рассмотрим, как это влияет на механизм контроля пролиферации, а именно на структуру тканевого гомеостаза.

4. Эпигенетические концепции Гипотезы, обосновывающие ведущую роль в неоплазии эпиге нетических факторов, исходят из того, что наследуемые квазине обратимые изменения могут происходить в ходе дифференциа ции без изменения генетической информации. Например, эпиге нетические последствия реакций п-гидрокси-эфиров аминов и амидов с аминокислотами (метионином, цистеином, тирозином, триптофаном) в белках и с гуанином и другими основаниями в различных РНК рассматриваются в качестве механизмов канце рогенеза. Мысль, что такие реакции лежат в основе обратимости трансформации, была высказана лауреатами Нобелевской пре мии Ф.Жакобом и Ж.Моно (Jacob, Monod, 1961). Вскоре она получила подтверждение в виде демонстрации быстрого эпигене тического действия метилхолантрена в печени крыс. На основе этих реакций было сделано предположение, что опухоли могут возникать в результате действия потенциально обратимых абер раций при дифференциации, которые являются результатом мо дификации транспортных РНК, индуцированных канцерогенами.

Чем же вызвано появление эпигенетических концепций, какие факты они объясняют? Появление концепций, не связывающих ме ханизм трансформации с мутациями, основывается на данных по нормализации опухолевых клеток при стимуляции дифференци ровки. С этой точки зрения эпигенетические концепции историче ски предшествуют тканевой теории и являются родственными.

В связи с явлением нормализации раковых клеток возникает проблема изменения оснований, принципа теории онкогена. С од ной стороны, надо сохранить рациональное зерно теории онкоге на, с другой — необходимо изменить принцип механизма транс формации. Тканевая модель канцерогенеза сохраняет идею акти визации онкогенов, но в другой форме, не за счет повреждений генома или белков, а в результате нарушения тканевого гомеоста за и выхода из-под контроля клоногенных клеток, обладающих активизированными онкогенами. Тем самым можно отделить идею активизации онкогенов в стволовых клетках и выход их из под контроля тканевой системы от идеи нарушения генома в ка честве предполагаемой причины трансформации.

Существует ряд гипотез, выделяющих такой аспект, как ано мальная экспрессия генов, сдвиг изозимного спектра в опухолях.

S.Weinhouse (1972) (см: Сейц, Князев,1986) на эксперименталь ных гепатомах изучал отклонение в генетической экспрессии, про являющейся в изоэнзимных изменениях. Он пришел к выводу, что ошибочное программирование генетической информации является общей фенотипической чертой рака. Сюда же следует отнести появ ление фетальных белков. Он считал, что гены, бывшие активными в эмбриональном состоянии и репрессированные в ходе дифферен цировки, реактивируются при раке. S. Wemhouse отмечают сущест венные изменения в экспериментальных гепатомах различной сте пени дифференцировки. С уменьшением степени дифференциров ки гепатом активность глюкокиназы практически исчезает. В этой группе опухолей имеют место почти полное исчезновение высокоак тивного и играющего ключевую физиологическую функцию в нор мальной печени изозима и значительная дерепрессия изозимов, слабоактивных в зрелой печени. Эти данные соответствуют тако вым эмбриональной печени (Ходосова, 1988).

Характерны изменения в экспериментальных гепатомах изо ферментов альдолазы. Альдолаза А — доминирующая форма фермента в эмбриональной печени. Альдолаза В представляет единственную форму этого фермента в зрелой печени. С падени ем степени дифференциации альдолаза А начинает появляться, и, подобно гексокиназным изоэнзимам, низкодифференцирован ные гепатомы полностью теряют альдолазу В, которая замещает ся высокоактивным изозимом альдолазы А.

Сходные трансформации происходят в гепатомах с ферментом пируваткиназой. В медленно растущих высокодифференцирован ных гепатомах (9618 А) активность пируваткиназы высока, но низка в опухолях средней степени дифференцированное™ и практически отсутствует в быстрорастущих, низкодифференциро ванных.

Как интерпретировать приведенные данные? Анализируя про блему изменения ферментативного, белкового спектра опухолей в процессе прогрессии, И.Ф.Сейц и П.Г.Князев пишут: «Рак ха рактеризуется потерей контроля хозяина над клеточной пролифе рацией. 4Обратной стороной медали» являются нарушение диф ференциации и сопутствующие этому изменения в экспрессии от дельных важных в функциональном отношении генов... Делалось много попыток найти связь между пролиферативными процесса ми опухолей и их энзиматическими активностями, однако безус пешно. Это и понятно, так как простое определение валовых эн зиматических активностей часто не выявляет тонких и глубоких сдвигов, определяемых измененной молекулярной структурой от дельных изоэнзимных компонентов» (с.43). Мы привели данную точку зрения, чтобы сопоставить ее с интерпретацией этих про цессов с позиции тканевой модели. Можно не согласиться с тем, что нарушение дифференцировки является «обратной стороной медали» нарушения контроля пролиферации. С нашей точки зре ния, здесь перепутаны причина со следствием в последовательно сти событий. Предшествует ли дедифференцировка трансформа ции или наоборот? С нашей точки зрения, нарушение дифферен цировки предшествует трансформации, поскольку омоложение ткани — характерный признак также регенераторных процессов, которые не обязательно переходят в опухолеобразование. При канцерогенном воздействии омоложение клеточного состава на начальных этапах является обратимым — при прекращении кан церогенного воздействия ткань нормализуется. Это доказывает неспецифичность канцерогенного воздействия и неспецифичность начальной фазы опухолеобразования. Относительно связи проли ферации при канцерогенном воздействии и энзиматических ак тивностей можно предложить следующую модель. Известно, что ускоренная длительная пролиферация с необходимостью вызыва ет омоложение клеточного состава за счет конкуренции между пролиферацией и дифференцировкой — клетки не успевают пройти дифференцировку. Поскольку состав ферментов, синтези руемых стволовыми и дифференцированными клетками, разли чен, то увеличение в ткани доли низкодифференцированных стволовых и коммитированных клеток изменит ферментативный спектр, о чем свидетельствуют рассмотренные выше данные. На пример, эмбриональные антигены а-фетоглобулина определяются в нормальных тканях и могут количественно нарастать не только при раке, но и в регенерирующей печени, при гепатите и цирро зе, а также в «пренеопластической» печени вскоре после начала скармливания канцерогенов (Абелев, 1971).

Что же является общим в различных канцерогенных факторах?

Специалисты по химическому канцерогенезу считают, что спе цифические канцерогенные компоненты различных смол, сажи, масел, сигаретного дыма и бетельных орехов пока не раскрыты.

С позиции молекулярно-генетической теории канцерогенность отождествляется с генотоксичностью. В настоящее время этот вопрос окончательно не решен.

Трудность в определении канцерогенных компонентов в пе речисленных канцерогенах связана с тем, что канцерогенными могут быть механические повреждения или такой фактор, как имплантация сплошной пластинки в ткань. Механизм гормо нального рака также не имеет объяснения в теории онкогена, поскольку гормоны, согласно общепринятой точке зрения, не относят к канцерогенам, так как они не являются генотоксиче скими факторами (Дильман и др., 1989). Отметим, что гормо ны вызывают рак лишь в том случае, когда они в избытке и действие их продолжительно. Очевидно, дело не в отдельном компоненте, обладающем канцерогенностью, а в самом характе ре напряженного, длительного функционирования ткани, по скольку повышенная функциональная нагрузка на ткань иници ирует ускоренную пролиферацию, которая вызывает омоложе ние клеток. Накопление таких клеток разрушает отлаженную воспроизводимую систему тканевого гомеостаза. Таким образом, можно заключить, что общим канцерогенным фактором являет ся длительный режим повышенной пролиферации, который раз рушает систему тканевого контроля.

5. Проблема хронической пролиферации как фактора канцерогенеза в истории онкологии В методологическом плане идея ускоренной пролиферации как фактора канцерогенеза обладает рядом преимуществ, по скольку позволяет объяснить, как различные по природе канце рогенные факторы приводят к единому результату.

Компенсаторная пролиферация неспецифична и выступает как защитная реакция от различных повреждающих факторов, эта функция хорошо укладывается в представление о механизме «общего знаменателя». Общая точка зрения состояла в том, что механизм общего знаменателя, осуществляющий нивелировку, унификацию канцерогенов, находится в клетке и связан с по вреждением онкогенов, т.е. что активизация онкогенов выступает в качестве такого механизма. Однако патологическая активиза ция онкогенов является конечным результатом трансформации (неизвестным остается сам механизм трансформации), и она не раскрывает механизма действия и унификации канцерогенов.

Этот аргумент усиливается, если учесть специфичность молеку лярно-генетических процессов, что не соответствует большому разнообразию канцерогенных факторов. Таким образом, общий знаменатель на уровне отдельной клетки обнаружить не удается, что опровергает теорию онкогена. Это дает основание для поиска механизма общего знаменателя на уровне тканевого гомеостаза, контролирующего пролиферацию клеток. Но это означает, что механизм рака нельзя понять на уровне отдельной клетки. По скольку ускоренную пролиферацию может вызвать избыток гор монов при гормональном дисбалансе (митогенное воздействие) либо она инициируется повреждением, гибелью клеток, то из этого вытекает, что хроническая пролиферация является «узким местом» канцерогенеза, т.е. различные канцерогены оказывают онкологическое, трансформирующее действие путем инициации компенсаторной пролиферации. Вирхов систематически развил идею ускоренной пролиферации в канцерогенезе, но он не пер вый, кто обратил внимание на ускоренную пролиферацию как на причинный фактор в механизме рака. Подобные утверждения господствуют в доэкспериментальной онкологической литературе.

Об этом говорится и в монографии Венцеля (Wenzel, 1815), и во многих медицинских руководствах, изданных как в начале XIX в., так и в XVIII в. (см.: Салямон, 1974).

Причину рака желудка Ван-Свитен (1700—1772) связывал с хроническим воспалением. Таково же было мнение его учителя Бургава (1668-1738) (Bamberger, 1855) (см.: Wolff, 1907). По зже врачи утверждали, что неспецифические повреждения ткани могут привести к возникновению опухоли. Анализируя этот воп рос, Л.С.Салямон (1974, с.10) пишет: «Положение о связи меж ду воспалением и раком возникло не как теоретическая догадка, а как эмпирическое обобщение. Десятки поколений врачей собст венными глазами наблюдали и своими руками ощупывали опухо ли, локализованные в прежде воспаленной ткани». Но каков ме ханизм связи между хронической пролиферацией и трансформа цией, ни тогда, ни в настоящее время открыть не удалось: про блема предрака и роль хронической пролиферации остались не раскрытыми в молекулярно-генетической теории.

Что же помешало развить идею неспецифического раздраже ния? Вопреки выводам опухоли у животных, подвергнутых дей ствию «раздражителей», порой не возникало. Опухоли не возни кали ни в опытах Ганау (1889), наносившего каменноугольную смолу на мошонку крыс, ни в последующих опытах Казена (1894) (см.: Шабад, 1947).

В чем же причина ряда неудач при индукции эксперименталь ного рака?

С позиции тканевой модели принципиальное значение имеет структура, или профиль, канцерогенного воздействия на ткань: си ла, длительность воздействия, промежутки между воздействиями.

Именно в этом кроется причина первых неудач при индуцировании опухолей. Один и тот же канцероген при разных режимах воздейст вия оказывает разное, в том числе не опухолевое, действие. Кажу щаяся тривиальность неспецифического раздражения скрывает тайну истинного механизма рака. Многие ученые, однако, основы ваясь на неудачных экспериментах, на долгие годы отказались от этой идеи, которая, по существу, разрушает мутационную и моле кулярно-генетическую теорию. С другой стороны, на основе клини ческих данных к идее неспецифического раздражения пришли крупнейшие медики в истории медицины.

Опровергая теорию Вирхова, Л.С.Салямон (1974, с.15) пи шет: «В 40-е годы экспериментальная онкология уже располагала фактами, которые противоречили этой теории. Если бы концеп ция Вирхова была справедлива, то любое хроническое поврежде ние ткани должно было бы вызывать опухоли. Однако этого не происходит... не удалось получить опухоли путем смазывания кожи мышей ацетоном, бензолом, ксилолом, толуолом, скипида ром, горчичным маслом и т.д. или путем введения животным под кожу шелковой нити, инфузорной земли, толченого стекла, шар лахрота и десятков других раздражителей... Возникла необходи мость найти специфический механизм действия канцерогенов, от личающийся от неспецифического действия банальных раздражи телей».

При таком подходе возникает противоречие с другого рода фактами, свидетельствующими о неспецифическом характере многих канцерогенных факторов. Например, с помощью хрони ческого травмирования кожного покрова можно вызвать опухоле образование: трение упряжи у вьючных и тягловых домашних животных вызывает рак в местах трения. У магометан, бреющих голову плохо наточенными бритвами и от этого постоянно раня щих кожу головы, в этих местах возникает рак (Лабард, 1979).

В Индии, в штате Кашмир, местные жители в период зимних хо лодов для обогревания привязывают к животу плетенку, которая называется кангри, в нее ставят горшки с горячими углями. Та кое воздействие вызывает рак «кангри». Такой же рак известен у японцев, носивших печки капро, наполненные горячими углями.

Хронические ожоги живота приводили к развитию рака кожи.

Рак «сари» (Индия) возникает от ношения грубоворсистой шер стяной ткани, в результате длительного раздражения кожи. Важ но выделить общую черту канцерогенеза — природа раздражаю щего фактора не имеет значения, определяющими качествами канцерогенов являются уровень травмирования ткани и длитель ность действия, что коррелирует с характером пролиферации.

Тот факт, что рак можно вызвать различными по природе канце рогенными факторами, доказывает его неспецифпческнй харак тер. С этой точки зрения разгадка тайны рака кроется в механиз ме общего знаменателя. Что же такое канцерогенность как свой ство в различных факторах канцерогенеза? В теории онкогена понятие канцерогенности осталось нераскрытым, поскольку не все канцерогенные факторы генотоксичны. Если это химическое вещество, то не понятна роль механического трения, травмы или, например, имплантации сплошной пластинки в ткань и т.д. Эти канцерогенные факторы невозможно объединить на основании какого-либо общего признака. Неспецифичность механизма рака следует из того факта, что огромное число различных по природе канцерогенов способны вызывать рак.

В теоретическом плане, если обратиться к началу эксперимен тальной онкологии, противоречие возникло между выводом, сде ланным классиками медицины, исходя из клинического опыта, и выводом, сделанным представителями молодой развивающейся экспериментальной онкологии, на основе отрицательных результа тов по индукции опухолей различными канцерогенными фактора ми. К сожалению, вывод экспериментаторов, полученный на основе отрицательных результатов, оказался более убедительным.

Обратимся к истокам современных концепций рака.

С появлением генетики поиск разгадки механизма рака уст ремляется в новом направлении. Не является ли опухолевая трансформация следствием мутаций? Действие ионизирующих лучей начали связывать не с «раздражающим» эффектом, а с му тагенной активностью. С этого периода история онкологии делит ся на два этапа — догенетический период и генетический. Вер шиной генетического направления стала молекулярно-генетиче ская теория онкогена.

Однако не все онкологи следовали этому ведущему направле нию, связывающему рак с мутациями. Так, биолог Л.Гейльбрун (1957, с.212) замечает, что «...в современных книгах, посвящен ных раку, вопрос о связи рака с повреждением и раздражением оттеснен на задний план множеством новых фактов, возможно более второстепенных». А онколог И.Беренблюм (1961, с.79) во склицает: «Меня всегда удивляло, что идея о канцерогенном дей ствии простого «раздражения» считается давно уже отвергну той». Даже факты, полученные опытнейшими учеными, прини мались с большим недоверием. Однако многолетние опыты H.H.

Петрова и H.A. Кроткиной (1928, 1944) показали, что у морских свинок можно вызвать злокачественные опухоли желчного пузы ря путем его длительного раздражения инородным телом.

Стереотипы восприятия, связанные с отказом рассматривать неспецифические раздражения в качестве канцерогенных факто ров, мешали выявлению истинного механизма рака.

Как же от «тривиального» раздражения перейти к опухолево му воздействию? Обратим внимание, что в приведенном примере опытов с морскими свинками авторами указывается на необходи мость длительного воздействия. Мы подошли к новой, неисследо ванной проблеме — «структуры» канцерогенного воздействия, от которого зависит режим пролиферации. Речь идет о структуре воздействия, т.е. канцерогенном профиле. Очевидно, что понятие канцерогенного фактора включает, кроме физического воплоще ния, например в виде вещества, излучения, механического воз действия, вируса и т.д., еще один компонент, который вроде бы неосязаем, однако экспериментально его легко обнаружить: это время, частота и сила воздействия. Этот компонент характери стики канцерогенного воздействия определяет динамику воздей ствия и соответственно режим пролиферации, поэтому от него за висит степень эмбрионализации ткани.

В парадоксальной форме реальность феномена канцерогенно го профиля можно выразить в утверждении, что канцероген без канцерогенного профиля (или с недостаточно высоким профи лем) не является канцерогеном. И наоборот, неканцерогенный гормон превращается в истинный канцероген, если он создает, индуцирует канцерогенный профиль. Таким образом, мы выдви гаем концепцию канцерогенного профиля, которая учитывает ди намику воздействия и способность к восстановлению тканевого гомеостаза, т.е. учитывает соотношение между свойствами ткане вого гомеостаза, его способностью себя восстанавливать и дина мическими параметрами канцерогенного воздействия. Отказав шись от неспецифических факторов, поиск причин рака попадает в логическую ловушку — возникает проблема, как такое большое число различных по природе факторов вызывает один и тот же эффект. Разрешить это противоречие можно при одном условии, если допустить, что существует механизм общего знаменателя, который на входе нивелирует разнообразие канцерогенов. Выяв ление такого механизма и будет означать раскрытие тайны рака.

Активизация онкогенов как результат трансформации не под ходит на эту роль, поскольку механизм общего знаменателя сто ит на входе процесса опухолеобразования, а активизация онкоге нов, как предполагает теория онкогена, является конечным ре зультатом. Оценивая теорию онкогена, Ф.Л. Киселев и др.

(1990, с.315) пишут: «Каковы же конкретные молекулярные ме ханизмы превращения нормальной клетки в опухолевую? Авто ры вынуждены констатировать, что прямого ответа, естественно, они дать не могут... молекулярная онкология возникла как наука уже после 1980 г. Отсюда следует, что за столь короткое время своего существования она не могла разрешить главного вопроса...

каков механизм контроля регуляции деления клеток... Однако можно, вероятно, утверждать, что рак — это заболевание генети ческого аппарата клетки, т.е. закрепление изменения генов в оп ределенной популяции клеток».

Уже с первых шагов в развитии представлений о природе опухо леобразования стало ясно, что эта проблема затрагивает фундамен тальные основы живых систем и поэтому надеяться получить быст рый ответ чисто эмпирически, не анализируя сущность трансфор мации, невозможно. По мнению Н.Н.Петрова (1959), истинные опухоли тесно связаны с самой сущностью жизни многоклеточных организмов. Другой крупный советский ученый, И.В.Давыдовский (1959, 1961), высказал такое соображение, что «преимущественно практическое направление медицинской науки способствовало вы явлению множества этиологических факторов, вызывающих злока чественный рост, но сильно затормозило познание биологической сущности последнего». Биологическая же сущность, как указывал И.В.Давыдовский, при чрезвычайном разнообразии причинных факторов должна быть единой, из чего вытекает необходимость об щебиологического подхода к изучению проблем рака.

Казалось, можно было бы идти в теоретических построениях непосредственно от фактического материала, который предостав ляет клинический опыт. В этом случае тканевые изменения бы ли бы в центре внимания. Но, к сожалению, этого не произош ло, и богатый клинический материал, касающийся предраковых состояний, остался в стороне от генетического подхода. В опре деленной мере это связано с этапами развития теоретической онкологии. Поиск механизма рака на клеточном, затем на мо лекулярно-генетическом уровне обусловлен этапами развития са мой биологии. Теоретическая онкология как бы повторяла эти этапы, преломляя их через призму своей проблематики. Рожде ние молекулярной биологии закономерно породило молекуляр ную онкологию. Основной постулат о том, что механизм рака реализуется на уровне клетки, получил дополнительное под крепление, когда были открыты онкогены. Однако, несмотря на широкое признание молекулярно-генетической теории, сам меха низм трансформации взят ею от предшествующей мутационной концепции, с этой точки зрения она не является принципиально новой теорией. Старая, критикуемая мутационная концепция ра ка в лице теории онкогена получила современную молекулярно генетическую форму. Очевидно, необходима дифференцирован ная оценка теории онкогена: разрушая представление о меха низме трансформации, основанном на генетических необратимых изменениях, необходимо сохранить идею активизации онкогенов в ее альтернативном варианте, связанном с нарушением ткане вого гомеостаза, который контролирует деление стволовых кле ток, обладающих активизированными онкогенами и раковым фенотипом. Иначе говоря, из-под контроля выходят клетки, об ладающие активизированными онкогенами, которые не репрес сируются ввиду блокировки днфференцировки. Чтобы репресси ровать активизацию онкогенов, необходимо индуцировать диф ференцировку. Следовательно, активизация онкогенов непосред ственно зависит от степени дифференцировки и нарушения тка невого контроля.

6. Взгляды Н.Н.Петрова на природу и механизм опухолеобразования Обращаясь к работам крупнейшего онколога Николая Нико лаевича Петрова (1876 — 1964), необходимо отметить, что они являются этапом в развитии онкологической мысли, поэтому не обходимо осмыслить их с позиции сегодняшнего дня. Проанали зируем основные положения этого учения. Касаясь определения понятия опухоли, Н.Н.Петров (1947, с.2) писал: «В настоящее время мы твердо стоим на позиции признания за истинные опу холи только тех процессов, которые основываются на размноже нии клеток... опухоль — это местное увеличение объема, проис шедшее вследствие размножения клеток... в это понятие включа ются только такие случаи увеличения объема в зависимости от размножения клеток, когда размножающиеся клетки оказывают ся атипичными, т.е. отличаются от соответствующих нормальных своей неполной дифференцировкой и полиморфизмом».

Автор подчеркивал, что опухолевые клетки не имеют универ сального морфологического признака, отличающего их от нор мальных клеток, выделяя нарушение дифференцировки. Наибо лее существенным признаком является характер роста злокаче ственных клеток: рост опухоли идет без участия паразитов, пу тем разрастания опухолевых клеток, получивших внутреннюю способность к прогрессивному росту без повторного участия первичного воздействия причины. Во всех этих случаях может наступить такой момент, когда прекращение действия канцеро генных факторов не останавливает развития возникших разра станий. Стимул к росту опухолевого эпителия, как и любых других опухолевых клеток, лежит в самих этих клетках. Имен но в этом кардинальное отличие опухолей от всех других видов гиперплазии. Согласно Н.Н.Петрову, в отличие от гиперплазии и регенерации, останавливающихся по достижении компенсации, заживления или восстановления гормонального равновесия, в отличие от клеточного размножения при инфекциях, прекраща ющегося, когда бактерии уничтожены и обезврежены их яды, — опухолевый рост продолжается неопределенно долго.

Он допускал в основе этой способности глубокую внутреннюю перестройку жизненных свойств клеток и считал, что опухоле вые клетки представляют новые клеточные породы. Обращая внимание на такой характерный признак опухоли, как наруше ние дифференцировки, Н.Н.Петров (1959, с.422) писал: «...са ма возможность обратного развития уже готовых дифференци рованных клеток недостоверна. Гораздо нагляднее недоразвитие новых клеток, возникающих из камбиального слоя при регене рации, и в этом смысле, несомненно, возможна недодифферен цировка или «раздифференцировка», наблюдаемая, как прави ло, при многих формах воспаления и при развитии злокачест венных опухолей*.

Вопрос о механизме эмбрионализации клеток при опухоле вых и регенерационных процессах имеет принципиальное значе ние. Согласно Н.Н.Петрову, нарушение дифференцировки объ ясняется не тем, что зрелая клетка начинает развиваться в об ратную сторону, а тем, что молодые клетки не проходят стадии дифференцировки. Такую же точку зрения отстаивает Д.С.Сар кисов (1977).

Однако Н.Н.Петров был сторонником мутационной теории, поясняя свою позицию, он писал: «Мы не находим оснований от казаться от мутационной теории злокачественного роста, так как она нагляднее других теорий объясняет нам появление в организ ме новых клеточных пород с особыми свойствами, морфологией и функцией, передающимися затем прямым потомкам этих кле ток в неограниченном ряде поколений» (с.425).

Однако возникает главный вопрос: наталкивался ли Н.Н.Пет ров в своих исследованиях на факты, не укладывающиеся в му тационную гипотезу? Этот вопрос имеет принципиальное значе ние. Анализируя природу опухолеобразования, он писал: «Но ведь истинные мутации возникают всегда внезапно, а злокачест венный рост возникает нередко постепенно, проходя через ста дию переходных «предраковых изменений»;

можно ли при таких условиях говорить о малигнизирующих мутациях? Не значит ли это допустить возможность целого ряда последовательных мута ций, направленных в определенную сторону, что противоречило бы самой сущности учения о мутациях? Нет, не значит. Мута ции — это необратимые изменения, передаваемые по наследству, а «предраковые изменения» — не мутации, а обратимые измене ния, полностью укладывающиеся в рамки приспособительных процессов, которые еще могут исчезнуть или замениться другими при перемене условий среды. Предраковые изменения — не фор мы последовательного перехода нормальных клеток в раковые, но только необходимая подготовка для возникновения единой ма лигнизирующей мутации» (1959, с.425).

Примечательно, что Н.Н.Петров обнаруживает реально суще ствующее противоречие в первой части своих рассуждений, кото рое затем старается раскритиковать и отбросить. Приведенные автором факты противоречат мутационной концепции, но, по скольку иного объяснения в то время не существовало, они от брасываются. С нашей точки зрения, можно иначе интерпретиро вать замеченное противоречие. Приведем несколько аргументов Установленный факт нормализации трансформированных клеток разрушает представление о необратимых изменениях генома за счет мутаций как причине рака. Передача злокачественных свойств при делении раковых клеток также наследственно не за креплена, поскольку дочерние клетки способны нормализоваться.

Это доказывается тем, что раковые клетки в опухоли способны дифференцироваться. Ниже эта закономерность будет проанали зирована более подробно. Что касается противоречия, которое обнаружено автором, то оно объективно существует и подтверж дает приведенные возражения. Постепенность развития опухоле образования через предраковое состояние противоречит характе ру мутационного изменения, что говорит об ином механизме раз вития событий при раке. Однако такое развитие процесса, как отмечает Н.Н.Петров, не укладывается в представление о мута циях. Ясно, что обнаруженные противоречия объективны, но это лишь часть тех проблем, которые необъяснимы в теории онкоге на и мутационной концепции.

7. Концепции химического канцерогенеза В ходе развития онкологии на место старых концепций при шли теории химического канцерогенеза. Сформировалось пред ставление, что малигнизация представляет собой ступенчатый процесс, состоящий по крайней мере из двух стадий — стадии индукции и стадии активации (Беренблюм, 1956, 1961, 1950;

Boyland, 1969). То обстоятельство, что при увеличении дозы кан церогена латентный период малигнизации сокращается до опре деленной величины, а после него увеличение дозы не оказывает влияния, привело к выводу, что возникновение злокачественной опухоли происходит вследствие нарушения какой-то системы, об щей для всех соматических клеток (Даннинг, 1961).

Тем не менее работы по химическому канцерогенезу не дали ожидаемых результатов для понимания механизма трансформа ции.

В качестве примера приведем гипотезу Дж. Миллер и Э.

Миллера (1955). Авторы выдвинули идею, согласно которой вве денный краситель превращается в организме в производное, спо собное соединяться с определенными белками печени, играющи ми важную роль в реакциях клетки на действие внутриклеточ ных и внешних факторов, регулирующих рост. Связывание этих белков с красителем может затормозить или приостановить даль нейший синтез этих белков. В результате следующая генерация клеток будет содержать меньшее количество белков, на которые действовал краситель. В конце концов могут образоваться клет ки, совсем не содержащие этих белков. Таким образом, авторы объяснили постепенное снижение количества белка в процессе канцерогенеза за счет связывания его внешним красителем.

С позиции тканевой теории снижение количества белков мож но объяснить прогрессирующим омоложением клеток, поскольку малодифференцированные клетки синтезируют иной состав бел ков, более обедненный.

Одно из видных мест среди химических теорий канцерогенеза занимает концепция Варбурга (Warburg, 1926). В 1923 г. Вар бург обнаружил высокую скорость образования молочной кисло ты раковыми клетками и пришел к заключению, что способность получать энергию за счет «молочнокислой ферментации» глюко зы и расти за счет энергии этого процесса является главной био химической характеристикой раковых клеток.

Первичной причиной рака является, согласно Варбургу, заме щение дыхания кислородом в нормальных клетках ферментацией сахара в раковых клетках (Warburg, 1926).

Варбург показал, что способность раковых клеток перевивать ся тесно связана с их способностью к гликолизу. Утрата ими гли колитической активности приводит к потере способности переви ваться. Обмен раковых клеток представляет собой сочетание окислительных и гликолитического метаболизма (дыхание/ аэробный гликолиз).

Доброкачественные опухоли согласно такому соотношению за нимают промежуточное положение. Далее было показано, что об мен эмбриона является практически гликолитическим, что хоро шо укладывается в эту закономерность. Становление раковых клеток из нормальных, по Варбургу, проходит в два этапа. В первой фазе вследствие различных причин происходит необрати мое повреждение дыхания, после чего наступает длительный пе риод борьбы за существование. Выживают те клетки, которые оказались способны восполнить возникший дефицит энергии за счет механизма гликолиза.

Из работ Варбурга известно, что гликолиз тела максимален в наиболее ранних стадиях эмбрионального развития, но постепен но, по мере дифференциации эмбриона, он падает. Гликолитиче скую активность эмбриональных тканей Варбург рассматривал как наследие недифференцированных предков, в свете законо мерности, согласно которой онтогенез повторяет филогенез.

Попытаемся объяснить обнаруженные закономерности с пози ции тканевой модели. Переход одного типа энергетического обме на (дыхания) на другой — гликолиз, который более примити вен, — можно объяснить на основе данных, которые получил сам Варбург. Дело в том, что ферменты, обеспечивающие дыха ние в дифференцированной клетке, синтезируются по мере диф ференцировки клетки. Стволовые же и коммитированные клетки, т.е. низкодифференцированные клетки, на ранних стадиях име ют другой состав ферментов и соответственно иной тип энергети ки — гликолиз. Поэтому в процессе дифференцировки клеток эмбриона гликолиз постепенно снижается. Процесс канцерогене за, как известно, связан с прогрессирующим омоложением кле ток — это приводит к появлению клеток с иным ферментным со ставом, что меняет тип дыхания. Более детально и последова тельно этот вопрос рассматривается в VII главе, где анализиру ются современные концепции, объясняющие изменение энергети ки в раковых клетках.

Г Л II ОСНОВАНИЕ СОВРЕМЕННОЙ ПАРАДИГМЫ ОПУХОЛЕОБРАЗОВАНИЯ 1. Альтернативные парадигмы Накопление фактов, противоречащих теории онкогена, ставит вопрос о пересмотре принципов, лежащих в основе представле ний о механизме трансформации. Что же следует сохранить в но вой теории, а что откинуть как неподтвердившееся? Теоретиче ская конструкция — это своего рода некоторая «упаковка», или организация фактов. При хорошей упаковке каждый факт нахо дит свое место, при плохой — многие факты не получают объяс нения.

Причины выживания старых теорий различны. Если старая теория плохо объясняет данные, но отсутствует альтернативная, то она будет сохраняться, несмотря на противоречия с фактами.

Более рациональное, конструктивное отношение к старой тео рии состоит не в отбрасывании ее, а в сохранении рационального зерна в новой теории. В этом состоит историческая и логическая преемственность: рациональная идея старой теории не умирает, а развивается, но в другой теории, приобретая более совершенную структуру, при этом новая основа может значительно отличаться от старой теории. Метод, согласно которому в новую теорию вбирают ся все рациональные идеи предыдущих концепций, можно назвать синтетическим, конструктивным подходом при построении общей теории рака. В этом случае общая модель будет соответствовать тре бованию исторической преемственности, она будет вбирать в себя все ценное, созданное в предшествующих концепциях.

Теория онкогена основывается на принципе трансформации, который был выдвинут еще мутационной концепцией. Общепри нятая традиционная схема трансформации состоит в том, что канцерогены при контакте с клеткой, проникая в нее, вызывают необратимые, наследственные изменения генома в 3 — 4 онкоге нах (либо иные повреждения генома), что приводит к патологи ческой активизации онкогенов, т.е. активизация онкогенов рас сматривается как результат нарушения структурной основы на следственности в результате мутаций.

В основе такого подхода лежит идея о необратимом поврежде нии генома клетки при раке. Канцерогены, согласно постулиро ванному механизму трансформации, являются генотоксическими факторами, поэтому негенотоксические канцерогены в эту схему не вписываются. Схематично эту идею можно изобразить так:

Эту схему и принцип трансформации, основанный на ней, можно назвать прямолинейным принципом трансформации. Та ким образом, в основе механизма трансформации в теории онко гена лежит мутационная концепция. Поэтому все возражения против мутационной концепции в равной мере относятся и к тео рии онкогена. Новое, что вносит теория онкогена, — это выявле ние онкогенов и установление связи между активизацией онкоге нов и злокачественными свойствами опухолевой клетки, сам же механизм трансформации остался старым, основанным на пред ставлении о роли мутаций как причине необратимости трансфор мации.

Как же повреждения ДНК могут вызвать злокачественный рост? Попытки ответить на этот вопрос так, чтобы объяснить все формы рака, породили концепцию -«раковых генов». Раковые ге ны — это компоненты нормального клеточного генома, деятель ность которых выходит из-под контроля или усиливается под действием различных канцерогенов и, таким образом, ответствен на за аномальное поведение раковых клеток. Теория считает ра ковые гены не чужеродными, а нормальными генами, но вышед шими из-под контроля;

канцероген повреждает либо раковый ген, либо ген, который в нормальных условиях регулирует ак тивность раковых генов (Бишоп, 1983) Однако в теории онкогена имеется много подводных камней и противоречий с экспериментальными данными. Одна из ос новных трудностей практического и методологического порядка состоит в объяснении феномена обратимости трансформации, т.е. способности раковых клеток нормализоваться при днффе ренцировке, теряя злокачественность. Другим аргументом про тив теории онкогена является наличие в тканях стволовых кле ток, обладающих активизированными онкогенами и раковым фенотипом. Все то, что описывает теория онкогена как меха низм трансформации, разрушается тем обстоятельством, что полный набор злокачественных свойств, который должен был бы появиться у клетки в результате 3 — 4 мутаций, уже наличе ствует в стволовых клоногенных клетках, они клоногенны, ми нимально дифференцированы, иммортализованы, обладают ав тономным делением (аутокринная стимуляция митоза) и акти визированными онкогенами. Последнее обстоятельство, т.е. на личие активизированных онкогенов, делает понятным, почему они идентичны раковым клеткам. Отсюда следует, что раковые клетки могут возникать не «окружным путем», через мутации, а прямым. Если стволовые клетки по своим имманентным свой ствам идентичны раковым клеткам, то механизм трансформации осуществлен не за счет генетических повреждений, а за счет на рушения тканевого контроля и неконтролируемого деления кло ногенных клеток.

Что касается мутаций, выступающих, как предполагается, в качестве механизма трансформации, то получены многочислен ные данные, которые противоречат мутационной концепции.

Трансформация клеток, культивируемых вне организма, — как спонтанная, так и индуцированная действием химических канце рогенов — протекает с частотами в 10—100 раз более высокими, чем частоты генных мутаций в этих же клетках. Несовпадение частот трансформации и частот генных мутаций, по мнению ряда ученых, не позволяет считать, что генные мутации являются не посредственной причиной злокачественной трансформации кле ток (Бахтин и др., 1987).

Признается, что теория онкогена вобрала в себя предшествую щие концепции, поэтому, чтобы выдвинуть теорию, основанную на ином принципе трансформации, нужна принципиально новая идея механизма трансформации. Такой идеей и выступает прин цип нарушения тканевого контроля (гомеостаза) пролиферации и неконтролируемого злокачественного роста клоногенных, низко дифференцированных клеток.

Ряд авторов считает, что теория онкогена уже представляет собой общую теорию либо близка к этому. Однако такую оценку молекулярно-генетической теории разделяют не все авторы. «Об щая теория канцерогенеза, — пишет Л.Л.Киселев (1986, с.242), — еще не построена, а обилие достоверных и существен но новых наблюдений еще не переросло в теоретическое обобще ние, приемлемое для большинства специалистов».

Такую же характеристику дают И.Ф.Сейц и П.Г.Князев (1986, с.151—219), они пишут: «При несомненных конкретных, частных успехах точный молекулярный механизм действия кан церогенных веществ еще не раскрыт... Открытие онкогенов дало прямые доказательства роли изменений ДНК в инициации онко генеза. Однако установление этого факта еще не прояснило, как именно исходные канцерогены осуществляют свое негативное действие. Онкогены, выявленные трансфекцией, по-видимому, представляют последнюю ступень в цепи событий... в то время как первые ступени остаются столь же таинственными, как и раньше». Как видим по этим высказываниям, ведущие специали сты — молекулярные онкологи пока признают непознанность тайны механизма рака.

Давая оценку теории онкогена, Ю.Д.Иващенко и А.И.Быко рез (1990, с.157) пишут: «По-прежнему остается неясным, в чем суть первого этапа трансформации-инициации;

какого типа нару шения в геноме происходят при этом, насколько они специфичны (для клеток, для канцерогена, для возраста и т.д.) и обратимы.

Второй этап — промоция — также пока малоизученное явление:

либо это достижение количественного порога каких-то измене ний, начавшихся после инициации и требующих для своего раз вития действия промоторов, либо это независимые от инициации события, но проявляющиеся только в клетках, прошедших ини циацию и некоторым образом «коммитированных» к экспрессии трансформированного фенотипа и генотипа. Это же относится и к прогрессии». Складывается впечатление, что при всех своих достоинствах и лидерстве теория онкогена не объясняет главно го — как же осуществляется трансформация клетки, т.е. она вы явила результат трансформации в виде активизации онкогенов, но не способна объяснить, каков механизм достижения такого ре зультата, т.е. как осуществляется трансформация. Согласно Р.Марри (1993, с.356), «...механизмы, с помощью которых про моторы превращают «инициированные» клетки в опухолевые, ос таются пока невыясненными».

Методологический просчет и неполнота теории онкогена про является в том, что она не учитывает роли предраковых ткане вых изменений, связанных с избыточной длительной пролифера цией, таких, как гиперплазия, дисплазия, эрозия и т.д. Эти про цессы, согласно клиническим наблюдениям, непосредственно предшествуют и причинно связаны с опухолеобразованием, одна ко проблема роли предрака в теоретическом плане осталась нере шенной, роль и механизмы предрака остались нераскрытыми.

Объяснение, состоящее в том, что в предраке увеличивается ко личество молодых клеток и поэтому увеличивается вероятность мутаций, не затрагивает сам механизм трансформации. Это озна чает, что тканевые изменения выносятся за скобки, поскольку сводятся к фону, на котором осуществляется трансформация в виде мутации онкогенов.

Очевидно, для построения общей теории необходимо связать повышенный режим пролиферации с нарушением регуляции тка невого гомеостаза, омоложением клеток, выходом из-под контро ля стволовых клеток, в целостную непротиворечивую картину, т.е. необходимо выявить последовательность событий, разрушаю щих тканевый контроль.

Становится ясно, что с позиции тканевого подхода к идее свя зи трансформации с активизацией онкогенов можно прийти принципиально иным путем, минуя прямолинейную схему канце рогенеза, т.е. согласно тканевой теории (Черезов, 1987, 1990, 1993) трансформация обусловлена не деструктивными поврежде ниями ДНК, а выходом из-под контроля стволовых клеток, обла дающих активизированными онкогенами при нарушении тканево го гомеостаза. Это означает, что канцерогенность связана не с ге нотоксическим эффектом, а с промоторным действием канцероге нов. Обосновать это можно тем, что промоторным эффектом об ладают все канцерогены, а генетоксическим — лишь некоторые из них. В пользу такой точки зрения говорят данные по норма лизации опухолевых клеток при дифференцировке, что опровер гает мутационный механизм и соответственно генотоксический эффект как причину трансформации.

На основе большого экспериментального материала группа ле нинградских авторов пришла к следующему выводу, они пишут:

«Нет никаких бесспорных доказательств того, что структурно-хи мические изменения в ДНК, вызванные введением канцерогена, действительно являются единственной, необходимой и достаточ ной причиной малигнизации, а не относятся к разряду сопутству ющих явлений... Поэтому мутационный механизм является очень сомнительным» (Цитологические аспекты первичного действия химических канцерогенов. Л., 1982, с. 176).

Такой же вывод делает американский автор (Topal, 1988): по его мнению, в целом нет достаточно данных для вывода о том, что активация онкогенов возникает вследствие индуцированных мутаций в определенной последовательности ДНК.

В работе японских авторов (Sugio et al., 1988) показано, что структура 19 онкогенов не модифицировалась при аденоме или раке, за исключением амплификации гена с-тус, выявленного в одном образце рака, но не в материале аденомы, полученной от того же больного.

К.М.Кроче и Дж.Клейн (1985) установили, что, хотя в клет ках лимфомы Беркитта человека происходит несколько различ ных хромосомных перестроек, белок, кодируемый геном с-тус, во всех случаях качественно один и тот же. Авторы обнаружили, что первый экзон с-тус не участвует в кодировании белка, а ко дирующая белок область гена начинается со второго экзона. Из этого следует, согласно авторам, что активация онкогенных свойств гена с-тус не является результатом перестроек при транслокации, следовательно, злокачественный эффект трансло кации не связан с каким-либо изменением внутри гена. С нашей точки зрения, это означает, что транслокация и трансформация причинно не связаны между собой.

В исследованиях по нормализации опухолевых клеток было показано (Сакс, 1986), что нарушение хромосом не определяет трансформацию. Авторы задались вопросом: восстанавливается ли нормальное состояние хромосом в лейкемических клетках, в которых искусственно вызваны дифференцировка и прекращение деления? Происходит ли коррекция генетических дефектов или же развитие клетки переключается со злокачественного на нор мальное «в обход» этих нарушений? Авторы обнаружили, что в лейкемических миелоидных клетках, принужденных к диффе ренцировке, аномалии хромосом сохраняются. Следовательно, с помощью индукции дифференцировки остановка злокачественно го роста достигается «в обход» тех генетических дефектов, кото рые нарушили нормальный ход событий дифференцировки и размножения. Вывод, сделанный Л.Саксом, подтверждает нашу точку зрения о том, что генетические повреждения ДНК не явля ются причиной трансформации. Отличие нашей точки зрения со стоит в том, что поскольку нормализация идет «в обход», то нет основания считать, что генетические дефекты являются причиной трансформации.

Возникает вопрос, из какой группы клеток происходят опу холевые клетки: из группы дифференцированных клеток, кото рые подвергаются генетическим нарушениям при канцерогенном воздействии на ткань, или из группы молодых, появившихся в результате деления стволовых клеток? Если бы опухолевые клетки происходили из пула деструктивных старых клеток, то трансформация носила бы необратимый характер, обратимость же трансформации указывает на происхождение опухолевых клеток из пула стволовых делящихся клеток. Об этом также говорят данные потери способности к пролиферации зрелых клеток. Это означает, что трансформация носит не прямой ха рактер, т.е. осуществляется не путем контакта канцерогена с клеткой и генами, а в результате длительной хронической про лиферации. Иначе говоря, пул поврежденных канцерогенами клеток и пул клеток, выходящих из-под контроля, могут не совпадать. Идея «непрямого» механизма трансформации позво ляет объяснить многие факты, не имевшие рационального объ яснения, в частности почему в ряде случаев наблюдается отсут ствие вирусного генома в раковых клетках при вирусном кан церогенезе.

2. Вирусный канцерогенез с позиции тканевой модели рака Одним из парадоксов вирусной теории рака является отсутст вие в ряде случаев вируса в опухолевой клетке при вирусном канцерогенезе, что противоречит постулированному механизму вирусного канцерогенеза. Исчезновение вируса из клетки при опухолеобразовании вступало в противоречие с вирусно-генетиче ской концепцией канцерогенеза, развиваемой известным онколо гом Л.А.Зильбером.

Концепция вирусного канцерогенеза предполагала встраива ние генома вируса в ДНК клетки, поэтому для выхода из проти воречия была предложена гипотеза, согласно которой вирус не обходим лишь на начальном этапе, а затем процесс канцерогене за развивается на собственной основе. Однако в рамках теории онкогена этот феномен не получил объяснения. Явление исчезно вения вируса осталось необъясненным.

Секрет этого явления раскрывается в тканевой модели, по скольку она основана на опосредованном «непрямом» механизме трансформации, за счет длительной хронической пролиферации.

Как известно, вирус вызывает цитопролиферативный эффект:

размножаясь и разрушая клетки или иным образом он влияет на пролиферативный режим тканевого гомеостаза. В свою оче редь повышение пролиферативного режима вызывает омоложе ние ткани, что в конечном итоге разрушает тканевый гомеостаз.

В результате клоногенные клетки, имеющиеся в ткани, перехо дят к неконтролируемому росту. Поскольку степень иницииро вания пролиферации в результате гибели клеток различна, то можно ожидать несколько различных форм опухолеобразования при вирусном канцерогенезе, т.е. опухолеродный вирус не во всех случаях будет вызывать злокачественные опухоли.

3. Спонтанная малигнизация In vitro Прямым подтверждением роли тканевого гомеостаза в меха низме трансформации является спонтанная малигнизация in vitro. Это явление так и не получило рационального объясне ния, поскольку трансформация осуществляется без какого-либо канцерогенного воздействия. Анализируя вопрос о природе спонтанной малигнизации in vitro, С.В.Кузьмина (1983, с.25 26) пишет: «На основании накопленных... данных нельзя с убежденностью утверждать, с чем именно связано появление злокачественных свойств у клеток нормального происхождения при выращивании их вне организма... Вопрос о причинах «спонтанной малигнизации» не может считаться выясненным».

Чтобы преодолеть противоречие с существующей теорией рака, высказывались различные предположения о существовании не известного, необнаруженного канцерогена той или иной приро ды, но поиски его ни к чему не привели. Эта ситуация анало гична той, когда при объяснении гормонального рака предпола гается действие невыявленного «истинного» генотоксического канцерогена. Введение представления о неизвестном «истинном» канцерогене свидетельствует о непознанности механизма канце рогенеза. Такое искусственное допущение спасает теорию от противоречия с фактами, которые ее разрушают, однако пред положение остается без каких-либо доказательств.

В рамках тканевого подхода явление спонтанной малигниза ции in vitro получает объяснение. Поскольку в норме тканевый гомеостаз контролирует деление стволовых клеток, то при нару шении тканевой системы клоногенные клетки выходят из-под контроля. Чем можно объяснить временную задержку трансфор мации in vitro? Очевидно, в культуре in vitro нарушаются как отрицательная обратная связь, так и положительная.

Другая группа фактов также доказывает определяющую роль тканевого гомеостаза в механизме канцерогенеза: эксперименты показали, что при трансплантации в другой организм изолиро ванных стволовых клеток они проявляют злокачественные свой ства, т.е. инвазивный рост в окружающие ткани без канцероген ного воздействия. Об этом свидетельствуют известные классиче ские опыты Шпемана (Speman, 1942), который продемонстри ровал злокачественность стволовых клеток, в свое время эти эксперименты воспроизводились многими учеными. Шпеман трансплантировал зародышевые недетерминированные клетки бластулы в полость взрослой лягушки и наблюдал, как они де лятся без дифференцировки и прорастают в окружающие ткани.

Такой же результат описывает Уоддингтон: он трансплантиро вал в полость тела взрослой саламандры клетки ранней регене рационной бластемы и наблюдал деление без дифференцировки и инфильтрацию ими окружающих тканей (Уоддингтон, 1947).

Таким образом, в результате нарушения тканевого контроля стволовые клетки проявляют злокачественные свойства, что ука зывает на механизм трансформации, не связанный с генетиче скими повреждениями.

Если бы трансформация была обусловлена мутациями онкоге нов, то все злокачественные клетки одной опухоли несли бы в се бе это наследственное изменение в ДНК, а их способность к ме тастазированию, опухолевый фенотип были бы одинаковы. Но данные не подтверждают этого: раковые клетки имеют различ ную способность к метастазированию и различный фенотип, и они способны дифференцироваться. Данный факт работает на тканевую теорию и опровергает теорию онкогена.

4. Временной аспект опухолеобразования Анализ временных закономерностей развития опухоли дает ценную информацию относительно механизма онкогенеза. Для большинства видов лейкоза и других злокачественных опухолей необходим очень длительный период накопления изменений, многократно превышающий продолжительность жизни клеток пролиферирующей ткани. Необходимо учесть, что процессы де градации тканевого и клеточного уровня имеют разные времен ные параметры. Конечный результат трансформации связан с по степенным накоплением патологических изменений. Об этом сви детельствует, в частности, возможность остановки процесса опу холеобразования на одном из промежуточных состояний и даже возвращение к нормальному состоянию при прекращении канце рогенного воздействия. Обратимость опухолеобразования свиде тельствует о необходимости на первом этапе развития рака посто янно действующего источника, инициирующего пролиферацию.

Пройдя фазу предрака, инициируемую источником пролифера ции, процесс опухолеобразования приобретает новое качество — неконтролируемость опухолевого роста, спонтанность, связанные с нарушением тканевого гомеостаза и выходом из-под контроля стволовых клоногенных клеток.

Теоретически накопление патологических изменений канцеро генного эффекта может происходить либо на тканевом уровне, либо в клетке в виде нескольких мутаций, но поскольку время накопления изменений в клетке должно быть сопоставимо с вре менем развития опухолеобразования, то возникает несоответст· вие, оно не может реализоваться в отдельной клетке, время жиз ни которой непродолжительно и несопоставимо с временем раз вития опухоли, исчисляемым иногда годами. Аккумуляция де структивных изменений, следовательно, проходит на тканевом уровне, а именно в виде изменений структуры тканевого гоме остаза (изменяется соотношение между дифференцированными и клоногенными клетками), что обусловлено прогрессирующей эм брионализацией ткани. Учитывая, что первая фаза опухолеобра зования сохраняет способность к обратимости, принципиальное значение для развития опухоли имеет режим повышенной проли ферации, определяемый параметрами канцерогенного воздейст вия: его силой, дозой, длительностью воздействия, промежутка ми между нанесением канцерогена, что входит в понятие «канце рогенного профиля». Гибель и нарушения клеток имеют онколо гическое значение как интегративный результат, вызывающий компенсаторную пролиферацию и определяющий высокий режим пролиферации, инициирующий омоложение ткани, что в конеч ном итоге разрушает структуру тканевого гомеостаза.

Тканевая теория описывает механизм нарушения контроля де ления клеток, который связан со структурой и функционирова нием тканевого гомеостаза. Она дает принципиально новый меха низм канцерогенеза, в рамках которого удается рационально раз решить проблемы, не получившие ответа в молекулярно-генети ческой теории.

ГЛАВА I I I ТКАНЕВАЯ ТЕОРИЯ КАНЦЕРОГЕНЕЗА.

ВВЕДЕНИЕ К НОВОЙ ПАРАДИГМЕ 1. Проблема перехода на тканевый уровень контроля пролиферации Необходимо очертить круг основных проблем, которые долж на решать общая теория опухолеобразования. Очевидно, общая модель должна отвечать следующим критериям:

— объяснять основные группы фактов, исходя из единого осно вания (принципа), т.е. должна быть монистичной, универ сальной теорией;

— раскрыть механизм «общего знаменателя», который нивелиру ет, унифицирует разнообразие канцерогенов;

— выяснить роль омоложения, эмбрионализации в предраке;

— выявить роль клоногенных низкодифференцированных кле ток;

— установить взаимосвязь между начальным этапом, тканевыми процессами в предраке и конечным результатом — активиза цией онкогенов в стволовых клетках;

— объединить в одной теории рациональные идеи основных кон цепций канцерогенеза.

Теоретически право на существование имеют две альтернатив ные версии нарушения контроля пролиферации. В старых теори ях канцерогенеза причину трансформации связывали с необрати мыми генетическими повреждениями. О существовании принци пиально иной причины, связанной с нарушением тканевого конт роля, вопрос не поднимался, но ряд концепций близко подходи ли к этой идее.

Альтернатива в подходе к механизму трансформации состоит в том, что либо клетка становится «эгоистичной», автономной, что связывается с генетическими нарушениями;

либо нарушается тканевая система контроля пролиферации клоногенных клеток, обладающих активизированными онкогенами. Доказать, какая из теорий соответствует реальности, можно на основании подтверж дения следствий, вытекающих из моделей. Основным фактом, подтверждающим механизм, основанный на нарушении тканевого гомеостаза, является способность опухолевых клеток нормализо ваться при дифференцировке. Рассмотрим ряд таких данных.

Впечатляющие результаты были получены в работах по изуче нию морфобластических потенций клеток разных линий терато карциномы мыши (Mintz,1978). Было продемонстрировано, что клетки тератокарцином, сохраняющие омни- или полипотент ность, способны к полной утрате признаков злокачественности и включению в гистогенез. Такими же свойствами обладали клетки неэмбриональных опухолей — аденокарциномы молочной желе зы, плоскоклеточного ороговевающего рака, хондросаркомы (Pierce, Speers, 1988).

Выше мы приводили сведения (Сакс, 1986) о том, что даже клетки с хромосомными нарушениями при дифференцировке нор мализуются, теряя злокачественность. Сходные данные приводят ся в работах Ю.М.Васильева, в которых обратимость трансформа ции исследуется на молекулярно-генетическом уровне.

Делая заключение, Ю.М.Васильев (1986) пишет: «Таким об разом, между нормальным и трансформированным фенотипом клетки возможны обратимые переходы, вызываемые внешними факторами. Достижения последних лет привели к появлению принципиально новых взглядов на механизм автономии опухоле вых клеток. Теперь известно, что такая независимость возникает не как следствие необратимой утраты клеткой способности реаги ровать на воздействие внешней среды, но как результат чрезмер ной стимуляции клетки эндогенными онкобелками, имитирующи ми один из нормальных типов клеточной реакции, а именно ре акции мембраны на молекулы-лиганды, не связанной с субстра том»·. С нашей точки зрения, принципиально важно выделить то, что онкобелки, согласно Ю.М.Васильеву, имитируют один из нормальных типов клеточной реакции. Это говорит о том, что эту роль может играть избыточное количество нормальных фак торов роста (ФР). Акцент Ю.М.Васильев делает на ненормаль ной стимуляции митогенными сигналами. Состояние стимуляции возникает при нарушении тканевого гомеостаза в результате на рушения обратной связи. Данные по обратимости трансформации разрушают идею о необратимых мутациях и онкобелках как ре зультате мутаций. С нашей точки зрения, результаты исследова ний, полученные Ю.М.Васильевым, и выводы из них подтверж дают не теорию онкогена, а тканевую модель. С другой стороны, они коррелируют с данными по обратимости трансформации в результате дифференцировки. Установление факта обратимости трансформации на молекулярном уровне является еще одним до казательством тканевой теории. Общую картину можно предста вить таким образом: при повышенном режиме пролиферации на рушение структуры тканевого гомеостаза определяет сдвиг в сто рону эмбрионализации, что меняет соотношение между стимуля торами и ингибиторами митоза, в результате возникает «сверх стимуляция». Таким образом в тканевой модели связываются канцерогенный профиль, режим пролиферации, степень омоло жения, искажение структуры и функции гомеостаза, неконтроли руемый рост клоногенных клеток.

Насколько обоснованно положение о необратимости транс формаций за счет мутаций в 3 — 4 онкогенах? Мы уже говорили, что многие данные опровергают это представление. В частности, при делении раковых клеток в опухоли злокачественность не обязательно наследуется дочерними клетками, как это принято считать. Рассмотрим данные, подтверждающие этот вывод. Изу чение перевивной ороговевающей карциномы крысы методом ав тографического анализа показало (Pierce, Wallace, 1971), что че рез 2 часа после введения 3Н-тимидина мечеными были только недифференцированные участки опухоли, а уже через 96 часов клетки, связавшие Н-тимидин, обнаружились в дифференциро ванных участках опухолей. Выделенные из дифференцирован ных участков клетки не прививались животным, в то время как из недифференцированных участков давали высокую частоту прививаемости. С нашей точки зрения, эти данные однозначно доказывают, что раковые клетки при делении могут давать нор мальное потомство, то есть злокачественность генетически не за креплена и не наследуется дочерними клетками, как это предпо лагалось мутационной гипотезой и молекулярно-генетической те орией.

Полученные результаты имеют большое клиническое и теоре тическое значение, поскольку коррелируют с данными по норма лизации опухолевых клеток при стимуляции к дифференциров ке. С нашей точки зрения, данные Pierce и Wallace (1971) мож но интерпретировать так. Поскольку клетки недифференцирован ных областей опухоли, где осуществляется деление, включают метку, а дифференцированные, прекратив деление, не включают ее, то появление метки через 96 часов в дифференцированных клетках свидетельствует о том, что в опухоли молодые раковые клетки способны дифференцироваться, в результате чего они нормализуются, теряя злокачественность. Об этом также свиде тельствует неспособность дифференцированных опухолевых кле ток прививаться. Данные хорошо вписываются в контекст про блемы нормализации опухолевых клеток. В этом плане представ ляет интерес известное положение Дж.Пирса о том, что «опу холь — это карикатура: если тератокарцинома — это карикатура на эмбриогенез, то опухоли детерминированных тканей — это карикатура на гистогенез» (Pierce, 1974). Однако эта карикатура на уровне отдельной клетки теряет смысл и может никак не об наруживаться.

Приведенные данные позволяют сделать вывод, что трансфор мация не является событием клеточного масштаба. Идея о том, что рак не связан с отдельной клеткой, высказывается известным итальянским ученым М.Терци (1977, с.170—179), он пишет:

4...рак можно описать только в терминах клеточных популя ций... Онкогенность представляет собой своего рода дифферен цировку;

она не является необратимой... и ее следует определить на популяционном уровне, а не на уровне единичной клетки».

Выводы итальянского ученого имеют принципиальное значение, они доказывают верность тканевого подхода к механизму транс формации.

Существенным недостатком теории онкогена является то, что в ней отсутствует различие между стволовой и дифференциро ванной клеткой. Она исходит из понятия -«нормальная» клетка, что стирает различие между популяциями клеток, обладающими различной клоногенностью. Но в условиях изоляции, трансплан тации стволовые клетки проявляют типичные опухолевые свойст ва, инвазивный рост без какого-либо канцерогенного воздейст вия. Согласно теории онкогена, в нормальных клетках имеются неактивные протоонкогены, которые в процессе трансформации патологически активизируются. В полной мере такое представле ние применимо лишь к дифференцированным клеткам, у кото рых онкогены неактивны, и неприменимо к стволовым клоноген ным клеткам, у которых имеются активизированные онкогены.

С другой стороны, применительно к дифференцированным клет кам это представление не работает, поскольку они не способны делиться и трансформироваться. Данные показывают, что малиг низируются сугубо стволовые и коммитированные клетки, с дру гой стороны, они не нуждаются в генетических изменениях, по скольку уже обладают набором «злокачественных» свойств. Ана лиз привел к парадоксу: дифференцированные клетки неспособ ны трансформироваться, а стволовые практически «трансформи рованы». Парадокс указывает на иные условия и иной механизм трансформации, нежели это представляется в теории онкогена и предшествующих концепциях рака.

В тканевой модели увеличение степени злокачественности клеток связывается не с мутациями онкогенов, а с нарушением тканевого контроля и снижением степени дифференциации в процессе опухолевой прогрессии, где стволовые клетки обладают максимальной потенциальной злокачественностью, а дифферен цированные клетки минимальной или нулевой.

Однако снижение степени дифференцировки клетки не объяс няет еще механизм канцерогенеза. Существуют концепции, кото рые непосредственно выводят из омоложения клетки механизм трансформации. При таком подходе механизм опухолеобразова ния остается нераскрытым. Можно указать на то, что такие клет ки уже имеются в нормальной ткани. Что же нового добавляет учет прогрессирующего омоложения в тканевой теории?

Значение эмбрионализации ткани на уровне отдельной клетки остается непонятным и не имеет смысла. Онкологический смысл эмбрионализации ткани раскрывается на уровне тканевого гоме остаза. Это означает, что факт эмбрионализации надо рассматри вать в двух проекциях: с точки зрения клетки и с точки зрения тканевого гомеостаза, его структуры, которая связана с функ цией контроля пролиферации. В данном случае структура ткане вого гомеостаза определяет функцию контроля пролиферации.

При изоляции клоногенных клеток либо трансплантации злока чественность определяется степенью эмбрионализации. Однако выход из-под контроля клоногенных клеток при трансформации определяется количественным накоплением таких клеток в струк туре тканевого гомеостаза, т.е. степенью эмбрионализации ткани.

Не все события канцерогенеза можно оценить с позиции отдель ной клетки, что обусловлено участием надклеточной тканевой структуры гомеостаза.

Таким образом, раковые клетки — это стволовые клоноген ные клетки, которые при разрушении тканевого гомеостаза выхо дят из-под контроля. Если в прежней трактовке переход от ство ловой клетки к раковой связывался с мутациями, то в новой тео рии трансформация связывается с разрушением тканевого гоме остаза.

Какие факты говорят в пользу описанной картины?

Данное представление подтверждается тем, что стволовые клетки и клетки, находящиеся на ранней стадии коммитирова ния, так же как и раковые клетки, синтезируют раково-эмбрио нальный белок. В небольших количествах белки, свойственные эмбрионализированным клеткам, обнаруживаются в нормальной ткани, что соответствует доле функционирующих стволовых кле ток при физиологической регенерации ткани. В процессе опухо левой прогрессии и увеличения степени омоложения количество раково-эмбрионального белка увеличивается, что соответствует доле стволовых клеток. Именно такая картина динамики измене ния в сторону эмбрионализации ферментативного спектра наблю дается в опухолеобразовании (Колосова, 1988).

Характерно, что попытки обнаружить принципиальные разли чия между нормальной и опухолевой клетками на протяжении всего периода экспериментальной онкологии не увенчались успе хом. Независимо друг от друга исследователи приходили к обще му выводу: если сравнивать опухолевые клетки не с дифферен цированными клетками, а с незрелыми стволовыми и коммитиро ванными, то принципиальных отличий обнаружить не удается.

Данный факт рассматривался как неудача, в новой же теории он рассматривается как доказательство тканевого подхода. Откры тие онкогенов вселило новую надежду на возможность найти спе цифическое отличие раковых клеток. Но эта надежда также уже практически разрушена — как выяснилось, в стволовых клетках обнаруживаются активизированные онкогены, активизация (в ре зультате блока дифференцировки) которых обеспечивает харак терный, раковый фенотип стволовых клеток, который идентичен всем признакам опухолевых клеток. Отсутствие отличий опухо левых клеток от молодых недифференцированных клеток в прежней теории воспринимается как парадокс. Однако с позиции тканевой теории этот факт вполне закономерен и служит под тверждением положения о нарушении тканевой регуляции как необходимом и достаточном условии опухолеобразования.

Таким образом, если саморегулирующаяся система (гоме остаз) контролирует постоянство качественного и количественно го состава клеток ткани, а ее элементы (клетки) обладают потен цией к независимому размножению, то нарушение тканевого ме ханизма контроля должно привести к неконтролируемому деле нию клоногенных стволовых и коммитированных клеток.

2. Данные молекулярно-генетических исследований в свете тканевой модели Канцерогенное воздействие на ткань вызывает различные па раллельно протекающие процессы, поэтому трудно отделить па раллельно развивающиеся процессы от причинно обусловленных.

Чтобы разделить явления, которые в представлении сцеплены в одно, необходимо обнаружить факты, говорящие о раздельности этих явлений.

Если исходить из представления, что мутации — это универ сальная причина трансформации, то трансформация без участия мутаций будет опровергать первоначальное представление. Суще ствует точка зрения, что нормализация опухолевых клеток не истинна, поскольку затрагивает сугубо фенотип клетки, не затра гивая генетические дефекты. Но генетические дефекты, якобы приведшие к трансформации, проявляются функционально, поэ тому данные о включении опухолевых клеток в нормальный эмб риогенез и формировании из них нормального организма свиде тельствуют о «генетической реабилитации* опухолевых клеток в результате дифференцировки. Это означает, что трансформация не связана с мутациями. Выше мы приводили данные Л.Сакса (1986) о нормализации опухолевых клеток при дифференциров ке, независимо от хромосомных аномалий. Из этого можно сде лать вывод, что хромосомные аномалии не являются непосредст венной причиной трансформации. Согласно предполагаемому ме ханизму вирусного канцерогенеза, вирус должен содержать онко ген или его аналог, однако часть опухолеродных вирусов не со держат онкогены. С нашей точки зрения, это опровергает пред ставление о механизме вирусного канцерогенеза.

Выше мы приводили данные (Васильев, 1986) относительно обратимости трансформации и выделили такой момент, как иска жение информационного окружения клетки (соотношения: фак торы роста/кейлоны). Далее сделали предположение, что изме ненное информационное окружение, гиперстимуляция воспроиз водят искажения в структуре гомеостаза — увеличивается коли чество клоногенных клеток, которые происходят на тканевом уровне. Подтверждением этой закономерности являются данные о корреляции между нормализацией опухолевых клеток, увели чением степени дифференцировки и снижением, репрессией ак тивности онкогенов. Так, экспрессия протоонкогенов туе и тур уменьшается в ходе дифференцировки некоторых гемопоэтиче ских клеток, индуцированных фарболовым эфиром или диметил сульфоксидом (Craig, Bloch, 1984;

Gonda, Metcalf, 1984). При созревании Т-клеток экспрессия гена myb также уменьшается (Sheiness, Gardier, 1984). В клетках нейробластомы экспрессиру ется ген N-myc, однако если в этих клетках вызвать морфологи ческую дифференцировку с помощью ретиноевой кислоты, то уровень м-РНК N-myc падает в 4 раза (Amatruda et, al., 1985).

Лейкозные клетки человека (линии HL-60) под воздействием ви тамина D дифференцируются, что сопровождается падением экс прессии гена myc (Campisi et al., 1984).

Индукция дифференцировки клеток тератокарциномы мыши (линия F-9) сопровождается падением экспрессии гена туе (Campisi et al., 1984).

Приведенные факты свидетельствуют о нормализации рако вых клеток, что коррелирует с репрессией активности онкогенов в результате дифференцировки. Данные разрушают представле ние о необратимых мутациях в качестве предполагаемого меха низма трансформации.

3. Проблема предрака Как свидетельствуют многочисленные клинические и экспери ментальные данные, злокачественной трансформации предшеству ет длительный период тканевых изменений, связанных с повышен ной хронической пролиферацией, которая вызывает эмбрионализа цию ткани. Это относится к таким фоновым и предраковым состоя ниям, как дисплазия, гиперплазия, эрозия, и другим заболеваниям, влияющим на усиление пролиферативного режима ткани. Можно сказать, тайна рака скрыта в предраке, а именно в нарушении вос производства тканевого гомеостаза. Однако, пока не расшифрова ны, с позиции теории онкогена, основные закономерности предрака и роль в механизме трансформации, семантика отдельных стадий развития опухолевого процесса остается неизвестной. Многие онко логи обращают внимание на характерный признак предраковых со стояний — ускоренную длительную пролиферацию, которая пред шествует опухолеобразованию. Причины ускоренной длительной пролиферации известны — это либо воздействия, вызывающие по вышенную гибель клеток, либо митогенные воздействия, повышен ная функциональная нагрузка, стимулирующие пролиферацию.

Например, у больных дисплазией и раком шейки матки (Бохман, 1989) в качестве внешних патогенных факторов отмечается пато генное воздействие спирохет, гонококков, трихомонад, микоплазм, хламидий, цитомегаловирусов, которые вызывают хронические воспалительные процессы.

Для гормональнозависимых опухолей прослеживается роль эндокринно-обменных нарушений, обусловливающих возникнове ние гиперпластических изменений, а в дальнейшем неопластиче ской трансформации. Клинический аспект проблемы состоит в возможности профилактики гормонозависимых опухолей путем нормализации нарушенных функций и компенсации матаболиче ских нарушений (лечение ожирения, компенсация гиперлипиде мии и гипергликемии).

Многие авторы обращают внимание на зависимость способно сти к развитию спонтанных и индуцированных опухолей от про лиферативного статуса ткани и интенсивности клеточного раз множения (Jeney, Lapis, 1984;

Oehlert, 1973).

Характерно, что ускоренная пролиферация при различных регенерационных процессах вызывает омоложение, эмбрионали зацию ткани. Таким образом, просматривается закономерность:

поражение клеток либо митогенное воздействие стимулируют компенсаторную пролиферацию, которая вызывает в результате обратимой блокировки дифференцировки омоложение, эмбриона лизацию ткани. Первые три звена процессов, ведущих к транс формации, найдены.

Омоложение ткани — характерная черта всех регенерацион ных процессов. В этом плане проявляется отличительная черта тканевой теории: на нее работают те факты, которые не имели значения в теории онкогена, т.е. она полнее охватывает клиниче ские и экспериментальные факты.

Тканевая модель исходит из факта отсутствия специфики опу холеобразования, особенно начальных стадий, т.е. она основыва ется на закономерности «перехода» количественных накоплений в качественные, что связано с канцерогенным профилем, В молекулярно-генетической теории тканевые изменения в предраке и процессы на уровне генома клетки не связаны между собой. Отсутствие связи между тканевым и клеточным уровнем объясняет, почему теория онкогена в клиническом плане (по мне нию ряда авторов) не работает.

Изменения, которые наблюдаются при канцерогенном воздей ствии, можно разделить на два направления. Первое связано с процессами, развивающимися на уровне клетки. Сюда относятся формы клеточной атипии, хромосомные, генетические аномалии, нарушения митоза и т.д. Второе направление изменений связано с ускоренной пролиферацией, которая вызывает омоложение тка ни и постепенно разрушает в результате эмбрионализащш клеток структуру тканевого гомеостаза, т.е. искажается соотношение между стволовыми, коммитированными и дифференцированными клетками. Возникает вопрос, развитие какого их этих двух на правлений приводит к неконтролируемой пролиферации? Ответ на этот вопрос определяет выбор между теориями. Традиционно из двух направлений выделялось только одно, связанное с кле точной патологией, нарушением генома. Второе же оставалось неизвестным и не обсуждалось как возможная альтернатива. Од нако именно развитие второго направления приводит к наруше нию структуры и функции тканевого гомеостаза, Первое направ ление исходит из необратимых мутаций онкогенов и соответст венно предполагает необратимость трансформации — теория он когена основывается на необратимости результата трансформа ции клетки.

Второе направление предполагает нарушение тканевого конт роля и исходит из факта нормализации опухолевых клеток при дифференцировке, т.е. блокировка дифференцнровки обратима и снимается при стимуляции созревания клетки.

Опровергая очевидный факт нормализации опухолевых кле ток в процессе дифференцировки, сторонники теории онкогена аргументируют это тем, что якобы имеет место только фенотипи ческая нормализация, не затрагивающая генотипические наруше ния. Однако данные, полученные Лео Саксом, свидетельствуют о том, что нормализация опухолевых клеток происходила в «об ход» генетических повреждений, отсюда следует, с нашей точки зрения, что генетические нарушения не являются непосредствен ной причиной трансформации, т.е. трансформация клетки не оп ределяется генетическими нарушениями.

Исходя из положения о существовании нескольких направле ний развития патологии при канцерогенном воздействии следует, что генетические хромосомные нарушения являются параллельно развивающимся процессом, связанным с многоплановостью реак ции клетки на канцерогенное воздействие. Данный вывод под тверждает тот факт, что частоты генных мутаций и частоты трансформации различаются на несколько порядков. Эти факты разрушают представление о необратимости трансформации, дела ют его несостоятельным и недостаточно аргументированным. Хо рошо известны эксперименты по пересадке ядер опухолевых кле ток в предварительно энуклеированные зародышевые клетки: в этом случае развивается здоровый мозаичный организм. Таким образом, вопреки представлению о якобы сохранении трансфор мированных онкогенов в нормализованных опухолевых клетках при дифференцировке, есть основание поставить под сомнение связь генетических нарушений с механизмом трансформации в качестве непосредственной причины. Факты говорят об обрат ном: представление о механизме малигнизации, основанное на мутационной гипотезе, неоправданно с точки зрения данных, свидетельствующих о нормализации опухолевых клеток при диф ференцировке.

4. Роль длительной повышенной пролиферации в механизме опухолеобразования У человека более 80 — 90% опухолей возникает в органах и тканях с обновляющимся клеточным составом и высоким уров нем пролиферации. Это органы кроветворной системы, покров ные эпителии кожи, желудочно-кишечного тракта, трахеобронхн альной и урогенитальнон систем В органах с низким числом пролиферирующих клеток развитию опухолей способствуют предшествующие гиперплазии ткани при регенераторных и вос палительных процессах. К последней группе можно отнести под желудочную железу, печень, щитовидную железу, мочевой пу зырь. На эти ткани приходится остальные 10 — 20% из общего числа тканей.

Однако каким образом пролиферация включена в механизм рака, осталось неразгаданной тайной канцерогенеза. Анализируя этот вопрос, И.В.Урываева (1990, с.98) пишет: «Роль пролифе ративного цикла в акте инициации все же не всегда ясна, хотя эмпирически твердо установлена зависимость эффективности канцерогенеза от размножения клеток, во всяком случае для ми тотически стабильных и медленно обновляющихся тканей... Одна из точек зрения заключается в том, что митотическое деление и особенно репликация ДНК необходимы для фиксации индуциро ванных канцерогеном локальных повреждений ДНК до того, как репаративные механизмы устранят эти повреждения». Принци пиально новое рациональное решение этого вопроса дается в тка невой теории рака.

Если кратко сформулировать принцип тканевой теории, то он состоит в нарушении механизма тканевого контроля пролифера ции как надклеточной системы в результате прогрессирующей эмбрионализации и носит негенетический характер, в результате из-под контроля выходят клоногенные клетки, обладающие акти визированными онкогенами.

Выявить причину нарушения тканевой системы регуляции можно исходя из представления о природе и механизме устойчи вости гомеостатических систем и тех условиях и факторах, при которых происходит их нарушение. Для того чтобы выяснить принцип и механизм нарушения контроля пролиферации, не тре буется привлечения представлений о генетических мутациях, по скольку речь идет о структуре надклеточной системы — тканево го гомеостаза.

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.