WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |

«“The Idiot” by Dostoevsky, translated into English by Pevear-Volokhonsky, chapters 1-8 1 Федор Михайлович Достоевский Идиот THE IDIOT ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. PART ONE I. I В конце ноября, в оттепель, ...»

-- [ Страница 2 ] --

- То-есть какова же? - вскинулся опять генерал, "How do you mean?" the general, who by now was достигший чрезвычайного расстройства. - Послушай, extremely disturbed, heaved himself up. "Listen, Ганя, ты пожалуста сегодня ей много не противоречь Ganya, please don't contradict her too much tonight, и постарайся эдак, знаешь, быть… одним словом, and try, you know, to… in short, to humor… Hm!… Why быть по душе… Гм!.. Что ты так рот-то кривишь? are you twisting your mouth like that? Listen, Gavrila Слушай, Гаврила Ардалионыч, кстати, очень даже Ardalionych, it would be opportune, even very кстати будет теперь сказать: из-за чего мы хлопочем? opportune, to say now: what's all this fuss about? You Понимаешь, что я относительно моей собственной see, concerning the profit that's in it for me, I've long выгоды, которая тут сидит, уже давно обеспечен;

я, been secure;

one way or another I'll turn it to my так или иначе, а в свою пользу дело решу. Тоцкий benefit. Totsky's decision is firm, and so I, too, am решение свое принял непоколебимо, стало быть, и я completely assured. And therefore, if there's anything I совершенно уверен. И потому, если я теперь желаю wish for now, it's your benefit. Judge for yourself-or чего, так это единственно твоей пользы. Сам посуди;

don't you trust me? Besides, you're a man… a man… in не доверяешь ты что ли мне? При том же ты short, a man of intelligence, and I've been counting on человек… человек… одним словом, человек умный, и you… and in the present case that is… that is…" я на тебя понадеялся… а это, в настоящем случае, это… это… - Это главное, - договорил Ганя, опять помогая "That is the main thing," Ganya finished, again helping затруднившемуся генералу и скорчив свои губы в out the faltering general, and contorting his lips into a ядовитейшую улыбку, которую уже не хотел most venomous smile, which he no longer cared to скрывать. Он глядел своим воспаленным взглядом hide. He fixed his inflamed gaze directly on the прямо в глаза генералу, как бы даже желая, чтобы general's eyes, as if he even wished to read the whole тот прочел в его взгляде всю его мысль. Генерал of his thought in them. The general turned purple and побагровел и вспылил. flared up.

- Ну да, ум главное! - поддакнул он, резко смотря "Well, yes, intelligence is the main thing!" he agreed, на Ганю:

- и смешной же ты человек, Гаврила looking sharply at Ganya. "And what a funny man you Ардалионыч! Ты ведь точно рад, я замечаю, этому are, Gavrila Arda-lionych! You seem to be glad, I купчику, как выходу для себя. Да тут именно чрез ум notice, of that little merchant, as a way out for надо бы с самого начала дойти;

тут именно надо yourself. But here you precisely should have gone by понять и… и поступить с обеих сторон: честно и intelligence from the very beginning;

here precisely one прямо, не то… предуведомить заранее, чтобы не must understand and… and act honestly and directly on компрометировать других, тем паче, что и времени к both sides, or else… give a warning beforehand, so as тому было довольно, и даже еще и теперь его not to compromise others, the more so as there's been остается довольно (генерал значительно поднял plenty of time for that, and even now there's still брови), несмотря на то, что остается всего только plenty of time" (the general raised his eyebrows несколько часов… Ты понял? Понял? Хочешь ты или meaningfully), "though there are only a few hours left… не хочешь, в самом деле? Если не хочешь, скажи, и - Do you understand? Do you? Are you willing or are you милости просим. Никто вас, Гаврила Ардалионыч, не not, in fact? If you're not, say so and-you're welcome.

удерживает, никто насильно в капкан не тащит, если Nobody's holding you, Gavrila Ardalionych, nobody's вы только видите тут капкан. dragging you into a trap by force, if you do see this as a trap."

- Я хочу, - вполголоса, но твердо промолвил Ганя, "I'm willing," Ganya said in a low but firm voice, потупил глаза и мрачно замолк. dropped his eyes, and fell gloomily silent.

Генерал был удовлетворен. Генерал погорячился, The general was satisfied. The general had lost his но уж видимо раскаивался, что далеко зашел. Он temper, but now apparently regretted having gone so вдруг оборотился к князю, и, казалось, по лицу его far. He suddenly turned to the prince, and the uneasy вдруг прошла беспокойная мысль, что ведь князь thought that the prince was right there and had heard был тут и все-таки слышал. them seemed to pass over his face.

“The Idiot” by Dostoevsky, translated into English by Pevear-Volokhonsky, chapters 1- Но он мгновенно успокоился, при одном взгляде на But he instantly felt reassured: one glance at the князя можно была вполне успокоиться. prince was enough for him to be fully reassured.

- Ого! - вскричал генерал, смотря на образчик "Oho!" cried the general, looking at the calligraphy каллиграфии, представленный князем:

- да ведь это sample the prince presented. "That's a model hand! And пропись! Да и пропись-то редкая! Посмотри-ка, Ганя, a rare one, too! Look here, Ganya, what talent!" каков талант! On the thick sheet of vellum the prince had written a На толстом веленевом листе князь написал phrase in medieval Russian script:

средневековым русским шрифтом фразу: "The humble hegumen Pafnuty here sets his hand to "Смиренный игумен Пафнутий руку приложил". it."

- Вот это, - разъяснял князь с чрезвычайным "This," the prince explained with great pleasure and удовольствием и одушевлением, - это собственная animation, "this is the actual signature of the hegumen подпись игумена Пафнутия со снимка Pafnuty, copied from a fourteenth-century manuscript.

четырнадцатого столетия. Они превосходно They had superb signatures, all those old Russian подписывались, все эти наши старые игумены и hegumens and metropolitans, and sometimes so митрополиты, и с каким иногда вкусом, с каким tasteful, so careful! Can it be you don't have Pogodin's старанием! Неужели у вас нет хоть Погодинского book,16 General? Then here I've written in a different издания, генерал? Потом я вот тут написал другим script: it's the big, round French script of the last шрифтом: это круглый, крупный французский шрифт, century;

some letters are even written прошлого столетия, иные буквы даже иначе differently;

it's a marketplace script, a public писались, шрифт площадной, шрифт публичных scrivener's script, borrowed from their samples (I had писцов, заимствованный с их образчиков (у меня был one)-you must agree, it's not without virtue. Look at один), - согласитесь сами, что он не без достоинств. these round d's and a's.

Взгляните на эти круглые д, а.

Я перевел французский характер в русские буквы, I've transposed the French characters into Russian что очень трудно, а вышло удачно. Вот и еще letters, which is very difficult, but it came out well.

прекрасный и оригинальный шрифт, вот эта фраза: Here's another beautiful and original script, this phrase "усердие все превозмогает". Это шрифт русский here: 'Zeal overcometh all.'17 This is a Russian script-a писарский или, если хотите, военно-писарский. Так scrivener's, or military scrivener's, if you wish. It's an пишется казенная бумага к важному лицу, тоже example of an official address to an important person, круглый шрифт, славный, черный шрифт, черно also a rounded script, nice and black, the writing is написано, но с замечательным вкусом. Каллиграф не black, but remarkably tasteful. A callig-rapher wouldn't допустил бы этих росчерков или, лучше сказать, этих have permitted these flourishes, or, better to say, попыток расчеркнуться, вот этих недоконченных these attempts at flourishes, these unfinished half-tails полухвостиков, - замечаете, - а в целом, посмотрите, here-you notice-but on the whole, you see, it adds up оно составляет ведь характер, и, право, вся тут to character, and, really, the whole military scrivener's военно-писарская душа проглянула: разгуляться бы и soul is peeking out of it: he'd like to break loose, his хотелось, и талант просится, да воротник военный talent yearns for it, but his military collar is tightly туго на крючек стянут, дисциплина и в почерке hooked, and discipline shows in the writing-lovely! I was вышла, прелесть! Это недавно меня один образчик recently struck by a sample of it I found-and where? in такой поразил, случайно нашел, да еще где? в Switzerland!

Швейцарии!

Ну, вот, это простой, обыкновенный и чистейший Now, here is a simple, ordinary English script of the английский шрифт: дальше уж изящество не может purest sort: elegance can go no further, everything here идти, тут все прелесть, бисер, жемчуг;

это is lovely, a jewel, a pearl;

this is perfection;

but here is закончено;

но вот и вариация, и опять французская, я a variation, again a French one, I borrowed it from a ее у одного французского путешествующего комми French traveling salesman: this is the same English заимствовал: тот же английский шрифт, но черная;

script, but the black line is slightly blacker and thicker линия капельку почернее и потолще, чем в than in the English, and see-the proportion of light is английском, ан - пропорция света и нарушена;

и violated;

and notice also that the ovals are altered, заметьте тоже: овал изменен, капельку круглее и they're slightly rounder, and what's more, flourishes are вдобавок позволен росчерк, а росчерк это permitted, and a flourish is a most dangerous thing! A наиопаснейшая вещь! Росчерк требует flourish calls for extraordinary taste;

but if it succeeds, необыкновенного вкуса;

но если только он удался, if the right proportion is found, a script like this is если только найдена пропорция, то эдакой шрифт ни incomparable, you can even fall in love with it."

с чем не сравним, так даже, что можно влюбиться в него.

"Oho! What subtleties you go into!" the general - Ого! да в какие вы тонкости заходите, - смеялся laughed. "You're not simply a calligrapher, my dear генерал, - да вы, батюшка, не просто каллиграф, вы fellow, you're an artist-eh, Ganya?" артист, а? Ганя? "Astonishing," said Ganya, "and even with a - Удивительно, - сказал Ганя, - и даже с сознанием consciousness of his purpose," he added with a mocking своего назначения, - прибавил он, смеясь laugh.

насмешливо. "You may laugh, you may laugh, but there's a career - Смейся, смейся, а ведь тут карьера, - сказал here," said the general. "Do you know, Prince, which генерал. - Вы знаете, князь, к какому лицу мы теперь person we'll have you write documents to?

вам бумаги писать дадим?

“The Idiot” by Dostoevsky, translated into English by Pevear-Volokhonsky, chapters 1- Да вам прямо можно тридцать пять рублей в месяц I could offer you thirty-five roubles a month straight положить, с первого шагу. Однако уж половина off, from the first step. However, it's already half-past первого, - заключил он, взглянув на часы;

- к делу, twelve," he concluded, glancing at the clock. "To князь, потому мне надо поспешить, а сегодня, business, Prince, because I must hurry and we probably может, мы с вами не встретимся! Присядьте-ка на won't meet again today! Sit down for a moment. I've минутку;

я вам уже изъяснил, что принимать вас already explained to you that I cannot receive you very очень часто не в состоянии;

но помочь вам капельку often;

but I sincerely wish to help you a bit, only a bit, искренно желаю, капельку, разумеется, то-есть в naturally, that is, with regard to the most necessary, виде необходимейшего, а там как уж вам самим and for будет угодно. Местечко в канцелярии я вам приищу, the rest it will be as you please. I'll find you a little не тугое, но потребует аккуратности. post in the chancellery, not a difficult one, but requiring accuracy.

Теперь-с насчет дальнейшего: в доме, то-есть в семействе Гаврилы Ардалионыча Иволгина, вот этого Now, as concerns other things, sir: in the home, that is, самого молодого моего друга, с которым прошу in the family of Gavrila Ardalionych Ivolgin, this young познакомиться, маменька его и сестрица очистили в friend of mine here, whose acquaintance I beg you to своей квартире две-три меблированные комнаты и make, there are two or three furnished rooms which his отдают их отлично рекомендованным жильцам, со mother and sister have vacated and rent out to highly столом и прислугой. Мою рекомендацию, я уверен, recommended lodgers, with board and maid services.

Нина Александровна примет. Для вас же, князь, это I'm sure Nina Alexandrovna will accept my даже больше чем клад, во-первых, потому что вы recommendation. And for you, Prince, this is even more будете не один, а, так сказать, в недрах семейства, а than a find, first, because you won't be alone, but, so по моему взгляду, вам нельзя с первого шагу to speak, in the bosom of a family, and, as far as I can очутиться одним в такой столице, как Петербург. see, it's impossible for you to take your first steps on Нина Александровна, маменька и Варвара your own in a capital like Petersburg.

Ардалионовна, сестрица Гаврилы Ардалионыча, - дамы, которых я уважаю чрезмерно.

Нина Александровна, супруга Ардалиона Nina Alexandrovna, Gavrila Arda-lionych's mother, and Александровича, отставленного генерала, моего Varvara Ardalionovna, his sister, are ladies whom I бывшего товарища по первоначальной службе, но с respect exceedingly. Nina Alexandrovna is the wife of которым я, по некоторым обстоятельствам, Ardalion Alexandrovich, a retired general, my former прекратил сношения, что впрочем, не мешает мне в comrade from when I entered the service, but with своем роде уважать его. Все это я вам изъясняю, whom, owing to certain circumstances, I have ceased князь, с тем, чтобы вы поняли, что я вас, так сказать, all contact, though that does not prevent my having a лично рекомендую, следственно за вас как бы тем sort of respect for him. I'm explaining all this to you, ручаюсь. Плата самая умеренная, и я надеюсь, Prince, so that you will understand that I am, so to жалованье ваше в скорости будет совершенно к тому speak, recommending you personally, consequently it's достаточно. Правда, человеку необходимы и as if I'm vouching for you. The rent is the most карманные деньги, хотя бы некоторые, но вы не moderate, and soon enough, I hope, your salary will be рассердитесь, князь, если я вам замечу, что вам quite sufficient for that. True, a man also needs pocket лучше бы избегать карманных денег, да и вообще money, at least a small amount, but you won't be денег в кармане. angry, Prince, if I point out to you that it would be better for you to avoid pocket money and generally carrying money in your pocket.

Так по взгляду моему на вас говорю. Но так как теперь у вас кошелек совсем пуст, то, для I say it just from looking at you. But since your purse is первоначалу, позвольте вам предложить вот эти quite empty now, allow me to offer you these twenty двадцать пять рублей. Мы, конечно, сочтемся, и если five roubles to begin with. We'll settle accounts, of вы такой искренний и задушевный человек, каким course, and if you're as candid and genuine a man as кажетесь на словах, то затруднений и тут между your words make you seem, there can be no difficulties нами выйти не может. Если же я вами так between us. And if I take such an interest in you, it's интересуюсь, то у меня, на наш счет, есть даже because I even have some intention concerning you;

некоторая цель;

впоследствии вы ее узнаете. Видите, you'll learn what it is later. You see, I'm being quite я с вами совершенно просто;

надеюсь, Ганя, ты plain with you. Ganya, I hope you have nothing against ничего не имеешь против помещения князя в вашей putting the prince up in your apartment?" квартире?

"Oh, on the contrary! And my mother will be very - О, напротив! И мамаша будет очень рада… - glad…" Ganya confirmed politely and obligingly.

вежливо и предупредительно подтвердил Ганя. "I believe only one of your rooms is taken. That-what's - У вас ведь, кажется, только еще одна комната и his name-Ferd… Fer…" занята. Этот, как его Ферд… Фер… "Ferdyshchenko."

- Фердыщенко. "Ah, yes. I don't like this Ferdyshchenko of yours: some - Ну да;

не нравится мне этот ваш Фердыщенко: sort of salacious buffoon. I don't understand why сальный шут какой-то. И не понимаю, почему его так Nastasya Filippovna encourages him so. Is he really поощряет Настасья Филипповна? Да он взаправду что related to her?" ли ей родственник? "Oh, no, it's all a joke! There's not a whiff of a - О нет, все это шутка! И не пахнет родственником. relation."

“The Idiot” by Dostoevsky, translated into English by Pevear-Volokhonsky, chapters 1- - Ну, чорт с ним! Ну, так как же вы, князь, довольны "Well, devil take him! So, how about it, Prince, are или нет? you pleased or not?" - Благодарю вас, генерал, вы поступили со мной как "Thank you, General, you have acted as an extremely чрезвычайно добрый человек, тем более, что я даже kind man towards me, especially as I didn't even ask-I и не просил;

я не из гордости это говорю;

я и don't say it out of pride;

I didn't know where to lay my действительно не знал, куда голову преклонить. head. Though, it's true, Rogozhin invited me earlier."

Меня, правда, давеча позвал Рогожин. "Rogozhin? Ah, no. I'd advise you in a fatherly, or, if - Рогожин? Ну, нет;

я бы вам посоветовал отечески, you prefer, a friendly way to forget about Mr. Rogozhin.

или, если больше любите, дружески, и забыть о And in general I'd advise you to keep to the family господине Рогожине. Да и вообще, советовал бы вам you're going to be with."

придерживаться семейства, в которое вы поступите. "Since you're so kind," the prince tried to begin, "I - Если уж вы так добры, - начал было князь, - то вот have one bit of business here. I've received у меня одно дело. Я получил уведомление… notification…" - Ну, извините, - перебил генерал, - теперь ни "Well, forgive me," the general interrupted, "but right минуты более не имею. Сейчас я скажу о вас now I don't have a minute more. I'll tell Lizaveta Лизавете Прокофьевне: если она пожелает принять Prokofyevna about you at once: if she wishes to receive вас теперь же (я уж в таком виде постараюсь вас you now (and I'll try to recommend you with a view to отрекомендовать), то советую воспользоваться that), I advise you to make use of the opportunity and случаем и понравиться, потому Лизавета please her, because Lizaveta Prokofyevna may be of Прокофьевна очень может вам пригодиться;

вы же great use to you;

you're her namesake. If she doesn't однофамилец. Если не пожелает, то не взыщите, wish to, don't take it badly, she will some other time.

когда-нибудь в другое время. А ты, Ганя, взгляни-ка And you, Ganya, look over these accounts meanwhile;

покамест на эти счеты, мы давеча с Федосеевым Fedoseev and I already tried earlier. We mustn't forget бились. Их надо бы не забыть включить… to include them…" Генерал вышел, и князь так и не успел рассказать о The general went out, and so the prince had no time своем деле, о котором начинал было чуть ли не в to ask about his business, which he had tried to bring up четвертый раз. Ганя закурил папиросу и предложил for perhaps the fourth time. Ganya lit a cigarette and другую князю;

князь принял, но не заговаривал, не offered one to the prince;

the prince accepted, but did желая помешать, и стал рассматривать кабинет;

но not start a conversation, not wishing to interfere, but Ганя едва взглянул на лист бумаги, исписанный began looking around the office;

but Ganya barely цифрами, указанный ему генералом. Он был glanced at the sheet of paper all covered with figures рассеян;

улыбка, взгляд, задумчивость Гани стали that the general had indicated to him. He was еще более тяжелы на взгляд князя, когда они оба distracted: in the prince's view, Ganya's smile, gaze, остались наедине. Вдруг он подошел к князю;

тот в and pensiveness became more strained when they were эту минуту стоял опять над портретом Настасьи left alone. Suddenly he went up to the prince;

at that Филипповны и рассматривал его. moment he was again standing over the portrait of Nastasya Filippovna and studying it.

- Так вам нравится такая женщина, князь? - спросил он его вдруг, пронзительно смотря на него. И точно "So you like such a woman, Prince?" he asked him будто бы у него было какое чрезвычайное suddenly, giving him a piercing look. And it was as if he намерение. had some exceptional intention.

- Удивительное лицо! - ответил князь, - и я уверен, "An astonishing face!" replied the prince. "And I'm что судьба ее не из обыкновенных. - Лицо веселое, а convinced that her fate is no ordinary one. It's a gay она ведь ужасно страдала, а? Об этом глаза говорят, face, but she has suffered terribly, eh? It speaks in her вот эти две косточки, две точки под глазами в начале eyes, these two little bones, the two points under her щек. Это гордое лицо, ужасно гордое, и вот не знаю, eyes where the cheeks begin. It's a proud face, terribly добра ли она? Ах, кабы добра! Все было бы спасено! proud, and I don't know whether she's kind or not. Ah, if only she were kind! Everything would be saved!" - А женились бы вы на такой женщине? - продолжал "And would you marry such a woman?" Ganya Ганя, не спуская с него своего воспаленного взгляда. continued, not taking his inflamed eyes off him.

- Я не могу жениться ни на ком, я нездоров, - "I can't marry anybody, I'm unwell," said the prince.

сказал князь. "And would Rogozhin marry her? What do you think?" - А Рогожин женился бы? Как вы думаете? "Why, I think he might marry her tomorrow. He'd - Да что же, жениться, я думаю, и завтра же можно;

marry her, and a week later he might well put a knife in женился бы, а чрез неделю, пожалуй, и зарезал бы her."

ее. He had no sooner uttered these words than Ganya Только что выговорил это князь, Ганя вдруг так suddenly gave such a start that the prince almost cried вздрогнул, что князь чуть не вскрикнул. out.

- Что с вами? - проговорил он, хватая его за руку. "What's wrong?" he said, seizing his arm.

- Ваше сиятельство! Его превосходительство просят "Your Highness! His excellency asks that you kindly вас пожаловать к ее превосходительству, - возвестил come to her excellency's rooms," the lackey announced, лакей, появляясь в дверях. Князь отправился вслед appearing in the doorway. The prince followed the за лакеем. lackey out.

IV. IV “The Idiot” by Dostoevsky, translated into English by Pevear-Volokhonsky, chapters 1- Все три девицы Епанчины были барышни здоровые, ALL THREE EPANCHIN girls were healthy young ladies, цветущие, рослые, с удивительными плечами, с tall, blossoming, with astonishing shoulders, powerful мощною грудью, с сильными, почти как у мужчин, bosoms, strong, almost masculine arms, and, of course, руками, и конечно вследствие своей силы и owing to their strength and health, they liked to eat здоровья, любили иногда хорошо покушать, чего well on occasion, something they had no wish to вовсе не желали скрывать. Маменька их, генеральша conceal. Their mama, Lizaveta Prokofyevna, sometimes Лизавета Прокофьевна, иногда косилась на looked askance at the frankness of their appetite, but откровенность их аппетита, но так как иные мнения since some of her opinions, despite all the external ее, несмотря на всю наружную почтительность, с deference with which her daughters received them, had которою принимались дочерьми, в сущности давно in fact long lost their original and unquestionable уже потеряли первоначальный и бесспорный authority among them, so much so that the harmonious авторитет между ними, и до такой степени, что conclave established by the three girls was beginning to установившийся согласный конклав трех девиц gain the upper hand on most occasions, the general's сплошь да рядом начинал пересиливать, то и wife, mindful of her own dignity, found it more генеральша, в видах собственного достоинства, convenient not to argue but to yield.

нашла удобнее не спорить и уступать.

Правда, характер весьма часто не слушался и не True, her character quite often did not heed and obey подчинялся решениям благоразумия;

Лизавета the decisions of her good sense;

with every year Прокофьевна становилась с каждым годом все Lizaveta Prokofyevna was becoming more and more капризнее и нетерпеливее, стала даже какая-то capricious and impatient, she was even becoming чудачка, но так как под рукой все-таки оставался somehow eccentric, but since in any case a submissive весьма покорный и приученный муж, то излишнее и and well-trained husband remained at hand, all накопившееся изливалось обыкновенно на его олову, superfluous and accumulated things usually poured а затем гармония в семействе восстановлялась down on his head, and then the family harmony was опять, и все шло, как не надо лучше. restored again and everything went better than ever.

Генеральша, впрочем, и сама не теряла аппетита, и The general's wife herself, however, never lost her обыкновенно, в половине первого, принимала own good appetite, and at half-past twelve usually участие в обильном завтраке, похожем почти на partook, together with her daughters, of a copious обед, вместе с дочерьми. По чашке кофею lunch, which more resembled a dinner. Earlier, at выпивалось барышнями еще раньше, ровно в десять exactly ten o'clock, while still in bed, at the moment of часов, в постелях, в минуту пробуждения. Так им waking up, the young ladies had a cup of coffee. That полюбилось и установилось раз и навсегда. was how they liked it and how it had always been arranged.

В половине же первого накрывался стол в маленькой At half-past twelve the table was laid in the small столовой, близ мамашиных комнат, и к этому dining room, near the mother's rooms, and occasionally семейному и интимному завтраку являлся иногда и the general himself, time permitting, joined them at сам генерал, если позволяло время. Кроме чаю, this intimate family lunch. Besides tea, coffee, cheese, кофею, сыру, меду, масла, особых аладий, honey, butter, the special pancakes the lady herself излюбленных самою генеральшей, котлет и пр., was particularly fond of, the cutlets, and so on, they подавался даже крепкий, горячий бульон. В то утро, were even served a strong, hot bouillon. On the в которое начался наш рассказ, все семейство morning when our story begins, the whole family was собралось в столовой в ожидании генерала, gathered in the dining room in expectation of the обещавшего явиться к половине первого. Если б он general, who had promised to come by half-past опоздал хоть минуту, за ним тотчас же послали бы;

twelve. If he had been even a minute late, he would но он явился аккуратно. have been sent for at once;

but he arrived punctually.

Подойдя поздороваться с супругой и поцеловать у Going over to greet his spouse and kiss her hand, he ней ручку, он заметил в лице ее на этот раз что-то noticed this time something all too peculiar in her face.

слишком особенное, И хотя он еще накануне And though he had anticipated even the day before that предчувствовал, что так именно и будет сегодня по it would be precisely so, on account of a certain одному "анекдоту" (как он сам по привычке своей "anecdote" (as he was accustomed to put it), and had выражался), и уже засыпая вчера, об этом worried about it while falling asleep the previous night, беспокоился, но все-таки теперь опять струсил. all the same he now turned coward again. His daughters Дочери подошли с ним поцеловаться;

тут хотя и не came up to kiss him;

here there was no anger against сердились на него, но все-таки и тут было тоже как him, but here, too, all the same there was also бы что-то особенное. Правда, генерал, по некоторым something peculiar, as it were. True, the general, обстоятельствам, стал излишне подозрителен;

но так owing to certain circumstances, had become overly как он был отец и супруг опытный и ловкий, то тотчас suspicious;

but as he was an experienced and adroit же и взял свои меры. father and husband, he at once took his measures.

Может быть, мы не очень повредим выпуклости Perhaps we will do no great harm to the vividness of our нашего рассказа, если остановимся здесь и narrative if we stop here and resort to the aid of a few прибегнем к помощи некоторых пояснений для clarifications in order to establish directly and more прямой и точнейшей постановки тех отношений и precisely the relations and circumstances in which we обстоятельств, в которых мы находим семейство find General Epanchin's family at the beginning of our генерала Епанчина в начале нашей повести. story.

“The Idiot” by Dostoevsky, translated into English by Pevear-Volokhonsky, chapters 1- Мы уже сказали сейчас, что сам генерал, хотя был We said just now that the general, though not a very человек и не очень образованный, а напротив, как он educated but, on the contrary, as he himself put it, a сам выражался о себе, "человек самоучный", но был "self-taught man," was nevertheless an experienced однако же опытным супругом и ловким отцом. Между husband and adroit father. Among other things, he had прочим, он принял систему не торопить дочерей adopted a system of not rushing his daughters into своих замуж, то-есть не "висеть у них над душой" и marriage, that is, of not "hovering over" them and не беспокоить их слишком томлением своей bothering them too much with his parental love's родительской любви об их счастии, как невольно и longing for their happiness, as involuntarily and естественно происходит сплошь да рядом даже в naturally happens all the time, even in the most самых умных семействах, в которых накопляются intelligent families, where grown-up daughters взрослые дочери. Он даже достиг того, что склонил и accumulate. He even succeeded in winning Lizaveta Лизавету Прокофьевну к своей системе, хотя дело Proko-fyevna over to his system, though that was вообще было трудное, - трудное потому, что и normally a difficult thing to do-difficult because it was неестественное;

но аргументы генерала были also unnatural;

but the general's arguments were чрезвычайно значительны, основывались на extremely weighty and based on tangible facts.

осязаемых фактах.

Да и предоставленные вполне своей воле и своим Besides, left entirely to their own wishes and decisions, решениям невесты натурально принуждены же будут, the brides would naturally be forced to see reason at наконец, взяться сами за ум, и тогда дело загорится, last, and then things would take off, because they потому что возьмутся за дело охотой, отложив would do it eagerly, casting aside their caprices and капризы и лишнюю разборчивость;

родителям excessive choosiness;

all the parents would have to do оставалось бы только неусыпнее и как можно would be to keep a watchful and, if possible, неприметнее наблюдать, чтобы не произошло какого- inconspicuous eye on them, lest some strange choice or нибудь странного выбора или неестественного unnatural deviation occur, and then, seizing the proper уклонения, а затем, улучив надлежащий момент, moment, step in with all their help and guide the affair разом помочь всеми силами и направить дело всеми with all their influence. Finally, the fact alone, for влияниями. Наконец, уж одно то, что с каждым instance, that their fortune and social significance годом, например, росла в геометрической increased every year in geometrical progression meant прогрессии их состояние и общественное значение;

that the more time that passed, the more advantageous следственно, чем более уходило время, тем более it was to his daughters, even as brides.

выигрывали и дочери, даже как невесты.

Но среди всех этих неотразимых фактов, наступил и But among all these irrefutable facts another fact еще один факт: старшей дочери, Александре, вдруг occurred: the eldest daughter, Alexandra, suddenly and и совсем почти неожиданно (как и всегда это так almost quite unexpectedly (as always happens) turned бывает), минуло двадцать пять лет. Почти в то же twenty-five. And at almost the same time Afanasy самое время и Афанасий Иванович Тоцкий, человек Ivanovich Totsky, a man of high society, with high высшего света, с высшими связями и connections and extraordinary wealth, again showed his необыкновенного богатства, опять обнаружил свое old desire to marry. He was a man of about fifty-five, of старинное желание жениться. Это был человек лет elegant character and with extraordinary refinement of пятидесяти пяти, изящного характера, с taste. He wanted to marry well;

he was an exceeding необыкновенною утонченностию вкуса. Ему хотелось connoisseur of beauty.

жениться хорошо;

ценитель красоты он был чрезвычайный.

Так как с некоторого времени он с генералом Since he had for some time maintained an extraordinary Епанчиным состоял в необыкновенной дружбе, friendship with General Epanchin, especially особенно усиленной взаимным участием в некоторых strengthened by a joint participation in certain финансовых предприятиях, то и сообщил ему, так financial undertakings, he therefore asked the general сказать, прося дружеского совета и руководства: looking for friendly counsel and guidance, so to speak возможно или нет предположение о его браке с whether it would or would not be possible to think of одною из его дочерей? В тихом и прекрасном течении him marrying one of his daughters. In the quiet and семейной жизни генерала Епанчина наступал beautiful flow of General Epanchin's family life, an очевидный переворот. obvious upheaval was coming.

Бесспорною красавицей в семействе, как уже The undoubted beauty in the family, as has already сказано было, была младшая, Аглая. Но даже сам been said, was the youngest, Aglaya. But even Totsky Тоцкий, человек чрезвычайного эгоизма, понял, что himself, a man of exceeding egoism, understood that he не тут ему надо искать, и что Аглая не ему was not to seek there and that Aglaya was not destined предназначена. for him.

Может быть, несколько слепая любовь и слишком It may be that the somewhat blind love and all too горячая дружба сестер и преувеличивали дело, но ardent friendship of the sisters exaggerated the matter, судьба Аглаи предназначалась между ними, самым but among them, in the most sincere way, they искренним образом, быть не просто судьбой, а determined that Aglaya's fate was to be not simply a возможным идеалом земного рая. Будущий муж fate, but the most ideal possible earthly paradise.

Аглаи должен был быть обладателем всех Aglaya's future husband would have to be endowed with совершенств и успехов, не говоря уже о богатстве. all perfections and successes, to say nothing of wealth.

“The Idiot” by Dostoevsky, translated into English by Pevear-Volokhonsky, chapters 1- Сестры даже положили между собой, и как-то без The sisters even decided among themselves, and особенных лишних слов, о возможности, если надо, somehow without any special superfluous words, on the пожертвования с их стороны в пользу Аглаи: possibility, if need be, of making sacrifices on their own приданое для Аглаи предназначалось колоссальное и part in favor of Aglaya: the dowry allotted to Aglaya из ряду вон. Родители знали об этом соглашении was colossal and quite out of the ordinary. The parents двух старших сестер, и потому, когда Тоцкий knew of this agreement between the two elder sisters, попросил совета, между ними почти и сомнений не and therefore, when Totsky asked for advice, they had было, что одна из старших сестер наверно не little doubt that one of the elder sisters would not откажется увенчать их желания, тем более, что refuse to crown their desires, the more so as Afanasy Афанасий Иванович не мог затрудниться насчет Ivanovich would make no difficulties over the dowry. As приданого. Предложение же Тоцкого сам генерал for Totsky's offer, the general, with his particular оценил тотчас же, с свойственным ему знанием knowledge of life, at once valued it extremely highly.

жизни, чрезвычайно высоко.

Since Totsky Так как и сам Тоцкий наблюдал покамест, по himself, owing to certain special circumstances, had некоторым особым обстоятельствам, чрезвычайную meanwhile to observe an extreme prudence in his steps осторожность в своих шагах, и только еще and was still only probing into the matter, the parents, сондировал дело, то и родители предложили too, offered only the most remote suggestions for their дочерям на вид только еще самые отдаленные daughters' consideration. In response to which they предположения. В ответ на это было получено от received from them a reassuring, if not very definite, них, тоже хоть не совсем определенное, но по statement that the eldest, Alexandra, would perhaps крайней мере успокоительное заявление, что not decline. Though of firm character, she was a kind, старшая, Александра, пожалуй и не откажется. Это reasonable girl and extremely easy to get along with;

была девушка, хотя и с твердым характером, но she might even marry Totsky willingly, and if she gave добрая, разумная и чрезвычайно уживчивая;

могла her word, she would honestly keep it. She cared nothing выйти за Тоцкого даже охотно, и если бы дала слово, for splendor, and not only threatened no fusses or то исполнила бы его честно. Блеска она не любила, abrupt upheavals, but might even sweeten and soothe не только не грозила хлопотами и крутым one's life. She was very good-looking, though not in a переворотом, но могла даже усладить и успокоить spectacular way. What could be better for Totsky?

жизнь. Собой она была очень хороша, хотя и не так эффектна. Что могло быть лучше для Тоцкого?

И однако же дело продолжало идти все еще And yet the matter still went ahead gropingly. It was ощупью. Взаимно и дружески, между Тоцким и mutually and amicably agreed between Totsky and the генералом положено было до времени избегать general that for the time being they would avoid any всякого формального и безвозвратного шага. Даже formal and irrevocable steps. The parents had still not родители все еще не начинали говорить с дочерьми even begun to speak quite openly with their daughters;

совершенно открыто;

начинался как будто и some dissonance seemed to set in: Mrs. Epanchin, the диссонанс: генеральша Епанчина, мать семейства, mother of the family, was becoming displeased for становилась почему-то недовольною, а это было some reason, and that was very grave. There was one очень важно. Тут было одно мешавшее всему circumstance here that hindered everything, one обстоятельство, один мудреный и хлопотливый complex and troublesome occurrence, owing to which случай, из-за которого все дело могло расстроиться the whole matter might fall apart irrevocably.

безвозвратно.

Этот мудреный и хлопотливый "случай" (как This complex and troublesome "occurrence" (as Totsky выражался сам Тоцкий) начался еще очень давно, himself put it) had begun very far back, about eighteen лет восемнадцать этак назад. Рядом с одним из years ago. Next to one of Afanasy Ivanovich's rich богатейших поместий Афанасия Ивановича, в одной estates, in one of the central provinces, an из срединных губерний, бедствовал один impoverished petty landowner was living an мелкопоместный и беднейший помещик. Это был impoverished life. This was a man remarkable for his человек замечательный по своим беспрерывным и ceaseless and anecdotal misfortunes-a retired officer, анекдотическим неудачам, - один отставной офицер, from a good noble family, and in that respect even хорошей дворянской фамилии, и даже в этом better than Totsky, a certain Filipp Alexandrovich отношении почище Тоцкого, некто Филипп Barashkov. Buried in debts and mortgages, he Александрович Барашков. Весь задолжавшийся и succeeded at last, after hard, almost peasant-like заложившийся, он успел уже, наконец, после labors, in setting up his small estate more or less каторжных, почти мужичьих трудов, устроить кое-как satisfactorily. The smallest success encouraged him свое маленькое хозяйство удовлетворительно. При extraordinarily. Encouraged and radiant with hopes, he малейшей удаче он необыкновенно ободрялся. went for a few days to his district town, to meet and, if Ободренный и просиявший надеждами, он отлучился possible, come to a final agreement with one of his на несколько дней в свой уездный городок, чтобы chief creditors.

повидаться и, буде возможно, столковаться окончательно с одним из главнейших своих кредиторов.

“The Idiot” by Dostoevsky, translated into English by Pevear-Volokhonsky, chapters 1- На третий день по прибытии его в город явился к On the third day after his arrival in town, his warden нему из его деревеньки его староста, верхом, с came from the village, on horseback, his cheek burned обожженною щекой и обгоревшею бородой, и and his beard singed, and informed him that the "family возвестил ему, что "вотчина сгорела", вчера, в самый estate burned down" the day before, at noon, and that полдень, при чем "изволили сгореть и супруга, а "his wife burned with it, but the little children were left деточки целы остались". Этого сюрприза даже и unharmed." This surprise even Barashkov, accustomed Барашков, приученный к "синякам фортуны", не мог as he was to the "bruises of fortune," could not bear;

he вынести;

он сошел с ума и чрез месяц помер в went mad and a горячке. month later died in delirium.

Сгоревшее имение, с разбредшимися по миру The burned-down estate, with its peasants gone off мужиками, было продано за долги;

двух же begging, was sold for debts;

and Barashkov's children, маленьких девочек, шести и семи лет, детей two little girls aged six and seven, were taken out of Барашкова, по великодушию своему, принял на свое magnanimity to be kept and brought up by Afanasy иждивение и воспитание Афанасий Иванович Тоцкий. Ivanovich Totsky. They were brought up together with Они стали воспитываться вместе с детьми the children of Afanasy Ivanovich's steward, a retired управляющего Афанасия Ивановича, одного official with a large family and a German besides. Soon отставного и многосемейного чиновника и при том only one girl, Nastya, was left, the younger one having немца. Вскоре осталась одна только девочка, Настя, died of whooping cough. Totsky, who was living abroad, а младшая умерла от коклюша;

Тоцкий же вскоре soon forgot all about them. One day, some five years совсем и забыл о них обеих, проживая за границей. later, Afanasy Ivanovich, passing by, decided to have a Лет пять спустя, однажды, Афанасий Иванович, look at his estate and suddenly noticed in his country проездом, вздумал заглянуть в свое поместье и вдруг house, in the family of his German, a lovely child, a girl заметил в деревенском своем доме, в семействе of about twelve, lively, sweet, clever, and promising to своего немца, прелестного ребенка, девочку лет become a great beauty-in that regard Afanasy Ivanovich двенадцати, резвую, милую, умненькую и was an unerring connoisseur.

обещавшую необыкновенную красоту;

в этом отношении Афанасий Иванович был знаток безошибочный.

That time he spent only a few days on his estate, but В этот раз он пробыл в поместьи всего несколько he had time to arrange things;

a considerable change дней, но успел распорядиться;

в воспитании девочки took place in the girl's education: a respectable, elderly произошла значительная перемена: приглашена была governess was called in, experienced in the higher почтенная и пожилая гувернантка, опытная в высшем upbringing of girls, an educated Swiss woman, who, воспитании девиц, швейцарка, образованная и along with French, taught various other subjects. She преподававшая, кроме французского языка, и разные settled into the country house, and little Nastya's науки. Она поселилась в деревенском доме, и upbringing acquired exceptional scope. Exactly four воспитание маленькой Настасьи приняло years later, this upbringing came to an end;

the чрезвычайные размеры. Ровно чрез четыре года это governess left, and a certain lady came to fetch Nastya, воспитание кончилось;

гувернантка уехала, а за also a landowner of some sort, and also Mr. Totsky's Настей приехала одна барыня, тоже какая-то neighbor, but in another, distant province, and on the помещица и тоже соседка г-на Тоцкого по имению, instructions and by the authority of Afanasy Ivanovich, но уже в другой, далекой губернии, и взяла Настю с took Nastya away with her. On this small estate there собой, вследствие инструкции и полномочия от also turned out to be a small but newly constructed Афанасия Ивановича. В этом небольшом поместьи wooden house;

it was decorated with particular оказался тоже, хотя и небольшой, только что elegance, and the little village, as if on purpose, was отстроенный деревянный дом;

убран он был called "Delight."

особенно изящно, да и деревенька, как нарочно, называлась сельцо "Отрадное".

The lady landowner brought Nastya straight to this Помещица привезла Настю прямо в этот тихий домик, quiet little house, and as she herself, a childless widow, и так как сама она, бездетная вдова, жила всего в lived less than a mile away, she settled in with Nastya.

одной версте, то и сама поселилась вместе с Настей. Around Nastya an old housekeeper and a young, Около Насти явилась старуха ключница и молодая, experienced maid appeared. There were musical опытная горничная. В доме нашлись музыкальные instruments in the house, an elegant library for girls, инструменты, изящная девичья библиотека, картины, paintings, prints, pencils, brushes, paints, an эстампы, карандаши, кисти, краски, удивительная astonishing greyhound, and two weeks later Afanasy левретка, а чрез две недели пожаловал и сам Ivanovich himself arrived… After that he somehow Афанасий Иванович… С тех пор он как-то особенно became especially fond of this little village lost in the полюбил эту глухую, степную свою деревеньку, steppes, came every summer, stayed for two, even заезжал каждое лето, гостил по два, даже по три three months, and thus a rather long time, some four месяца, и так прошло довольно долгое время, года years, passed peacefully and happily, with taste and четыре, спокойно и счастливо, со вкусом и изящно. elegance.

Однажды случилось, что как-то в начале зимы, Once it happened, at the beginning of winter, about месяца четыре спустя после одного из летних four months after one of Afanasy Ivanovich's summer приездов Афанасия Ивановича в "Отрадное", visits to Delight, which this time had lasted only two заезжавшего на этот раз всего только на две недели, weeks, “The Idiot” by Dostoevsky, translated into English by Pevear-Volokhonsky, chapters 1- пронесся слух, или, лучше сказать, дошел как-то that a rumor spread, or, слух до Настасьи Филипповны, что Афанасий rather, the rumor somehow reached Nastasya Иванович в Петербурге женится на красавице, на Filippovna, that in Petersburg, Afanasy Ivanovich was богатой, на знатной, - одним словом, делает about to marry a beauty, a rich girl, from the nobility-in солидную и блестящую партию. Слух этот оказался short, to make a respectable and brilliant match. Later потом не во всех подробностях верным: свадьба и it turned out that the rumor was not accurate in all тогда была еще только в проекте, и все еще было details: the wedding was then only a project, and очень неопределенно, но в судьбе Настасьи everything was still very uncertain, but all the same an Филипповны все-таки произошел с этого времени extraordinary upheaval took place in Nastasya чрезвычайный переворот. Она вдруг выказала Filippovna's life after that. She suddenly showed an необыкновенную решимость и обнаружила самый extraordinary resolve and revealed a most unexpected неожиданный характер. character.

Долго не думая, она бросила свой деревенский Without further thought, she left her little country домик и вдруг явилась в Петербург, прямо к house and suddenly went to Petersburg, straight to Тоцкому, одна-одинехонька. Тот изумился, начал Totsky, all on her own. He was amazed, tried to begin было говорить;

но вдруг оказалось, почти с первого speaking;

but it suddenly turned out, almost from the слова, что надобно совершенно изменить слог, first phrase, that he had to change completely the диапазон голоса, прежние темы приятных и изящных style, the vocal range, the former topics of pleasant разговоров, употреблявшиеся доселе с таким and elegant conversation, which till then had been used успехом, логику, - все, все, все! Пред ним сидела so successfully, the logic-everything, everything! Before совершенно другая женщина, нисколько не похожая him sat a totally different woman, not at all like the на ту, которую он знал доселе и оставил всего только one he had known till then and had left only that July в июле месяце в сельце "Отрадном". in the village of Delight.

Эта новая женщина, оказалось, во-первых, This new woman, it turned out, first of all knew and необыкновенно много знала и понимала, - так много, understood an extraordinary amount-so much that it что надо было глубоко удивляться, откуда могла она was a cause of profound wonder where she could have приобрести такие сведения, выработать в себе такие acquired such information, could have developed such точные понятия. (Неужели из своей девичьей precise notions in herself. (Could it have been from her библиотеки?) Мало того, она даже юридически girls' library?) What's more, she even understood an чрезвычайно много понимала и имела exceeding amount about legal matters and had a положительное знание, если не света, то о том по positive knowledge, if not of the world, then at least of крайней мере как некоторые дела текут на свете. Во- how certain things went in the world;

second of all, this вторых, это был совершенно не тот характер как was a completely different character from before, that прежде, то-есть не что-то робкое, пансионски is, not something timid, uncertain in a boarding-school неопределенное, иногда очаровательное по своей way, sometimes charming in its original liveliness and оригинальной резвости и наивности, иногда грустное naivety, sometimes melancholy and pensive, и задумчивое, удивленное, недоверчивое, плачущее astonished, mistrustful, weepy, and restless.

и беспокойное.

Нет: тут хохотало пред ним и кололо его No: here before him an extraordinary and unexpected ядовитейшими сарказмами необыкновенное и being laughed and stung him with a most poisonous неожиданное существо, прямо заявившее ему, что sarcasm, telling him outright that she had never felt никогда оно не имело к нему в своем сердце ничего, anything in her heart for him except the deepest кроме глубочайшего презрения, презрения до contempt, contempt to the point of nausea, which had тошноты, наступившего тотчас же после первого followed directly upon her initial astonishment. This удивления. Эта новая женщина объявляла, что ей в new woman announced to him that in the fullest sense полном смысле все равно будет, если он сейчас же и it would make no difference to her if he married any на ком угодно женится, но что она приехала не woman he liked right then and there, but that she had позволить ему этот брак, и не позволить по злости, come to prevent this marriage of his, and to prevent it единственно потому, что ей так хочется, и что out of spite, solely because she wanted it that way, and следственно так и быть должно, - "ну хоть для того, consequently it must be that way-"well, so that now I чтобы мне только посмеяться над тобой вволю, can simply laugh at you to my heart's content, because потому что теперь и я наконец смеяться хочу". now I, too, finally feel like laughing."

Так по крайней мере она выражалась;

всего, что At least that was how she put it, though she may not было у ней на уме, она, может быть, и не высказала. have said everything she had in mind. But while the Но покамест новая Настасья Филипповна хохотала и new Nastasya Filippovna was laughing and explaining all все это излагала, Афанасий Иванович обдумывал про this, Afanasy Ivanovich was thinking the matter over to себя это дело и, по возможности, приводил в himself and, as far as possible, putting his somewhat порядок несколько разбитые свои мысли. Это shattered thoughts in order. This thinking went on for обдумывание продолжалось не мало времени;

он some time;

for almost two weeks he grappled with it вникал и решался окончательно почти две недели;

но and tried to reach a final decision;

but after two weeks чрез две недели его решение было принято. Дело в his decision was taken. The thing was that Afanasy том, что Афанасию Ивановичу в то время было уже Ivanovich was about fifty at that time, and he was in около пятидесяти лет, и человек он был в высшей the highest degree a respectable and settled man.

степени солидный и установившийся.

“The Idiot” by Dostoevsky, translated into English by Pevear-Volokhonsky, chapters 1- Постановка его в свете и в обществе давным-давно His position in the world and in society had long been совершилась на самых прочных основаниях. Себя, established on a most solid foundation. He loved and свой покой и комфорт он любил и ценил более всего valued himself, his peace, and his comfort more than на свете, как и следовало в высшей степени anything in the world, as befitted a man decent in the порядочному человеку. Ни малейшего нарушения, ни highest degree. Not the slightest disturbance, not the малейшего колебания не могло быть допущено в том, slightest wavering, could be tolerated in what had been что всею жизнью устанавливалось и приняло такую established by his entire life and had acquired such a прекрасную форму. С другой стороны, опытность и beautiful form. On the other hand, his experience and глубокий взгляд на вещи подсказали Тоцкому очень profound insight into things told Totsky very quickly and скоро и необыкновенно верно, что он имеет теперь with extraordinary sureness that he now had to do with дело с существом совершенно из ряду вон, что это a being who was completely out of the ordinary, that именно такое существо, которое не только грозит, но this was precisely the sort of being who would not и непременно сделает, и, главное, ни пред чем merely threaten, but would certainly act, and above all решительно не остановится, тем более что would decidedly stop at nothing, the more so as she решительно ничем в свете не дорожит, так что даже valued decidedly nothing in the world, so that it was и соблазнить его невозможно. even impossible to tempt her.

Here, obviously, was something else, implying some Тут, очевидно, было что-то другое, подразумевалась heartful and soulful swill-like some sort of romantic какая-то душевная и сердечная бурда, - что-то в роде indignation, God knows against whom or why, some какого-то романического негодования, бог знает на insatiable feeling of contempt that leaps completely кого и за что, какого-то ненасытимого чувства beyond measure-in short, something highly ridiculous презрения, совершенно выскочившего из мерки, - and inadmissible in decent society, something that was одним словом, что-то в высшей степени смешное и a sheer punishment from God for any decent man to недозволенное в порядочном обществе и с чем encounter. To be sure, with Totsky's wealth and встретиться для всякого порядочного человека connections, it was possible to produce some small and составляет чистейшее божие наказание. Разумеется, totally innocent villainy at once, so as to be rid of this с богатством и со связями Тоцкого можно было trouble. On the other hand, it was obvious that тотчас же сделать какое-нибудь маленькое и Nastasya Filippovna herself was scarcely capable of совершенно невинное злодейство, чтоб избавиться от doing any harm, for instance, in the legal sense;

she неприятности. С другой стороны, было очевидно, что could not even cause a significant scandal, because it и сама Настасья Филипповна почти ничего не в would always be too easy to limit her.

состоянии сделать вредного, в смысле например, хоть юридическом;

даже и скандала не могла бы сделать значительного, потому что так легко ее можно было всегда ограничить.

Но все это в таком только случае, если бы Настасья But all that was so only in case Nastasya Filippovna Филипповна решилась действовать, как все, и как decided to act as everyone generally acts in such cases, вообще в подобных случаях действуют, не without leaping too eccentrically beyond measure. But выскакивая слишком эксцентрично из мерки. Но тут- it was here that Totsky's keen eye also proved useful:

то и пригодилась Тоцкому его верность взгляда: он he was able to perceive that Nastasya Filippovna herself сумел разгадать, что Настасья Филипповна и сама understood perfectly well how harmless she was in the отлично понимает, как безвредна она в смысле legal sense, but that she had something quite different юридическом, но что у ней совсем другое на уме и… in mind and… in her flashing eyes. Valuing nothing, and в сверкавших глазах ее. Ничем не дорожа, а пуще least of all herself (it took great intelligence всего собой (нужно было очень много ума и and perception to guess at that moment that she had проникновения, чтобы догадаться в эту минуту, что long ceased to value herself and, skeptic and society она давно уже перестала дорожить собой, и чтоб cynic that he was, to believe in the seriousness of that ему, скептику и светскому цинику, поверить feeling), Nastasya Filippovna was capable of ruining серьезности этого чувства), Настасья Филипповна в herself, irrevocably and outrageously, facing Siberia состоянии была самое себя погубить, безвозвратно и and hard labor, if only she could wreak havoc on the безобразно, Сибирью и каторгой, лишь бы man for whom she felt such inhuman loathing.

надругаться над человеком, к которому она питала такое бесчеловечное отвращение.

Афанасий Иванович никогда не скрывал, что он был Afanasy Ivanovich had never concealed the fact that he несколько трусоват или, лучше сказать, в высшей was somewhat cowardly or, better to say, conservative степени консервативен. Если б он знал, например, in the highest degree. If he knew, for instance, that he что его убьют под венцом, или произойдет что- would be killed at the foot of the altar, or that нибудь в этом роде, чрезвычайно неприличное, something of that sort would happen, extremely смешное и непринятое в обществе, то он конечно бы improper, ridiculous, and socially unacceptable, he испугался, но при этом не столько того, что его would of course be frightened, but not so much at being убьют и ранят до крови, или плюнут всепублично в killed or gravely wounded, or having his face publicly лицо и пр., и пр., а того, что это произойдет с ним в spat in, and so on and so forth, as at it happening to такой неестественной и непринятой форме. А ведь him in such an unnatural and unacceptable form. And Настасья Филипповна именно это и пророчила, хотя this was precisely what Nastasya Filippovna foretold, еще и молчала об этом;

though so far she had been silent about it;

“The Idiot” by Dostoevsky, translated into English by Pevear-Volokhonsky, chapters 1- он знал, что она в высшей степени его понимала и he knew that she understood and had studied him to изучила, а следственно знала, чем в него и ударить. the highest degree, and therefore knew how to strike at А так как свадьба действительно была еще только в him. And since the wedding was indeed only an намерении, то Афанасий Иванович смирился и intention, Afanasy Ivanovich humbled himself and уступил Настасье Филипповне. yielded to Nastasya Filippovna.

Решению его помогло и еще одно обстоятельство: Another circumstance contributed to this decision: it трудно было вообразить себе, до какой степени не was difficult to imagine how little this new Nastasya походила эта новая Настасья Филипповна на Filippovna resembled the former one in looks. Formerly прежнюю лицом. Прежде это была только очень she had been merely a very pretty girl, but now… For a хорошенькая девочка, а теперь… Тоцкий долго не long time Totsky could not forgive himself that he had мог простить себе, что он четыре года глядел и не looked for four years and not seen. True, it means much разглядел. Правда, много значит и то, когда с обеих when an upheaval occurs on both sides, inwardly and сторон, внутренно и внезапно, происходит unexpectedly. However, he recalled moments, even переворот. Он припоминал впрочем и прежде before, when strange thoughts had come to him, for мгновения, когда иногда странные мысли приходили instance, while looking into those eyes: it was as if he ему при взгляде, например, на эти глаза: как бы had sensed some deep and mysterious darkness in предчувствовался в них какой-то глубокий и them. Those eyes had gazed at him-and seemed to pose таинственный мрак. Этот взгляд глядел - точно a riddle.

задавал загадку.

В последние два года он часто удивлялся изменению During the last two years he had often been surprised цвета лица Настасьи Филипповны;

она становилась by the change in Nastasya Filippovna's color;

she was ужасно бледна и - странно - даже хорошела от этого. growing terribly pale and- strangely-was even becoming Тоцкий, который, как все погулявшие на своем веку prettier because of it. Totsky, who, like all gentlemen джентльмены, с презрением смотрел вначале, как who have had a bit of fun in their time, at first looked дешево досталась ему эта нежившая душа, в with scorn on this untried soul he had obtained for последнее время несколько усомнился в своем himself so cheaply, more recently had begun to doubt взгляде. Во всяком случае, у него положено было his view. In any case, he had already resolved that past еще прошлою весной, в скором времени, отлично и с spring to arrange a marriage for Nastasya Filippovna достатком выдать Настасью Филипповну замуж за before too long, in an excellent and well-provided way, какого-нибудь благоразумного и порядочного with some sensible and respectable gentleman serving господина, служащего в другой губернии. (О, как in a different province. (Oh, how terribly and wickedly ужасно и как зло смеялась над этим теперь Настасья Nastasya Filippovna laughed at that now!) But now Филипповна!) Но теперь Афанасий Иванович, Afanasy Ivanovich, charmed by the novelty, even прельщенный новизной, подумал даже, что он мог бы thought he might again make use of вновь эксплуатировать эту женщину. Он решился this woman. He decided to settle Nastasya Filippovna поселить Настасью Филипповну в Петербурге и in Petersburg and surround her with luxurious comfort.

окружить роскошным комфортом. Если не то, так If not the one thing, then the other: he could show другое: Настасьей Филипповной можно было Nastasya Filippovna off and even boast of her in a щегольнуть и даже потщеславиться в известном certain circle. And Afanasy Ivanovich cherished his кружке. Афанасий же Иванович так дорожил своею reputation along that line.

славой по этой части.

Прошло уже пять лет петербургской жизни и, Five years of Petersburg life had already gone by, and, разумеется, в такой срок многое определилось. naturally, in such a period many things had become Положение Афанасия Ивановича было clear. Afanasy Ivanovich's position was ungratifying;

неутешительное;

всего хуже было то, что он, струсив worst of all was that, having once turned coward, he раз, уже никак потом не мог успокоиться. Он боялся could never afterwards be at peace. He was afraid- and - и даже сам не знал чего, просто боялся Настасьи did not even know why-he was simply afraid of Nastasya Филипповны. Некоторое время, в первые два года, Filippovna. For some time, during the first two years, он стал было подозревать, что Настасья Филипповна he began to suspect that Nastasya Filippovna wanted to сама желает вступить с ним в брак, но молчит из marry him herself, but said nothing out of her необыкновенного тщеславия и ждет настойчиво его extraordinary vanity and was stubbornly waiting for him предложения. Претензия была бы странная;

to propose. It would have been a strange pretension;

Афанасий Иванович морщился и тяжело Afanasy Ivanovich scowled and pondered heavily. To his задумывался. К большому и (таково сердце great and (such is man's heart!) rather unpleasant человека!) к несколько неприятному своему amazement, he had occasion suddenly to become изумлению, он вдруг, по одному случаю, убедился, convinced that even if he had proposed, he would not что если бы даже он и сделал предложение, то его have been accepted.

бы не приняли.

Долгое время он не понимал этого. Ему показалось For a long time he could not understand it. Only one возможным одно только объяснение, что гордость explanation seemed possible to him, that the pride of "оскорбленной и фантастической женщины" доходит the "insulted and fantastic woman" had reached such уже до такого исступления, что ей скорее приятнее frenzy that she found it more pleasant to show her выказать раз свое презрение в отказе, чем навсегда contempt once by refusing than to define her position определить свое положение и достигнуть forever and attain an unattainable grandeur.

недосягаемого величия.

“The Idiot” by Dostoevsky, translated into English by Pevear-Volokhonsky, chapters 1- Хуже всего было то, что Настасья Филипповна ужасно The worst of it was that Nastasya Filippovna had gained много взяла верху. На интерес тоже не поддавалась, the upper hand terribly much. She also would not yield даже на очень крупный, и хотя приняла to mercenary interests, even if the interests were very предложенный ей комфорт, но жила очень скромно и great, and though she accepted the offered comfort, почти ничего в эти пять лет не скопила. Афанасий she lived very modestly and in those five years saved Иванович рискнул было на очень хитрое средство, almost nothing. Afanasy Ivanovich risked another very чтобы разбить свои цепи: неприметно и искусно он clever means of breaking his fetters: he began стал соблазнять ее, чрез ловкую помощь, разными inconspicuously and artfully to tempt her, being идеальнейшими соблазнами;

но олицетворенные skillfully aided, with various ideal temptations;

but the идеалы: князья, гусары, секретари посольств, поэты, incarnate ideals-princes, hussars, embassy secretaries, романисты, социалисты даже, ничто не произвело poets, novelists, even socialists-nothing made any никакого впечатления на Настасью Филипповну, как impression on Nastasya Filippovna, as if she had a stone будто у ней вместо сердца был камень, а чувства in place of a heart, and her feeling had dried up and иссохли и вымерли раз навсегда. died out once and for all.

Жила она больше уединенно, читала, даже училась, She lived a largely solitary life, read, even studied, любила музыку. Знакомств имела мало;

она все liked music. She had very few acquaintances;

she kept зналась с какими-то бедными и смешными company with some poor and ridiculous wives of чиновницами, знала двух каких-то актрис, каких-то officials, knew two actresses, some old women, was старух, очень любила многочисленное семейство very fond of the numerous family of a certain одного почтенного учителя, и в семействе этом и ее respectable teacher, and this family was very fond of очень любили и с удовольствием принимали. her and received her with pleasure. In the evening she Довольно часто по вечерам сходились к ней пять- quite often had gatherings of five or six acquaintances, шесть человек знакомых, не более. Тоцкий являлся not more. Totsky came very often and punctually. More очень часто и аккуратно. В последнее время не без recently General Epanchin, not without труда познакомился с Настасьей Филипповной difficulty, had made Nastasya Filippovna's генерал Епанчин. В то же время совершенно легко и acquaintance. At the same time, quite easily and без всякого труда познакомился с ней и один without any difficulty, a young clerk named молодой чиновник, по фамилии Фердыщенко, очень Ferdyshchenko had made her acquaintance-a very неприличный и сальный шут, с претензиями на indecent and salacious buffoon, with a pretense to веселость и выпивающий. Был знаком один молодой gaiety and a penchant for drink. She was also и странный человек, по фамилии Птицын, скромный, acquainted with a strange young man by the name of аккуратный и вылощенный, происшедший из нищеты Ptitsyn, modest, neat, and sleek, who had risen from и сделавшийся ростовщиком. Познакомился, destitution and become a moneylender. Gavrila наконец, и Гаврила Ардалионович… Ardalionovich, too, finally made her acquaintance… Кончилось тем, что про Настасью Филипповну It ended with Nastasya Filippovna acquiring a strange установилась странная слава: о красоте ее знали все, fame: everyone knew of her beauty, but only that;

no но и только;

никто не мог ничем похвалиться, никто one had anything to boast of, no one had anything to не мог ничего рассказать. Такая репутация, ее tell. This reputation, her cultivation, elegant manners, образование, изящная манера, остроумие, все это wit-all this finally confirmed Afanasy Ivanovich in a утвердило Афанасия Ивановича окончательно на certain plan. And it was at this moment that General известном плане. Тут-то и начинается тот момент, с Epanchin himself began to take such an active and которого принял в этой истории такое деятельное и great part in the story.

чрезвычайное участие сам генерал Епанчин.

When Totsky so courteously turned to him for friendly Когда Тоцкий так любезно обратился к нем за advice concerning one of his daughters, he at once, in дружеским советом насчет одной из его дочерей, то the noblest fashion, made a most full and candid тут же, самым благороднейшим образом, сделал confession. He revealed that he had already resolved to полнейшие и откровенные признания. Он открыл, что stop at nothing to gain his freedom;

that he would not решился уже не останавливаться ни пред какими be at peace even if Nastasya Filippovna herself средствами, чтобы получить свою свободу;

что он не declared to him that henceforth she would leave him успокоился бы, если бы Настасья Филипповна даже entirely alone;

that words were not enough for him, сама объявила ему, что впредь оставит его в полном and he wanted the fullest guarantees. They came to an покое;

что ему мало слов, что ему нужны самые understanding and decided to act together. At first they полные гарантии. Столковались и решились determined to try the gentlest ways and to touch, so to действовать сообща. Первоначально положено было speak, only on "the noble strings of the heart."

испытать средства самые мягкие и затронуть, так сказать, одни "благородные струны сердца".

They both went to Nastasya Filippovna, and Totsky Оба приехали к Настасье Филипповне, и Тоцкий began straight off with the unbearable horror of his прямехонько начал с того, что объявил ей о position;

he blamed himself for everything;

he said невыносимом ужасе своего положения;

обвинил он frankly that he was unable to repent of his initial себя во всем;

откровенно сказал, что не может behavior with her, because he was an inveterate раскаяться в первоначальном поступке с нею, потому sensualist and not in control of himself, but that now he что он сластолюбец закоренелый и в себе не wanted to marry, властен, но что теперь он хочет жениться, “The Idiot” by Dostoevsky, translated into English by Pevear-Volokhonsky, chapters 1- и что вся судьба этого в высшей степени приличного and the whole fate of this most highly respectable and и светского брака в ее руках;

одним словом, что он society marriage was in her hands;

in short, that he ждет всего от ее благородного сердца. Затем стал placed all his hopes in her noble heart. Then General говорить генерал Епанчин, в своем качестве отца, и Epanchin began to speak in his quality as father, and говорил резонно, избегнул трогательного, упомянул spoke reasonably, avoiding emotion, mentioning only только, что вполне признает ее право на решение that he fully recognized her right to decide Afanasy судьбы Афанасия Ивановича, ловко щегольнул Ivanovich's fate, deftly displaying his own humility, собственным смирением, представив на вид, что pointing out that the fate of his daughter, and perhaps судьба его дочери, а может быть и двух других of his two other daughters, now depended on her дочерей, зависит теперь от ее же решения. На decision. To Nastasya Filippovna's question: "Precisely вопрос Настасьи Филипповны: "Чего именно от нее what did they want of her?"- хотят?" Тоцкий с прежнею, совершенно обнаженною Totsky, with the same perfectly naked candor, прямотой, признался ей, что он так напуган еще пять admitted to her that he had been so frightened five лет назад, что не может даже и теперь совсем years ago that even now he could not be entirely at успокоиться, до тех пор, пока Настасья Филипповна peace until Nastasya Filippovna herself had married сама не выйдет за кого-нибудь замуж. Он тотчас же someone. He added at once that this request would, of прибавил, что просьба эта была бы, конечно, с его course, be absurd on his part, if he did not have some стороны нелепа, если б он не имел насчет ее grounds in this regard. He had noted very well and had некоторых оснований. Он очень хорошо заметил и positive knowledge that a young man of very good положительно узнал, что молодой человек, очень name, and living in a most worthy family, Gavrila хорошей фамилии, живущий в самом достойном Ardalionovich Ivolgin, whom she knew and received in семействе, а именно Гаврила Ардалионович Иволгин, her house, had long loved her with all the force of которого она знает и у себя принимает, давно уже passion and would certainly give half his life just for the любит ее всею силой страсти, и, конечно, отдал бы hope of obtaining her sympathy. Gavrila Ardalionovich половину жизни за одну надежду приобресть ее himself had confessed it to him, Afanasy Ivanovich, long симпатию. Признания эти Гаврила Ардалионович ago, in a friendly way and out of the purity of his young сделал ему, Афанасию Ивановичу, сам, и давно уже, heart, and it had long been known to Ivan Fyodorovich, по-дружески и от чистого молодого сердца, и что об the young man's benefactor.

этом давно уже знает и Иван Федорович, благодетельствующий молодому человеку.

Наконец, если только он, Афанасий Иванович не Finally, if he was not mistaken, Nastasya Filippovna ошибается, любовь молодого человека давно уже herself had known of the young man's love for a long известна самой Настасье Филипповне, и ему time, and it even seemed to him that she looked показалось даже, что она смотрит на эту любовь indulgently upon that love. Of course, it was hardest for снисходительно. Конечно, ему всех труднее говорить him of all people to speak of it. But if Nastasya об этом, но если Настасья Филипповна захотела бы Filippovna would allow him, Totsky, apart from egoism допустить в нем, в Тоцком, кроме эгоизма и желания and the desire to arrange his own lot, to wish her at устроить свою собственную участь, хотя несколько least some good as well, she would understand that he желания добра и ей, то поняла бы, что ему давно had long found it strange and even painful to странно и даже тяжело смотреть на ее одиночество: contemplate her solitude: that here there was only что тут один только неопределенный мрак, полное uncertain darknes"s, total disbelief in the renewal of неверие в обновление жизни, которая так прекрасно life, which could so beautifully resurrect in love and a могла бы воскреснуть в любви и в семействе и family, and thereby acquire a new purpose;

that here принять таким образом новую цель;

что тут гибель were ruined abilities, perhaps brilliant ones, a способностей, может быть, блестящих, добровольное voluntary reveling in her own sorrow, in short, even любование своею тоской, одним словом, даже some sort of romanticism unworthy both of Nastasya некоторый романтизм, недостойный ни здравого ума, Filippovna's common sense and of her noble heart.

ни благородного сердца Настасьи Филипповны.

Повторив еще раз, что ему труднее других говорить, After repeating once again that it was harder for him to он заключил, что не может отказаться от надежды, speak than for anyone else, he ended by saying that he что Настасья Филипповна не ответит ему could not give up the hope that Nastasya Filippovna презрением, если он выразит свое искреннее would not reply to him with contempt if he expressed желание обеспечить ее участь в будущем и his sincere wish to secure her lot in the future and offer предложит ей сумму в семьдесят пять тысяч рублей. her the sum of seventy-five thousand roubles. He added Он прибавил в пояснение, что эта сумма, все равно, by way of clarification that in any case this sum had назначена уже ей в его завещании;

одним словом, already been allotted to her in his will;

in short, that что тут вовсе не вознаграждение какое-нибудь… и this was in no way a compensation of any sort… and что, наконец, почему же не допустить и не извинить that, finally, why not allow and excuse in him the в нем человеческого желания хоть чем-нибудь human wish to unburden his conscience at least in some облегчить свою совесть и т. д., и т. д., все что way, and so on and so forth-all that is usually said on говорится в подобных случаях на эту тему. the subject in such cases.

“The Idiot” by Dostoevsky, translated into English by Pevear-Volokhonsky, chapters 1- Афанасий Иванович говорил долго и красноречиво, Afanasy Ivanovich spoke long and eloquently, having присовокупив, так сказать мимоходом, очень appended, in passing so to speak, the very curious piece любопытное сведение, что об этих семидесяти пяти of information that he was now mentioning the seventy тысячах он заикнулся теперь в первый раз, и что о five thousand for the first time and that no one knew of них не знал даже и сам Иван Федорович, который вот it, not even Ivan Fyodorovich himself, who was sitting тут сидит;

одним словом, не знает никто. right there;

in short, no one knew.

Ответ Настасьи Филипповны изумил обоих друзей. Nastasya Filippovna's answer amazed the two friends.

Не только не было заметно в ней хотя бы малейшего Not only was there not the slightest trace to be проявления прежней насмешки, прежней вражды и observed in her of the former mockery, the former ненависти, прежнего хохоту, от которого, при одном hostility and hatred, the former воспоминании, до сих пор проходил холод по спине laughter, the mere recollection of which sent a chill Тоцкого, но напротив, она как будто обрадовалась down Totsky's spine, but, on the contrary, she seemed тому, что может наконец поговорить с кем-нибудь glad that she could finally speak with someone in an откровенно и по-дружески. Она призналась, что сама open and friendly way. She admitted that she herself давно желала спросить дружеского совета, что had long wanted to ask for some friendly advice, that мешала только гордость, но что теперь, когда лед only pride had prevented her, but that now, since the разбит, ничего и не могло быть лучше. ice had been broken, nothing could be better.

Сначала с грустною улыбкой, а потом весело и резво At first with a sad smile, then with gay and brisk рассмеявшись, она призналась, что прежней бури во laughter, she confessed that the previous storm would всяком случае и быть не могло;

что она давно уже in any case not be repeated;

that she had long ago изменила отчасти свой взгляд на вещи, и что хотя и partly changed her view of things, and though she had не изменилась в сердце, но все-таки принуждена not changed in her heart, she was still bound to allow была очень многое допустить в виду совершившихся for many things as accomplished facts;

what was done фактов;

что сделано, то сделано, что прошло, то was done, what was past was past, so that she even прошло, так что ей даже странно, что Афанасий found it strange that Afanasy Ivanovich could go on Иванович все еще продолжает быть так напуганным. being so frightened. Here she turned to Ivan Тут она обратилась к Ивану Федоровичу и с видом Fyodorovich and, with a look of the profoundest глубочайшего уважения объявила, что она давно уже respect, told him that she had long since heard a great слышала очень многое об его дочерях, и давно уже deal about his daughters and was long accustomed to привыкла глубоко и искренно уважать их. Одна having a profound and sincere respect for them. The мысль о том, что она могла бы быть для них хоть thought alone that she might be of at least some use to чем-нибудь полезною, была бы, кажется, для нее them would for her be a cause of happiness and pride.

счастьем и гордостью. Это правда, что ей теперь It was true that she now felt oppressed and bored, very тяжело и скучно, очень скучно;

bored;

Афанасий Иванович угадал мечты ее;

она желала бы Afanasy Ivanovich had divined her dreams;

she would воскреснуть, хоть не в любви, так в семействе, like to resurrect, if not in love, then in a family, with сознав новую цель;

но что о Гавриле Ардалионовиче the consciousness of a new purpose;

but of Gavrila она почти ничего не может сказать. Кажется, правда, Ardalionovich she could say almost nothing. True, he что он ее любит;

она чувствует, что могла бы и сама seemed to love her;

she felt that she herself might его полюбить, если бы могла доверить в твердость come to love him, if she could trust in the firmness of его привязанности;

но он очень молод, если даже и his attachment;

but, even if sincere, he was very искренен;

тут решение трудно. Ей, впрочем, young;

it was hard to decide here. Incidentally, she нравится больше всего то, что он работает, трудится liked most of all the fact that he worked, toiled, and и один поддерживает все семейство. Она слышала, supported the whole family by himself. She had heard что он человек с энергией, с гордостью, хочет that he was an energetic and proud man, that he карьеры, хочет пробиться. Слышала тоже, что Нина wanted a career, wanted to make his way. She had also Александровна Иволгина, мать Гаврилы heard that Nina Alexandrovna Ivolgin, Gavrila Ардалионовича, превосходная и в высшей степени Ardalionovich's mother, was an excellent and highly уважаемая женщина;

что сестра его Варвара estimable woman;

that his sister, Varvara Arda Ардалионовна очень замечательная и энергичная lionovna, was a very remarkable and energetic girl;

she девушка;

она много слышала о ней от Птицына. had heard a lot about her from Ptitsyn.

Она слышала, что они бодро переносят свои She had heard that they endured their misfortunes несчастия;

она очень бы желала с ними cheerfully;

she wished very much to make their познакомиться, но еще вопрос, радушно ли они acquaintance, but the question was whether they would примут ее в их семью? Вообще она ничего не говорит welcome her into their family. In general, she had против возможности этого брака, но об этом еще nothing to say against the possibility of this marriage, слишком надо подумать;

она желала бы, чтоб ее не but there was a great need to think it over;

she did not торопили. Насчет же семидесяти пяти тысяч, - wish to be rushed. Concerning the seventy-five напрасно Афанасий Иванович так затруднялся thousand-Afanasy Ivanovich need not have been so говорить о них. Она понимает сама цену деньгам и embarrassed to speak of it. She understood the value of конечно их возьмет. Она благодарит Афанасия money and, of course, would take it. She thanked Ивановича за его деликатность, за то, что он даже и Afanasy Ivanovich for his delicacy, for not having генералу об этом не говорил, не только Гавриле mentioned it even to the general, let alone to Gavrila Ардалионовичу, но однако ж, почему же и ему не Ardalionovich, but anyhow, why should he not also знать об этом заранее? know about it beforehand?

“The Idiot” by Dostoevsky, translated into English by Pevear-Volokhonsky, chapters 1- Ей нечего стыдиться за эти деньги, входя в их семью. She had no need to be ashamed of this money on Во всяком случае, она ни у кого не намерена просить entering their family. In any case, she had no intention прощения ни в чем и желает, чтоб это знали. Она не of apologizing to anyone for anything, and wished that выйдет за Гаврилу Ардалионовича, пока не убедится, to be known. She would not marry Gavrila Ardalionovich что ни в нем, ни в семействе его нет какой-нибудь until she was sure that neither he nor his family had any затаенной мысли на ее счет. Во всяком случае, она hidden thoughts concerning her. In any case, she did ни в чем не считает себя виновною, и пусть бы лучше not consider herself guilty of anything, and Gavrila Гаврила Ардалионович узнал, на каких основаниях Ardalionovich had better learn on what terms she had она прожила все эти пять лет в Петербурге, в каких been living all those years in Petersburg, in what отношениях к Афанасию Ивановичу, и много ли relations with Afanasy Ivanovich, and how much money скопила состояния. Наконец, если она и принимает she had saved. Finally, if she did accept the capital теперь капитал, то вовсе не как плату за свой now, it was not at all as payment for her maidenly девичий позор, в котором она не виновата, а просто dishonor, for which she was not to blame, but simply as как вознаграждение за исковерканную судьбу. a recompense for her maimed life.

Под-конец она даже так разгорячилась и By the end she even became so excited and irritated as раздражилась, излагая все это (что, впрочем, было she was saying it all (which, incidentally, was quite так естественно), что генерал Епанчин был очень natural) that General Epanchin was very pleased and доволен и считал дело оконченным;

но раз considered the matter concluded;

but the once напуганный Тоцкий и теперь не совсем поверил, и frightened Totsky did not quite believe her even now долго боялся, нет ли и тут змеи под цветами. and feared for a long time that here, too, there might Переговоры однако начались;

пункт, на котором был be a serpent among the flowers.18 The negotiations основан весь маневр обоих друзей, а именно nevertheless began;

the point on which the two friends' возможность увлечения Настасьи Филипповны к whole maneuver was based-namely, the possibility of Гане, начал мало-по-малу выясняться и Nastasya Filippovna being attracted to Ganya- gradually оправдываться, так что даже Тоцкий начинал иногда began to take shape and justify itself, so that even верить в возможность успеха. Totsky began to believe at times in the possibility of success.

Тем временем Настасья Филипповна объяснилась с Ганей: слов было сказано очень мало, точно ее Meanwhile Nastasya Filippovna had a talk with Ganya:

целомудрие страдало при этом. Она допускала very few words were spoken, as if her chastity suffered однако ж и дозволяла ему любовь его, но настойчиво from it. She admitted, however, and allowed him his объявила, что ничем не хочет стеснять себя;

что она love, but said insistently that she did not want to до самой свадьбы (если свадьба состоится) оставляет hamper herself in any way;

that until the wedding itself за собой право сказать: "нет", хотя бы в самый (if the wedding took place) she reserved for herself the последний час;

совершенно такое же право right to say no, even in the very last hour;

exactly the предоставляет и Гане. Вскоре Ганя узнал same right was granted to Ganya. Soon Ganya learned положительно, чрез услужливый случай, что positively, by an obliging chance, that the hostility of недоброжелательство всей его семьи к этому браку и his whole family towards this marriage and towards к Настасье Филипповне лично, обнаруживавшееся Nastasya Filippovna personally, which had manifested домашними сценами, уже известно Настасье itself in scenes at home, was already known to Nastasya Филипповне в большой подробности;

сама она с ним Filippovna in great detail;

she had not mentioned it to об этом не заговаривала, хотя он и ждал ежедневно. him, though he expected it daily. However, it would be Впрочем, можно было бы и еще много рассказать из possible to tell much more out of all the stories and всех историй и обстоятельств, обнаружившихся по circumstances that surfaced on the occasion of this поводу этого сватовства и переговоров;

но мы и так engagement and its negotiations;

but we have run забежали вперед, тем более, что иные из ahead of ourselves as it is, especially since some of обстоятельств являлись еще в виде слишком these circumstances appeared only as very vague неопределенных слухов. rumors.

Например, будто бы Тоцкий откуда-то узнал, что For instance, Totsky was supposed to have learned Настасья Филипповна вошла в какие-то somewhere that Nastasya Filippovna, in secret from неопределенные и секретные от всех сношения с everyone, had entered into some sort of vague relations девицами Епанчиными, - слух совершенно with the невероятный. Зато другому слуху он невольно верил Epanchin girls-a perfectly incredible rumor. But и боялся его до кошмара: он слышал за верное, что another rumor he involuntarily believed and feared to Настасья Филипповна будто бы в высшей степени the point of nightmare: he had heard for certain that знает, что Ганя женится только на деньгах, что у Nastasya Filippovna was supposedly aware in the Гани душа черная, алчная, нетерпеливая, highest degree that Ganya was marrying only for завистливая и необъятно, непропорционально ни с money, that Ganya's soul was dark, greedy, impatient, чем самолюбивая;

что Ганя хотя и действительно envious, and boundlessly vain, out of all proportion to страстно добивался победы над Настасьей anything;

that, although Ganya had indeed tried Филипповной прежде, но когда оба друга решились passionately to win Nastasya Filippovna over before, эксплуатировать эту страсть, начинавшуюся с обеих now that the two friends had decided to exploit that сторон, в свою пользу, и купить Ганю продажей ему passion, which had begun to be mutual, for their own Настасьи Филипповны в законные жены, то он advantage, and to buy Ganya by selling him Nastasya возненавидел ее как свой кошмар. Filippovna as a lawful wife, he had begun to hate her like his own nightmare.

“The Idiot” by Dostoevsky, translated into English by Pevear-Volokhonsky, chapters 1- В его душе будто бы странно сошлись страсть и It was as if passion and hatred strangely came together ненависть, и он хотя и дал наконец, после in his soul, and though, after painful hesitations, he мучительных колебаний, согласие жениться на finally consented to marry "the nasty woman," in his "скверной женщине", но сам поклялся в душе горько soul he swore to take bitter revenge on her for it and to отмстить ей за это и "доехать" ее потом, как он будто "give it to her" later, as he supposedly put it. Nastasya бы сам выразился. Все это Настасья Филипповна Filippovna supposedly knew all about it and was будто бы знала и что-то втайне готовила. Тоцкий до secretly preparing something. Totsky was so afraid that того было уже струсил, что даже и Епанчину he even stopped telling his worries to Epanchin;

but перестал сообщать о своих беспокойствах;

но бывали there were moments when, being a weak man, he мгновения, что он как слабый человек, решительно would decidedly feel heartened again and his spirits вновь ободрялся и быстро воскресал духом: он would quickly rise: he felt exceedingly heartened, for ободрился, например, чрезвычайно, когда Настасья instance, when Nastasya Filippovna at last gave the two Филипповна дала, наконец, слово обоим друзьям что friends her word that on the evening of her birthday she вечером, в день своего рождения, скажет последнее would speak her final word. On the other hand, a most слово. Зато самый странный и самый невероятный strange and incredible rumor concerning the esteemed слух, касавшийся самого уважаемого Ивана Ivan Fyodorovich himself was, alas! proving more and Федоровича, увы! все более и более оказывался more true.

верным.

Here at first sight everything seemed utterly wild. It Тут с первого взгляда все казалось чистейшею was hard to believe that Ivan Fyodorovich, in his дичью. Трудно было поверить, что будто бы Иван venerable old age, with his excellent intelligence and Федорович, на старости своих почтенных лет, при positive knowledge of life, and so on and so forth, своем превосходном уме и положительном знании should be tempted by Nastasya Filippovna-and that, жизни и пр. и пр., соблазнился сам Настасьей supposedly, to such an extent that the caprice almost Филипповной, - но так будто бы, до такой будто бы resembled passion. Where he placed his hopes in this степени, что этот каприз почти походил на страсть. case is hard to imagine;

perhaps even in the assistance На что он надеялся в этом случае - трудно себе и of Ganya himself. Totsky at least suspected something представить может быть, даже на содействие самого of the sort, suspected the existence of some sort of Гани. Тоцкому подозревалось по крайней мере что-то almost silent agreement, based on mutual в этом роде, подозревалось существование какого-то understanding, between the general and Ganya. As is почти безмолвного договора, основанного на known, however, a man too carried away by passion, взаимном проникновении, между генералом и Ганей. especially if he is of a certain age, becomes completely Впрочем, известно, что человек, слишком blind and is ready to suspect hope where there is no увлекшийся страстью, особенно если он в летах, hope at all;

moreover, he takes leave of his senses and совершенно слепнет и готов подозревать надежду acts like a foolish child, though he be of the most там, где вовсе ее и нет;

мало того, теряет рассудок и palatial mind.

действует как глупый ребенок, хотя бы и был семи пядей во лбу.

It was known that for Nastasya Filippovna's birthday the Известно было, что генерал приготовил ко дню general had prepared his own present of an astonishing рождения Настасьи Филипповны от себя в подарок string of pearls, which had cost an enormous sum, and удивительный жемчуг, стоивший огромной суммы, и was very concerned about this present, though подарком этим очень интересовался, хотя и знал, что he knew that Nastasya Filippovna was an unmercenary Настасья Филипповна женщина бескорыстная. woman. The day before Nastasya Filippovna's birthday Накануне дня рождения Настасьи Филипповны он был he was as if in a fever, though he skillfully concealed it.

как в лихорадке, хотя и ловко скрывал себя. Об It was precisely these pearls that Mrs. Epanchin had этом-то именно жемчуге и прослышала генеральша heard about. True, Elizaveta Prokofyevna had long ago Епанчина. Правда, Лизавета Прокофьевна уже с begun to experience her husband's frivolity and was давних пор начала испытывать ветреность своего somewhat used to it;

but it was impossible to overlook супруга, даже отчасти привыкла к ней;

но ведь such an occasion: the rumor about the pearls interested невозможно же было пропустить такой случай: слух о her exceedingly. The general had perceived it just in жемчуге чрезвычайно интересовал ее. Генерал time;

certain little words had already been uttered the выследил это заблаговременно;

еще накануне были day before;

he anticipated a major confrontation and сказаны иные словечки;

он предчувствовал was afraid of it.

объяснение капитальное и боялся его.

Вот почему ему ужасно не хотелось в то утро, с That was why he was terribly reluctant, on the morning которого мы начали рассказ, идти завтракать в недра on which we began our story, to go and have lunch in семейства. Еще до князя он положил отговориться the bosom of his family. Before the prince's arrival, he делами и избежать. Избежать у генерала иногда had resolved to use the excuse that he was busy and get значило просто-за-просто убежать. Ему хоть один out of it. To get out, for the general, sometimes simply этот день и, главное, сегодняшний вечер хотелось meant to get away. He wanted to gain at least that one выиграть без неприятностей. И вдруг так кстати day and, above all, that evening, without any пришелся князь. "Точно бог послал!" подумал unpleasantnesses. And suddenly the prince came along генерал про себя, входя к своей супруге. so opportunely. "As if sent by God!" the general thought to himself as he entered his wife's rooms.

V. V “The Idiot” by Dostoevsky, translated into English by Pevear-Volokhonsky, chapters 1- Генеральша была ревнива к своему THE GENERAL'S WIFE was jealous of her origins. Imagine происхождению. Каково же ей было, прямо и без her feelings when she was told, directly and without приготовления, услышать, что этот последний в роде preliminaries, that this Prince Myshkin, the last of their князь Мышкин, о котором она уже что-то слышала, не line, whom she had already heard something about, was больше как жалкий идиот и почти-что нищий, и no more than a pathetic idiot and nearly destitute, and принимает подаяние на бедность. Генерал именно that he took beggar's alms. The general was precisely бил на эффект, чтобы разом заинтересовать, отвлечь after that effect, in order to draw her interest all at все как-нибудь в другую сторону. once and somehow turn everything in another direction.

В крайних случаях генеральша обыкновенно In extreme cases his wife usually rolled her eyes out чрезвычайно выкатывала глаза и, несколько exceedingly and, with her body thrown slightly back, откинувшись назад корпусом, неопределенно stared vaguely ahead of her without saying a word. She смотрела перед собой, не говоря ни слова. Это была was a tall, lean woman, of the same age as her рослая женщина, одних лет с своим мужем, с husband, with much gray in her dark but still thick hair, темными, с большою проседью, но еще густыми a somewhat hooked nose, hollow yellow cheeks, and волосами, с несколько горбатым носом, сухощавая, с thin, sunken lips. Her forehead was high but narrow;

желтыми, ввалившимися щеками и тонкими впалыми her gray, rather large eyes sometimes had a most губами. Лоб ее был высок, но узок;

серые, довольно unexpected expression. She had once had the weakness большие глаза имели самое неожиданное иногда of believing that her gaze produced an extraordinary выражение. Когда-то у ней была слабость поверить, effect;

that conviction remained indelible in her.

что взгляд ее необыкновенно эффектен;

это убеждение осталось в ней неизгладимо.

"Receive him? You say receive him now, this minute?" - Принять? Вы говорите его принять, теперь, сейчас? and the general's wife rolled her eyes out with all her - и генеральша из всех сил выкатила свои глаза на might at Ivan Fyodorovich as he fidgeted before her.

суетившегося пред ней Ивана Федоровича. "Oh, in that respect you needn't stand on ceremony, - О, на этот счет можно без всякой церемонии, если my friend, provided you wish to see him," the general только тебе, мой друг, угодно его видеть, - спешил hastened to explain. "A perfect child, and even quite разъяснить генерал. - Совершенный ребенок и даже pathetic;

he has fits of some illness;

he's just come такой жалкий;

припадки у него какие-то from Switzerland, straight from the train, strangely болезненные;

он сейчас из Швейцарии, только-что из dressed, in some German fashion, and besides without a вагона, одет странно, как-то по-немецкому, и penny, literally;

he's all but weeping. I gave him вдобавок ни копейки, буквально;

чуть не плачет. Я twenty-five roubles and want to obtain some scrivener's ему двадцать пять рублей подарил и хочу ему в post for him in the chancellery. And you, mesdames, I канцелярии писарское местечко какое-нибудь у нас ask to give him something to eat, because he also добыть. А вас, mesdames[1], прошу его попотчевать, seems to be hungry…" потому что он, кажется, и голоден… - Вы меня удивляете, - продолжала попрежнему "You astonish me," Mrs. Epanchin went on as before.

генеральша;

- голоден и припадки! Какие припадки? "Hungry, and some sort of fits! What fits?" - О, они не повторяются так часто, и притом он "Oh, they don't occur too often, and besides, he's почти как ребенок, впрочем образованный. Я было almost like a child, though he's cultivated. I'd like to ask вас, mesdames, - обратился он опять к дочерям, - you, mesdames," he again turned to his daughters, "to хотел попросить проэкзаменовать его, все-таки give him an examination;

it would be good, after all, to хорошо бы узнать, к чему он способен. know what he's able to do."

- Про-эк-за-ме-но-вать? - протянула генеральша и в "An ex-am-i-na-tion?" Mrs. Epanchin drew out and, in глубочайшем изумлении стала опять перекатывать deep amazement, again began to roll her eyes from her глаза с дочерей на мужа и обратно. daughters to her husband and back.

- Ах, друг мой, не придавай такого смыслу… "Ah, my friend, don't take it in that sense… however, впрочем, ведь как тебе угодно;

я имел в виду as you wish;

I had in mind to be nice to him and receive обласкать его и ввести к нам, потому что это почти him in our house, because it's almost a good deed."

доброе дело. "In our house? From Switzerland?!" - Ввести к нам? Из Швейцарии?!

- Швейцария тут не помешает;

а впрочем, повторяю, "Switzerland is no hindrance. But anyhow, I repeat, it's как хочешь. Я ведь потому, что, во-первых, as you wish. I suggested it, first, because he's your однофамилец и, может быть, даже родственник, а namesake and maybe even a relation, and second, he во-вторых, не знает, где главу приклонить. Я даже doesn't know where to lay his head. I even thought you подумал, что тебе несколько интересно будет, так might be somewhat interested, because, after all, he's как все-таки из нашей фамилии. of the same family."

- Разумеется, maman, если с ним можно без "Of course, maman, if we needn't stand on ceremony церемонии;

к тому же он с дороги есть хочет, почему with him;

besides, he's hungry after the journey, why не накормить, если он не знает куда деваться? - not give him something to eat, if he doesn't know where сказала старшая Александра. to go?" said the eldest daughter, Alexandra.

- И вдобавок дитя совершенное, с ним можно еще в "And a perfect child besides, we can play blindman's жмурки играть. buff with him."

- В жмурки играть? Каким образом? "Play blindman's buff? In what sense?" - Ах, maman, перестаньте представляться, "Oh, maman, please stop pretending," Aglaya пожалуста, - с досадой перебила Аглая. interfered vexedly.

“The Idiot” by Dostoevsky, translated into English by Pevear-Volokhonsky, chapters 1- Средняя, Аделаида, смешливая, не выдержала и The middle daughter, Adelaida, much given to рассмеялась. laughter, could not help herself and burst out laughing.

- Позовите его, papa, maman позволяет, - решила "Send for him, papa, maman allows it," Aglaya Аглая. decided. The general rang and sent for the prince.

Генерал позвонил и велел звать князя. "But be sure a napkin is tied around his neck when he - Но с тем, чтобы непременно завязать ему sits at the table," Mrs. Epanchin decided. "Send for салфетку на шее, когда он сядет за стол, - решила Fyodor, or let Mavra генеральша, - позвать Федора, или пусть Мавра… … so as to stand behind his chair and tend to him while чтобы стоять за ним и смотреть за ним, когда он he eats. Is he at least quiet during his fits? Does he будет есть. Спокоен ли он, по крайней мере, в gesticulate?" припадках? Не делает ли жестов?

- Напротив, даже очень мило воспитан и с "On the contrary, he's very well brought up and has прекрасными манерами. Немного слишком простоват wonderful manners. A bit too simple at times… But here иногда… Да вот он и сам! Вот-с, рекомендую, he is! Allow me to introduce Prince Myshkin, the last of последний в роде князь Мышкин, однофамилец и, the line, a namesake and maybe even a relation, может быть, даже родственник, примите, receive him, be nice to him. They'll have lunch now, обласкайте. Сейчас пойдут завтракать, князь, так Prince, do them the honor… And I, forgive me, I'm late, сделайте честь… А я уж, извините, опоздал, спешу… I must hurry…" - Известно, куда вы спешите, - важно проговорила "We know where you're hurrying to," Mrs. Epanchin генеральша. said imposingly.

- Спешу, спешу, мой друг, опоздал! Да дайте ему "I must hurry, I must hurry, my friend, I'm late! Give ваши альбомы, mesdames, пусть он вам там напишет;

him your albums,19 mesdames, let him write something какой он каллиграф, так на редкость! талант;

там он for you, he's a rare calligrapher! A talent! He did such a так у меня расчеркнулся старинным почерком: piece of old handwriting for me: 'The hegumen Pafnuty "Игумен Пафнутий руку приложил"… Ну, до свидания. here sets his hand to it…' Well, good-bye."

- Пафнутий? Игумен? Да постойте, постойте, куда "Pafnuty? Hegumen? Wait, wait, where are you going?

вы, и какой там Пафнутий? - с настойчивою досадой и What Pafnuty?" Mrs. Epanchin cried with insistent чуть не в тревоге прокричала генеральша vexation and almost anxiously to her fleeing husband.

убегавшему супругу. "Yes, yes, my friend, there was such a hegumen in the - Да, да, друг мой, это такой в старину был игумен… old days… and I'm off to the count's, he's been waiting, а я к графу, ждет, давно, и главное, сам назначил… waiting a long time, and, above all, it was he who made Князь, до свидания! the appointment… Good-bye, Prince!" Генерал быстрым шагами удалился. The general withdrew with quick steps.

- Знаю я к какому он графу! - резко проговорила "I know which count that is!" Elizaveta Prokofyevna Лизавета Прокофьевна и раздражительно перевела said sharply and turned her gaze irritably on the prince.

глаза на князя. - Что бишь! - начала она брезгливо и "What was it!" she began, trying squeamishly and досадливо припоминая:

- ну, что там? Ах, да: ну, vexedly to recall. "What was it! Ah, yes. Well, what какой там игумен? about this hegumen?" - Maman, - начала было Александра, а Аглая даже "Maman," Alexandra began, and Aglaya even stamped топнула ножкой. her little foot.

- Не мешайте мне, Александра Ивановна, - "Don't interrupt me, Alexandra Ivanovna," Mrs.

отчеканила ей генеральша, - я тоже хочу знать. Epanchin rapped out to her, "I also want to know. Sit Садитесь вот тут, князь, вот на этом кресле, down here, Prince, in this chair, facing me-no, here, напротив, нет, сюда, к солнцу, к свету ближе move closer to the sun, to the light, so that I can see.

подвиньтесь, чтоб я могла видеть. Ну, какой там Well, what about this hegumen?" игумен?

- Игумен Пафнутий, - отвечал князь внимательно и "Hegumen Pafnuty," the prince replied attentively and серьезно. seriously.

- Пафнутий? Это интересно;

ну, что же он? "Pafnuty? That's interesting. Well, who was he?" Генеральша спрашивала нетерпеливо, быстро, Mrs. Epanchin asked impatiently, quickly, sharply, not резко, не сводя глаз с князя, а когда князь отвечал, taking her eyes off the prince, and when he answered, она кивала головой вслед за каждым его словом. she nodded her head after each word he said.

- Игумен Пафнутий, четырнадцатого столетия, - "The hegumen Pafnuty, of the fourteenth century," the начал князь, - он правил пустынью на Волге, в prince began. "He was the head of a hermitage on the нынешней нашей Костромской губернии. Известен Volga, in what is now Kostroma province. He was known был святою жизнью, for his holy life.

He went ездил в Орду, помогал устраивать тогдашние дела и to the Horde,20 helped to arrange some affairs of that подписался под, одною грамотой, а снимок с этой time, and signed his name to a certain document, and I подписи я видел. Мне понравился почерк, и я его saw a copy of that signature. I liked the handwriting заучил. Когда давеча генерал захотел посмотреть, and learned it. Today, when the general wanted to see как я пишу, чтоб определить меня к месту, то я how I can write, in order to find a post for me, I wrote написал несколько фраз разными шрифтами, several phrases in various scripts, “The Idiot” by Dostoevsky, translated into English by Pevear-Volokhonsky, chapters 1- и между прочим "Игумен Пафнутий руку приложил" and among them 'The hegumen Pafnuty here sets his собственным почерком игумена Пафнутия. Генералу hand to it' in the hegumen Pafnuty's own handwriting.

очень понравилось, вот он теперь и вспомнил. The general liked it very much, and he remembered it - Аглая, - сказала генеральша, - запомни: just now."

Пафнутий, или лучше запиши, а то я всегда забываю. "Aglaya," said Mrs. Epanchin, "remember: Pafnuty, or Впрочем, я думала будет интереснее. Где ж эта better write it down, because I always forget. However, подпись? I thought it would be more interesting. Where is this - Осталась, кажется, в кабинете у генерала, на signature?" столе.

"I think it's still in the general's office, on the desk."

- Сейчас же послать и принести. "Send at once and fetch it."

- Да я вам лучше другой раз напишу, если вам "I could just as well write it again for you, if you like."

угодно. "Of course, maman," said Alexandra, "and now we'd - Конечно, maman, - сказала Александра, - а теперь better have lunch;

we're hungry."

лучше бы завтракать;

мы есть хотим. "Well, so," Mrs. Epanchin decided. "Come, Prince, are - И то, - решила генеральша. - Пойдемте, князь;

вы you very hungry?" очень хотите кушать? "Yes, at the moment I'm very hungry and I thank you - Да, теперь захотел очень, и очень вам very much."

благодарен.

"It's very good that you're polite, and I note that you're - Это очень хорошо, что вы вежливы, и я замечаю, not at all such an… odd man as we were told. Come. Sit что вы вовсе не такой… чудак, каким вас изволили down here, across from me," she bustled about, getting отрекомендовать. Пойдемте. Садитесь вот здесь, the prince seated, when they came to the dining room, напротив меня, - хлопотала она, усаживая князя, "I want to look at you. Alexandra, Adelaida, offer the когда пришли в столовую. - я хочу на вас смотреть. prince something. Isn't it true that he's not all that… Александра, Аделаида, потчуйте князя. Не правда sick? Maybe the napkin isn't necessary… Do they tie a ли, что он вовсе не такой… больной? Может, и napkin around your neck when you eat, Prince?" салфетку не надо… Вам, князь, подвязывали салфетку за кушаньем?

"Before, when I was about seven, I think they did, but - Прежде, когда я лет семи был, кажется, now I usually put my napkin on my knees when I eat."

подвязывали, а теперь я обыкновенно к себе на "So you should. And your fits?" колени салфетку кладу, когда ем. "Fits?" the prince was slightly surprised. "I have fits - Так и надо. А припадки? rather rarely now. Though, I don't know, they say the - Припадки? - удивился немного князь:

- припадки climate here will be bad for me."

теперь у меня довольно редко бывают. Впрочем, не "He speaks well," Mrs. Epanchin observed, turning to знаю;

говорят, здешний климат мне будет вреден. her daughters and continuing to nod her head after - Он хорошо говорит, - заметила генеральша, each word the prince said. "I didn't even expect it. So it обращаясь к дочерям и продолжая кивать головой was all nonsense and lies, as usual. Eat, Prince, and go вслед за каждым словом князя, - я даже не ожидала. on with your story: where were you born and brought Стало быть, все пустяки и неправда;

по up? I want to know everything;

you interest me обыкновению. Кушайте, князь, и рассказывайте: где exceedingly."

вы родились, где воспитывались? Я хочу все знать;

вы чрезвычайно меня интересуете.

The prince thanked her and, eating with great appetite, Князь поблагодарил и, кушая с большим аппетитом, again began to tell everything he had already told more стал снова передавать все то, о чем ему уже than once that morning. Mrs. Epanchin was becoming неоднократно приходилось говорить в это утро. more and more pleased.

Генеральша становилась все довольнее и довольнее. The girls also listened rather attentively. They Девицы тоже довольно внимательно слушали. discussed families;

the prince turned out to know his Сочлись родней;

оказалось, что князь знал свою genealogy rather well, but hard as they searched, they родословную довольно хорошо;

но как ни подводили, could find almost no connection between him and Mrs.

а между ним и генеральшей не оказалось почти Epanchin. There might have been some distant relation никакого родства. Между дедами и бабками можно between their grandmothers and grandfathers. Mrs.

бы было еще счесться отдаленным родством. Эта Epanchin especially liked this dry subject, since she сухая материя особенно понравилась генеральше, hardly ever had the chance to talk about her genealogy, которой почти никогда не удавалось говорить о своей despite all her wishes, so that she even got up from the родословной, при всем желании, так что она встала table in an excited state of mind.

из-за стола в возбужденном состоянии духа.

- Пойдемте все в нашу сборную, - сказала она, - и "Let's all go to our gathering room," she said, "and have кофей туда принесут. У нас такая общая комната coffee served there. We have this common room here," есть, - обратилась она к князю, уводя его, - she said to the prince, leading him out. "It's simply my попросту, моя маленькая гостиная, где мы, когда small drawing room, where we gather when we're by одни сидим, собираемся, и каждая своим делом ourselves, and each of us does her own thing:

занимается: Александра, вот эта, моя старшая дочь, Alexandra, this one, my eldest daughter, plays the на фортепиано играет, или читает, или шьет;

piano, or reads, or sews;

Adelaida paints landscapes Аделаида - пейзажи и портреты пишет (и ничего and portraits (and never can finish anything);

and кончить не может), а Аглая сидит, ничего не делает. Aglaya sits and does nothing.

“The Idiot” by Dostoevsky, translated into English by Pevear-Volokhonsky, chapters 1- У меня тоже дело из рук валится: ничего не выходит. I'm also hopeless at handwork: nothing comes out right.

Ну вот, и пришли;

садитесь, князь сюда, к камину, и Well, here we are;

sit down there, Prince, by the рассказывайте. Я хочу знать, как вы рассказываете fireplace, and tell us something. I want to know how что-нибудь. Я хочу вполне убедиться, и когда с you tell a story. I want to make completely sure, so княгиней Белоконской увижусь, со старухой, ей про that when I see old Princess Belokonsky, I can tell her вас все расскажу. Я хочу, чтобы вы их всех тоже all about you. I want them all to become interested in заинтересовали. Ну, говорите же. you, too. Well, speak then."

- Maman, да ведь этак очень странно рассказывать, "But, maman, it's very strange to tell anything that - заметила Аделаида, которая тем временем way," observed Adelaida, who meanwhile had поправила свой мольберт, взяла кисти, палитру и straightened her easel, taken her brushes and palette, принялась-было копировать давно уже начатый and started working on a landscape begun long ago, пейзаж с эстампа. Александра и Аглая сели вместе copied from a print. Alexandra and Aglaya sat down на маленьком диване, и, сложа руки, приготовились together on a small sofa, folded their arms, and слушать разговор. Князь заметил, что на него со всех prepared to listen to the conversation. The prince сторон устремлено особенное внимание. noticed that special attention was turned on him from all sides.

- Я бы ничего не рассказала, если бы мне так "I wouldn't tell anything, if I were ordered to like that," велели, - заметила Аглая. observed Aglaya.

- Почему? Что тут странного? Отчего ему не "Why? What's so strange about it? Why shouldn't he tell рассказывать? Язык есть. Я хочу знать, как он умеет a story? He has a tongue. I want to see if he knows how говорить. Ну, о чем-нибудь. Расскажите, как вам to speak. Well, about anything. Tell me how you liked понравилась Швейцария, первое впечатление. Вот вы Switzerland, your first impressions. You'll see, he's going увидите, вот он сейчас начнет и прекрасно начнет. to begin now, and begin beautifully."

- Впечатление было сильное… - начал-было князь. "The impression was a strong one…" the prince began.

- Вот-вот, - подхватила нетерпеливая Лизавета "There," the impatient Lizaveta Prokofyevna picked Прокофьевна, обращаясь к дочерям, - начал же. up, turning to her daughters, "he's begun."

- Дайте же ему, по крайней мере, maman, говорить, "Give him a chance to speak at least, maman" - остановила ее Александра. - Этот князь, может Alexandra stopped her. "This prince may be a great быть, большой плут, а вовсе не идиот, - шепнула она rogue and not an idiot at all," she whispered to Aglaya.

Аглае. "He surely is, I saw it long ago," answered Aglaya. "And - Наверно так, я давно это вижу, - ответила Аглая. - it's mean of him to play a role. What does he want to И подло с его стороны роль разыгрывать. Что он, gain by it?" выиграть, что ли, этим хочет?

"The first impression was a very strong one," the - Первое впечатление было очень сильное, - prince repeated. "When they brought me from Russia, повторил князь. - Когда меня везли из России, чрез through various German towns, I only looked on silently разные немецкие города, я только молча смотрел и, and, I remember, I didn't even ask about anything. That помню, даже ни о чем не расспрашивал. Это было was after a series of strong and painful fits of my после ряда сильных и мучительных припадков моей illness, and whenever my illness worsened and I had болезни, а я всегда, если болезнь усиливалась и several fits in a row, I always lapsed into a total stupor, припадки повторялись несколько раз сряду, впадал в lost my memory completely, and though my mind полное отупение, терял совершенно память, а ум worked, the logical flow of thought was as if broken. I хотя и работал, но логическое течение мысли как бы couldn't put more than two or three ideas together обрывалось. Больше двух или трех идей coherently.

последовательно я не мог связать сряду.

Так мне кажется. Когда же припадки утихали, я So it seems to me. But when the fits subsided, I became опять становился и здоров и силен, вот как теперь. healthy and strong again, as I am now. I remember a Помню: грусть во мне была нестерпимая;

мне даже feeling of unbearable sadness;

I even wanted to weep;

I хотелось плакать;

я все удивлялся и беспокоился: was surprised and anxious all the time: it affected me ужасно на меня подействовало, что все это чужое;

terribly that it was all foreign-that much I understood.

это я понял. Чужое меня убивало. Совершенно The foreign was killing me. I was completely awakened пробудился я от этого мрака, помню я, вечером, в from that darkness, I remember, in the evening, in Базеле, при въезде в Швейцарию, и меня разбудил Basel, as we drove into Switzerland, and what roused крик осла на городском рынке. Осел ужасно поразил me was the braying of an ass in the town market. The меня и необыкновенно почему-то мне понравился, а ass struck me terribly and for some reason I took an с тем вместе вдруг в моей голове как бы все extraordinary liking to it, and at the same time it was прояснело. as if everything cleared up in my head."

- Осел? Это странно, - заметила генеральша. - А "An ass? That's strange," observed Mrs. Epanchin. "And впрочем, ничего нет странного, иная из нас в осла yet there's nothing strange about it, some one of us may еще влюбится, - заметила она, гневливо посмотрев yet fall in love with an ass," she observed, looking на смеявшихся девиц. - Это еще в мифологии было. wrathfully at the laughing girls. "It has happened in Продолжайте, князь. mythology.21 Go on, Prince."

- С тех пор я ужасно люблю ослов. Это даже какая- "Since then I've had a terrible fondness for asses. It's то во мне симпатия. even some sort of sympathy in me.

“The Idiot” by Dostoevsky, translated into English by Pevear-Volokhonsky, chapters 1- Я стал о них расспрашивать, потому что прежде их не I began inquiring about them, because I'd never seen видывал, и тотчас же сам убедился, что это them before, and I became convinced at once that преполезнейшее животное, рабочее, сильное, they're most useful animals, hardworking, strong, терпеливое, дешевое, переносливое;

и чрез этого patient, cheap, enduring;

and because of that ass I осла мне вдруг вся Швейцария стала нравиться, так suddenly took a liking to the whole of Switzerland, so что совершенно прошла прежняя грусть. that my former sadness went away entirely."

- Все это очень странно, но об осле можно и "That's all very strange, but we can skip the ass;

let's пропустить;

перейдемте на другую тему. Чего ты все go on to some other subject. Why are you laughing, смеешься, Аглая? И ты, Аделаида? Князь прекрасно Aglaya? And you, Adelaida? The prince spoke beautifully рассказал об осле. Он сам его видел, а ты что about the ass. He saw it himself, and what have you видела? Ты не была за границей? ever seen? You haven't been abroad."

- Я осла видела, maman, - сказала Аделаида. "I've seen an ass, maman," said Adelaida.

- А я и слышала, - подхватила Аглая. Все три опять "And I've heard one," Aglaya picked up. The three girls засмеялись. Князь засмеялся вместе с ними. laughed again. The prince laughed with them.

- Это очень дурно с вашей стороны, - заметила "That's very naughty of you," observed Mrs. Epanchin.

генеральша;

- вы их извините, князь, а они добрые. Я "You must forgive them, Prince, they really are kind. I'm с ними вечно бранюсь, но я их люблю. Они ветрены, eternally scolding them, but I love them. They're легкомысленны, сумасшедшие. flighty, frivolous, mad."

- Почему же? - смеялся князь:

- и я бы не упустил на "But why?" the prince laughed. "In their place I их месте случай. А я все-таки стою за осла: осел wouldn't have missed the chance either. But all the добрый и полезный человек. same I stand up for the ass: an ass is a kind and useful - А вы добрый, князь? Я из любопытства спрашиваю, fellow."

- спросила генеральша. "And are you kind, Prince? I ask out of curiosity," Mrs.

Все опять засмеялись. Epanchin asked.

They all laughed again.

- Опять этот проклятый осел подвернулся;

я о нем и "Again that accursed ass turns up! I wasn't even не думала! - вскрикнула генеральша. - Поверьте мне, thinking of it!" Mrs. Epanchin cried. "Please believe me, пожалуста, князь, я без всякого… Prince, I wasn't…" - Намека? О, верю без сомнения! "Hinting? Oh, I believe you, without question!" И князь смеялся не переставая. And the prince never stopped laughing.

- Это очень хорошо, что вы смеетесь. Я вижу, что "It's very good that you laugh. I see you're a most kind вы добрейший молодой человек, - сказала young man," said Mrs. Epanchin.

генеральша. "Sometimes I'm not," replied the prince.

- Иногда недобрый, - отвечал князь.

"And I am kind," Mrs. Epanchin put in unexpectedly, - А я добрая, - неожиданно вставила генеральша, - "I'm always kind, if you wish, and that is my only failing, и если хотите, я всегда добрая, и это мой because one should not always be kind. I'm often very единственный недостаток, потому что не надо быть angry, with these ones here, with Ivan Fyodorovich всегда доброю. Я злюсь очень часто, вот на них, на especially, but the trouble is that I'm kindest when I'm Ивана Федоровича особенно, но скверно то, что я angry. Today, before you came, I was angry and всего добрее, когда злюсь. Я давеча, пред вашим pretended I didn't and couldn't understand anything.

приходом, рассердилась и представилась, что ничего That happens to me-like a child. Aglaya taught me a не понимаю и понять не могу. Это со мной бывает;

lesson;

I thank you, Aglaya. Anyhow, it's all nonsense.

точно ребенок. Аглая мне урок дала;

спасибо тебе, I'm still not as stupid as I seem and as my daughters Аглая. Впрочем, все вздор. Я еще не так глупа, как would have me appear. I have a strong character and кажусь, и как меня дочки представить хотят. Я с am not very shy. Anyhow, I don't say it spitefully. Come характером и не очень стыдлива. Я, впрочем, это без here, Aglaya, kiss me. Well… enough sentiment," she злобы говорю. Поди сюда, Аглая, поцелуй меня ну… и observed, when Aglaya kissed her with feeling on the довольно нежностей, - заметила она, когда Аглая с lips and hand. "Go on, Prince. Perhaps you'll remember чувством поцеловала ее в губы и в руку. - something more interesting than the ass."

Продолжайте, князь. Может быть, что-нибудь и поинтереснее осла вспомните.

- Я опять-таки не понимаю, как это можно так прямо "I still don't understand how it's possible to tell things рассказывать, - заметила опять Аделаида, - я бы just like that," Adelaida observed again. "I wouldn't find никак не нашлась. anything to say."

- А князь найдется, потому что князь чрезвычайно "But the prince would, because the prince is extremely умен и умнее тебя по крайней мере в десять раз, а intelligent and at least ten times more intelligent than может, и в двенадцать. Надеюсь, ты почувствуешь you, or maybe twelve times. I hope you'll feel после этого. Докажите им это, князь;

продолжайте. something after that. Prove it to them, Prince, go on.

Осла и в самом деле можно наконец мимо. Ну, что We can indeed finally get past that ass. Well, so, вы, кроме осла, за границей видели? besides the ass, what did you see abroad?" “The Idiot” by Dostoevsky, translated into English by Pevear-Volokhonsky, chapters 1- - Да и об осле было умно, - заметила Александра:

- "That was intelligent about the ass, too," observed князь рассказал очень интересно свой болезненный Alexandra. "The prince spoke very interestingly about случай, и как все ему понравилось чрез один the case of his illness, and how he came to like внешний толчок. Мне всегда было интересно, как everything because of one external push. It has always люди сходят с ума и потом опять выздоравливают. been interesting to me, how people go out of their Особенно, если это вдруг сделается. minds and then recover again. Especially if it happens suddenly."

- Не правда ли? Не правда ли? - вскинулась генеральша;

- я вижу, что и ты иногда бываешь умна;

"Isn't it true? Isn't it true?" Mrs. Epanchin heaved herself ну, довольно смеяться! Вы остановились, кажется, на up. "I see you, too, can sometimes be intelligent. Well, швейцарской природе, князь, ну! enough - Мы приехали в Люцерн, и меня повезли по озеру. laughing! You stopped, I believe, at nature in Я чувствовал, как оно хорошо, но мне ужасно было Switzerland, Prince. Well?" тяжело при этом, - сказал князь. "We came to Lucerne, and I was taken across the lake.

- Почему? - спросила Александра. I felt how good it was, but I also felt terribly oppressed," said the prince.

"Why?" asked Alexandra.

- Не понимаю. Мне всегда тяжело и беспокойно "I don't understand why. I always feel oppressed and смотреть на такую природу в первый раз;

и хорошо, и uneasy when I look at such nature for the first time беспокойно;

впрочем, все это еще в болезни было. both good and uneasy. Anyhow, that was all while I was - Ну, нет, я бы очень хотела посмотреть, - сказала still sick."

Аделаида. - И не понимаю, когда мы за границу "Ah, no, I've always wanted very much to see it," said соберемся. Я, вот, сюжета для картины два года Adelaida. "I don't understand why we never go abroad.

найти не могу: For two years I've been trying to find a subject for a picture:

"Восток и Юг давно описан…" East and South have long since been portrayed.. Find me a subject for a picture, Prince."

Найдите мне, князь, сюжет для картины. "I don't understand anything about it. It seems to me - Я в этом ничего не понимаю. Мне кажется: you just look and paint."

взглянуть и писать. "I don't know how to look."

- Взглянуть не умею.

- Да что вы загадки-то говорите? ничего не "Why are you talking in riddles? I don't understand a понимаю! - перебила генеральша:

Pages:     | 1 || 3 | 4 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.