WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |

«. ...»

-- [ Страница 3 ] --

Сегодня шестьдесят пять лет, со всеми новы ми средствами, которыми располагает медицина, это не то, что прежде

.

Даже социальное страхование вам платит в случае болезни

.

Теперь ведь на Луну летают, черт подери

.

.

.

– Все кончено, все кончено

.

.

.

– Вовсе нет

.

Что кончено? Почему кончено? Есть знаменитое высказывание, которое гласит:

пока жизнь не угасла, есть надежда

.

Надо, чтобы вам написали новые песни, и вас окружат поклонники

.

– Я не об этом говорю

.

– Де Голль был королем Франции в восемьдесят два года, а мадам Симона Синьоре, которой примерно столько же лет, сколько вам, сыграла главную роль в каком фильме? «Вся жизнь впереди»

.

Да, «Вся жизнь впереди», мадам Синьоре около шестидесяти, и она получила «Оскара», настолько это было правдиво

.

У нас у всех жизнь впереди, даже у меня, хотя у меня на этот счет нет никаких претензий, клянусь вам

.

Я нежно прижал ее к себе, обняв за плечи, – надо уметь себя ограничивать

.

Впрочем, руки всегда оказываются короче, чем надо

.

Мне это было даже приятно, я интересовался одним существом, а не всеми истребляемыми животными особями!

Эмиль Ажар Страхи царя Соломона – Вы ничего не подписали, мадемуазель Кора

.

Вы не поставили своей подписи, вы не давали вашего согласия на тот возраст, который вам дает жизнь

.

– Надо быть вдвоем, – сказала она

.

– Вдвоем или в группе из тридцати человек, как угодно

.

– Группа из тридцати человек! Какой ужас!

– Это не я, а радио и телек советуют заниматься этим группами по тридцать человек, мадемуазель Кора

.

– Что ты несешь, Жанно? Этого не может быть!

– Если этим заниматься индивидуально, каждый сам по себе, то получился бы настоящий бордель

.

Ведь надо очистить половину Бретани

.

– А, ты говоришь о пролитой нефти

.

.

.

– Да

.

Я тоже хотел бы туда поехать, но не могу же я везде быть одновременно

.

А там у них тысячи добровольцев да еще пять тысяч солдат в помощь

.

Одной рукой я обнимал ее за плечи, а другой вел машину, но улицы были пустынны и опасности никакой не было

.

Она больше не плакала, но шея моя была совсем мокрая от ее слез

.

Она сидела совсем неподвижно, словно нашла наконец место, где ей было хорошо, и боялась его потерять

.

Лучше было с ней не разговаривать, чтобы не потревожить

.

Это было то мгновение, когда кошка начинает мурлыкать

.

Самое несправедливое для меня здесь то, что есть люди, которые, говоря о ней, сказали бы «старая кошка»

.

Все огни ночью кажутся оранжевыми, но я ехал очень медленно, словно она меня об этом попросила

.

Никогда еще не слышал, чтобы женщина так громко молчала

.

Когда я был мальчишкой, я тоже выкопал в саду небольшую яму и бегал туда прятаться, а голову накрывал одеялом, чтобы оказаться в темноте, – я играл в игру «мне хорошо»

.

Именно этим занималась мадемуазель Кора, когда утыкала свое лицо мне в шею и обнимала меня, – играла в то, что ей хорошо

.

Это чисто животное чувство

.

Таким образом согреваешься, и одно это не так уж плохо

.

Впервые я прижимал к себе даму в возрасте

.

В этом есть какая-то ужасная несправедливость – ведь для остального все предусмотрено, известно, что делать, если мучает жажда, голод, желание уснуть, а тут словно природа забыла про самое важное

.

Это то, что называют «черными дырами», которые, по сути, являются своего рода дырами памяти, забвением, в то время как свет гонит сон, вода утоляет жажду, фрукты приглушают голод, К этому надо еще добавить, что в нас сильна привычка слушаться, быть подчиненными, старая женщина и есть старая женщина, она должна это принимать как данность, и за ней нет никакой законной силы

.

Даже я, ощущая дыхание мадемуазель Коры на своей шее и прикосновение ее щеки и ее руки, обхватившие меня, весь одеревенел, чтобы она не подумала, что я отвечаю на ее жесты, я был смущен потому, что ей было шестьдесят пять лет, что и говорить, черт возьми, это было проявлением жестокости по отношению к животным с моей стороны

.

Когда у вас есть старая собака, которая подходит к вам, чтобы вы ее приласкали, то это считается в порядке вещей, все это ничуть не смущает, но когда мадемуазель Кора прижимается ко мне, у меня возникает отвращение, словно ее цифровое выражение превращает ее из женщины в мужчину, а я испытываю неприязнь к гомосексуализму

.

Я почувствовал себя настоящей сволочью, когда она меня поцеловала в шею, маленький торопливый поцелуй, словно с расчетом на то, что я его не замечу, и у меня кожа покрылась мурашками от ужаса, это мое рабское послушание, тогда как наш первый долг – отказываться принимать определенные вещи и идти против природы, если природа подсовывает нам цифровые условности, количество лет, которые она отмечает на грифельной доске, старость или смерть, а это запрещенный прием

.

Я хотел повернуться к ней и поцеловать ее в губы как женщину, но я был заблокирован, а ведь в России, говорят, даже мужчины целуются в губы, не испытывая отвращения

.

Но этот обычай уходит, видно, Эмиль Ажар Страхи царя Соломона в глубь веков, это генотип

.

Словом, наследственные гены

.

И нечего тут кричать: «К оружию, граждане!», природе на это наплевать, ее не испугаешь дурацкими надписями на стенах

.

Мною с такой силой овладела потребность протеста, решительного отказа подчиниться, что я весь напрягся

.

Я остановил такси, заключил мадемуазель Кору в свои объятия, словно это был не я, а кто-то другой, и поцеловал ее в губы

.

Я сделал это не ради нее, а из принципа

.

Она прижалась ко мне всем телом и то ли вскрикнула, то ли зарыдала, никогда не знаешь, может, это на грани отчаяния

.

– Нет, нет, не надо

.

.

.

Мы должны быть разумны

.

.

.

Она слегка откинулась назад и гладила меня по волосам, а тут еще ее косметика, выпитое шампанское и весь тот урон, который нанесла жизнь, пройдясь по ней, а от волнения, которое охватило ее в эту минуту, она постарела еще на десять лет, и я торопливо прилип губами к ее губам, только бы не видеть

.

Это опять приступ сентиментальности, в духе того, что я испытал из-за той фотографии норвежского или канадского убийцы, замахнувшегося дубинкой над головой детеныша тюленя, который глядит на него, – у нее был тот же взгляд

.

– Нет, Жанно, нет, я слишком старая

.

.

.

Это уже невозможно

.

.

.

– Кто это решил, мадемуазель Кора? Кто издал такой закон? Время – изрядная дрянь, его власть во где сидит!

– Нет, нет

.

.

.

нельзя

.

.

.

Я поехал дальше

.

Она рванулась ко мне, снова уткнула свое лицо мне в плечо, и каждый вздох давался ей с невероятным трудом, словно она боролась за него с воздухом

.

Малень кая девочка, которую загримировали и переодели в старуху и которая не понимает, как это сделали, когда и почему

.

Ужасно стареть только внешне

.

Теперь она плакала уже тихо, от меня она отодвинулась и плакала одна в темноте, как это обычно и бывает

.

Газета права, когда требует отмены одиночек

.

Я поставил такси на тротуар

.

В лифте она пробормотала:

– Я, наверно, жутко выгляжу

.

А потом она совершила некий поступок

.

Я знал, что ей необходимо себя как-то защитить

.

Она открыла сумочку, вынула оттуда три купюры по сто франков и протянула их мне

.

– Возьми, Жанно

.

У тебя были расходы

.

Я едва не рассмеялся, но она придерживалась правил своих жанровых песен

.

Сутенер, перо, африканские батальоны, Сиди-бель-Аббес, легионер, запах раскаленного песка

.

Не знаю, что пели Фреель и Дамиа, но я постараюсь выяснить

.

Я взял бабки

.

.

.

Мадемуазель Кору необходимо было успокоить

.

Если я беру деньги, то все в порядке

.

Она чувствовала почву под ногами

.

Она даже не успела зажечь свет, я обнял ее, и она тут же забормотала «нет, нет» и еще «сумасшедший» и всем телом прижалась ко мне

.

Я ее не раздел, так было лучше, я приподнял ее и понес в спальню, ударяясь о стены, бросил на кровать и дважды подряд, без перерыва, овладел ею, но на самом деле не только ею, но всем миром – потому что вот оно, бессилие перед порядком вещей

.

И я почувствовал себя совершенно опустошенным от несправедливости и гнева

.

Некоторое время она еще стонала, а потом совсем утихла

.

Во время нашей близости она выкрикивала мое имя, очень громко, и еще «мой дорогой, мой дорогой, мой дорогой», она думала, что это относится лично к ней, но на самом деле это было что-то гораздо большее

.

Когда она умолкла и уже не двигалась и признаком жизни оставалось лишь ее слабое дыхание, я продолжал ее нежно сжимать в объятиях и искать ее губы и сам не знаю почему, но вспомнил слова Чака о том, что повсюду есть могилы Христа, которые надо освободить

.

Мы лежали в темноте, поэтому мадемуазель Кора была красивой и молодой, в Эмиль Ажар Страхи царя Соломона моих объятиях, в моей душе, в моем сознании ей было восемнадцать лет

.

Я думал также о царе Соломоне, который в восемьдесят четыре года с высоко поднятой головой шел к ясновидящей, чтобы показать, что нет границ нашей жизни

.

Я чувствовал, как тело мадемуазель Коры бьет крылами, как птица в бухте, залитой нефтью, которую я видел по телеку, – она тщетно пыталась взлететь

.

Повсюду убивают, а я не могу быть везде в одно и то же время

.

Ваш номер не отвечает

.

Плевать я хотел на камбоджиек, их всех все равно нельзя перетрахать

.

Марсель Беда, бывший Жанно Зайчишка, На парижских улицах собирают деньги в помощь голодающим в «третьем мире»

.

Чак говорит, что они никогда не убьют Альдо Моро, это было бы слишком литературно

.

Prima della Revolutione

.

Надо стать настолько киноманом, чтобы уничтоженные виды животных были бы для тебя всего лишь зрелищем

.

Они придумали акулу в фильме «Челюсти», чтобы зло творил кто-то другой, а не мы, виновата была на этот раз акула, а не мы

.

Царь Соломон ошибся этажом

.

Нужно было телефон вовремя установить в доме на сто миллионов этажей, а коммутатор должен был бы быть в сто миллионов раз мощней

.

Но ваш номер не отвечает

.

Я ласкал мадемуазель Кору, снова и снова, так нежно, что и вообразить нельзя

.

Наконец что-то было в моей власти

.

Чак говорит, что не надо впадать в отчаяние, потому что в каждом человеке спрятано человеческое существо и рано или поздно оно проявится

.

Потом я помог ей раздеться, снять платье и остаться голой, даже когда она зажгла свет, потому что я смелый

.

Я чувствовал себя гораздо спокойнее, чем до этого, когда она бормотала «о да, дорогой», «да, да, сейчас», «да, да, я люблю тебя», и вовсе не из-за этих слов, которые ничьи и все же подтверждают твое присутствие, а из-за ее голоса, который свидетельствовал о том, что она совсем потеряла голову

.

Я никогда еще никого не делал таким счастливым

.

Мой отец мне рассказывал, что во время оккупации во всем испытывали недостаток, но на черном рынке можно было достать любую вещь

.

Говорили «на черном», чтобы подчеркнуть, что это было нелегально, никто не имел на это права

.

Мадемуазель Кора не имела права быть счастливой из-за грифельной доски на спине, где значился ее возраст, но она все-таки была счастлива «по-черному»

.

– Что такое? Почему ты смеешься?

– Ничего, мадемуазель Кора, просто получается, что мы с вами промышляем на черном рынке

.

.

.

Но она была слишком взволнована, чтобы смеяться

.

– О, не обращайте внимания, мадемуазель Кора, мне хорошо, и в голову лезет всякая чушь

.

.

.

– Правда? Тебе правда хорошо со мной?

– Конечно

.

Она снова погладила меня по волосам

.

– Я сделала тебя счастливым?

Тут, честно говоря, у меня глаза на лоб полезли, потому что это уж все же чересчур

.

– Конечно, мадемуазель Кора

.

Она несколько оживилась, и рука ее стала меня искать, словно она хотела мне доказать, что она мне нравится, а потом она вся целиком этим занялась, нервно, словно впала в па нику, и ей было необходимо насчет чего-то успокоиться

.

Я ее успокоил

.

Когда девчонка, не имеющая никакого опыта, хочет себе доказать, что она вам нравится, это всегда волнует, а у мадемуазель Коры уже не было никакого опыта

.

Она все делала крайне неуклюже и су дорожно, словно надвигалась катастрофа

.

Нет ничего более несправедливого, чем женщина, боящаяся, что она утратила свою сексапильность

.

Все эти мысли им вдалбливают в голову Перед революцией (ит

.

)

.

Эмиль Ажар Страхи царя Соломона из-за законов рынка, от которых они зависят

.

Она снова протянула руку в темноту, и тогда я тут же снова начал заниматься с ней любовью, чтобы мучительная пауза не затянулась, не мог же я встать и уйти, бросить ее одну: мол, извините, я лишь заглянул к вам

.

Я не мог стереть надпись с ее грифельной доски, но ей нечего было извиняться и чувствовать себя виноватой в этом

.

Счетоводство в бухгалтерских книгах природы выглядит фальшиво

.

А фальшивки и их употребление должны быть в компетенции судов и прочих высших инстанций

.

Чак тысячу раз прав, когда говорит, что все это из области эстетики и что женщина может себе позволить иметь увядшую кожу, обвисшую задницу и пустые груди только в искусстве, а в жизни все это ей приносит всегда вред в силу Декларации прав человека

.

Мадемуазель Кора прилипла губами к моим губам и снова принялась бормотать «мое обожаемое сокровище», «чудо мое, любовь моя», и это было скорее трогательно и согревало сердце, нынешние девчонки никогда тебе не скажут «обожаемое сокровище» или «чудо мое, любовь моя»

.

Поэзия теперь стала другой

.

Потом она еще долго лежала совершенно неподвижно, словно мертвая, но при этом держала мою руку в своей, чтобы, видимо, быть уверенной, что я не улечу

.

А ей надо было бы знать, что удирать – это не в моем стиле

.

Это как царь Соломон, который весь обращен в будущее и смотрит ему прямо в глаза и даже сшил себе костюм, которому пятьдесят лет не будет сносу, он спокоен, не знает страха, и когда он говорит: «Мы не знаем, что нам предстоит в будущем», то улыбается от радости, так как знает, что предстоит одно хорошее

.

Тишина стояла такая, что даже шум машин с улицы не нарушал ее

.

Бывают же такие хорошие мину ты, когда никто ни о ком не думает и на всем свете царит мир

.

Я был исчерпан, и это всегда уменьшает тревогу

.

Недаром говорят о пользе физической нагрузки, о благостном воздействии тяжелой работы

.

Мой отец мне говорил: «Если ты каждый день вкалываешь восемь часов в шахте

.

.

.

» Профессия шахтера – это не просто так

.

.

.

Она встала, чтобы пойти в ванную комнату – иногда это бывает необходимо

.

Я протянул руку, чтобы зажечь свет, чего ради оставаться в потемках

.

– Нет, нет, не зажигай

.

.

.

Я зажег

.

Не ее это вина, черт возьми, ей незачем чувствовать себя виноватой

.

Это была маленькая лампочка с оранжево-красно-розовым абажуром, но я смотрел бы на нее с не мень шей нежностью, если бы зажег прожектор

.

Никогда не видел восемнадцатилетнюю девчонку, по которой проехалось время, время – самый беспощадный враг травести

.

– Не смотри на меня так, Жанно

.

– Почему? Это в правах человека

.

Единственное место, где она допустила промашку, это низ живота

.

Он был совсем серый

.

Понадобилось несколько секунд, чтобы я понял, в чем дело: она не покрасила там свои волосики, оставила их седыми, потому что потеряла надежду

.

Она говорила себе, что, так или иначе, никто их никогда больше не увидит

.

Я тут же вскочил, сжал ее в своих объятиях и немного побаюкал

.

Потом пошел пописал и оставил ванную комнату в ее распоряжении

.

Я взял из ее сумки сигарету и снова лег

.

Я чувствовал себя хорошо

.

Спальня мадемуазель Коры была очень женственной

.

Большой черно-белый полишинель, обычно лежавший на кровати, упал на пол

.

Я поднял его

.

Сложить его можно было как угодно

.

Стены были разрисованы цветами, и повсюду глаз натыкался на разные мелкие предметы вроде тех, что можно увидеть в витрине магазина подарков

.

В кресле сидел плюшевый мишка коала с широко расставленными лапами

.

В комнате висели настоя щие картины, на которых были изображены кошки и деревья, а также фотография ведущего какого-то ревю с девицами, задирающими ноги;

на ней было написано: «Моей большой де вочке»

.

А еще я увидел фотографии Ремю, Анри Гара и Жана Габена в фильме «Лик любви»

.

Настоящий музей

.

На стене напротив кровати висела большая фотография мадемуазель Коры Эмиль Ажар Страхи царя Соломона в рамке из черного бархата

.

До чего же она была тогда молодой и красивой! Однако узнать ее было легко, было семейное сходство между фотографией и ею теперешней, наверное, не один мужик вздыхал по ней, но досталась она в конце концов мне

.

Лампочка у кровати освещала все мягким светом, и мне это было приятно

.

Я часто говорил Тонгу, что мы могли бы совершить небольшое усилие и как-то обставить нашу конуру, вместо того чтобы делать вид, что это не имеет никакого значения

.

В магазинах выставлено много красивых ламп, и нет причины обходиться без них

.

Мадемуазель Кора вошла в спальню

.

На ней был розовый пеньюар с оборками

.

Она села на край кровати, и мы взяли друг друга за руки, чтобы убедиться, что мы здесь

.

Косметику она сняла

.

Между ее лицом и лицом других женщин теперь не было большой разницы

.

Без косметики было, пожалуй, лучше, как-то более доверительно

.

Все было видно

.

Стояла подпись

.

Жизнь любит больше всего оставлять на всем свой автограф

.

– Хочешь чего-нибудь выпить?

Черт подери, неужели она опять начнет предлагать сидр?

– Если у вас есть кока

.

.

.

– Нету, но обещаю, что в следующий раз будет

.

.

.

Я помолчал

.

Конечно, я еще приду к ней

.

Собственно, нет оснований

.

.

.

Я надеялся, что мы останемся друзьями

.

– Выпьешь немного сидра?

Видно, это у нее что-то религиозное

.

– С удовольствием, спасибо

.

Мадемуазель Кора пошла на кухню, а я вдруг впал в отчаяние

.

Захотелось все бросить и бежать отсюда со всех ног, все это бессмысленно

.

Я отправился в ванную комнату и выпил воды из-под крана

.

Когда я вернулся в комнату, там уже была мадемуазель Кора с бутылкой сидра и двумя стаканами на подносе

.

Она разлила сидр

.

– Вот увидишь, Жанно, все у нас получится

.

– Я не большой поклонник проектов на будущее

.

– У меня еще сохранились связи

.

Я знаю немало людей

.

Необходимо, чтобы ты брал уроки

.

Пение и немного танца

.

Что касается дикции, то мы ее менять не будем

.

Ты говоришь как раз так, как надо: грубовато, как хулиган, но ярко, находчиво

.

.

.

Одним словом, говор улицы

.

Если сравнить тебя с теми, кого мы теперь видим в кино или по телевизору, то сразу понимаешь, что ты настоящая находка

.

Есть еще Лино Вентура, но он уже совсем немолод

.

А что до певцов, то нет ни одного, который походил бы на настоящего мужчину

.

Это место вакантно, ты можешь его занять – у тебя все есть для этого

.

Она не переставала говорить, словно боясь, что может меня потерять

.

Первое, что необхо димо сделать, это поместить мою фотографию в справочнике актеров

.

Она этим займется

.

– Мне всегда хотелось кем-нибудь заняться, помочь стать настоящей звездой

.

Вот уви дишь

.

– Послушайте, мадемуазель Кора, вы не должны давать мне гарантии

.

Мне на это плевать

.

Вы и представить себе не можете, до какой степени мне плевать

.

Не так уж мне хочется быть актером, просто мне совсем не хочется быть самим собой, слишком велика нагрузка, и прежде всего

.

.

.

Я чуть было не сказал, что это я займусь вами, но это прозвучало бы слишком покро вительственно

.

Я встал, и она сразу испугалась, что, может быть, видит меня в последний раз

.

Она ничего не понимала

.

Решительно ничего

.

И именно это и называют инстинктом самосохранения

.

Эмиль Ажар Страхи царя Соломона – Мадемуазель Кора, я вас ни о чем не прошу

.

Хотите, чтобы я сказал, что думаю? Вы плохо к себе относитесь

.

Я наклонился к ней и поцеловал ее

.

Это был глупый, едва ощутимый поцелуй

.

Такой мимолетный, что его как бы и не было

.

Но я не сразу разогнулся, а продолжал еще несколько секунд нежно на нее глядеть

.

Мадемуазель Кора ничего не поняла, она думала, что все это относится лично к ней

.

Она не поняла, что это жест любви как таковой

.

– До свидания, мадемуазель Кора

.

– До свидания, Жанно

.

Она обняла меня за шею

.

– Я еще не могу в это поверить, – сказала она

.

– Для женщины самое тяжелое – это жить без нежности

.

.

.

– Не только для женщины, мадемуазель Кора, а для всех

.

Если ее нет, нам надо как-то выходить из положения

.

Матери бывают так нежны со своими детьми именно поэтому – чтобы у них потом сохранились хорошие воспоминания

.

Я приподнял ее и прижал к себе

.

Я испугался, что мне снова захочется заниматься с ней любовью, у меня это автоматический рефлекс, а если бы это случилось, она подумала бы, что я таким образом обхожу чувства

.

– Ты сделал меня такой счастливой

.

.

.

А я тебе даю хоть капельку счастья, Жанно?

– Да, конечно, я счастлив, мне достаточно на вас посмотреть

.

.

.

Я положил ее на кровать и ушел

.

Я думал о том, что нет необходимости любить кого-то, чтобы его еще больше любить

.

Эмиль Ажар Страхи царя Соломона XIX Когда я вышел из ее подъезда, было шесть утра и бистро напротив дома как раз открыва лось

.

Его лысый хозяин был из тех типов, которым вы до фени

.

Я с ним поздоровался, а он мне даже не ответил

.

Я выпил подряд три чашки кофе, а он все на меня посматривал

.

Любо пытно, однако, что есть такие, и их много, которые с первого взгляда не могут меня терпеть

.

Несомненно, это заслуга моей физиономии

.

К тому же я всегда начеку, скрываюсь за улыбоч кой типа «вооружен и очень опасен»

.

Чак еще добавляет, что в моем облике сильно мужское начало и это не нравится тем, у кого его не хватает

.

А может быть, это просто естественный антагонизм

.

Я дважды спросил хозяина, сколько я ему должен, а он в ответ молчал

.

Я тоже едва мог его выносить, особенно после этой ночи, от которой я едва очухался

.

Остатки волос у него были тщательно зализаны над ушами, он был в белой рубашке и синем фартуке и расположился на другом конце стойки, словно чувствуя, что я нуждался в дружбе

.

Не знаю, откуда у меня в характере склонность к благотворительности, не от своих же стариков я это унаследовал

.

Мой отец всю свою жизнь только и делал, что раздавал пассажирам пробитые им билеты, а мать просто давала всем подряд, Чак считает, что у меня то, что называется «комплексом Спасителя», а этого не прощают

.

Есть опасность, что я убью человека

.

Возле кассы стоял транзистор

.

Я наклонился и включил его

.

Хозяин стрельнул в меня глазами

.

– Извините меня, если я разрешаю себе лишнее, – говорю я ему, – это из-за утечки мазута в океане

.

По национальности я бретонец, мой отец дома, в Бретани, он там баклан

.

Еще один кофе, пожалуйста

.

Он обслужил меня с такой поспешностью, как если бы я был Мезрин

.

Радио сообщило мне, что все птицы, гнездившиеся на островах, погибли, и, странным образом, я почувствовал облегчение – уже делать было нечего

.

В моей помощи никто не нуждался

.

Уф! Одной заботой меньше

.

Йоко приколол у нас на стене репродукцию, изображающую святого Георгия, сража ющегося с драконом, но он интересовался только Южной Африкой

.

Будь я меньшим эгоистом, мне было бы наплевать на огорчение, которое они все мне причиняют

.

Хозяин был обо мне такого плохого мнения, что мне захотелось в подтверждение унести транзистор

.

Людям необходимо убеждаться в своей правоте

.

Но я успокоился на мысли о такой возможности и даже рассмеялся

.

Я заплатил за последний кофе и ушел, не доставив ему удовлетворения

.

Было уже половина седьмого, я отвез такси в гараж на улицу Метари, где в семь за ним придет Тонг

.

Это был его день

.

Я взял свой велосипед и поехал в Бют Шомон, на улицу Кале, дом 45

.

Там на пятом этаже в квартире с окнами, выходящими во двор, поселилась моя семья, переехавшая из Амьена в Париж

.

Там прошли восемнадцать лет моей жизни, там я слышал постоянно «Где это ты шлялся весь день?»

.

Мой отец на меня совсем не похож, не понимаю, как у меня оказался такой отец

.

Сорок лет своей жизни он пробивал дырки на билетах в метро

.

Есть люди, которые ездят на метро, а тут метро его заездило

.

У него красивое лицо, характерное для наших мест, седые волосы и седые усы

.

Есть люди, которые становятся красивыми к шестидесяти годам

.

Отец открыл мне дверь

.

Он был в подтяжках

.

Мы пожали друг другу руки

.

Он отлично понимает, что я упал далеко от родной яблони

.

Для него главное – это уважение к труду, Знаменитый французский гангстер, прославившийся количеством ограбленных банков и побегов из тюрем

.

Район в Париже

.

Эмиль Ажар Страхи царя Соломона политические программы, дискуссии на уровне ячейки

.

Отец считает, что старость – это проблема социальная, а смерть – явление естественное

.

– Ну, Жан, как ты поживаешь?

– Неплохо

.

Свожу концы с концами

.

– По-прежнему такси?

– И еще, при случае, всякие мелкие починки

.

Он подогрел мне кофе, и мы сели

.

– А помимо этого? По-прежнему живешь с товарищами?

– Да, все с теми же

.

– В твоей жизни не хватает женщины

.

– Единственной женщине в моей жизни лет шестьдесят пять

.

Вывшая певица

.

Она хочет мне помочь стать актером

.

Я не хотел его огорчать

.

Я рассказывал, чтобы самому сориентироваться

.

Быть может, Кора и я – это и в самом деле что-то очень уродливое

.

Парни моего возраста слишком просто все понимают

.

Я доверял отцу

.

Он знал нормы поведения

.

Он всегда был профсоюзным активистом

.

– Я не стану актером, не огорчайся, – сказал я ему

.

Мы сидели за кухонным столом, напротив нас было окно, выходившее во двор, и там все было серым, но лицо отца стало еще более серым

.

– Короче, тебя содержит старуха

.

– Нет

.

Мне надо было бы сказать тебе «да», чтобы подтвердить твое мнение, но это не так

.

Иногда она сует мне какую-нибудь купюру и я ее беру, но только чтобы ей было легче

.

Это очень романтическое существо

.

Ее песни вошли ей в плоть и кровь, она пела про каторгу, гильотину, африканские батальоны, легионеров, бандитов

.

Ее репертуар куда старше ее

.

Тебе это, наверное, покажется странным, но когда она мне сует бабки и я их беру, она чувствует себя уверенней

.

То, что она поет, называют жанровые песни

.

Про хулиганов, про девиц с незаконнорожденными младенцами, ну и тому подобное

.

Ее зовут Кора Ламенэр, может, видел афиши в метро, когда был молодым

.

Вы примерно одного возраста

.

Он взял лежавший на столе круглый деревенский хлеб и начал его медленно резать на очень ровные ломти, чтобы укрыться чем-то привычным, домашним

.

У нас дома он всегда резал хлеб

.

Это мое первое воспоминание после ухода матери

.

Он мне сказал: «Твоя мать ушла от нас», а потом начал медленно резать деревенский хлеб красивыми ровными ломтями

.

– Ты специально пришел, чтобы мне это сказать? Что тебя содержит старуха?

Он положил хлеб, ломти и нож на клеенку в бело-синюю клетку

.

– Мы давно не виделись, вот я тебе и рассказываю

.

– Если у тебя возникла потребность поговорить со мной об этом в семь утра, значит, тебя это мучает

.

– Не без этого

.

– Ничего более ужасного не случилось?

– Нет, ничего

.

– Полиция тебя не разыскивает?

– Пока нет

.

К этому пока еще не относятся как к агрессии против старых людей

.

– Нечего дурака валять

.

– Я рассказал тебе об этой тетеньке, потому что я и правда не очень ясно понимаю, что я делаю

.

А вот у тебя четкие нормы поведения

.

Во всяком случае, бабки здесь ни при чем

.

– Ты ищешь себе оправдание

.

Продолжать разговор смысла не имело

.

Эмиль Ажар Страхи царя Соломона – Что поделаешь, мне нравится старая кожа, должно быть, я извращенец

.

Он молчал, упершись руками в колени, и глядел на честный, надежный хлеб, лежащий на столе

.

Просто не верилось, что совсем седой человек шестидесяти лет не понимал, что можно любить стариков

.

– Начинают, как ты, а потом совершают вооруженные налеты на почтовое отделение

.

Я не уверен, что этого еще не случилось, раз ты пришел ко мне в такой ранний час

.

Я снова ощутил, что меня захлестывает какое-то особое чувство

.

Оно постепенно подыма лось все выше, мне становилось жарко, и я расплылся в улыбке

.

– Дай мне десять минут, чтобы уйти, прежде чем позовешь легавых

.

Я испытывал нежность к нему и к его деревенскому хлебу, надежному, честному, весомому, но разговаривать смысла не имело: когда любишь, как дышишь, такие, как он, принимают это за болезнь дыхательных путей

.

Эмиль Ажар Страхи царя Соломона XX Я вернулся в нашу конуру

.

Дома никого не было, не считая святого Георгия, который единоборствовал на стене с драконом

.

Я залез на свой второй этаж и долго там лежал – ноги мои свисали, а голову я обхватил руками и все старался себя понять, определить, на каком я свете, и что я творю, и куда двигаться дальше, и почему я должен оставаться здесь, а не отправиться куда-то еще, и что мне сделать, чтобы как-то упорядочить свою жизнь и побороть мой дурацкий характер, который вынуждает меня повсюду и одновременно быть добровольцем

.

.

.

А может, мне следует вступить в какой-нибудь монашеский орден?

Возможно, мой отец прав и существует только социальная правда

.

Тогда можно было бы еще как-то выйти из положения, предпринимая всяческие меры, а в конце сказать, мол, простите, но больше ничего нельзя сделать, мы попали в зону невозможного

.

Но тогда – к царю Соломону ни ногой

.

Стариков не навещать – это плохой пример для молодежи

.

Я взял словарь Чака и посмотрел слово старость

.

Там было: последний период человеческой жизни, следующий за зрелостью и характеризующийся явлением старческого маразма

.

Я посмотрел «старческий маразм», и это оказалось еще хуже

.

Мне следовало бы любить их издалека, теоретически, не посещая их

.

Так нет же, мне надо было прожить любовную историю, начав ее с конца!

Я поставил словарь на его постоянное место

.

Чака очень интересуют мои отношения со словарями

.

Он наслаждается, когда видит, что я открываю словарь и начинаю искать какое-то слово

.

– Ты делаешь это, чтобы отдалиться

.

Ради отчуждения

.

– Что это значит?

– Отойти в сторону, отстраниться от того, что тебя задевает и пугает

.

Отстраниться от волнения

.

Это форма самозащиты

.

Когда ты испытываешь из-за какой-то вещи тревогу, ты ее отодвигаешь от себя, сводя к сухому понятию из словаря

.

Ты ее, так сказать, охлаждаешь

.

Возьми для примера слезы

.

Ты хочешь их избежать, и ты ищешь это слово в словаре

.

Он пошел к полке и взял толстый Бюдэн

.

– Слеза – капля влаги, прозрачная и соленая, возникающая из-за активизации дея тельности слезных желез

.

Вот что такое слезы по словарю

.

Это их здорово удаляет от нас, верно? Ты прокладываешь себе дорогу к стоицизму, вот что с тобой происходит

.

Ты очень хотел бы быть стоиком

.

Бесчувственным

.

Скрестить руки, обдать холодным взглядом свысока и сказать «до свидания, извините, но я вас всех вижу издалека, едва различая»

.

Ты ищешь слова, чтобы все сгладить

.

Меня не трогало, что Чак на мне разрабатывает свои научные теории, он тоже должен жить

.

Я все еще валялся, разглядывая свои кроссовки, а ноги мои по-прежнему свисали, когда вдруг появился Чак

.

Он всю ночь отвечал по телефону службы SOS

.

Ночью бывает больше всего звонков, и теперь он зашел домой, чтобы переодеться

.

Мои свисающие ноги были, видно, подобны сигналу бедствия, потому что он тут же кинул на меня животно-равнодушный взгляд

.

Только он умеет, благодаря своим очкам, держать вас на расстоянии

.

– Что случилось, старик?

– А то, что я этой ночью засадил мадемуазель Коре

.

– А!

Эмиль Ажар Страхи царя Соломона У него особая манера произносить это «а», давая понять, что ничего его не удивляет и что он никак не судит – ни что хорошо, ни что плохо, ни что красиво, ни что уродливо, ни что велико, ни что ничтожно

.

Этот тип всегда изображает из себя такого бывалого, все перевидавшего мужика, будто ему не двадцать пять лет, а двенадцать

.

– Да, я ее поимел

.

– Ну и что? Я не вижу тут никакой проблемы

.

Если ты ее захотел, и она

.

.

.

– Я ничуть ее не хотел, черт возьми!

– Выходит, ты это сделал по велению любви

.

– Да, но она решила, что это лично к ней относится

.

Чак высоко поднял брови и проверил, хороню ли надеты очки, – это максимум, на что он был способен, чтобы показать, что наш разговор ему не безразличен

.

– А!

– Да-а! Она не поняла

.

– Ты мог ей объяснить

.

– Нельзя объяснить женщине, что ты трахал ее из любви к человечеству, – Всегда есть возможность все сказать по-хорошему

.

– По-хорошему

.

.

.

Да пошел ты!

.

.

Это совершенно омерзительно – выбрать себе тетку и потрахаться с ней не любя, только потому, что кругом красивые молодые телки

.

И так хватает несправедливостей, незачем еще добавлять

.

Я трахнул мадемуазель Кору, но не лично ее, а лично несправедливость в ее лице

.

Я в очередной раз стал альтруистом-любителем

.

– Ну переспал ты с ней, ничего страшного, она от этого не умрет

.

– Я не должен был этого делать

.

Я мог бы придумать что-нибудь другое

.

– Что именно?

– Не знаю, но есть и другие способы проявить симпатию

.

У Чака на голове трехэтажная копна волос

.

И рост у него, должно быть, метр девяносто, уж очень он высокий, зато грудь впалая, а ноги худые, как у розового фламинго

.

Будь он спортивен, из него получился бы профессиональный баскетболист

.

– Я влип в отвратительную историю, Чак

.

Может, мне лучше уехать на некоторое время из Франции, чтобы было чем оправдаться? Я не намерен продолжать, хотя она на это рассчи тывает, но и прекратить я тоже не могу, потому что тогда она почувствует себя очень старой

.

Я сделал это, поддавшись какому-то порыву, вот и все

.

– Вы можете остаться друзьями

.

– А как мне ей объяснить? Что я ей скажу? Все равно она будет считать, что все дело в ее возрасте

.

Чак говорит с американским акцентом, и от этого любые слова в его устах звучат как-то особенно и кажутся новыми

.

– Ты ей объяснишь, что в твоей жизни была другая женщина, что ты потерял голову от мадемуазель Коры, но прежняя все узнала, и так жить невозможно

.

Конечно, она посчитает тебя донжуаном

.

– Ты что, смеешься надо мной? Кстати, я вспомнил, что надо вынести помойное ведро

.

Сегодня твоя очередь

.

– Я знаю

.

Но шутки в сторону, тебе необходимо перевести эту историю из сексуального аспекта в сентиментальный

.

Ты ее навещаешь время от времени, берешь за руку, глядишь ей в глаза и говоришь: «Мадемуазель Кора, я вас люблю»

.

Я ему улыбнулся

.

– Бывают минуты, когда мне хочется разбить тебе морду, Чак

.

– Да, я знаю это чувство бессилия

.

Эмиль Ажар Страхи царя Соломона – Что мне делать?

– Быть может, она сама тебя бросит

.

А в следующий раз, если на тебя найдет такое, прошвырнись по улице и покидай крошки воробьям

.

– Будет тебе

.

.

.

– Неужели такое может взбрести в голову – засадить женщине из жалости!

Мне надо было сдержаться

.

В самом деле, мне надо было сдержаться

.

– Я засадил не из жалости

.

Я это делал из любви

.

Ты прекрасно это понимаешь, Чак

.

Из любви, но лично к ней это не имеет никакого отношения

.

Ты знаешь, что у меня это вообще любовь

.

– Да, любовь к ближнему, – сказал он

.

Я вскочил с кровати и вышел из комнаты

.

Он меня просто доставал

.

На лестнице я потоптался и вернулся назад

.

Чак чистил зубы над умывальником

.

– Одну вещь мне хотелось бы все же уточнить, старик, – сказал я ему

.

– Ты из тех типов, которые все перепробовали и не пришли ни к чему

.

Ты сделал свой вывод

.

Он заключается в том, что все и ничего – одно и то же

.

Но в этом случае объясни мне, какого черта ты торчишь два года в Сорбонне? Никто не может тебя ничему научить

.

Тогда зачем тебе это надо?

Я схватил пачку ксероксов лекций, которые им читают, и его заметки и выкинул все это в окно

.

Чак заорал так, будто его трахают в задницу, – впервые мне удалось вывести его из себя

.

Меня это смягчило

.

Он кинулся вниз по лестнице и орал: «Fucking bastard, son of a bitch», и я побежал и помог ему собрать листочки

.

Проклятый ублюдок, сукин сын (англ

.

)

.

Эмиль Ажар Страхи царя Соломона XXI Было уже почти десять часов, и я направился в книжную лавку

.

Алина уже была там

.

Как только она меня увидела, она тут же пошла и принесла мне словарь

.

От каждого ее движения меня обдавала волна приятного запаха

.

Я взял словарь, но это был не тот, что мне нужен

.

– Нет ли у вас медицинского?

Она мне его принесла

.

Я посмотрел слово «любовь», но не нашел

.

– Тут нет того, что мне надо

.

– А что вы ищете?

– Я ищу слово «любовь»

.

Мне хотелось ее рассмешить, потому что, когда над чем-то смеешься, все становится менее серьезным

.

Но эту девчонку так просто не проведешь, сразу видно

.

Было видно и то, что я от этого болен

.

Мне хотелось ей сказать: «Послушайте, я люблю женщину, которую я совсем не люблю, и от этого я ее еще больше люблю, вы можете мне это объяснить?» Я этого не сказал – когда люди еще мало знакомы, трудно выставить себя в смешном виде

.

– Вы не найдете «любовь» в медицинском словаре

.

Обычно это считается естественным стремлением человеческой души

.

Я тоже не засмеялся

.

Я снова взял словарь Робера

.

Я прочел вслух, чтобы и ей была польза:

– Любовь – предрасположенность желать благополучия не себе, а другому и быть ему всецело преданным

.

.

.

Вот видите, это же ненормально

.

Она молчала и смотрела на меня почти без иронии

.

Я надеялся, что она это не воспринима ет как религиозное проявление с моей стороны

.

Высокая блондинка, которая не употребляет никакой косметики

.

– У вас нет больше словаря?

– Да, здесь краткие формулировки, – сказала она

.

– Это словарь для постоянного пользо вания

.

Чтобы был под рукой

.

В случае необходимости

.

Я воскликнул, как Чак:

– А!

– Для скорости

.

Еще у меня есть большой Робер в шести томах и универсальная энцик лопедия в двенадцати

.

И еще несколько других словарей

.

– У вас дома, чтобы знать в случае необходимости, или только здесь?

– Не смешите меня

.

.

.

Как вас зовут?

– Марсель

.

Марсель Беда

.

А у Зайчиков меня зовут Жанно

.

– Пошли

.

Она привела меня в комнату в глубине магазина, где все стены были уставлены одними словарями

.

Она сняла с полок все на букву «л» и положила на стол передо мной

.

Скорее, бросила

.

Пожалуй, чересчур резко

.

Она не была разгневана, но несколько раздражена

.

– Ищите!

Я сел и стал искать

.

Алина оставила меня одного, но время от времени возвращалась

.

– Вы довольны? Получили то, что вам надо? Или хотите еще другие?

Эмиль Ажар Страхи царя Соломона Волосы у нее были очень коротко подстрижены, что было неоправданной расточительно стью

.

На вид они казались поразительно мягкими

.

Глаза были светло-каштановые, с янтарным оттенком, когда становились веселыми

.

– Вот! – Я заложил пальцем

.

– Вот здесь не меньше чем четыре страницы любви

.

– Да, они сократили до предела, – сказала она

.

Мы оба засмеялись, чтобы ее слова показались смешными

.

– И они даже приводят примеры, желая показать, что все это существует, – сказал я

.

– Послушайте

.

В живописи любовь – некий пушок, который делает полотно крайне воспри имчивым к клею

.

На этот раз она смеялась по-настоящему, без грусти

.

Я был доволен, я делаю счастливой еще одну женщину

.

Говорят, что в СССР есть школы клоунов, где вас учат жить

.

Я продолжал в том же духе:

– Любовь – в каменностроительных работах – особая маслянистость, которую гипс оставляет на пальцах

.

.

.

Она так смеялась, что я счел себя общественно полезным

.

– Не может быть

.

.

.

Вы меня разыгрываете

.

Я показал ей словарь Литтрэ

.

– Читайте сами

.

– Любовь –

.

.

.

особая маслянистость, которую гипс оставляет на пальцах

.

.

.

Она смеялась до слез

.

А я из кожи вон лез

.

– Любовь в клетке: ботанический термин

.

Термин соколиной охоты: «летать из люб ви» говорится о птицах, которые летают в свободном полете, чтобы поддержать со бак

.

.

.

– Не может быть!

Я показал пальцем

.

– Вот, сами посмотрите

.

.

.

Чтобы поддержать собак

.

И вот еще: любовь в женском роде имеет единственное число только в поэзии

.

Несколькими строками ниже стояло: Нету красивой печали и уродливой любви, но эту фразу я сохранил для себя, я не прочел ее вслух: это было бы неделикатно по отношению к мадемуазель Коре

.

– Что вам больше нравится? Особая маслянистость, которую гипс оставляет на паль цах, или некий пушок, который делает полотно крайне восприимчивым к клею?

– Это правда очень смешно, – сказала она, но, судя по ее виду, она в этом все больше сомневалась

.

– Да, в моей профессии необходимы хохмы

.

– Чем вы занимаетесь?

– Учусь в школе клоунов

.

– Интересно

.

Я и не знала, что такая существует

.

– Конечно существует

.

Я учусь там уже двадцать первый год

.

А вы?

В ее взгляде появилось много симпатии

.

– Двадцать шестой, – сказала она

.

– У меня есть подруга, она учится этому шестьдесят пять лет, а мой друг, месье Соломон, брючный король, восемьдесят четыре

.

Я сказал не сразу, чтобы не показаться чересчур уверенным:

Во французском языке слово «любовь» (l’amour) может быть мужского и женского рода

.

Эмиль Ажар Страхи царя Соломона – Может, нам вдвоем удалось бы сделать клоунский номер

.

.

.

Скажем, завтра вечером

.

– Приходите ко мне в следующую среду

.

Будут друзья

.

И спагетти

.

– А раньше нельзя?

– Нет, нельзя

.

Я не стал настаивать

.

Спагетти я не очень люблю

.

Она написала мне адрес на листочке бумаги, и я ушел

.

Вы заметили, что «уходить» мое любимое слово?

Эмиль Ажар Страхи царя Соломона XXII Когда я вышел на улицу, меня снова охватила тоска, и на этот раз с полным основанием

.

Я нашел себя в словаре

.

Я не сказал этого Алине, я вовсе не был заинтересован в том, чтобы она меня поняла, я боялся, что разочарую ее

.

Но я сразу нашел себя в словаре и выучил это определение наизусть, чтобы не ломать голову в следующий раз

.

Любовь – предрасположен ность желать благополучия не себе, а другому и быть ему всецело преданным

.

Я словно дерьма нажрался, словно стал своим собственным врагом и врагом общества номер один

.

У меня было еще и дополнение

.

На том, что имеешь предрасположенность желать благополучия не себе, а другому и быть ему всецело преданным, в моем случае дело не кончается, хотя и этого хватает, но совсем невыносимо, когда думаешь о каком-то ките, которого и в глаза-то не видел, о бенгальских тиграх, о чайках в Бретани или о мадемуазель Коре, не говоря уже о месье Соломоне, – все они находятся во взвешенном состоянии, в ожидании

.

.

.

К тому же там стояло еще определение, которое на меня набросилось, как ястреб на птичку: Любовь – глубокая и бескорыстная привязанность к какой-то ценности

.

Эти сволочи даже не говорят, к какой именно

.

Выходит, с тем же успехом я могу вернуться к своему отцу, сесть справа от него и созерцать с любовью его прекрасный, надежный и честный деревенский хлеб

.

Глубокая и бескорыстная привязанность к какой-то ценности

.

Я тут же снова примчался в книжную лавку, потому что ценность не может ждать годы

.

Мне было необходимо найти ее немедленно

.

Я был уверен, что если буду искать как следует, то между «а» и «я» на двух тысячах страниц что-нибудь да найду

.

– Я забыл маленький Робер

.

– Вы его берете?

– Да

.

Я должен продолжить свои поиски

.

Мне надо бы взять самый большой, в двена дцати томах, там уж наверняка все найдешь, надо только не лениться

.

Но я тороплюсь, меня подгоняют разные страхи, так что я возьму пока маленький в ожидании лучшего

.

– Да, – сказала она

.

– Я понимаю

.

Есть столько вещей, которые постепенно теряешь из виду, и тогда словарь может быть очень полезен, он напоминает, что эти вещи существуют

.

Она проводила меня до кассы

.

Ее походка радовала глаз

.

Жаль, что у нее так коротко подстрижены волосы

.

Чем больше женщины, тем лучше, нечего волосы так коротко стричь, но зато чем их меньше, тем больше шеи, которая мне у нее тоже нравилась, – увы, всего одновременно не получишь

.

– В среду, полдевятого, не забудьте

.

– В половине девятого, на спагетти, но если вы захотели бы отменить друзей, то из-за меня не стесняйтесь

.

И мы снова рассмеялись, чтобы подчеркнуть, что это не всерьез

.

Я вскочил на свой «солекс» и помчался прямо к царю Соломону, чтобы убедиться, что он все еще жив

.

Когда он утром просыпается, он каждый день должен быть приятно поражен

.

Не знаю, в каком возрасте начинаешь взаправду считать

.

Под мышкой у меня был Робер, и я выписывал на своем стареньком велосипеде арабески в форме спагетти, думая о среде вечером

.

Мне не повезло, месье Тапю пылесосил лестницу, и я сразу заметил, что он был в своей лучшей форме

.

В последний раз я видел его таким, когда левые выигрывали выборы – «этим и должно было кончиться, я всегда это говорил, мы все пропали, так нам и надо»

.

Сперва он Эмиль Ажар Страхи царя Соломона мне ничего не сказал, он торжествовал молча, чтобы я мог вообразить худшее

.

Утром в такси я слышал, что в очередном конфликте между палестинцами и евреями погибло несколько сот человек, и, судя по роже месье Тапю, он был в восторге от случившегося

.

Но это были лишь мои предположения

.

Истинктивно я подготовился к защите и втянул голову в плечи, потому что никогда не знаешь, какой удар вам нанесет этакий мудак

.

– Поглядите-ка на мою находку

.

.

.

Он вытащил из кармана тщательно сложенную страницу газеты и протянул ее мне

.

– Он это обронил в лифте

.

– Кто?

– Король евреев, черт побери, только он может себе такое позволить!

Я развернул страницу

.

Там были объявления

.

На обеих сторонах

.

Молодая блондинка с золотистыми волосами ищет партнера для длительной дружбы

.

.

.

Ищу мужчину прав дивого, великодушного, образованного, который мечтает обо мне, не будучи со мной знаком

.

Сорок, сорок пять лет

.

.

.

Некоторые из этих объявлений были очерчены красным карандашом

.

Красивая молодая женщина мечтает о твердой руке, которая сжимала бы ее руку

.

.

.

Молодая женщина, любящая чтение, музыку, путешествия

.

.

.

Мне тридцать пять лет, и меня считают красивой, люблю умиротворяющие пейзажи и пастельные цвета и хотела бы познакомиться с человеком с ясной душой, чтобы плавать в тихих водах

.

Я не поддался

.

– Ну и что?

Тапю так разинул пасть, что стала видна ее глубинная чернота

.

– Вы соображаете? Вашему царю Соломону восемьдесят четыре года! И он еще ищет родную душу

.

Он хотел бы

.

.

.

ха-ха-ха! Нет, это уж слишком! Человек с ясной душой, чтобы плавать в тихих водах

.

.

.

Ну нет! Больше не могу

.

.

.

– Ну и он не может

.

– Нет, вы не понимаете! Он ищет родную душу!

– Что вы об этом знаете? Это можно читать и из

.

.

.

Я чуть было не сказал «из любви», но он не понял бы, впрочем, я тоже не понимал

.

Мо жет, месье Соломон читал это если не для того, чтобы бросить вызов, то чтобы наплевать на невозможное и чтобы успокоиться, – сознание, что не только ты один одинок, успокаива ет

.

Эти объявления давали и те – их было немало, – кто на пятьдесят лет его моложе, они так страдают от одиночества, что видят в этих объявлениях якорь спасения – в маленьких объявлениях, которые гудят, как рог в тумане

.

Какая молодая ласковая женщина, умеющая считать лишь до двух, готова разделить жизнь одинокого человека, никогда не имевшего склонности к одиночеству?

.

.

Может ли жизнь мне еще улыбнуться глазами молодой жен щины, настроенной на будущее?» Брюнетка с вьющимися волосами, изящная, хрупкая, челнок, уставший от волн, ищет надежное пристанище

.

– Это можно читать из чувства симпатии, твою мать!

– Симпатии? А я вам говорю, он еще ищет

.

Вот подчеркнутые им объявления!

Это было правдой

.

Аккуратно, красным карандашом, сбоку

.

– Вы себе представляете? Нет, вы только себе это представьте! Что он воображает? В это просто невозможно поверить, в его-то годы! И у него есть предпочтения

.

Он их нумерует!

Этот негодяй Тапю не только одерживал верх надо мной, он просто уложил меня на обе лопатки

.

Потому что сомнений не было

.

Месье Соломон их действительно пронумеровал в по рядке предпочтения

.

Номер 1

.

Помечено его рукой

.

Разведенная женщина без детей, трид Эмиль Ажар Страхи царя Соломона цати пяти лет, хотела бы начать новую жизнь с мужчиной пятидесяти-пятидесяти пяти лет, который тоже мечтает построить жизнь заново

.

.

.

Тапю наклонился над моим плечом, тыча в текст пальцем:

– И он хочет выдать себя за мужчину пятидесяти-пятидесяти пяти лет, он пытается жуль ничать, как всегда делал в бизнесе

.

Он хочет ее обмануть, это сильнее его! Сила привычки

.

Но, в конце концов, неужели он не понимает, что подошел к самому концу, или он просто издевается над людьми?

Номеру два было тоже тридцать пять лет, она обладала веселыми глазами и чарующим смехом

.

Всем подчеркнутым претенденткам было между тридцатью и тридцатью девятью

.

Царь Соломон не остановил свой выбор ни на одной старше сорока

.

Видимо, он не хотел, чтобы разница между ними была меньше сорока четырех лет

.

Одно исключение, правда, он сделал, но сомневался в нем

.

Он это объявление не пронумеровал и не подчеркнул

.

Признаюсь, мне пятьдесят лет, хотя мне и не верят

.

Где он, зрелый мужчина, который взял бы в свою твердую руку руль моей жизни? В конце объявления стоял вопросительный знак

.

Месье Соломон тоже поставил его сбоку

.

– Посмотрите-ка на это!

Месье Тапю вырвал страницу у меня из рук

.

Он искал, сопя, как собака ищет место, что бы помочиться, и сунул мне в лицо объявление посередине страницы, тщательно обведенное красным карандашом: независимая молодая женщина, тридцати семи лет, деятельная, любящая все, что связано с интеллектом, и Овернь в осеннее время, ищет нежного чело века, располагающего досугом, чтобы совместно противостоять жизни до конца своих дней

.

Фаллократам воздержаться

.

Фаллократам воздержаться было подчеркнуто три раза красным карандашом

.

.

.

– Фаллократам воздержаться, вы представляете? Нет, скажите, вы себе представляете? Он подчеркнул» это шанс, который нельзя упустить! Фаллократам воздержаться! Конечно, в его возрасте вряд ли еще можно трахаться! И тут он сразу сообразил, что это случай для него!

А, каково? Я вам говорю, это уж точно, ваш царь Соломон еще мечтает!

Что и говорить, я был в незавидном положении, но позиций не сдавал

.

– Это смеха ради, – сказал я ему

.

– Он этим занимается, чтобы позабавиться

.

– Да, конечно, еврейский юмор, известное дело! – визжал месье Тапю

.

– Неужели старый человек не имеет права читать сентиментальные объявления в вечер своей жизни, чтобы вспомнить былое, – орал я

.

– Он садится в кресло, закуривает сигару и читает трогательные объявления о родных душах, которые разыскивают друг друга» а потом улыбается и бормочет «Ах, эти молодые» или что-нибудь в этом роде

.

Всегда чувствуешь себя спокойнее, когда видишь, что есть еще люди, которые чего-то ищут! Ему это помогает обрести душевный покой, черт возьми!

Но Тапю меня полностью раздавил, мне казалось, что он топчет меня ногами

.

– А я вам говорю, что он верит в Деда Мороза, ваш еврейский король

.

И какая порочная натура! Заметьте, он подчеркнул объявления не про старых грымз, а про юных дам! Как ему только не стыдно, в его-то возрасте!

Он даже плюнул на свою лестницу

.

Я вырвал из его лап газетную страницу и скрылся в лифте

.

Пока лифт подымался, меня трясло от бешенства, потому что я не смог защитить ме сье Соломона, который лишь проявлял интерес ко всем жизненным ситуациям и подчеркивал красным карандашом те предложения, которые, как ему казалось, были наиболее заманчивы и вполне могли бы быть осуществлены

.

И если он их нумеровал, то вовсе не потому, что они интересовали лично его и он собирался в восемьдесят четыре года начать новую жизнь и еще повстречать на своем пути любовь, а просто потому, что в этих маленьких объявлениях Эмиль Ажар Страхи царя Соломона проглядывали особо волнующие судьбы, вполне заслуживающие самого гуманного подхода

.

Я думаю, что Чак ошибается в своем циничном суждении, уверяя, что избыток страданий заставляет месье Соломона издеваться над самим собой, что он король иронии еще в большей мере» чем король брюк, и что, не будь он королем иронии, он не объявил бы себя на своих витринах королем брюк, потому что так назвать себя можно было бы, только не боясь про слыть человеком несерьезным, стать предметом насмешек, взбаламутить библейскую пыль

.

Чак утверждает, что месье Соломон использует насмешку, чтобы смягчить мысль о неумоли мом конце

.

Я никогда не поверю, что месье Соломону, обладающему умом, который трудно встретить у людей, занимающихся готовым платьем, умом под стать не брючному мастеру, а таким большим людям, как покойный Шарль де Голль или Карл Великий, когда им было столько же лет, подходит определение «иронист», как уверяет свихнувшийся Чак, Прежде всего это мало что дает как способ самозащиты, потому что восточное единоборство тоже имеет границы возможного

.

Достаточно вспомнить Брюса Ли, который был сильнее всех, но это не спасло его от смерти

.

Чак всё всегда знает лучше других и говорит, что великой мечтой человечества всегда был стоицизм

.

Я все же остановил лифт между этажами и открыл словарь на «стоицизм», потому что месье Соломон прожил так долго, что, возможно, и нашел что-то, позволяющее ему обрести на том пороге, на котором он сейчас находится, какую-то точку опоры

.

Там было написано:

Стоицизм – мужество, чтобы переносить боль, несчастья, лишения с внешне безразлич ным видом

.

Доктрина, которая проповедует безразличие по отношению ко всему, что воздействует на чувствительность человека

.

Тут я разом забыл про месье Соломона, по тому что чувствительность для меня на самом деле была врагом рода человеческого, если можно было бы от нее избавиться, удалось бы наконец обрести покой

.

Эмиль Ажар Страхи царя Соломона XXIII Я вошел в квартиру, тщательно вытерев ноги, – не сделать этого было единственным способом вывести месье Соломона из себя

.

Несколько минут я постоял у коммутатора, чтобы узнать новости

.

Пять альтруистов-любителей отвечали на звонки

.

Они делали что могли

.

На этот раз среди них сидела и толстая Жинетт, которую я не выносил, потому что она приходила сюда ради себя

.

Ее расчет был всем известен: когда она слушала про несчастья, о которых ей рассказывали по телефону, она чувствовала себя лучше и меньше думала о себе – всегда испытываешь облегчение, как говорит религия, когда думаешь о тех, кто несчастнее тебя

.

Возникает ощущение, что в это время тебя как бы становится меньше

.

Чак уверял, что это она выбрала себе такой режим для похудения – отвечать на звонки

.

Это называется терапией

.

Конечно, реально она веса не теряла, но ее вес становился для нее менее тяжелым

.

Я спорил на эту тему с Чаком, пытаясь убедить его, что она дрянь, если приходит сюда только для того, чтобы за чужой счет облегчить свою душу, но он возражал мне, что она сама не отдавала себе отчета в том, что с ней происходит, что это срабатывало подсознание

.

Она была белобрысой, со стеклянными глазами, конечно, не в самом деле стеклянными, но такого блекло-голубого цвета, что они казались стеклянными

.

Я думаю, что месье Соломон ее держал потому, что она очень легко плакала, а это было утешением для тех несчастных, кто звонил

.

Для человека, который нуждается в симпатии, который чувствует себя одиноким, очень важно суметь задеть другого за живое, вызвать эмоциональный отклик

.

Если твое несчастье выглядит в чужих глазах незначительным, то это последнее дело, просто хуже не бывает

.

Помимо Жинетт и Лепелетье у коммутатора дежурили двое новичков, которых я не знал

.

Я слышал, что накануне месье Соломон их проверял, чтобы быть уверенным, что они не ищут личной выгоды

.

Неделю назад он отказал двум любителям, которые постепенно превратились в бездушных профессионалов, это как в карате, когда тебя много бьют, мышцы становятся твердыми

.

Лепелетье говорил с каким-то парнем, который не мог больше жить, потому что чувствовал себя одним на свете:

– Это отвратительно, Николя

.

.

.

Тебя зовут Николя, ведь верно? Так вот, отвратительно думать, что ты один на свете, когда четыре миллиарда человек находятся в таком же поло жении и с каждым днем их становится все больше по демографическим причинам

.

Когда так себя чувствуешь, то выходит, ты не испытываешь ни к кому сострадания

.

.

.

Что? Подожди, дай мне подумать

.

Он прикрывает рукой микрофон и поворачивается к мне:

– Черт подери! Этот тип мне говорит, что он чувствует себя одним на свете именно потому, что на Земле живет четыре миллиарда людей и это превращает его в ничто

.

Что я могу ему сказать в ответ?

– Скажи ему, чтобы он перезвонил тебе через десять минут, а ты пойди посоветуйся с царем Соломоном

.

У него всегда на все есть ответ

.

А я не силен в арифметике

.

.

.

– Так вот же он, нужный ответ

.

.

.

Алло, Николя? Послушай меня, Николя, это не вопрос арифметики

.

Сколько тебе лет? Семнадцать? Ты уже должен понимать, что, когда говорят, что на Земле четыре миллиарда человек, это значит, что это ты и есть четыре миллиарда

.

Словно на Земле четыре миллиарда тебя

.

Это делает тебя значительным, ведь верно? Ты понимаешь?

Ты не один на свете, ты – четыре миллиарда

.

Представляешь себе? Это же великолепно! Это все меняет

.

Ты – француз, ты – африканец, ты – японец

.

.

.

Ты везде, старик, ты по всей Земле!

Эмиль Ажар Страхи царя Соломона Подумай об этом и перезвони мне

.

Я буду у телефона в пятницу от пяти часов до полуночи

.

Меня зовут Жером

.

Надо научиться по-новому считать, Никол я

.

Тебе семнадцать лет, и ты должен знать новую математику

.

Один на свете – это старая математика

.

Тебе кажется, что ты не имеешь значения, потому что ты не умеешь считать

.

Не забудь мне перезвонить, Николя

.

Я буду ждать твоего звонка

.

Слышишь, я буду ждать, не забудь, Николя

.

Я на тебя рассчитываю, помни об этом

.

Это было очень важно – убедить их, что мы ждем их звонков

.

Важно, когда у тебя де прессия, чувствовать, что кто-то на другом конце телефонного провода тобой интересуется и с тревогой ждет от тебя вестей

.

Это придает тебе значение

.

Есть такие, которые не открывают газ, потому что знают – их звонка ждут

.

Так можно продержать звонящего от одного теле фонного разговора до другого, пока у него не пройдет пик кризиса и останется привычный кризис

.

У месье Соломона работали три психолога и помогали ему своими советами

.

Любителя, который сидел рядом с Лепелетье, звали Вейнс

.

Месье Соломон взял его, пото му что в каком-то смысле он был рекордсменом: немцы, когда они были нацистами, уничтожи ли всю его огромную семью – тридцать одного человека

.

Месье Соломон говорил, что такое количество жертв в одной семье никому, кроме Вейнса, не выпало на долю, и это несомненно придает ему известный авторитет

.

Он был старше всех нас, ему уже исполнилось сорок пять, рыжеватый бледный парень с вьющимися волосами, но уже с пролысинами, с веснушками того же цвета, что и волосы, и в очках

.

Очки были в роговой оправе, а роговую оправу де лают из панцирей больших морских черепах и для этого их истребляют

.

Поди разберись во всем этом! Ему следовало бы носить очки в металлической оправе, учитывая его судьбу

.

Он был самым терпеливым из всех нас, у него был спокойный, мягкий голос, его месье Соло мон нашел первым для своей ассоциации альтруистов-любителей, но он должен был вскоре нас покинуть, он уже десять лет отвечал на звонки, стал сердечным больным, и теперь врач запретил ему слушать рассказы о чужих несчастьях

.

Найти людей, пригодных для «SOS альтруисты-любители», было трудно, потому что трудно все время выражать симпатию, не превращаясь постепенно либо в бесчувственный автомат, либо в жертву хронической депрессии

.

К примеру, у нас был на редкость человечный парень, и он отвечал на звонки исправно в течение многих месяцев

.

Этот месье Жюстен – так его звали – расстраивался всерьез от каждого звонка, все принимал очень близко к сердцу, а тут обмануть невозможно, собеседник на том конце провода всегда чувствует меру искренности

.

Так вот, повторяю, от каждого звонка он всерьез волновался

.

Работал он у нас, скрывая это от своей жены, чтобы она не думала, что он ей изменяет, разговаривая с другими

.

Может быть и такая точка зрения на это, потому что, говоря с другими, иногда и вправду нахо дишь утешение

.

Но это не имело ни малейшего отношения к месье Жюстену, который был чрезвычайно bona fide

.

Это выражение месье Соломон сохранил в памяти со времен своих занятий латынью, и означало оно высокую пробу

.

Так вот, месье Жюстен из кожи вон лез, чтобы помочь тем, с кем говорил, он так и стоит у меня перед глазами, вижу, как он вытирает платком пот со лба

.

И вот однажды он рухнул

.

Ему позвонил какой-то тип и сказал, что он больше не может жить, так жестоко его преследует судьба

.

Он потерял работу, здоровье его совсем расстроилось, дочка принимает наркотики, а жена его бесстыдно обманывает

.

Месье Жюстен выслушал его не напрягаясь, как обычно, и сказал в ответ:

– Что ж, друг мой, все могло быть куда хуже

.

– Что может быть еще хуже, что? – вопил его клиент

.

– Вы считаете, что всего этого мало?

Добросовестный (лат

.

)

.

Эмиль Ажар Страхи царя Соломона – Нет, хватает, но могло быть куда хуже, если все эти неприятности были бы у меня

.

И он захохотал

.

Когда начинается приступ депрессии, такое коленце люди, оказывается, часто выкидывают

.

Это поступок того же сорта, как, скажем, взять и опрокинуть тарелку шпината на голову ни в чем не повинного человека

.

Эту историю потом всем пересказывали, я ее не выдумал

.

Такое и не выдумаешь

.

Но, насколько я знаю, это здорово помогло тому, кто звонил, – он явился к нам, чтобы дать месье Жюстену по морде, в нем вновь пробудилась энергия, а это как раз то, что было нужно

.

Вейнс, конечно, заметил, что со мной не все в порядке, но не стал задавать мне вопросы, потому что мы были друзьями

.

Он передал мне список поручений, такой список бывает каж дый день, особенно после ночных дежурств, потому что не все, кто звонит, удовлетворяются телефонным разговором, многие требуют, чтобы к ним пришли, они так и говорят: не придете немедленно, брошусь в окно

.

На пятьдесят звонков, может, только один выполнит свою угро зу, но и этого достаточно

.

У нас есть специальные дежурства на эти экстренные случаи

.

Я сунул список в карман и чуть было не сказал Вейнсу, что провел ночь с человеком, которому нужно было мое присутствие, и что с меня хватит

.

Но я этого все-таки не сделал, это было бы нечестно по отношению к мадемуазель Коре

.

Эмиль Ажар Страхи царя Соломона XXIV Я вышел из коммутаторской и прошел через маленькую приемную, в которой никогда ни кого не было, там только стояло шесть всегда пустых кресел

.

Из-за этих шести всегда пустых кресел мы и называли ее приемной

.

На одной стене висели картина и букет желтых цветов, а напротив – репродукция автопортрета месье Леонардо да Винчи, который он написал, когда был еще очень старым

.

Я говорю «еще» потому, что вскоре после этого он умер

.

Месье Со ломон много раз обращал мое внимание на этот портрет, он готов был на него смотреть без устали, потому что месье Леонардо жил шесть веков назад и дожил до девяноста с лишним лет, а ведь с тех пор продолжительность жизни сильно увеличилась благодаря научным до стижениям

.

Месье Соломон смотрел на этот портрет, который был карандашным рисунком, и говорил мне: «Это ведь вселяет надежду, не правда ли?», и, как всегда, я не знал, всерьез ли он так считает или просто смеется надо мной

.

Я постучал в дверь кабинета, которая выходила в маленькую приемную

.

Не знаю, впрочем, почему он называл эту комнату маленькой приемной, быть может, где-то в глубине квартиры была еще и большая приемная, где можно было ждать куда дольше, а это усиливает надежду

.

Он крикнул мне: «Входите»

.

Я набрался смелости и крепко сжал в руке газету с объявлениями

.

Месье Соломон был в сером спортивном костюме, а на груди белыми буквами было на чертано: training

.

Он сидел на корточках, согнув колени и вытянув вперед руки, а перед ним лежала открытая книга с разными гимнастическими позами

.

Он просидел так довольно дол го, а потом стал медленно подниматься, раскидывая руки в стороны, широко раскрывая рот и наполняя грудь воздухом

.

После этого он занялся бегом на месте и прыжками с подняты ми руками

.

Я испытал от этого некоторый ужас, особенно когда он сел на пол и попытался коснуться руками пальцев ног, делая при этом ужасную гримасу

.

– Бог ты мой, будьте осторожны! – заорал я, но он продолжал корчиться

.

Я подумал, что он во власти сарказма и что он корчится под его воздействием;

сарказм по-латыни «sarcasmus», по-гречески «sarkasmos» – кусать свою плоть, поднять на смех, издеваться, насмехаться

.

Он стискивал зубы так, что у него глаза вылезали из орбит, со лба капал пот, и, быть может, он был во власти бешенства, отчаяния, враждебной старости

.

Кто знает!

На несколько мгновений он замер, склонив голову и закрыв глаза, потом бросил на меня взгляд

.

– Да, мой друг, я тренируюсь, тренируюсь

.

Я это делаю по методу, принятому в канадской авиации, по-моему, он лучший

.

Я был сыт по горло

.

– Зачем вы тренируетесь, месье Соломон? На что это вам там понадобится?

– Что за странный вопрос! Всегда готов противостоять, это мой девиз

.

– Готов к чему? Противостоять чему? Там вам ходить пешком не придется, за вами приедут на машине

.

Вы меня извините, месье Соломон, не думайте только, что я считаю вас мудаком или кем-то подобным, то огромное уважение, которое я к вам испытываю, мне это никогда не позволило бы, но сердце мое просто разрывается на части! Вы настолько увлеклись иронией, что рискуете сами стать предметом насмешек! Вы – герой, вы четыре года просидели в темном подвале на Елисейских полях во время немецкой оккупации, но теперь, в ваши годы, ради Эмиль Ажар Страхи царя Соломона кого или чего вы тренируетесь, разрешите вас все же спросить, месье Соломон, при всем моем почтении к вам

.

Я сел, настолько у меня от гнева тряслись колени

.

Месье Соломон встал, повернулся к окну и начал глубоко вдыхать и выдыхать воздух

.

Он надувал свою грудь с начертанным на ней словом training, он вставал на цыпочки, разводил руки и впускал воздух в глубины легких

.

Потом выдыхал его полностью, не оставляя ничего, как в лопнувшей шине

.

И снова начинал наполнять себя воздухом до самого нутра, а затем – пс-с-с – опять выдыхал до полной пустоты

.

Наконец он остановился

.

– Помни, мой юный друг

.

Вдыхай и выдыхай

.

Когда ты это проделаешь в течение восьми десяти четырех лет, как я, что ж, ты станешь мастером в искусстве вдыхать и выдыхать

.

Он скрестил руки и стал делать приседания

.

– Вам не следует этого делать, месье Соломон, потому что вы можете упасть, а у людей вашего поколения кости хрупкие, это очень опасно

.

Падая, можно сломать шейку бедра

.

Месье Соломон глядел на словарь, который я держал под мышкой

.

– Почему вы всегда ищете определение в словарях, Жан?

– Потому что они внушают доверие

.

Месье Соломон одобрительно наклонил голову, словно слово «доверие» получило его пол ное одобрение

.

– Это хорошо, – сказал он

.

– Свою веру надо хранить как зеницу ока

.

Без этого нельзя жить

.

И Робер оказывает нам в этом смысле большую помощь

.

Он стоял возле окна, и лицо его было ярко освещено

.

Мне вспомнилось, как Чак мне сказал однажды, что у месье Соломона уже его окончательное лицо

.

Окончательное – за фиксированное таким образом, что изменить что-либо уже невозможно

.

Закрепленный, незыблемый, бесповоротный

.

Окончательное – решение, которое исчерпывает какой-то вопрос

.

Я подумал о мадемуазель Коре

.

Я прекрасно понимал, что против «окончательного» не попрешь, бесполезно

.

Но для нее кое-что сделать можно

.

Ей можно помочь

.

Я снова пойду к мадемуазель Коре и постараюсь сделать все как можно лучше

.

Для нее это будет легче сделать, чем для месье Соломона, потому что она еще не была в курсе того, что с ней происходит

.

Тем временем месье Соломон закончил свои упражнения

.

Он сел против меня в большое кресло и застыл в неподвижности

.

Над ним на стене висела большая фотография – он стоял перед своим магазином готового платья, окруженный своими служащими

.

Он заметил, что я поднял глаза, разглядывая фотографию, слегка повернулся в ее сторону и тоже стал на нее смотреть не без удовольствия

.

– Это моя фотография, когда я был в расцвете сил, мужчина хоть куда, – сказал он

.

– Это были и годы апогея моих деловых успехов

.

.

.

Сарказм – от греческого слова «sarkasmos», что значит кусать свою плоть, поднять на смех, насмехаться, издеваться

.

Великий актер Граучо Маркс впал к концу своей жизни в сенильный маразм, а месье Соломон страдал всего лишь от потери гибкости в ногах, от боли в суставах, от хрупкости костей и от общего состояния возмущения и неподчинения, что питало его сарказм

.

Он все еще с улыбкой смотрел вверх, на фотографию, где можно было прочесть слова:

Соломон Рубинштейн, брючный король

.

Этим все сказано, как говорится, ни добавить, ни убавить

.

– Да, это был апогей моего величия, зенит успеха

.

.

.

Эмиль Ажар Страхи царя Соломона Мы сидели друг против друга и молчали

.

– Правда, вы не стали пианистом-виртуозом, месье Соломон, но ведь брюки тоже очень нужны

.

Он барабанил пальцами по ручке кресла

.

У него были длинные, очень белые пальцы

.

Я сделал некоторое усилие, напряг башку и увидел его фотографию в рамке на стене – он сидит перед концертным роялем во фраке, а в зале не меньше десяти тысяч человек

.

– Да, конечно, – сказал он, и я опустил глаза с тем уважением, которое испытываешь к глубокой мысли

.

Я старался не смотреть на него чересчур пристально, как я это обычно делал помимо своей воли, замечая мельчайшие подробности, чтобы потом лучше вспоминать

.

Я его очень любил и сделал бы все, что угодно, чтобы сбавить ему пятьдесят лет и даже больше

.

Я встал

.

– Вы уронили это в лифте

.

Я догадывался, что он не покраснеет, потому что в его возрасте кровообращение такое, что уже не краснеют

.

Но все же я ожидал, что застану его врасплох

.

Ничуть не бывало! Вместо того чтобы проявить смущение и искать какие-то оправдания, месье Соломон взял у меня из рук листок с объявлениями с явным удовлетворением, он так при этом оживился, что сомне ний быть не могло

.

Вы, может быть, читали, что в каком-то подземелье нашли головы королей Франции, которых Революция казнила в Нотр-Дам

.

Так вот, у месье Соломона такая голова, она выбита из камня и достоинства

.

Я могу вам это еще раз подтвердить, потому что, сколько бы это ни повторяли, всегда будет недостаточно, – у него вид величественный

.

Я знаю, что на этот счет словарь выражает сомнение, поскольку в нем стоит: Величественный – тот, кто внушает большое уважение, преклонение и кто этого достоин

.

И он добавляет ряд синонимов: великий, благородный, уважаемый, священный, святой, почтенный, почитае мый

.

В виде примера в словаре приведены строки месье Виктора Гюго: Засеет ниву до небес/ Руки величественный взмах

.

А потом было приведено и другое значение: тип клоуна

.

Месье Соломон был явно очень рад вновь получить эту страницу с брачными объявлени ями, а я вам клянусь, я очень внимательно наблюдал за ним, потому что с ним никогда не знаешь, кто перед тобой в данный момент: сеятель, который величественным жестом расши ряет пространство, или своего рода клоун

.

– А, вот она, эта страничка! – воскликнул месье Соломон

.

– А я как раз думал, где же я ее потерял

.

И, опираясь обеими руками о кресло, встал, пересек комнату и сел за свой большой письменный стол филателиста

.

– Ее нашел месье Тапю

.

– Хороший человек, хороший человек, – дважды повторил месье Соломон, видимо, из любви к противоречиям

.

– Да, злобный мудак, – подтвердил я

.

Месье Соломон не стал настаивать на своем мнении, он предпочел промолчать

.

Он схватил со стола лупу филателиста и стал снова изучать брачные объявления

.

– Идите сюда, Жанно, будете мне советовать

.

Иногда он говорит мне «ты», а иногда «вы», это зависит от того, насколько он меня при ближает к себе

.

– Что советовать, месье Соломон? Вы в самом деле хотите подцепить женщину или просто меня мучаете, да так, что у меня живот болит?

– Пожалуйста, не говорите «подцепить женщину», Жанно, женщина не грипп

.

Мне хоте лось бы, чтобы вы относились к языку Вольтера и Ришелье-Друо с большим уважением, мой Эмиль Ажар Страхи царя Соломона друг

.

Поглядим-ка

.

.

.

Всю свою жизнь, а это немалый срок, я буду помнить, как месье Соломон склонился над страничкой с брачными объявлениями

.

Невозможно себе представить, что такой вели чественный человек искал забвения в таком смехотворном и пустом занятии по причинам метафизического отчаяния, которые возникли, как утверждает Чак, именно в силу отсутствия метафизики

.

Я это рассуждение даже записал на своем магнитофоне

.

В силу отсутствия ме тафизики – так сказал Чак

.

Если вам так повезло, что вы чего-то не понимаете, то этот шанс упускать не надо, надо хоть зафиксировать

.

– Я уже подчеркнул несколько объявлений, которые могли бы меня заинтересовать

.

Ищу крепкое полувековое плечо, которое не против, чтобы на него склонилась нежная, веселая, чувственная головка

.

Что вы об этом думаете, Жанно?

– Головка ищет плечо полувекового возраста, месье Соломон

.

– Полувекового, полувекового, – пробурчал мой хозяин

.

– Это ведь можно обсудить, разве нет? Многие забывают, что сейчас кризис, и предъявляют непомерные требования!

У меня снова возникло сомнение, и я окинул его быстрым взглядом, чтобы посмотреть, не смеется ли он над всеми нами, причем в гомерическом масштабе, но нет, ничуть не бывало, царь Соломон был и в самом деле возмущен

.

– Это все же невероятно, – гудел он своим красивым голосом, который исходит из его основ, подобных основам солидных зданий, которые строят на тысячу лет

.

– Просто неверо ятно!

.

.

Ей нужно плечо пятидесяти лет

.

.

.

Какое отношение возраст имеет к плечу?

– Она хочет быть спокойной, вот и все!

– А почему мое плечо не может ей обеспечить покой? Чем мое плечо в восемьдесят четыре года стало хуже, чем было в пятьдесят? Ведь это же не вопрос качества мяса, надеюсь?

Раз он так ставил вопрос, я захотел разобраться в этом до конца

.

Я прочел то, что он мне указал:

– Франсуаза, 23 года, парикмахерша, очаровательная, 1 метр 65, 50 кило, глаза голу бые

.

.

.

Двадцать три года

.

.

.

Ну, что вы скажете?

Месье Соломон наблюдал за мной

.

Потом положил на стол свою лупу и отвел глаза

.

Я решил не настаивать

.

Но между нами все же возник холодок

.

Я искал, что можно было бы сказать ему приятного, и совершил катастрофический ляп

.

– Это придется отложить до следующего раза, – прошептал я

.

Я хотел только его успокоить

.

Но когда в голове сидит навязчивая идея и о ней все время думаешь, то получается что-то ужасное

.

Надо взвешивать каждое слово

.

Месье Соломон мед ленно повернулся ко мне, слегка сжал челюсти, и я сразу понял, что возникло недоразумение, и очень серьезное

.

Прежде всего, евреи не верят в перевоплощение, в это верят камбоджий цы или еще какие-то более далекие народы, у которых, согласно их религии, после смерти каждый умерший снова возвращается на землю и живет новой жизнью

.

Но только не евреи

.

Их нельзя утешить, заверяя, что это случится в следующий раз

.

– Я вовсе не это хотел сказать, – пробормотал я

.

– А что же именно вы хотели сказать, разрешите мне вас спросить? – произнес месье Соломон с ледяной вежливостью

.

– Я никак не хотел оскорбить ваши еврейские религиозные чувства, месье Соломон

.

– Какие, к черту, религиозные чувства! – заорал вконец взбешенный месье Соломон

.

– Я знаю, что евреи не верят в перевоплощение, месье Соломон

.

Они в этом отношении как католики, для них не существует следующего раза, надо съесть сейчас или никогда

.

Я не хотел ни на что намекать

.

Не надо об этом все время думать, месье Соломон

.

Когда об этом все время думаешь, то только все ближе приближаешься, вместо того чтобы удаляться, Эмиль Ажар Страхи царя Соломона давая задний ход, и дело кончается тем, что начинаешь корчиться и себя кусать

.

Когда я вам ее обещал в следующий раз, то это вовсе не был с моей стороны сарказм, греческое слово, произведенное от еврейского sarcazein – кусать свою плоть, рвать на себе волосы, оскорбительное высмеивание, злая насмешка, издевательство

.

Я просто хотел вам выра зить оптимистические чувства

.

Я хотел вас заверить, что вы найдете, возможно, ботинки вашего размера в следующий раз, в следующем номере «Нувель обсерватёр», ведь он выходит каждую неделю, а неделя, месье Соломон, это не так уж долго, вы в полном здравии, и нет никаких причин думать, что за это время с вами что-нибудь случится

.

.

.

Голос у меня дрожал, с каждой фразой я все больше терял почву под ногами

.

Когда ты во власти страхов, так всегда бывает – теряешь контроль и говоришь как раз то, чего не хочешь

.

– Месье Соломон, волноваться нечего

.

«Нувель обсерватёр» выйдет через неделю

.

У них это железно, иначе не бывает

.

Будет следующий раз, через неделю, это пустяки в наше-то время

.

.

.

Я умолк, но слишком поздно

.

Я загубил дружбу, которой дорожил больше, чем всем, что можно найти в словаре

.

У меня были слезы на глазах

.

К великому моему удивлению, месье Соломон вдруг сменил гнев на милость, добрая улыб ка озарила его лицо, и от этого вокруг глаз образовалось в два раза больше морщин, как всегда бывает, когда старые люди смеются

.

Он дружески-поучительно положил мне руку на плечо

.

– Послушайте, мой юный друг, не надо все время думать о смерти

.

Придет день, и мудрость поможет вам перестать ее бояться

.

Терпение! К восьмидесяти или к девяноста годам у вас выработается та внутренняя стойкость, помогающая выстоять при любом испытании и которая есть не что иное, как сила духа, – надеюсь, что оставлю вам о ней память

.

Сердце не должно унывать

.

Вспомните бессмертные стихи великого поэта Поля Валери, уже умершего правда, который воскликнул: «Поднялся ветер!

.

.

Жизнь зовет упорно! / Уже листает книгу вихрь задорный! / Не презирай любовь! Живи, лови мгновенья / И розы бытия спеши срывать весной»

.

Нет, это сказал вовсе месье Ронсар, тоже умерший

.

Все они уже умерли, но сила их духа осталась

.

О, розы жизни! Срывайте, срывайте их! Вся мудрость в этом, Жанно!

Срывайте! Есть смерть, и она нас срывает, это так, но есть и мы, и мы срываем розы жизни

.

Вам следовало бы чаще ездить за город, срывать розы! Дышать кислородом! Вдох, выдох!

Лицо его было освещено светом, льющимся с неба, но хоть я и смотрел во все глаза, я не мог сказать, я не знал, чем он был воодушевлен – бешенством, отчаянием, ненавистной старо стью, не издевался ли он с крайней свирепостью над самим собой и своей неуемной любовью к жизни, остервенелым желанием пожить еще и еще, без ограничения срока, преступить запрет

.

У меня не было никаких шансов защитить свою точку зрения, он был мировым чемпионом, в восемьдесят четыре года всегда становишься мировым чемпионом

.

– Какие, к чертовой матери, розы жизни! – орал я, потому что только что подумал о мадемуазель Коре и у меня защемило сердце, – никакого отношения к розам жизни это не имело

.

– Я вам все же скажу, месье Соломон, даже если это вас рассердит, что ваше рассуждение о розах жизни должно прежде всего касаться вас самих

.

Мне хотелось бы видеть, как вы срываете розы жизни

.

Я никогда еще ни к кому не испытывал такого уважения, какое я к вам испытываю, из-за того мужества, с которым вы отдаетесь панике, поскольку речь идет о непосредственной близости

.

.

.

об окончательном, а что касается роз жизни, то я не говорю, что вы с вашим носом не способны вдыхать их аромат, но что касается всего Строки из «Морского кладбища» Поля Валери

.

(Перев

.

Б

.

Лившица

.

) Строки стихотворения Пьера Ронсара из сборника «Сонеты к Елене»

.

(Перев

.

В

.

Левика

.

) Эмиль Ажар Страхи царя Соломона остального, то разрешите мне это обойти молчанием

.

И я скрестил руки на груди, как это делал мой хозяин в торжественные минуты, весь во власти старомодных привычек, и подражал я ему вовсе не из желания посмеяться над ним, я отдал бы половину своей жизни, чтобы он только мог прожить еще одну

.

В одном глазу у месье Соломона была лупа, а в другом – дружеское тепло

.

Несколько мгновений его руки еще продолжали покоиться на моем плече, а потом он снова склонился над страницей с брачными объявлениями, и мне казалось, что он склоняется к ним с такой высоты, что я и выразить этого не могу

.

– На чем я остановился

.

.

.

Франсуаза

.

.

.

23

.

.

.

парикмахерша

.

.

.

Очаровательная

.

.

.

метр 65, 50 кило, глаза голубые

.

.

.

Он сидел склонившись, но мне кажется, не читал дальше, а вспоминал

.

Что ж, воспо минания, на них всегда имеешь право

.

Потом встал сам, мне не пришлось ему помогать, и засеменил к книжным полкам

.

Палец его скользил по корешкам книг, он искал, глядя в лупу

.

Все были в переплетах из настоящей кожи, с золотыми обрезами

.

– А, вот

.

.

.

– Он взял томик в красном переплете

.

– Разрешите вам это прочесть, Жан но

.

.

.

Это написано нашим дорогим Виктором Гюго

.

Слушайте!

И он поднял вверх указательный палец, чтобы привлечь внимание

.

А жены думали: «Пусть юноши красивы, – Величье дивное у старца на челе»

.

– Не может быть, – завопил я

.

– Он это в самом деле написал?

– Посмотрите сами

.

И еще вот это, читайте

.

.

.

Он поднял палец еще выше

.

Тот возвращается к первичному истоку, Кто в вечность устремлен от преходящих дней

.

Горит огонь в очах у молодых людей, Но льется ровный свет из старческого ока

.

Мы посмотрели друг на друга, потом месье Соломон положил мне обе руки на плечи, и мы стали смеяться, согнувшись от смеха пополам, ну правда, так смеялись, что больше нельзя, а потом оба проделали несколько танцевальных па, задирая ноги, и мне даже пришлось его слегка поддержать, чтобы он не грохнулся и не разбил бы себе физиономию

.

Никогда еще наши отношения не были так похожи на отношения отца и сына, месье Соломон и я – мы могли бы даже выступить в эту минуту с семейным номером, как один американский акробат семидесяти трех лет, месье Валенда, который был канатоходцем и упал с высоты тридцати пяти метров прямо на мостовую американской улицы, и его сын тут же встал на его место

.

В таких профессиях так оно обычно и бывает, от отца к сыну

.

Потом месье Соломон проводил меня до двери, все еще обхватив меня рукой за плечи

.

Когда я уже выходил, он спросил меня:

– Как поживает мадемуазель Кора?

– Я ею занимаюсь

.

Здесь и ниже цитируются строки из стихотворения В

.

Гюго «Спящий Вооз» в переводе Н

.

Рыковой

.

Эмиль Ажар Страхи царя Соломона XXV Я знал, что бросить разом мадемуазель Кору я не могу

.

В таких случаях нужно быть обходительным

.

В первый день после нашего выхода в «Слюш», когда я не зашел к ней, она дважды звонила к альтруистам-любителям, чтобы меня найти, но получилось очень неудачно, она попала на Жинетт, которая не знала, что это личный звонок, и предложила ей прислать кого-то другого

.

Мадемуазель Кора приняла это болезненно

.

Я выждал еще три дня, не появляясь, потому что в таких случаях также очень важно увеличивать интервал между встречами

.

Но я не спал по ночам, меня это мучило

.

Я всегда хотел быть негодяем, которому на все наплевать с высокой горы, но если вы не негодяй, то тут-то вы и начинаете себя чувствовать негодяем, потому что настоящие негодяи вообще ничего не чувствуют

.

Из чего выходит, что единственный способ не чувствовать себя негодяем – это стать им

.

Чем меньше мне хотелось увидеть мадемуазель Кору, тем больше мне хотелось ее увидеть

.

Самым правильным было бы пойти к ней и объяснить, что мы поддались опьянению того вечера, но что теперь надо, чтобы нормальная жизнь взяла верх

.

Надо уметь делать различие между голосом плоти и настоящей любовью

.

Все это я приготовил заранее и обдумал

.

Но как это скажешь?

В конце концов я подумал, что лучше ничего заранее не готовить и прийти к ней как ни в чем не бывало, будто между нами никогда ничего и не было

.

Это никак нельзя было больше откладывать, потому что после первых трех дней она звонить перестала и, видимо, решила, что я ее бросил

.

Было около трех дня, и, когда она открыла дверь и увидела меня, мне стало тепло на сердце, настолько она была счастлива, что я пришел

.

Нам всегда нужен человек, которому мы нужны

.

Она обхватила меня руками за шею и прижалась ко мне и ничего не сказала, но улыбнулась так, словно она была уверена, всегда знала, что я в ней нуждаюсь

.

Она, видимо, много думала, и я почувствовал, что она нашла «объяснение» моему поведению не без помощи психологии

.

На ней были брюки канареечно-желтого цвета и голубой купальный халат

.

Она ходила по квартире босиком

.

Я сел, а она отправилась на кухню, мы ничего друг Другу не сказали, но вид у нее был довольный, словно она все поняла

.

Я немного беспокоился, боясь, что она, возможно, и в самом деле поняла и пошлет меня к черту, потому что, несмотря на свои шестьдесят пять лет, у нее своя женская гордость

.

Как только она вернулась из кухни с сидром и пирогом, я хотел было объясниться, сказать ей, что она ошибается, что то, что было между нами, не имеет никакого отношения к нашей службе SOS, где любители помогают одиноким людям, поддерживая их душевно, у меня это был не профессиональный поступок, а что-то гораздо более общее, протест против несправедливости

.

Но когда мы сели к столу, чтобы пить сидр и есть пирог, и она, глядя мне в глаза, протянула руку и прикрыла ею мою руку, меня словно по башке стукнуло – я понял, какое объяснение она нашла с помощью психологии

.

– Расскажи мне о своей маме, Жанно

.

– Да мне особенно-то сказать о ней нечего, мадемуазель Кора, она оставила о себе добрую память, когда ушла из дому

.

– Сколько тебе было лет?

– Одиннадцать, но раньше она не могла уйти

.

В ее жизни еще не было другого постоянного мужчины

.

Эмиль Ажар Страхи царя Соломона – Для тебя это был, наверное, ужасный удар

.

– Почему, мадемуазель Кора?

– В одиннадцать лет, если уходит мать

.

.

.

– Послушайте, мадемуазель Кора, не мог же я ее раньше выставить

.

Я был слишком мал, и мама – это мама

.

Отец должен был этим заняться, а не я

.

Мне она ничего плохого не делала, и мне нечего было в это влезать

.

Иногда, когда отец уходил компостировать билеты в метро, она приводила домой мужика, но у меня всегда было все, что надо, а это касалось только моего отца

.

Конечно, я считал, что мой отец тряпка, но я предпочел быть с тряпкой, чем с другими

.

Как-то раз она отвела меня в сторону и стала говорить: я так больше не могу, я не в силах так жить, я ухожу, потом ты меня поймешь

.

Я и теперь, когда говорю с вами, еще не понял, что значит так жить

.

Всегда так живут

.

Я видел ее время от времени, у нас сохранились хорошие отношения

.

Единственная вещь, которую я могу подтвердить, мадемуазель Кора, что по отношению к тряпке это в самом деле несправедливо

.

Я был, пожалуй, доволен тем, как она все это выстроила в своей голове: я с ней переспал, потому что мне нужна мама, – Но тебе ее не хватает?

– Мадемуазель Кора, если начать считать все, чего не хватает

.

.

.

Нужно себя ограничить, потому что нельзя, чтобы одновременно всего хватало

.

– У тебя весьма своеобразный способ выражаться, Жанно

.

Мне становится смешно

.

Если вы возьмете маленького Робера, то убедитесь, что там чуть меньше двух тысяч страниц, и этого оказалось достаточным, чтобы вместить все с самого начала исторического времени, и всю жизнь вообще, и даже то, что будет потом

.

Чак говорит, что я как Таможенник Руссо, но только по отношению к словам, и это правда, я роюсь в словах, как таможенник в вещах, ищу, нет ли в них чего-то спрятанного

.

– У вас есть словарь, мадемуазель Кора?

– У меня маленький Ларусс

.

Хочешь что-то посмотреть?

– Нет, я спросил, чтобы знать, с чем вы живете

.

Я подумал: хорошо, ведь есть такие, которые обходятся всего лишь прожиточным мини мумом

.

– Ты мог бы регулярно приходить ко мне обедать, вместо того чтобы есть что попало

.

Я тут же положил вилку

.

Но потом сдержался

.

Не стану же я объяснять человеку, который живет с маленьким Ларуссом, что мне не хватает куда большего, чем мамы

.

А ведь она, наверное, слушает время от времени последние известия

.

Те, что называют городскими

.

В углу гостиной у нее стоял телевизор, должно быть ради эстрадных программ

.

Эстрадные программы – это, конечно, хорошо

.

.

.

А вот накануне показали труп Альдо Моро и убитых из экспедиционного корпуса в Ливане, да и в других местах, да еще первым планом забитого мальчишку в Кольвези

.

Но это верно, я мог бы приходить регулярно к ней обедать, вместо того чтобы есть что попало

.

Она встала и подошла к буфету, где лежали те глазированные фрукты из Ниццы, которые ей послал месье Соломон

.

Они все еще не были съедены

.

Глазированные фрукты могут лежать сколько угодно

.

– Я хотела бы задать тебе один вопрос

.

.

.

– Задавайте!

– Я ведь уже совсем не молодая и

.

.

.

Она стояла ко мне спиной

.

Когда спиной, то легче

.

Мне ничего не оставалось, как встать, подойти к ней, развернуть ее лицом к себе, обнять и поцеловать

.

Мне не очень-то хотелось целовать ее в губы, но так как это было бы несправедливо, я поцеловал ее в губы

.

В постели Эмиль Ажар Страхи царя Соломона она говорила что-то вроде «как бы я хотела сделать тебя счастливым» и «любовь моя», «моя нежная любовь» и изо всех сил пыталась сделать невозможное, лишь бы мне было хорошо

.

Ее движения тазом были такими необузданными и резкими, что я боялся, как бы она себе что-нибудь не повредила

.

– Почему я, Жанно? Ты можешь иметь любую молодую красивую девушку

.

Я лежал на спине и курил

.

Я не мог ей объяснить

.

Нельзя объяснить женщине, которую нежно любишь, что это чувство адресовано не лично ей, что я нежно, люблю вообще, так люблю, что готов умереть

.

В таких случаях лучше выбирать среди готового платья, чем пытаться давать объяснения по мерке

.

Эмиль Ажар Страхи царя Соломона XXVI Это длилось в течение трех недель

.

Всякий раз я обещал себе, что это в последний раз, но остановиться оказывалось невозможным

.

Я все больше погружался в эту невозможность

.

Она мне больше не задавала никаких вопросов, мы почти не разговаривали, и она прекрасно видела, что мама мне не нужна

.

Почти каждый вечер я оставался ночевать у Алины

.

Волосы она по моей просьбе отпус кала

.

Мы мало разговаривали, нам не надо было друг друга ни в чем уверять

.

Я был с ней все время, даже когда мы расставались

.

Я все спрашивал себя, как это я мог прежде жить так долго, не зная ее, жить в неведении

.

Как только мы расставались, она начинала заметно расти

.

Я шагал по улице и всем улыбался, потому что я ее как бы все время видел

.

Я знал, что все умирают из-за любви, в ней все испытывают самый большой недостаток, но лично я перестал умирать, я начинал жить

.

Я даже перенес к Алине кое-какие вещи

.

Постепенно, чтобы ее не пугать

.

Прежде всего зубную щетку, потому что это самый маленький предмет

.

Потом трусы, рубашку, и она тоже не возражала

.

Тогда я набрался храбрости и принес целую сумку

.

Я умирал от страха, когда входил с сумкой в руке, получалось, я совсем обнаглел, и я остановился на площадке с видом мудака

.

Когда она открыла мне дверь, у меня, должно быть, был такой встревоженный вид, что она рассмеялась

.

Груди у нее были очень маленькие, словно они только что родились

.

Ночью, когда я ее пять или шесть часов не выпускал из объятий, она говорила:

– Твоя внешность выбрала себе не того клиента

.

Я согнул руку и дал ей пощупать мускулы

.

– Чувствуешь?

– Ты прав, Жанно, мой Зайчик

.

Чтобы жить счастливо, нам нужно укрыться от людей

.

Она была единственной девчонкой из всех, кого я знал, которая, едва переступив порог дома, не ставила пластинку или не включала радио

.

А у многих были и стереосистемы, и звуки нападали на вас со всех сторон

.

А еще у нее везде лежали книги и даже стояла всеобщая энциклопедия в двенадцати томах

.

Мне хотелось ее посмотреть, но я сдержался, чтобы она не подумала, что я интересуюсь чем-то помимо нее

.

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.