WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Тихомиров А.В. Организационные проблемы сферы охраны здоровья и правовые пути их разрешения //Главный врач: хозяйство и право. – 2011. – № 2. – С.22-28.

Резюме: показано, что проблемы организации сферы охраны здоровья создает сохранение непроизводственного характера отрасли;

revealing that health care organization problems originate from non-manufacturing branch character preservation.

Ключевые слова: непроизводственный характер здравоохранения, организация здравоохранения, отраслевой оборот;

non-manufacturing branch character, health care organization, health care industry.

Проблемы организации сферы охраны здоровья начинаются с терминологической несогласованности, тянущейся на протяжении последних двух десятилетий. Для целей обозначения этих проблем необходимо такое различение понятий, которое соответствует существующим в стране реалиям. Это, прежде всего, касается соотношения понятий здравоохранения, сферы охраны здоровья, отрасли, отраслевого ведомства и отраслевого оборота.

1. Здравоохранение и сфера охраны здоровья. Здравоохранение – это функция государства. Но с появлением частной медицины, разгосударствлением фармации и производства медицинской техники не только государство стало причастно к здравоохранению. Разделение здравоохранения Основами законодательства об охране здоровья граждан на три системы (ст.ст.12, 13, 14) не привело к появлению границ иных, чем между публичной и частной собственностью, между здравоохранением и частной медициной. Тем самым возникла необходимость определения общего пространства. Таким пространством стала сфера охраны здоровья.

Соответственно, здравоохранение и частная медицина находятся в общем пространстве сферы охраны здоровья.

2. Сфера охраны здоровья и отрасль. Вопрос соотношения понятий не стоял бы, будь это однозначно отрасль непроизводственной сферы1 или отрасль экономики2. Но сосуществование здравоохранения, устроенного по правилам бюджетной сферы, и частной медицины, устроенной по правилам единого экономического оборота, делает этот вопрос насущным. В условиях непроизводственная сфера - условное название отраслей и видов деятельности, не составляющих материальное производство. В советской экономической статистике к непроизводственной сфере относили сферу бытовых услуг, науку, культуру, образование, здравоохранение, управление. В настоящее время термин "непроизводственная сфера" изымается из научного употребления, заменяется понятием социально культурная сфера.

отрасль экономики - качественно однородные группы хозяйственных единиц, характеризующиеся особыми условиями производства в системе общественного разделения труда и играющие специфическую роль в процессе расширенного воспроизводства (БСЭ);

совокупность предприятий, производящих однородную или специфическую продукцию по однотипным технологиям, и, по общему правилу, включает в себя всех российских производителей аналогичного или непосредственно конкурирующего товара - п. 14 ст. Федерального закона от 8 декабря 2003 года N 165-ФЗ «О специальных защитных, антидемпинговых и компенсационных мерах при импорте товаров» такой бинарности в сфере охраны здоровья на сегодняшний день совмещается отрасль непроизводственной сферы с отраслью экономики.

3. Сфера охраны здоровья и отраслевое ведомство. Если прежде здравоохранение было в исключительной подведомственности отраслевого министерства, то с появлением частной медицины его монополия прекратилась. Сфера охраны здоровья оказалась охвачена подведомственностью лишь в части здравоохранения, не распространяющейся на частную медицину3. Тем самым сфера охраны здоровья вышла за пределы подведомственности отраслевому министерству.

4. Сфера охраны здоровья и отраслевой оборот. Вопрос о соотношении этих понятий вытекает из вопроса однородности отрасли. Если это отрасль непроизводственной сферы, то в ней не производятся и не реализуются товары, работы, услуги. И, напротив, если это отрасль экономики, то в ней обращаются объекты товарообмена.

В здравоохранении, как и в частной медицине, производятся и реализуются медицинские услуги, производится их оплата, т.е. наличествуют все признаки товарообмена. И по этим признакам и здравоохранение, и частная медицина находятся в отраслевом обороте.

Но, в отличие от частной медицины, находящейся в едином экономическом пространстве страны, здравоохранение в отраслевом обороте обособилось границей бюджетной сферы. Тем самым в рамках сферы охраны здоровья сосуществуют рыночный отраслевой оборот, представленный частной медициной, и бюджетно-распределительный механизм здравоохранения, мимикрирующий под товарные отношения, но лишенный свойств товарообмена.

5. Отраслевой оборот и отраслевое ведомство. В условиях подведомственности здравоохранения именно отраслевым министерством администрируется бюджетно-распределительный механизм обособленного квази-оборота. Рыночный отраслевой оборот складывается вовне границ подведомственности. Тем самым отраслевой оборот и отраслевое ведомство не соприкасаются иначе, чем в границах, установленных законом.

Бинарность сферы охраны здоровья сказывается и на организации медицинского сообщества, которое разъединено по признаку трудоустройства в учреждениях подведомственного здравоохранения или в частной медицине, а также на организации разрешительной системы в отрасли, которая дезориентирована в предмете и пределах компетенции.

Проблемы организации сферы охраны здоровья касаются равно подведомственного здравоохранения и частной медицины при их сосуществовании в единой отрасли. Разрешение этих проблем, в конечном счете, состоит в создании единого правового режима в отрасли, что невозможно без решения вопроса, сохранить прежний, непроизводственный характер или подвергнуть ее преобразованию в отрасль экономики.

за исключением случаев делегирования полномочий ведомству актом более высокой юридической силы Неизменность социалистического уклада отрасли на протяжении двух десятилетий в условиях окружающего капитализма демонстрирует невозможность выйти из состояния длящегося кризиса. Изменения в сфере охраны здоровья повлечет любая альтернатива.

Однако основным является вопрос, будут ли эти изменения во благо или во вред обществу. В той мере, в какой социальный результат (общественное здоровье) является следствием экономической деятельности в отрасли, общественным благом является эффективная отраслевая экономика. И, напротив, в ущерб интересам общества – экономическая неэффективность отрасли.

Следовательно, ключевым изменением во благо общества в сфере охраны здоровья является создание единого эффективного отраслевого экономического оборота. Единство организации отрасли необходимо для того, чтобы все ее ресурсы были одинаково ориентированы на одинаково понимаемую экономическую эффективность ради достижения социального результата. Эффективность в этом случае становится функцией эквивалентности товарообмена, и индикатором благополучия отрасли являются величины оборота медицинских услуг (и иной продукции медицинского назначения) в натуральном и денежном выражении. Отраслевой характер оборота означает не обособление сферы охраны здоровья от единого экономического пространства страны, а выделение экономической деятельности по поводу здоровья в силу специфики прямого создания социального результата в ряду иных видов экономической деятельности, косвенно (через налоги) причастной к созданию такого результата.

Это требует устранения существующей непродуктивной бинарности отрасли и приведения равно подведомственного здравоохранения и частной медицины к общему знаменателю единой организации оборота медицинских услуг, организации медицинского сообщества и организации разрешительной системы в обороте медицинских услуг.

1. Проблематика организации оборота медицинских услуг.

Необходима ясность, кто, в каких отношениях, по поводу чего, с кем находится.

Если это отношения власти с подвластными, то они регламентируются средствами публичного права;

если это гражданские отношения - они регулируются средствами частного права. Публичный субъект действует в разных ролях через соответствующие институты: в публичном качестве при правовом регулировании, правоприменении и т.д. или в частноправовом качестве плательщика за предоставления в обороте – в свою пользу или в пользу общества. Частные лица в обороте выступают в качестве производителей и потребителей, имеющих встречные интересы, определившие формирование соответствующих общественных институтов.

Существование в отрасли квази-публичных институтов (учреждений бюджетной сферы) и квази-платежных публичных институтов (финансирования здравоохранения через внебюджетные фонды ОМС) противопоставляется отраслевому обороту, который формируется исключительно частной медициной: вместо однородного частноправового института производителей (поставщиков медицинских услуг) в отрасли существуют два разнородных, из которых лишь один – в отраслевом обороте;

равенству частноправовой однородности разнообразных платежных институтов противостоит публичная монополия.

Очевидно, что бинарность сферы охраны здоровья в актуальном виде демонстрирует лишь переходный этап в развитии отрасли. Многообразные переплетения, усложнения и взаимозависимости существующей организации здравоохранения делают ее запутанной, противоречивой и слабо управляемой там, где это доступно простой, понятной и свободно упорядочиваемой регуляции. Идентичность частной медицины реальному сектору экономики в части регулирования, напротив, придает ей вполне управляемый характер.

Сосуществование подведомственного здравоохранения с частной медициной создает в отрасли неоднородную среду с неясными для потребителя границами формально бесплатной и официально оплачиваемой медицинской помощи и различиями в правилах легальной и нелегальной ее оплаты.

Отрасль охватывает сферу оказания медицинских услуг, создания изделий и купли-продажи товаров медицинского назначения, в том числе лекарственных средств, медицинской техники и т.д. – для потребительских (В2С) и производственных (В2В) целей.

Бинарность частно-государственного присутствия в сфере охраны здоровья создает проблемы в диверсификации отраслевого оборота.

Фармация, производство и реализация медицинской техники давно представлены в отраслевом обороте на рынке предложений В2В. Частная медицина в силу немногочисленности своим спросом не покрывает и малой части предложений. Государственные же закупки, прежде всего централизованные, сужают спрос до единиц монопольно публичной принадлежности. Иными словами, при множественности предложений спрос не только ограничен, но и подчинен не запросам производителей (а отсюда – нуждам потребителей), а нормативам и усмотрению отраслевой бюрократии.

При административно формируемом спросе монополиста не формируется и инфраструктура рынка В2В.

На рынке В2С в отраслевом обороте ситуация иная: предложение формируется только частной медициной в расчете на частный платежеспособный потребительский спрос (в том числе по добровольному медицинскому страхованию, ДМС), в то время как основной неплатежеспособный спрос удовлетворяется квази-публичными структурами – учреждениями здравоохранения за счет квази-платежных публичных структур через частное посредничество (медицинских страховых компаний) в порядке обязательного медицинского страхования, ОМС. Иными словами, разделены потоки спроса за счет частных или публичных средств при таком же разделении частной медицины и подведомственного практического здравоохранения.

В отраслевом обороте сформировался перекос с приоритетом интересов финансовых институтов (медицинского страхования) над интересами поставщиков медицинских услуг в ущерб интересам потребителя, не свободного в обращении за медицинской помощью в зависимости от финансовой привязки. Страховщикам придана не соответствующая их возможностям и предназначению роль влияния на состояние практического здравоохранения при свободе привлечения как публичных (ОМС), так и частных (ДМС) денежных средств.

Инвестиционный климат в отрасли при сосуществовании в ней подведомственного здравоохранения и хозяйственного оборота (частная медицина) различается и отличается от такового в реальном секторе экономики4.

Как показывает практика, в учреждения здравоохранения ни в порядке инвестиций, ни в порядке эндаумента вложения не производятся (случаются лишь единичные пожертвования). Это объясняется тем, что учреждения бюджетной сферы в целом ориентированы на освоение (потребление) поступлений, а не на воспроизводство ценностей. Поэтому у инвесторов шансов на прирост капитала в случае инвестирования учреждений бюджетной сферы нет.

Частная медицина, оказавшаяся приравненной к экономике реального сектора, требующая особого государственного регулирования и в отсутствие такового тяготеющая больше к традициям торговли, чем к условиям социальной сферы, сформировалась как гегелевская «вещь в себе», лишь частью доступная налогообложению и обращенная к развитию. На таких условиях инвесторов, готовых сделать вложения в существующий медицинский бизнес, находится не много – лучше инвестиционная перспектива у новых бизнес-проектов.

В настоящее время в сфере охраны здоровья сложилась ситуация, при которой отраслевой оборот используется частными капиталами как колония метрополией. В частную медицину средства вкладываются так же, как в реальный сектор экономики, а воспроизводимая прибавленная стоимость направляется либо на потребление, либо на воспроизводство вовне отрасли.

Сфера охраны здоровья нуждается в росте отраслевого оборота, в сохранении и преумножении капиталов в отрасли, за счет чего увеличивается оборот услуг и товаров медицинского назначения. Этим потребностям отвечает, прежде всего, специальная правоспособность товаропроизводителей, свойственная, в первую очередь, некоммерческим организациям. Некоммерческие организации, осуществляющие предпринимательскую деятельность, за счет доходов реинвестируют эту деятельность. Корпоративная некоммерческая организация товаропроизводителей является предпочтительной в отраслевом обороте в сфере охраны здоровья.

Учреждение является унитарной формой некоммерческих организаций, а учреждения здравоохранения, находясь в административной подчиненности Тихомиров А.В. Условия инвестиционной продуктивности здравоохранения //Главный врач: хозяйство и право. – 2007. - № 2. – С.20-27;

Тихомиров А.В. Инвестиционная привлекательность здравоохранения //Вестник новых медицинских технологий. – 2008. - № 3. – С.146-147.

органам управления здравоохранением, товаропроизводителями не являются5.

Сохранение обширной доли представленной отраслевым ведомством нерыночной организации здравоохранения препятствует нормализации структуры отраслевого оборота в сфере охраны здоровья.

Квази-товарная организация подведомственного здравоохранения, представленная круговоротом средств казны, поэтапно осваиваемых участниками бюджетного процесса, самодостаточна в рамках этого процесса.

Однако входы в этот процесс извне или выходы из него вовне сразу создают проблемы.

Первой встала проблема «платных» услуг. Платежи, отличные от поступлений из казны, означают не просто неналоговые поступления в казну, а поступления, полученные в порядке товарообмена. Притом что государство не является хозяйствующим субъектом и не находится в товарных отношениях с обществом, режим приращений его собственности за счет товарообмена не является бюджетно-правовым.

Второй стала проблема допуска к средствам казны (к участию в программах обязательного медицинского страхования) частной медицины. Под натиском антимонопольной службы это произошло. Но тем самым публичные средства стали размещаться среди частных товаропроизводителей, причем на условиях иных, чем в порядке государственного заказа. Режим мобилизации публичной собственности за счет товарообмена не является бюджетно-правовым.

Третьей стала проблема допуска к средствам казны в отношениях учреждений здравоохранения с поставщиками товаров, работ, услуг. Практика конкурсных госзакупок себя не оправдала, порождая множественные злоупотребления и затрудняя отношения контрагентов, особенно с повышением роли казначейства. По существу, учреждения здравоохранения оказались противопоставлены кооперации в гражданском обороте. Им недоступен аутсорсинг для снижения затрат. Нуждаясь в обеспечительной инфраструктуре, они не участвуют в ее создании.

Бюджетно-правового решения всех этих проблем нет. Существует только гражданско-правовое их решение6. Оно состоит в:

Тихомиров. А.В. Учреждения здравоохранения: свобода хозяйствования или административный контроль //Здравоохранение. – 2000. - № 7. - С.155-164;

Тихомиров А.В. Режим имущества государственных и муниципальных учреждений. Научно-практическое пособие. Общая часть. - М.: РИГР, ЦНИИОИЗ, 2002. – 84 с.;

Стародубов В.И., Тихомиров А.В. Потреблять нельзя воспроизводить: где ставим точку? //Главный врач:

хозяйство и право. – 2003. - № 1. - С.13-17;

Стародубов В.И., Тихомиров А.В. Учреждения: pro et contra //Главный врач: хозяйство и право. – 2003. - № 1. - С.24-41;

Стародубов В.И., Тихомиров А.В. Социальные последствия сложившейся организации хозяйственной деятельности учреждений здравоохранения //Главный врач: хозяйство и право. – 2004. - № 1. - С.28-35;

Стародубов В.И., Тихомиров А.В. Перспективы существования учреждений в здравоохранении //Менеджер здравоохранения. – 2004. - № 1. - С.4-7.

Тихомиров А.В. Проблемы развития здравоохранения //Главный врач: хозяйство и право. – 2004. - № 5. - С.2-6;

Тихомиров А.В. Отечественная организация здравоохранения: реформа идеологии //Главный врач: хозяйство и право. – 2005. - № 2. - С.2-8;

Тихомиров А.В. Отправные начала идеологии реформирования здравоохранения //Здравоохранение Российской Федерации. – 2006. - №4. – 37-42;

Тихомиров А.В. Социально-ориентированная рыночная реформа здравоохранения. – М.: ЮрИнфоЗдрав, 2007. – 234 с.;

Солодкий В.А., Тихомиров А.В.

Концепция индустриальной трансформации здравоохранения //Главный врач: хозяйство и право. – 2007. - № 3. – С.2-11;

Тихомиров А.В. Концепция социально-ориентированной модернизации здравоохранения: Дисс.... докт.

мед. наук. - М., 2008. - 342 с.;

Тихомиров А.В. Концепция социально-ориентированной модернизации - преобразовании учреждений здравоохранения в хозяйствующие субъекты7. Если не станет учреждений, отпадет проблема распоряжения несобственным имуществом и сопутствующих ему злоупотреблений.

Распоряжающиеся собственным имуществом хозяйствующие субъекты заинтересованы в его эффективном приращении и расходовании. Появится инфраструктура, сформируется многообразная кооперация, возникнет инвестиционная привлекательность отрасли. Фактически задача организации поставщиков медицинских услуг сводится к созданию института самостоятельных хозяйствующих субъектов, объединенных в некоммерческие организации;

- создании частных платежных структур, осуществляющих финансовые операции по условиям публичного распределения средств казны в пользу граждан8. Если на пути товарообмена публичное распределение опосредуется частным платежным институтом, интервенция бюджетной сферы в гражданский оборот исключается. Фактически задача организации платежного механизма сводится к созданию публичным субъектом частного финансового института.

Экономическая эффективность медицинской деятельности в отраслевом обороте зависит от ряда условий индустриальной трансформации отрасли, главные из которых:

- демаркация государства и экономики, бюджетной сферы и гражданского оборота в сфере охраны здоровья;

- разгосударствление институтов оказания и оплаты медицинских услуг;

- некоммерческая организация поставщиков медицинских услуг.

здравоохранения //Главный врач: хозяйство и право. – 2009. – № 6. - С.2;

Тихомиров А.В. Концепция социально ориентированной рыночной реформы здравоохранения //Главный врач: хозяйство и право. – 2010. – № 1. - С.11 17;

Тихомиров А.В. Необходимость индустриальной трансформации здравоохранения В сб.: Материалы к Общественным слушаниям на тему «Концепция развития здравоохранения на десять лет». – М.: Комиссия общественной палаты РФ по вопросам здравоохранения, 13 декабря 2007 г. – С.127-129;

Тихомиров А.В.

Необходимость индустриальной трансформации здравоохранения //Главный врач: хозяйство и право. – 2008. - № 1. – С.2-3;

Тихомиров А.В. Вопросы правового оформления реформы экономической организации здравоохранения //Главный врач: хозяйство и право. – 2007. - № 1. – С.2-11.

Тихомиров А.В. Разгосударствление учреждений социальной сферы без приватизации закрепленного за ними имущества //Бизнес, менеджмент и право. – 2009. - № 3. – С.94-95;

Тихомиров А.В. Альтернатива приватизации в здравоохранении //Вестник новых медицинских технологий. – 2008. - № 1. – С.185-186;

Тихомиров А.В.

Трансформация парапубличных институтов в здравоохранении //Главный врач: хозяйство и право. – 2009. – № 6.

- С.11-18;

Тихомиров А.В. Трансформация институтов медицинской деятельности //Главный врач: хозяйство и право. – 2009. – № 4. - С.26-34;

Тихомиров А.В. Институты медицинской деятельности и инфраструктуры рынка медицинских услуг //Главный врач: хозяйство и право. – 2009. – № 3. - С.9-13.

Тихомиров А.В. Фондирование государственных средств финансирования практического здравоохранения //Главный врач: хозяйство и право. – 2006. - № 5. – С.11-17;

Тихомиров А.В. Переход к персонализованному фондодержанию средств государственного финансирования здравоохранения //Главный врач: хозяйство и право.

– 2006. - № 5. – С.18-23;

Стародубов В.И., Тихомиров А.В. Позиционирование органов размещения средств финансирования здравоохранения //Главный врач: хозяйство и право. – 2006. - № 6. – С.5-9;

Стародубов В.И., Тихомиров А.В. Институты финансирования в здравоохранении //Главный врач: хозяйство и право. – 2008. - № 2.

– С.14-22;

Тихомиров А.В. Диверсификация способов государственного финансирования здравоохранения //Главный врач: хозяйство и право. – 2006. - № 6. – С.17-22;

Тихомиров А.В. Трансформация публичных институтов в здравоохранении //Главный врач: хозяйство и право. – 2009. – № 5. - С.24-31;

Таким образом, организация оборота медицинских услуг нуждается в создании в сфере охраны здоровья пула равноудаленных от государства поставщиков медицинских услуг и платежной структуры, являющейся продолжением в обороте бюджетного распределительного механизма государства, действующих одинаково по гражданско-правовым правилам вовне бюджетной сферы.

2. Проблематика организации медицинского сообщества9 в отраслевом обороте сводится к созданию правового режима профессиональной идентичности медицинских работников вне трудового положения и формирования на ее основе самоуправляемой общности.

2.1. В медицине исчез человек независимого образа мыслей, а в здравоохранении появился работник как исполнитель ведомственных предписаний. Медицина перестала быть искусством возможного, став ремеслом по трудовому найму. С течением времени врачи начали ассоциировать свою позицию не с медицинским сообществом, а с отраслевым ведомством – сместилась система координат.

Вместо тенденций консолидации по общности профессии сформировался устойчивый мейнстрим растворения профессии в должностных, научных и прочих различиях в единстве общественного конформизма и лояльности к публичным институтам. Независимость медицинской профессии от внешних влияний в России оказалась прочно утрачена.

2.2. Профессиональное самоопределение является условием существования медицины как профессии, поскольку в его отсутствие обладатели профессии перестают быть самостоятельными в следовании интересам пациента, а руководствуются ориентирами трудовых отношений, ведомственных указаний и экономических выгод.

2.3. Профессиональная принадлежность социальной опоры врачу не дает, служа лишь условием трудоустройства по полученному образованию. Не профессия, не уровень профессионализма имеет значение в настоящее время, а наличие образовательного документа как основание для притязаний на рабочее место.

Единственным условием профессионального самоопределения и становления медицинского сообщества является придание обладателю медицинской профессии экономической самостоятельности положения, подобно нотариусам, адвокатам, арбитражным управляющим. Врачу должно быть запрещено работать по трудовому найму, за исключением государственной и муниципальной службы.

Условием этого является ликвидация бюджетно-учрежденческой организации здравоохранения и индустриальная трансформация отрасли с созданием сети объектов здравоохранения для размещения врачебных практик.

Мамонтов С.А., Тихомиров А.В. Проблемы российского медицинского сообщества //Главный врач:

хозяйство и право. – 2011. – № 1. – С.36-45.

2.4. Если в нынешних российских условиях последипломная подготовка (интернатура, ординатура) признается частью образовательного процесса, то в действительности эта своеобразная стажировка на рабочем месте, прохождение которой выпускником вуза демонстрирует наставникам его практическое созревание в профессии, является механизмом конвертации образовательных приобретений в практические навыки и умения воплощения знаниевого потенциала в деятельность по профессии. Отсюда вытекает необходимость существования общественного института профессионального наставничества.

2.5. Профессиональную пригодность, состоятельность в профессии, владение необходимыми для ее осуществления навыками и знаниями выпускнику медицинского вуза следует доказывать не государству и отраслевому ведомству, а состоявшимся в профессии коллегам, по итогам соответствующего испытания согласными поручиться за профессиональную пригодность новиция. Положение в профессии в этом случае определяется уровнем профессионального мастерства, реальных навыков и умений, а не наличием образовательных документов. Отсюда вытекает необходимость существования общественного института профессиональных испытаний.

2.6. Единожды состоявшись, профессионал не перестает оставаться профессионалом и через пять, и через больше лет при условии нахождения в профессии и осуществления практической деятельности по специальности.

Необходимость повышения квалификации по специальности – это не кабальная обязанность, как сейчас, а потребность самого профессионала и всего медицинского сообщества безотносительно отраслевого ведомства.

Такая потребность должна удовлетворяться экономической мотивацией.

2.7. Профессионализм должен быть независим и от социальной политики государства в здравоохранении. Обладатель медицинской профессии не в ответе за то, как государством проводится социальная политика и как организована социальная сфера в стране в целом и здравоохранение в частности. Обладатель медицинской профессии – не представитель здравоохранения, отраслевого ведомства, государства. Хорошо или плохо – здравоохранение в стране организует государство, а не медицинское сообщество, и отдельные обладатели медицинской профессии в состоянии лишь делать свое дело, а не предпринимать инициативы вместо государства.

2.8. В новой отечественной истории вопрос о создании органов медицинского профессионального самоуправления не стоял.

Предпринимавшиеся попытки10 не консолидировали и не могли консолидировать медицинское сообщество в силу отсутствия стимулов развития профессионального самоопределения у разрозненных ведомственным и трудовым подчинением обладателей медицинской профессии.

Тихомиров А.В. Медицинские сообщества в России: назначение и функции //Главный врач: хозяйство и право, 2005. - № 1. - С.44-48;

Тихомиров А.В. Тупики медицинского сообщества в России //Главный врач:

хозяйство и право. – 2009. – № 1. - С.25-31;

Мамонтов С.А., Тихомиров А.В. Проблемы российского медицинского сообщества //Главный врач: хозяйство и право. – 2011. – № 1. – С.36-45.

При существующей организации здравоохранения и оформляющем ее законодательстве создание органов медицинского профессионального самоуправления невозможно. Место, которое за рубежом занимает в обществе медицинское сообщество, в России занято не обществом, а государством в лице отраслевого ведомства.

Потребностям общества в существовании медицинского профессионального самоуправления не отвечает административно бюджетный уклад отраслевого ведомства. Отраслевому ведомству в существующем виде не нужна иная организация медицинского сообщества, кроме как субординационно администрируемая.

Нынешняя подвластность отраслевому ведомству позволяет противопоставлять медицинское сообщество остальному обществу, оставляя само отраслевое ведомство вне поля такого противопоставления. В результате члены неконсолидированного и администрируемого медицинского сообщества в глазах общества ответственны за несовершенство организации здравоохранения и отсталость медицины в стране, а не за использование потенциала своего профессионализма, хотя именно в этом совпадают интересы общества и государства в сфере охраны здоровья.

Медицинское профессиональное самоуправление как выражение автономии медицинского сообщества лишает отраслевое ведомство возможностей пренебрегать им и руководствоваться только предписаниями.

В той мере, в какой медицинское профессиональное самоуправление может быть предусмотрено законом, оно становится неподвластным отраслевому ведомству.

2.9. Если саморегулирование – категория экономической деятельности и относится к хозяйствующим субъектам11, то самоуправление – категория цехового упорядочения в профессии и относится к ее обладателям.

Соответственно, профессиональному самоуправлению должны быть свойственны иные атрибуты, чем хозяйственному саморегулированию (третейский суд, страховые фонды и пр.).

Для целей профессиональной консолидации обладатели медицинской профессии должны объединяться в общественные организации как органы медицинского сообщества.

Для целей экономической консолидации обладатели медицинской профессии могут объединяться в некоммерческие партнерства как саморегулируемые организации.

Таким образом, профессиональное медицинское самоуправление в России возникнуть может только при смене действующей модели организации здравоохранения и оформляющего ее законодательства.

Создание института медицинского сообщества объективно отвечает интересам общества и государства, но не интересам отраслевого ведомства.

Лазарев С.В., Мирсаяфов Д.С., Тихомиров А.В. Перспектива саморегулирования в здравоохранении //Главный врач: хозяйство и право. – 2010. – № 1. - С.25-32.

Возможность образования медицинского сообщества определяется экономической самостоятельностью его членов, достигаемой запретом трудового найма в гражданском обороте.

Придание им некорпоративного положения индивидуалов представляется наиболее подходящим (при одновременном корпоративном объединении в некоммерческие партнерства) для целей создания как института врачей общей практики (т.е. оказания первичной медико-санитарной помощи), так и института специалистов. Это позволяет на экономических началах организовать профессиональное медицинское сообщество, прежде лишенное необходимости и, соответственно, мотивации позиционироваться в пространстве товарообмена12.

Таким образом, для целей формирования эффективного медицинского сообщества, объединенного по профессиональному и по экономическому признакам одновременно, необходима хозяйственная индивидуализация его членов и их некоммерческая консолидация.

3. Проблематика организации разрешительной системы в обороте медицинских услуг охватывает вопросы предназначения разрешительной системы в отраслевом обороте в сфере охраны здоровья. В наиболее общем виде это – проблемы определения предмета и пределов разрешительной системы в обороте медицинских услуг, а также делегирования полномочий в разрешительной системе в сфере охраны здоровья.

В настоящее время государственный надзор в сфере охраны здоровья носит репрессивный характер, которому подчинена политика расширительной интерпретации Росздравнадзором недостаточно определенных и пробельных оснований его деятельности. В рамках формальной дозволенности Росздравнадзор самодеятельно создает новую реальность своей компетенции на основе собственного усмотрения13.

Институт государственного надзора в сфере охраны здоровья – это центр поддержания социальной безопасности14.

Этот публичный институт призван осуществлять надзор за соблюдением единых и общих для всех участников правил безопасности на рынке услуг в сфере охраны здоровья. Его задача – выявлять то, что нарушает технические регламенты в сфере охраны здоровья (в настоящее время необязательные и несуществующие, поскольку здравоохранение выведено за пределы действия законодательства о техническом регулировании). Государство является гарантом безопасности в сфере охраны здоровья.

Тихомиров А.В. Трансформация институтов медицинской деятельности //Главный врач: хозяйство и право. – 2009. – № 4. - С.26-34;

Тихомиров А.В. Первичная медико-санитарная помощь в социально-ориентированной модернизации здравоохранения //Главный врач: хозяйство и право. – 2009. – № 6. - С.22-28.

Тихомиров А.В. Правовые аспекты государственного надзора в здравоохранении. //Главный врач:

хозяйство и право. – 2006. - № 4. - С.3-12;

Лазарев С.В., Тихомиров А.В. Врожденная патология Росздравнадзора //Главный врач: хозяйство и право. – 2009. – № 6. - С.38-43.

Тихомиров А.В. Трансформация публичных институтов в здравоохранении //Главный врач: хозяйство и право. – 2009. – № 5. - С.24-31.

Не является предметом государственного надзора в сфере охраны здоровья соблюдение единых и общих для всех участников правил поведения на рынке услуг в сфере охраны здоровья: это – задачи институтов саморегулирования в практической медико-социальной деятельности, которые вырабатывают соответствующие проф-стандарты.

Не является предметом государственного надзора в сфере охраны здоровья уровень обслуживания потребителей хозяйствующими субъектами: введение сервис-стандартов – дело самих субъектов медико-социальной деятельности.

Не является предметом государственного надзора в сфере охраны здоровья качество медико-социальной деятельности – за это потребитель голосует рублем, обращаясь или не обращаясь к субъекту медико-социальной деятельности.

Не является предметом государственного надзора в сфере охраны здоровья преследование за несоблюдение социальной безопасности соответствующей деятельности – это дело правоохранительных органов. Исключает карательную ориентированность института государственного надзора в сфере охраны здоровья обязательный принцип солидарной имущественной ответственности – вред, причиненный при осуществлении медико-социальной деятельности, признается в этом случае причиненным совместно субъектом этой деятельности и государством как гарантом безопасности в сфере охраны здоровья. Тем самым органы государственного надзора позиционируются на стороне потенциальной ответственности за причинение вреда здоровью граждан и становятся заинтересованными в ненаступлении такой ответственности, а потому – в профилактике и предотвращении возникновения вреда из медико-социальной деятельности хозяйствующих субъектов. Органы государственного надзора заинтересованы оказывать помощь хозяйствующим субъектам в части совершенствования безопасности их деятельности. Тем самым государственный надзор не противопоставляется хозяйствующим субъектам, а становится объективно востребован в их деятельности.

Чтобы облегчить бремя такой потенциальной ответственности, необходимы соответствующие частные институты. Это, во-первых, институт обязательного страхования гражданской ответственности;

во-вторых, институт исправления дефектов лечения и реабилитации пострадавших от медицинской помощи;

в-третьих, институт мониторинга дефектов лечения.

Перспектива совершенствования государственного надзора в сфере охраны здоровья заключается в развитии направляемой разрешительной системой частной инициативы эффективного предотвращения возможности причинения вреда потребителю при оказании медицинских услуг, частноправовых механизмов минимизации последствий пороков публичной разрешительной системы (страхования публичной ответственности) и делегирования субъектам частного права таких публичных полномочий, как учет (регистрация), оценка компетенций (квалификации) персоналий и унификация для них правил и требований в их деятельности в отношении потребителей15.

Таким образом, надзор в сфере охраны здоровья позиционирует государство как гаранта безопасности граждан при получении медицинских услуг.

В целом, организационные проблемы сферы охраны здоровья в общем виде заключаются в:

- индустриальной трансформации отрасли, переносе здравоохранения из бюджетной сферы, государства, в гражданский оборот, в общество;

- бесприватизационной партикуляризации учреждений здравоохранения с хозяйственной индивидуализацией членов медицинского сообщества и их некоммерческой консолидацией;

- создании гражданского института публичных платежей в пользу общества;

- переориентации государственного надзора на помощь субъектам медицинской деятельности в интересах безопасности пациентов.

Правовые пути разрешения организационных проблем сферы охраны здоровья состоят в:

- дифференциации тезауруса с раскрытием значимых определений в структуре их взаимосвязей;

- оформлении специального режима отраслевого оборота;

- отграничении бюджетной сферы от гражданского оборота в сфере охраны здоровья и оформлении переходов из публичной собственности в частную (денежных средств) и обратно (товаров) – дифференцировано в пользу самого государства и в пользу общества;

- обособлении общественного института профессиональной общественности (медицинского сообщества) от публичного института здравоохранения (отраслевого ведомства) и наделении его корпоративными полномочиями самоорганизации;

- установлении приоритетов безопасности пациентов и солидарной ответственности причинителя и государства за ее нарушение.

Лазарев С.В., Тихомиров А.В. Перспектива совершенствования государственного надзора в здравоохранении //Главный врач: хозяйство и право. – 2010. – № 4. - С.25-29.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.