WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

..

Ислам в Пакистане охватывает буквально все сферы жизни обще ства, не исключая и политическую. Здесь все говорит об исламском ха рактере государства. Его официальное название — Исламская Респуб лика Пакистан (ИРП). Само слово Пакистан означает «страна право верных». Столица — город Исламабад. Согласно ст. 2 Конституции, ислам является государственной религией Пакистана;

президентом и премьер министром страны могут быть только представители этой ре 1 Constitution. 1973: лигии1. В Конституции, действующих законах и нормах содержится и 3, 19, 42.

множество других положений, закрепляющих приоритет ислама в по литической и общественной жизни страны. Тем не менее религиозно общинные партии и организации добиваются еще большего усиления исламского фактора, установления верховенства шариата, превращения Пакистана в «подлинно исламское государство» типа халифата.

Первое знакомство с исламом народов, проживающих на террито рии нынешнего Пакистана, относится к VII в. Его быстрому распрост ранению способствовали походы Махмуда Газневи и Мухаммада Гхори, в результате которых власть в Северной Индии перешла в руки мусуль манских феодалов (именами мусульманских полководцев и государ ственных деятелей названы ныне различные типы пакистанских балли стических ракет, способных нести ядерное оружие). В начале ХIII в. в этой части Индии возник могущественный Делийский султанат. В на чале ХVI в. здесь утверждается империя Великих Моголов, которая в определенные периоды распространяла свою власть на всю Индию.

С ХVII в. территорию Индии начали «осваивать» англичане. После не скольких веков колониального гнета мусульмане Индии под руковод ством Мухаммада Али Джинны, получившего почетный титул «Каид и Азам» («Великий лидер»), добились в августе 1947 г. создания собствен ного независимого государства под названием Пакистан. Большую роль в достижении этой цели сыграла старейшая партия мусульман — Му сульманская лига (основана в 1906 г.).

Подавляющее большинство пакистанского населения исповедует ислам (около 97%). В повседневной жизни пакистанских мусульман, особенно в районах проживания племен, до сих пор чувствуется влия ние традиций. Сказывается и влияние индуизма (существование у не которой части мусульман кастовых делений и кастовых организаций).

В стране представлены оба основных направления ислама — сун низм и шиизм. К первому принадлежит подавляющее большинство па кистанских мусульман (85%). Пакистанские сунниты придерживаются главным образом учения школы Абу Ханифа.

“” № 4 (47) 2007 Несмотря на небольшую численность, шииты представляют до вольно влиятельную в экономическом и политическом отношении группу. Из нее вышли создатель Пакистана М.А.Джинна, первый пре мьер министр страны Лиакат Али хан, первый президент Искандер Мирза, крупный, но не особенно удачливый реформатор З.А.Бхутто и другие известные деятели.

Шииты делятся на несколько направлений и сект. Относительно многочисленны исмаилиты. Среди них преобладают последователи имама Ага хана (титул этот наследственный), которому они выплачива ют от 10% до 12% ежегодного дохода.

Большую экономическую и политическую роль в Пакистане, не смотря на свою малочисленность, играла секта ахмадийцев (названа так по имени ее основателя М.Г.Ахмада). Ее членом был первый пакистан ский министр иностранных дел Ч.М.Зафрулла хан. В отличие от орто доксальных мусульман, ахмадийцы не верят в окончательное пророче ство Мухаммеда. Фундаменталисты, возглавляемые партией «Джама ат и ислам», длительное время вели борьбу против этой секты, требуя объявить ахмадийцев немусульманским религиозным меньшинством, что и было сделано в 1974 г.

Христиане — наиболее многочисленное религиозное меньшин ство в Пакистане. Среди них больше всего католиков (около половины всех христиан). Затем по численности следуют индусы. Имеются не большие, но богатые общины джайнов (выходцев из торгово ростовщи ческих каст) и парсов (потомков огнепоклонников — зороастрийцев, бежавших в VII в. из Ирана).

Ислам всегда играл огромную роль в Пакистане, оказывая серьез ное влияние на все стороны жизни общества. Однако степень влияния в разное время была неодинаковой. Во многом это объясняется обстоя тельствами создания страны. Пакистан — уникальное государственное образование, образованное на основе культурно религиозной общнос ти. В условиях поликонфессионального и многонационального состава населения Индии движение мусульман за создание «своего государ ства» имело сепаратистский характер. Но в этом движении сильной была и антиколониальная составляющая общей борьбы народов Индии за независимость.

В первый период существования Пакистана в стране доминировал национально демократический фактор, что вполне понятно в обста новке национальной эйфории, порожденной победой в освободитель ной борьбе, подъемом национализма и т. д. Следует помнить также, что почти 10 лет Пакистан находился на положении британского доминио на;

английское влияние чувствовалось во многих сферах жизни страны.

Все эти факторы сдерживали рост исламизма.

Ведущую роль в это время играли рабочее и крестьянское дви жения, борьба интеллигенции и учащихся, деятельность левых сил в армии (власти расправились с ними в начале 50 х гг., после чего угро зы слева в пакистанских вооруженных силах больше не возникало).

148 “” № 4 (47) Но главным было этнонациональное движение основных народностей за провинциальную автономию. Особую остроту имела ситуация в вос точной части Пакистана, отделенной от западной 1500 км индийской территории. Страна «двух крыльев» (в восточной части проживало Census of Pakistan больше половины населения Пакистана2) просуществовала почти чет 1961: 11.

верть века, соединенная лишь одним звеном — общей религией. Нарас тание сепаратистских настроений в Восточном Пакистане и поощри тельная позиция Индии в конечном итоге привели в 1971 г. к образо ванию в этой части Пакистана независимого государства Бангладеш.

Можно сказать, что объединяющая сила — ислам — в данном случае ус тупила натиску бенгальского сепаратизма.

В Западном Пакистане, который и представляет собой современ ный Пакистан, с тех пор началось усиление роли ислама. Для широких масс населения, мало что получивших в «своем» государстве в социаль ном плане, все более привлекательными становились эгалитаристские принципы ислама. Национальные движения пуштунов, синдхов, белуд жей стали слабеть. На смену этнонациональному сепаратизму пришел исламский интегризм. И хотя внутри последнего также шла острая борьба различных направлений, прежде всего суннитов и шиитов, в от ношении национальных территорий ислам действовал как объединяю щая сила. Конечно, подъем исламизма принес стране новые вызовы и угрозы, может быть, опаснее прежних — например, возможность захвата исламскими радикалами власти в стране, обладающей ядерным оружием.

Но угроза раскола Пакистана на этнической основе ушла в прошлое.

Настоящий «исламский бум» развернулся в середине 1970 х — на чале 1980 х гг. Для этого имелся целый комплекс внутренних и вне шних причин (одна из них — создание благоприятных условий для расширения связей с богатыми мусульманскими странами Ближнего Востока, в поддержке которых Пакистан очень нуждался, особенно после потери своей восточной провинции). Именно в эти годы ислам был объявлен государственной религией, ахмадийцы стали квалифици роваться как немусульманская секта, были запрещены азартные игры и потребление спиртных напитков, выходным днем вместо воскресенья стала пятница.

Важнейшим направлением усилий военного режима генерала М.Зия уль Хака (1977—1988 гг.) стала исламизация основных сфер жиз ни страны: были введены мусульманские налоги закят и ушр, тради ционные наказания за некоторые уголовные преступления, отменен процент на займы;

при Верховном суде был создан Федеральный ша риатский суд, наделенный правом объявлять недействительным любой закон, противоречивший, по его мнению, принципам ислама. Была восстановлена введенная еще в колониальные времена куриальная сис тема выборов (голосование по отдельным религиозным куриям). В пра вительство преимущественно входили представители исламистских партий, включая «Джамаат и ислами» (такое произошло впервые за всю историю Пакистана). Распространенные в широких массах населе “” № 4 (47) 2007 ния эгалитаристские настроения использовались для пропаганды со здания в Пакистане «подлинно исламского общества всеобщего равен ства и благоденствия».

Исламизация затронула и пакистанскую армию. М.Зия уль Хак поощрял внедрение в вооруженные силы исламской идеологии, увязы вая ее догматы с чисто военными концепциями. Поступление в армию и продвижение по службе зависело от «идеологической чистоты». Вот почему, когда молодые офицеры времен Зия уль Хака через два десяти летия стали старшим и высшим армейским комсоставом, при военном правлении генерала П.Мушаррафа в армии оказался столь велик про Newsline Sept. цент традиционалистов (по некоторым оценкам, до 30%)3. Исламские 2001: 31.

настроения проникли и в научно техническую среду, связанную с во енной ядерной энергетикой. Этому способствовала их прямая при частность к «историческому явлению — созданию первой исламской атомной бомбы». Опасались военные ядерщики и присоединения Па кистана к договорам о нераспространении ядерного оружия и о всеобъ емлющем запрещении ядерных испытаний, что серьезно затруднило бы их профессиональную деятельность и во многом лишило бы ее перво начального смысла.

Вместе с тем следует отметить, что исламизация правительства Зия уль Хака — это политика государственных органов, насаждение ислама «сверху», мало отразившееся на религиозных чувствах и поведе Journal 1982: нии широких масс населения4. На выборах (местных и общенацио 33—37.

нальных), проводившихся в данный период, исламские политические партии собирали крайне мало голосов.

Тем не менее политика исламизации укрепила положение ислама в стране в целом, усилила его позиции в различных слоях общества.

Свидетельством тому стали итоги референдума, проведенного в декабре 1984 г. На вопрос, одобряют ли граждане процесс исламизации, прово димый Зия уль Хаком, при высокой по пакистанским меркам явке из Talbot I. 1998: бирателей (около 66%) почти 98% дали положительный ответ5.

261.

В такой обстановке в 1980 е и особенно 1990 е гг. в Пакистане бы стро развивался исламский радикализм. Логика развития исламизма неизбежно вела к росту его крайностей, ставящих целью искоренение элементов секуляризма и создание подлинного «исламского государ ства». Тяжелое материальное положение миллионов людей содейство вало этому процессу.

Особенно существенным было влияние внешнего фактора — со бытий в прилегающем к Пакистану исламском ареале. В 1979 г. про изошла исламская революция в Иране. Вскоре под лозунгом джихада развернулось вооруженное сопротивление в Афганистане. Наконец, в Кашмире этап довольно спокойного национального движения под ло зунгом самоопределения кашмирцев сменился периодом бурной «анти индусской» борьбы под исламскими знаменами. Росту исламизма в Па 150 “” № 4 (47) кистане, безусловно, способствовала напряженность его отношений с Индией, отсутствие каких либо компромиссных решений по кашмир ской проблеме.

В самом Пакистане в 1980 е гг. появились военизированные ради кальные организации, вскоре ставшие террористическими: «Лашкар и Тойба» («Воинство правоверных»), «Сипах и Сахаба и Пакистан» (Па кистанские солдаты Пророка»), «Харкат уль Муджахеддин» («Движе ние борцов за веру»), «Джаиш и Мухаммад» («Армия Мухаммада») и др.

Все они были тесно связаны с боевиками в Кашмире и Афганистане и Белокреницкий оказывали им всяческую помощь6. Деятельность этих организаций 2000: 123—126.

разворачивалась под эгидой основных фундаменталистских партий Па кистана — «Джамаат и Ислам» (ДИ), «Джамиат ул улама и Ислам» (ДУИ) и др.;

по сути, они являлись военными крыльями этих партий.

Радикализм стал проникать и в пакистанскую армию, многие во еннослужащие стали рассматривать себя как «солдат ислама». Особен но это оказалось характерно для тех, кто в своей работе был непосред ственно связан с исламскими радикалами. Здесь, конечно, следует на звать спецслужбы и особенно Объединенную военную разведку (ОВР), которая помогала моджахедам воевать с советскими войсками, участво вала в создании и поддержке экстремистского движения «Талибан», оказывала помощь боевикам в Кашмире, была тесно связана с местны ми радикальными организациями. Многие из тех, кто долго работал с исламистами по долгу службы, заражались их идеями, «болели» за сво Newsline. Nov. их подопечных7. Бывший глава ОВР генерал Хамид Гул стал исламистом 2001: 36, 42.

и сторонником талибов. Его преемник Джавид Насер, сделавшись на божным мусульманином, первым среди пакистанских генералов отпус тил длинную бороду. Многие из сотрудников ОВР после окончания службы вступали в различные религиозно политические партии. Так, один из них — Найматулла Хан — возглавил организацию ДИ в Карачи и был избран от нее мэром этого крупнейшего пакистанского мегаполиса.

Военное правительство генерала Первеза Мушаррафа (октябрь 1999 г. — октябрь 2002 г.) почувствовало опасность, которую несет вое низированный исламизм государству, некогда вырастившему его для достижения своих целей внутри страны и за ее пределами. Интересно заявление бывшего министра иностранных дел С.Азиза о том, что «из каждых десяти моджахедов, которые обучались воевать в Кашмире, туда отправляется только один, а девять остаются в Пакистане и создают нам Dawn 21.02.2002. проблемы»8. Впервые в истории Пакистана власти стали проводить по литику ограничения религиозного фундаментализма и экстремизма.

Важно отметить, что эта деятельность властей началась еще до сен тябрьских событий 2001 г. в США. Правительство заявило о невозмож ности использования ислама в политических целях, были запрещены или взяты под контроль несколько военизированных исламистских организаций. Одновременно шла чистка комсостава армии, спецслужб и научно технического персонала, связанного с ракетно ядерным по тенциалом страны. В марте 2001 г. в отставку были отправлены руково “” № 4 (47) 2007 дитель ракетно ядерного центра, «отец» пакистанской атомной бомбы Абдул Кадир Хан и председатель Комиссии по ядерной энергетике Иш фак Ахмад. В дальнейшем последовали аресты крупных специалистов ядерщиков и длительные их допросы, в ходе которых устанавливались их связи с местными исламистами и талибами.

Усилия властей еще возросли после того, как Пакистан осенью 2001 г. резко изменил свой внешнеполитический курс, отказался от поддержки талибов и принял участие в антитеррористической кампа нии, руководимой США. Усилить борьбу с исламским экстремизмом правительство должно было не только под давлением мирового обще ственного мнения, но и вследствие обострения ситуации в стране.

«Предательство братьев по вере», а во многом и «по крови» (талибы — это пуштуны, а именно эта этническая группа населяет север и запад Newsline Oct. Пакистана) и союз с США вызвали в стране серьезное недовольство9.

2001: 45.

Исламистские чувства, замешанные на антиамериканизме, охва Там же. тили значительную часть пакистанского общества10. Наблюдатели отме чали, что в северо западных районах Пакистана население более эмо ционально реагировало на антитеррористическую кампанию в Афгани Там же: 49. стане, чем в самой этой стране11.

После начала антитеррористических действий в Афганистане об становка в Пакистане стала крайне напряженной. В крупных городах страны — Карачи, Равалпинди, Лахоре, Пешаваре — проходили мас совые демонстрации протеста. Из пуштунских районов тысячи доб ровольцев уходили помогать талибам. На некоторых территориях ис ламские радикалы устанавливали фактически свое правление. Многие эксперты говорили о возможности захвата исламистами власти в Паки стане, а, значит, и ядерного оружия.

В стране усилилась террористическая деятельность исламистских военизированных организаций. Причем если раньше это были, как правило, суннито шиитские столкновения, то теперь террор был на правлен против культовых учреждений и представителей других рели гий (католической, протестантской и т. д.), другими словами, про тив недружественных Пакистану стран, где эти религии преобладают (США, Англия, Франция). Прежняя напряженность между суннитами и шиитами несколько ослабла. Проявлением этого стало создание еди ного блока основных исламистских партий «Муттахида Маджлис и Амаль» (ММА — «Объединенный совет действия»), в который вошла крупнейшая шиитская организация «Миллат и джафария Пакистан» («Общество джафаристов Пакистана»). Таким образом, подъем исла мизма в Пакистане сопровождался в определенный период времени и некоторой его внутренней консолидацией.

С осени 2001 г. серьезно активизировалась деятельность исламис тских боевиков и за рубежами Пакистана, прежде всего в Кашмире.

Этому содействовала, помимо прочих причин, переориентация всех па кистанских исламистских организаций после «потери» Афганистана на борьбу в этом районе. Участились теракты. Дважды нападению под 152 “” № 4 (47) верглось Законодательное собрание штата Кашмир. 13 декабря 2001 г.

вооруженные боевики штурмовали здание индийского парламента в Дели. В январе 2002 г. нападению подвергся американский культурный центр в Калькутте. Все это привело к резкому обострению пакистано индийских отношений, что поставило обе страны на грань войны.

Опасность подобной ситуации, а также воздействие РФ, КНР, США и других стран обусловили начало примирительного процесса между Ин дией и Пакистаном.

В подобной ситуации пакистанское правительство приняло экст ренные меры. Полиция и войска «утихомирили улицу». Были запреще ны пять наиболее радикальных организаций, их лидеры арестованы, некоторые из них приговорены к различным тюремным срокам. Власти задержали свыше двух тысяч активистов этих организаций и закрыли 600 их офисов. Было объявлено о взятии под государственный контроль нескольких тысяч религиозных школ медресе — с тем, чтобы из рассад ника исламского экстремизма превратить их в обычные учебные заве дения (естественно, с религиозным уклоном). В определенной степени контроль был установлен и над мечетями.

Активизировалась работа по ослаблению позиций традиционали стов в высшем комсоставе армии. Чтобы не вызвать недовольства воен ных, делалось это очень тонко и в разнообразных формах. Наиболее опасный генерал — Махмуд Ахмад, возглавлявший ОВР, — был отправ лен в отставку. Другой генерал — Мухаммад Азиз — был не только ос тавлен в армии, но и переведен на более высокий пост — с командира корпуса на пост председателя Объединенного комитета начальников штабов (ОКНШ) трех родов войск. Однако этот пост во многом носит церемониальный характер и не дает его обладателю реальной власти в принятии политических решений — при П.Мушаррафе только узкий круг военачальников, состоящий из командиров корпусов, составляет высшее государственно политическое руководство страны. К тому же генерал Азиз до своего «повышения» командовал войсками, располо женными в Пенджабе, то есть в условиях военного времени был пол новластным хозяином самой богатой провинции Пакистана. Еще инте ресней было ослабление генерала Музаффара Усмани, который зани мал реально важный пост заместителя начальника штаба армии, то есть самого Мушаррафа (тем более, что став президентом страны, Мушар раф был вынужден возложить на своего заместителя более широкий круг обязанностей). В ходе перестановки высших военных кадров гене рал М.Усмани остался на своем посту, но потерял реальную власть, по скольку был создан новый пост — первого заместителя председателя штаба армии, которому и перешли все прежние функции М.Усмани. На этот пост был назначен известный своими умеренными взглядами гене Там же: 27. рал Мухаммад Юсуф12.

В начале 2002 г. прямое противостояние между властями и исла мистами несколько ослабло, однако популярность последних выросла, что показали всеобщие выборы в октябре 2002 г. Блок ММА завоевал “” № 4 (47) 2007 20% мест в нижней палате парламента — Национальном собрании, по бедил в пуштунской Северо Западной пограничной провинции и до бился высоких результатов еще в одной — Белуджистане. В Националь ном собрании он вошел в тройку лидирующих партий, а в верхней па лате — Сенате — занял второе место.

Это был невиданный за всю историю Пакистана успех исламских партий. Теперь они представляли большую силу и в представительных органах, а не только на улице. Исламисты получили возможность как бы с двух сторон, изнутри и извне, организованными и стихийными выступлениями, законными и нелегальными методами вести борьбу за достижение своих целей. Вероятно, этот успех исламисты постараются развить и дальше, поскольку всеобщие выборы означали прекращение военного правления. И хотя П.Мушарраф остался президентом, оче видно (и предшествующий опыт подтверждает это), что введение кон ституционно парламентских форм правления ослабляет жесткую хват ку армии и предоставляет больший простор для разного рода оппозици онных сил.

В такой обстановке П.Мушарраф проводит очень сложную и тон кую политику. Хотя поддерживающая его коалиция партий обладает в высших законодательных органах очень небольшим преимуществом, на руководящие посты в государстве удалось поставить представителей поддерживающей президента Пакистанской Мусульманской лиги име ни «Каид и Азама» М.А.Джинны — ПМЛ (К). Не менее важной была задача обеспечения представительства в этом верхнем эшелоне власти субъектов федерации. Она также была решена довольно удачно. Пре мьер министром стал Мир Зафарулла Хан Джамали — представитель самой маленькой провинции Белуджистан. Должность спикера нижней палаты занял Чоудхри Амир Хусейн (от Пенджаба), а его заместителем стал Сардар Мухаммад Якуб (Северо западная Пограничная провин ция — СЗПП), выходец из Синда Мухаммад Миан Сумро стал предсе дателем Сената, а его заместителем избран Халил ур Рахман (СЗПП).

Таким образом, при партийно политическом единстве руководства Па кистана в нем оказались представлены все главные этносы страны. Сам президент Мушарраф является мухаджиром (беженцем из Индии), то есть он не связан с какими либо группами коренного населения Пакистана.

Следует обратить внимание на особые позиции в государственно политической верхушке представителей северного региона. Помимо того, что Белуджистан представлял глава правительства, а СЗПП — за местители руководителей обеих палат парламента, спикер Националь ного собрания, прошедший на выборах от Пенджаба, долгие годы зани мался политической деятельностью в «пакистанской» части Кашмира.

Это говорит об особом внимании, которое официальный Исламабад придает району, где исламизм особенно силен.

Новый всплеск «исламской волны» произошел в связи с амери канским вторжением в Ирак в марте 2003 г. Массовые демонстрации и митинги протеста прошли по всей стране. В Исламабаде, Лахоре, Кара 154 “” № 4 (47) чи, Пешаваре и Кветте власти предприняли масштабные меры по защи те дипломатических представительств, в особенности американских и союзных им в войне против Ирака стран. В районы дипмиссий были направлены дополнительные силы безопасности, полицейские отряды и подразделения пограничной охраны. На сей раз протестное движение было более антиамериканским и менее оппозиционным своему прави тельству, оно было более или менее равномерным по всей стране.

Во первых, в данном случае отсутствовал факт этнонационального род ства, и главной причиной возмущения являлось нападение на мусуль манскую страну. Во вторых, всеобщее негодование вызвали нарушение международного права, действия в обход ООН, несоблюдение решений Совета Безопасности. А это — крайне болезненная тема для Пакистана, поскольку принятые в конце 1940 х гг. резолюции Совета Безопасности о решении кашмирской проблемы путем проведения там плебисцита (на чем всегда настаивал Пакистан, учитывая преобладание в Кашмире мусульман) остаются невыполненными из за позиции Индии. Поэтому Пакистан являлся одним из самых последовательных сторонников осу ществления решений ООН. Неудивительно, что в своих выступлениях глава пакистанского МИД Х.М.Касури призывал к обязательному вы полнению всех резолюций ООН без каких либо исключений, отказу от двойных стандартов в подходах к международным проблемам. При этом он требовал проведения в жизнь всех решений ООН по Ираку, Палес Dawn 26.03.2003. тине и Кашмиру13.

Вообще иракские события поставили Исламабад в очень сложное положение. Только что наладились широкие связи с богатой и сильной Америкой. Нуждаясь в поддержке Пакистана, Дж.Буш отменил в сере дине марта последние санкции против него. Исламабаду сразу же были предоставлены в виде помощи 600 млн. долл. на «нужды» деятельности Пакистана в Афганистане, более 300 млн. долл. на военные потребнос The News. — ти самого Пакистана14.

Islamabad — Но, разумеется, Исламабад не мог не учитывать настроения в Rawalpindi.

мире и своей стране. Поэтому он занял нейтральную позицию, в целом 16.03.2003.

равноудаленную от обеих враждующих сторон. При этом он старался ее не афишировать, основной упор делая на необходимость мирного дипломатического урегулирования вопроса, гуманитарные аспекты проблемы, повышение роли ООН в настоящий момент и в период пос левоенного урегулирования в Ираке, обязательность сохранения терри ториальной целостности и суверенитета Ирака. Сразу же после начала иностранной интервенции в эту страну Пакистан пошел на внешне эф фектные шаги, не имеющие, однако, большого практического значе ния. К ним следует отнести отмену военного парада в День Пакистана (23 марта), отмену приемов в этот день в пакистанских посольствах за рубежом, перенесение южноазиатских спортивных игр, открытие кото рых намечалось 29 марта в Исламабаде, и так далее.

Более серьезным демонстративным шагом была отмена заплани рованных ранее визитов пакистанского премьера М.З.Х.Джамали в “” № 4 (47) 2007 США и Англию. Первая зарубежная поездка главы пакистанского пра вительства пришлась на Китай, где он был принят почти всеми высши ми руководителями КНР. В Китае пакистанский лидер, естественно, должен был четко излагать позицию Пакистана и следить за тем, чтобы она не отличалась от позиции собеседников. В Пекине Джамали выра зил неприятие вооруженных действий на Ближнем Востоке, полностью поддержал желание Пекина «как можно скорее прекратить войну в Ираке и вернуть решение кризиса в политическое русло в рамках Dawn 26.03.2003. ООН»15.

В настоящее время в Пакистане главную проблему представляет не борьба левых и правых, либералов и консерваторов, различных кон фессий и т. д. Линия разлома в пакистанском обществе проходит в са мой мусульманской общине — между умеренными и радикалами;

пос ледние представлены фундаменталистами и экстремистами, то есть проводниками принципов традиционализма всеми средствами, в том числе и террористическими. Основным, что объединяет эти силы, явля ется стремление ввести порядки раннего периода существования исла ма и установить теократию (что то вроде иранского варианта). Умерен ные ни в коей мере не выступают против религии, но считают, что ис тинный ислам не имеет ничего общего с экстремизмом и терроризмом.

Умеренные выступают за «подлинно творческое, динамичное» учение ислама, против «превращения его в догму». Президент Пакистана П.Мушарраф резко критиковал исламских радикалов: «Разве нам ну жен талибанизированный Пакистан? Разве нам нужен ислам талибско го толка? Радикально настроенное меньшинство не имеет права дикто Dawn 10.06.2003. вать свою волю всему народу»16.

Весьма затруднительно в данной проблематике определить поня тие «умеренность». Прежде всего, конечно, это не есть что то четко очерченное и неизменное при любых обстоятельствах. Видимо, суще ствует какое то политическое пространство, в котором и проходит дея тельность умеренных. Границами этого пространства, с одной стороны, является теократия (муллократия), с другой — секуляризм. Последнее явление надо понимать в широком смысле слова — как проявление светскости. В узком и строгом понимании термин «секуляризация» в мусульманской системе представлений просто абсурден. Как известно, ислам охватывает все стороны жизни уммы, строго регламентирует по ведение человека и деятельность всего общества;

нелегко представить, как в такой ситуации можно реально отделить от государства рели гию — основу мусульманской традиции.

Если понимать секуляризм как расширение светского характера общества и государства, то можно сказать, что он является чертой, пе реступить которую не могут в Пакистане (и других мусульманских стра нах) даже самые умеренные, просвещенные либералы, представители политической элиты, люди демократической ориентации. О невозмож 156 “” № 4 (47) ности секуляризации мусульманского государства говорят многие уме ренные мусульманские деятели, немало сделавшие для преодоления «крайних форм и действий» своих собратьев по вере. Президент П.Му шарраф, озабоченный проблемами улучшения имиджа мусульманского Пакистана, много говорит о его демократичности, прогрессивности, умеренности и т. д. Он критикует экстремистские организации, дея тельность которых разрушает такое представление о Пакистане, и пото му они подлежат осуждению и искоренению. Обилие таких его вы сказываний ввело в заблуждение некоторых не слишком искушенных иностранных корреспондентов. Они начали видеть в этих заявлениях элементы пропаганды светскости, что сразу же вызвало резкие возраже ния П.Мушаррафа. В эксклюзивном интервью корреспонденту газеты «Коммерсантъ», который хотел уточнить президентскую программу «превращения Пакистана в демократическое светское исламское госу дарство, которое служило бы моделью для стран Азии», генерал резко ответил: «Я никогда не говорил о превращении Пакистана в светское государство. Я бы хотел, чтобы Пакистан был прогрессивным, дина мичным, демократическим исламским государством. На мой взгляд, сущность Пакистана, как понимал это основатель государства Му хаммед Али Джинна, — это исламское, демократическое, умеренное, прогрессивное государство, построенное на принципах равенства и мирного сосуществования с другими странами. Думаю, что если кто то попытается отойти от такой базовой идеологии, то народ Пакистана от Коммерсантъ вергнет такие попытки»17.

09.09.2003.

Все правящие режимы Пакистана, гражданские или военные, сто яли на позициях умеренного исламизма и действовали в описанном выше политическом пространстве, хотя и различным образом в нем размещаясь. В силу внешних и внутренних причин в сторону исламо кратии значительно сдвинулся режим генерала М.Зия уль Хака. В про тивоположном направлении дрейфовали первый военный режим М.Айюб Хана и нынешний — П.Мушаррафа. Однако ни в одном случае речь не шла об установлении ни теократического режима, ни секуляри стского правления. За последний в современном Пакистане практиче ски никто не выступает. А муллократия, не соответствующая нынеш ним внутренним и внешним условиям, не пользуется поддержкой большинства населения (о чем свидетельствуют результаты всеобщих выборов на различных уровнях). К тому же установление такой формы правления означало бы отстранение от власти гражданской и военной элит, что вызвало бы их активное сопротивление (представляется, что и строгое соблюдение турецкими военными кемалистских принципов ла ицизма не в последнюю очередь обусловлено желанием армии играть важную роль в политических делах страны).

Определить социальный состав умеренных и экстремистов также чрезвычайно сложно. И дело не только в том, что представители одной социальной группы могут участвовать в разных враждебных политиче ских лагерях. Очень много зависит от ситуации в стране. В годы спо “” № 4 (47) 2007 койствия, относительного экономического благополучия ряды умерен ных растут. В периоды же разного рода катаклизмов проявляется серь езная мобилизующая роль исламского радикализма.

В самой общей постановке вопроса к умеренным можно отнести правящую политическую элиту, основную часть военных и интеллиген ции, юристов, боящихся введения исламского судопроизводства, вер хи богословов, опасающихся за свое устоявшееся привилегированное положение. Основная масса населения, как свидетельствуют итоги выборов и опросы, поддерживает умеренных, поскольку не приемлет «революционных бурь» и ценит спокойствие и стабильность в стране.

Их интересы выражают правящая партия ПМЛ (К), наименее ислами зированная ПНП, Демократическая партия и многие мелкие центрист ские партии, созданные на этнонациональной основе.

В стане фундаменталистов и исламских радикалов находятся: ос новная масса священнослужителей (частично по убеждениям, частично из карьерных стремлений), земельная аристократия (приверженная традиционализму во всех сферах жизнедеятельности общества), неболь шая часть военных и работников спецслужб, а также интеллигенции (особенно связанной с ядерной отраслью). Здесь же — немало простых людей, которые искренне хотят восстановить фундаменталистские цен ности раннего ислама и надеются при этом на улучшение своего поло жения, снижение имущественного неравенства, избавление от бедности и т. д. Выразителями интересов этих групп являются старые фундамен талистские партии ДИ, ДУИ, «Джамиат ул Улама и Пакистан» (ДУП) и др. Как уже отмечалось, шесть крупных фундаменталистских партий (включая, естественно, перечисленные выше) создали коалицию, что при мажоритарной системе подсчета голосов помогло им добиться ус пеха на всеобщих выборах в октябре 2002 г.

Возникшие в стране военизированные радикалистские группи ровки не только сотрудничают друг с другом, но иногда и конфликтуют.

На их взаимоотношения влияют связи между их «материнскими» партиями, положение в этих партиях. Так, неурядицы и расколы в ДУИ привели к тому, что «Сипах и Сахаба и Пакистан» и «Лашкар и Джангви» стали подчиняться только руководству противостоящих внут рипартийных фракций. Понятно, что особенно сложны в этой среде отношения между суннитами и шиитами, между ними нередки столк новения.

С начала нынешнего столетия пакистанские власти стали прово дить репрессивный курс в отношении экстремистских организаций.

Некоторые запрещены, а их боевики ушли в подполье. Другие группы несколько раз меняли название, чтобы избежать преследования. При этом борьба с исламскими радикалами не отличается ни последователь ностью, ни жесткостью. Арестованных за террористические действия в большинстве случаев скоро отпускают, проходящие судебные разбира тельства, как правило, заканчиваются мягким наказанием. Поэтому террористическая деятельность в Пакистане продолжается. Имеют мес 158 “” № 4 (47) то кровавые суннито шиитские столкновения, нападения на предста вителей других конфессий, теракты против государственных деятелей, включая президента и премьер министра.

Исламские фундаменталисты и радикалы активно ищут и находят союзников среди многочисленной оппозиции режиму П.Мушаррафа.

Многие ее участники преследуют отнюдь не религиозные цели, а вы ступают за развитие демократии, уменьшение политической роли ар мии и т. д. Именно в стремлении ослабить правящий режим разного рода коалиционные связи устанавливают между собой ММА и такие партии, как ПНП и ПМЛ(Н). Для исламистов главная задача — сокру шить правящий режим и занять руководящее положение в стане побе дителей.

Особую опасность представляет союз исламистов и этнонацио нальных партий и группировок, в прежнее время игравших важную роль в демократическом движении в Пакистане. В северо западных районах страны, где имеет место движение в поддержку «братьев тали бов», особенно сильны позиции конфессионально этнического союза, располагающего поддержкой местного пуштунского населения. И это при том, что интегристские принципы ислама отвергают этнонацио нальные различия в мусульманской общине. Вообще в современном исламском мире ревнители традиций нередко закрывают глаза на их нарушение во имя привлечения на свою сторону широких масс населе ния и прихода к власти. Так, на президентских выборах в Йемене в сен тябре 2006 г. в оппозиции А.А.Салеху исламисты впервые объедини лись со светскими партиями левого толка.

Острым и достаточно неожиданным было выступление в 2007 г.

исламистов в столице государства. Несмотря на относительную ограни ченность его масштабов, борьба затянулась больше, чем на полгода. Это выступление и связанные с ним события высветили многие значитель ные аспекты политической ситуации современного Пакистана, приведя к важным и противоречивым последствиям.

Центром конфликта явилась мечеть «Лал Масджид» («Красная мечеть», построенная из красного кирпича) и находящиеся под ее эги дой медресе (в одном обучались девушки, в других — юноши;

в целом около 10 тыс. человек). Радикальное руководство мечети давно вело со ответствующую обработку учащихся. Более того, с началом конфликта здесь обнаружились оружие и боеприпасы, «пришлые» боевики.

Первоначальным требованием учащихся было прекращение госу дарственного контроля над мечетями и медресе. Власти, естественно, игнорировали это. В ответ 21 января 2007 г. учащиеся захватили госу дарственную детскую библиотеку. Началось длительное противостоя ние исламистов и властей.

В течение длительного времени террористы выдвигали все новые и новые требования — ввести в стране шариат, бороться с «навязывани ем чуждых исламу ценностей», закрыть видеомагазины, массажные са лоны и т. д. Свои слова они подтверждали делами — захватывали жен “” № 4 (47) 2007 щин за «недостойное поведение», уничтожали кассеты и диски с рабо тами индийских и западных кинематографистов. В июне учащиеся мед ресе похитили семерых граждан КНР — работников клиники, в кото рой для лечения используют традиционные китайские иглоукалывание и массаж. В заложники попадали даже полицейские. Бесконечные пе реговоры ни к чему не приводили, достигнутые соглашения тут же на рушались. Столкновения и перестрелки сопровождались жертвами с обеих сторон. Было предпринято очередное покушение на президента.

В беспокойных районах северо западного Пакистана, откуда родом было подавляющее большинство учащихся медресе, стали совершать акты боевики смертники, происходили самоубийства в знак протеста против действий властей или в поддержку «братьев по вере и крови».

Вызывало недоумение поведение властей, сначала допустивших возникновение острого конфликта в столице, а затем продемонстриро вавших неспособность его преодолеть в течение долгого времени. Рас пространилось мнение, что правящий блок использует события, свя занные с «Красной мечетью», для устрашения своих умеренных и за падных партнеров, как предостережение против смены правительства.

Тем не менее власти понимали, что бесконечно терпеть беззаконие в столице невозможно. Важным сигналом в этом плане был захват граж дан Китая — основного союзника и партнера Пакистана. 4 июля в Ис ламабаде был введен комендантский час. После тщательной подготовки 10 июля начался штурм комплекса «Красной мечети» и медресе, кото рый завершился на следующий день взятием этих зданий и разгромом окопавшихся там воинствующих исламистов.

Место действия конфликта, его длительность, варварские дей ствия террористов еще раз показали стране опасность религиозного радикализма и необходимость упорного противодействия ему. Боль шинство пакистанского населения, кроме районов северо запада, не поддержало экстремистов и фундаменталистов, вновь показав, что па кистанцы хотят спокойной и безопасной жизни и не желают «талиба низации» страны и повторения судьбы афганского народа. Несомнен но, этим настроениям способствуют экономические достижения и по зитивные социальные изменения в стране.

Противостояние с экстремистами положило начало определенной перегруппировке политических сил. Во время кризиса вокруг «Красной мечети» умеренная часть оппозиции, включая ПНП, выступала за ре шительную борьбу с религиозным экстремизмом и терроризмом, то есть по сути поддерживала правительство. Возникшие тенденции полу чили в дальнейшем известное развитие. Так, после завершения конф ликта радикально настроенная часть оппозиционного блока разработала план действий по бойкоту властей. Руководство ПНП отказалось уча ствовать в его реализации, отметив наличие существенных противоре чий с ММА. Таким образом, после кровавых событий в столице появи лась возможность сближения политических сил умеренного толка и ди станцирования их от религиозных экстремистов и фундаменталистов.

160 “” № 4 (47) « Официальный Пакистан ведет идеологическую борьбу с ислам » ским радикализмом. Основные ее принципы изложены в выдвинутой в 2004 г. и широко распространяемой внутри страны и за ее пределами См.: Musharraf P. концепции П.Мушаррафа «Просвещенная умеренность»18, принятой 2006: 295—297.

организацией «Исламская конференция» (ОИК) в качестве официаль ного документа.

Следует отметить два основных аспекта этой концепции. Во пер вых, провозглашена абсолютная несовместимость экстремизма, ради кализма и терроризма с подлинным исламом. В самом Пакистане даже был объявлен джихад против религиозного терроризма. Таким образом, мусульманский мир не несет ответственности перед человечеством за исламский радикализм, как это часто представляется на Западе, он сам страдает от религиозного терроризма, как и представители других об щин. Во вторых, доктрина П.Мушаррафа исходит из того, что подлин ными причинами исламского радикализма являются социально эконо мические проблемы, отсталость, неграмотность, бедность и т. п., а не какие то религиозные или цивилизационные особенности. Поэтому для преодоления экстремизма и терроризма следует решить отмечен ные проблемы посредством экономического роста, обеспечения соци альной справедливости, просвещения, умеренности, эволюции

..

. Упор надо сделать на «гармонию и благоприятное сосуществование разнооб The News. разных культур и религий»19. Одновременно был поставлен вопрос об 05.02.2005;

урегулировании конфликтов в мусульманском мире и вокруг него Pakistan 2005: 6.

(таких, как болезненный палестинский вопрос, угрожающая обстанов ка в Ираке, политическая нестабильность в Ливане, напряженность между США и Ираном), которые также сопровождаются усилением эк стремизма, представляющего угрозу региону, мусульманскому миру и http:// всему человечеству20. Разумеется, в борьбе с мировым злом — террориз www.mofa.gov pk / мом, в искоренении его причин и урегулировании конфликтов должны Press Releases/ принимать участие все страны мира.

2007/Feb/PR 07.htm.

Оценивая концепцию «Просвещенная умеренность», премьер министр Пакистана Ш.Азиз отметил следующие основные ее черты — глобальный характер, отрицание экстремизма и непримиримости, на правленность на социальную справедливость, просвещение и развитие, а также на решение конфликтов, которые «вызывают огромные страда The Pakistan ния и являются причиной многих болезней исламской уммы»21.

Times. 06.07.2005.

Доктрина «Просвещенная умеренность» направлена против иска жения подлинного ислама, то есть против его радикалистского истол кования. Это положение чрезвычайно важно и должно быть широко ис пользовано в идеологической борьбе с терроризмом, поскольку разного рода общественные столкновения и неурядицы, вызванные выдавае мым за истинный ислам исламским радикализмом, как правило, вос принимаются массами именно в таком виде.

“” № 4 (47) 2007 Религиозный фактор всегда играл важнейшую роль в определении и направленности внешнеполитического курса Пакистана. В настоящее время Пакистан взял курс на укрепление своих позиций и влияния в мусульманском мире. Этому способствуют по крайней мере два обстоя тельства. Во первых, ускорившийся в последнее время экономический рост (7—8% в год). Во вторых, пакистанское руководство умело исполь зует геостратегическое положение страны как связующего центра двух частей мусульманского мира, а также общую ситуацию в умме в свете проблемы терроризма.

Особое внимание Пакистан уделяет Индонезии, Малайзии и Азербайджану, странам Центральной Азии (здесь существенную роль играет вхождение бывших среднеазиатских республик и Пакистана в Шанхайскую организацию сотрудничества (ШОС).

Вместе с Малайзией Пакистан явился инициатором созыва Все мирного экономического форума мусульманских государств («мусуль манский Давос»). На втором форуме, который проходил в Исламабаде в октябре 2006 г., П.Мушарраф выдвинул ряд инициатив, направленных на консолидацию исламского мира — прежде всего в области урегули рования конфликтов на Ближнем Востоке и прекращения суннитско шиитской конфронтации. Также он предложил создать в рамках ОИК Фонд помощи слаборазвитым мусульманским государствам, где бы ак кумулировались поступающие на эти цели из стран участников ОИК финансовые средства. В декларации, принятой на форуме, содержался призыв к созданию зоны свободной торговли исламских государств.

В ходе интенсивных контактов П.Мушаррафа с рядом ближневос точных стран, а также с Малайзией и Индонезией, были высказаны предложения по достижению «гармонии в исламском мире», которые, по словам П.Мушаррафа, базируются «на принципах справедливости».

Прежде всего предусматривается урегулирование ситуации на Ближнем Востоке, прекращение насилия на палестинских землях, в Иране, Лива не и Афганистане. Активное участие в этом должны принять мусуль манские страны Восточной Азии, прежде игравшие довольно ограни ченную роль в процессе ближневосточного урегулирования. Этот про цесс должен осуществляться на основе соблюдения международного права и соответствующих резолюций ООН, а также жесткого противо действия экстремизму и терроризму. Именно последние обстоятельства обеспечили пакистанским мирным инициативам поддержку западных стран, несмотря на то, что их осуществление может повести к опреде ленному ослаблению влияния Запада на ситуацию в регионе.

«Ближневосточная мирная инициатива», по мнению ее авторов, должна сблизить мусульманские страны, укрепить их единство, усилить общие позиции на международной арене, побудить активнее выступать по коренным проблемам современности. Дело, однако, имеет еще один важный аспект. Ключевым моментом к его пониманию является то ут верждение П.Мушаррафа, что «преодоление конфликтов — это основа 162 “” № 4 (47) усилий в борьбе с экстремизмом в мусульманском мире». Другими сло вами, активизация деятельности мусульманского мира в названном на правлении не только не может вызывать опасения в западном мире, но наоборот, должна быть поддержана им в целях решения глобальной проблемы терроризма и экстремизма.

Если пойти еще дальше, то можно предположить, что в какой то мере материализуется принцип диалога и сотрудничества цивилизаций.

Осуществляется этот процесс умеренными силами при нейтрализации крайностей типа исламского радикализма или идеи столкновения ци вилизаций. Показательно, что инициаторами и проводниками рассмот ренной новой инициативы мусульманских стран стали именно умерен ные исламские режимы. Важной вехой на этом пути явилась встреча в Исламабаде 25 февраля 2007 г. министров иностранных дел Египта, Иордании, Турции, Пакистана, Саудовской Аравии, Индонезии и Ма лайзии;

участие в ней принял также генеральный секретарь ОИК (кста ти, в итоговом заявлении участников встречи отмечено, что она про изошла «в результате недавних визитов президента Мушаррафа в раз http:// личные мусульманские страны)22. На этой встрече были рассмотрены www.mofa.gof.pk/ различные аспекты мирной инициативы и дальнейшие меры по их осу Press Releases/ ществлению. Обращает на себя внимание отсутствие в этой «велико 2007/Feb/PR 07.htm лепной семерке» Ирана.

В возникновении и деятельности новой группировки мусульманс ких государств большая заслуга принадлежит Пакистану. Значительна его роль в определении стратегии этой группировки, ее идеологическом обеспечении. Политика руководства Пакистана в отношении религии — полная поддержка и развитие истинного ислама и решительная борьба с его радикалистским направлением — преподносится как образец кон фессиональной политики умеренных мусульманских государств.

Белокреницкий В. Исламский радикализм Пакистана: эволюция и роль в регионе // «Центральная Азия и Кавказ». 2000. № 6 (12). — Lulea.

Коммерсантъ. 2003. — М.

Census of Pakistan. Population, 1961. Vol. 1. — Karachi.

The Constitution of the Islamic Republic of Pakistan. 1937. — Karachi.

Dawn. 2002, 2003. — Karachi.

Journal of South Asian and Middle Eastern Studies. 1982. Vol. VI.

№ 1. — Villanova.

Musharraf P. In the Line of Fire. 2006. — N.Y.

The News. 2003, 2005. — Islamabad—Rawalpindi.

Newsline. 2001. — Karachi.

The Pakistan Calling. 2005. — Karachi.

The Pakistan Times. 2005. — Karachi.

Talbot I. Pakistan. A Modern History. 1998. — N.Y.

“” № 4 (47) 2007




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.