Добро пожаловать!

Pages:     || 2 |
-- [ Страница 1 ] --

Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” 1 BORIS AKUNIN Борис Акунин Translated by Andrew Beomfield Азазель Глава первая, CHAPTER ONE в которой описывается некая in which an account is

rendered of a циничная выходка certain cynical escapade В понедельник 13 мая 1876 ON MONDAY THE THIRTEENTH OF MAY IN THE года в третьем часу пополудни, в year 1876, between the hours of two and день по-весеннему свежий и three in the afternoon on a day that по-летнему теплый, в combined the freshness of spring with the Александровском саду, на глазах у warmth of summer, numerous individuals in многочисленных свидетелей, Moscow's Alexander Gardens unexpectedly случилось безобразное, ни в какие found themselves eyewitnesses to the рамки не укладывающееся perpetration of an outrage that происшествие. flagrantly transgressed the bounds of common decency.

По аллеям, среди цветущих кустов The public strolling the alleyways сирени и пылающих алыми between blossoming lilac bushes and тюльпанами клумб прогуливалась flower beds ablaze with the flaming нарядная публика – дамы под scarlet blooms of tulips was smartly кружевными (чтоб избежать decked out: ladies holding aloft lacework веснушек) зонтиками, бонны с parasols (to avert the threat of детьми в матросских костюмчиках, freckles), nannies minding children in скучающего вида молодые люди в neat little sailor suits, and young men модных шевиотовых сюртуках либо в affecting an air of boredom in коротких на английский манер fashionable cheviot frock coats or пиджаках. Ничто не предвещало jackets cut in the short English fashion.

неприятностей, в воздухе, With nothing apparently portending any наполненном ароматами зрелой, disagreeable turn of events, a lazy уверенной весны, разливались satisfaction and gratifying tedium ленивое довольство и отрадная suffused the atmosphere, mingling with скука. Солнце припекало не на the scents of a mature and confident шутку, и скамейки, что оказались spring season. The rays of the sun beat в тени, все были заняты. down in earnest, and every last one of the benches that happened to stand in the shade was occupied.

На одной из них, расположенной Seated on one of these benches located неподалеку от Грота и обращенной not far from the Grotto and facing the к решетке, за которой начиналась railings so as to afford a view of the Неглинная улица и виднелась beginning of Neglinnaya Street and the желтая стена Манежа, сидели две yellow wall of the Man?ge were two дамы. Одна, совсем юная (пожалуй, ladies. One of them, a very young lady что и не дама вовсе, а барышня) (indeed, not really a lady at all, more читала книжку в сафьяновом of a girl), was reading a small morocco переплете, то и дело с рассеянным bound volume and glancing about her from любопытством поглядывая по time to time with an air of distracted сторонам. Вторая, гораздо старше, curiosity. Her much older companion, в добротном темно-синем шерстяном wearing a good-quality dark blue woolen платье и практичных ботиках на dress and sensible lace-up ankle boots, шнуровке, сосредоточенно вязала rotated her needles in a regular rhythm нечто ядовито-розовое, мерно as she concentrated on knitting some item перебирая спицами. При этом она in a poisonous pink, yet still found time успевала вертеть головой то to turn her head to the right and the вправо, то влево, и ее быстрый left with a rapid glance so keen that взгляд был до того цепким, что, there was certainly no way anything the верно, от него никак не могло least bit remarkable could possibly ускользнуть что-нибудь хоть escape it.

сколько-то примечательное.

Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” На молодого человека в узких The lady's attention was caught клетчатых панталонах, сюртуке, immediately by the young man in narrow небрежно расстегнутом над белым check trousers, a frock coat casually жилетом, и круглой швейцарской buttoned over a white waistcoat, and a шляпе дама обратила внимание round Swiss hat. He was walking along the сразу – уж больно странно шел он alley in such a remarkably strange по аллее: то остановится, manner, stopping every now and again as высматривая кого-то среди he attempted to pick out somebody among гуляющих, то порывисто сделает the strollers, then taking a few abrupt несколько шагов, то снова steps before stopping yet again. Glancing застынет. Внезапно suddenly in the direction of our ladies, неуравновешенный субъект взглянул this unbalanced individual seemed to на наших дам и, словно приняв resolve upon some course of action, and некое решение, направился к ним immediately set off toward them with широкими шагами. Остановился broad, decisive strides. He halted in перед скамейкой и, обращаясь к front of the bench and addressed the юной барышне, воскликнул young girl, exclaiming in a clownish шутовским фальцетом: falsetto, "My lady! Has no one ever told – Сударыня! Говорил ли вам you that your beauty is beyond all кто-нибудь прежде, что вы endurance?" невыносимо прекрасны?

Барышня, которая и в самом The girl, who was indeed quite деле была чудо как хороша, wonderfully pretty, gaped at the impudent уставилась на наглеца, чуть fellow in startled amazement, her приоткрыв от испуга земляничные strawberry-red lips parted slightly in губки. Даже ее зрелая спутница, и fright. Even her mature companion seemed та опешила от столь неслыханной dumbfounded at such unheard-of развязности. familiarity.

– Я сражен с первого "I am vanquished at first sight," said взгляда! – фиглярствовал the stranger, continuing with his неизвестный, вполне, впрочем, tomfoolery. He was, in fact, a young man презентабельной наружности of perfectly presentable appearance, with молодой человек (модно hair trimmed fashionably short at the подстриженные виски, высокий temples, a high, pale forehead, and brown бледный лоб, возбужденно горящие eyes glinting in feverish excitement.

карие глаза). – Позвольте же "Pray allow me to impress upon your запечатлеть на вашем невинном innocent brow an even more innocent, челе еще более невинный, purely fraternal kiss!" совершенно братский поцелуй!

– Зударь, да вы зовсем "Zir, you are kvite drunk!" said the lady пьяный! – опомнилась дама с with the knitting, recovering her wits вязанием, причем оказалось, что and revealing that she spoke Russian with говорит она с характерным a distinct German accent.

немецким акцентом. "I am drunk on nothing but love," the – Я пьян исключительно от insolent fellow assured her, and in the любви, – уверил ее наглец и тем same unnatural, whining voice he же неестественным, с подвыванием demanded: "Just one little kiss or I голосом потребовал. – shall lay hands upon myself this Один-единственный поцелуй, иначе instant!" я немедленно наложу на себя руки!

Барышня вжалась в спинку The girl cowered against the back of the скамейки, обернув личико к своей bench and turned her pretty face toward защитнице. Та же, невзирая на всю her protectrice, who remained undismayed тревожность ситуации, проявила by the alarming nature of the situation полное присутствие духа: and displayed perfect presence of mind.

– Немедленно убирайтесь фон! "Get avay from here zis instant! You are Вы зумасшедший! – повысила она crayzee!" she cried, raising her voice голос и выставила вперед вязанье and holding her knitting out in front of с воинственно торчащими her with the needles protruding in спицами. – Я зову городовой! bellicose fashion. "I call ze conshtable!" Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” И тут случилось нечто уж Then something utterly fantastic совершенно дикое. happened.

– Ах так! Меня отвергают! – "Ah! So I am rejected!" the young man с фальшивым отчаянием возопил squealed in counterfeit despair, covering молодой человек, картинно прикрыл his eyes theatrically with one hand and рукою глаза и внезапно извлек из swiftly extracting from his inside pocket внутреннего кармана маленький, a small revolver of gleaming black steel.

посверкивающий черной сталью "What meaning has life for me after this?

револьвер. – Так стоит ли после A single word from you and I live. A этого жить? Одно ваше слово, и я single word from you and I die where I живу! Одно ваше слово, и я падаю stand!" he appealed to the young girl, мертвым! – воззвал он к барышне, who was sitting there herself more dead которая и сама сидела ни жива, ни than alive. "You say nothing? Then мертва. – Вы молчите? Так farewell!" прощайте же!

Вид размахивающего оружием The sight of a gentleman gesticulating господина не мог не привлечь with a gun could not fail to attract the внимания гуляющих. Несколько attention of the promenading public.

человек из числа тех, что Several of those who happened to be close оказались неподалеку, – полная at hand? a stout lady holding a fan, a дама с веером в руке, важный pompous gentleman with a cross of the господин с анненским крестом на Order of St.Anne hanging around his neck, шее, две институтки в одинаковых two girls from boarding school in коричневых платьицах с пелеринами identical brown frocks with pelerines?

– замерли на месте, и даже по ту froze on the spot, and some student or сторону ограды, уже на тротуаре, other even halted on the pavement on the остановился какой-то студент. far side of the railings. In short, there Одним словом, можно было was reason to hope that the scandalous надеяться, что безобразной сцене incident would rapidly be brought to a будет немедленно положен конец. close.

Но дальнейшее произошло так What followed, however, occurred too быстро, что вмешаться никто не rapidly for anyone to intervene.

успел. "Here's to luck!" cried the drunk or, – Наудачу! – крикнул пьяный perhaps, the madman. Then he raised the (а может, и сумасшедший), hand holding the revolver high above his зачем-то поднял руку с head, spun the cylinder, and set the револьвером высоко над головой, muzzle to his temple.

крутанул барабан и приложил дуло к виску.

"You clown! You motley buvfoon!" – Клоун! Пшют гороховый! – whispered the valiant German matron, прошипела храбрая немка, demonstrating a quite respectable обнаруживая неплохое знание knowledge of colloquial Russian.

разговорной русской речи. The young man's face, already pale, Лицо молодого человека, и turned gray and green by turns. He bit без того бледное, стало сереть и his lower lip and squeezed his eyes tight зеленеть, он прикусил нижнюю губу shut. The girl closed her eyes, too, just и зажмурился. Барышня на всякий to be on the safe side.

случай тоже закрыла глаза.

И правильно сделала – это It was as well she did so, for it spared избавило ее от кошмарного her a horrendous sight. When the shot зрелища: в миг, когда грянул rang out, the suicide's head was выстрел, голова самоубийцы резко instantly jerked to one side and a thin дернулась в сторону, и из fountain of red and white matter spurted сквозного отверстия, чуть повыше from the exit wound just below his left левого уха, выметнулся ear.

красно-белый фонтанчик.

Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” Началось нечто неописуемое. The ensuing scene defies description.

Немка возмущенно поозиралась, The German matron gazed around her словно призывая всех в свидетели indignantly as if calling on everyone to такого неслыханного безобразия, а witness this unimaginable outrage, and потом истошно заверещала, then set up a bloodcurdling squealing, присоединив свой голос к визгу adding her voice to the screeching of the институток и полной дамы, которые schoolgirls and the stout lady, who had издавали пронзительные крики уже been emitting piercing shrieks for в течение нескольких секунд. several seconds. The young girl lay there Барышня лежала без чувств – на in a dead swoon. She had half opened her мгновение приоткрыла-таки глаза и eyes for barely an instant before немедленно обмякла. Отовсюду immediately going limp. People came сбегались люди, а студент, running up from every side, but it was стоявший у решетки, all too much for the delicate nerves of чувствительная натура, наоборот the student who had been standing beyond бросился прочь, через мостовую, в the railings, and he took to his heels, сторону Моховой. fleeing across the roadway in the direction of Mokhovaya Street.

* * * Ксаверий Феофилактович XAVIER FEOFILAKTOVICH GRUSHIN, Грушин, следственный пристав detective superintendent of the Criminal Сыскного управления при Investigation Division of the Moscow московском обер-полицеймейстере, Police, sighed in relief as he set aside облегченно вздохнул и отложил the summary report on the previous day's влево, в стопку «просмотрено», serious crimes, adding it to the Out pile сводку важных преступлений за on his left. During the previous twenty вчерашний день. Ни в одной из four hours nothing of any note that двадцати четырех полицейских required the intervention of the Division частей шестисоттысячного города had occurred in any of the twenty-four за минувшие сутки, то есть мая police precincts in this city of 600, месяца 13 дня, не стряслось inhabitants: there was one murder ничего примечательного, что resulting from a drunken brawl between потребовало бы вмешательства factory hands (the murderer was Сыскного. Одно убийство apprehended at the scene), two cabdrivers вследствие пьяной драки между had been robbed (the local stations could мастеровыми (убийца задержан на take care of those), and 7,853 rubles had месте), два ограбления извозчиков gone missing from the till at the Russo (этим пускай участки занимаются), Asian Bank (that was a matter for Anton пропажа семи тысяч восьмисот Semyonovich at the commercial fraud пятидесяти трех рублей сорока department).

семи копеек из кассы Русско-Азиатского банка (это и вовсе по части Антона Семеновича из отдела коммерческих злоупотреблений).

Thank God they'd stopped sending Слава Богу, перестали слать в Grushin's department all those petty управление всякую мелочь про incidents of pickpocketing and maids who карманные кражи, повесившихся hanged themselves and abandoned infants;

горничных да подброшенных nowadays those all went into the Police младенцев – для того теперь есть Municipal Incidents Report that was «Полицейская сводка городских distributed to the departments in the происшествий», которую рассылают afternoons.

по отделам во второй половине дня. Xavier Grushin yawned comfortably and Ксаверий Феофилактович уютно glanced over the top of his tortoiseshell зевнул и взглянул поверх pince-nez at Erast Petrovich Fandorin, черепахового пенсне на clerk and civil servant fourteenth письмоводителя, чиновника 14 class,* класса Эраста Петровича Фандорина, Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” в третий раз переписывавшего who was writing out the weekly report to недельный отчет для господина His Excellency the chief of police for обер-полицеймейстера. Ничего, the third time. Never mind, thought подумал Грушин, пусть с младых Grushin. Let him get into neat habits ногтей приучается к аккуратности, early;

he'll be grateful for it later.

сам потом спасибо скажет. Ишь, The very idea of it? scraping away with a моду взяли – стальным пером steel nib on a report for the top brass.

калякать, и это высокому-то Oh, no, my friend, you just take your начальству. Нет, голубчик, ты уж time and do it the good old-fashioned way не спеша, по старинке, гусиным with a goose quill, with all the перышком, со всеми росчерками и curlicues and flourishes. His Excellency крендельками. Его was raised in Emperor Nicholas I's day;

превосходительство сами при he knows all about good order and respect императоре Николае Павловиче for superiors.

взрастали, порядок и чинопочитание понимают.

Ксаверий Феофилактович Xavier Grushin genuinely wished the boy искренне желал мальчишке добра, well and felt a fatherly concern for him, по-отечески жалел его. И то for there was no denying life had dealt сказать, жестоко обошлась судьба hard with the novice clerk, leaving him с новоиспеченным письмоводителем. an orphan at the tender age of nineteen Девятнадцати лет от роду остался years. He had known no mother since he круглым сиротой – матери was a young child, and his hothead of a сызмальства не знал, а отец, father had squandered his entire estate горячая голова, пустил состояние on worthless projects and then given up на пустые прожекты, да и приказал the ghost. First he'd built up a fortune долго жить. В железнодорожную during the railway boom, and then he'd лихорадку разбогател, в ruined himself in the banking boom. As банковскую лихорадку разорился. soon as the commercial banks began going Как начали в прошлый год under the previous year, plenty of коммерческие банки лопаться один respectable people had found themselves за другим, так многие достойные out in the cold. The most reliable люди по миру пошли. Надежнейшие interest-bearing bonds were suddenly процентные бумаги превратились в reduced to worthless trash, to nothing, мусор, в ничто. and the retired Lieutenant Fandorin, who Вот и господин Фандорин, promptly departed this life under the отставной поручик, в одночасье blow, had left his only son nothing but a преставившийся от удара, ничего bundle of promissory notes.

кроме векселей единственному сыну не оставил.

Мальчику бы гимназию закончить, The boy should have finished his studies да в университет, а вместо этого at the gymnasium and gone on to the – изволь из родных стен на улицу, university, but instead it was out of the зарабатывай кусок хлеба. Ксаверий parental halls and off into the streets Феофилактович жалеюще крякнул. with you to earn a crust of bread. Xavier Экзамен-то на коллежского Grushin snorted in commiseration. The регистратора сирота сдал, дело orphan had passed the examination for для такого воспитанного юноши collegiate registrar all right (that was нехитрое, да зачем его в полицию no problem for such a well-brought-up занесло? Служил бы себе по lad), but what on earth could have made статистике или хоть по судебной him want to join the police? He should части. Все романтика в голове, have a post in the Office of Statistics все таинственных Кардудалей or perhaps in the Department of Justice.

ловить мечтаем. А у нас, His head was full of romantic nonsense голубчик, Кардудалей не водится and dreams of catching mysterious (Ксаверий Феофилактович Caududals. But we don't have any неодобрительно покачал головой), Caududals here, my dear chap. Xavier Grushin shook his head disapprovingly.

Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” у нас все больше штаны We spend most of our time around here просиживать да протоколы писать polishing the seats of our pants and про то, как мещанин Голопузов writing reports about the petty bourgeois спьяну законную супругу и троих Potbelly dispatching his lawful spouse малых деток топором уходил. and three little ones with an ax in a drunken fit.

Третью неделю служил в The youthful Mr. Fandorin was only Сыскном юный господин Фандорин, а serving his third week in the Criminal уж твердо знал Ксаверий Investigation Division, but as an Феофилактович, бывалый сыщик, experienced sleuth and a real old hand, тертый калач, что не будет из Xavier Grushin could tell for certain мальчишки проку. Больно нежен, that the boy would never make a go of it.

больно тонкого воспитания. Взял He was too soft, too delicately raised.

его раз, в первую же неделю Once, during the first week, Grushin had Грушин на место преступления (это taken him along to the scene of a crime когда купчиху Крупнову зарезали), (when the merchant's wife Krupnova had так Фандорин взглянул на her throat cut). Fandorin had taken one убиенную, позеленел весь и по look at the dead woman, turned bright стеночке, по стеночке во двор. green, and gone creeping back all the way Видок у купчихи, и вправду был along the wall out into the yard. True неаппетитный – горло от уха до enough, the merchant's wife had not been уха раздрызгано, язык вывалился, a very appetizing sight? with her throat глаза выпучены, ну и кровищи, ripped open from ear to ear, her tongue само собой, море разливанное. lolling out of her mouth, and her eyes bulging out of her head? and then, of course, there was that pool of blood she was swimming in.

В общем, пришлось Ксаверию Anyway, Xavier Grushin had been obliged Феофилактовичу самому и дознание to conduct the preliminary investigation проводить, и протокол писать. and write the report himself. In all Дело, по правде сказать, вышло honesty, the case had proved simple нехитрое. У дворника Кузыкина так enough. The caretaker Kuzykin's eyes had глазки бегали, что Ксаверий been darting about so crazily in his head Феофилактович сразу велел that Xavier Grushin had immediately городовому брать его за шиворот и ordered the constable to take him by the в кутузку. Две недели сидит collar and stick him in the lockup.

Кузыкин, отпирается, но это Kuzykin had been in there for two weeks ничего, повинится, больше-то now and he was still denying everything, резать купчиху было некому – but that was all right.

здесь у пристава за тридцать лет He'd confess? there was no one else who службы нюх выработался верный. could have slit the woman's throat. In the thirty years he'd been working here, Grushin had developed the nose of a bloodhound.

Ну а Фандорин и в канцелярии And Fandorin would come in handy for _the сгодится. Исполнителен, пишет paperwork. He was conscientious;

he wrote грамотно, языки знает, смышленый, good Russian and knew foreign languages;

да и в обращении приятный, не то he was quick on the uptake and pleasant что горький пьяница Трофимов, в company, unlike that wretched drunk прошлом месяце переведенный из Trofimov who'd been demoted last month письмоводителей в младшие from clerk to junior assistant police помощники околоточного на officer over at the Khitrovka slums? let Хитровку. Пускай там спивается, him do his drinking and talk back to his да начальству грубит. superiors down there.

Грушин сердито забарабанил Grushin drummed his fingers in пальцами по обитому скучным annoyance on the dreary standard-issue казенным сукном столу, достал из baize covering of his desk, took his жилетного кармашка часы (ох, до watch out of his waistcoat pocket? oh, обеда еще долгонько) there was still a fair old spell to lunch!?

Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” и решительно придвинул к себе and decisively pulled across the latest свежий номер «Московских Moscow Gazette.

ведомостей». "Well now, what surprises have they got – Ну-с, чем нас удивят for us today?" he asked aloud, and the нынче, – промолвил он вслух, и young clerk eagerly set aside his hateful юный письмоводитель с готовностью goose-quill pen, knowing that the boss отложил постылое гусиное перо, would start reading out the headlines and зная, что начальник сейчас станет other bits and pieces and commenting on зачитывать заголовки и всякую what he read. It was a little habit that всячину, сопровождая чтение Xavier Feofilaktovich Grushin had.

своими комментариями – была у "Take a look at that now, young Mr.

Ксаверия Феофилактовича такая Fandorin, right up there on the front привычка. page, where you can't possibly miss it!

– Поглядите только, Эраст Петрович, на первой же странице, на самом видном месте!

THE LATEST AMERICAN CORSET «Новейший американский корсет „Лорд Байрон“ из LORD BYRON прочнейшего китового уса для мужчин, желающих быть стройными. constructed from the most durable of Талия в дюйм, плечи в сажень!» whalebone for a truly manly figure AN INCH-THIN WAIST AND YARD-WIDE SHOULDERS!

– А буквы-то, буквы – аршинные. И ниже, меленько так, "And yard-high letters to suit. And way down here in tiny little print we have:

«Государь отбывает в Эмс».

THE EMPEROR DEPARTS FOR EMS – Конечно, подумаешь – "But of course, how could the person of государь, велика ли фигура, то ли the emperor possibly rival the importance дело «Лорд Байрон»! of 'Lord Byron'!" Ворчание добрейшего Ксаверия Xavier Grushin's entirely good-natured Феофилактовича произвело на grousing produced a quite remarkable письмоводителя удивительное effect on the young clerk. He became действие. Он отчего-то смешался, inexplicably embarrassed;

his cheeks щеки залились краской, а длинные flushed bright red, and his long, girlish девичьи ресницы виновато eyelashes fluttered guiltily.


Раз уж речь зашла о ресницах, While we are on the subject of eyelashes, уместно будет описать внешность it would seem appropriate at this point Эраста Петровича поподробнее, ибо to describe Erast Fandorin's appearance ему суждено сыграть ключевую роль in somewhat greater detail, since he is в поразительных и страшных destined to play a pivotal role in the событиях, которые вскоре astounding and terrible events that will воспоследовали. Это был весьма shortly unfold. He was a most comely миловидный юноша, с черными youth with black hair (in which he took a волосами (которыми он втайне secret pride) and blue eyes (ah, if only гордился) и голубыми (увы, лучше they had also been black!), rather tall, бы тоже черными) глазами, with a pale complexion and a confounded, довольно высокого роста, с белой ineradicable ruddy bloom on his cheeks.

кожей и проклятым, неистребимым We can also reveal the reason for the румянцем на щеках. Откроем уж young collegiate registrar's sudden заодно и причину, по которой так discomfiture.

смутился коллежский регистратор.

Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” Дело в том, что позавчера он Only two days previously he had expended потратил треть своего первого a third of his first monthly salary on месячного жалования на столь the very corset described in such vivid завидно расписываемый корсет, and glowing terms and was actually ходил в «Лорде Байроне» второй wearing his Lord Byron for the second день, терпя изрядные муки во имя day, enduring exquisite suffering in the красоты, и теперь заподозрил name of beauty. Now he suspected?

(абсолютно безосновательно), что entirely without justification? that the проницательный Ксаверий perspicacious Xavier Grushin had divined Феофилактович разгадал the origin of his subordinate's Herculean происхождение богатырской осанки bearing and wished to make him an object своего подчиненного и желает над of fun.

ним посмеяться.

А пристав уже читал дальше: Grushin, however, was already – «Зверства турецких continuing with his reading.

башибузуков в Болгарии». Ну, это не для предобеденного чтения… TURKISH BASHI-BAZOUK ATROCITIES IN BULGARIA "Well, that's not for reading just before lunch?

«Взрыв на Лиговке.

EXPLOSIONINLIGOVKA Наш С. – Петербургский Our St.Petersburg correspondent informs корреспондент сообщает, что вчера us that yesterday at six-thirty in the в 6.30 утра, на Знаменской улице morning a thunderous explosion occurred в доходном доме коммерции at the rental apartment house of советника Вартанова прогремел Commercial Counselor Vartanov on взрыв, разнесший вдребезги Znamenskaya Street, completely квартиру на 4 этаже. Прибывшая на devastating the apartment on the fourth место полиция обнаружила floor. Upon arrival at the scene the изуродованные до неузнаваемости police discovered the remains of a young останки молодого мужчины. man, mutilated beyond recognition. The Квартиру снимал некий г-н П., apartment was rented by a certain Mr. P., приват-доцент, труп которого, по a private lecturer at the university, and всей видимости, и обнаружен. Судя it was apparently his body that was по облику жилища там было discovered. To judge from the appearance устроено нечто вроде тайной of the lodgings, something in the nature химической лаборатории. of a secret chemical laboratory had been Руководящий расследованием installed there. The officer in charge of статский советник Бриллинг the investigation, Counselor of State предполагает, что на квартире Brilling, conjectures that the apartment изготовлялись адские машины для was being used to manufacture infernal террористической организации devices for an organization of nihilist нигилистов. Расследование terrorists. The investigation is продолжается». continuing.

– М-да, слава Всевышнему, "Well now, thanks be to God our что у нас не Питер. Moscow's not Peter!" Judging from the Юный Фандорин, судя по gleam in his eyes, the youthful Mr.

блеску глаз, был на сей счет Fandorin would have begged to differ on иного мнения. Весь его вид that score.

красноречиво говорил: вот, мол, в Indeed, every aspect of his appearance столице люди делом занимаются, was eloquently expressive of the idea бомбистов разыскивают, а не that in the real capital people have переписывают по десять раз serious work to do, tracking down бумажки, в которых, правду terrorist bombers, not writing out ten сказать, и интересного-то ничего times over papers which, if truth were нет. told, contain nothing of the slightest interest in any case.

Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” – Тэк-с, – зашелестел "Right, then," said Xavier Grushin, газетой Ксаверий Феофилактович, – rustling his newspaper. "Let's see what посмотрим, что у нас на городской we have on the city page.


FIRST MOSCOW ASTAIR HOUSE «Первый московский эстернат.

The well-known English philanthropist Известная английская Baroness Astair, through whose zealous благотворительница баронесса and unremitting efforts the model refuges Эстер, радением которой в разных for boy orphans known as Astair Houses странах устроены так называмые have been established in various „эстернаты“, образцовые приюты countries of the world, has notified our для мальчиков-сирот, объявила correspondent that the first institution нашему корреспонденту, что и в of such a type has now opened its doors златоглавой, наконец-то, in our own golden-domed city. Lady открылись двери первого заведения Astair, having commenced her activities подобного рода. Леди Эстер, с in Russia only last year, and having прошлого года начавшая свою already opened an Astair House in St.

деятельность в России и уже Petersburg, has decided to extend her успевшая открыть эстернат в support and assistance to the orphans of Петербурге, решила Moscow?

облагодетельствовать и московских сироток…» "Mmmm? 'The heartfelt gratitude of all – М-м-м… Muscovites?' Where are our own Russian Owens and Astairs?? All right, enough of «Сердечная благодарность всех that. God bless all the orphans? Now, москвичей… Где же наши Оуэны и what have we here?

Эстеры?»… – Ладно, Бог с ними, с сиротками. Что у нас тут?

«Циничная выходка». A CYNICAL ESCAPADE – Хм, любопытно. "Hmm, this is curious:

«Вчера в Александровском саду Yesterday the Alexander Gardens were произошло печальное происшествие the scene of a sad incident only too совершенно в духе циничных нравов distinctly typical of the cynical outlook современной молодежи. На глазах у and manners of modern youth, when Mr.

гуляющих застрелился г-н N., N., a handsome young fellow of twenty статный молодец 23-х лет, студент three, a student at Moscow University, М-ского университета, and the sole heir to a fortune of единственный наследник millions, shot himself dead in full view миллионного состояния.» of the promenading public.

– Ого!

According to the testimony of «Перед тем как совершить этот eyewitnesses, before committing this безрассудный поступок, N., по reckless act, N. swaggered and boasted to свидетельству очевидцев, the onlookers, brandishing a revolver in куражился перед публикой, the air.

размахивая револьвером.

Поначалу очевидцы сочли его The eyewitnesses at first took his поведение пьяной бравадой, однако behavior for mere drunken bravado. N., N. не шутил и, прострелив себе however, was in earnest and he proceeded голову, скончался на месте. В to shoot himself through the head, кармане самоубийцы нашли записку expiring on the spot. From a note of возмутительно атеистического outrageously atheistic import which was содержания, из которой явствует, discovered in the pocket of the suicide, Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” что поступок N. не был минутным it is apparent that N.'s action was not порывом или следствием белой merely the outcome of some momentary горячки. Итак, модная эпидемия impulse or a consequence of delirium беспричинных самоубийств, бывшая tremens. It would appear that the до сих пор бичом Петрополя, fashionable epidemic of pointless докатилась и до стен suicides, which had thus far remained the матушки-Москвы. О времена, о scourge of Petropolis, has finally spread нравы! До какой же степени to the walls of Old Mother Moscow. 'O неверия и нигилизма дошла наша tempora, o mores' To what depths of золотая молодежь, чтобы даже из unbelief and nihilism have our gilded собственной смерти устраивать youth descended if they would make a буффонаду? Если таково отношение vulgar spectacle even of their own наших Брутов к собственной жизни, deaths? If our homegrown Brutuses adopt то стоит ли удивляться, что они such an attitude to their own lives, then ни в грош не ставят и жизнь how can we be surprised if they care not других, куда более достойных a brass kopeck for the lives of other, людей? Как кстати тут слова incomparably more worthy individuals? How почтеннейшего Федора Михайловича apropos in this connection are the words Достоевского из только что of that most venerable of authors, Fyodor вышедшей майской книжки „Дневника Mikhailovich Dostoevsky, in his new book писателя“: published in May, 'A Writer's Journal':

„Милые, добрые, честные (все это "Dear, good, honest people (for all of есть у вас!), куда же это вы this is within you!), what realm is this уходите, отчего вам так мила into which you are withdrawing? What has стала эта темная, глухая могила? made the dark silence of the grave so Смотрите, на небе яркое весеннее dear to you? Look, the spring sun is солнце, распустились деревья, а bright in the sky, the trees have spread вы устали не живши.» their leaves, but you are weary before your life has even begun."

Ксаверий Феофилактович Xavier Grushin sniffed with feeling and растроганно хлюпнул носом и cast a strict sideways glance at his строго покосился на своего юного young assistant in case he might have помощника – не заметил ли, после noticed, then continued speaking in a чего продолжил значительно суше. distinctly cooler voice.

– Ну и так далее, и так "Well, and so on and so forth. But the далее. А времена тут, право, не times really don't have anything at all при чем. Эка невидаль. У нас на to do with it. There's nothing new to all Руси про этаких-то издавна of this. We've had a saying for these говорили «с жиру взбесился». types in the land of Rus since ancient Миллионное состояние? Кто бы это times: 'Just don't know when they're well был? И ведь, шельмы частные off.' A fortune of millions? Now who приставы, про всякую дребедень might that be? And see what scoundrels доносят, а тут и в отчет не our precinct chiefs are? they put all включили. Жди теперь сводку sorts of rubbish in their reports, but городских происшествий! Хотя что they haven't bothered to include this. So же, тут случай очевидный, much for their summary of municipal застрелился на глазах у incidents! But then I suppose it's an свидетелей… А все же любопытно. open-and-shut case: he shot himself in Александровский сад – это у нас front of witnesses? All the same, it's a будет Городская часть, второй curious business. The Alexander Gardens.

участок. That'll be the City Precinct, second station. I'll tell you what, young Mr.

Вот что, Эраст Петрович, не в службу, а в дружбу, слетайте-ка к Fandorin, as a personal favor to me, ним на Моховую. Мол, в порядке get yourself smartly across there to надзора и все такое. Разузнайте, Mokhovaya Street. Tell them it's for кто таков этот N. purposes of observation and what have you.

Find out who this N. was.

Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” И главное, голубчик, прощальную And most important of all, my dear young записку непременно спишите, я fellow, be sure to make a copy of that вечерком своей Евдокии Андреевне farewell note. I'll show it to my покажу, она любит все такое Yevdokia Andreevna this evening? she has душещипательное. Да не томите, a fondness for such sentimental stuff.

возвращайтесь поскорей. And don't you keep me waiting either? get yourself back here as quick as you can."

Последние слова были произнесены Xavier Grushin's final words were already уже в спину коллежскому addressed to the back of the young регистратору, который так collegiate registrar, who was in such торопился покинуть свой унылый, great haste to forsake his dreary обтянутый клеенкой стол, что чуть oilcloth-covered desk that he nearly фуражку не забыл. forgot his peaked cap.

* * * В участке молоденького AT THE STATIONAt the station the young чиновника из Сыскного провели к functionary from the Criminal самому приставу, однако тот, Investigation Division was shown through увидев, что прислали не Бог весть to the superintendent. However, on seeing какую персону, времени на what an insignificant and lowly объяснения тратить не стал, а individual had been dispatched on this вызвал помощника. errand, the superintendent decided not to waste any time on explanations and summoned his assistant.

– Вот, пожалуйте за Иваном "Be so kind as to follow Ivan Прокофьевичем, – ласково сказал Prokofievich here," the superintendent пристав мальчишке (хоть и мелкая said to the boy in a kindly voice (he сошка, а все ж из управления). – might be only a small fry, but he was Он вам все и покажет, и still from the Division). "He'll show you расскажет. Да и на квартиру к everything and tell you all about it. And покойнику вчера именно он ездил. he was the one who went to the dead man's А Ксаверию Феофилактовичу мое apartment yesterday. My humble regards to нижайшее. Superintendent Grushin."

Фандорина усадили за высокую They seated Erast Fandorin at a high desk конторку, принесли тощую папку с and brought him the slim case file. He делом. Эраст Петрович прочел read the heading:

заголовок («ДЕЛО о самоубийстве CASE of the suicide of hereditary потомственного почетного honorary citizen Pyotr Alexandrov гражданина Петра Александрова KOKORIN, 23 years, a student of the КОКОРИНА 23-х лет, студента Faculty of Law at the Imperial University юридического факультета of Moscow.

Московского императорского Commenced on the 13th day of the month университета. Начато мая месяца of May in the year 1876. Concluded on 13 числа 1876 года. Окончено … the day of the month месяца … числа 18.. года») и of in the year дрожащими от предвкушения 18 " and unfastened пальцами развязал веревочные the knotted tapes with fingers trembling тесемки. in anticipation.

– Александра Артамоновича "Alexander Artamonovich Kokorin's son," Кокорина сынок, – пояснил Иван explained Ivan Prokofievich, a scrawny, Прокофьевич, тощий и долговязый lanky veteran with a crumpled face that служака с мятым, будто корова looked as if a cow had been chewing on жевала, лицом. – Богатейший был it. "Immensely rich man he was. Factory человек. Заводчик. Три года как owner. Passed away three years ago now?

преставился. Все сыну отписал. left the lot to his son. Now why couldn't Жил бы себе студент да радовался. he just enjoy being a student and make И чего людям не хватает? the most of life? Just what is it these people want? I can't make it out at all."

Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” Эраст Петрович кивнул, ибо Erast Fandorin simply nodded, not quite не знал, что на это сказать, и knowing what reply to i make to that, and углубился в чтение свидетельских became absorbed in reading the statements показаний. Протоколов было of the witnesses. The number of reports изрядно, с десяток, самый was rather large, about a dozen in all, подробный составлен со слов the i most detailed of them drawn up from дочери действительного тайного the testimony of the daughter of a full советника Елизаветы фон privy counselor, Elizaveta von Evert Эверт-Колокольцевой 17 лет и ее Kolokoltseva, aged seventeen, and her гувернантки девицы Эммы Пфуль 48 governess, the spinster Emma Pf?hl, aged лет, с которыми самоубийца forty-eight, with whom the suicide had разговаривал непосредственно been in conversation immediately prior to перед выстрелом. the shooting.

Впрочем, никаких сведений помимо However, Erast Fandorin failed to extract тех, что уже известны читателю, from the reports any information beyond Эраст Петрович из протоколов не that which is already known to the почерпнул – все свидетели reader, for all the witnesses repeated повторяли более или менее одно и more or less the same thing, differing то же, отличаясь друг от друга only in their degree of perspicacity.

лишь степенью проницательности: Some affirmed that the young man's одни говорили, что вид молодого appearance had instantly filled them with человека сразу пробудил в них alarm and foreboding ("The moment I тревожное предчувствие («Как looked into his crazy eyes, I went cold заглянула в его безумные глаза, all over," stated Titular Counselor's так внутри у меня все и wife Khokhryakova, who went on, however, похолодело,» – показала to testify that she had seen the young титулярная советница г-жа man only from the back). Other witnesses Хохрякова, которая, однако, далее spoke, on the contrary, of lightning from свидетельствовала, что видела out of a clear blue sky.

молодого человека только со спины);

другие же свидетели, наоборот, толковали про гром среди ясного неба.

Последней в папке лежала The final item lying in the file was a мятая записка на голубой бумаге с crumpled note written on light blue монограммой. Эраст Петрович так и monogrammed paper. Erast Fandorin впился глазами в неровные (верно, fastened his eyes greedily on the от душевного волнения) строчки. irregular lines (due, no doubt, to «Господа, живущие после меня! emotional distress).

Gentlemen living after me!

Раз вы читаете это мое Since you are reading this little письмецо, значит, я вас уже letter of mine, I have already departed покинул и познал тайну смерти, from you and gone on to learn the secret которая сокрыта от вас за семью of death, which remains concealed from печатями. Я свободен, а вам еще your eyes behind seven seals. I am free, жить и мучиться страхами. Однако while you must carry on living in torment держу пари, что там, где я сейчас and fear. However, I wager that in the и откуда, как выразился принц place where I now am and from where, as Датский, ни один еще доселе the Prince of Denmark expressed it, no путник не вернулся, нет ровным traveler has yet returned, there is счетом ничего. Кто со мной не absolutely nothing at all. If anyone согласен – милости прошу should not be in agreement, I проверить. Впрочем, мне до всех respectfully suggest that he investigate вас нет ни малейшего дела, а for himself. In any case, I care nothing записку эту я пишу для того, at all for any of you, and I am writing чтобы вам не взбрело в голову, this note so that you should not take it будто я наложил на себя руки into your heads that I laid hands on из-за какой-нибудь слезливой myself out of some sentimental nonsense ерунды. Тошно мне в вашем мире, or other.

и, право, этой причины вполне Your world nauseates me, and that, довольно. truly, is quite reason enough.

Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” А что я не законченная скотина, That I am not an absolute swine may be тому свидетельство кожаный бювар. seen from the leather blotter.

Петр Кокорин» Pyotr Kokorin The first thought to Непохоже, что от душевного strike Erast Fandorin was that the letter волнения – вот первое, что did not appear to have been written in a подумалось Эрасту Петровичу. state of emotional distress.

– Про бювар это в каком "What does this mean about the смысле? – спросил он. blotter?" he asked.

Помощник пристава пожал Ivan Prokofievich shrugged. "He didn't плечами: have any blotter on him. But what could – Никакого бювара при нем не you expect, the state he was in? Maybe he было. Да чего вы хотите, не в was meaning to do something or other, but себе человек. Может, собирался he forgot. It seems clear enough he was a что-то такое сделать, да pretty unstable sort of gentleman.

передумал или забыл. По всему Did you read how he twirled the видать, взбалмошный был господин. cylinder on that revolver? And, by the Читали, как он барабан-то крутил? way, only one of the chambers had a Кстати, в барабане из шести гнезд bullet in it. It's my opinion, for всего в одном пуля была. Я, instance, that he didn't really mean to например, того мнения, что он и shoot himself at all? just wanted to give не собирался вовсе стреляться, а his nerves a bit of a thrill, put a хотел себе нервы пощекотать – так keener edge on his feeling for life, so сказать, для большей остроты to speak, so afterward his food would жизненных ощущений. Чтоб потом have more savor and his sprees would seem слаще елось и пикантней кутилось. sweeter."

– Всего одна пуля из шести? "Only one bullet out of six? That Надо же, как не повезло, – really was bad luck," said Erast огорчился за покойника Эраст Fandorin, aggrieved for the dead man. But Петрович, которому все не давал the idea of the leather blotter was still покоя кожаный бювар. nagging at him.

– Где он живет? То есть, "Where does he live? That is, where did жил… he?" – Квартира из восьми комнат "An eight-room apartment in a new в новом доме на Остоженке, и building on Ostozhenka Street, and very прешикарная, – охотно стал posh too." Ivan Prokofievich was keen to делиться впечатлениями Иван share his impressions. "Inherited his own Прокофьевич. – От отца house in the Zamoskvorechie district from унаследовал собственный дом в his father, an entire estate, Замоскворечье, целую усадьбу со outbuildings and all, but he didn't want службами, однако жить там не to live there, moved as far away from the пожелал, переехал подальше от merchantry as he could."

купечества. "Well then, was no leather blotter – И что, там кожаного бювара found there?" тоже не нашлось?

Помощник пристава удивился: The superintendent's assistant was – Что ж мы, обыск, astonished at the idea. "Why, do you по-вашему, устроить должны были? think we should have searched the place?

Я вам говорю, там такая квартира, I tell you, I'd be afraid to let the что боязно агентов по комнатам agents loose around the rooms of an пускать – как бы их бес не apartment like that? they might get попутал. Да и к чему? Егор tempted off the straight and narrow.

Никифорыч, следователь из What's the point, anyway? Egor окружной прокуратуры, дал Nikiforich, the investigator from the камердинеру покойника четверть district public prosecutor's office, gave часа вещички собрать – да под the dead man's valet a quarter of an hour присмотром городового, чтоб не to pack up his things and had the local дай Бог не упер чего officer keep an eye on him to make sure хозяйского, – и велел мне дверь he didn't filch any of his master's опечатать. До объявления belongings, and then he ordered me to наследников. seal the door. Until the heirs come forward."

Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” – А кто наследники? – "And who are the heirs?" Erast Fandorin полюбопытствовал Эраст Петрович. asked inquisitively.

– Тут закавыка. Камердинер "Now, there's the catch. The valet says говорит, что ни братьев, ни Kokorin has no brothers or sisters.

сестер у Кокорина нет. Есть There are some kind of second cousins, какие-то троюродные, да он их и but he wouldn't let them inside the door.

на порог не пускал. И кому такие So who's going to end up with all that деньжищи достанутся? – завистливо loot?" Ivan Prokofievich sighed вздохнул Иван Прокофьевич. – Ведь enviously.

это ж представить страшно… А, не "Frightening just to think of it? Ah, наша печаль. Адвокат либо but it's no concern of ours. The lawyer душеприказчики не сегодня-завтра or the executors will turn up tomorrow or объявятся. Еще и суток не прошло. the next day. Not even a day's gone by И тело-то пока у нас в леднике yet? we've still got the body lying in лежит. Может, завтра Егор the icehouse. But Egor Nikiforich could Никифорыч дело закроет, тогда и close the case tomorrow, then things will завертится. start moving all right."

– И все же это странно, – "But even so it is odd," Fandorin наморщив лоб, заметил юный observed, wrinkling his brow. "If someone письмоводитель. – Если уж человек makes special mention of some blotter or в предсмертном письме специально other in the last letter he ever writes, про какой-то бювар указал, there must be something to it. And that неспроста это. И про «законченную bit about 'an absolute swine' is none too скотину» что-то непонятно. А ну clear either. What if there is something как в том бюваре что-нибудь important in that blotter? It's up to важное? Вы как хотите, а я бы you, of course, but I would definitely непременно в квартире поискал. search the apartment for it. It seems to Сдается мне, что вся записка me that blotter is the very reason the из-за этого бювара написана. Тут note was written. There's some mystery какая-то тайна, право слово. here, mark my words."

Эраст Петрович покраснел, Erast Fandorin blushed, afraid that his боясь, что про тайну у него impetuous suggestion of a mystery might слишком по-мальчишески выскочило, appear too puerile, but Ivan Prokofievich но помощник пристава ничего failed to notice anything strange about странного в его соображении не the notion.


– И то, следовало хоть в "You're right there. We should at least кабинете бумаги просмотреть, – have looked through the papers in the признал он. – Егор Никифорыч study," he admitted. "Egor Nikiforich is вечно спешат. Семья у него always in a hurry. There's eight of them сам-восьмой, так он все норовит с in the family, so he always tries to осмотра или дознания побыстрей sneak off home as quick as he can from домой улизнуть. Старый человек, inspections and investigations. He's an год до пенсии, чего вы хотите… А old man? only a year to go to his вот что, господин Фандорин. Не pension? so what else can you expect?

угодно ли съездить самим? Вместе I'll tell you what, Mr. Fandorin. What и посмотрим. А печать я потом would you say to going around there новую навешу, дело небольшое. yourself? We could take a look together.

Егор Никифорыч не обессудит. And then I'll put up a new seal? that's Какое там – поблагодарит, что не easy enough. Egor Nikiforich won't take тормошили лишний раз. Скажу ему, it amiss. Not in the least;

he'll only что из Сыскного управления запрос thank us for not bothering him one more был, а? time.

Эрасту Петровичу показалось, что I'll tell him there was a request from тощему помощнику пристава просто the Division, eh?" охота получше рассмотреть It seemed to Erast Fandorin that Ivan «прешикарную» квартиру, да и с Prokofievich simply wished to examine the «навешиванием» новой печати, "posh" apartment a bit more closely, and кажется, тоже получалось как-то the idea of "putting up" a new seal had не очень, not sounded too convincing either, Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” но уж больно велик был соблазн. but the temptation was simply too great.

Тут и в самом деле пахло тайной. There truly was an air of mystery about this business?

* * * ERAST FANDORIN WAS NOT Erast Fandorin Убранство квартиры покойного was not greatly impressed by the decor of Петра Кокорина (парадный этаж the deceased Pyotr Kokorin's residence богатого доходного дома возле (the piano nobile of a rich apartment Пречистенских ворот) на Фандорина building beside the Prechistenskie большого впечатления не произвело Gates), since he himself had lived in – во времена папенькиного mansions that were its equal during the скороспелого богатства живал и он period of his father's precipitately в хоромах не хуже. Посему в acquired wealth. The collegiate registrar мраморной прихожей с трехаршинным did not, therefore, linger in the marble венецианским зеркалом и золоченой entrance hall with the Venetian mirror лепниной на потолке коллежский three arshins* in height and the gilded регистратор не задержался, а molding on the ceiling, but strode прямехонько прошел в гостиную – straight through into the drawing room, a широкую, в шесть окон, в lavish interior with a row of six наимоднейшем русском стиле: с windows, decorated in the highly расписными сундуками, с дубовой fashionable Russian Style, with brightly резьбой по стенам и нарядной painted wooden trunks, carved oak on the изразцовой печью. walls, and a smart tiled stove.

– Бонтонно проживать "Didn't I say he had a taste for изволили, я же говорил, – stylish living?" Fandorin's guide said to почему-то шепотом выдохнул в the back of his head, for some reason затылок провожатый. speaking in a whisper.

Эраст Петрович был сейчас At this point Fandorin bore a удивительно похож на годовалого remarkable resemblance to a year-old сеттера, впервые выпущенного в setter who has been allowed out into the лес и ошалевшего от forest for the first time and is crazed остро-манящего запаха близкой by the pungent and alluring scent of дичи. Повертев головой nearby game. Turning his head to the вправо-влево, он безошибочно right and the left, he unerringly определил: identified his target.

– Вон та дверь – кабинет? "That door over there, is that the – Точно так-с. study?" – Идемте же! "It is indeed, sir."

"Then what are we waiting for?" Кожаный бювар долго искать The leather blotter was not long in the не пришлось – он лежал посреди seeking. It was lying in the center of a массивного письменного стола, massive writing desk, between a malachite между малахитовым чернильным inkstand and a mother-of-pearl shell that прибором и перламутровой served as an ashtray. But before Fandorin раковиной-пепельницей. Но прежде could lay his impatient hands on the чем нетерпеливые руки Фандорина squeaky brown leather, his gaze fell on a коснулись коричневой скрипучей portrait photograph set in a silver frame кожи, взгляд его упал на that was standing in the most conspicuous фотопортрет в серебряной рамке, position on the desk. The face in the стоявший здесь же, на столе, на portrait was so remarkable that it самом видном месте. Лицо на completely drove all thought of the портрете было настолько blotter from Fandorin's mind.

примечательным, что Эраст Петрович и о бюваре забыл:

вполоборота смотрела на него Gazing out at him in semiprofile was a пышноволосая Клеопатра с veritable Cleopatra with a dense mane of огромными матово-черными глазами, hair and immense black eyes, her long гордым изгибом высокой шеи и чуть neck set in a haughty curve and a slight прорисованной жесточинкой в hint of cruelty evident in the willful своенравной линии рта. line of her mouth.

Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” Более же всего заворожило Above all the collegiate registrar was коллежского регистратора bewitched by her expression of calm and выражение спокойной и уверенной confident authority, so unexpected on a властности, такое неожиданное на girl's face (for some reason Fandorin девичьем лице (почему-то very decidedly wanted her to be a girl, захотелось Фандорину, чтоб это and not a married lady).

непременно была не дама, а "She's a looker," said Ivan девица). Prokofievich with a whistle, popping up – Хороша-с, – присвистнул beside him.

оказавшийся рядом Иван "Wonder who she is? If you'll pardon Прокофьевич. – Кто же это такая? me?" Позвольте-ка… And without the slightest trembling of И он без малейшего трепета, those sacrilegious fingers he extracted кощунственной рукой извлек the enchanting face from its frame and волшебный лик из рамки и turned the photograph over. Inscribed on перевернул карточку обратной it in a broad, slanting hand were the стороной. Там косым, размашистым words:

почерком было написано: Петру К. To Pyotr K.

«И Петр вышед вон и плакася And Peter went out and wept bitterly.

горько». Полюбив, не отрекайтесь! Once having given your love, never А.Б. forswear it!


– Это она его с Петром-апостолом равняет, а себя, "So she compares him with the apostle стало быть, с Иисусом? Однако Peter and herself with Jesus, does she? A амбиции! – фыркнул помощник little arrogant, perhaps!" snorted Ivan пристава. – Уж не из-за этой ли Prokofievich. "Maybe this creature was особы и руки на себя студент наш the reason our student did away with наложил, а? Ага, вот и бюварчик, himself, eh? Aha, there's the blotter. So не зря ехали. our journey wasn't wasted."

Раскрыв кожаную обложку, Ivan Prokofievich opened the leather Иван Прокофьевич извлек cover and extracted the solitary sheet of один-единственный листок, light blue notepaper covered in writing написанный на уже знакомой Эрасту with which Erast Fandorin was already Петровичу голубой бумаге, однако familiar. This time, however, there was a на сей раз с нотариальной печатью notary's seal and several signatures at и несколькими подписями внизу. the bottom.

– Отлично, – удовлетворенно "Excellent," said Ivan Prokofievich, кивнул полицейский. – Отыскалась nodding in satisfaction. "So we've found и духовная. Нуте-с, любопытно. the will and testament, too. Now I wonder what it says."

Документ он пробежал глазами It took him no more than a minute to в минуту, но Эрасту Петровичу эта run his eyes over the document, but that минута с вечность показалась, а minute seemed an eternity to Fandorin, заглядывать через плечо он and he regarded it as beneath his dignity полагал ниже своего достоинства. to peer over someone else's shoulder.

– Вот тебе, бабушка, и Юрьев "That's a fine St. George's Day present день! Хорош подарочек for you, granny! And a fine little троюродным! – воскликнул Иван present for the third cousins!" Ivan Прокофьевич с непонятным Prokofievich exclaimed in a voice filled злорадством. – Ай да Кокорин, with incomprehensible gloating. "Well всем нос утер. Это по-нашему, done, Kokorin? he's shown them all what's по-русски! Только уж what. That's the way to do it, the непатриотично как-то. Вот и про Russian way! Only it does seem a bit «скотину» разъясняется. unpatriotic somehow. Anyway, that explains the bit about the 'absolute swine.' " Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” Потеряв от нетерпения всякое Finally abandoning in his impatience представление о приличиях и all notion of decorum and respect for чинопочитании, Эраст Петрович rank, Erast Fandorin grabbed the sheet of выхватил у старшего по званию paper out of his senior officer's hand листок и прочел следующее: and read as follows:

Духовная LAST WILL AND TESTAMENT Я, нижеподписавшийся Петр I, the undersigned Pyotr Alexandrovich Александрович Кокорин, будучи в Kokorin, being of sound mind and perfect полном уме и совершенной памяти, memory, do hereby declare, in the при нижеследующих свидетелях presence of the witnesses named объявляю мое завещание по поводу hereunder, my will concerning the принадлежащего мне имущества. property belonging to me.

Все мое реализуемое All my salable property, of which a имущество, полный перечень коего full inventory is held by my solicitor, имеется у моего поверенного Semyon Efimovich Berenson, I bequeath to Семена Ефимовича Берензона, я the Baroness Margaret Astair, a British завещаю г-же баронессе Маргарете citizen, so that all these resources may Эстер, подданной Британии, для be used entirely as she shall deem fit использования всех сих средств по for purposes of the education and полному ее усмотрению на нужды upbringing of orphans. I'm sure that образования и воспитания сирот. Madarn Astair will out these funds to Уверен, что г-жа Эстер more sensible and honest use than our own распорядится этими средствами Russian captains of philanthropy.

толковее и честнее, чем наши генералы от благотворительности.

Это мое завещание является This is my final and definitive will and последним и окончательным, оно testament;

it is valid in law and имеет законную силу и отменяет supersedes my previous will and мое предыдущее завещание. testament.

Душеприказчиками я назначаю I name as my executors the solicitor адвоката Семена Ефимовича Semyon Efimovich Berenson and the student Берензона и студента Московского of Moscow University Nikolai Stepanovich университета Николая Степановича Akhtyrtsev.


Настоящая духовная This will and testament has been drawn составлена в двух экземплярах, up in two copies, of which I am retaining один из коих остается у меня, а one;

the other is to be delivered for второй передается на хранение в safekeeping to the office of Mr.

адвокатскую контору г-на Berenson.

Берензона. Москва, 12 мая 1876 Moscow, 12 May года Петр Кокорин.

PYOTR KOKORIN Глава вторая, в которой нет CHAPTER TWO ничего кроме разговоров which consists entirely of conversation ?

– Воля ваша, Ксаверий SAY WHAT YOU WILL, MR. GRUSHIN, BUT IT?S Феофилактович, а только still odd!" Fandorin repeated vehemently.

странно! – с горячностью повторил "There's some kind of mystery here, I Фандорин. – Тут какая-то тайна, swear there is!" He said it again with честное слово! – И упрямо stubborn emphasis. "Yes, that's it подчеркнул. – Да, вот именно, precisely, a mystery! Judge for yourself.

тайна! Судите сами. Во-первых, In the first place, the way he shot застрелился как-то нелепо, himself is absurd somehow, by pure «наудачу», одной пулей из chance, with the only bullet in the барабана, будто и вовсе не cylinder, as if he didn't really intend собирался стреляться. Что за to shoot himself at all. What kind of фатальное невезение! infernal bad luck is that?

Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” И тон предсмертной записки, And then there's the tone of the suicide согласитесь, какой-то чудной – note. You must admit that's a bit вроде как наспех, между делом strange? as if it had just been dashed написана, а между тем проблема off in some odd moment, and yet it raises там затронута важнейшая. an extremely important problem. The very Нешуточная проблема! – голос devil of a problem." The strength of Эраста Петровича аж зазвенел от Fandorin's feelings lent his voice a new чувства. – Но о проблеме я еще resonance. "But I'll tell you about the потом скажу, а пока про problem later. Meanwhile, what about the завещание. Разве оно не will? Surely that's suspicious?" подозрительно?

"And just what exactly do you find so – Что же именно кажется вам suspicious about it, my dear young в нем, голубчик, fellow?" подозрительным? – промурлыкал Xavier Grushin purred as he glanced Грушин, скучающе перелистывая listlessly through the Police Municipal «Полицейскую сводку городских Incidents, Report for the last twenty происшествий» за истекшие сутки. four hours. Usually arriving during the Это не лишенное познавательного afternoon, this was more or less интереса чтение обыкновенно uninformative reading, since matters of поступало во второй половине дня, great importance were not included. For ибо дел большой важности в сем the most part it was a hodgepodge of документе не содержалось – в trivial incident and absolute nonsense, основном всякая мелкая всячина, but just occasionally something curious полнейшая ерунда, но иногда might turn up in it. In this edition попадалось и что-нибудь there was a report on the previous day's любопытное. Было здесь и suicide in the Alexander Gardens, but as сообщение о вчерашнем the highly experienced Xavier Grushin had самоубийстве в Александровском anticipated, it provided no details and, саду, но, как и предвидел of course, it did not give the text of многоопытный Ксаверий the suicide note.

Феофилактович, без каких-либо подробностей и уж конечно без текста предсмертной записки.

– А вот что! Стрелялся "I'll tell you what! Although it looks Кокорин вроде как не всерьез, as if Kokorin didn't really mean to shoot однако же завещание, несмотря на himself, the will, for all its defiant вызывающий тон, составлено по tone, is drawn up in full and proper всей форме – с нотариусом, со order? notarized, signed by witnesses, свидетельскими подписями, с and with the executors named," said указанием душеприказчиков, – Fandorin, bending down a ringer as he загибал пальцы Фандорин. – И то made each point. "And I should think so?

сказать, состояние-то громадное. it's an immense fortune. I made Я справлялся – две фабрики, три enquiries: two mills, three factories, завода, дома в разных городах, houses in various towns, shipyards in верфи в Либаве, одних процентных Libava, half a million alone in interest бумаг в Государственном банке на bearing securities in the state bank!" полмиллиона!

– На полмиллиона? – ахнул "Half a million!" gasped Xavier Grushin, Ксаверий Феофилактович, glancing up sharply from his papers. "The оторвавшись от бумажек. – Повезло Englishwoman's a very lucky lady, very англичанке, повезло. lucky."

– И объясните мне кстати, "And, by the way, can you explain to me при чем здесь леди Эстер? Почему how Lady Astair is involved in all this?

именно ей завещано, а не кому-то Why has everything been left to her and другому? Какая между ней и not to anyone else? Just what is the Кокориным связь? Вот что выяснить connection between her and Kokorin?

бы надо! That's what we need to find out!" Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” – Так он же написал, что "He wrote himself that he doesn't trust нашим казнокрадам не верит, а our own Russian embezzlers of public англичанку уж который месяц во funds, and the newspapers have been всех газетах превозносят. Нет, singing the Englishwoman's praises for милый, вы мне лучше вот что months now. No, my dear fellow, why don't скажите. Как это получается, что you explain to me why your generation ваше поколение жизни такую мелкую holds life so cheap? The slightest excuse цену дает? Чуть что и пиф-паф, да and? bang! And all with such pomp, such еще с важностью, с пафосом, с pathos, such contempt for the entire презрением ко всему миру. С каких world. And just how have you earned the заслуг презрение-то, с каких? – right to show such contempt?" Grushin засердился Грушин, вспомнив, как asked, growing angry as he remembered how дерзко и непочтительно говорила с impudently and disrespectfully he had ним вчера вечером любимая дочь, been addressed the evening before by his шестнадцатилетняя гимназистка beloved daughter Sasha, a sixteen-year Сашенька. Однако вопрос был old schoolgirl. The question, however, скорее риторический, мнение was largely rhetorical, since a young письмоводителя на сей счет мало clerk's opinion on the matter was of интересовало почтенного пристава, little interest to the venerable и потому он вновь уткнулся в superintendent, and he immediately stuck сводку. his nose back into the summary report.

Зато Эраст Петрович оживился In response Erast Fandorin became even еще больше: more animated. "Ah, that is the very – А это и есть проблема, о problem I specially wanted to mention.

которой я хотел сказать особо. Take a man like Kokorin. Life gives him Взгляните на такого человека, как everything? riches and freedom and Кокорин. Судьба дает ему все – и education and good looks"? Fandorin threw богатство, и свободу, и in good looks simply to round out the образованность, и красоту (про phrase, although he had not the slightest красоту Фандорин сказал так, уж idea of the deceased's appearance? "but заодно, хотя не имел ни малейшего he dices with death and eventually kills представления о внешности himself. Do you want to know why? Living покойника). А он играет со in your world makes us young people feel смертью и в конце концов убивает sick? Kokorin wrote that in so many себя. Вы желаете знать почему? words, only he didn't expand on it. Your Нам, молодым, в вашем мире тошно ideals? a career, money, public honors?

– Кокорин прямо об этом написал, for many of us they mean absolutely только не развернул. Ваши идеалы nothing. That's not the kind of thing we – карьера, деньги, почести – для dream about now. Do you think there's многих из нас ничего не стоят. Не nothing behind the things they write о том нам теперь мечтается. Вы about an epidemic of suicides?

что же думаете, спроста пишут про The very best of the educated young эпидемию самоубийств? Лучшие из people are simply giving up on life?

образованной молодежи уходят, they're suffocated by a lack of spiritual задохнувшись от нехватки oxygen? and you, the elders of society, духовного кислорода, а вы, отцы fail completely to draw the appropriate общества, уроков для себя ничуть conclusions!" не извлекаете!

Получалось, что весь The entire emotionnal force of this обвинительный пафос обращен на denunciation was apparently directed самого Ксаверия Феофилактовича, against Xavier Feofilaktovich Grushin in так как иных «отцов общества» person, since there were no other "elders поблизости не наблюдалось, однако of society" to be observed in the Грушин нисколько не обиделся и vicinity, but not only did Grushin not даже с видимым удовольствием take offense, he actually nodded his head покивал головой. in evident satisfaction.

– Вот кстати, – насмешливо "Ah yes," he said with a derisive хмыкнул он, глядя в сводку, – chuckle as he glanced into the text of насчет нехватки духовного the report. "Here's something concerning кислорода. the lack of spiritual oxygen.

Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” «В Чихачевском переулке по The body of the cobbler Ivan Eremeev третьему участку Мещанской части Buldygin, twenty-seven years of age, who в 10 часов утра обнаружено had hanged himself, was discovered in мертвое тело удавившегося Chikhachevsky Lane in the third district сапожника Ивана Еремеева of the Meshchanskaya Precinct at ten Булдыгина 27 лет. По показаниям o'clock in the morning. According to the дворника Петра Силина, причина testimony of the yardkeeper Pyotr Silin, самоубийства – отсутствие средств the reason for the suicide was lack of на похмеление». Так все лучшие-то funds for drink to relieve a hangover.

и уйдут. Одни мы, старые дураки, That's the way all the best ones will останемся. leave us. There'll be no one but us old fools left soon."

– Вы смеетесь, – горько сказал "You may mock," Erast Fandorin said Эраст Петрович. – А в Петербурге bitterly, "but in Petersburg and Warsaw и Варшаве что ни день студенты, not a day goes by without university курсистки, а то и гимназисты students, and even school students, травятся, стреляются, топятся. poisoning or shooting or drowning Смешно вам… themselves.You think it's funny?" «Раскаетесь, Ксаверий Repent, Mr. Xavier Grushin, before it's Феофилактович, да поздно too late, he thought vengefully, although будет», – мстительно подумал он, until that moment the idea of suicide had хотя до сей минуты мысль о never entered his head? he was a young самоубийстве в голову ему никогда man of far too vivacious a character for еще не приходила – слишком живого that. Silence ensued: while Fandorin характера был юноша. Наступила imagined a modest little grave without a тишина: Фандорин представлял cross outside the fence of the скромную могилку, за церковной churchyard, Grushin carried on running оградой и без креста, а Грушин то his finger along the lines of print and водил пальцем по строчкам, то turning the rustling pages.

принимался шелестеть листками.

– Однако и в самом деле "But, really, this is dreadful ерунда какая-то, – пробурчал nonsense," he muttered. "Have they all он. – Что они все, с ума lost their minds or what? Look here, two посходили? Вот-с, два донесения, reports, one from the third district of одно из третьего участка the Miasnitskaya Precinct, on page eight, Мясницкой части, на странице another from the first district of the восемь, другое из первого участка Rogozhskaya Precinct, on page nine.

Рогожской части, на странице Listen.

девять. Итак.

«В 12 часов 35 минут в At thirty-five minutes past twelve Подколокольный переулок, к дому police inspector Fedoruk was summoned „Московского страхового от огня from his station to the building of the общества“ вызвали околоточного Moscow Fire Insurance Company on надзирателя Федорука по Podkolokolny Lane at the request of the требованию калужской помещицы Kaluga landowner's wife Avdotya Авдотьи Филипповны Спицыной Filippovna Spitsyna (temporarily resident (временно проживает в гостинице at the Boyar Hotel). Mrs. Spitsyna „Боярская“). Г-жа Спицына testified that beside the entrance to the показала, что возле входа в bookshop a certain respectably dressed книжную лавку, у нее на глазах, gentleman, who appeared to be about некий прилично одетый господин на twenty-five years of age, had attempted вид лет 25-ти предпринял попытку to shoot himself. He set a pistol to his застрелиться – поднес к виску temple, but apparently it misfired and пистолет, да видно произошла the failed suicide fled the scene.

осечка, и несостоявшийся Mrs. Spitsyna demanded that the police самоубийца скрылся. Г-жа Спицына find the young man and hand him over to потребовала, чтобы полиция the spiritual authorities for the разыскала молодого человека и imposition of a religious penance.

передала его духовным властям для наложения церковного покаяния.

Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” Розыск не предпринимался по No search was undertaken because no отсутствию события преступления». crime had been committed.

– Вот видите, а я что "There you are? isn't that just what I говорил! – возликовал Эраст was saying!" Erast Fandorin cried Петрович, чувствуя себя полностью triumphantly, feeling himself totally отомщенным. vindicated.

– Погодите, юноша, это еще "Wait a moment, young man, that's not не все, – остановил его all," Grushin interrupted. "Listen to пристав. – Слушайте дальше. what comes next. Page nine.

Страница девять.

Report of police officer Semenov (he's «Докладывает городовой Семенов from the Rogozhskaya Precinct). Between (это из Рогожской). В ten and eleven he was summoned by the одиннадцатом часу его вызвал petty bourgeois Nikolai Kukin, the мещанин Николай Кукин, приказчик shopkeeper at the grocery store Brykin бакалейной лавки „Брыкин и and Sons, opposite the Malaya Yauza сыновья“, что напротив Малого Bridge. Kukin informed him that a few Яузского моста. Кукин сообщил, minutes earlier a student had climbed что за несколько минут до того на onto one of the stone bollards of the каменную тумбу моста влез bridge and set a pistol to his head, какой-то студент, приложил к clearly intending to shoot himself. Kukin голове пистолет, выражая явное heard a metallic click, but there was no желание застрелиться. shot.

Кукин слышал железный щелчок, но After the click the student jumped down выстрела не было. После щелчка onto the road and walked away quickly in студент спрыгнул на мостовую и the direction of Yauza Street. No other быстро ушел в сторону Яузской eyewitnesses have been found. Kukin is улицы. Других очевидцев не petitioning for a police post to be set обнаружено. Кукин ходатайствует up on the bridge, since last year a girl об учреждении на мосту of loose morals drowned herself there and полицейского поста, так как в this is damaging his trade.

прошлом году там уже утопилась девица легкого поведения, и от этого торговле убыток».

– Ничего не понимаю, – "I don't understand it at all," развел руками Фандорин. – Что это Fandorin said with a shrug. "What strange за ритуал такой? Уж не тайное ли kind of ritual is this? Could it be some общество самоубийц? secret society of suicides? " – Какое там общество, – "No? what society?" Xavier Grushin said медленно произнес Ксаверий slowly, then began speaking faster and Феофилактович, а потом заговорил faster as he gradually became more все быстрее и быстрее, постепенно animated. "There is no society, my fine оживляясь. – Никакое не общество, young gentleman? it's all much simpler сударь мой, а все гораздо проще. than that. And all that business with the Теперь и с барабаном понятно, а cylinder is clear now? it just never раньше-то было и невдомек! occurred to me before.

Это все один и тот же, наш с вами It's this student of ours, Kokorin, who's студент Кокорин куролесил. been playing pranks. Look here." He got Смотрите-ка сюда. – Он встал и up and strode quickly over to the map проворно подошел к карте Москвы, hanging on the wall beside the door.

что висела на стене подле "Here's the Malaya Yauza Bridge. From двери. – Вот Малый Яузский мост. there he went along Yauza Street, idled Отсюда он пошел Яузской улицей, away the time for an hour or so until he где-то с час поболтался и ended up on Podkolokolny Lane beside the оказался в Подколокольном, возле insurance company, gave landowner's wife страхового общества. Напугал Spitsyna a good fright, and then carried помещицу Спицыну и двинулся on toward the Kremlin.

дальше, в сторону Кремля.

Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” А в третьем часу дошел до Some time after two he reached the Александровского сада, где его Alexander Gardens, and there, as we know путешествие и закончилось only too well, his journey came to an известным нам образом. end."

– Но зачем? И что все это "But why? And what does it all mean?" значит? – всматривался в карту Fandorin asked, gazing hard at the map.

Эраст Петрович.

– Что значит – не мне "What it means is not for me to judge.

судить. А как дело было, But I have a good idea how things догадываюсь. Наш happened. Our pampered student and gilded студент-белоподкладочник, золотая youth decided to bid the world farewell.

молодежь, решил сделать всем But before he died he wanted to give his адье. Но перед смертью пожелал nerves a bit of a thrill. I read еще нервы себе пощекотать. Я somewhere that it's called American читал где-то, это «американской roulette. It was invented in America, in рулеткой» называется. В Америке the goldfields. You put a single shot in придумали, на золотых приисках. the cylinder, give it a twirl, and then?

Заряжаешь в барабан один патрон, bang! If you're lucky you break the bank;

крутишь и ба-бах! Коли повезло – if not, then it's good-bye and farewell.

срываешь банк, ну а не повезло – So our student deliberately set out on прости-прощай. И отправился наш his voyage around Moscow to tempt fate.

студент в вояж по Москве, судьбу испытывать.

Вполне возможно, что он не три It's quite possible that he tried to раза стрелялся, а больше, просто shoot himself more than three times, but не всякий очевидец полицию-то then not every eyewitness will bother to позовет. Это call the police. That landowner's wife помещица-душеспасительница да who likes to save souls and Kukin with Кукин со своим приватным his private interest were vigilant интересом бдительность проявили, enough, but God only knows how many а сколько Кокорин всего попыток attempts Kokorin made altogether. Or предпринял – Бог весть. Или perhaps he struck a bargain with himself:

уговор у него с собой был – мол, I'll dice with death so many times, and столько-то раз со смертью сыграю, then that's it. If I live, then so be it.

и баста. Уцелею – так тому и But then, that's just me fantasizing.

быть. Впрочем, это уже мои That was no stroke of infernal bad luck фантазии. Никакого фатального in the Alexander Gardens.

невезения в Александровском не By two o'clock our student had simply было, просто к третьему часу run out of chances."

студент уже всю свою фортуну израсходовал.

– Ксаверий Феофилактович, вы "Mr. Grushin, you have a genuine – настоящий аналитический analytical talent," said Erast Fandorin талант, – искренне восхитился with sincere admiration. "I can just see Фандорин. – Я так и вижу перед it all happening in front of my eyes."

собой, как все это было. Grushin always enjoyed well-earned Заслуженная похвала, хоть и praise, even from a young whippersnapper.

от молокососа, была Грушину приятна.

– То-то. Есть чему и у "True enough. So there is something to старых дураков поучиться, – be learned from the old duffers after назидательно произнес он. – Вы бы all," he said in a didactic tone. "You послужили по следственному делу с should have served on investigations as мое, да не в нынешние long as I have, not just in these highly высококультурные времена, а при cultured times of ours, but back in the государе Николае Павловиче. Тогда Emperor Nicholas's days. Then it was не разбирали, сыскное не сыскное, nobody's concern what was detective work да не было еше в Москве ни нашего and what wasn't. Our department didn't управления, ни даже следственного even exist in Moscow then? there wasn't отдела. even an investigations office.

Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” Сегодня убийц ищешь, завтра на One day you were looking for murderers, ярмарке стоишь, народу острастку the next you were down at the market, даешь, послезавтра по кабакам reading folks the riot act. The day after беспашпортных гоняешь. Зато that you were doing the rounds of the приобретаешь наблюдательность, taverns, rounding up people without знание людей, ну и шкурой passports. But it all developed your дубленой обрастаешь, без этого в powers of observation and knowledge of нашем полицейском деле никак people and helped you grow a thick skin?

невозможно, – с намеком закончил and there's no way you can manage without пристав и вдруг заметил, что that in our police work," Grushin письмоводитель его не очень-то и concluded with a broad hint, only to слушает, а хмурится какой-то realize that the clerk was no longer своей мысли, по всему видать не listening but frowning instead at some очень удобной. thought of his own that appeared to present him with some difficulty.

– Ну, что там у вас еще, "Right, then, what's that you're выкладывайте. puzzling over? Out with it."

– Да вот, в толк не "There's something I can't quite work возьму… – Фандорин нервно out?" said Fandorin with a nervous twitch пошевелил красивыми, в два of his handsome half-moon eyebrows. "This полумесяца бровями. – Кукин этот Kukin says it was a student on the говорит, что на мосту студент bridge?" был… "Of course a student? who else?" – Конечно, студент, а кто же?

– Но откуда Кукину знать, "But how could Kukin know that Kokorin что Кокорин студент? Был он в was a student? He was wearing a frock сюртуке и шляпе, его и в coat and a hat, and no one in the Александровском саду никто из Alexander Gardens identified him as a свидетелей за студента не student?

признал… Там в протоколах все All the reports say 'a young man' or «молодой человек» да «тот 'the gentleman.' It is a puzzle."

господин». Загадка!

– Все у вас одни загадки на "You've got puzzles on the brain," said уме, – махнул рукой Грушин. – Grushin with a wave of his hand. "This Дурак ваш Кукин, да и дело с Kukin of yours is a fool, and that's all концом. Видит, барин молоденький, there is to it. He saw a young gentleman в статском, ну и вообразил, что in civilian clothes and just imagined he студент. А может, глаз у was a student. Or maybe our shopkeeper приказчика наметанный, распознал has a practiced eye and he was able to студента – ведь с утра до вечера recognize a student. After all, he deals с покупателями дело имеет. with customers from morning till night."

– Кукин в своей лавчонке "Kukin's never laid eyes on the likes такого покупателя, как Кокорин, и of Kokorin in his dirty little shop," в глаза не видывал, – резонно Erast Fandorin objected quite возразил Эраст Петрович. reasonably.

– Так что с того? "So what do you make of that?" – А то, что неплохо бы "I think it would be a good idea to помещицу Спицыну и приказчика question the landowner's wife Spitsyna Кукина получше расспросить. Вам, and the shopkeeper Kukin a bit more Ксаверий Феофилактович, конечно, thoroughly. Of course, Mr. Grushin, it не к лицу такими пустяками would be inappropriate for you to deal заниматься, но, если позволите, я with such trifles, but if you will permit бы сам… – Эраст Петрович даже на me, I could do it?" Erast Fandorin was стуле приподнялся, так ему already halfway out of his chair, so хотелось, чтоб Грушин позволил. badly did he want Xavier Grushin's permission.

Собирался Ксаверий Феофилактович строгость проявить, Xavier Grushin was on the point of но передумал. taking a strict line, but he thought better of it.

Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” Пусть мальчишка живой работы Why not let the boy get a whiff of real, понюхает, поучится со свидетелями live action and learn how to talk to разговаривать. Может, и получится witnesses? Perhaps he might just amount из него толк. Сказал внушительно: to something after all.

– Не запрещаю. – И, "I don't forbid it," he declared предупредив радостный возглас, impressively, then quickly forestalled уже готовый сорваться с уст the exclamation of joy that was about to коллежского регистратора, burst from the collegiate registrar's добавил. – Но сначала извольте lips.

отчет для его превосходительства "But first, if you don't mind, finish закончить. И вот что, голубчик. the report for His Excellency. And I tell Уже четвертый час. Пойду я, you what, my dear fellow, it's after пожалуй, восвояси. А вы мне three already. I think I'll be on my way завтра расскажете, откуда home. You can tell me tomorrow where our приказчик про студента взял. shopkeeper got his student from."

Глава третья, в которой возникает CHAPTER THREE «зутулый штудент» in which a slouching skewdint makes his appearance От Мясницкой, где располагалось Сыскное управление, FROM MIASNITSKAYA STREET, WHERE THE до гостиницы «Боярская», где, CRIMINAL Investigation Division had its судя по сводке, «временно office, to the Boyar Hotel, where, проживала» помещица Спицына, было according to the report, the landowner's ходу минут двадцать, и Фандорин, wife Spitsyna had her "temporary несмотря на снедавшее его residence," was a walk of only twenty нетерпение, решил пройтись minutes, and despite the impatience that пешком. Мучитель «Лорд Байрон», was consuming him, Fandorin decided to немилосердно стискивавший бока stroll there on foot. His tormentor, Lord письмоводителя, пробил столь Byron, who constricted the clerk's sides существенную брешь в его бюджете, so mercilessly, had forced such a что расход на извозчика мог бы substantial breach in his budget that the самым принципиальным образом expense of a cab could well have отразиться на рационе питания. reflected in a drastic fashion on the adequacy of his diet.

Жуя на ходу пирожок с вязигой, Chewing as he walked along on a fish купленный на углу Гусятникова gristle pie bought at the corner of переулка (не будем забывать, что Gusyatnikov Lane (let us not forget that в следственной ажитации Эраст in the flurry of investigative excitement Петрович остался без обеда), он Erast Fandorin had been left without any резво шагал по Чистопрудному lunch), he stepped out along Chistoprudny бульвару, где допотопные старухи Boulevard, where antediluvian old women в салопах и чепцах сыпали крошки in ancient coats and caps were scattering жирным, бесцеремонным голубям. По crumbs for the fat, impudent pigeons.

булыжной мостовой стремительно Horse-drawn cabs and phaetons dashed by катились пролетки и фаэтоны, за along the cobbled roadway at a pace Erast которыми Фандорину было никак не Fandorin could not so possibly match, угнаться, и его мысли приняли redirecting his thoughts to his offended обиженное направление. feelings?

В сущности, сыщику без коляски с the very idea of a detective without a рысаками никак невозможно. Хорошо carriage and trotters was simply «Боярская» на Покровке, но ведь impossible as a matter of principle.

оттуда еще на Яузу к приказчику Thank goodness the Boyar Hotel was on Кукину топать – это верных Pokrovka Street, but trudging on from полчаса. Тут промедление смерти there to the shopkeeper Kukin's place on подобно, растравлял себя Эраст the Yauza would take half an hour for Петрович (прямо скажем, несколько certain. Any procrastination now could преувеличивая), well be fatal, Erast Fandorin tormented himself (with some degree of exaggeration, it must be said), Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” а господин пристав казенного but his lordship the superintendent had пятиалтынного пожалел. Самому-то, begrudged him fifteen kopecks from the поди, управление каждый месяц по state purse. No doubt the Division восьмидесяти целковых на allocated him eighty rubles every month постоянного извозчика отчисляет. for his own regular cabby. Those were the Вот они, начальственные bosses' privileges for you: one rode home привилегии: один на персональном in his personal cab, while the other извозчике домой, а другой на plodded the streets on official business.

своих двоих по служебной надобности. But now at last on Erast Fandorin's left the bell tower of Holy Trinity Church, Но слева, над крышей кофейни which stood beside the Boyar Hotel, hove Суше уже показалась колокольня into view above the roof of Souchet's Троицкой церкви, возле которой coffeehouse, and Fandorin quickened his находилась «Боярская», и Фандорин stride in anticipation of important зашагал еще быстрей, предвкушая discoveries.

важные открытия.

Полчаса спустя, походкой HALF AN HOUR LATER he was wandering with понурой и разбитой, брел он вниз a weary and dejected stride down по Покровскому бульвару, где Pokrovsky Boulevard, where the pigeons?

голубей, таких же упитанных и every bit as plump and impudent as on нахальных, как на Чистопрудном, Chistoprudny Boulevard? were fed not by кормили уже не дворянки, а old noblewomen but by merchants' wives.


His conversation with the witness had Разговор со свидетельницей proved disappointing. Erast Fandorin had получился неутешительный. caught the landowner's wife at the very Помещицу Эраст Петрович поймал в last moment? she was on the point of самый последний момент – она уже getting into her droshky, piled high with готовилась сесть в дрожки, various trunks and bundles, in order to заваленные баулами и свертками, leave Russia's first capital city and set чтобы отбыть из первопрестольной out for the province of Kaluga. Out of к себе в Калужскую губернию. Из considerations of economy, Spitsyna still соображений экономии traveled in the old-fashioned manner, not путешествовала Спицына по by railway but with her own horses.

старинке, не железной дорогой, а на своих лошадках.

В этом Фандорину безусловно This was undoubtedly a stroke of good повезло, ибо торопись помещица на fortune for Fandorin, since had the вокзал, разговора и вовсе бы не landowner's wife been hurrying to reach получилось. Но суть беседы со the railway station, no conversation at словоохотливой свидетельницей, к all would have taken place. But no matter которой Эраст Петрович подступал which approach Erast Fandorin adopted in и так, и этак, сводилась к the discussion with his garrulous одному: Ксаверий Феофилактович witness, its essential content remained прав, и видела Спицына именно entirely unaltered: Xavier Grushin was Кокорина – и про сюртук помянула, right, it was Kokorin that Spitsyna had и про круглую шляпу, и даже про seen? she had mentioned his frock coat лаковые штиблеты с пуговками, о and his round hat and even his patent которых не упоминали свидетели из leather gaiters with buttons, which had Александровского сада. not been mentioned by the witnesses from the Alexander Gardens.

Вся надежда оставалась на His only hope now was Kukin, and Кукина, в отношении которого Grushin was very probably right about him Грушин, скорее всего, опять-таки as well. The shopkeeper had simply прав. Сболтнул приказчик не blurted out the first thing that came подумав, а теперь таскайся из-за into his mind, and now he had Fandorin него по всей Москве, выставляй trudging all the way across Moscow and себя перед приставом на making a laughingstock of himself in посмешище. front of the superintendent.

Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” Бакалейная лавка «Брыкин и The glass door bearing the image of a сыновья» выходила стеклянной sugar loaf at the grocery store Brykin дверью с изображением сахарной and Sons faced directly out onto the головы прямо на набережную, и embankment, offering a clear view of the мост отсюда был виден как на bridge.

ладони – это Фандорин отметил Fandorin noted that immediately. He сразу. Отметил он и то, что окна also noted the fact that the windows of лавки были нараспашку (видно, от the shop were flung wide open (evidently духоты), а стало быть, мог because of the sweltering heat), so that услышать Кукин и «железный Kukin might well have been able to hear a щелчок», ведь до ближайшей "metallic click," since the distance to каменной тумбы моста никак не the nearest stone bollard of the bridge далее пятнадцати шагов. Из двери was certainly only fifteen paces at the заинтригованно выглянул мужчина most. A man of about forty wearing a red лет сорока в красной рубахе, shirt, a black woolen-weave waistcoat, черном суконном жилете, плисовых velveteen trousers, and bottle-shaped штанах и сапогах бутылками. boots peeped around the door with an intrigued expression.

– Не угодно ли чего, ваше благородие? – спросил он. – Никак "Can I be of any help, Your Honor?" he заплутать изволили? asked. "Perhaps you've managed to lose – Кукин? – строго спросил your way?" Эраст Петрович, не предвидя от "Kukin?" Erast Fandorin inquired in a грядущих объяснений ничего strict voice, not expecting to derive any утешительного. consolation from the imminent explanations.

– Точно так-с, – "Indeed, sir," the shopkeeper replied насторожился приказчик, сдвинув cautiously, knitting his bushy eyebrows.

кустистые брови, но сразу же Then, immediately guessing the truth, догадался. – Вы, ваше благородие, "Ah, you must be from the police, Your должно, из полиции? Покорнейше Honor? I'm most humbly grateful to you. I благодарен. Не ожидал такого didn't expect you would be attending to скорого вашего внимания. Господин me so soon. The local officer said his околотошный сказали, что superiors would consider the matter, but начальство рассмотрит, но не I didn't really expect anything, sir, not ожидал-с, никак не ожидал-с. Да really, sir. But why are we standing out что же мы на пороге-то! Пожалуйте here on the doorstep? Please, come into в лавку. Уж так благодарен, так the shop. I'm most grateful to you, sir, благодарен. most grateful."

Он и поклонился, и дверку He even bowed and opened the door and приоткрыл, и еще рукой made a gesture of invitation as much as приглашающий жест сделал – мол, to say "after you," but Fandorin did not милости прошу, но Фандорин не budge. He said portentously, "Kukin, I am тронулся с места. Сказал not from the local station. I am from the внушительно: Criminal Investigation Division. I have – Я, Кукин, не из околотка, instructions to find the stu? the person а из сыскной полиции. Имею you reported to the local inspector of поручение разыскать сту… того police."

человека, про которого вы сообщили околоточному надзирателю.

– Это скубента-то? – с "The skewdint, you mean?" the готовностью подсказал shopkeeper prompted him readily. "Of приказчик. – Как же-с, преотлично course, sir, I remember his looks most его запомнили. Страх-то какой, precisely. A terrible thing, may God прости Господи. Я как увидел, что forgive him. As soon as I saw he'd они на тумбу залезли и оружию к clambered up on that post and put that голове приставили, так и обмер – gun to his head, I just froze, I did.

ну все, думаю, будет как о That's it, I thought, it'll be just like прошлый год, опять никого в лавку it was last year? there'll be no tempting калачом не заманишь. anyone into this shop, not even for a fancy loaf.

Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” А в чем мы-то виноваты? Что им And what fault is it of ours? What draws тут, медом намазано, руки на себя them here like bees to honey to do away накладывать? Ты сходи вон к with themselves? Stroll on down that way Москве-реке, там и поглыбже, и to the Moscow River? it's deeper there мост повыше, да и… and the bridge is higher and? " – Помолчите, Кукин, – "Be quiet, Kukin," Erast Fandorin перебил его Эраст Петрович. – interrupted him. "You'd do better to Лучше опишите студента. Во что describe the student. What he was был одет, как выглядел и с чего wearing, what he looked like, and why you вы вообще взяли, что он студент. decided he was a student in the first place."

– Так ведь как есть скубент, "Why, he was a skewdint right enough, по всей форме, ваше благородие, – he was, a real proper skew-dint, Your удивился приказчик. – И мундир, и Honor," the shopkeeper said in surprise.

пуговицы, и стеклышки на носу. "Uniform coat and buttons and little – Как мундир? – вскинулся glasses perched on his nose."

Фандорин. – Он разве в мундире "A uniform coat, you say?" Fandorin был? exclaimed abruptly. "He was wearing a student coat, then?" – А как же иначе-с? – сожалеюще взглянул на "Why, what else, sir?" asked Kukin with бестолкового чиновника Кукин. – a pitying glance at the dim-witted Без энтого где ж мне было понять, functionary. "If not for that, how was I скубент он или нет? Что я, по to tell as he's a skewdint or he isn't?

мундиру скубента от приказного не I reckon I can tell a skewdint from a отличу? clerk by his coat, so I do."

На это справедливое Erast Fandorin could not really make any замечание Эрасту Петровичу response to that just remark, so he took сказать было нечего, он вытащил a neat little notepad with a pencil out из кармана аккуратный блокнотик с of his pocket in order to record the карандашом – записывать witness's testimony. The notepad, which показания. Блокнотик Фандорин Fandorin had bought just before entering купил перед тем, как на службу в service with the Criminal Investigation Сыскное поступать, три недели без Division, had lain idle for three weeks, дела проносил, да вот только and today was the first time he had had сегодня пригодился – за утро any use for it. In the course of the коллежский регистратор в нем уже morning he had already covered several of несколько страничек меленько its small pages with his fine writing.


"Tell me what this man looked like."

– Расскажите, как выглядел "Just an ordinary sort of person, этот человек. really. Nothing much to look at, a bit – Человек как человек. Собою pimply around the face, like. And them невидный, на лицо немножко little glasses?" прыщеватый. Стеклышки опять же… "What kind of glasses? spectacles or a – Какие стеклышки – очки или pince-nez?" пенсне? "You know, the kind on a ribbon."

– Такие, на ленточке. "A pince-nez, then," said Fandorin, – Значит, пенсне, – чиркал scribbling away with his pencil. "Any карандашом Фандорин. – Еще other distinctive features?" какие-нибудь приметы?

"He had this terrible slouch, with his – Сутулые они были очень. shoulders almost up over the top of his Плечи чуть не выше макушки… Да head A real skewdint, что, скубент как скубент, я ж like I told you?" говорю… Kukin gazed in perplexity at the Кукин недоумевающе смотрел "clerk," who said nothing for a long на «приказного», а тот надолго time, frowning, rubbing his lips замолчал – щурился, шевелил together, and rustling his little губами, шелестел маленькой notepad. Obviously he was thinking about тетрадочкой. В общем, думал о something.

чем-то человек.

Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” «Мундир, прыщеватый, пенсне, In the notepad it said: "Uniform coat, сильно сутулый», – значилось в pimples, pince-nez, bad slouch." Well, a блокноте. Ну, немножко прыщеватый few pimples didn't mean much. The – это мелочь. Про пенсне в описи inventory of Kokorin's possessions didn't вещей Кокорина ни слова. Обронил? say a word about any pince-nez. Perhaps Возможно. Свидетели про пенсне he had dropped it? It was possible. The тоже ничего не поминают, но их witnesses in the Alexander Gardens had про внешность самоубийцы особенно not said anything about a pince-nez и не расспрашивали – к чему? either, but they had not really been Сутулый? Хм. В «Московских questioned much about the suicide's ведомостях», помнится, описан appearance. What would have been the «статный молодец», но репортер point? A slouch? Hm. As he recalled, the при событии не присутствовал, Moscow Gazette had described "a handsome Кокорина не видел, так что мог и young fellow," but the reporter had not приплести «молодца» ради пущего been present at the incident. He had not эффекта. seen Kokorin, and so he could easily have stuck in the "handsome young fellow" simply for the sake of effect.

Остается студенческий мундир – это уже не опровергнешь. Если на That only left the student uniform coat, мосту был Кокорин, то получается, and that was something that could not be что в промежутке между discounted. If it had been Kokorin on the одиннадцатым часом и половиной bridge, it meant that during the interval первого он зачем-то переоделся в between shortly after ten and half past сюртук. И интересно где? От Яузы twelve for some reason he had changed до Остоженки и потом обратно к into a frock coat. But where, though?

«Московскому страховому от огня From the Yauza to Ostozhenka Street and обществу» путь неблизкий, за then back to the Moscow Fire Insurance полтора часа не обернешься. Company was a long way;

you couldn't possibly cover the distance in an hour and a half.

И понял Фандорин с ноющим Fandorin realized with a hollow, замиранием под ложечкой, что sinking feeling that only one alternative выход у него один-единственный: remained open to him: to take the брать приказчика Кукина за shopkeeper Kukin by the collar and drag шиворот, везти в участок на him down to the station on Mokhovaya Моховую, где в покойницкой все Street, where the suicide's body was еще лежит обложенное льдом тело still lying in the mortuary, packed in самоубийцы, и устраивать ice, and arrange an identification. Erast опознание. Эраст Петрович Fandorin imagined the gaping skull with представил развороченный череп с the crust of dried blood and brains, and засохшей коркой крови и мозгов, и an entirely natural association brought по вполне естественной ассоциации back the memory of the merchant's wife вспомнилась ему зарезанная Krupnova with her throat cut, who still купчиха Крупнова, до сих пор continued to visit him in his nightmares.

наведывавшаяся в его кошмарные No, he definitely did not wish to make сны. Нет, ехать в «холодную» the trip to the "cold room." But there определенно не хотелось. Но между was some connection between the student студентом с Малого Яузского моста from the Malaya Yauza Bridge and the и самоубийцей из Александровского suicide from the Alexander Gardens that сада имелась связь, в которой absolutely had to be cleared up. Who непременно следовало разобраться. could tell him whether Kokorin had Кто может сказать, был ли Кокорин pimples and a slouch and whether he wore прыщавым и сутулым, носил ли он a pince-nez?


Well, first, there was the landowner's Во-первых, помещица Спицына, wife Spitsyna, but she was probably но она, верно, уже подъезжает к driving up to the Kaluga Gate by now.

Калужской заставе. Во-вторых, Second, there was the deceased's valet.

камердинер покойного, как бишь What was his name, now? Not that it его фамилия-то? mattered in any case.

Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” Неважно, все равно следователь The investigator had thrown him out of выставил его из квартиры, the apartment;

поди отыщи теперь. Остаются trying to find him now would be a свидетели из Александровского, и complete waste of time. That left the прежде всего те две дамы, с witnesses from the Alexander Gardens, and которыми Кокорин разговаривал в above all the two ladies with whom последнюю минуту своей жизни, уж Kokorin had been in conversation during они-то наверняка разглядели его the final minute of his life. They at во всех деталях. Вот в блокноте least must have got a good look at the записано: «Дочь д. т. с. Елиз. details of his appearance. Here it was Александр-на фон written in his notepad: "Daughter of full Эверт-Колокольцева 17 л., девица privy counselor Eliz. Alexandrovna Evert Эмма Готлибовна Пфуль 48 л., Kolokoltseva, 17, spinster Emma Малая Никитская, собст. дом». Gottliebovna Pf?hl, 48, Malaya Nikitskaya Без расхода на извозчика все Street, private residence."

же было не обойтись. He would be obliged to go to the expense of a cab after all.

* * * THE DAY WAS TURNING out to be a long День получался длинный. one. The cheerful sun of May, still by no Бодрое майское солнце, совсем не means weary of illuminating the golden уставшее озарять златоглавый domed city, was reluctantly slipping down город, нехотя сползало к линии the sky toward the line of the roofs when крыш, когда обедневший на два Erast Fandorin, now two twenty-kopeck двугривенных Эраст Петрович сошел coins the poorer, descended from his cab с извозчика у нарядного особняка in front of the smart mansion with the с дорическими колоннами, лепным Doric columns, molded-stucco facade, and фасадом и мраморным крыльцом. marble porch. Seeing his fare halt in Увидев, что седок в hesitation, the cabman said, "That's the нерешительности остановился, one, all right, the general's house?

извозчик сказал: don't you worry about that. This ain't my – Он самый и есть, генералов first year driving 'round Moscow."

дом, не сомневайтесь. Не первый год по Москве ездим.

«А ну как не пустят,» – What if they won't let me in? Erast екнуло внутри у Эраста Петровича Fandorin thought with a sudden twinge of от страха перед возможным fear at the possible humiliation. He took унижением. Он взялся за сияющий a firm grasp of the gleaming brass hammer медный молоток и два раза and knocked twice. The massive door with стукнул. Массивная дверь с bronze lion masks immediately swung open, бронзовыми львиными мордами and a doorman dressed in rich livery with немедленно распахнулась, выглянул gold braid stuck his head out.

швейцар в богатой ливрее с золотыми позументами.

– К господину барону? Из "To see the baron? From the office?" he присутствия? – деловито спросил asked briskly. "Reporting or just он. – Доложить или только бумажку delivering some document? Come on in, какую передать? Да вы заходите. do."

В просторной прихожей, ярко Finding himself in a spacious entrance освещенной и люстрой, и газовыми hall brightly illuminated by both a рожками, посетитель совсем chandelier and gaslights, the visitor was оробел. deserted by his final shred of courage.

– Я, собственно, к Елизавете "Actually, I'm here to see Elizaveta Александровне, – объяснил он. – Alexandrovna," he explained. "Erast Эраст Петрович Фандорин, из Petrovich Fandorin, from the Criminal сыскной полиции. По срочной Investigation Division. On an urgent надобности. matter."

– Из сыскной? – презрительно "The Criminal Investigation Division," поморщился страж дверей. – Уж не the guardian of the portal repeated with по вчерашнему ли делу? И не a frown of disdain. "Would that be in думайте. connection with yesterday's events? Out of the question.

Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” Барышня почитай полдня прорыдали The young lady spent very nearly half и ночью спали плохо-с. Не пущу и the day in tears, and she slept badly докладывать не стану. Его last night as well. I won't admit you and превосходительство и то грозили I won't announce you. His Excellency has вашим из околотка головы already threatened your people from the поотрывать, что вчера Елизавету precinct with dire consequences for Александровну допросами мучили. tormenting Elizaveta Alexandrovna with На улицу извольте, на улицу. – И their interrogations yesterday. Outside стал, мерзавец, еще животом своим with you, if you please, outside." And толстым к выходу подпихивать. the scoundrel actually began nudging Fandorin toward the exit with his fat belly.

– А девица Пфуль? – в "But what about the spinster Pf?hl?" отчаянии вскричал Эраст Erast Fandorin cried out despairingly.

Петрович. – Эмма Готлибовна "Emma Gottliebovna, forty-eight years of сорока восьми лет? Мне бы хоть с age? I would like at least to have a few ней перемолвиться. words with her. This is important state Государственное дело! business!" Швейцар важно почмокал The doorman smacked his lips pompously.

губами. "Very well, I will admit you to her. Go – К ним пущу, так и быть. through that way, under the stairs. Third Вон туда, под лестницу идите. По door on the right along the corridor.

коридору направо третья дверь. That is where the madam governess Там госпожа гувернантка и resides."


The door was opened in response to На стук открыла высокая Fandorin's knock by a gaunt individual костлявая особа и молча who stared, unspeaking, at her visitor уставилась на посетителя круглыми out of round brown eyes.

карими глазами.

– Из полиции, Фандорин. Вы "I am from the police. My name is госпожа Пфуль? – неуверенно Fandorin. Are you Miss Pf?hl?" Erast произнес Эраст Петрович и на Fandorin inquired uncertainly, then всякий случай повторил repeated the question in German just to по-немецки. – Полицайамт. Зинд зи be sure: "Polizeiamt.

фрейляйн Пфуль? Гутен абенд.1 Sind Sie Freilein Pf?hl? Guten Abend."

– Вечер добрый, – сурово "Good efening," the gaunt individual ответила костлявая. – Да, я Эмма replied severely in Russian. "Yes, I am Пфуль. Входите. Задитесь вон на Emma Pf?hl. Come in. Zit down zere on zat тот штул. shair."

Фандорин сел куда было Fandorin sat where he had been ordered, велено – на венский стул с гнутой on a Viennese chair with a curved back спинкой, стоявший подле standing beside a writing desk on which письменного стола, на котором some textbooks and stacks of writing аккуратнейшим образом были paper were laid out in an extremely tidy разложены какие-то учебники и fashion. It was a pleasant room with good стопки писчей бумаги. Комната light but completely uninteresting, была хорошая, светлая, но очень lacking in life. The only spot of bright уж скучная, словно неживая. color throughout its entire extent was Только вот на подоконнике стояло provided by a trio of exuberant geraniums целых три горшка с пышной геранью standing in pots on the window.

– единственное яркое пятно во всем помещении.

– Вы из-за того глупого "Are you here about zat shtupid young man молодого человека, который зебя who shot himzelf?" Miss Pf?hl inquired.

стрелял? – спросила девица "I answered all of ze policeman's Пфуль. – Я вчера ответила на все kvestions yesterday, but if you vish to вопросы господина полицейского, ask again, you may ask.

но если хотите спрашивать еще, можете спрашивать.

Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” Я хорошо понимаю, что работа I understand vat ze vork of ze police is?

полиции – это очень важно. Мой it is very important. My uncle G?nter дядя Гюнтер служил в заксонской zerved as an Oberwachtmeister in ze Zaxon полиции обер-вахтмайстером. police."

– Я коллежский "I am a collegiate registrar," Erast регистратор, – пояснил Эраст Fandorin explained, not wishing himself Петрович, не желая, чтобы его to be taken for a sergeant major, "a тоже приняли за вахмистра, – civil servant, fourteenth class."

чиновник четырнадцатого класса.

– Да, я умею понимать чин, – "Yes, I know how to understand rank," кивнула немка, показывая пальцем the German woman said with a nod, на петлицу его вицмундира. – pointing to the lapel of his uniform Итак, господин коллежский jacket. "Zo, mister collegiate registrar, регистратор, я вас слушаю. I am listening."

В этот момент дверь без At that moment the door swung open стука отворилась и в комнату without a knock and a fair-haired young влетела светловолосая барышня с lady with an enchanting flush on her очаровательно раскрасневшимся cheeks darted into the room.


– Фрейлейн Пфуль! Morgen "Fr?ulein Pf?hl! Morgenfahren wir nach fahren wir nach Kuntsevo!2 Kuntsevo!* Honestly. Papa has given his Честное слово! Папенька permission!" she babbled rapidly from the позволил! – зачастила она с doorway. Then, noticing the stranger, she порога, но, увидев постороннего, stopped short and lapsed into a confused осеклась и сконфуженно умолкла, silence, but the gaze of her gray eyes однако ее серые глаза с живейшим nonetheless remained fixed on the young любопытством воззрились на official in an expression of the most молодого чиновника. lively curiosity.

– Воспитанные баронессы не "Veil brought-up young baronesses do бегают, а ходят, – с притворной not run, zey valk," her governess told строгостью сказала ей her with feigned strictness. "Ezpecially гувернантка. – Особенно если им ven zey are all of zeventeen years old.

уже целых земнадцать лет. Если вы If you do not run but valk, zen you haf не бегаете, а ходите, у вас есть time to notice a stranger and greet him время, чтобы увидеть незнакомый properly."

человек и прилично поздороваться. "Good day, sir," the miraculous vision – Здравствуйте, сударь, – whispered.

прошелестело чудесное видение.

Фандорин вскочил и Fandorin leapt to his feet and bowed, поклонился, чувствуя себя his nerves jangling quite appallingly.

прескверно. Девушка ему ужасно The poor clerk was so overwhelmed by the понравилась, и бедный girl's appearance that he was afraid he письмоводитель испугался, что might fall in love with her at first сейчас возьмет и влюбится в нее с sight, and that was something he simply первого взгляда, а делать этого could not do. Even in his dear papa's никак не следовало. И в more prosperous days, a princess like прежние-то, благополучные this would have been well beyond his папенькины времена такая reach, and now the idea was even more принцесса была бы ему никак не ridiculous.

парой, а теперь уж и подавно.

– Здравствуйте, – очень сухо "How do you do," he said very dryly сказал он, сурово нахмурился и with a grave frown, thinking to himself:

мысленно прибавил: «В жалкой роли Cast me in the role of a pitiful меня представить вздумали? Он был supplicant, would you?

титулярный советник, она – General was her father?s rank and генеральская дочь? designation, A mere titular counselor was he, and poor, Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” Нет уж, сударыня, не дождетесь! So when he made his timid declaration Мне и до титулярного-то еще She quickly had him put out of the door.

служить и служить». Oh no, you don't, my dear lady! I still have a long way to go before I even reach titular counselor.

– Коллежский регистратор "Collegiate Registrar Erast Petrovich Фандорин Эраст Петрович, Fandorin, of the Criminal Investigation управление сыскной полиции, – Division," he said, introducing himself официальным тоном представился in an official tone. "I am pursuing an он. – Произвожу доследование по investigation into yesterday's факту вчерашнего печального unfortunate incident in the Alexander происшествия в Александровском Gardens.


Возникла необходимость задать еще The need has arisen to ask a few more кое-какие вопросы. Но ежели вам questions. But if you find it unpleasant?

неприятно, – я отлично понимаю, I quite understand how upset you must как вы были расстроены, – мне have been? it will be enough for me to будет достаточно разговора с have a word with Miss Pf?hl alone."

одной госпожой Пфуль.

– Да, это было ужасно. – "Yes, it was quite horrible." The young Глаза барышни, и без того lady's eyes, already very large, widened преизрядные, расширились еще still further. "To be honest, I squeezed больше. – Правда, я зажмурилась и my eyes tight shut and saw almost nothing почти ничего не видела, а потом at all, and afterward I fainted? But it лишилась чувств… Но мне так is all so fascinating! Fr?ulein Pf?hl, интересно! Фрейлейн Пфуль, можно may I stay for a while, too? Oh, please!

я тоже побуду? Ну пожалуйста! Я, You know, I am really just as much a между прочим, такая же witness as you are!" свидетельница, как и вы!

– Я со своей стороны, в "For my part, in the interests of the интересах следствия, тоже investigation, I would also prefer it if предпочел бы, чтобы госпожа the baroness were present," said баронесса присутствовала, – Fandorin, like a coward.

смалодушничал Фандорин. "Order is order," said Emma Pf?hl with – Порядок есть порядок, – a nod. "I have told you over and over кивнула Эмма Готлибовна. – Я, again, Lischen: Ordnung muss sein* Ze law Лизхен, всегда вам повторила: must be obeyed. You may stay."

Ordnung muss sein3. Надо быть послушным закону. Вы можете оставаться.

Лизанька (так про себя уже Lizanka (the affectionate name by which называл Елизавету Александровну Fandorin, now hopelessly lost, was стремительно гибнущий Фандорин) с already thinking of Elizaveta Evert готовностью опустилась на кожаный Kolokoltseva) seated herself eagerly on диван, глядя на нашего героя во the leather divan, gazing wide-eyed at все глаза. our hero.

Он взял себя в руки и, He took a grip on himself, turned to повернувшись к фрейлейн Пфуль, Fr?ulein Pf?hl, and asked, "Can you попросил: please describe the gentleman's – Опишите мне, пожалуйста, appearance for me?" портрет того господина. "Ze zhentleman who shot himzelf?" she – Господина, который зебя asked. "Naja* Brown eyes, razer tall, no стрелял? – уточнила она. – Na mustache or beard, zideburns none eizer, ja4. Коричневые глаза, коричневые a fery young face, but not a fery good волосы, рост довольно большой, von. Now ze clothes? " усов и бороды нет, бакенбарды тоже нет, лицо зовсем молодое, но не очень хорошее. Теперь одежда… Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” – Про одежду попозже, – "We'll come to the clothes later," перебил ее Эраст Петрович. – Вы Erast Fandorin interrupted her. "You say говорите, лицо нехорошее. Почему? it was not a good face? Why? Because of Из-за прыщей? his pimples?" – Pickeln, – покраснев, "Pickeln, " Lizanka translated, перевела Лизанька. blushing.

– A ja, прышшы, – смачно "Ahja, ze pimples." The governess повторила гувернантка не сразу repeated the slightly unfamiliar word понятое слово. – Нет, прышшей у with relish. "No, zat zhentleman did not того господина не было. У него haf pimples. He had good, healthy skin.

была хорошая, здоровая кожа. А But his face vas not fery good."

лицо не очень хорошее. "Why?" – Почему?

– Злое. Он смотрел так, "It vas nasty. He looked as zough he будто хотел убивать не зебя, а did not vish to kill himzelf, but zomeone кто-то зовсем другой. О, это был altogether different. Oh, it vas a кошмар! – возбудилась от nightmare!" exclaimed Emma Pf?hl, воспоминаний Эмма Готлибовна. – becoming excited at her recollection of Весна, золнечная погода, все дамы events. "Spring, zuch zunny veather, all и господа гуляют, чудесный зад ze ladies and gentlemen out valking in ze весь в цветочках! vonderful garden covered vith flowers!" При этих ее словах Эраст At these words Erast Fandorin cast a Петрович залился краской и искоса sidelong glance at Lizanka, but she had взглянул на Лизаньку, но та, evidently long ago become quite видно, давно привыкла к accustomed to her companion's distinctive своеобразному выговору своей mode of speech and she was gazing at him дуэньи, и смотрела все так же as trustingly and radiantly as ever.

доверчиво и лучисто.

– А было ли у него пенсне? "And did he have a pince-nez? Perhaps Может быть, не на носу, а торчало not on his nose but protruding from a из кармана? На шелковой ленте? – pocket? On a silk ribbon?" Fandorin threw сыпал вопросами Фандорин. – И не out questions one after another. "And did показалось ли вам, что он сутул? it not perhaps seem to you that he Еще вот что. Я знаю, что он был в slouched? And another thing. I know he сюртуке, но не выдавало ли was wearing a frock coat, but was there что-нибудь в его облике студента not anything about him to suggest he was – к примеру, форменные брюки? Не a student? uniform trousers, perhaps? Did приметили? you notice anything?" – Я всегда все приметила, – "Alvays haf I noticed eferyzing," the с достоинством ответила немка. – German woman replied with dignity. "Ze Брюки были панталоны в клетку из trousers vere check pantaloons of дорогой шерсти. Пенсне не было expensive vool. Zere vas no pince-nez at зовсем. Зутулый тоже нет. У того all.

господина была хорошая осанка. – No slouching eizer. Zat zhentleman had Она задумалась и неожиданно good posture." She began thinking and переспросила. – Зутулый, пенсне и suddenly asked him, "Slouching, pince штудент? Почему вы так сказали? nez, and a shtudent? Vy did you say zat?" – А что? – насторожился "Why do you ask?" Erast Fandorin said Эраст Петрович. cautiously.

– Странно. Там был один "It is strange. Zere vas von zhentleman господин. Зутулый штудент в zere. A shtudent with a slouch vearing a пенсне. pince-nez."

– Как!? Где!? – ахнул "What? Where?" gasped Fandorin.

Фандорин. "I zaw zuch a gentleman… jenseits*? on – Я видела такого господина… ze ozer side of ze railings, in ze jenseits… с другой стороны street. He vas standing zere and looking забора, на улице. Он стоял и на at us.

нас смотрел.

Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” Я еще думала, что зейчас господин I even sought zis shtudent vas going to штудент будет нам помогать help us get rid of zat dreadful man. And прогонять этот ужасный человек. И he vas slouching very badly. I saw zat он был очень зутулый. Я это afterward, after ze ozer zhentleman had увидела потом, когда тот господин already killed himzelf. Ze shtudent уже зебя убил. Штудент повернулся turned and valked avay qvickly qvickly.

и быстро-быстро ушел. И я And I saw zat he had a bad slouch. Zat увидела, какой он зутулый. Это happens ven children are not taught to бывает, когда детей в детстве не sit correctly in childhood.

учат правильно зидеть. Правильно Sitting correctly is very important. My зидеть очень важно. Мои vards alvays sit correctly. Look at ze воспитанницы всегда зидят Fr?ulein Baroness. See how she holds her правильно. Посмотрите на фрейлейн back? It is very beautiful!" баронессу. Видите, как она держит спинку? Очень красиво!

Вот здесь Елизавета At that Elizaveta Evert-Kolokoltseva Александровна покраснела, да так blushed, and so prettily that for a мило, что Фандорин на миг потерял moment Fandorin lost the thread of the нить, хотя сообщение девицы conversation, although Fr?ulein Pf?hl's Пфуль, несомненно, имело statement was undoubtedly of the utmost исключительную важность. importance.

Глава четвертая, повествующая о губительной силе красоты CHAPTER FOUR На следующий день в which tells of the ruinous power of одиннадцатом часу утра Эраст beauty SHORTLY AFTER TEN O?CLOCK IN THE Петрович, благословленный MORNING the following day, Erast начальником и даже наделенный Fandorin, endowed not only with his тремя рублями на экстраординарные chief's blessing but also with three расходы, прибыл к желтому корпусу rubles for exceptional expenses, arrived университета на Моховой. Задание at the yellow university building on было несложным, но требующим Mokhovaya Street. His mission was simple известного везения: разыскать enough in principle but would require a сутулого, не видного собой и certain degree of luck: to locate a отчасти прыщавого студента в rather ordinary-looking, somewhat pimply пенсне на шелковой ленте. student with a slouch and a pince-nez on a silk ribbon.

Вполне вероятно, что этот подозрительный господин учился It was entirely possible that this вовсе и не на Моховой, а в Высшем suspicious individual did not study at техническом училище, в Лесной the premises on Mokhovaya Street at all академии или вовсе в каком-нибудь but in the Higher Technical College or Межевом институте, однако the Forestry Academy or some other Ксаверий Феофилактович institute of learning, but Xavier Grushin (смотревший на своего юного (regarding his young assistant with a помощника с некоторым не лишенным mixture of astonishment and joy) had радости удивлением) был полностью concurred wholeheartedly in Fandorin's согласен с предположением surmise that in all probability the Фандорина – вернее всего "sloucher," like the deceased Kokorin, «зутулый», как и покойный pursued his studies at the university, Кокорин, учился в университете и and there was a very good chance that he очень возможно, что на том же did so in the self-same Faculty of Law.

самом юридическом факультете.

Одетый в партикулярное Dressed in his civilian clothes, Fandorin платье Эраст Петрович стремглав dashed headlong up the cast-iron steps of взлетел по истертым чугунным the front porch, rushed past the bearded ступеням парадного крыльца, attendant in green livery, миновал бородатого служителя в зеленой ливрее Борис Акунин «Азазель» Borin Akunin “Winter queen” и занял удобную позицию в and took up a convenient position in the полукруглой амбразуре окна, semicircular window embrasure? a vantage откуда отлично просматривался и point that afforded an excellent view of вестибюль с гардеробом, и двор, и the vestibule, with its cloakroom, and даже входы в оба крыла. Впервые с the courtyard, and even the entrances to тех пор, как умер отец и жизнь both wings of the building. For the first молодого человека свернула с time since his father had died and the прямого и ясного пути, смотрел young man's life had been diverted from Эраст Петрович на священные the clear road straight ahead, Erast желтые стены университета без Fandorin beheld the venerable yellow сердечной тоски о том, что могло walls of the university without an aching сбыться, да не сбылось. Еще in his heart for what might have been.

неизвестно, какое существование Who could say which mode of existence was увлекательней и полезней для the more fascinating and more useful for общества – студенческая зубрежка society: the book learning of a student или суровая жизнь сыскного or the grueling life of a detective агента, ведущего важное и опасное pursuing an investigation into an дело. important and dangerous case?

(Ладно, пусть не опасное, но все (Well, perhaps not dangerous, exactly, же чрезвычайно ответственное и but certainly crucially important and таинственное.) Примерно каждый highly mysterious.) Approximately one out четвертый из студентов, of every four students who hove into this попадавших в поле зрения attentive observer's field of view was внимательного наблюдателя, носил wearing a pince-nez, and in many cases it пенсне, причем многие именно на hung precisely on a silk ribbon.

шелковой ленте. Примерно каждый Approximately one student out of every пятый имел на физиономии five was sporting a certain quantity of некоторое количество прыщей. pimples about his face. Nor was there any Хватало и сутулых. Однако сойтись shortage of students with a slouch.

в одном субъекте все три приметы However, all three of these features никак не желали. seemed stubbornly disinclined to combine together in the person of a single individual.

Во втором часу проголодавшийся When it was already after one o'clock, Фандорин достал из кармана Erast Fandorin extracted a salami сандвич с колбасой и подкрепился, sandwich from his pocket and fortified не покидая поста. К тому времени himself without leaving his post. By this у Эраста Петровича успели time he had succeeded in establishing установиться вполне приязненные thoroughly amicable relations with the отношения с бородатым bearded doorkeeper, who told Fandorin to привратником, который велел звать call him Mitrich and had already imparted его Митричем и успел дать to the young man several extremely молодому человеку несколько valuable pieces of advice concerning ценнейших советов по поводу entry to the "nuversity."

поступления в «нивирситет».

Pages:     || 2 |

© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.