WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |

«Е. Н. КОЛАЧЕВСКАЯ ТУБЕРКУЛЕЗ ЖЕНСКИХ ПОЛОВЫХ ОРГАНОВ Москва «Медицина» • 1975 БИБЛИОТЕКА ПРАКТИКУЮЩЕГО ВРАЧА УДК 618.1-002.5 Р е ф е р а т. На основе многолетнего и разностороннего изучения ...»

-- [ Страница 2 ] --

При наличии тубо-овариальных образований на гинекограмме определялась той или иной величины контрастная тень, исходящая из придатков матки, располо женная между маткой и боковыми стенками таза или между маткой и лоном (реже). На стереорентгенограмме объемно хорошо определялась локализация тени и место наибольшего образования спаек.

Рис. 25. Биконтрастная гинекография. Туберкулезный сальпингит, кистозное перерождение левого яичника (наблюдение В. А. Захаровой и Б. Б, Доева).

Биконтрастную гинекографию при туберкулезе женских половых органов применяла также Н. Г. Семыкина (1971). Автор подчеркивает, что метод двойного контрастирования дает возможность одновременно уточнить характер патологического процесса в половых органах, его распространенность, а также топографию анатомических изменений в малом тазе.

На основании 10-летнего опыта работы в санатории «Ленинские Горки» мы полагаем, что в клинике туберкулеза женских половых органов гинекография должна применяться по тем же показаниям, что и в общей гинекологии, и являться методом выбора в особо сложных случаях, когда больная тщательно обследована обычными методами, а диагноз остается неясным и необходимо уточнить, исходит ли опухолевидное образование из внутренних половых органов или является экстрагенитальным Кроме того, к гинекографии можно прибегнуть с целью дифференциальной диагностики маточного и придаткового воспалительного образования. Значительные спаечные изменения в брюшной полости и малом тазе у женщин, страдающих туберкулезом половых органов, ограничивают диагностические возможности биконтрастной гинекографии.

Лимфография В последние годы в литературе появляются сообщения о применении метода прямой лимфографии при диагностике туберкулеза абдоминальных локализаций, в том числе гениталий у женщин (В. В. Облогина, 1967;

Г. И. Варновицкий и др., 1969;

Л. Н.

Готман и соавт., 1969;

Н. Г, Семыкина, 1971). Исследования авторов подтвердили возможность поражения забрюшинных лимфатических узлов Бриг абдоминальном туберкулезе. Применяют обычную методику введения контрастного вещества (йодолипол, майодил) в лимфатические сосуды тыла стопы. Эта методика разработана Б, Я. Лукьянченко (1966).

Продолжительность введения контрастного вещества составляет 2—3 ч.

Рентгеновские снимки делают сразу после его введения, чтобы выяснить состояние лимфатических сосудов, и через 24 ч для уточнения степени заполнения лимфатических узлов.

При поражении лимфатических узлов туберкулезным процессом на лимфограмме выявляются следующие изменения: 1) развитие густой сети извитых лимфатических сосудов и коллатералей вокруг незаполнившихся лимфатических узлов (рис. 26а);

2) увеличение и конгломераты спаянных между собой лимфатических узлов, краевые и центральные дефекты наполнения в них (рис. 266);

3) незаполнение контрастным веществом отдельных групп лимфатических узлов, в том числе частично кальцинированных (рис. 26в). Указанный метод в сочетании с клинико-лабораторными данными позволяют судить об этиологии и распространенности туберкулезного процесса.

Результаты исследований указывают на необходимость антибактериального лечения больных туберкулезом половых органов после операции (даже если вмешательство было радикальное), так как специфический процесс в забрюшинных лимфатических узлах не ликвидируется и может прогрессировать.

Рис. 26а. Лимфограмма больной туберкулезным лимфаденитом непосредственно после введения контрастного вещества (наблюдение В. В. Облогиной).

Видна густая сеть коллатералей вокруг не-заполнившихся лимфатических узлов.

Рис. 266. Лимфограмма больной туберкулезом забрюшинных лимфатических узлов и придатков матки через 24 ч после введения контраста. Диагноз туберкулеза гениталий и лимфатических узлов подтвержден гистологически при операции (наблюдение Н. Е.

Зиновьева).

Рис. 26в. Лимфограмма больной туберкулезным казеозным лимфаденитом непосредственно после введения контраста. Группы лимфатических узлов частично не заполнены (наблюдение В. В. Облогиной).

Рис. 27. Обзорный рентгеновский снимок малого таза. Казеозные очаги в придатках матки или лимфатических узлах малого таза (наблюдение Б. Б. Доева и Н. Е. Зиновьева).

Рис. 28. Гинекограмма и лимфограмма той же больной. Туберкулезный сальпингоофорит с очагами казеоза (наблюдение Б. Б. Доева и Н. Е. Зиновьева).

а — прямая проекция;

б — боковая проекция.

Уточнению локализации опухолевидных образований в малом тазе (придатки матки? лимфатические узлы?) помогает сочетание биконтрастной рентгенопельвеогра фии с лимфографией. В клиническом санатории «Ленинские Горки» находилась под наблюдением больная, у которой на обзорном рентгеновском снимке малого таза справа определялась мягкая гомогенная тень округлой формы, размером 3,5X3,5 см. Слева на уровне IV крестцового позвонка имелась вторая тень, меньшая по размеру (2X2 см) (рис.

27). При гинекологическом осмотре создавалось впечатление, что это образование в малом тазе относится не к придаткам матки, а к ка-зеозно измененным за брюшинным лимфатическим узлам. Проведены рентгенопельвеография и лимфография. На гинекограмме и лимфограмме в прямой проекции (рис. 28, а) в центре малого таза слева определяется тень матки, полость которой сплющена в поперечнике. Хорошо видна левая маточная труба, просвет ее расширен. Ампулярный отдел трубы сверху примыкает к телу матки. Левый яичник на рентгенограмме не виден. В области правых придатков контурируется опухолевидное образование овоидной формы, негомогенной структуры, размером 5,5X3,5 см, на фоне которого просматривается тень просвета правой маточной трубы. Определявшаяся на обзорном рентгеновском снимке малого таза мягкая тень справа (см. рис. 27) расположена в верхнем полюсе данного опухолевидного образования. В боковой проекции (рис. 28, б) тень общих и наружных подвздошных лимфатических узлов не имеет связи с придатковым образованием, расположенным за маткой. Диагноз: туберкулез придатков матки с очагами казеозного некроза.

ЛАБОРАТОРНЫЕ МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ Диагностика туберкулеза женских половых органов нередко представляет большие трудности. Уже в первых работах, посвященных проблеме туберкулеза гениталий, подчеркивалась необходимость тщательного гистологического исследования органов, удаленных во вре Рис. 29. Туберкулезные бугорки в истмическом отделе слизистой оболочки маточной трубы. Окраска гематоксилин-эозином. Х56 (наблюдение автора и В. И.

Брауде).

мя операции, или ткани эндометрия, полученной при диагностическом выскабливании матки. В. А. Покровский (1947), Schaefer (1956)? Aburel и Petrescov (1970) отмечают, что макроскопическая картина удаленных во время операции маточных труб не всегда может указывать на их туберкулезное поражение. По внешнему виду они могут ничем не отличаться от маточных труб, удаленных по поводу хронического воспаления септической этиологии. В некоторых случаях на серозной оболочке маточных труб видны узелки, подозрительные в отношении туберкулезной этиологии процесса. Однако это могут быть серозные лимфоидные образования, не имеющие ничего общего с туберкулезными элементами и являющиеся, по всей вероятности, следствием своеобразной воспалительной реакции (Р. И. Ма-лыхина, 1958). Подобные бугорки могут также ветре-, чаться при злокачественных поражениях и талькозе, поэтому для установления правильного диагноза следует проводить не только макроскопическое, но и микроскопическое исследование.удаленных тканей (П. П. Движков, 1957;

М. С. Ермина, 1964). Для туберкулезного Рис. 30. Туберкулезные бугорки в эндометрии. Окраска гематоксилин-эозином (наблюдение автора и В. И. Брауде). а—Х56;

б — Х280.

Рис. 31. Казеозный туберкулезный эндометрит.

Казеозный очаг в эндометрии располагается в капсуле, внутренний слой которой состоит из эпителиоидных клеток, а наружный — из фибробластов (наблюдение автора и В. И. Брауде). Окраска гематоксилин-эозином Х56.

процесса характерно наличие как альтеративных, так экссудативных и пролиферативных изменений в тканях. Пролиферативные изменения представляют собой туберкулезные бугорки, возникающие как ответная реакция ретикулоэндотелиальной системы на внедрение ми-кобактерий туберкулеза. Как известно, туберкулезный бугорок состоит из коллагеновой сети с лимфоидными, эпителиоидными клетками, а также гигантской клеткой с многочисленными ядрами, располагающимися кольцевидно по ее периферии (рис. 29, 30). При прогресси-ровании воспалительного процесса с выраженными явлениями экссудации обычно скоро возникают альтеративные изменения в виде дистрофии, некроза тканевых элементов (А. И. Абрикосов, 1949).

В дальнейшем при благоприятном течении патологического процесса участки казеоза могут окружаться оболочкой из соединительной ткани и инкапсулироваться (рис.

31).

Патоморфологические изменения в придатках матки! были изучены нами совместно с В. И. Брауде у 55 женщин, подвергшихся оперативному лечению по поводу туберкулеза половых органов. При гистологическом исследования удаленных органов у 37 женщин диагностирована характерная картина туберкулезного поражения. В придатках матки определялись изолированные изменения продуктивного (у 6 больных) и казеозного (у 17 больных) характера, у части больных с кальцинацией казеозных очагов.

Специфические изменения могут выглядеть в виде казеозного некроза маточных труб, когда они бывают увеличены в размерах, с истонченными стенками и просветом, заполненным на всем протяжении казеозными массами (у 5 больных). У 2 больных имелась картина туберкулезного пиосальпинкса со скоплением гноя в просвете маточной трубы и множественными туберкулезными бугорками в ее стенке.

Нередко встречаются тубо-овариальные образования, в стенке которых находят специфическую грануляционную ткань, очаги казеозного некроза и склероз (у больных).

У 18 из 55 больных выявлены склеротические и атро-фические изменения в тканях, в ряде случаев на фоне неспецифкческого воспаления. Отсутствие специфических туберкулезных изменений у 18 больных не дало возможности доказать туберкулезную природу найденных воспалительных и склеротических изменений, за исключением случаев, когда на фоне склероза были отмечены кальцинаты. В остальных наблюдениях заключение о туберкулезной этиологии найденных изменений базировалось на клинико анамнестических данных.

Н. Г. Семыкина (1971) указывала, что у больных туберкулезом гениталий, подвергшихся длительному противотуберкулезному лечению, в пораженных придатках матки наблюдаются метатуберкулезные изменения, носящие характер неспецифического воспалительного процесса.

У 12 из 55 наблюдаемых нами больных морфологически активный туберкулезный процесс в маточных трубах протекал на фоне неспецифического сальпингита (у одной он сочетался с неспецифическим гнойным эндометритом, у другой — с полипозом эндометрия).

Таким образом, туберкулез гениталий часто сочетается с неспецифическим воспалением. В этом отношении данная локализация туберкулеза вполне аналогична лока-лизации туберкулеза других органов (почек, лег-ких и т. д.).

У 9 больных, помимо туберкулеза придатков матки имелась миома матки, у 11— поликистоз яичников (у 3 из них, кроме того, был диагностирован туберкулезный мезоаденит и у 3—эндометриоз). Относительная частота миом матки и кист при генитальиом туберкулезе обращает на себя внимание. Подобное сочетание наблюдали также Т. В. Борима (1959), В. А. Голубев (1971) Н. Г. Семыкина (1971), Bret и Legros (1956), Aburei и Petrescov (1970) и др. Эти изменения нередко являлись причиной оперативного вмешательства у данных больных.

Таким образом, у 32 из 55 оперированных больных наряду со специфическим поражением внутренних половых органов имелись неспецифические процессы в гениталиях как воспалительной, так и невоспалительной природы, которые благодаря выраженной симптоматике нередко преобладали в клинической картине заболевания.

При подозрении на туберкулез половых органов обычно производится диагностическое выскабливание эндометрия с последующим гистологическим исследованием материала соскоба (В. А. Покровский, 1947;

М. С. Ерми-на и др., 1958;

М.

А. Турдакова, 1958;

Е. Н. Колачевская и др., 1965;

Finke, 1954;

Schaefer, 1956, и др.).

Delarue и Bergerot-Blondel (1949), применяя диагностическое выскабливание матки в различные дни менструального цикла у больных туберкулезным эндометритом, описали характер развития туберкулезного бугорка в зависимости от дня цикла. В первые 7 дней после окончания менструации туберкулезные бугорки в эндометрии еще не сформированы. Они бывают ярче выражены после овуляции, и наибольшая возможность обнаружить их имеется за 3—4 дня до наступления очередной менструации.

Авторы указывают, что при подозрении на туберкулезный эндометрит диагностическое выскабливание матки надо производить в стадии секреции.

Аналогичные выводы были сделаны В. И. Бычковым (1961), М. С. Ерминой и В. И.

Бычковым (1965), Е. Н. Колачев-ской и В. И. Брауде (1969), Bret и Legros (1956) Krei-bich (1958). Кроме того, Delarue и Bergerot-Blondel установили, что туберкулезные бугорки в эндометрии развиваются заново всякий раз после менструации. Это объясняет тот факт, почему в разные менструальные циклы при гистологическом исследовании соскобов эндометрия может наблюдаться различная картина. Рецидивы туберкулезного эндометрита, соответствующие каждому новому менструальному циклу, Delarue и Bergerot-Blondel объясняли повторным проникновением возбудителей инфекции из маточных труб в матку. Известная роль принадлежит очагам, оставшимся в базальном слое эндометрия, который во время менструации не отторгается. Нельзя исключить гематогенного обсеменения эндометрия из маточных труб.

По мнению Govan (1962), при небольшом поражении туберкулезом эндометрия, когда заболевание трудно диагностировать, при гистологическом исследовании со-скоба из матки следует обращать внимание на такие изменения, сопровождающие туберкулезный эндометрит, как: 1) наличие гноя в железах эндометрия, особенно у нерожавшей женщины;

2) единичные круглые или овальные кистозно измененные железы в неизмененном эндометрии, обычно расположенные в его глубоких слоях и содержащие некоторое количество сегментоядерных нейтрофилов;

3) эозинофильный секрет в железах эндометрия, хроматиновые зерна, наличие которых свидетельствует о распаде клеток.

Однако в литературе встречаются указания на возможность обострения туберкулезного процесса после диагностического выскабливания (В. А. Покровский, 1947;

Р. И. Малыхина, 1958;

Т. В. Борима, 1964;

Behrens, Noack, 1957;

Gautier, Samaille Piette, 1960;

Kirchoff, Kraubig, 1964).

Мы широко применяли диагностическое выскабливание и только в одном случае наблюдали обострения туберкулезного воспалительного процесса в половых органах.

Подобно другим авторам, мы проводили полное выскабливание матки в секреторную фазу менструального цикла, а при аменорее —в любое время. Из больных которым было произведено диагностическое выскабливание матки, у гистологически установлен туберкулезный эндометрит, причем у 53 больных обнаружены характерные туберкулезные бугорки, у 3 больных — очаги казеозного некроза. У 16 из 56 больных специфическне изменения в эндометрии развивались на фоне хронического неспецифического эндометрита. У 20 боль- пых, помимо туберкулезных изменений в эндометрии, найдены полипозные разрастания, у одной — туберкулезные бугорки в эндометрии на фоне децидуалыюй реакции стромы, а также ворсины хориона. На основании этих данных установлен диагноз туберкулезного эндометрита в сочетании с беременостью. У 9 больных диагностированы туберкулезный эндометрит и железистая гиперплазия эндометрия.

У 266 из 324 больных при гистологическом исследовании соскоба эндометрия туберкулез не был выявлен, но у них имелись следующие изменения слизистой оболочки матки: у 31—полипы эндометрия, у 49 — гиперплазия эндометрия, у 37 — склеротические и атрофические изменения эндометрия, у 28 — неспецифический эндометрит;

у 1ll больных ткань эндометрия была без особенностей. У 10 женщин гистологическое исследование соскобов эндометрия не производилось, так как в соскобе была обнаружена только кровь. Таким образом, у 203 из 324 обследованных в эндометрии имели место как специфические, так и неспецифические изменения.

Последние возникли, по-видимому, в результате длительно существующего воспалительного процесса в гениталиях и сопутствующих эндокринных нарушений.

Применение гистологических методов исследования не всегда возможно и они не всегда дают положительные результаты (даже при наличии туберкулеза эндометрия), поэтому были предприняты попытки найти новые пути выявления туберкулеза гениталий.

Jamison (1963) изучил 2967 соскобов слизистой оболочки матки у больных с подозрением на туберкулез гениталий. Часть полученного материала автор исследовал гистологически, другую использовал для заражения морской свинки и посева на среду Кирхнера и Левен-штейна. У 47 женщин установлено туберкулезное поражение эндометрия. Положительные результаты получены в 32 случаях при гистологическом исследовании, в 30 — при заражении морской свинки соскобом и в 21 — при посеве материала соскоба. Автор считает, что при подозрении на туберкулезный эндометрит необходимо одновременно применять три метода диагностики: гистологический, биологический и бактериологический.

На необходимость исследования материала при туберкулезе гениталий не только гистологически, но и с помощью посева и заражения свинки указывали Е. Абурел, В Д Петреску (1960), Г. С. Шахмурадьян, А. А. Баты-рева (1965), Jedberg (1950), Ekengren (1955).

Принимая во внимание данные литературы, мы (Е. Н. Колачевская, А. В.

Карибская, М. Н. Немсадзе, 1965) исследовали полученные соскобы эндометрия не только гистологически, но и при посеве на среду Гель-берга, а также заражали материалом соскоба морскую свинку.

Наибольшие трудности при установлении диагноза туберкулеза эндометрия представляла очаговая форма. Е. Н. Петрова (1959) назвала ее продуктивной. При этой форме туберкулезного эндометрита (31 женщина) общее состояние больных страдало мало. У всех имелись жалобы на бесплодие. Менструальный цикл не был нарушен. У из них при гистологическом исследовании соскоба эндометрия обнаружены отдельные эпите-лиоидно-клеточные бугорки. Кроме того, у 4 больных получен положительный результат посева материала соскоба эндометрия и у 2 — положительный результат биологической пробы. Одной больной гистологическое исследование соскоба эндометрия не производилось и диагноз туберкулезного эндометрита подтвержден при цитологическом исследовании аспирированного эндометрия. У остальных 14 больных при гистологическом исследовании соскоба туберкулезные изменения не выявлены. У больных был обнаружен полипоз эндометрия, у 4 — гиперплазия эндометрия, у больных картина эндометрия соответствовала фазе менструального цикла. У одной больной в связи со скудным количеством полученного соскоба его гистологическое исследование оказалось невозможным. У всех 14 женщин туберкулезный характер заболевания был установлен на основании положительного результата посева соскоба эндометрия на микобактерии туберкулеза, положительного результата биологической пробы или положительного результата посева и биологической пробы.

Приведенные данные свидетельствуют о том, что железистая гиперплазия и полипы эндометрия могут сочетаться с туберкулезным его поражением. Для выявления очаговой формы поражения туберкулезом эндометрия недостаточно только гистологического его исследования.

Необходимо также производить посевы материала со-скоба на микобактерии туберкулеза и заражать материалом соскоба морскую свинку.

При тотальном поражении эндометрия (у 38 больных) патологический процесс распространялся на весь эндометрий. Это, как правило, сопровождалось нарушением менструального цикла, а в материале соскоба обнаружено множество туберкулезных бугорков.

У 37 женщин диагноз заболевания подтвержден гистологически, кроме того у 17 — при посеве материала соскоба, у 24 —при заражении соскобом эндометрия морской свинки. У одной больной диагноз был установлен цитологически, так как ввиду глубоких деструктивных изменений слизистой оболочки матки в соскобе эндометрия обнаружены только кровь и мелкие обрывки ткани (з течение 2 лет больная страдала вторичной аменореей).

Туберкулезный эндометрит с очагами казеозного некроза выявлен у 3 больных. При гистологическом исследовании материала соскоба эндометрия в нем найдены участки казеозного некроза, а периферически — вал из эпителиоидных элементов. У 2 больных, кроме того, получен положительный результат посева материала соскоба на микобактерии туберкулеза и у 2 — положительные результаты биологической пробы.

У 19 больных результаты лабораторных методов исследования оказались отрицательными, однако мы отнесли их также к группе больных с туберкулезным поражением матки. Основанием для этого послужили стойкое первичное бесплодие, отсутствие в соскобе из матки ткани эндометрия, наличие на гистеросальпингограмме частичной облитерации полости матки, деформации полости матки, активные туберкулезные изменения в придатках матки.

Изменения контуров полости матки на гистеросальпингограммах и замещение ткани эндометрия соединительной тканью были расценены нами как посттуберкулезные, свидетельствующие о перенесенном в прошлом туберкулезном эндометрите, который клинически протекал скрыто и привел к необратимым анатомическим изменениям.

Метод прямой бактериоскопии отделяемого матки и цервикального секрета мы не применяли, так как на основании данных М. С. Ерминой и соавторов (1958) и Р И.

Малыхиной (1958) выявить микобактсрии тy-беркулеза этим способом обычно не удается.

В 1957 г. М. С. Ермина и Н. А. Цагикян предложили цитологически исследовать эндометрий, полученный путем аспирации. Этот метод технически прост, не требует расширения цервикального канала. Обычно аспирацию эндометрия производят за 2— дня до начала менструации. Канюлю брауновского шприца плотно прижимают к стенке матки и в 4—6 местах (по возможности ближе к ее трубным углам) резким движением поршня производят аспирацию. Весь полученный материал равномерно наносят на предметные стекла, расщепляя глазным пинцетом или иглой. Препарат высушивают на воздухе и окрашивают, подобно мазкам /крови. Окрашенные мазки исследуют под микроскопом одной сухой системой, а затем подозрительные комплексы клеток более детально изучают с помощью иммерсионной системы.

Цитологическое исследование эндометрия (помимо гистологического, бактериологического и биологического) мы провели у 79 больных (у 32 из них в дальнейшем установлена активная форма туберкулезного эндометрита) и у 7 из них обнаружили элементы туберкулезных бугорков.

По нашему мнению, к цитологическому исследованию эндометрия следует прибегать в тех случаях, когда противопоказано диагностическое выскабливание слизистой матки или гистологически установить туберкулезную этиологию поражения эндометрия невозможно из-за скудного количества полученного материала. При туберкулезном характере процесса среди клеток эндометрия, располагающихся обычно на фоне эритроцитов, определяются эпителиоидные (рис. 32) и гигантские клетки Пирогова — Лангганса (рис. 33).

Kiichoff (1955) у больных с подозрением на туберкулез гениталий широко применял бактериологическое исследование менструальной крови на микобактерии туберкулеза.

Автор сообщил, что ему удалось установить правильный диагноз у 14,5% больных.

Kirchoff и Kraubig (1964) усовершенствовали эту методику и в 97% наблюдений добились положительных результатов. В литературе отсутствуют указания других авторов на столь высокий процент высеваемости микобактерии туберкулеза из менструальной крови при туберкулезе половых органов.

Рис. 32. Цитологическая картина туберкулезного эндометрита. Эпителиоидные клетки. Микрофотография, малое увеличение (наблюдение автора и А. В. Карибской).

Рис. 33. Цитологическая картина туберкулезного эндометрита. Гигантская многоядерная клетка Пирогова — Лангганса. Микрофотография (наблюдение автора и А. В. Карибской).

Метод взятия менструальной крови состоит в следующем. На шейку матки надевают специальный колпачок, который трубкой соединяют с сосудом, где с помощью специального шприца создают отрицательное давление. В сосуд собирают всю менструальную кровь. Посевы делают несколько раз в сутки.

В течение всей менструации женщина находится на постельном режиме. По видимому, именно такое усовершенствование метода сбора материала позволило авторам добиться столь высоких положительных результатов.

Ylimen (1961), Mladenovic и Simic (1963), Kirchoff и Kraubig (1964) указывают, что при проходимости маточного конца труб микобактерии туберкулеза могут попадать в полость матки, а оттуда с током менструальной крови выделяться наружу.

Следовательно, поражение маточных труб туберкулезом может быть доказано и без получения данных о наличии туберкулеза эндометрия, а только методом посевов и заражения морской свинки менструальной кровью.

Р. И. Малыхина (1958), Ю. М. Воронцов (1961), П. В. Пономарева (1963), Vacha (1960), Chatys-Skirzynska и соавторы (1965). Kanaka Durgamba и соавторы (1972) указывают на сравнительную редкость высевания микобактерии из менструальной крови при туберкулезе половых органов. По данным К. М. Самсоновой (1958), это связано с неблагоприятным воздействием на биологические свойства бактерий влагалищного и цервикального секрета. Т. Н. Ященко (1955) и Ю. П. Афанасьева (1959) полагают, что это обусловлено применением массивной антибактериальной терапии.

Из отечественных гинекологов самый высокий процент (33) высеваемости микобактерии туберкулеза из менструальной крови получил Т. В. Борима (1964). В г. им предложен метод собирания менструальной крови и частей слизистой оболочки матки с помощью вакуум-аппарата.

Bogdanov (1960) при заражении морских свинок менструальной кровью наблюдал положительные результаты в 2 раза чаще, чем при методе посева. Kraubig (1965) в 11 из 79 исследований получил положительный ответ только при посеве менструальной крови, а в 32 — при посеве и заражении морской свинки менструальной кровью. В 36 случаях биологическая проба была положительной при отрицательном результате посева со скоба эндометрия.

В 1963 г. на Международном коллоквиуме в Бале, посвященном латентному туберкулезу половых органов женщин, выступили Bret, Brux, Dalsace и др. Было отмечено, что посевы менструальной крови и заражение морской свинки дают положительные ответы в очень небольшом проценте случаев, поэтому диагностика туберкулеза гениталий должна основываться на результатах биопсии эндометрия и гистеросальпинго-графии.

Н. И. Кузавова и Г. И. Голиус (1968) применили метод катафореза менструальной крови у женщин, больных туберкулезом половых органов. Исследовано 76 проб от больных. Только в 4 случаях получен положительный результат: на катоде обнаружены кислото-и спиртоустойчивые палочки, морфологически сходные с микобактериями туберкулеза.

С диагностической целью нами неоднократно производились у 268 больных посевы менструальной крови на микобактерии туберкулеза и заражение ею морских свинок. В посевах (от 6 больных туберкулезным эндометритом и 8 с поражением только придатков матки) отмечен рост микобактерии туберкулеза. При вскрытии у 12 свинок, зараженных менструальной кровью 12 больных (у 8 — туберкулез матки и придатков, у 4 — туберкулез только придатков), обнаружены туберкулезные изменения.

Таким образом, наибольшее число положительных ответов получено при исследовании соскобов эндометрия и заражении материалом морских свинок.

Итак, лабораторные методы исследования (гистологическое исследование соскобов эндометрия, посевы эндометрия на микобактерии туберкулеза, заражение морских свинок) играют важную роль в определении этиологии поражения эндометрия. У 72 из больного с поражением эндометрия (79%) лабораторные методы исследования позволили доказать специфический характер заболевания. Однако следует иметь в виду, что эти методы могут давать отрицательные результаты у больных, которые в прошлом перенесли туберкулезный эндометрит и в момент обследования имеют лишь посттуберкулезные изменения.

При воспалении придатков матки туберкулезной этиологии гистологические, цитологические, бактериологические и биологические методы диагностики обычно дают отрицательные результаты. Однако при сохранении проходимости интрамуральных отделов маточных труб микобактерии туберкулеза могут попадать в полость матки, а оттуда выделяться наружу с менструальной кровью. В связи с этим у небольшого числа женщин с туберкулезным поражением придатков матки без поражения эндометрия можно получить положительные ответы при посевах менструальной крови и заражении морских свинок.

Анализ результатов туберкулиновых проб В 1890 г. Koch изготовил фильтрат из культуры открытой им туберкулезной палочки и назвал его туберкулином. В 1891 г. он писал, что в будущем это средство «сделается необходимым вспомогательным подспорьем в диагностике. При помощи его можно будет распознавать сомнительные случаи начинающейся чахотки». В дальнейшем туберкулин, изготовленный Koch (водно-глицериновый экстракт из культуры туберкулезной палочки), стал называться «старым туберкулином Коха» (АТК) в отличие от синтетического очищенного туберкулина, предложенного в 1934 г. Seibert и соавторами и получившего название РРД, В 1951 г. последний утвержден ВОЗ в качестве международного стандарта (цит. по Е. Меве, 1970). В настоящее время в клинике фтизиатрии пользуются тем и другим туберкулином.

Koch вводил туберкулин с лечебной целью подкожно, поэтому подкожная туберкулиновая проба называется пробой Коха. Однако при жизни ученый разочаровался в своем методе, так как, не учитывая индивидуальную чувствительность организма больного к туберкулину и вводя большие дозы препарата, вызывал отрицательные реакции и обострение процесса.

В 1907 г. Pirquet предложил с диагностической целые кожную, а в 1909 г. Mantoux — внутрикожную туберкулиновую пробу (цит. по Е. MeiBe, 1970).

В чем же заключается сущность действия туберкулина на организм больного туберкулезом?

Л. М. Модель (1944) считал туберкулин токсином и поэтому объяснял реакции на туберкулин непосредственным действием его на трофическую функцию нервной системы. Напротив, большинство авторов рассматривают туберкулин как аллерген (антиген) и связывают его действие с аллергической перестройкой организма, подвергшегося заражению микобактериями туберкулеза. Реакция на туберкулин возникает в результате взаимодействия между аллергеном и фиксированными на клетках антителами. В результате взаимодействия туберкулопротеина с клетками — носителями антител — часть этих клеток погибает, при этом возникает воспаление, характерное для туберкулиновой реакции (Е. Ме-ве, 1970).

Специфичность туберкулиновых реакций дала возможность использовать их в дифференциально-диагностических целях, а также для определения степени активности туберкулезного процесса. Наиболее часто применяются кожная (реакция Пирке), внутрикожная (реакция Манту) и подкожная (проба Коха).

В клинике общей фтизиатрии кожную туберкулиновую пробу Пирке ставят по инструкции, разработанной Н. Н. Гринчаром и Д. А. Карпиловским (1935). Туберкулин применяют в различных разведениях (100, 25, 5 и 1 %).

В качестве контроля используют физиологический раствор с 0,25% раствором карболовой кислоты.

Большинство взрослого населения (90%) инфицированы туберкулезом и поэтому реагируют на введение 100% раствора туберкулина даже в тех случаях, когда туберкулезное заболевание отсутствует. Ценность градуированной реакции Пирке состоит в том, что больные туберкулезом дают положительную реакцию не только на 100% раствор туберкулина, но и на разведенный туберкулин.

Н. А. Шмелев (1969), описывая реакцию Пирке в модификации Н. Н. Гринчара и Д.

А. Карпиловского, указывает, что аллергическая реакция больного туберкулезом зависит от фазовых состояний нервной системы. При повышенной возбудимости больного даже сравнительно слабые разведения туберкулина вызывают у него усиленный ответ.

Гиперергические реакции с везикулой, экссудацией и лимфангитом наблюдаются и период первичной инфекции, при слабых тормозных процессах в центральной нервной системе. Н. А. Шмелев выделяет уравнительную фазу, когда на введение 5 и 100% туберкулина больной отвечает одинаковой реакцией, и парадоксальную, при которой ослабленная нервная система не дает достаточно выраженного ответа на сильный раздражитель, а на слабый — отвечает более резкой реакцией. Уравнительная и парадоксальная фазы свидетельствуют о тяжелой туберкулезной интоксикации, которая приводит к извращенным реакциям нервной системы на внешние раздражения.

В. П. Козаченко и А. Г. Пащенко (1963) ставили градуированную пробу Пирке на коже предплечья и передней брюшной стенки. У женщин, больных туберкулезом половых органов, кожная туберкулиновая проба чаще была положительной на коже передней брюшной стенки. На этом основании авторы делают вывод, что туберкулиновая сегментированная реакция, не являясь достоверным доказательством туберкулеза гениталий, все же может служить известным ориентиром при диагностике органного туберкулеза, У 256 наблюдавшихся нами больных применялась кожная градуированная туберкулиновая проба Пирке (у остальных 124 больных проба Манту). Папула диаметром от 5 до 10 мм считалась положительной реакцией, больше 10 мм — резко положительной и менее 5 мм — слабоположительной.

Результаты реакции Пирке у 256 больных туберкулезом половых органов были следующими: отрицательная—у 12 (4,7%), слабоположительная—у 74 (29%), положительная —у 91 (35,5%), резко положительная — у 79 (30,8%) больных. Таким образом, наиболее часто (66,3% больных) наблюдались резко положительные и положительные реакции Пирке. В то же время наши данные свидетельствуют о снижении кожной чувствительности к туберкулину у больных туберкулезом в последние годы. Так, Д. Д. Асеев (1960) наблюдал положительные и резко положительные реакции Пирке У 91% больных туберкулезом.

Следует подчеркнуть, что у 38 из 86 женщин с отрицательной и слабоположительной реакцией Пирке воспалительный процесс в придатках матки был в активной стадии. У 15 женщин одновременно с придатками матки был поражен эндометрий и только у 33 патологический процесс находился в рубцово-спаечной стадии (посттуберкулезные изменения).

Оценивая результаты реакции Пирке, мы учитывали степень чувствительности к малым разведениям туберкулина (5—1 %), а также возникновение везикулы, лимфангита или некроза. Качественная оценка реакции Пирке у больных генитальным туберкулезом была следующей: образование папул на введение 100 % раствора туберкулина наблюдалось у 22 больных, на 100% и 25% раствора туберкулина — у 49, на 100 %, 25 % и 5% раствора—у 87, на 100 %, 25 %, 5 % и 1% раствора у 98 больных. Положительная реакция с лимфангитом получена у 27 женщин, реакция с везикулой — у 11, реакция с некрозом — у 3.

Таким образом, папула на III и IV разведения туберкулина встретилась больше чем у половины больных туберкулезом половых органов. Из 41 больной с выраженной кожной туберкулиновой пробой (лимфангит, везикула, некроз) у 35 имела место активная форма органного туберкулеза. Однако у 7з больных отмечены слабо выраженные реакции (папула образовалась только на введение 100% к 25% раствора туберкулина).

Следует отметить, что среди последних имелись больные с активными проявлениями туберкулеза. Таким образом, степень выраженности реакции Пирке не отражает характера туберкулезного процесса.

Внутрикожное введение туберкулина получило название реакции Манту (по имени автора, впервые ее предложившего). В литературе имеются указания, что реакция Манту является более чувствительной туберкулиновой пробой по сравнению с реакцией Пирке (С. В. Массино, Н. С. Сокольская, 1966;

Л. Н. Митинская и др., 1966, и др.).

Пересматриваются границы специфической реакции Манту. Так, Gentry (1968) ставил пробу Манту с 5 ТЕ [1 ТЕ = 0,1 мл IV разведения туберкулина (1:10000), 10 ТЕ=0,1 мл III разведения туберкулина (1:1000)] и сделал вывод, что границей для специфической реакции Манту более правильно считать диаметр папулы 12 мм, а не общепринятые мм. По данным С. О. Овезова и соавторов (1967), средний диаметр папулы при реакции Манту с 5 ТЕ у больных туберкулезом составил 12,6 мм.

Мы поставили реакцию Манту у 124 женщин, больных туберкулезом гениталий, при этом в толщу кожи предплечья вводили 5 ТЕ (0,1 мл разведения 1:2000).

Положительной считали реакцию при папуле диаметром более 10 мм, слабоположительной — от 5 до 10 мм и сомнительной— менее 5 мм. Из 124 больных реакция была положительной и резко положительной у 109 женщин (81,4%), в то время как реакция Пирке оказалась положительной и резкоположительной только у 66,4% больных. Полученные результаты еще раз подтверждают данные литературы о том, что реакция Манту является более чувствительной туберкулиновой пробой и ей надо отдать предпочтение перед реакцией Пирке. В последние годы мы полностью отказались от реакции Пирке. Необходимо подчеркнуть, что реакция Манту является известным ориентиром перед постановкой подкожной туберкулиновой пробы.

Особое значение мы придавали подкожному введению туберкулина, при котором, помимо общей и уколочной реакций, в некоторых случаях появляется очаговая реакция со стороны пораженного органа, с помощью которой возможна топическая диагностика патологического процесса.

Подкожное введение туберкулина применялось с дифференциально диагностической целью при туберкулезе органов брюшной полости Ю. П. Коровиной (1944), С. К. Клочковой (1957), Л. М. Яновской (1960), Б. К. Иг-натовичюте (1966), Е.

Меве (1970). У больных с подозрением на туберкулез гениталий эта реакция была использована Е. Н. Колачевской (1966), Т. В. Борима и соавторами (1968), М. С.

Беленьким, А. М. Бранди-сом (1971), Ю. А. Гордиенко (1971) и др. По мнению этих авторов, очаговые реакции, возникающие в ответ на подкожные введения туберкулина, являются глубоко специфичными и на их основании можно со значительной долей вероятности ставить диагноз туберкулеза гениталий.

Предложены различные методики подкожного введения туберкулина. А. Е. Рабухин и Р. А. Иоффе (1959) вводили с диагностической целью больным внутрикож-но 0,1 мл туберкулина VI разведения и одновременно подкожно 0,2 мл туберкулина IV разведения.

При этом учитывали уколочную, общую и очаговую реакции.

Е. И. Шуцкая (1961) в качестве критерия клинического излечения при туберкулезе легких предложила вводить больному под кожу лопатки 0,2 мл туберкулина III разведения (20 ТЕ). Если в течение 3 сут после инъекции не возникало никаких реакций, то делали повторную инъекцию 0,5 мл туберкулина того же разведения (50 ТЕ). При отсутствии реакции вводили 1 мл туберкулина того же разведения (100 ТЕ).

На основании учета уколочной и общей реакций судили о степени активности туберкулезного процесса.

Позднее описанную методику с дифференциально-диагностической целью у больных с подозрением на туберкулез гениталий применила Н. Г. Семыкина (1971).

Н. П. Ермаковская (1962) предложила при подозрении на туберкулез гениталий вводить туберкулин в под-слизистую оболочку цервикального канала. Этот метод применяли у 32 больных. Отмечено появление выраженной очаговой реакции со стороны воспалительного очага половых органов, Мы с диагностической целью применяли дозу туберкулина, равную 20 ТЕ. По данным Д. Д. Асеева (1962), В. С. Гавриленко (1964) и др., эта доза туберкулина дает возможность получить отчетливую очаговую реакцию и не вызывает осложнений и побочных реакций.

В последние годы в связи с понижением чувствительности организма к туберкулину у больных туберкулезом при отрицательной общей и очаговой реакций на введение 20 ТЕ мы стали применять возрастающие дозы туберкулина по методике Е. И.

Шуцкой (50 и 100 ТЕ). Каждую последующую пробу проводили только при отрицательном результате (общая и очаговая реакции) предыдущей с интервалом 3— дней. Туберкулин вводили подкожно в среднюю треть наружной поверхности плеча.

Побочных реакций при введении повышенных доз туберкулина (50 и 100 ТЕ) не отмечали. Методика введения последовательно возрастающих доз туберкулина дала возможность выявить общую и очаговую реакции у тех больных, у которых эти реакции отсутствовали в ответ на введение 20 ТЕ.

Подкожная туберкулиновая проба проведена 325 больным туберкулезом женских половых органов. Учитывались общая и очаговая реакции со стороны гениталий.

Принимая во внимание возможность возникновения выраженных общих реакций, а также реакций в очаге поражения, мы вводили туберкулин больным только в стационарных условиях при СОЭ не выше 20 мм в час и лейкоцитозе не выше 10 000, а также принимали во внимание характер их температурной кривой. При наличии остаточных туберкулезных изменений в легких, почках, кишечнике и других органах туберкулин вводили подкожно только после соответствующего заключения фтизиатра.

Подкожное введение туберкулина противопоказано при остро и подостро протекающих воспалительных процессах в половых органах и во время менструации.

Противопоказаниями к подкожному введению туберкулина являются также заболевания крови, паренхиматозных органов, диабет, декомпенсированные пороки сердца и наличие активного туберкулезного процесса в других органах.

Мы не придавали решающего значения уколочной реакции, так как, по данным Л.

М. Яновской (1960), Д. Д. Асеева и соавторов (1966), Б. К. Игнатовичюте (1966), наличие положительной уколочной реакции указывает только на инфицирование организма туберкулезом. Тем не менее повторное подкожное введение туберкулина мы проводили только после того, как исчезала уколочная реакция от предыдущего введения.

Под общей реакцией при подкожном введении туберкулина обычно имеют в виду повышение температуры (больше чем на 0,5°), учащение пульса (более 100 в минуту), изменения в гемограмме (лимфопения, повышение содержания палочкоядерных нейтрофилов, моноцитов, повышенная СОЭ). Учет всех этих данных производили до введения, а также через 24 и 48 ч после введения туберкулина. Температуру измеряли каждые 3 ч в течение 1 сут до введения препарата и в течение 2 сут после введения туберкулина с 8-часовым ночным перерывом.

При анализе изменений в гемограмме у наших больных мы пользовались данными Н. Н. Боброва (1952). Автор под влиянием подкожного введения туберкулина отметил повышение количества палочкоядерных нейтрофилов (на 3%), уменьшение или увеличение числа лимфоцитов (на 10%) и повышение количества моноцитов (на 4%) по сравнению с исходными показателями.

В ряде исследований изучался вопрос о составе белковых фракций сыворотки крови у больных генитальным туберкулезом через 24 и 48 часов после подкожного введения туберкулина (Т. К. Батюк, 1971;

Р. И. Малыхина, Н. П. Марчук, 1968;

Р. И. Малыхина и др., 1971). При активной стадии заболевания уменьшалось содержание альбуминов и увеличивалось a1-, a2- и g-глобули-новых фракций.

А. Е. Рабухин и Р. А. Иоффе (1959) наблюдали аналогичные изменения в белковых фракциях в ответ на подкожное введение туберкулина у больных легочным туберкулезом, в то время как у больных с неспецифическим процессом состав белковых фракций сыворотки крови при введении туберкулина не изменялся.

По мнению Л. П. Печука и Е. М. Пекуровского (1962), метод исследования белковых фракций сыворотки крови особенно ценен при скрытых формах заболевания, когда исходная протеиыограмма не имеет отклонений от нормы и только после введения туберкулина наступает диспро-теинемия, характеризующая активный туберкулезный процесс.

Нами (Е. Н. Колачевская, 1968) прослежены изменения белковых фракций сыворотки крови в ответ на подкожное введение туберкулина (туберкулино-белковая проба, являющаяся одним из компонентов общей реакции) у 97 больных генитальным туберкулезом. Содержание белковых фракций сыворотки крови определяли до подкожного введения туберкулина и через 48 ч после не-го. У 44 из 97 больных через ч наблюдались сдвиги в белковых фракциях, которые выражались в снижении уровня альбуминов и повышении показателей a1- и a2-глобулинов.

В дальнейшем у 35 из этих 44 женщин воспалительный процесс в придатках матки был расценен как активный. Однако при статистической обработке материала результаты оказались недостоверными, поэтому мы полагаем, что самостоятельного значения этот метод исследования не имеет, но результаты следует учитывать в общем комплексе обследования при подозрении на туберкулез гениталий у женщин.

Кроме состояния белковых фракций сыворотки крови в ответ на подкожное введение туберкулина, Р. И. Малыхина и соавторы (1971) изучали также титр комплемента, гетерофильных агглютининов, уровень пропердина, С-реактивного белка и сиаловых кислот. По данным авторов, после подкожного введения туберкулина названные показатели заметно снижались. Это расценивалось как подтверждение наличия скрытого течения специфического процесса, обострившегося после пробы Коха.

Н. Н. Блохин, Н. И. Кузавова1 изучали белковый и гликопротеидный обмен у больных генитальным туберкулезом до и после подкожного введения туберкулина. По полученным результатам авторы судили не только об этиологии, но и об активности туберкулезного процесса.

В результате анализа данных, характеризующих общую реакцию организма в ответ на подкожное введение туберкулина (температура, пульс, изменение морфологического состава крови, белковых фракций и т. д.), мы пришли к выводу, что в расчет следует принимать ту реакцию, при которой изменяется не менее трех ее показателей.

Положительная общая реакция получена у 187 больных (57,5%).

Общая реакция в ответ на подкожное введение туберкулина может появляться при наличии туберкулезного поражения в любом органе, поэтому на ее основании нельзя определить локализацию очага. Особую диагностическую ценность представляет очаговая реакция в половых органах в ответ на введение туберкулина подкожно. С помощью этой реакции можно установить локализацию очага туберкулеза.

По данным А. Е. Рабухина (1963), очаговая реакция в ответ на подкожное введение туберкулина у больных туберкулезом легких выражается в увеличении количества отделяемой мокроты, появлении хрипов и перифокальном воспалении. Д. Д. Асеев и соавторы (1960) описали клиническую картину очаговой реакции у больного с двусторонним плевропневмосклерозом, правосторонним спонтанным пневмотораксом, осложненным пневмоплевритом. Этиология заболевания оставалась неясной. При введении 20 ТЕ подкожно, кроме общей реакции, появилась очаговая в виде усиления болей в грудной клетке на стороне поражения, а также изменения в гемограмме. Это дало возможность авторам считать, что плевропневмосклероз имеет туберкулезное происхождение. Последующее специфическое лечение привело к значительному улучшению состояния и ликвидации пневмоплеврита.

1 Актуальные вопросы внелегочного туберкулеза. Л., 1972, с. 138. Р. И. Малыхина (1958) подкожно вводила туберкулин с дифференциально диагностической целью 399 больным, страдающим различными гинекологическими заболеваниями воспалительной этиологии. У 52 женщин была получена очаговая реакция со стороны гениталий, что подтвердило специфический характер процесса.

Р. И. Малыхина (1958), Н. П. Ермаковская (1962), Е. Н. Колачевская (1966), Т. В.

Борима и соавторы (1971), Н. Г. Семыкина (1971) и другие авторы описали очаговые реакции у больных туберкулезом гениталий в ответ на подкожное введение туберкулина.

Они выражались в появлении или усилении болей внизу живота и пояснице, прямой кишке, появлении пастозности и болезненности в области придатков матки. Если придатки матки до введения туберкулина были увеличены и имели четкие границы, то после введения препарата четкость границ стиралась за счет перифокальной реакции.

При реакции со стороны тазовой брюшины наблюдались некоторые напряжения передней брюшной стенки и болезненность при пальпации живота. При туберкулезном эндометрите у некоторых больных в межменструальном периоде появлялись мажущиеся кровянистые выделения или увеличивалось слизистое отделяемое из половых путей. В этот период целесообразно производить посевы отделяемого на микобактерии туберкулеза и заражать морскую свинку. Явления, сопровождающие очаговую реакцию, продолжаются обычно от нескольких часов до 2 сут.

Из наблюдавшихся нами 325 больных туберкулезом половых органов, которым подкожно вводили туберкулин, очаговая реакция со стороны гениталий выявлена у (48,9%). Очаговые реакции возникали главным образом в первые 2 сут после введения препарата. В появлении общей и очаговой реакций не наблюдалось строгого параллелизма. Общая реакция могла быть положительной при отрицательной очаговой реакции и наоборот.

Особенно ценны результаты подкожного введения туберкулина с диагностической целью при поражении только придатков матки (без вовлечения в процесс матки), когда другие методы исследования не дают возможности установить диагноз генитального туберкулеза. Сказанное относится к генитальному туберкулезу в детском и юношеском возрасте.

Рис. 34, Гистеросальпингограмма больной Б. Расширение и удлинение цервикального канала, деформация полости матки.

Больная Б., 19 лет, поступила с жалобами на боли внизу живота, больше справа, слабость, недомогание, повышенную потливость. Боли внизу живота появились 2 года назад.

В детстве перенесла корь, в возрасте 11 лет — бронхаденит. Туберкулезные заболевания в семье и контакт с больными туберкулезом отрицает. Менструации с 16 лет, по 2—3 дня, через 30—28 дней, болезненные. Половой жизнью не живет.

Данные бимануального исследования: оволосение по женскому типу. Наружные половые органы развиты нормально. Девственная плева цела. При осмотре per rectum шейка матки субконическая, маленькая. Тело матки небольших размеров, в антефлексии, подвижное. В области левых придатков матки определяется образование туго-эластической консистенции размером 8X10 см. Левые придатки уплотнены, пальпируется утолщенная в спайках левая труба.

При исследовании органов дыхания, сердечно-сосудистой системы и желудочно-кишечного тракта отклонений от нормы не обнаружено. Общие анализы крови и мочи без особенностей. Реакция Манту положительная. Подкожное введение 50 ТЕ сопровождалось положительной очаговой реакцией со стороны гениталий: появление болезненности при осмотре, появление перифокальной реакции, увеличение слизистых выделений из половых путей. Посев менструальной крови на микобактерии туберкулеза отрицательный. На обзорном рентгеновском снимке брюшной полости кальцинаты не выявлены. На гистеросальпингограмме (рис. 34) истмико-цервикальный отдел удлинен и расширен, полость матки деформирована. Слева округ-лая тень флеболита. В маточные трубы контрастное вещество проникло.

Диагноз: двусторонний туберкулез придатков, подозрение на туберкулезный эндоцервицит и эндометрит. V А группа учета.

Начата антибактериальная терапия, которая проводилась в следующих сочетаниях: ГИНК + ПАСК, ГИНК + этионамид, ГИНК + этамбутол. В результате лечения через 1 1/2 года наступило полное рассасывание воспалительных изменений в придатках матки исчезли боли и слабость, повысилась работоспособность. Лечение и наблюдение продолжены.

Таким образом, в данном случае туберкулез половых органов был установлен на основании анамнеза, обнаружения воспалительного процесса в придатках матки у девушки, положительный туберкулиновой пробы (очаговая реакция) и данных гистеросальпингографии. Правильность поставленного диагноза подтверждена эффективностью антибактериальной терапии.

Механизм очаговых реакций на подкожное введение туберкулина у больных туберкулезом легких изучен Л. М. Моделем и Е. Ф, Сидельниковой (1947). Авторы установили, что в основе этого лежат нарушения местного тканевого водного обмена (отек ткани вследствие повышения проницаемости сосудов), местная и общая аноксемия тканей в результате недостаточного кровоснабжения воспалительно измененной легочной ткани. Решающее значение авторы придают влиянию туберкулина на центральную нервную систему, особенно на вегетативные центры и эндокринную систему.

Однако в литературе встречаются и отрицательные мнения относительно диагностической ценности туберкулиновых реакций при туберкулезе гениталий у женщин. По данным Kirchoff и Kjaubig (1964), туберкулиновые пробы не играют решающей роли в диагностике туберкулеза половых органов у женщин.

В исследованиях Д. Д. Асеева (1962), М. А. Клебанова (1962), А. Е. Рабухина (1963), Kuntz (1964) и др. отмечается, что на основании туберкулиновых реакций можно судить не только об этиологии туберкулезного процесса, но и об его активности. Этими авторами предложены критерии определения активности туберкулезного процесса, принятые в настоящее время в клинике общей фтизиатрии.

М. А. Клебанов (1962) полагал, что особые трудности в определении активности туберкулезного процесса встречаются при ограниченных формах заболевания, когда исходные показатели гемограммы и протеинограммы не выходят за пределы физиологических колебаний. В этих случаях особую ценность приобретает подкожное введение туберкулина. Далее автор отмечает, что в условиях антибактериальной терапии свежие формы туберкулеза сравнительно быстро теряют клинические признаки активности вследствие угасания специфического воспаления: исчезает интоксикация, рассасывается инфильтрация, процесс переходит в фазу затихания. При этом трудно бывает определить грань перехода активного туберкулеза в неактивный.

На основании собственных наблюдений (клинические данные, результаты лабораторных методов исследования и туберкулиновых реакций) мы попытались выработать критерии активности туберкулезного процесса в половых органах у больных генитальным туберкулезом (Е. Н. Ко-лачевская, 1970). К активному туберкулезному процессу относятся:

1) гистологически доказанные свежевыявленные туберкулезные эндометриты и сальпингоофориты;

2) случаи выделения микобактерий путем посевов или заражения морской свинки (менструальная кровь, отделяемое половых путей в межменструальном периоде, соскобы с эндометрия);

3) наличие очаговой реакции в половых органах, возникшей в ответ на подкожное введение туберкулина;

4) выраженная туберкулезная интоксикация (усталость, слабость, озноб, ночной пот, субфебрильная температура, лейкоцитоз, повышенная СОЭ, лимфопения, увеличение количества палочкоядерных нейтрофилов);

5) увеличенные в размерах придатки матки нередко с зоной перифокального воспаления.

Туберкулезный процесс в половых органах мы расценивали как неактивный при рубцово-спаечных изменениях в гениталиях, отсутствии микобактерий в материале соскоба и в менструальной крови, а также отсутствии очаговой реакции со стороны половых органов в ответ на подкожное введение туберкулина. Туберкулезная этиология заболевания половых органов в подобных случаях устанавливалась на основании данных анамнеза, клиники и гистеросальпингографии. Таким образом, особенности рентгенологической картины матки и маточных труб позволили выяснить этиологию, но не активность, специфического процесса.

Распределив 380 больных туберкулезом половых органов на две группы по указанным выше признакам активности процесса, мы провели сравнительный анализ туберкулиновых реакций по каждой группе в отдельности с целью выяснить, насколько точно туберкулиновые пробы отражают степень активности туберкулезного процесса.

У 271 больной туберкулезный процесс в половых органах был отнесен нами к активному (1-я группа), у 109 — к неактивному (2-я группа). У 85 из 380 женщин вопрос об активности туберкулезных изменений в половых органах оставался вначале неясным, и только длительное наблюдение и лечение (в течение 4—6 мес) дали возможность установить истинный характер воспалительного процесса.

При сопоставлении результатов градуированной реакции Пирке выяснилось, что положительные и резко положительные реакции несколько чаще наблюдались у больных 1-й группы (43,9%), чем у больных 2-й (38,4%), Сравнение качественных показателей реакции Пирке показало, что образование папулы на все 4 раз- ведения туберкулина развивалось одинаково часто у больных обеих групп. В 1-й группе женщин несколько чаще имела место реакция на 3 разведения туберкулина, а также реакция, сопровождающаяся лимфангитом, возникновением везикулы и некроза.

На основании этих исследований был сделан вывод, что реакция Пирке не отражает степени активности туберкулезного процесса. Наши результаты совпадают с данными Д.

Д. Асеева и соавторов (1960), которые, проанализировав показатели реакции Пирке у больных активным и неактивным туберкулезом легких и других органов, отметили одинаковую частоту возникновения резко положительной реакции Пирке у больных как с активным, так и с неактивным туберкулезным процессом.

Эти же авторы, проведя анализ результатов туберкулиновой пробы Пирке у больных, излеченных от туберкулеза, а также у лиц с активным туберкулезным процессом, не обнаружили у последних более выраженных туберкулиновых реакций (реакция Пирке), чем у больных с излеченным туберкулезом. При рассмотрении данных реакции Манту в обеих группах больных (активный и неактивный туберкулез) мы также не смогли выявить существенных различий.

В литературе опубликован ряд сообщений (Д. Д. Асеев 1960;

Л. М. Яновская, 1960;

А. Е. Рабухин, 1963, и др.) о том, что в результате антибактериальной терапии снижается чувствительность организма к туберкулину. Эти наблюдения подтверждаются и нашими данными. Небольшие различия в показателях реакции Пирке и Манту у больных с активной и неактивной формой гениталыюго туберкулеза, по нашему мнению, можно объяснить тем, что около 70% больных до поступления в Институт туберкулеза получали длительное противовоспалительное лечение (в том числе стрептомицином) в связи с экстрагенитальным туберкулезом. Все это не могло не отразиться на изменении чувствительности организма к туберкулину.

Результаты общих реакций в ответ на подкожное введение туберкулина у больных с учетом активности процесса приведены в табл. 3.

Таблица Общая реакция на подкожное введение туберкулина у больных генитальным туберкулезом в зависимости от степени активности процесса Туберкулезный процесс Число больных всего с положительной общей с отрицательной общей реакцией реакцией Активный 216 175(81%) 41(19%) Неактивный 109 12(11,1%) 97(88,9%) Итого... 325 187(57,5%) 138(42,5%) Из табл. 3 видно, что положительная общая реакция наблюдалась в основном у больных 1-й группы. Однако эта реакция имела место и у женщин 2-й группы с посттуберкулезными изменениями в гениталиях.

Положительную общую реакцию в ответ на подкожное введение туберкулина у больных с неактивным процессом мы склонны объяснять наличием значительных изменений после перенесенного туберкулеза в легких и половых органах. Клиническое течение заболевании и данные обследования позволили отнести воспалительный процесс в половых органах у этих больных к неактивному. Наблюдая за этими женщинами в течение 3—7 лет, мы не отметили обострений заболевания в половых органах. В связи с этим мы полностью согласны с мнением М. С. Беленького и А. М. Брандиса (1971), что общая реакция не всегда может служить критерием активности туберкулезного процесса.

Очаговая реакция в половых органах на подкожное введение туберкулина выявлена нами у 159, что составило 73,5% ко всем больным с активным туберкулезом.

Следует подчеркнуть, что из указанных 159 больных у 14 изменения во внутренних половых органах носили лишь рубцово-спаечный характер, и клинически процесс расценивался как посттуберкулезный. Подкожная туберкулиновая проба помогла установить наличие активных специфических изменений в пораженном органе и, следовательно, необходимость продолжить антибактериальное лечение. Отсюда следует, что прежде чем переводить больных в неактивную группу диспансерного учета (VB), необходимо проверить у них активность туберкулезного процесса, а не ограничиваться только клиническими данными и результатами гинекологического осмотра.

Итак, туберкулиновые пробы как один из методов диагностики туберкулеза гениталий у женщин имеют большое значение в клинике. Кожная проба Пирке и внутри кожная Манту позволяют судить главным образом об инфицированности туберкулезом.

Предпочтение надо отдать пробе Манту. Характер туберкулезного процесса отражает подкожная туберкулиновая проба, при которой положительная общая реакция наблюдается чаще у больных с активным туберкулезным процессом. Однако положительная общая реакция может быть при наличии туберкулезного очага любой локализации. В таких случаях большую диагностическую ценность приобретает очаговая реакция в пораженном органе, которая, являясь строго специфичной, дает возможность выявить туберкулезный очаг и одновременно судить о его активности. Очаговой реакции принадлежит важная роль в туберкулинодиагностике туберкулеза гениталий у женщин.

ДИФФЕРЕНЦИАЛЬНАЯ ДИАГНОСТИКА ЗАБОЛЕВАНИЙ ЖЕНСКИХ ПОЛОВЫХ ОРГАНОВ ТУБЕРКУЛЕЗНОЙ И НЕСПЕЦИФИЧЕСКОЙ ЭТИОЛОГИИ Дифференциальная диагностика туберкулеза женских половых органов с воспалительными заболеваниями гениталий у женщин неспецифической этиологии часто вызывает большие трудности. Даже при удалении органа не всегда макроскопически без гистологического исследования удается диагностировать туберкулезное их поражение.

Так, из 28 больных, наблюдавшихся Д. М. Во-лох, В. X. Ширай (1968), во время операции диагноз туберкулеза гениталий макроскопически установлен у 20, а у остальных 8 — только при гистологическом исследовании удаленных органов.

Диагностические трудности возникают вследствие того, что клиническое течение болезни, а также данные бимануального исследования при туберкулезе женских половых органов могут быть аналогичны воспалительным заболеваниям гениталий другой этиологии. Glatthaar назвал туберкулез гениталий у женщин «хамелеоном» среди гинекологических заболеваний (цит. по Finke, 1954).

Туберкулез половых органов у женщин, по данным Р. И. Малыхиной (1958), Т. В.

Борима (1964), М. С. Ер-миной (1964), Е. Н. Колачевской (1969), Aburel и Petre-skov (1970) и др., чаще всего приходится дифференцировать от неспецифических воспалительных заболеваний придатков матки. По наблюдениям Е. И. Крамаренко (1966), из 514 больных, оперированных по поводу гнойного поражения придатков матки, у 28 при гистологическом исследовании удаленных органов было обнаружено туберкулезное их поражение. Характерно, что ни у одной женщины до операции диагноз туберкулеза поставлен не был. Эти данные еще раз свидетельствуют о трудностях дифференциальной диагностики при этом заболевании.

Результаты обследования наблюдаемых нами больных подтверждают, что наиболее трудно распознавание этиологии воспалительного процесса при локализации его в придатках матки, при отсутствии в анамнезе указаний на перенесенный в прошлом туберкулез, а также у девушек, возможность обследования половых органов которых ограничена. Из 380 наблюдавшихся нами больных туберкулезом половых органов (69,4%) до поступления в институт лечились по поводу неспецифического воспалительного процесса придатков матки от 1 года до 20 лет.

Нами было обследовано 606 больных, направленных в Институт туберкулеза с диагнозом туберкулеза половых органов. У 380 из них (1-я группа) была подтверждена туберкулезная этиология заболевания (см. главы I, II и III), у 226 (2-я группа) она была отвергнута.

С целью разработки критериев диагностики туберкулеза женских половых органов нами проведено сравнение результатов обследования больных этих двух групп, т. е.

страдающих туберкулезом гениталий (1-я группа) и у лиц с заболеваниями этих органов неспецифического характера (2-я группа).

Как в 1-й, так и во 2-й группе преобладали больные в возрасте 20—40 лет.

Заболевания туберкулезной этиологии в прошлом (туберкулезный перитонит, туберкулез легких, периферических лимфатических узлов, плеврит I и т. д.) отмечались значительно чаще у больных 1-й группы (75,5%), однако они иногда имели место также и у женщин с заболеваниями половых органов нетуберкулезной этиологии (35,8%).

Таким образом, данные анамнеза не имеют решающего значения в диагностике генитального туберкулеза, однако их следует учитывать при дифференциальной диагностике заболеваний женских половых органов специфической и неспецифической этиологии. В то же время нельзя относить заболевания гениталий к туберкулезной этиологии, основываясь только на сведениях о перенесенном ранее экстрагенитальном туберкулезе.

До поступления в институт 119 женщин 2-й группы длительно лечились по поводу неспецифического воспаления придатков матки, 32 женщины — по поводу бесплодия.

Все эти женщины были госпитализированы с подозрением на туберкулез половых органов в связи с неэффективностью проводимой ранее противовоспалительной терапии.

Среди них были 3 девушки, страдавшие воспалительным процессом придатков матки. У одной больной (из 226) диагноз генитального туберкулеза был поставлен при пробной лапаротомии, произведенной по поводу частичной кишечной непроходимости. На брюшине обнаружены туберкулезные бугорки. Гистологического исследования не проводилось. Диагностированный позднее воспалительный процесс в придатках рассматривался как туберкулезный. В результате обследования в институте туберкулез придатков подтвержден не был. Одна больная из этой группы была направлена для обследования, так как у сестры больной, оперированной по поводу фибромиомы, при гистологическом исследовании удаленного органа диагностирован туберкулезный метроэндометрит. Шесть больных из 226 были направлены Институтом экспериментальной эндокринологии и химии гормонов, где они лечились по поводу нарушения менструального цикла и бесплодия. В связи с неэффективностью гормональной терапии у них был заподозрен туберкулез гениталий.

Из 226 больных 64 поступили в Институт туберкулеза с установленным ранее диагнозом туберкулеза придатков матки. Основанием для такого диагноза послужили перенесенный ранее экстр агенитальный туберкулез, наличие воспалительных изменений в придатках матки, положительная реакция Пирке. Всем больным проводилась антибактериальная терапия в течение 3 мес — 2 лет.

В результате обследования у всех 226 больных (2-я группа) диагностированы различные гинекологические заболевания нетуберкулезной этиологии: у 95 — неспеци фический воспалительный процесс в половых органах (26 из них в дальнейшем были оперированы, диагноз подтвержден), у 31—кисты яичников, в том числе у эндометриоидного характера (все больные оперированы, диагноз подтвержден), у — различные эндокринные нарушения и связанное с этим бесплодие;

у 18 — фибромиома матки (у 2 фибромиома сочеталась с односторонним воспалением придатков, у 4— с кистой яичника и у 2 — с эндометриозом ретроцервикальной клетчатки;

15 из этих 18 больных оперированы, диагноз подтвержден), у 3 — внутренний эндометриоз (диагноз подтвержден при операции), у 19 — полипоз эндометрия, у 11 — кистозная дегенерация яичников (4 больные оперированы, диагноз подтвержден), у 3 — рак яичников (у всех диагноз подтвержден при операции);

у 4 — эндометриоз ретроцервикальной клетчатки, у одной — старая внематочная беременность, прервавшаяся по типу трубного аборта (диагноз подтвержден во время операции), у одной — неполный выкидыш. Другие 13 больных страдали различным экстрагенитальными заболеваниями (язвенный проктит, спастический колит, калькулезный пиелонефрит и др.).

Таким образом, у 13 женщин 2-й группы вообще не оказалось гинекологических заболеваний.

Клиническая картина. Как уже было отмечено, те формы заболевания половых органов у женщин, от которых приходится дифференцировать туберкулез, особенно воспалительные заболевания внутренних половых органов неспецифической этиологии, по симптоматике мало отличаются от воспаления туберкулезной этиологии.

Начало заболевания у больных как 1-й, так и 2-й группы было обычно постепенным, малосимптомным. Заболевания, имеющие в своей основе гормональные нарушения, как правило, проявлялись в момент становления менструаций. Миомы и кисты яичников чаще выявлялись случайно при гинекологическом осмотре.

Такие симптомы, как боли внизу живота и пояснице, нерегулярные менструации, бесплодие, наблюдались как при туберкулезном процессе в половых органах, так и при неспецифических воспалительных заболеваниях.

Необходимо отметить, что у больных 1-й группы несколько чаще наблюдались субфебрильная температура, слабость, пот (симптомы туберкулезной интоксикации), первичное бесплодие, нарушение менструального цикла, боли внизу живота и в пояснице. Боли при генитальном туберкулезе обусловлены главным образом наличием обширных плоскостных сращений между органами малого таза и чаще всего носят постоянный характер, усиливаясь перед менструацией и во время ее, в отличие от эндометриоза (как внутреннего, так и внешнего), при котором боли обычно отмечаются только во время менструации.

У большинства больных 2-й группы детородная функция оставалась нормальной.

Вторичная аменорея не встретилась ни разу. Первичная аменорея и гипертрихоз У этих больных связаны с нарушением гормональной Функции яичников. Маточными кровотечениями страдали 7 женщин, впоследствии оперированные по поводу симптомной миомы (у 5 подтвержден диагноз фибромиомы, у 2 — внутреннего эндометриоза).

При сравнении данных гинекологического исследования больных с туберкулезным и нетуберкулезным поражением половых органов обращал на себя внимание значительный спаечный процесс в малом тазе у больных 1-й группы. Это можно было объяснить вовлечением в воспалительный процесс брюшины (у 70,8% больных). У женщин 2-й группы подобные изменения обнаруживались гораздо реже (20,8%) и главным образом при гнойных, часто обостряющихся воспалительных процессах в придатках матки.

Нами, как и многими другими авторами, отмечено, что при туберкулезе значительные анатомические изменения во внутренних половых органах могут почти не сопровождаться болевым синдромом. В группе же больных с неспецифической воспалительной этиологией заболевания большие анатомические изменения со стороны внутренних половых органов, как правило, сочетаются с выраженными болевыми и температурными реакциями. У больных 2-й группы, так же как 1-й, чаще наблюдалось хроническое течение болезни.

Таким образом, несмотря на то что в клиническом течении генитального туберкулеза и неспецифических воспалительных процессов имеются некоторые различия, в симптоматологии этих заболеваний очень много общих черт. В поликлинических условиях врач-гинеколог может лишь заподозрить туберкулез гениталий, основываясь на совокупности анамнестических, клинических и пальпаторных данных. Для уточнения диагноза больную необходимо направить в стационар для детального обследования. При дифференциальной диагностике специфических и неспецифических воспалительных заболеваний половых органов в первую очередь следует применить рентгенологические методы исследования.

В клинике Московского научно-исследовательского института туберкулеза производят гистеросальпингогра-фию в поликлинических условиях. Это дает возможность более обоснованно направлять на стационарное обследование больных с подозрением на туберкулез гениталий. В стационаре же осуществляют диагностические выскабливания, бактериологические исследования, подкожные туберкулиновые пробы и т. д.

Рентгенологические методы исследования. При сопоставлении результатов рентгенологического исследования легких у больных 1-й и 2-й групп установлено, что у 135 женщин 1-й и у 64 женщин 2-й группы на рентгенограммах наблюдались следы перенесенного в прошлом туберкулеза или плеврита (кальцинированные плотные очаги в легочной ткани или тень уплотненной междолевой плевры). У 7 больных 1-й группы диагностирован очаговый туберкулез легких. Из 64 больных 2-й группы у одной обнаружены в легких очаги средней интенсивности, на основании чего фтизиатрами диагностирован очаговый туберкулез легких в фазе неполного уплотнения.

Такая относительная частота перенесенного туберкулеза в прошлом у больных 2-й группы вполне объяснима, ибо все эти женщины были направлены лечащими врачами в Институт туберкулеза с подозрением на туберкулез гениталий, причем основанием для этого чаще всего служили анамнестические данные (перенесенный экстрагенитальный туберкулез).

Ввиду того что последствия перенесенного ранее туберкулеза легких или плеврита имелись у больных обеих групп, по-видимому, можно сделать вывод, что воспалительные заболевания половых органов не следует относить к туберкулезной этиологии, основываясь только на этих данных.

У 67 больных 2-й группы имелись жалобы на нарушения со стороны желудочно кишечного тракта. В результате рентгенологического обследования у 7 больных был установлен гастрит, у 16 — спастический колит, у одной— язвенная -болезнь двенадцатиперстной кишки и у 2—спаечный процесс в брюшной полости после перенесенного туберкулезного перитонита. У остальных больных органических изменений желудочно-кишечного тракта не обнаружено. Кроме того, 8 больным из дополнительно была сделана ректороманоскопия, в результате которой у 3 женщин установлен диагноз неспецифического язвенного проктита. Итак, у 28 женщин 2-й группы были обнаружены изменения со стороны желудочно-кишечного тракта, из них у 8 заболеваний внутренних половых органов не диагностировано. Таким образом, при подозрении на туберкулез половых органов у. женщин в общий комплекс обследования необходимо включать и рентгенологическое исследование желудочно-кишечного тракта, заболевания которого могут симулировать воспалительный процесс в гениталиях.

Обзорные рентгеновские снимки малого таза произведены всем 226 больным 2-й группы.

Перед таким исследованием необходимо выяснить, производили ли им раньше гистеросальпиигографию и каким контрастным веществом.

Рис. 35. Кальцинированная фибромиома матки. Диагноз подтвержден при операции.

Рис. 36. Обзорный рентгеновский снимок малого таза.

Тень в виде зубов обусловлена дермоидной кистой яичника. Внизу видны округлые гомогенные тени за счет флеболитов.

Иногда «олеомы», возникшие в результате использования масляных контрастных растворов, ошибочно принимают за казеозные очаги. Такие «олеомы» мы наблюдали у больных туберкулезом гениталий и у 19 больных с 'неспецифическими воспалительными процессами половых органов.

Ю. М. Воронцов (1961), Toth и соавторы (1968) указывают, что при обнаружении теней на обзорном рентгеновском снимке малого таза необходимо помнить об иногда встречающихся нитрифицированных субсерозных фиброматозных узлах (рис. 35). При наличии дермоидной кисты яичника на обзорных рентгеновских снимках малого таза видны тени в виде зубов (рис. 36). У 24 больных (11 больных 1-й и 13 больных 2-й группы) на рентгенологических снимках определялись округлые гомогенные тени, располагающиеся ближе к костям таза (флебиты). Флеболиты являются проявлением неспецифического периваскулярного процесса (см. рис. 36).

Гистеросальпингография была сделана всем 226 больным 2-й группы, Неровность контуров слизистой оболочки матки, характерная для гиперплазии эндометрия, наблюдались у 11 больных.

Деформации и дефекты наполнения полости матки наблюдались у 15 больных 2-й группы, у 10 больных это было обусловлено подслизистой миомой матки (рис.38). У больных имелся порок развития матки и у 3 —полипоз эндометрия (рис. 37). Ни у одной больной 2-й группы мы не наблюдали внутриматочных синехий.

М. М. Абрамова (1959), Я. Маршалек и Л. Женишек (1963) указывают, что при эндометриозе матки также могут наблюдаться «неровности» контуров полости матки, однако они находятся за контурной линией полости матки и глубоко внедряются в ее стенку.

Ю. М. Воронцов (1961) и М. М. Абрамова (1963) описали деформацию полости матки в результате спаек и сращений после родов и абортов у женщин, у которых производилось интенсивное выскабливание слизистой оболочки матки с повреждением мышечного слоя. В таких случаях правильной диагностике заболевания помогают данные анамнеза.

Рис. 37. Полипоз эндометрия и цервикального канала.

Рис. 38. Субмукозная миома матки. В центре полости матки дефект наполнения неправильной формы.

При гистеросальпингографии у больных 2-й группы значительно чаще наблюдалась проходимость маточных труб (у 98 больных —обеих труб и у 16 —одной трубы).

При туберкулезе половых органов маточные трубы оказались проходимыми только у 3 больных. У больных 1-й и 2-й группы маточные трубы чаще всего были непроходимыми в ампулярных отделах. Следует отметить, что из 98 больных 2-й группы с проходимыми маточными трубами 37 женщин страдали первичным или вторичным бесплодием.

Сегментированных маточных труб, а также труб с дивертикул оподобным и контурами у больных 2-й группы не обнаружено. Подобные изменения характерны для туберкулеза, как и ригидные трубы, которые у женщин 2-й группы встретились только дважды. Jedberg (1950) указывал, что из обследованных им больных, у которых туберкулезная этиология заболевания половых органов была отвергнута, ригидные маточные трубы на гистеросальпингограммах наблюдались у 6 % женщин, в то время как при туберкулезе— у 93%.

Выраженное расширение маточных труб в ампуляр-ных отделах мы встретили лишь у 9 женщин с туберкулезом гениталий. Гораздо чаще подобные изменения наблюдались у больных с неспецифическими сальпингоофоритами.

Ю. М. Воронцов (1961), М. М. Абрамова (1963), Я. Маршалек, Л. Женишек (1963), Jedberg (1950) отмечали, что выраженное расширение маточных труб в ампулярных отделах и относительно гладкие контуры труб типичны для гонорейной и септической инфекции. Перистальтика в маточных трубах, не пораженных туберкулезом, сохраняется, поэтому контрастное вещество может переходить в их ампулярный отдел, и тогда на рентгеновских снимках видны ретортообразно расширенные маточные трубы. Если ампулярные концы маточных труб остаются частично проходимыми, а вокруг них имеются перетубарные спайки, то часть контрастного вещества может заполнять перетубарные полости и иметь вид различной формы теней (рис. 39). На рис. 39 видно, что истмико-цервикальный отдел матки не выражен, полость матки не изменена.

Контрастное вещество заполнило обе маточные трубы вплоть до ампулярных отделов.

Ампулярные отделы расширены, слева имеется сактосальпинкс. Часть контрастного вещества излилась в перитубарные полости.

Рис. 39. Гистеросальпингограмма. Неспецифический сальпингит.

Проникновение контрастного вещества при гистеро-сальпингографии в сосуды малого таза мы наблюдали только у 2 больных 2-й группы. Позднее одна из них была оперирована (удаление гидросальпинкса с одной стороны). При гистологическом исследовании препарата туберкулезного процесса не обнаружено. В 1-й группе интравазация возникла у 24 больных. Полученные данные свидетельствуют о том, что интравазацию можно считать не осложнением, а одним из косвенных признаков туберкулеза половых органов.

Методика гистеросальпингографии технически очень проста, однако для того, чтобы правильно расшифровать полученные снимки, необходимо хорошо знать клинические проявления ее заболевания и данные гинекологического осмотра. Вот почему гистеросальпингографию должен выполнять и описывать снимки лечащий врач гинеколог или гинеколог-рентгенолог, но ни в коем случае не общий рентгенолог.

Таким образом, на основании собственного опыта мы считаем гистеросальпингографию ведущим методом диагностики туберкулеза женских половых органов.

Данные лабораторных методов исследования. Изменения крови у больных туберкулезом половых органов и у лиц с неспецифическим воспалительным процессом не были характерными.

При сравнении данных гистологического исследования соскобов эндометрия у больных обеих групп отмечено, что явления хронического неопецифического эндометрита чаще наблюдались у больных 2-й группы. У 10 больных 1-й группы ткань эндометрия в соскобе отсутствовала. Это явилось следствием перенесенного ранее туберкулезного эндометрита. Только у одной больной 2-й груп-. пы в соскобе не получено ткани эндометрия, что объяснялось выраженной гипоэстрогенией.

Посевы на ВК и заражение морской свинки менструальной кровью и соскобами эндометрия были отрицательными во 2-й группе.

Впоследствии 83 больным 2-й группы были произведены различные операции на внутренних половых органах в различных медицинских учреждениях. При этом ни у одной из них туберкулезных изменений не обнаружено.

Таким образом, у больных 2-й группы туберкулезная этиология заболевания была отвергнута с помощью лабораторных методов исследования.

Туберкулинодиагностика. Для выяснения роли туберкулиновых реакций в дифференциальной диагностике туберкулеза гениталий и других воспалительных заболеваний женских половых органов мы сравнивали результаты этих реакций у больных 1-й (туберкулез половых органов) и 2-й (неспецифические воспалительные заболевания гениталий) группы. Выше указывалось, что не у всех больных 2-й группы не было проявлений туберкулезной инфекции, хотя туберкулез гениталий в процессе обследования был отвергнут. У 81 (35,8%) больной имелись указания в анамнезе на перенесенный экстрагенитальный туберкулез. Это не могло не отразиться на чувствительности больных 2-й группы к введению туберкулина.

Сравнивая результаты кожной и внутрикожной туберкулиновых проб у больных 1-й и 2-й группы, мы не выявили существенных различий, которые помогли бы клиницисту в дифференциальной диагностике. Это обстоятельство не вызывает удивления, так как, по данным большинства фтизиатров, положительные и даже резко положительные реакции Пирке и Манту указывают лишь на инфицированность туберкулезом и не могут являться показателями заболеваемости. Даже реакции, сопровождающиеся лимфангитом и некрозом, нередко являются выражением гиперергической реакции организма в результате воздействия неспецифических факторов (Д. Д. Асеев и др., 1966).

Р. И. Малыхина (1958) использовала туберкулиновую пробу Манту у 583 больных с различными гинекологическими заболеваниями. У 484 женщин реакция оказалась положительной, однако туберкулез гениталий диагностирован только у 114. Отсюда автор делает вывод, что дифференциально-диагностическое значение реакции Манту при туберкулезе гениталий не имеет существенного практического значения.

Итак, реакции Пирке и Манту указывают только на инфицированность организма туберкулезом. Судить же о заболеваемости по результатам этих реакций не представляется возможным. Однако это не означает, что врачи должны полностью отказаться от них. На основании собственного опыта мы пришли к выводу, что реакция Манту имеет большее значение по сравнению с реакцией Пирке. Результаты реакции Манту в известной степени могут ориентировать врача в отношении дальнейшей тактики. Например, при отсутствии экстрагениталь-ного туберкулеза в прошлом и настоящем и при наличии резко положительной реакции Манту у женщины, страдающей первичным бесплодием и воспалительным процессом в гениталиях неясной этиологии, есть все основания заподозрить туберкулезную этиологию патологического процесса и направить больную для соответствующего обследования в стационар. При отрицательной и сомнительной реакциях Манту можно взять исходную дозу туберкулина для подкожного введения препарата в дозе 50 ТЕ;

при резко положительной реакции Манту первоначальная доза туберкулина для подкожного введения не должна превышать 20 ТЕ.

Подкожно туберкулин вводили всем больным 2-й группы. Положительная общая реакция отмечена у 6 больных (2,6%). В 1-й группе положительная реакция Коха была у 57,5% женщин. Две из 6 пациенток 2-й группы перенесли в прошлом бронхаденит, у одной в прошлом был туберкулез легких и в корне правого легкого были обнаружены петрификаты. Таким образом, общая реакция на подкожное введение туберкулина была, по-видимому, обусловлена посттуберкулезными изменениями других органов. У остальных больных 2-й группы (из 6) также был отвергнут туберкулез половых органов, несмотря на положительную общую реакцию на туберкулин и отсутствие соответствующих указаний в анамнезе..

В связи с этим большой интерес представляет сообщение Д. Д. Асеева и соавторов (1966), которые пришли (на основании собственных наблюдений) к выводу, что у лиц, инфицированных туберкулезом и страдающих заболеваниями другой этиологии, гиперергические реакции на туберкулин носят, по-видимому, следовой характер и обусловлены высокой общей реактивностью организма, которая усиливает специфическую.

Очаговая реакция со стороны внутренних половых органов в ответ на подкожное введение туберкулина возникала только у больных 1-й группы с активным специфическим процессом. Это указывает на большую ценность очаговой реакции при дифференциации туберкулеза от неспецифических процессов в половых органах. С помощью этой реакции можно проводить топическую диагностику туберкулезного процесса и одновременно судить о его активности. Для того чтобы правильно оценить изменения в половых органах, возникшие в ответ на подкожное введение туберкулина, больную до проведения пробы и через 24 и 48 ч после ее окончания должен обследовать один и тот же врач, который наиболее точно может сравнивать результаты гинекологических осмотров и, таким образом, подтвердить или отвергнуть появление очаговой реакции.

Первоначальную дозу туберкулина при подкожном введении препарата следует выбирать индивидуально в зависимости от цели предстоящего обследования. Для больных, которым туберкулин вводят с диагностической целью и которые раньше не принимали антибактериальных препаратов, начальная доза препарата должна составлять 20 ТЕ. При введении туберкулина для определения активности процесса (диагноз туберкулеза гениталий установлен ранее, после чего длительно проводилась специфическая терапия) исходная доза может быть 50 и даже 100 ТЕ.

Диагностика генитального туберкулеза ex juvantibus. В тех случаях, когда по результатам всестороннего исследования не представлялось возможным установить диагноз туберкулеза половых органов, мы широко использовали" как диагностический признак оценку результатов специфической антибактериальной терапии (ПАСК в сочетании с ГИНК сроком не меньше 3—4 мес). Стрептомицин в таких случаях не применяли, так как этот препарат оказывает действие не только на микобактерии туберкулеза, но и на другие виды микроорганизмов, чувствительных к этому антибиотику. Такой же тактики придерживались Ю. М. Воронцов (1961), С. В.

Нещеретова (1963), Т. В. Борима (1964) для отличий туберкулеза половых органов от других гинекологических заболеваний, сопровождающихся сходной клинической картиной.

Из 380 наблюдавшихся нами больных туберкулезом половых органов у 31 диагноз был поставлен только после получения положительного эффекта от антибактериальной терапии. Характерно, что до этого остальные дифференциально-диагностические методы исследования не дали возможности установить туберкулезную этиологию заболевания.

У 17 больных 2-й группы, у которых в результате обследования были установлены различные заболевания половых органов неспецифической этиологии, полностью исключить туберкулез стало возможным только после пробного курса антибактериальной терапии, которая оказалась неэффективной. Произведенные впоследствии операции на придатках матки у 12 из этих больных подтвердили отсутствие генитального туберкулеза.

В тех случаях, когда, несмотря на всестороннее обследование больной, диагноз генитального туберкулеза вызывает сомнения, пробное антибактериальное лечение в течение 3—4 мес не дает положительного эффекта, а в области придатков матки определяются значительных размеров опухолевидные образования, показано производство чревосечения.

В заключение следует подчеркнуть, что трудности в диагностике туберкулеза женских половых органов в основном обусловлены тем, что заболевание почти не имеет характерных симптомов.

При подозрении на туберкулез гениталий обследованию подлежат в первую очередь женщины, страдающие хроническими, торпидно текущими воспалительными процессами в половых органах и первичным бесплодием, женщины с первичной и вторичной аменореей, не поддающейся гормональной терапии, девушки с воспалительным процессом в половых органах, перенесшие ранее туберкулез другой локализации.

Для правильной диагностики туберкулеза половых органов у женщин необходимо комплексное применение всех современных методов исследования — клинических, лабораторных, рентгенологических, а также постановка туберкулиновых реакций.

Начинать целесообразно с рентгенологического исследования легких и гистеросальпингографии. Ни один из этих методов в отдельности не является доминирующим.

Глава IV ЛЕЧЕНИЕ ТУБЕРКУЛЕЗА _ ОБЩИЕ ПРИНЦИПЫ ТЕРАПИИ ТУБЕРКУЛЕЗА Прежде чем остановиться на вопросах лечения туберкулеза женских половых органов, необходимо ознакомиться с современными принципами терапии туберкулеза как общего заболевания организма.

Противотуберкулезные мероприятия сочетают в себе различные методы лечения.

Главным из них является химиотерапия. Основное условие успеха при проведении химиотерапии — своевременное начало лечения. Рассасывание воспалительного очага в пораженных тканях наступает тем скорее, чем раньше было начато лечение.

Вторым важным условием является применение сочетанной (комбинированной) химиотерапии. Нельзя пользоваться одним антибактериальным препаратом, так как микобактерии туберкулеза быстро приобретают лекарственную резистентность. При одновременном применении нескольких химиопрепаратов возникает синергизм действия их на различные системы организма и патологические процессы в органах и тканях.

При проведении сочетанной химиотерапии повышается бактериостатическая активность крови (БАК) по сравнению с таковой при использовании одного препарата.

Химиопрепараты по-разному действуют на специфическую грануляционную ткань.

Например, стрептомицин стимулирует фибропластические процессы, а препараты группы ГИНК способствуют рассасыванию специфического очага при меньших склеротических изменениях в тканях. При одновременном использовании комплекса химиотерапевтических препаратов наступает более быстрое излечение, чем при применении какого-нибудь одного из них (А. Е. Рабухин, 1970).

Третьим необходимым условием химиотерапии туберкулеза является п р а в и л ь н а я д о з и р о в к а п р е п а р а т о в. Малые дозы препаратов не приводят к стойкому клиническому эффекту и, кроме того, способствуют развитию лекарственноустойчивых форм микобактерий туберкулеза.

Химиотерапия должна быть п р о д о л ж и т е л ь н о й и р е г у л я р н о й. При туберкулезе специфическое воспаление протекает торпидно (длительно).

Химиопрепараты оказывают на микобактерий туберкулеза преимущественно бактериостатическое действие и только при длительной химиотерапии — бактерицидное (Ф. В. Шебанов, 1962;

А. Е. Рабухин, 1970).

Химиотерапевтический эффект каждого антибактериального препарата выражен тем больше, чем выше максимальная концентрация их в крови и очагах поражения (С. С.

Каневская, 1970;

А. Е. Рабухин, 1970, и др.). Хи-миотерапевтические препараты в организме больного в результате ацетилирования и окисления подвергаются распаду (инактивации). Интенсивность этого процесса определяется конституциональными свойствами организма и не зависит от пола, возраста и особенностей основного заболевания, Различают сильные, средние и слабые инактиваторы. Способы исследования инактивации различны. В Институте туберкулеза Министерства здравоохранения РСФСР инактивацию тубазида определяют по методике Л. И.

Гребенника (1961, 1965). В 9 ч утра натощак больная принимает 0,45 г тубазида, после чего собирают суточную мочу. На следующее утро в 9 ч больная вновь принимает 0,45 г тубазида и опять собирают суточную мочу. Принадлежность к той или другой группе инактиваторов устанавливают на основании учета количества выделенного с мочой неизмененного препарата. Сильными инактиваторами считают лиц, если у них в суточной моче содержится менее. 10% принятой дозы препарата. У средних инактиваторов в суточной моче должно быть от 10 до 13% препарата и у слабых — более 13%. В последнее время многие авторы предлагают выделять только две группы инактиваторов — сильные и слабые;

средние инактиваторы относят к первым.

Прежде чем приступать к химиотерапии, необходимо установить, к какому типу инактиваторов принадлежит больной. Так, сильным инактиваторам рекомендуется проводить химиотерапию не меньше чем тремя.препаратами в максимальных дозировках. Только в этих случаях удается добиться создания достаточной концентрации препаратов в крови и очагах поражения.

Под влиянием химиопрепаратов развиваются лекарст-венноустойчивые штаммы микобактерий туберкулеза. По данным А. Е. Рабухина (1970), после приема более 50 г фтивазида у 63% больных туберкулезом легких об-. наруживаются в мокроте резистентные микобактерий туберкулеза. В таких случаях препарат следует заменить другим, к которому микобактерий обладают необходимой чувствительностью.

У больных туберкулезом женских половых органов очень редко удается выделить микобактерий туберкулеза из отделяемого половых путей. Решить вопрос о лекарственной устойчивости микроба чаще всего не представляется возможным.

Продолжительность введения одной комбинации препаратов и замена ее другой должны определяться степенью переносимости и клиническим эффектом. В среднем, по нашим наблюдениям, этот срок колеблется от 3 до 5 мес.

Туберкулостатические препараты I ряда. Основным туберкулостатическим препаратом является г и д р а з и д и з о н и к о т и н о в о й к и с л о т ы (ГИНК).

Синонимы: тубазид, изониазид, К этой группе препаратов относятся также фтивазид, метазид, ларусан, ИНХА-17, са-люзид и салюзид растворимый. Тубазид и фтивазид обладают как бактериостатическим, так и бактерицидным свойством. Они легко проникают в ткани, пораженные туберкулезом, и даже в некротические массы, достигая там высокого уровня концентрации (А. Е. Рабухин, 1970). Микобактерий туберкулеза высокочувствительны к этим препаратам. Лечение больных препаратами группы ГИНК желательно продолжать в течение всего периода активной терапии: Целесообразно комбинировать ГИНК с ПАСК, стрептомицином и препаратами II ряда. Форма выпуска — таблетки. Препараты вводят внутрь. Салюзид применяют также в 5—10% растворе внутримышечно. Внутривенно салюзид вводят из расчета 1—1,5 г иа вливание в сочетании с ПАСК, этионами-дом или стрептомицином. Тубазид можно вводить внутривенно в 2%| растворе в смеси с другими препаратами из расчета 10 мг препарата на 1 кг веса больного;

2—5% водный раствор изониозида служит для промывания полостей и свищей (Н. А. Шмелев, 1969).

Препараты группы ГИНК могут вызывать аллергические реакции (кожный зуд, дерматиты, сыпи, боль в суставах, периферические невриты). Иногда появляются головная боль, головокружение, бессонница, сердцебиение. Эти явления быстро исчезают лри уменьшении дозы вводимого препарата. Побочные реакции при лечении препаратами группы ГИНК могут быть устранены введением витаминов группы В (главным образом пиридоксина).

С т р е п т о м и ц и н - с у л ь ф а т — антибиотик широкого спектра действия.

Микобактерии туберкулеза высокочувствительны к стрептомицину, который оказывает на них как бактериостатическое, так и бактерицидное влияние. Стрептомицин не действует на внутриклеточно расположенные штаммы микробов, на микобактерии туберкулеза, находящиеся в казеозных очагах, где кислая среда подавляет окислительные процессы в организме, микрофлору кишечника, которая служит источником образования витаминов группы В (Н. А. Шмелев, 1969;

А. Е. Рабухин, 1970). Стрептомицин вызывает значительные склеротические изменения в тканях (Т. Д. Князева, 1956). Он особенно эффективен при острых и по-дострых воспалительных процессах с инфильтративными изменениями, При фиброзных и казеозных изменениях терапевтический эффект от введения стрептомицина низкий. Препарат вводят внутримышечно по 1 г 1 раз в сутки.

Побочные явления наблюдаются в 19,9% случаев, чаще всего в виде аллергических (дерматиты, стоматиты) и токсических (понижение слуха, вестибулярные расстройства) реакций. Стрептомицин противопоказан лицам, перенесшим неврит слухового нерва.

Антибиотик выводится почками, поэтому противопоказан при понижении их функции.

Дигидрострептомицин реже, чем стрептомицин, поражает вестибулярный аппарат, но чаще, оказывает ототоксическое действие. Пантотеновая кислота ослабляет токсико аллергические реакции, возникающие при стрептомицинотерапии. Для устранения побочных явлений этот препарат назначают вместе со стрептомицином по 50—100 мг раза в день внутрь. В настоящее время выпускают соединения стрептомицина с пантотеновой кислотой—дигидрострептомицин пантотенат. Хлоркальциевый комплекс стрептомицина можно применять для внутривенного капельного введения в лечебных смесях с другими противотуберкулезными препаратами. Стрептомицин обычно вводят с ГИНК, ПАСК и препаратами II ряда.

П а р а а м и н о с а л и ц и л а т н а т р и я (ПАСК). Производные ПАСК— беПАСК (кальциевая соль) и калиевая соль ПАСК. Оказывает относительно слабое туберкулостатическое действие. Применяется только в комбинации с ГИНК, стрептомицином, препаратами II ряда. Препарат вводят внутрь в таблетках (0,5 г) в три приема по 3—4 г после еды. Суточная доза для взрослого 10—15 г. В последнее время рекомендуют одноразовый прием всей суточной дозы. Для внутривенного введения применяют 3%' раствор ПАСК. Побочные реакции встречаются у 15,2% больных. Чаще всего отмечаются токсические явления со стороны желудочно-кишечного тракта (тошнота, метеоризм, рвота, понос), почек (гематурия, цилиндрурия, протеинурия), печени (желтуха). При выраженных патологических изменениях печени и почек препарат не назначают.

П а с о м и ц и н — парааминосалициловокислая соль дигидрострептомицина.

Состоит из 1 г (1000 000 ЕД) дигидрострептомицин-основания и 0,8 г ПАСК.

Применяется в тех случаях, когда показано одновременно введение в организм стрептомицина и ПАСК. Вводится внутримышечно и внутривенно в сочетании с другими противотуберкулезными препаратами. Суточная доза 1 г. Осложнения те же, что при приеме стрептомицина.

С т р е п т о с а л ю з и д — стрептомициновая соль салюзида. Соотношение компонентов салюзида и стрептомицина составила 1,13:1. Препарат активнее стрептомицина и салюзида, малотоксичен. Вводится внутримышечно и внутривенно.

Суточная доза для взрослого 0,5—2 г. Побочные явления те же, что и при приеме стрептомицина.

Туберкулостатические препараты II ряда. Эти лекарственные средства были открыты и внедрены в практику позднее, чем препараты I ряда. Многие из них (циклосерин, этионамид, рифампицин, этамбутол) по терапевтическому действию не уступают препаратам I ряда.

Ц и к л о с е р и н является и антибиотиком (образуется, в процессе жизнедеятельности различных видов стрептомицетов), и химиопрепаратом (получают синтетическим путем). Имеет широкий спектр антимикробного действия. Эффективен у больных со смешанной микробной флорой (специфической и неспецифической).

Выраженный эффект получен при лечении больных туберкулезом мочевой системы (Н.

К. Данилова, 1965). Устойчивые штаммы микробов обычно образуются через 3—4 мес лечения. Форма выпуска — таблетки по 0,25 г. Препарат применяют внутрь по 1 таблетке 2—3 раза в день. Одномоментный прием суточной дозы противопоказан. Побочные реакции наблюдаются у 19,6% больных (Д. Д. Асеев, С. Р. Лачинян, 1961). Чаще всего встречаются изменения со стороны центральной нервной системы (возбуждение, торможение, головная боль, головокружение, редко элилептиформные припадки). Лицам с неуравновешенной психикой препарат противопоказан. Для предупреждения нейротоксического действия циклосерин применяют одновременно с глутаминовой кислотой (0,5 г 4 раза в сутки) и витаминами группы В.

Т е р и в а л и д и н (теризидон)1 является гомологом циклосерина. В отличие от последнего значительно реже вызывает расстройства психики. Суточная доза составляет 0,75—1 г. Препарат назначают в 2—3 приема в сутки.

Э т и о н а м и д (трекатор, 13—14 Th) и п р о т и о н а м и д (тревинтикс, 13— Th) действуют на микобак-терии туберкулеза бактериостатически и бактерицидно. В кислой среде эти препараты более активны, чем в щелочной (в отличие от ПАСК и стрептомицина). Форма выпуска — таблетки по 0,25 г. Назначают внутрь. Суточная доза 0,5—0,75 г. Принимают в два —три приема после еды, запивая слабым раствором соляной кислоты. Хлоргидрат этионамида (водорастворимая соль этионамида) служит для внутривенного введения в комбинации с другими растворимыми туберкулостатиче скими средствами (тубазид, стрептомицин).

Побочные реакции, по данным Н. А. Шмелева (1969), наблюдаются в 52,6% случаев, по данным А. Е. Рабухина (1970) —в 26,2% случаев. Полная непереносимость отмечена в 12,6% случаев. Побочные реакции проявляются нарушениями со стороны желудочно-кишечного тракта, реже — печени. Для предотвращения побочных явлений назначают висмут (в таблетках по 0,5 г), никотинамид (0,1 г 3 раза в день), никотиновую кислоту (0,06—0,15 г в сутки).

Химиотерапия при туберкулезе легких. Методические указания.

Э т и о н а м и д можно применять в свечах. 0,5 г препарата в суппозитории по действию равноценны 0,25 г препарата в таблетках.

Э т о к с и д обладает узким спектром антимикробного действия. Назначают вместо ПАСК в комбинации с ГИНК и стрептомицином. Форма выпуска — таблетки по 0,5 г. Суточная доза 2—3 г. Принимают препарат пер-орально сразу после еды. Могут наблюдаться побочные реакции со стороны желудочно-кишечного тракта, реже — со стороны печени. Длительность лечения при хорошей переносимости препарата в среднем составляет 6 мес.

П и р а з и н а м и д сохраняет туберкулостатическую активность в кислой среде казеозного очага, поэтому рекомендуется при казеозных процессах. Является дополнительным препаратом подобно ПАСК. Применяется в комбинации с препаратами группы ГИНК, стрептомицином, канамицином, виомицином. Форма выпуска— таблетки по 0,25—0,3 г. Суточная доза 1,5—2 г. У 18,6% больных оказывает побочное действие на печень и желудочно-кишечный тракт. Полная непереносимость наблюдается в 10% случаев (А. Е. Рабухин). При появлении побочных реакций назначают витамин В12, метионин, липокаин, холин-хлорид. Устойчивость к препарату возникает медленно, поэтому лечение в комбинации с другими препаратами при хорошей переносимости можно проводить на протяжении 4—5 мес.

М о р ф а з и н а м и д (пиазолин)1 является гомологом пиразинамида. По сравнению с пиразинамидом обладает меньшей гепатоксичностью, реже вызывает диспеп-тические расстройства. Назначается в тех же дозах, что и пиразинамид.

Т и б о н в клинике туберкулеза не имеет самостоятельного значения. Его лечебная и токсическая дозы очень близки. Назначают для замены ПАСК в комбинации с ГИНК, стрептомицином. Форма выпуска — таблетки по 0,5 г. Суточная доза 0,1 г. Устойчивость к тибону микобактерий туберкулеза вырабатывается медленно. Препарат можно применять 6 мес и более. Побочные явления наблюдаются у 12,5% больных (Е. А.

Рабухин). Чаще всего встречаются нарушения со стороны желудочно-кишечного тракта, почек, реже — печени и костного мозга (анемия, лейкопения). Для предупреждения побочных реакций следует вводить антигистаминные средства.

1 Химиотерапия при туберкулезе легких. Методические указания.

Б и о м и ц и н (отечественный препарат флоримицин сульфат) — антибиотик широкого спектра действия. Основной путь введения внутримышечный. Суточная доза 1—2 г. А. Е. Рабухин предложил интермиттирующий курс лечения по 2 г 2 раза в неделю. При хорошей переносимости применяют в течение нескольких месяцев.

Осложнения те же, что и от стрептомицина. Оказывает выраженное токсическое действие на слуховой нерв (шум в ушах, понижение слуха, глухота). Для предупреждения побочных явлений назначают пантотенат кальция, витамины группы В и С.

К а н а м и ц и н — антибиотик широкого спектра действия. Вводят внутримышечно по 1 г в день или по 2 г 2 раза в неделю. Побочные реакции те же, что и при применении виомицина.

К а п р е о м и ц и н — антибиотик. Его комбинируют с ПАСК, ГИНК, циклосерином, рифампицином, этамбуто-лом (Hellstrom, Repo, 1970). Вводят внутримышечно по 1 г в сутки или через день. Осложнения те же, что и при введении стрептомицина.

Р и ф а м п и ц и н (синоним: рифадин) — антибиотик широкого спектра действия.

Наиболее эффективна комбинация рифампицина с тубазидом или этамбутолом. По своей активности рифампицин соответствует тубазиду (Nitti e. а., 1971). Выделяется в основном с желчью, поэтому представляет большую ценность при лечении туберкулеза мочевых органов, сопровождающегося снижением функции почек (Т. П. Мочалова, 1970), когда такие препараты, как ПАСК и стрептомицин, противопоказаны. Побочные действия проявляются в виде нарушений функции печени. Препарат рекомендуют принимать 1 раз в день натощак за 30 мин до еды. Суточная доза 600—900 мг.

Э т а м б у т о л (миамбутол). По активности приближается к ГИНК. Наиболее эффективна комбинации этамбутола с ГИНК, этионамидом и рифампицином. При применении препарата не отмечается побочных реакций со стороны желудочно кишечного тракта, печени, почек. Основное осложнение — понижение остроты зрения (в 6,3% случаев, по данным А. Е. Рабухима). Больных необходимо консультировать с окулистом до начала лечения и в процессе терапии каждые 10—14 дней. Форма выпуска — таблетки по 0,4 г. Суточная доза 0,8—1,2 г.

В табл. 4 представлены основные противотуберкулезные антибактериальные препараты, их разовые и суточные дозы.

Т а б л и ц а Антибактериальные препараты, применяемые для лечения туберкулеза Название препарата Разовая доза, г Суточная доза, г I ряд Препараты группы ГИНК:

тубазид 0,3—0,9 0,6—0, фтивазид 0,5—2 1,0— метазид 0,5—1,5 1,0—1, ларусан 0,3—0,9 0,9—1, ИНХА-17 0,3—0,9 0,9—0, салюзид 0,5—1,5 1,0 — 1, Стрептомицин и 0 5—1 0 5— дигпдроетрептомицин, хлоркальциевый комплекс стрептомицина ПАСК 4—15 8— Пасомицин 1 Стрептосалюзид 1 1— II ряд Циклосерин 0,25 0,5—0, Теривалидин 0,25 0,75— Этионамид (трекатор, Th) 0,25 0,5—0, Протионамид (тревинтикс, 0,25 0,75— 13—21 Th) Этоксид 0,5—2 2,0—3, Пиразинамид 0,5—1 1,5— Морфазинамид 0,5—1 1,5— Тибон 0,05—0,03 0, Биомицин и канамицин 0,5—1 1— Капреомицин 1 Рифампицин 0,45—0,6 0,6—0, Этамбутол 0,4—0,8 0,8—1, Ниже приведены наиболее эффективные комбинации противотуберкулезных препаратов.

ГИНК + стрептомицин (или его + ПАСК (при непереносимости заменители: канамицин, можно заменить на этоксид, виомицин, капреомицин, тибон, этионамид, флориомицин) пиразинамид, морфазинамид, протионамид) ГИНК + то же ГИНК + то же ГИНК + стрептомицин или его + этамбутол заменители ГИНК + этамбутол ГИНК + рнфампицин + этамбутол ГИНК + рифампицин + ПАСК (или препараты, которыми его заменяют) ГИНК + циклосерин (или + ПАСК (или препараты, теривалидин) которыми его заменяют) ГИНК + циклосерин (или теривалидин) Стрептомицин + ПАСК (или препараты, (или его которыми его заменяют) производные) Этамбутол + этионамид (или протионамид) Этамбутол + рифампицин Циклосерин + этионамид (или (или протионамид) теривалидин) Циклосерин + пиразинамид (или (или морфазинамид) теривалидин) Приведенные комбинации препаратов являются основными, однако возможно применение и других сочетаний. По мере синтеза новых туберкулостатиков расширяется и число возможных комбинаций.

Следующие сочетания противотуберкулезных препаратов являются нерациональными: ПАСК+пиразинамид, ПАСК + тибон, стрептомицин + БИОМИЦИН (или канами-цин, капреомицин), тибон + этоксид, циклосерин + стрептомицин.

Методы химиотерапии. При выборе рационального метода химиотерапии очень важно установить, впервые ли больному назначают туберкулостатические препараты или он уже получал эти лекарственные вещества в прошлом.

Как свидетельствует клинический опыт, оптимальные результаты лечения удается получить у больных, которым химиопреиараты назначают в связи с наличием активного процесса в гениталиях.

Бактериостатическое действие химиопрепаратов зависит от их концентрации не только в сыворотке крови больного, но и в очагах поражения (Н. М. Рудой, 1962;

Т. И.

Козулицина, 1964). При хронических процессах с выраженными фиброзными изменениями в тканях, когда имеет место выраженное нарушение процессов кровообращения и лимфообращения в очаге поражения, диффузия химиопрепаратов в ткани в значительной степени замедляется (Dettli, 1961). В пораженных тканях химиопрепараты находятся в более низких концентрациях, чем в сыворотке крови, а это снижает терапевтический эффект (В. И. Пузик, 1965).

По мнению Э. К. Маршалла (1951), наиболее выраженный клинический эффект достигается при резком повышении концентрации туберкулостатических препаратов в крови, чем при наличии относительно низких концентраций, которые отмечаются при дробном пероральном приеме препаратов. Эта закономерность подтверждается экспериментальными исследованиями Ю. Т. Трегубова (1969), Gangadharam и соавторов (1963), а также многочисленными клиническими наблюдениями.

Необходимо отметить, что «пик» концентрации химиопрепаратов в крови, наиболее высокий при внутривенном введении всей суточной дозы, оказывается вдвое ниже при одноразовом пероральном приеме и наиболее низким при трехкратном введении внутрь суточной дозы препаратов. Следовательно, в отношении создания более высокой концентрации препаратов в крови предпочтение следует отдать методу внутривенного введения. Высокая бактериостатическая активность крови способствует лучшему проникновению лекарственных веществ в ткани организма, в очаг поражения и, следовательно, приводит к более высокому терапевтическому эффекту. При одноразовом (внутрь и внутривенно) способе лечения реже развиваются побочные явления, медленнее образуется лекарственная устойч ивость у микобактерий туберкулеза к вводимым препаратам.

Обычно методикой кратковременных внутривенных вливаний пользуются в течение 2—3 ч ежедневно. Опыт клиники Института туберкулеза Министерства здравоохранения РСФСР (Р. М. Хачанов, 1970;

Н. К. Данилова и др., 1971;

Н. Я.

Батманов и др., 1971, и др.) подтверждает преимущество данного метода. Первый курс должен состоять не менее чем из 60—80 вливаний. Основным раствором для внутривенного вливания служит либо изотонический 3% раствор ПАСК либо 5% раствор глюкозы. Водный раствор ПАСК нестоек, поэтому в качестве стабилизатора используют перекристаллизованный ронгалит.

Этот метод разработан во Всесоюзном химико-фармацевтическом институте имени С. Орджоникидзе и утвержден Фармакологическим комитетом Министерства здравоохранения СССР.

Методика приготовления раствора следующая: 30 г кристаллического порошка ПАСК растворяют в 1 л свежеприготовленной апирогенной воды (3% раствор), затем добавляют 5 г перекристаллизованного ронгалита. Полученный раствор фильтруют и разливают во флаконы по 500 мл. Стерилизацию осуществляют текучим паром при 100°С в течение 30 мин.

Перед внутривенным вливанием растворы туберкуло-статиков следует подогреть до 18°. Применяют следующие смеси антибактериальных препаратов для внутривенного введения.

П р о п и с ь № 3% раствор ПАСК 500 мл (15 г) 2% раствор тубазида — 30—45 мл (0,6—0,9 г) или 5—10% раствор салюзида 20—10 мл Хлоркальциевый комплекс стрептомицина 500000—1000000 ЕД 5% раствор витамина В5 1 мл 5% » » С 1—2 мл П р о п и с ь № 5% раствор глюкозы 250—500 мл Этионамид 0,5—0,75 г 2% раствор тубазида 30—45 мл (0,6—0,9 г) Хлоркальциевый комплекс стрептомицина до 1 г 5% раствор витамина Вб 1 мл Инсулин 10 единиц 5% раствор бикарбоната натрия 3—4 мл П р о п и с ь № 3% раствор ПАСК 500 мл (15 г) 2% » тубазида 30—45 мл (0,6—0,9 г) 5% » витамина В6 1 мл 5% » » С 1—2 мл П р о п и с ь № 5% раствор глюкозы 250—500 мл Этионамид 0,5—0,75 г 2% раствор тубазида 30—45 мл (0,6—0,9 г) или 5% раствор салюзида 20 мл (1 г) Инсулин 10 единиц 5% раствор бикарбонатанатрия 3—4 мл В прописях № 3 и 4 отсутствует стрептомицин.

Этими прописями пользуются при выраженных склеротических изменениях в тканях, когда стрептомицин и его аналоги противопоказаны. Бикарбонат натрия добавляют в раствор для стабилизации показателя рН,так как этионамид, растворяясь в глюкозе, способствует сдвигу рН среды в кислую сторону.

Большинство специалистов в области химиотерапии считают наиболее целесообразным двухэтапное лечение. Оно заключается в том, что в течение первого периода применяют интенсивную химиотерапию (одноразовое ежедневное внутривенное введение или прием внутрь антибактериальных препаратов), при этом используют основное туберкулостатическое средство — изониазид в сочетании с другими препаратами, обладающими высокой бактериостатической активностью (стрептомицин, этамбутол, этионамид и т. д.). Общая продолжительность первого этапа химиотерапии впервые выявленных больных не установлена. В соответствии с рекомендациями она варьирует от 12 до 24 мес. Длительность ее зависит от особенностей патологического процесса, а также от характера остаточных изменений в пораженном органе к концу основного курса лечения.

Первый этап лечения —ежедневная антибактериальная терапия. Ее проводят больным, состоящим на учете по группе VA (характеристику отдельных групп диспансерного учета см. в главе V). На втором этапе (группа VB) рекомендуют проводить химиотерапию с помощью перорального одноразового приема препаратов прерывистым методом, т. е. через день или 2 раза в неделю, или 3 дня подряд с 2 дневным перерывом и т д. (А. Е. Рабухин, 1970;

Zierski, 1971;

Eule е а., и соавт., 1972, и др.). К этой методике лечения переходят только после затихания воспалительного процесса, значительного рассасывания очагов в пораженном органе, когда необходимо закрепить достигнутый терапевтический эффект и предупредить возможность обострения. На втором этапе терапию антибактериальными препаратами проводят менее интенсивно. Например, ГИНК сочетают с более слабыми туберкулостатическими средствами (тибон, этоксид и др.). Общая продолжительность этого этапа лечения 1— года.

Интермиттирующий метод терапии показан на первом этапе лечения при возникновении побочных явлений или наличии сопутствующих заболеваний, препятствующих проведению непрерывной терапии (Л. А. Гунич, 1971). «Следует признать правильным,— указывает А, Е. Рабухин (1970),— положение, что на первом, основном, этапе лечение должно проводиться в виде систематического и ежедневного приема больным этих средств. Лишь после затихания этой фазы процесса,, т. е. после того как у больного полностью исчезли функциональные расстройства, рассосались инфильтративные фокусы, оправдано снижение интенсивности лечения. В этом периоде можно назначать через день или 2 раза в неделю тубазид в сочетании с ПАСК, тибоном или другую комбинацию антибактериальных препаратов».

Побочные явления во время химиотерапии. Успех химиотерапии в значительной степени зависит от переносимости антибактериального лечения. Побочные явления во многом осложняют проведение длительного лечения первоначально выбранными туберкулостатическими препаратами. Диагностика побочных реакций иногда бывает затруднена, так как их проявления имеют много сходных черт с симптомами различных заболевании. Однако в отличие от последних побочные явления исчезают вслед за отменой препарата.

Побочные реакции обусловлены как токсическим действием принимаемого больным лекарственного вещества, так и индивидуальной повышенной чувствительностью к нему организма. Принято различать аллергические, токсические и токсико-аллергические реакции (А. В. Игнатова, 1967;

И. С. Сергеев, А. В. Игнатова, 1970).

Частота побочных реакций при лечении различных форм туберкулеза колеблется от 15 до 46% (М. А. Алимов и др., 1970;

М. И. Ойфебах, Л. К. Симонян, 1970;

А. Е. Рабухин;

1970;

И. С. Сергеев, 1970, и др.). Такие колебания зависят, по-видимому, от различия континген-тов обследованных больных и методики химиотерапии.

А л л е р г и ч е с к и е р е а к ц и и могут быть замедленного и быстрого типа (сывороточная болезнь, анафилактический шок). Лекарственная аллергия проявляется в виде крапивницы, экземы, конъюнктивитов, катаров верхних дыхательных путей, воспаления тонкого и толстого кишечника, гепатита, нефрозонефрита и др. Спастические сокращения гладкомышечных волокон в бронхах клинически выражаются в приступе бронхиальной астмы. Осложнения со стороны кишечника и желудка проявляются в виде колики (И. С. Сергеев, А. В. Игнатова, 1966).

В периферической крови у большинства лиц с аллергическими и токсико аллергическими реакциями еще за 3—4 нед до.развития последних в гемограмме наблюдается некоторое увеличение числа эозинофилов, лимфоцитов, снижение общего числа лейкоцитов. В период развития лекарственной болезни число эозинофилов резко возрастает (А. В. Игнатова, 1967).

Вторую группу осложнений составляют т о к с и ч е с к и е р е а к ц и и. Они обусловлены органотропным действием химиопрепаратов и продуктов их распада.

Примером может служить токсическое действие стрептомицина, дигидрострептомицина, канамицина, виомицина, капреомицина на кохлеарные и вестибулярные ветви VIII пары черепномозговых нервов;

циклосерина — на центральную нервную систему, проявляющееся психомоторным возбуждением или угнетением;

нефротоксическое действие стрептомицина, виомицина, ПАСК, тибона, этоксида, канамицина;

токсическое действие ПАСК, этионамида, протионамида, тибона, этоксида, пиразинамида на функцию желудочно-кишечного тракта (анорексия, тошнота, метеоризм, понос);

отрицательное действие этамбутола на зрительный нерв;

гепатотоксическое действие пиразинамида, тибона, этионамида ПАСК, реже ГИНК и рифадина.

Туберкулезное заболевание может вызывать в печени изменения специфического, параспецифического и неспецифического характера. Туберкулостатические препараты устраняют симптомы интоксикации и восстанавливают нормальную функцию печени. В то же время хи-миопрепараты иногда нарушают белково-синтетическую, пигментную, ферментативную и другие функции печени (А. Е. Рабухин, 1970;

И. С. Сергеев, 1970).

Это является следствием реактивного гепатита, обусловленного воздействием антибактериальных препаратов на паренхиму этого органа (А. Г. Сушкин, 1970). М. М.

Мураталиев (1971) установил, что при явлениях непереносимости антибактериальных препаратов у больных туберкулезом мочевой системы страдает выделительно поглотительная функция печени.

Принимая во внимание эти осложнения, следует, по-видимому, считать обязательным исследование перед началом лечения и в процессе терапии функциональной способности печени. Это же относится и к почкам, которые, являясь выделительным органом, принимают на себя основную нагрузку по выведению из организма продуктов распада антибактериальных препаратов. О функциональном состоянии почек обычно судят по содержанию остаточного азота крови, а также на основании пробы Зимницкого. При сниженной функциональной способности почек из химиотерапии следует исключить препараты, действующие на ее паренхиму (стрептоми цин, виомицин, канамицин, ПАСК, тибон).

В клинике нередко приходится иметь дело с побочными реакциями смешанного типа, т. е. реакциями т о к с и к о - а л л е р г и ч е с к о г о х а р а к т е р а. Они протекают с преобладанием аллергических или токсических симптомов (А. В. Игнатова, 1967). Примером побочной реакции смешанного типа в ответ на введение антибактериальных препаратов могут служить анемия, вызванная подавлением кроветворной функции костного мозга, дисбактериоз кишечной флоры, угнетение биосинтеза витаминов и др. (А. Е. Рабухин, 1970).

В возникновении побочных явлений от приема антибактериальных препаратов большое значение имеют перенесенные ранее заболевания (инфекционные, сердечно сосудистой системы, печени, почек, желудочно-кишечного тракта). При выборе комбинации антибактериальных препаратов необходимо учитывать анамнестические данные. А. В. Игнатова (1967) установила, что большинство больных с побочными реакциями, возникающими в результате приема антибактериальных препаратов, в детском и юношеском возрасте перенесли инфекционные заболевания, а у половины из них имелись нарушения со стороны желудочно-кишечного тракта и печени.

Перенесенные и сопутствующие заболевания изменяют реактивность организма, нарушают обмен веществ. Все это способствует развитию явлений непереносимости (И.

С. Сергеев, 1970).

Использование антибактериальных препаратов может привести к уменьшению содержания в организме многих витаминов. Следует учитывать, что побочные реакции нередко связаны с витаминной недостаточностью (А. В. Игнатова, 1967;

А. Е. Рабухин, 1970;

И. С. Сергеев, 1970). Клинически это проявляется парестезиями, периферическими невритами, нарушениями со стороны сердечно-сосудистой системы и др.

При длительном лечении стрептомицином, канамицином, виомицином подавляется развитие нормальной микробной флоры в организме или она погибает. В полости рта, кишечника, на слизистых оболочках начинают размножаться дрожжеподобные грибки типа Candida albicans. Однако истинный кандидамикоз — редкое явление у больных туберкулезом. По данным А. Е. Рабухина (1970), из 2000 больных с различными формами туберкулеза легких лишь 4 страдали одновременно и генера-лизованным кандидозом. У больных генитальным туберкулезом дрожжеподобные грибки на слизистых оболочках влагалища и полости рта обнаруживаются чаще. Это, по-видимому, связано с неоправданным увлечением гинекологов стрептомицином.

Вследствие отрицательного воздействия антибактериальных препаратов на витаминный обмен в организме лечение этими препаратами следует сочетать с витаминотерапией. Чаще всего больным назначают поливитамины с обязательным включением витаминов группы В (В6 в 2,5—5% растворе по 2 мл 2 раза в день, B внутрь по 0,01 г 2—4 раза в день или парентерально в 6% растворе по 1 мл 1 раз в день), витамина С (0,3 г 3 раза в день).

С целью устранения побочных реакций от приема антибактериальных препаратов следует уменьшить суточную дозу, лекарственных веществ, временно или полностью прервать лечение этими препаратами или заменить их другими медикаментами той же группы. При выраженных диспептических расстройствах, наступивших вследствие приема антибактериальных препаратов перорально, необходимо перейти к внутривенному способу введения, который устраняет эти побочные явления.

В Институте туберкулеза Министерства здравоохранения РСФСР И. С. Сергеевым и соавторами (1970) разработан комплекс терапевтических мероприятий при возникновении различного вида побочных реакций в ответ на прием антибактериальных препаратов.

П р и л е г к и х а л л е р г и ч е с к и х р е а к ц и я х (дерматиты без выраженной общей реакции организма, повышение в крови числа эозинофилов до 10%) назначают десенсибилизирующую терапию (глюконат кальция по 0,5 г 3 раза в день, витамин С. до 1 г в сутки, антигистаминные препараты на ночь).

П р и а л л е р г и ч е с к и х п р о я в л е н и я х с р е д н е й т я ж е с т и (дерматиты с общей реакцией организма, лихорадка, лейкопения, эозинофилия, лейкоцитоз) туберкулостатические препараты отменяют на срок от 3—7 дней до 2—3 нед. Назначают антигистаминные препараты (димедрол, супрастин, пипольфен в таблетках по 0,025 г 2—3 раза в день). В ряде случаев димедрол или супрастин дают по 0,025 г утром и днем, пипольфен (2,5% раствор 1 мл) внутримышечно на ночь. При выраженной эозинофилии подкожно вводят 0,25% раствор хлористого кальция, курс лечения рассчитан на 20 инъекций по схеме, начиная с 1 мл, ежедневно увеличивая на мл до 10 мл, затем уменьшая ее по 1 мл. При диффузном дерматите назначают 30 %] раствор гипосульфита натрия по 5—10 мл. внутривенно (курс рассчитан на 10—15 дней).

В некоторых случаях при сочетании дерматита с вестибулярными нарушениями эффективны инъекции 40% раствора глюкозы (10 мл) с 10% раствором хлористого кальция (10 мл) и 40% раствором уротропина (5 мл). Препараты в одном шприце внутривенно медленно вводят 1 раз в день в течение нескольких дней в сочетании с приемом антигистаминных препаратов. При неэффективности указанной терапии назначают преднизолон по 10—15 мг в сутки в течение 3—4 нед с постепенным снижением дозировок.

П р и т я ж е л ы х а л л е р г и ч е с к и х р е а к ц и я х типа анафилактического шока должна проводиться общая противошоковая терапия, направленная в первую очередь на нормализацию деятельности сердечно-сосудистой системы (3—4 мл кордиамина, 1 мл 10% раствора кофеина, кислород, 30 мг преднизолона, антигистаминные средства). При этом обязательна отмена химиопрепаратов.

Целесообразно наложить жгут проксимальнее места инъекции препарата, вызвавшего шоковую реакцию. При отсутствии эффекта от приема сердечно-сосудистых средств в место инъекции лекарственного аллергена вводят подкожно 0,25—0,5 мл 0,1 % раствора адреналина. При отсутствии эффекта через 10—15 мин инъекцию адреналина повторяют в той же дозе. В особо тяжелых случаях больной медленно вводят 5 мл 0,2% раствора норадреналина в 500 мл 5% раствора глюкозы внутривенно. При астматическом статусе вливают внутривенно 1 мл 3% раствора преднизолона в 500 мл 5% глюкозы с 10 мл 2,4% раствора эуфиллина или диафиллина. При отсутствии эффекта через 8—12 ч это вливание повторяют. Прием антигистаминных препаратов является обязательным.

Лучший десенсибилизирующий эффект дает сочетание пипольфена и супрастина.

К антигистаминньш средствам с хорошим десенсибилизирующим действием без снотворного влияния относятся диазолин (0,1—0,2 г) и перновин (0,025 г внутрь 2— раза в сутки).

П о я в л е н и е т о к с и ч е с к и х р е а к ц и й с о с т о р о н ы V I I I п а р ы ч е р е п н о - м о з г о в ы х н е р в о в (понижение слуха, шум, звон в ушах) при приеме стрептомицина, канамицина, виомицина, каприомицина требует срочной отмены этих препаратов. Таким больным назначают пантотенат кальция по 200—400 мг 2 раза в день внутрь, 20 мл 40% раствора глюкозы с 5 мл 40% раствора уротропина внутривенно (курс рассчитан на 7—8 дней), поливитамины, витамины группы В, кокарбоксилазу. С целью профилактики указанных осложнений целесообразно сразу же вводить пантотенат кальция. Большинство побочных явлений, вызванных препаратами группы ГИНК, устраняется введением поливитаминов с обязательным включением максимальных терапевтических доз витаминов группы В (особенно В6). По следний рекомендуется вводить через 30—40 мин после приема ГИНК.

Предупредить токсическое действие циклосерина можно, назначая на период лечения глутаминовую кислоту по 2 г в сутки (0,5 г 4 раза в день), а также витамины группы В. При развитии побочных реакций со стороны центральной нервной системы отменяют химиопрепара-ты, назначают седативные средства (бром, седуксен, пипольфен и др.), поливитамины, пиридоксин, кокарбоксилазу.

Н а р у ш е н и я с о с т о р о н ы с е р д е ч н о - с о с у д и с т о й с и с т е м ы могут наблюдаться при приеме препаратов группы ГИНК и стрептомицина. В зависимости от выраженности реакции временно снижают суточную дозу или отменяют препарат. При болях в области сердца принимают валидол, валокордин или нитроглицерин. При аритмии и тахикардии показано введение корглюкона по 0,5 мл внутривенно в 40% растворе глюкозы (10—20 мл) и хинидина внутрь по 0,05—0,1 г 2— раза в день, кокарбоксилазы, изоланида внутрь по 0,00025 г в таблетках или в 0,02%' растворе по 1 мл в вену с 20 мл 20% раствора глюкозы. При повышении артериального давления назначают один из препаратов: резерпин, раунатин с но-шпой, папаверин с дибазолом и димедролом, кислородную терапию.

П р и р а с с т р о й с т в а х ф у н к ц и и о р г а н о в п и щ е в а р е н и я, которые нередко возникают при приеме ПАСК, этионамида, пиразинамида, тибона, этоксида, следует уменьшить дозу препарата или временно отменить его. Большая роль принадлежит диетотерапии. При гипохилии назначают раствор соляной кислоты, пепсин, никотиновую, аскорбиновую и глутаминовую кислоты, при гиперацидных состояниях — белладонну или висмут, щелочные минеральные воды, атропин, викалин. Одновременно с этионамидом применяют никотинамид (0,1 г 2—3 раза в день) или никотиновую кислоту (0,02—0,03 г 3 раза после еды).

При поражениях печени показаны метионин (0,5 г 4 раза в день), липокаин (0,1—0, г 3 раза в день), аллохол, глутаминовая кислота (до 2 г в сутки), кокарооксилаза, холин хлорид (20% раствор по 1 чайной ложке 3-4 раза в день), витамины В12, В15, фолиевая кислота (по 0,02 г 3 раза в день), сирепар (по 2-3 мл внутримышечно ежедневно, на курс 150-200 мл), гемодез (по100, 250, 400 мл внутривенно капельно 1—2 раза в неделю).

При диспептических расстройствах, дисоактериозе рекомендуется проводить лечение мексазой и мексаформом (по 1-2 таблетки 2—3 раза в сутки после еды в течение 1—3 мес).

Pages:     | 1 || 3 | 4 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.