WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Лейтенант Фредерик де Лярп «Из Марселя в Центральную Азию и обратно» Из Ялты в Севастополь 26 августа 1898 года. — <…> Я посещаю французское кладбище, расположенное в нескольких километрах от Севастополя.

В центральном мавзолее покоятся генералы и офицеры главного штаба;

внутри на маленьком алтаре лежат венки от Общества по охране захоронений, Общества помощи раненым, а также венки от французских военных кораблей, посещающих Севастополь. К кладбищенской ограде примыкает ряд однотипных мавзолеев с останками офицеров и солдат определенной дивизии.

Могилы и сад находятся в идеальном состоянии.<…> Французское кладбище Севастополя.

Центральный мавзолей.

Фотография автора — лейтенанта Фредерика де Ляпра Справа от дороги тянется каменистая невозделанная степь, которая, начиная со слабо очерченной и очень плоской Сапун-горы, спускается к Севастополю мягким склоном, испещренным сухими оврагами. И вот, наконец, три лошади моего фаэтона доставляют меня в Севастополь, проделав путь в 84 версты за 11 часов, включая двух часовую остановку на Байдарах.

27 августа. — Между открытым морем, рейдом и портом расположен очень бе лый, веселый город. Ничто не может омрачить его красоту: ни фортификационные © Перевод Геннадия Игоревича Беднарчика.

Источник: Lieutenant Frederic de l’Harpe «De Marseille en Asie Centrale et retour» A travers le monde N46 1899, Paris, Hachee.

© «Im Werden Verlag». Некоммерческое электронное издание. Мюнхен. hp://imwerden.de сооружения, ни руины прошедшей войны;

у этого города есть особая оживленность, присущая военным портам. Самое приятное место Севастополя — это городской сад на берегу рейда, врезающегося внутрь суши до самых меловых скал;

вечером мно гочисленная элегантно одетая публика встречается здесь и толпится у музыкального киоска.

После обеда, чтобы почувствовать себя более свободно, я решаю пешком со вершить паломничество к местам, политым французской кровью. Я прохожу порт, рабочий арсенальный квартал, расположенный рядом с просторными морскими ка зармами, и вот я поднимаюсь на возвышенность, покрытую молодой порослью. Это Малахов курган, на котором находилась знаменитая башня. Сегодня здесь разбит го родской сад;

среди зелени деревьев и кустарников на высоком постаменте стоит статуя адмирала Корнилова;

он изображен в тот момент, когда произносит слова: «Отстаи вайте же Севастополь!» Немного дальше виднеются остатки оборонительной башни:

круглый свод в хорошем состоянии и несколько опор из тесаного камня, служивших фундаментом для всей конструкции. С этого места открывается широкий обзор: вни зу рабочий арсенальный квартал, Корабельная слобода, затем порт и город, располо женный между рейдом справа и военным лагерем с палатками и побеленными извес тью постройками слева. На другой стороне рейда зеленый оазис окружает высокую каменную пирамиду: это Братское кладбище, на котором захоронено около 100 русских.

Повернувшись спиной к городу, мы наблюдаем вдалеке холмистую, сухую, тем но-зеленую степь, изрезанную известняком. В 400 метрах от Малахова кургана распо ложен заросший кустарником каменистый Зеленый холм;

в некоторых местах земля здесь усеяна рытвинами, как будто холм только что подвергся очередной бомбарди ровке;

смутно угадываются остатки траншей. Этого достаточно для того, чтобы впе чатлить путешественника, думающего о том, насколько обильно полита эта земля русской и французской кровью. <…> Посещая места, где шли ожесточенные бои за каждую пядь земли, читая историю осады города, проникаешься чувством восхищения героизмом воинов, не испытывая при этом ни капли ненависти. По словам А. Рамбо, стойкость русских усиливает нашу славу, а наша храбрость возвеличивает их мужество: «Память о Севастополе — это об щее, неделимое наследие наших двух армий».

Слабо очерченная округлая Доковая балка отделяет Зеленый холм от длинного плато, ограниченного со стороны города Большим Реданом (Третьим бастионом).

Во время этой молчаливой прогулки по священным местам в моей памяти всплы вают захватывающе реалистичные строки из воспоминаний об осаде города: жизнь в траншеях, в лагере, в осажденном Севастополе… Каждый день твои друзья погибают рядом с тобой, и ты ежедневно видишь места их гибели… у одного оторвало обе ноги, другой превращен в кровавое месиво: эти человеческие останки собирают в мешок и бросают рядом с трупами… Когда наступает ночь, необходимо восстанавливать обо ронительные сооружения, очищать забитые амбразуры, пополнять запас пороха и снарядов, подбирать мертвых… В лагере лишь иногда выпадает один выходной на семь дней;

надо восстанавливать разрушенные подходы, пополнять запасы продо вольствия, воды и дров;

нести караульную службу, перетаскивать на спине снаряды от погреба к батарее, изготовлять туры и т. д.

В Севастополе происходит то же самое. В еще уцелевших зданиях постоянное движение носилок — зрелище, способное охладить самые горячие головы. «Захо дишь, к примеру, в ресторан, — рассказывает один офицер, — и видишь за своим сто лом странных соседей: хирурги и врачи из полевого госпиталя в клеенчатых фартуках, залитых кровью с кусочками засохшей кожи, спешно обедающие и быстро возвраща ющиеся к своей страшной работе». (Рамбо) Вид с Малахового кургана:

Корабельная сторона, флотские казармы и город.

Фотография автора — лейтенанта Фредерика де Ляпра В дни бомбардировок гул канонады слышен вокруг на расстоянии 100 километ ров. Даже в самый ясный день солнце закрыто дымом, пылью, землей и осколками снарядов… Следуя вдоль вытянутой плоской вершины, оканчивающейся Большим Реданом, замечаешь остатки траншей и параллелей, а также тянущийся уступами рукав, свя зывающий бастион с Малаховой башней. Маленькая пирамидка на постаменте напо минает о штурмах, предпринятых английской армией. На ней высечена надпись: «In memory of those who fell in the trenches and assaults upon the Redan, 1855».

Исторический бульвар — это холмистое плато, возвышающееся над Севастопо лем. Здесь теперь городской сад;

каменные кладки обозначают местоположение каж дой батареи;

одна из этих батарей называлась Дамская, потому что в начале осады, в то время, когда Тотлебену не хватало рабочих рук, в строительстве этого бастиона принимали участие и женщины. Другую батарею прозвали батареей Зуава, потому что однажды один художник-весельчак изобразил на огромном холсте зуава, пленен ного казаком, и поместил этот холст перед батареей… С вершины Исторического бульвара открывается великолепная панорама пози ций англо-французской коалиции: высотка с колоколенкой, телеграфная высота, Зе леная гора, оканчиваюшаяся крутыми склонами между Лабораторной балкой и лож биной, продолжающей порт;

далее вершина Большого Редана и, наконец, силуэты Малахова кургана и Зеленого холма. <…>




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.