WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 ||

«. ...»

-- [ Страница 5 ] --

– А что это, Ленни, у тебя сразу вдруг появилось что-то ценное в жизни?

– Нет

.

Да, Ты

.

Ее как ужалило

.

Мгновение она колебалась, а потом вдруг посмотрела на него как-то иначе, будто им еще оставалось что-то

.

– Хорошо, Джесс

.

Я поговорю с ним

.

Но не думаю, что он пойдет

.

.

.

– Пойдет-пойдет

.

Он ничем не рискует

.

Абсолютно ничем

.

Я не хочу, чтобы его арестовали, потому что он скажет полиции, что мой отец занимался контрабандой

.

Действительно

.

Она была права

.

Этот Анжи ничем не рисковал

.

Золотая гарантия

.

– Только это надо сделать сейчас же

.

– О’кей

.

Я пошел

.

Он взял рубашку и стал ее натягивать через голову

.

Нырнув в нее, он на секунду остано вился с поднятыми руками, уткнувшись носом в материю, и застыл так, выжидая

.

Как же называется это место в Азии, похоже на Внешнюю Монголию, только еще дальше?

Эвтаназия, кажется, так

.

Он сказал, все так же не вылезая из-под рубашки:

– Я не убивал его

.

Я не знаю, кто его убил

.

Я не способен убить даже себя самого, с чего это я буду оказывать такую услугу какому-то типу, которого я даже не знаю? Я не джентльмен

.

Она улыбнулась

.

Он все равно не мог ее видеть, забравшись с головой в свою рубашку

.

Один лишь клок светлых волос выглядывал из ворота: всё, что осталось от Гекльберри Финна

.

– Пошевеливайся

.

Голос из-под рубашки грустно ответил:

– Эвтаназия, вот куда бы я хотел отправиться

.

Я не имею ни малейшего представления, где это, но для меня никогда не бывает слишком далеко, Вся эта история, что-то от нее уж слишком несло

.

Полное дерьмо, короче

.

Это был Мада гаскар, на этот раз настоящий, или он ничего не смыслил в географии

.

К тому же Анжи не пойдет

.

Ромен Гари Прощай, Гари Купер!

Но Анжи завелся сразу, и зажигалку свою доставать не стал

.

Он встретил его там, над ночным клубом, с этим его мистером Джонсом

.

Ну и рожа была у этого типа, страшна, как греческая судьба, не о чем было и говорить!

– Анжи, я ему не доверяю

.

Это не по-божески, его проделки

.

Повторяю тебе еще раз

.

.

.

– Она сказала, в одиннадцать?

– Да

.

Неподходящее время

.

– Почему это?

– Не знаю, почему, неподходящее, и все, задницей чувствую

.

– Тот, другой, смотрел на него с усмешкой

.

– Позвони ей я скажи, что всё – о’кей

.

– Все вы повернутые, и арабы, и

.

.

.

И тут он понял

.

Они слишком много знали, оба

.

Ленни и девчонка

.

Он умолк

.

Анжи надел свою шляпу

.

Даже этот обычный жест показался Ленни каким-то особенно зловещим

.

– Ну что, Ленни, порядок?

– Да

.

– Она права: она ничего не может сказать полиции

.

Из-за отца, ты понимаешь

.

Такие вещи, это святое

.

Память

.

У меня тоже отец погиб, я-то понимаю

.

Культ предков

.

У них в Алжире это чтят

.

– Это ты его убил?

– Моего отца?

Он хотел сказать: «Нет, ее», но это уже было ни к чему

.

Главное, что его убили

.

А он сам знал об этом предостаточно

.

– К тому же, Ленни, мы предпримем небольшую предосторожность

.

У меня миллион долларов со страху загибается по ту сторону границы

.

А миллионы, у них, знаешь, слабое сердце

.

Нужно переправить его в Швейцарию, чтобы он смог наконец вздохнуть свободно

.

Я уже на две недели задержался

.

Это совсем не на пользу моей репутации

.

– А потом?

– Что – потом?

– Нам заплатят, ей и мне?

Ангел как будто даже удивился

.

– Конечно

.

– Что, серьезно?

Ходячая помойка засомневался

.

Не нужно думать, что помойка – это что-то совершенное

.

Такого он не ожидал

.

– Ты просто пустишь нас обоих в расход, вот и все

.

– Зачем я стану это делать, Ленни?

– Я понял это по тому, как ты надел свою шляпу

.

Анжи обернулся к греческой судьбе

.

Какой фиг называться мистером Джонсом, если ты – грек

.

Кого он хотел обмануть?

– Он понял это по тому, как я надел шляпу

.

Судьба рассмеялся в ответ

.

Это было ужасно

.

Судьба же никогда не смеется

.

Или нет, она смеется все время, черт, откуда мне знать

.

Анжи смотрел на него с серьезным видом

.

Кодекс чести

.

У гангстеров он есть

.

– Ничего не могу обещать тебе, Ленни

.

Но ты – славный малый

.

Посмотрим, что можно будет сделать для тебя

.

.

.

после

.

Ромен Гари Прощай, Гари Купер!

Греческая судьба заржал: «Ха-ха-ха-ха», и тут же завоняло дерьмом и гнилью, с каждым его «ха» – все сильнее, не хватало разве что сыночка, который, отправив к праотцам своих родителей, выкалывает себе глаза

.

Они точно их прирежут, обоих, вместе, это всегда хорошо кончается, как в кино

.

Впервые за долгое время что-то действительно складывалось удачно

.

Вместе

.

Даже забавно: она вооб разила, что может так легко избавиться от него

.

Посмотрим, как у нее это получится, кинуть его, там, наверху, где нет ничего, кроме, пожалуй, трубы Чарли Паркера

.

И все же он сказал, пожав плечами:

– Она думает, что это ты убрал ее отца

.

– Шутишь?

Он, казалось, нисколько не удивился

.

Что с него взять, с помойки?

– Я не убиваю всех подряд, Ленни

.

Она что, за Наполеона меня держит?

Ленни был поражен, он и не подозревал, что Анжи знает, кто такой Наполеон

.

– Ну, если она подставит тебя, потом не говори, что это я виноват

.

– Я вам вообще ничего не скажу

.

Можешь на меня положиться

.

– Обещаешь?

Анжи смотрел на него почти с любопытством:

– Ты какой-то не такой, как все америкашки

.

Сложный слишком

.

Обещаю, Ленни

.

Иди

.

Греческая судьба помалкивал

.

Он был здесь, и этого было уже более чем достаточно

.

Он вышел оттуда, насвистывая

.

Наконец-то замаячила Внешняя Монголия, и даже что-то еще дальше

.

Он позвонил ей ровно в одиннадцать

.

Ее позвали в кабинку, да, Джесс, они согласны, сегодня, в два часа пополудни, в шести километрах от французской границы, там есть амбар, да, тот, что с вывеской «Чинзано», ты поняла, где это?

Поняла

.

Ровно в два

.

Буду

.

Она вернулась в бар, заплатила по счету;

какой-то друг отца, которого она не знала, со светло-голубыми полинявшими глазами безнадежного алкоголика, подошел к ней выразить свои глубочайшие соболезнования, со стаканом мартини в руке

.

.

.

.

такой выдающийся человек

.

Я потерял очень дорогого друга

.

Она взглянула на его мартини:

– Да, понимаю, это как если бы он вернулся к Анонимным алкоголикам

.

Он, очевидно, оскорбившись, отвалил к своему столику

.

Одиннадцать десять

.

Она сгорала от нетерпения

.

Она чувствовала себя точно как Эйзенхауэр в самый важный день его жизни, разве что дождя не было

.

В два часа дня она ждала в своем «триумфе» под вывеской «Чинзано»

.

Стояла прекрасная погода

.

Развалюха-амбар лежал в руинах в двухстах метрах от дороги

.

Она поставила «Мес сию» Генделя, этот небесный хор как нельзя лучше подходил для того, чтобы приветствовать прибытие огромной кучи денег: небу тоже не была чужда красота

.

В зеркале заднего вида она заметила зеленый «бьюик», который медленно катил по земле, за рулем был какой-то черный ворон, похожий на детскую игрушку на палочке

.

Ленни сидел сзади с одним из тех типов, которые выглядят будьте-нате, словом, подходящая упаковка для чего угодно, на выбор – от героина до пулемета

.

Не то чтобы она боялась, но ей показалось, что в небесном хоре «Мес сии» зазвучала паника

.

Она взяла помаду и стала красить губы, глядя в зеркало заднего вида, Ромен Гари Прощай, Гари Купер!

пока они перекладывали чемодан в багажник «триумфа»

.

Ленни уселся на сиденье рядом с ней и сунул ей ключи

.

Она нажала на газ

.

«Бьюик» шпарил за ними в двадцати метрах, но она рассчитывала оторваться от них на таможне

.

Она стиснула зубы и не разжимала их

.

Очки придавали ей суровый вид

.

И хорошо, потому что именно этого ей и недоставало: суровости

.

В остальном еще куда ни шло

.

К сорока годам вы ее не узнаете, она превратится в цемент, пулей не пробьешь

.

– Ну вот, Джесс, ты и я, миллион в багажнике, любовь и деньги, все, что надо, а?

Она с такой злостью опустила на педаль ногу, что он почувствовал, будто вместо педали было его лицо

.

Его пробрал смех

.

Это была даже не злость, а любовь

.

Не в сердце, но в каждой клеточке тела

.

Сто тридцать

.

Сто пятьдесят

.

Она сейчас разнесет в пух всю их таможню

.

– Очень мило, Джесс

.

Я знаю, что ты чувствуешь

.

Я тоже тебя люблю

.

Сто шестьдесят

.

Деревья пролетали у них над головами

.

– Ну, Джесс, прощай

.

Не поминай лихом

.

Надо мне было лыжи захватить

.

Прямо сердце кровью обливается, как подумаю, что они останутся одни на белом свете

.

– Где я получу деньги?

– Если ты не сбавишь газ, Джесс, ты ни шиша не получишь, говорю тебе

.

Хотя, может, Боженька и вернет тебе их там, на небе, у него, небось, этого добра навалом

.

– Мои шесть тысяч долларов, Ленни!

– В Женеве

.

Он уже начал расстраиваться

.

Она в самом деле думала о барышах

.

Теперь он даже не был уверен, что она выложит все на таможне, как он надеялся, вот была бы потеха

.

А как же ее отец? То есть я хочу сказать, что если она правда верила, что это они убили ее отца

.

.

.

Он почувствовал, как на лбу у него проступил холодный пот, и испуганно взглянул на нее

.

Бог мой, Франкенштейн

.

Это же невозможно

.

Она не такая! Она хорошая, конечно же, она их сдаст

.

Это – месть, зуб за зуб, и все такое

.

Потому что если она делала это из-за денег, так какого черта он полезет в петлю вместе с ней

.

Он обернулся

.

«Бьюик» уже скрылся из виду

.

Господи Боже, а если это как раз и есть греческая судьба? Если ничего не происходит, получаешь свои бабки и живешь себе дальше? Если это оно самое, настоящее, греческое, настоящая мерзость, а не просто когда переспишь со своей матерью, которая затем выцарапает тебе глаза?

– Джесс, я

.

.

.

– Ты завязал, да?

И что это еще за музыка такая дурацкая? Слет ангелов, не иначе

.

А что, если все это лишь из-за денег? А не ради того, чтобы умереть вместе на ста шестидесяти в час?

Она тормозила

.

Сто десять

.

Восемьдесят

.

Все хорошее когда-нибудь кончается

.

Она не была сентиментальна, вот что

.

Граница

.

За каждое изъятие золота и валюты таможня возвращала десять процентов в качестве компенсации

.

«Триумф» остановился

.

Он закрыл глаза

.

Любит

.

Не любит

.

Он улыбался

.

Сейчас и посмотрим

.

Орел или решка

.

– Выйдите, пожалуйста

.

Он услышал, как сухо щелкнул ее голос:

– Вы что, не видите номера? «Консульский корпус»

.

– Сожалею, мадемуазель

.

Обратитесь к главному инспектору

.

Ромен Гари Прощай, Гари Купер!

Она вышла

.

Нет, это невозможно, они не имели права обыскивать ее машину

.

Когда она вошла в помещение таможенного поста, какой-то человек поднялся и направился к ней

.

На столе у него стоял букетик сирени, и в этой цементной коробке с железными ящиками лишь эти цветы казались единственными нарушителями границы

.

– Добрый день, мадемуазель Донахью

.

Не знаю, помните ли вы меня

.

.

.

Она присмотрелась: один из тех французов, какие нравятся шлюхам

.

Жирный кусочек, цветущее лицо

.

Маленькие усики и большая лысина

.

– Нет

.

– Я был там в тот вечер, когда вашего отца

.

.

.

Конечно, вы ничего не видели

.

.

.

– Конечно

.

– Я должен сказать вам нечто очень важное и несколько

.

.

.

неприятное

.

Присаживайтесь, прошу вас

.

– У меня нет привычки падать в обморок

.

Он разыгрывал неловкость, чтобы показать, что у него тоже есть чувства

.

– Не знаю, как вам это сказать

.

.

.

– Покороче, инспектор

.

Я тороплюсь

.

– Видите ли, в какой-то мере и я несу ответственность за смерть вашего отца

.

Мы знали, что у него были большие проблемы с деньгами, по причине его

.

.

.

его состояния здоровья

.

.

.

э, гм

.

.

.

долги

.

Он только что потерял свой государственный пост

.

Короче, мое начальство снаб дило меня полномочиями сделать ему кое-какие

.

.

.

предложения

.

Это касалось дипломатиче ской неприкосновенности, которой он пока еще обладал

.

.

.

и мы приняли меры, чтобы сохра нить ему эти номера «КК» на неопределенный промежуток времени

.

Вы знаете, наверное, что существует ставка в десять процентов компенсации на каждую изъятую сумму

.

Словом

.

.

.

он согласился нам помочь

.

На какое-то мгновение она застыла в немом отупении, а потом расхохоталась

.

Инспектор, казалось, был шокирован

.

Отсюда было так близко до чистого и высокоморального воздуха Швейцарии, что даже французская полиция вся насквозь была им заражена

.

Она мельком взглянула в окно: Ленни сидел себе спокойно, подставив солнышку свою симпатичную фи зиономию

.

Он поменял мессию: вместо Генделя поставил Боба Дилана

.

– Самсон Далила со своими кошечками, – сказала она

.

– Что вы сказали?

– Ничего, я думала об отце

.

Это, конечно, были его последние слова

.

– Вы хотите сказать, что он знал своих убийц? Мы в этом нисколько не сомневаемся

.

.

.

.

или, может быть, «Черные носки»

.

Запомните это название, инспектор

.

Это ключ к разгадке всего дела

.

Всего дела

.

Это – все, что вы хотели мне сказать? Теперь я могу вернуться к любовнику и поехать на танцы?

Наверное, он подумал, что она тронулась умом

.

Да к тому же студентка

.

.

.

– Извините, инспектор

.

.

.

А! Ну вот, уже лучше

.

– Да, я понимаю, такое потрясение

.

.

.

.

.

.

извините, я наглоталась колес

.

Тройная доза с утра

.

Университет, чего вы хоти те

.

.

.

Значит, мой отец, в каком-то смысле, занимался контрабандой золота для таможни?

У инспектора на лице было написано: «Кто их разберет, эту молодежь, ни черта не по нимаю»

.

Потому что все остальное он давно уже просек

.

Одна молодежь не поддавалась пониманию

.

– Вот уже несколько месяцев мы пытаемся накрыть организацию, занимающуюся пере возкой золота и валюты

.

Миллиарды бегут от политической нестабильности и революций, Ромен Гари Прощай, Гари Купер!

оседая в Швейцарии

.

Дипломаты часто соприкасаются с этими бандами

.

О трудностях, ко торые преследовали вашего отца, многим было известно, и, естественно, ему делали немало предложений

.

Он всегда отказывался

.

Это был человек чести

.

Мы настоятельно посоветовали ему согласиться и

.

.

.

– И сделаться наводчиком

.

Человек чести, лучшего для этой роли не найдешь

.

Они – как раз то, что надо

.

Теперь он взглянул на нее с неприязнью:

– Я не ожидал от вас такого тона, мадемуазель

.

– Извините мне мой американский акцент, инспектор, только плевать я на вас хотела

.

Это было для него так неожиданно, что сначала он вовсе не отреагировал

.

А потом его голова превратилась прямо-таки в улей, в который забрались осы, и весь этот ад искрами сыпался у него из глаз

.

– Мадемуазель, если бы не ваша глубокая нервная депрессия, я

.

.

.

– Вы?

– Ваш отец был взрослый человек

.

Он сам знал, что делает

.

За изъятие в пятьсот тысяч долларов ему полагалось пятьдесят

.

«Я пошел на унижение

.

Решил сделаться богатым до безобразия

.

Да, унизительно

.

Но кто я такой, чтобы отказываться замараться?» И, с его обостренным чувством прак тичности, он в конце концов нарвался

.

Тем хуже для него

.

Единственное, что сейчас имело значение, это деньги

.

Нужно было доставить их тем, кто сумеет правильно ими распорядиться, чтобы убрать нас

.

Да, нас

.

– Так вот, он принял наше предложение и

.

.

.

– Они это узнали и избавились от него

.

– Мы не знаем, что произошло

.

Мы приняли все необходимые меры предосторожности

.

Не было почти никакого риска

.

Он позвонил, чтобы сообщить место сдачи, в Женеве

.

Мы, по согласованию со швейцарскими властями, расставили засаду

.

Но ваш отец так и не приехал на встречу

.

Точно известно, что он пересек границу на полчаса раньше условленного и затем вернулся обратно

.

Вероятно, они успели все переиграть

.

Может быть, в последний момент они узнали, что он работает на нас

.

Они отменили сделку и прикончили его

.

Или же они назначили ему встречу для отвода глаз, перехватили по дороге и выгрузили деньги

.

Но это маловероятно:

они не стали бы переворачивать ваш дом

.

В любом случае, речь идет о настоящей организации

.

Действуют быстро и эффективно

.

Она взглянула в окно

.

Он все так же спокойно сидел в расслабленной позе, закрыв глаза и подставив лицо солнцу

.

Юноши Боттичелли

.

Что-то от Святого Себастьяна

.

Все это как то не вязалось с револьвером у него в кармане

.

Такая нега во всем теле, он не стал бы никого убивать, ему просто было бы лень

.

Скорее всего, они собирались убрать их обоих, после того как получат свое

.

Они не могли оставить их в живых: они оба слишком много знали

.

Она вдруг почувствовала прилив воодушевления, почти торжества

.

Они имели дело с убийцами, но то были профессионалы

.

А профессионалы не слишком озабочены любителями

.

Не беспокойся, Ленни

.

Мамочка все сделает

.

– Все это, конечно, очень впечатляет, – сказала она

.

Инспектор был почти в нокауте

.

Эти люди страх как боятся цинизма

.

Очень высокое нравственное самосознание, понимаете, иначе они не служили бы в полиции

.

– Есть и еще кое-что, мадемуазель, – сухо сказал он

.

– Да?

На этот раз она уже начала волноваться

.

Не за себя

.

За золото в багажнике ее «триумфа»

.

Это золото предназначалось для большого хорошего дела

.

Вот что было ей дорого

.

Ромен Гари Прощай, Гари Купер!

– Честно говоря, мы немного волнуемся за вас

.

Они не стали бы в такой спешке перево рачивать дом, если бы точно знали, где находится

.

.

.

«товар»

.

.

.

Они вообще ничего не переворачивали, старина

.

Мы сами устроили эту маленькую поста новку

.

Чтобы спасти честь

.

.

.

– Кажется, они поддались панике, узнав, что ваш отец их подстав

.

.

.

То есть я хочу сказать, что он был на стороне закона

.

И это наводит на мысль, что товар все еще находится по эту сторону границы

.

Нам хотелось бы получить ваше разрешение на обыск дома

.

«Товар», господа, в моей машине, там, в багажнике

.

Ну что ж, пожалуйста, обыскивайте

.

– Пожалуйста, обыскивайте

.

– Они могут вернуться

.

Они могут подумать, что отец поставил вас в известность

.

Если кто-нибудь попытается с вами связаться, по телефону или как-то иначе

.

.

.

Вот моя визитка

.

Не сомневайтесь, сразу звоните мне

.

– Вижу, вы тут, в полиции, горой за семью

.

Немой вопрос, некоторое недоверие в глазах

.

Теплый такой взгляд разморенного таракана

.

Кровь Средиземноморья

.

– Да, вы уже отправили на тот свет отца, теперь принялись за дочь

.

До свидания, инспек тор

.

Не беспокойтесь, все там будем

.

Она вернулась к «триумфу», села за руль и какое-то время сидела неподвижно, раздавлен ная грузом всего, пытаясь лишь продержаться и выжить

.

Ну же, дурочка, смелее, это всего лишь конец света, такое случается на каждом шагу

.

Аллан Донахью, наводчик и провокатор

.

И все это для того, чтобы заслужить уважение дочери и сделаться серьезным человеком в ее глазах

.

Последний южанин-аристократ, признавший наконец, что наше время – это деньги

.

В каком-то смысле, он посмотрел в лицо реальности, но, затаив в душе злобу, о которой она никогда не подозревала и которая все же сидела в нем, всегда, от первого стеклянного колпака до последнего, от одного дипломатического поста к другому, до самопожирающего скорпионова алкоголизма

.

.

.

и еще это

.

Она так никогда и не узнала его по-настоящему

.

Не успела

.

Она думала лишь о себе

.

Да что с ней такое, Господи Боже? Вся расклеилась

.

Он думал, что таможенники станут осматривать машину, но нет, здесь было что-то другое

.

– Джесс

.

– Помолчи, Ленни

.

Она посмотрела на него

.

На ней были очки

.

Это значило, что ей совершенно плевать

.

Потому что раньше она всегда их для меня снимала

.

– Хочешь сделать мне приятное, Ленни?

Он ждал

.

Какая-нибудь очередная глупость

.

– Убери свою дурацкую улыбку

.

– Не могу, Джесс

.

Она прилипла

.

Честное слово

.

Это называется «паралич»

.

Что они тебе сказали?

– Выразили свои соболезнования

.

По поводу папы

.

Наконец она тронулась с места

.

Швейцарские таможенники даже не взглянули в их сто рону

.

– «Бьюик» проехал?

– Нет

.

– Смотри-ка, какие-чудеса! Опять полное доверие, ну надо же

.

Он уже начал беспокоиться

.

У нее был надломленный голос

.

Там, внутри, ее всю трясло

.

Камня на камне не осталось

.

Опять сто двадцать

.

Сто пятьдесят

.

Прекрасно

.

Еще есть шансы остаться вместе

.

Ромен Гари Прощай, Гари Купер!

– Джесс

.

– Заткни пасть, Ленни

.

Сейчас не время

.

Я заживо похоронена под обломками

.

Поставь «Мессию»

.

Он поставил пластинку

.

Хор ангелов

.

Да, правильно

.

Отправляемся прямо на небо на скорости сто шестьдесят в час

.

– Аллилуйя! Золото едет! Сколько там?

– Там пусто, Джесс

.

В чемодане ничего нет

.

Они не сумасшедшие

.

Она дала по тормозам

.

Мессия сломал себе шею

.

У нее вспотели ладони

.

Он сказал ей как раз вовремя: еще триста метров, и все пропало бы

.

Она остановилась

.

– Это еще что за истории?

Он смеялся

.

Казалось, он был счастлив, как будто она только что доказала ему что-то

.

И эти веснушки на носу

.

Можно быть последней сволочью и все-таки сверкать веснушками

.

– Они не дураки, Джесс

.

Они хотели проверить

.

– Проверить? Проверить что?

– Что ты нас не сдашь

.

Меня и мессию

.

.

.

Бабки, я хочу сказать

.

Вот они и решили сделать один холостой проезд

.

Чтобы посмотреть

.

– Ну, ты посмотрел?

– Да, Джесс

.

Ты меня любишь, безумно

.

Ты смотри

.

.

.

Сразу драться

.

Тебе бы любить меня немного меньше

.

Тогда у меня был бы шанс свалить

.

Она смотрела прямо перед собой

.

Сердце щемило, но совсем немножко

.

Изысканные пере живания

.

Революционерка фигова

.

Но он обезоруживал, и сам был безоружен

.

.

.

совершен но

.

.

.

разве вот только улыбка

.

Что с ним станет без меня? Она спохватилась

.

Теперь уже речь не шла ни о ней, ни вообще о ком бы то ни было

.

Теперь речь шла о деньгах

.

Миллион долларов, который следовало передать тем, кому, может быть, удастся нас уничтожить

.

– Так

.

И что теперь?

– Все сначала

.

На этот раз без дураков

.

Она медленно вернулась и пересекла границу

.

Нет, я все-таки мразь, и идеализм здесь ни при чем

.

Угрызения совести, эти вечные угрызения

.

Аллан, должно быть, ошибся

.

Мы не католики

.

Нет, конечно же, мы протестанты

.

«Бьюик» стоял у «Чинзано», но теперь все они стояли рядом, и еще прибавился кто-то третий, или четвертый, если считать вместе с Ленни;

он стоял спиной к амбару

.

Чтобы у бронированного шкафа было такое лицо? Нет, она явно недооценила возможности природы

.

Невероятно

.

Она закурила сигарету и, язвительно улыбаясь, стала его разглядывать, пока они набивали чемодан

.

Парню, верно, надоел этот насмешливый взгляд, он привык к тому, что люди вообще стараются на него не смотреть

.

– Что, понравился? – спросил он, подходя к ней

.

– Еще как

.

Я уже рада, что не беременна

.

– По морде захотелось?

– Что за выражения?

– Ах ты, ш

.

.

.

Ангел крикнул что-то по-арабски

.

Смазливый блондинчик знает арабский? Вот это фокус

.

Для нациста – слишком мал

.

Должно быть, по учебникам выучился

.

Ленни вскочил на сиденье рядом с ней

.

– Они сказали, чтобы ты вела медленно

.

Им нужно время, чтобы уладить все формальности на границе

.

Она дала по газам, шины взвизгнули

.

Он сидел рядом

.

Совершенно разбитый

.

Ромен Гари Прощай, Гари Купер!

– Боже мой, что я здесь делаю? Какого черта я вообще в это ввязался? Джесс, ты можешь мне сказать, что я тут забыл?

– Любовь, Ленни

.

– Да мне сто лет она не нужна, любовь эта! Я ничего не просил! Оно само свалилось – бац! – прямо на нос

.

– Отлично, Ленни

.

Настоящий поэт

.

– Помнишь тот первый раз, тогда, у тебя дома? Я ведь даже не хотел спать с тобой, сразу почувствовал, что здесь все заминировано

.

Совсем как Таос

.

– Лаос

.

– Черт

.

Стоило мне тебя увидеть, и я сразу понял, что по моему гороскопу – это каюк

.

Мадагаскар!

– Что за бред?

– Мой гороскоп, вот что

.

По моему гороскопу нет ничего опаснее Мадагаскара

.

Настоящее стихийное бедствие

.

Мне сказали: «Ленни, чтобы ноги твоей не было на Мадагаскаре!» Но так как я и понятия не имел, где это, я оказался там, сам того не зная

.

Я люблю тебя, Джесс

.

Полная хана

.

Он ее обезоруживал

.

Секунду или вечность она колебалась

.

Он ничего не подозревал, наивный

.

Такое впечатление, будто ведешь молодого бычка, красивого как Бог, на бойню

.

Сто пятьдесят

.

– Черт возьми, Джесс, осторожно, у нас миллион долларов в тачке, растрясешь!

Она в самом деле чуть не впилилась в дерево

.

Сейчас и правда было не до шуток

.

– Ленни, я тебе уже сто раз говорила, возвращайся в Америку

.

Тебя там явно не хватает, для полноты картины

.

– Я уже больше не хотел в это ввязываться

.

Поэтому и смотал тогда, с утра пораньше

.

Но они уже поджидали меня на выходе со своим товаром, и они мне сказали

.

.

.

Короче, ты понимаешь

.

Ты же видела этого парня

.

Я сел на чемодан и стал дожидаться тебя

.

Я три раза пытался удрать

.

Бесполезно

.

Настоящий греческий фокус

.

– Какой еще греческий фокус?

– Судьба

.

Даже не знаю, с рождения у него такая рожа, или это война, или еще что

.

Но для греческой судьбы лучше и не придумаешь

.

Только вот греческим здесь и не пахло, в нем скорее что-то американское или немецкое

.

– Да о чем вообще речь?

Он совсем потерял голову

.

Даже его зеленые глаза побледнели

.

И тут он как завопит:

– Я хочу знать, что я здесь делаю, сто пятьдесят в час, влюблен в камень, с миллионом долларов и с греком на хвосте? Вот что я хочу знать

.

Они же убивают нас, Джесс!

– Ты боишься смерти?

– Я не боюсь смерти, но на кой ляд она мне сдалась? Я просто хочу понять! Понять, поняла? Понять хоть что-нибудь! Неважно, что, главное, чтобы этому действительно можно было верить! Говорю тебе, это он все устроил, он сам состряпал мой гороскоп, эта сволочь!

– Да кто же?

– Этот Грек несчастья! Этот гад, это от рождения! Он берет тебя в оборот, не успеешь и носу наружу показать! Стоит только взглянуть на его рожу

.

Он убил отца с матерью

.

На хрен мне сдалась эта судьба, это не для меня!

Она стала сбрасывать скорость

.

– Ты твердо убежден, что они собираются нас убить, и все-таки делаешь это?

Когда он переставал улыбаться, его лицо уже не могло ничего утаить

.

Но может быть, эта потрясающая ясность – не что иное, как красота?

Ромен Гари Прощай, Гари Купер!

– На земле миллионы, миллиарды мужиков, и каждый из этих идиотов может спокойно жить без тебя, Джесс, но почему не я? Что за дурь такая, почему именно Ленни? Я не могу жить без тебя

.

Да кто угодно на это способен, даже пятилетний ребенок справится, только не Ленни

.

Ты можешь это понять?

Она давилась слезами

.

Ей казалось, что на сердце у нее столько камней, что хватит на несколько соборов

.

Она сказала, еле слышно:

– Может, мы еще встретимся однажды, Ленни, кто знает

.

Он обернулся

.

«Бьюик» шел сзади

.

– Вот еще! Мы с тобой не встретимся, потому что не успеем расстаться

.

Они убьют нас, как убили твоего отца

.

На этот раз нам светит Внешняя Монголия

.

Зато у них там, кажется, вечные снега

.

Французская граница

.

По тормозам

.

– Что, Ленни, приуныл?

Он рассмеялся

.

– Говори, не стесняйся

.

Я тут вспомнила отца

.

.

.

Казалось бы, куда уж дальше? Хуже, чем ему, пожалуй, и не бывает

.

Перед ними было еще три машины, ожидавших своей очереди

.

«Бьюик» остановился в пяти метрах за ними

.

– Тебе бы стоило взглянуть на своего святого, Ленни

.

Полегчало бы

.

– Какого святого?

– Фотография

.

Гари Купер

.

– Я ее порвал

.

Это была неправда, не мог же он порвать себя самого, ребенка, которым он был десять лет назад

.

Мальцу и так уже досталось

.

– Значит, на этот раз и правда как в той песне? Прощай, Гари Купер?

– Точно, прощай, Джесс

.

Это навсегда

.

Две машины уже проехали

.

Она даже и не думала ничего говорить полицейским, эта ненормальная

.

Не то чтобы он сам об этом подумывал, нет, но все-таки эти их чертовы униформы, они как-то подбадривали

.

Они даже могли показаться красивыми

.

Сейчас в них было что-то, чего раньше никогда не замечалось, в этих полицейских униформах

.

Просто прежде вы никогда на них внимательно не смотрели

.

Что до ненормальной, в ней сидела смертельная решимость

.

Спокойная

.

Расслабленная

.

Будто и думать забыла про греческий Мадагаскар, что болтался сзади

.

Третья машина тоже тронулась

.

Он вытер пот со лба

.

– Ты никогда не говоришь с полицейскими?

– Только если мне есть что им сказать

.

«Есть что им сказать», ты подумай!

– Я никогда еще не видел такой решительной девчонки, как ты, никогда!

– Это – матриархат

.

– Это что еще за ерунда такая?

– Увидишь

.

Ей стоило только слово им сказать, Боже мой, одно маленькое словечко! Но нет

.

Ничего

.

Обычная дурацкая улыбочка, и все

.

Садистка

.

Постовые делали им знак проезжать

.

Всё

.

Пропали

.

Он вдруг почувствовал себя лучше

.

Легче

.

С греком не спорят

.

Это от рождения

.

Ромен Гари Прощай, Гари Купер!

Хоть какая-то уверенность: Дезертировать невозможно

.

Все равно, не Вьетнам, так Мада гаскар

.

Она проехала швейцарскую границу, не притормаживая, они лишь приветливо ей помаха ли

.

Интересно, за что им платят вообще?

Тут она рванула

.

По-настоящему

.

Как смерч

.

«Бьюик» торчал еще на французской границе

.

– Они сказали тебе ехать медленно

.

Ты хочешь, чтобы они нас еще немного помучили, прежде чем прикончить?

– Где место встречи?

– Позади замка

.

– Правильно рассчитали

.

Там никогда живой души не бывает

.

– Скоро будет

.

Даже две

.

Только мертвые

.

Сто сорок

.

У них было по меньшей мере минут восемь в запасе

.

Она стала сбавлять скорость, боясь пропустить поворот

.

Так, рекламный стенд «Нестле», младенец с розовыми пухлыми щечками

.

Сейчас

.

Сначала он подумал, что она потеряла управление

.

Он закричал, увидев, как на него несет ся дерево, заслонился руками, зажмурился, услышал удар, но «триумф» продолжал ехать даль ше;

он открыл глаза: велосипедная дорожка;

он потянулся к рулю, но получил локтем в глаз, увидел двух солдат в швейцарской форме, успел дважды выругаться, прежде чем впилился лбом в стекло, вопя на чем свет стоит

.

Он услышал скрежет шин, будто им внутренности раздирали, и потом – тишина, только в мозгу у него звенел будильник, и чувствовалось, как с губ потекла струйка крови

.

Он попытался рткрыть глаза: все двоилось

.

Потом он увидел, что их не сто, а всего человек двенадцать, пятеро или шестеро из которых, кажется, были швейцарскими солдатами, с винтовками, Столько на руках у них были черные повязки с какими-то буквами, а на головах – береты

.

И еще откуда-то взялся желтый «паккард» дедов ских времен, «жук», «порше»

.

.

.

это что еще за бардак? Он услышал, как у него за спиной сердито прогремело: «Выходи, сволочь!», и увидел, как один из черных повязок приставляет ему прямо к тыкве дуло автомата

.

Будильник по-прежнему трезвонил у него в голове, но будить его уже не было надобности

.

Он поискал свою улыбку, но не нашел: верно, потерял по дороге

.

Сглотнул кровь, что-то теплое – это всегда придает сил – и остался сидеть как сидел, нет, ничего, все в порядке, спасибо, просто живешь всегда слишком долго, вот что

.

Он поискал ее глазами, в конце концов, черт возьми, это же была любовь всей его жизни, но она отвернулась

.

Она не хотела этого видеть

.

Как же его там, это слово, которое она только что говорила? Матриархат

.

Да, должно быть, оно самое и есть

.

– Спасибо, Джесс

.

Она бросила ключи какому-то бородачу

.

Этого я знаю

.

По телику

.

Фидель Кастро, во! Ему стало смешно

.

– Выходи

.

Опять этот дубина в очках со своей пушкой

.

– Что такое Свинский залив?

В ответ он получил прикладом по физиономии

.

Как они не любят американцев, эти кубин цы

.

Они все обступили его, был даже один негр

.

Вот черт, швейцарский негр! Я и не знал, что они тоже это подхватили

.

Негр – в противниках, это сразу уложило его на обе лопатки

.

Ни на что больше нельзя рассчитывать

.

Еще здесь были близнецы

.

Сначала он подумал, что у него опять двоится в глазах, но нет, правда, близнецы, плохой знак: близнецы в Швейцарии после трех часов дня, каждый знает

.

Все эти кубинцы разглядывали его, и он никогда еще не Ромен Гари Прощай, Гари Купер!

чувствовал, чтобы его так сильно любили, до такой степени, что он даже нашел свою улыбку, настоящую, циничную

.

Они вытолкали его из «триумфа», подгоняя со всех сторон прикладами

.

Говорю же, Свин ский залив

.

И вьетнамцы в каждом углу

.

С бородачом во главе

.

На нем была накидка типа армейской плащ-палатки, как в «Сокровище Сьерра-Мадре»1 с Че Геварой в главной роли

.

– Слушайте, парни, у вас тут поблизости американский флаг, случаем, не завалялся? А то мне без него никак

.

Они молчали

.

У них по расписанию не стоял час смеха

.

Миллион долларов – дело нешу точное

.

Даже папа Римский не стал бы шутить

.

Они достали чемодан и открыли его

.

Просто ужасно было видеть все эти деньги, от этого хотелось умереть с голоду

.

Золото

.

Доллары

.

Кучи, кучи денег

.

Это уже были не наличные, а демография какая-то

.

Стоило посмотреть

.

В книжках такого не вычитаешь

.

Смотри внима тельно, Ленни

.

Потом ты в самом деле сможешь сказать, что был в Швейцарии

.

– Ленни

.

.

.

Нет, кроме шуток, она пустила слезу

.

Нормально

.

Из-за денег прослезилась

.

Эмоции

.

Как там говорил великий Зис, единственный и настоящий китаец, тот, кто все предвидел, в своих перлах? Ах да, вот:

Если хочешь мир исправить, Хорошо б его подплавить, Врезать градусов мильон, Славный справится бульон

.

– Ленни

.

.

.

– Да, Джесс

.

Спасибо, Джесс

.

Я тоже тебя люблю, Джесс

.

Только ничего не говори

.

Все и так очень красиво

.

К ним приблизился этот дубина в очках

.

Подозрительный

.

Ревнивый

.

Потому что с ним у нее было что-то личное

.

В руке он держал термос

.

– На, выпей, скотина

.

– Поль, хватит уже

.

Поль

.

На свете был лишь один настоящий Поль – это Пол Десмонд, труба Дэйва Брубека

.

Это, конечно, был не Чарли Паркер, но Чарли Паркер отдал концы, героин, вы понимаете, и его труба умолкла

.

А без него какая тут жизнь, к черту

.

Когда Чарли Паркер дул в свою трубу, чувствовалось, что что-то наконец падет, что что-то наконец откроется, что что-то наконец окажется там, внутри

.

Он отпил глоток

.

Кофе

.

– Что вы туда подмешали, приятели? Стрихнин?

– Шевелись

.

– Это всего лишь снотворное, Ленни

.

А! Всего лишь

.

Он выпил еще

.

И даже обрадовался

.

Анастасия

.

Да, это как раз то, что ему сейчас было нужно: Анастасия

.

Засыпаешь у нее на руках и больше ничего не чувствуешь

.

– Джесс, они тебя за это убьют

.

Это точно, как то, что Бог существует

.

.

.

в общем, понимаешь, что я имею в виду

.

– Они ничего не могут сделать

.

Им крышка

.

Поль, покажи ему фотографии

.

Что ж, давайте теперь рассматривать фотографии

.

Это – лапа, это – мама, это – Эйфелева башня

.

Покажи мне свою свистульку, а я тебе – свою

.

Очкарик подгребает со своим семейным альбомом

.

«Сокровище Сьерра-Мадре» – фильм американского режиссера Джона Хьюстона (1947 г

.

)

.

Ромен Гари Прощай, Гари Купер!

– Еще раз меня так назовешь – и получишь пулю промеж глаз

.

Вот те раз! Он даже не знал, что говорит

.

Анастасия начинает действовать

.

Он взглянул на фотографии

.

Вот черт

.

Он онемел от удивления

.

Ангел и Греческая Судьба у яхты

.

Ангел рядом с «бьюиком», вместе с Красавчиком и чемоданом

.

Ангел, Греческая Судьба и Красавчик в «бьюике»

.

Ангел везде, с Ленни, без Ленни

.

Греческая Судьба один, крупным планом, так, что даже видны его волосатые ноздри

.

«Бьюик» и «триумф» перед амбаром «Чинзано», словом, весь пикник

.

– Вот черт

.

– В первый раз Поль находился там, в амбаре

.

С «Полароидом»

.

Вот так

.

Ангелу вставил в задницу

.

Красавчику вставил

.

.

.

просто, вежливо

.

Греческой Судьбе вставил в задницу

.

Кранты ему теперь, Греческой Судьбе

.

Всех – на Мадагаскар

.

Что они могли сделать? Ничего

.

Все здесь, голубчики

.

Вычислены

.

Сфотографированы

.

Подписа ны

.

– Ну, пей же

.

Он отхлебнул еще глоток

.

Кофе – это хорошо для тонуса

.

Анастасия – еще лучше

.

Он взглянул на нее

.

Тарзан

.

Вот кто была эта девчонка, настоящий Тарзан, царь джунглей

.

И все же она плакала, из вежливости, разумеется

.

Она даже не сняла для этого свои очки

.

Верно, чтобы он не заметил, что она плачет

.

– Ты – Тарзан, а я – Джейн

.

– О, Ленни

.

.

.

Ну, нет

.

Это было слишком просто

.

Сначала заводят, затем ломают, пускают кровь, напус кают Анастасию, а потом говорят: «О, Ленни

.

.

.

», со слезами на глазах

.

Чертов Матриархат

.

Нет, погоди

.

– Я хочу тебе сказать кое-что, Джесс

.

Я никогда еще не трахал девчонки, которая траха ется лучше, чем ты

.

Понимаешь?

Удар прикладом в физиономию, еще один

.

Он их не украл, ему их дали

.

Приехали: Ленни внизу, на земле, ноль метров над уровнем того самого

.

Он свалился

.

Голова трещала – на стоящий Таос, но зато полезно для его отчуждения

.

Он почувствовал руки на своем лице, а потом – как он лежит на спине, а голова – у нее на коленях

.

Ее колени

.

Она обнимала его

.

Он не мог защищаться

.

– Прощай, Ленни

.

Слезы капали ему на лицо

.

Что, у нее их целый бидон, что ли? Невероятно

.

Эта мысль вертелась у него в голове

.

Он все падал, падал

.

Что здесь делает этот пудель? Эти мерзавцы, они умели дать вам почувствовать, что вы не собака

.

Ну что, оно уже близко, да? Небо-то?

Голубое ведь, подлюга

.

Плевало оно на всех

.

Там, наверное, куча греков набилась

.

Мистер Джонс, никто и не думает спать со своей матерью, хватит того, что она у тебя есть, чтобы ее еще и иметь

.

.

.

Матриархат

.

Анастасия нагоняла уже вскачь

.

Он вытаращил глаза, пытаясь высмотреть там, наверху, кого-нибудь или что-нибудь;

но нет, ничего, одна синь, ни следа Гари Купера, то есть того, настоящего

.

.

.

– Когда ты кончишь играть в «Снятие с Креста», Джесс

.

Пора линять

.

Она вложила две фотографии в руку Ленни

.

На одной она нацарапала: «Вы найдете еще десяток ваших фотографий на яхте», подпись: «Комитет действия

.

Джесс Донахью»

.

Они уже запихивали добычу в «паккард» братьев Дженнаро, Она села в «порше», за ней – Карл Бём, Жан и Чак

.

Поль сел за руль

.

– Секунду, Ромен Гари Прощай, Гари Купер!

Она вышла, достала из чемодана десять банкнот по тысяче долларов и сунула их в карман Ленни

.

Подождала, пока они снимут форму и спрячут винтовки

.

Такое, уж точно, случилось впервые: чтобы личное оружие, которое каждый юный швейцарец, отслужив в армии, хранил при себе, применялось для борьбы с капиталом

.

.

.

Винтовки, наверное, сгорали со стыда, им никогда уже не стать прежними

.

Жан разглядывал его, куря сигарету

.

– Вам бы нужно вернуться в Америку, обоим

.

– Спасибо

.

Это то, что называешь «есть еще социальное предназначение», полагаю

.

Или это из-за миллиона, который я нашла для Комитета действия?

– Ты никогда ничего не забываешь, Джесс

.

.

.

В конце концов, ты его любишь или нет?

– Я и своего отца тоже любила

.

Я не хочу играть в дочки-матери

.

Я вовсе не собираюсь превратиться в мужественную женщину

.

Да, я его люблю

.

И это значит лишь одно: я не желаю больше ничего слышать о любви

.

Я также отказываюсь иметь дело со своим «Я»

.

Ему, этому «Я», уже надоело

.

Я оставляю царство «Я»

.

Хватит роскошных хором и принцесс, мечтающих о внешнем мире

.

Хватит этого сволочного царства

.

Там все провоняло

.

– Мои родители тебя давно ждут

.

Тебе там будет хорошо

.

– Недели две, не больше

.

– А потом?

– Берлин

.

Я знаю одного парня, из социалистов

.

Поеду с Карлом Бёмом

.

Если все устро ится, останусь в Германии

.

– Точно

.

У них самый высокий уровень жизни в мире, уже не знают, куда деваться, бедные

.

На вот, возьми

.

Он сунул пачку банкнот в карман ее пиджака

.

– Потом все с Карлом подсчитаете

.

Твои расходы

.

Она открыла дверцу «триумфа»

.

– О’кей!

– Нет, Джесс, поезжай с ними

.

Так безопаснее

.

Не забывай, они ведь еще не видели фотографий

.

– Оставь «триумф» у «Атлантического кредита»

.

Мне нужно забрать там бумаги отца

.

– Ну, вы едете, черт бы вас побрал?! – заорал Поль

.

Она села в «порше»

.

Карл Бём чем-то смахивал на Радека, который в 1930-м пустил знаменитый революционный лозунг цели, которая оправдывает средства: «У хорошей хозяйки все должно идти в дело, даже помои»

.

Правда, Сталин его все равно расстрелял, наверное, ему не нужен был лишний мусор, ему хватало себя самого

.

«Порше» выехал на дорогу

.

Накидка цвета хаки, жиденькие волосики, едва прикрывающие будущую лысину, золотисто-русая борода и очки в металлической оправе – Карл Бём имел ту «неизменно яркую» внешность интеллектуалов, которые обладают огромным, правда чисто теоретическим, опытом в реальности

.

– Кто будет распределять? – спросил Поль

.

– Координационный комитет

.

Приоритет отдается немецким студентам

.

Они самые зрелые

.

– То есть они созрели для сбора урожая? Какая у них тенденция в настоящий момент?

Пекин?

– Нет, никакой преимущественной тенденции

.

– Что ж, многообещающие планы, в смысле распределения

.

– Мы все высказались за эту программу действий

.

– А что потом?

– «Потом» – это метафизика

.

– Я абонировал три сейфа в разных банках, – сказал Поль

.

Ромен Гари Прощай, Гари Купер!

– Я не хочу хранить это в Швейцарии

.

– Глупо

.

Стоит хорошо вложить этот миллион, и через год вы удвоите сумму

.

– Ты предлагаешь нам переквалифицироваться? Вперед, к капитализму?

– Ну и что? В Китае ведь делают так, и в Ватикане тоже, и на Кубе, и в СССР

.

.

.

Могу порекомендовать тебе отличного эксперта в этих делах

.

– Твоего отца?

– Идиот

.

– Потом посмотрим

.

Они высадили ее у «Атлантического кредита»

.

Жан с «триумфом» уже был на месте

.

Она взяла ключи

.

– Увидимся у твоих родителей

.

Пока

.

– Никаких «пока»

.

Я подожду тебя здесь

.

С этими скотами никогда не знаешь, чего ждать

.

– О да, они украдут меня среди бела дня

.

– Кто знает

.

Она предъявила на контроле извещение, получила запечатанный конверт на свое имя вме сте с ключом и спустилась в подземный отдел сейфов, где царила затхлая атмосфера легшей на дно подлодки и небывалая тишина: молчание настоящего доверия

.

Самая древняя мечта че ловека: защищенность

.

Электрический свет отражался в гладкой стали брони, еще чуть-чуть – и стал бы слышен глухой стук сердец

.

Инфарктники и слабонервные всегда просили их сопровождать

.

В огромных сейфах, похожих на реакторы, хранились миллиарды в шедеврах живописи, которые больше не видели белого света

.

Обильный урожай диктатур, монархий и революций

.

Самые красивые, самые знаменитые драгоценности Истории: те, что принад лежали Прекрасной Елене, Анне Болейн, Изабелле Кастильской, сокровища всех королей и императоров, золото тиранов и будущих освобожденных держав, братский союз, объединив ший Мао и Трухильо, Политбюро СССР и ЦРУ, гангстеров и разведслужбы, мафию, героин и напалм, классовую борьбу и буржуазию

.

Она входила сюда впервые и невольно уже стала искать глазами Тутанхамона

.

Они ведь могли подкинуть сюда и парочку саркофагов, мумию какую-нибудь, Навуходоносора или Ашшурбанипала

.

Она поймала себя на том, что затаила дыхание и ступает на цыпочках

.

Как бы там ни было, Вечное они чтили все

.

Она нашла нужный сейф и открыла его

.

Она не сразу поняла, в чем дело

.

Сначала решила, что ошиблась ящиком, но это было полной нелепостью

.

Там находилось порядочное количество золотых слитков и пачек долларов, которое на вскидку не уступало тому, что десант «Красной кнопки» обнаружил в пресловутом чемодане

.

Она смотрела на эти сокровища не отрываясь

.

Это был сейф ее отца

.

Он

.

.

.

Она прислонилась к холодной стали, закрыла глаза и какое-то время стояла так, непо движно

.

Потом кровь снова побежала к сердцу

.

Он умыкнул это богатство у контрабандистов и у таможенников, это были пропавшие деньги, те, которые «так никуда и не прибыли», как сказал ей инспектор

.

Он прокатил и контрабандистов, и полицию

.

Ценой собственной жизни

.

У нее подкашивались ноги, ей хотелось присесть, но она не осмеливалась закрыть сейф

.

Она боялась, что ей не достанет сил вновь его открыть или что там уже ничего не будет, магия перестанет действовать

.

Она заметила документы и белый конверт, подпертый слитком золота

.

Она взяла его:

«Джесс

.

На случай моей смерти»

.

Открыла

.

Дорогая моя девочка, здесь все твое

.

Выло бы слишком долго все тебе объяснять, и они, наверное, уже ищут меня повсюду

.

К черту мою жизнь, к черту воспоминания, к черту Ромен Гари Прощай, Гари Купер!

этого Пьеро, мечтающего при луне, Аллана Донахью

.

Я не собираюсь провести остав шиеся мне несколько лет у Анонимных алкоголиков

.

Если тебе скажут, что твой отец «работал» на контрабандистов или на полицию, можешь улыбнуться в ответ

.

Я любил тебя так, как ни один отец не любил еще свою дочь

.

Есть внутренние проблемы, кото рые нельзя решить достойно

.

Но мне, как видишь, удалось решить некоторые

.

.

.

внешние

.

Материальные

.

Думаю, мне за многое надо расплатиться

.

Честность? Человек не может быть честным ни перед собой, ни перед другими

.

Ты сама это говорила: одних сволочей сменяют другие, и все революции в истории, все без исключения, всегда находят своих сволочей, и без особого затруднения

.

Если хочешь сделать меня счастливым – или, по крайней мере, отмщенным – возьми эти деньги себе

.

И пусть это не помешает тебе оставить фотографию Че Гевары у себя на столике

.

Придет день, и ты сделаешь свой выбор

.

Пока подожди выбирать, еще рано, не в двадцать лет

.

Когда тебе двадцать, чело век не выбирает, потому что все идеи еще новы и сильны

.

Ты видишь только правду, ты не замечаешь, что в ней ничего нет, кроме красоты

.

Знаю, знаю: осенние листья

.

.

.

Но во мне говорит вовсе не «опытность», и не «зрелость», во мне говорит любовь

.

Оставь эти деньги

.

Иначе мне нечем будет жить в чистилище

.

Я люблю тебя, Джесс

.

Я всегда тебя любил

.

Надеюсь, что при этих словах у тебя под ногами не разверзнется пропасть, потому что то была настоящая любовь, а настоящая любовь, какой бы она ни была, всегда остается чистой

.

Я люблю тебя, Джесс

.

Это все

.

Прощай

.

Аллан

.

Она не заплакала

.

Она не могла даже думать

.

Она была вне эмоций, вне мысли

.

За нее говорили ее кровь и плоть

.

Она подчинялась

.

Другая рука, другая сила, другое мужество, исходившее от мужчины, от ее отца, действовали вместо нее

.

Так распорядилась судьба

.

Она стала закрывать сейф, но снова его открыла, взяла десять тысячедолларовых купюр и оставила письмо внутри

.

Затем не спеша закрыла сейф

.

Она вернулась на контроль, сняла сейф поменьше и положила туда ключ от первого

.

От этого она потребовала три ключа

.

Один она взяла себе, другой оставила в банке на свое имя, третий решила отослать в «Отель Гритти», в Венецию, также на свое имя

.

Она отдала на контроле два конверта: один – сохранить, другой – отправить

.

И вышла

.

Жан стоял на том же месте, перед «триумфом»

.

– Вот тебе и «пять минут»

.

.

.

Что-то важное?

– Нет, ничего

.

Личные бумаги

.

– У тебя расстроенный вид

.

– Да? Интересно, с чего бы это

.

– Что с тобой, Джесс? Ты будто сердишься на меня?

Она избегала его взгляда

.

«Есть еще

.

.

.

социальное предназначение»

.

Сколько раз он ей это повторял? Так, ну и что? Только что с ней говорил голос, доносившийся из глубины этого вавилонского склепа, набитого всякими Тутанк-Мамонами

.

Человек, настоящий, настоящая любовь человека

.

.

.

Ну-ка, идите все сюда

.

Я припасла целое состояние для ваших Комитетов действия

.

Действуйте же

.

Разбейте всех, и меня в том числе

.

Но вы – чистюли

.

Вам не справиться без парочки последних мерзавцев

.

Двадцать миллионов, не считая тех, что погибли на войне, при Сталине

.

Вас раздавит какой-нибудь новый Будапешт

.

Че Гевара – конечно – тоже чистенький

.

Сколько времени он себе отсчитал на то, чтобы его расстреляли?

– Джесс, да где ты витаешь, в конце концов?

– Не знаю, Жан

.

Но я – там, и хочу там оставаться

.

Она помедлила, потом сказала:

– Мне нужно кое-что купить

.

Ты не мог бы взять такси?

– Говорю тебе, сейчас опасно разъезжать одной

.

Ромен Гари Прощай, Гари Купер!

– Не опаснее, чем все остальное, Жан

.

Ты знаешь, каждому – свое

.

– Она посмотрела на него с неприязнью

.

– Свое

.

.

.

социальное предназначение

.

– Беру свои слова обратно

.

Я плохо о тебе подумал

.

Устойчивое представление об амери канках

.

Приношу свои извинения

.

Знаешь, когда ты упускаешь женщину

.

.

.

Она поцеловала его

.

– Ты прекрасно меня понял

.

С самого начала

.

Однажды ты станешь известным писателем

.

– Черт возьми, это что еще такое, – настоящее прощание? Джесс, только без глупостей

.

– Я тебе позвоню

.

Ах да, забыла

.

.

.

Она достала из кармана десять тысяч долларов, которые он ей положил

.

– Возьми

.

– Но у тебя же нет ни гроша

.

– В сейфе было немного денег

.

Отец оставил мне, на черный день

.

Отдай их Карлу

.

Мне они не нужны

.

Чао

.

Она села в «триумф» и уехала

.

Когда он открыл глаза, она вела машину

.

Увидев ее рядом, за рулем, он испустил страшный вопль, но потом успокоился;

это ведь был не матриархат, а простой кошмар

.

Уф! Ох хотел проснуться, открыть глаза, но глаза его были уже открыты: это не сон

.

Он трижды выругался, как делают в церкви, чтобы оградить себя от нечистой силы;

тут его прошиб холодный пот, и он заорал, что, дескать, остановите, я уже приехал, спасибо, что подвезли, но она взяла его за руку, он хотел выпрыгнуть на ходу, но не мог даже шевельнуться, она связала ему ноги? Ах, нет, это всего лишь остатки Анастасии

.

– Я люблю тебя, Ленни

.

Он быстро затараторил:

– Я тоже люблю тебя, Джесси, я никогда еще никого и ничто так не любил, клянусь тебе

.

Он так ее боялся, что это выскочило само собой и даже вполне искренно, нет ничего более правдивого, чем страх

.

Он в самом деле вложил туда все, что у него было

.

Черт, это правда шло от самого сердца

.

Он даже счел нелишним добавить;

«Я буду любить тебя всю свою жизнь», и тут же подумал, что переборщил, но нет, это же вполне искренно, да, так искренно, что он еще больше испугался

.

Черт возьми, а может, это правда?

– Я знаю, Ленни

.

Уф

.

Главное, ей не перечить

.

Вот тебе и любовь

.

Он вытер с лица запекшуюся кровь

.

Любовь

.

Как подумаю, что мог бы сейчас сидеть себе спокойно во Вьетнаме

.

.

.

А все из-за этого повернутого Буга с его гороскопом

.

Одни неприятности! Нет, в следующий раз, если кто предложит составить мне гороскоп, плюну в рожу

.

Вся эта дурь, от нее одни несчастья

.

Он огляделся – ничего, темень

.

А пахло хорошо, мимозой

.

– Я правда думал, что у нас с тобой все кончено, Джесс, – сказал он, вздохнув, и тут же готов был язык себе откусить, да поздно, вылетело, не поймаешь;

черт, разве такое говорят девушке, это даже невежливо

.

Он взглянул на нее, украдкой: но нет, ничего она, наверное, не поняла

.

– Я хочу сказать

.

.

.

– Я знаю, Ленни

.

Я тоже думала, что все кончено

.

Но появилась судьба

.

Он глянул через плечо: нет никакого «бьюика»

.

И потом, с этими фотографиями, что она могла им сделать, судьба?

– Мы наконец-то свободны, Ленни

.

Ромен Гари Прощай, Гари Купер!

Свободны, вы только послушайте

.

Да она даже не знала, о чем говорит

.

То тебе любовь, и тут же – свобода

.

Кто когда видел их вместе? Нет, надо выбирать

.

Я-то давным-давно уже выбрал

.

Я выбрал любовь, честное слово, Джесс

.

.

.

Надо было соблюдать осторожность, даже в мыслях

.

У них сейчас такие средства, упасть и не встать! Электроника

.

Слышат буквально всё

.

– Что произошло, Джесс?

– Я вернулась за тобой

.

Спасибо

.

– Где мы сейчас?

– В Италии

.

Так

.

Теперь Италия

.

Что он забыл в Италии, интересно

.

Все, чего он хотел, это – Вьетнам

.

Оказаться бы где-нибудь в рисовых полях, чтобы косоглазые со всех сторон

.

Вот где можно спокойно отдышаться

.

– Я не могу жить без тебя, Ленни

.

– Забавно, я как раз собирался сказать тебе то же самое, Джесс

.

Честное слово

.

– Ты меня любишь?

– Я люблю тебя, Джесс

.

– Ты правда меня любишь?

– Я правда люблю тебя, Труди, я

.

.

.

О, черт

.

.

.

– Труди?

Он напряг все свое воображение с такой силой, что можно было угробить кого-нибудь

.

– Я сказал – Труди?

– Ты сказал Труди

.

Кто это, Труди?

– Нет, правда, забавно

.

Труди, так звали мою мать

.

Ну и ну!

Уф! Он вытер со лба пот

.

С таким напрягом можно и шею свернуть, честное слово

.

– Да, мою мать

.

В голове все перемешалось

.

Анастасия

.

Она наклонилась и поцеловала его

.

Нежно так

.

Мило

.

Он почувствовал себя гораздо лучше

.

Он вновь обретал веру в свои силы

.

До олимпийца, конечно, далековато, но уже кое-что

.

Ложь, только она бывает истинной

.

– Что мы будем делать в Италии, Джесс?

– Будем жить, Ленни

.

Наконец-то жить, как нормальные люди

.

Если бы только она вела немного помедленнее, можно было бы спрыгнуть на ходу, найти добрых людей, которые спрятали бы его у себя в подвале на несколько дней

.

Лето скоро кончится, он опять сможет давать уроки, и Буг, их общий отец, должен был вернуться

.

Жить

.

Да еще как нормальные люди

.

Все с ней ясно, с этой девицей, одна из тех нормальных, что построили Америку

.

Ни перед чем не останавливаются

.

Но ему даже прыгать не хотелось

.

Сердце куда-то пропало

.

Оно не станет биться

.

Ничто на свете не стоило таких усилий

.

Даже любовь

.

Оно не станет биться с любовью

.

На что она ему, эта любовь;

только вас ведь не спрашивают, свалится тебе на шею такое сокровище, и что? Оно прет на тебя лавиной, что ты тут поделаешь? Но так даже лучше, он начинал чувствовать себя счастливым, умиротворенным, как будто в самом деле все пропало

.

– Мы поженимся, Джесс?

В любом случае, всегда легче отвязаться, когда ты женат на ней

.

У тебя тогда появляется веская причина

.

Никто не станет тебя упрекать

.

– Спасибо, Ленни

.

Но нет

.

Думаю, лучше немного переждать

.

Ромен Гари Прощай, Гари Купер!

Переждать, как же

.

Да она уже высматривает, нет ли где поблизости какой свободной церквушки

.

– Джесс, давай поженимся

.

И дотом все станет легче

.

– Что значит легче?

Голос, голос его выдал

.

Слишком резкий

.

Зачем было делать себе еще одного врага из этой девчонки

.

Ее одной уже более чем достаточно

.

А то она, чего доброго, решит, что я – циник

.

Я – не циник

.

Я только не хотел бы увидеть зрелость, как те дурни, что пускают себе пулю в лоб

.

– Ну, не знаю, Джесс

.

Потом, когда возвращаешься, смотришь на себя и говоришь, что вот, теперь я женат, уже что-то

.

При этом у него почему-то задергалось лицо

.

Странно, ведь он даже почувствовал легкое возбуждение при этой мысли о свадьбе

.

Начало тянуть со всех сторон, как будто наполняясь изнутри, как палец перчатки, которую выворачивают наизнанку

.

– Посмотрим, Ленни

.

– Как ты захочешь, Джесс

.

Можно было бы даже завести детей

.

Нет, он вовсе не издевался, какое там! С такими девицами, как эта, которые построили Америку и правили вами, ерундой не обойдешься, нужны сильнодействующие средства

.

Сва дьба, для начала, три ребенка, пум-пум-пум, и всё, больше вас уже ничто не держит

.

Это все равно что льва проглотить

.

Дезертирство вам обеспечено, как пить дать

.

Может, еще хорошее место в придачу, какая-нибудь бензозаправка, как отбросило бы куда подальше, долго бы потом искали!

Ему хотелось вести себя с ней по-скотски, говорить ей гадости

.

Так у него еще никогда не было, ни с кем

.

Его как подменили

.

Ему хотелось смыться, но не хотелось оставлять ее

.

Он пытался замять свои дерзости

.

Иначе она сама могла его бросить

.

Настоящая стерва попалась

.

И строгая к тому же

.

Упертая

.

Из тех, кто идет до конца и строит Америку

.

Если вы думаете, что я не знаю, чего хочу, значит, вы никогда не любили женщину, которую никак не могли понять, вот и все

.

Она была бы прекрасной женой кому-нибудь другому

.

Этакая тигрица, которая ест своих малышей

.

То есть защищает их, я хотел сказать

.

Он рассмеялся

.

Она тоже

.

– Все будет хорошо, вот увидишь, – сказала она

.

Италия

.

Луна

.

Матриархат

.

Любовь

.

Черт возьми, убивают

.

Она взяла его за руку

.

У нее было такое нежное личико

.

Невероятно, из чего только плавится сталь!

– Ты немного боишься, Ленни

.

Я знаю

.

Я понимаю

.

Немного

.

С таким «немного» можно инфартук схлопотать

.

– Нет, Джесс

.

Это другое

.

Я уже сам не знаю, что со мной

.

– Внешняя Монголия

.

Ему это очень не понравилось

.

Его Внешняя Монголия, она ее не касалась

.

– Не понимаю

.

– Внешняя Монголия, это ты и я

.

Наш мир

.

Это единственная настоящая Внешняя Мон голия, Ленни

.

Ну да, только после придется возвращаться

.

Он искоса взглянул на нее

.

Невероятно, до чего она была красивая, эта девчонка, даже через две недели

.

Она не старела, то есть ну, вы понимаете

.

Такая же красивая, как если бы Ромен Гари Прощай, Гари Купер!

он и не знал ее вовсе

.

Он сдался

.

Эти принципы, они ему уже вот где

.

Невозможно постоянно жить, время от времени нужно и сдаваться

.

Да, он любил ее

.

Такое со всяким случается

.

Бывает, тебя и в подземном переходе задавят

.

Человек, он живой, он не может всегда быть лучшим

.

Светила замечательная луна, все цвело и пахло, Италия, словом, момент подходящий

.

Италия

.

Он давно хотел посмотреть на пирамиды

.

И потом, если ваша мамочка вас бросила, когда вам было восемь лет, это вовсе не значит, что она одна такая, и что все остальные, это на всю жизнь

.

Вот эта, например, она тоже тебя бросит, Ленни

.

Не беспокойся

.

Он стал что-то напевать

.

Сунул руки в карманы и нащупал что-то, чего раньше там не было

.

Достал

.

О, черт! Доллары

.

Целая куча

.

– Боже мой, что это такое? Откуда?

– Это мои товарищи положили тебе деньги в карман, Ленни

.

Подъемные

.

Он пересчитал банкноты

.

– Десять тысяч долларов, – сказал он сдавленным голосом

.

Он словно окаменел

.

Ловушка

.

Настоящая

.

– Десять тысяч

.

Я не могу жить с этим, Джесс

.

Нет, какие тут шутки, это не для меня

.

Десять тысяч

.

.

.

Я теперь и пошевелиться не смогу, боюсь, как бы их не задеть ненароком

.

– Оставь это, слышишь

.

– Говорю тебе, у меня от этого шарики за ролики заезжают

.

– Привыкнешь

.

– Этого-то я и боюсь

.

Ты привыкаешь к чему-нибудь или к кому-нибудь, а потом они вас бросают

.

И ничего не остается

.

Ты понимаешь?

Она затормозила

.

Голос ее дрожал

.

– Ленни, да что же они все тебе сделали? Я тебя не брошу

.

– Они ничего мне не сделали, Джесс

.

Абсолютно ничего

.

Их двести миллионов, что они могут?

.

.

Им вообще нет никакого дела

.

Они даже не посмотрели на меня

.

Полная демография

.

Иногда твоя мать сбегает, вот и все

.

– Я не сбегу

.

– Мне не нужна мать

.

На что мне эти матери

.

Моя-то даже правильно сделала, что сбежала

.

Прежде ее имели все подряд на мужниной постели, когда отца не было дома

.

Да, дорогой, о, да, вот так, дорогой, еще, да, да, вот так

.

А мне еще и семи не было

.

Я даже считать не умел

.

Что уж там

.

.

.

Она остановила машину, потянулась к нему, обняла крепко-крепко

.

– Ленни

.

.

.

Ленни

.

.

.

– Что ты плачешь, Джесс? Я ведь только хотел сказать, что не люблю, когда сбегают

.

Поэтому сбегаю первым

.

Так оно вернее

.

– Обещаю тебе, Ленни, ты сбежишь первым

.

Ты меня бросишь, а не я тебя

.

– Обещаешь?

– Да, да, да!

– Что ж, тогда ладно

.

И детей не будем заводить

.

Зачем их мучить

.

– Как скажешь

.

– И еще одно

.

Твой отец, я здесь ни при чем

.

Я ничего не знал

.

Ничего, слышишь?

– Ленни, я уже все знаю

.

Он оставил мне письмо

.

Это была другая банда

.

Не Ангел

.

– Уф! Теперь полегчало

.

Да, правда, гораздо легче

.

Ангел, он нормальный парень

.

Я хочу сказать, что он не из тех, что режут всех направо и налево

.

Он не станет беспокоиться

.

– Джентльмен

.

– Точно

.

Как там его зовут-то, того, другого, у которого судьба, грека?

Ромен Гари Прощай, Гари Купер!

– Эдип

.

– Нет

.

Ах да, Джонс

.

Мистер Джонс

.

Этот настоящий убийца

.

Даже странно, ты заме тила, Джесс, когда говорят «это судьба», всегда имеют в виду какую-нибудь дрянь

.

Это как предчувствие

.

Ты когда-нибудь слышала, чтобы предчувствие было хорошим?

Он чувствовал, что засыпает

.

Анастасия

.

У них, в Азии, куча всяких классных вещей, это точно

.

Анастасия

.

Эвтаназия

.

Внешняя Монголия

.

И к тому же это далеко, далеко отовсю ду

.

Никакой судьбы, никаких греков, никаких предчувствий, никакой мамочки, которая как подстилка, о, да, о, вот так, еще, еще, мой дорогой, вот так, да, да, о, мой-йой-ооо

.

.

.

– Нужно будет как-нибудь съездить туда, Джесс

.

– Куда, Ленни?

– Ну, туда, знаешь

.

.

.

Туда

.

Далеко-далеко

.

Очень далеко

.

Может быть, это существует

.

Прочное

.

Должно же оно где-нибудь быть, Джесс

.

.

.

Она всхлипывала, прижимая к себе в лунном свете эту солнечную голову

.

– Оно есть, Ленни

.

Это существует

.

Только пока оно еще очень далеко

.

– Что-то где-то все равно должно быть, Джесс

.

Нельзя же жить в трубе

.

– Спи, любовь моя

.

Спи

.

– Я имею в виду Чарли Паркера

.

Когда он играет, оно существует

.

Ты это слышишь, оно здесь и говорит с тобой

.

Когда он дул в свою трубу, было такое впечатление

.

.

.

оно открывалось

.

.

.

ты понимаешь

.

.

.

– Понимаю, Ленни

.

Спи, любимый

.

Спи, мой мальчик

.

Я никогда тебя не брошу

.

Никогда

.

Ты первым оставишь меня

.

Не бойся

.

Спи, малыш

.

Спи

.

– Когда он дул в эту трубу, Джесс

.

.

.

тебе казалось, что

.

.

.

что-то сейчас упадет

.

.

.

что-то откроется

.

.

.

и даже что-то будет там, внутри

.

.

.

Ты понимаешь

.

.

.

– Я понимаю, что ты хочешь сказать

.

– Однажды мы поедем туда, вдвоем

.

.

.

– Да, да, Ленни, поедем

.

И приедем

.

Спи

.

Положи голову

.

Сюда

.

Да, вот так

.

Теперь ты – вся моя жизнь

.

– Там, наверное, здорово, там, где-то

.

.

.

Не знаю, где

.

.

.

Не здесь

.

.

.

Ты понимаешь

.

.

.

– Понимаю, Ленни

.

Да, я понимаю, что ты хочешь сказать

.

– Нельзя жить

.

.

.

в трубе

.

Джесс

.

.

.

Ты понимаешь

.

.

.

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 ||



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.