WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

..

:

« » За прошедшие после победы антишахской революции годы пред ложенная высшим шиитским духовенством модель развития Исламс кой Республики Иран постоянно эволюционировала и приспосаблива лась к меняющейся ситуации в стране и в мире. Тем не менее многие, особенно на Западе, стараются не замечать происходящих в этой стране перемен, утверждая, что после прихода к власти иранское духовенство уже двадцать семь с лишним лет не поступается однажды провозгла шенными принципами. С другой стороны, не вполне соответствует действительности мнение некоторых исследователей, в том числе рос сийских, будто в Иране нарастает процесс стихийной секуляризации, связанный с ослаблением позиций иранского духовенства под давлени ем требующего демократических свобод иранского населения. Действи тельно, многие из происходящих в ИРИ в последние годы событий можно расценить как отход духовенства от первоначальных исламских установок. Однако при этом следует признать, что сегодня так же, как и на заре исламской революции, все основные социально политические и экономические процессы в Иране по прежнему контролируются и инициируются стоящим у власти шиитским духовенством.

Главные из этих изменений заключаются в следующем:

Во первых, подверглись ревизии или существенно дополнены и изменены некоторые основополагающие статьи иранской Конститу ции. После смерти Р.Хомейни отменен пожизненный принцип назна чения руководителя страны — рахбара, а его деятельность поставлена под контроль выборного Экспертного совета. Данный совет наделен Конституцией правом смещать руководителя страны в случае, если пос ледний будет не в состоянии исполнять свои обязанности либо утратит качества, требуемые от личности «рахбара». Полномочия президента страны усилены за счет упразднения поста премьер министра. Законо дательно закреплено создание Совета по целесообразности, получив шего полномочия преодолевать вето Наблюдательного Совета на при нимаемые иранским парламентом законы. Эволюционирует судебная система ИРИ. Сведена на нет деятельность революционных исламских трибуналов и существенно ограничены полномочия полиции в сфере контроля за нравственностью. Снят запрет на занятие женщинами дол жностей в системе судопроизводства. Перестали на практике приме няться многие статьи закона 1982 г. об уголовных и гражданских нака заниях, устанавливавшие такие их виды, как бичевание, побиение кам нями и отрезание конечностей.

“” № 4 (47) 2007 Эволюционирует политическая система ИРИ. Осуществлен пере ход от неограниченной многопартийности, существовавшей в первые годы после исламской революции, через однопартийную систему (Партии Исламской Республики) к нынешнему появления целого ряда борющихся за власть религиозно политических группировок. Все они по своей сущности происламские, но различаются видением дальней ших преобразований в стране. При этом обычной становится ситуация, когда высшие посты в государстве занимают представители светского истеблишмента.

В социальной сфере происходит смещение акцентов с приоритета государственного обеспечения социально «обездоленных» (то есть эко номически малоактивных слоев населения, интересы которых должна была обеспечивать принятая после революции концепция «тоухидной экономики») к поддержке активных и образованных групп современ ной иранской молодежи, составляющей сегодня большинство иран ского населения. Причем эти изменения происходят в русле основопо лагающего принципа социальной справедливости, лежащего в основе политики иранского правительство. Так, объявленная президентом Ах мадинежадом программа приватизации 80% принадлежащих государст ву предприятий, что, безусловно, увеличит и усилит буржуазный класс страны и ускорит темпы экономического роста, в то же время сопро вождается другой программой — распределением «акций справедливос ти», передаваемых на безвозмездной основе 7 миллионам представите лей самых малоимущих слоев населения, которые будут получать дохо ды от денационализируемых предприятий.

За последние годы исламский режим пошел на серьезные преоб разования в области женского равноправия. Итогом этой политики ста ло присоединение Ирана в 2001 г. к конвенции ООН о запрещении лю бых форм дискриминации женщин.

В экономической сфере происходит переход от политики опоры на собственные силы, жестких методов государственного регулирова ния и непосредственного вмешательства религиозных структур к либе рализации экономики и открытым рыночным отношениям, к широко му привлечению иностранного капитала.

За последние годы серьезно поменялись также внешнеполитиче ские приоритеты Ирана. Политика самоизоляции и курс на экспорт «исламской революции» к настоящему времени успешно преодолены, и страна демонстрирует готовность к международной экономической ин теграции, политическому и культурному диалогу с другими странами и народами.

По нашему мнению, все указанные изменения говорят только об одном — высшее шиитское духовенство ИРИ, внимательно следя за со временными мировыми тенденциями и гибко реагируя на требования собственного населения, инициирует проводимые в стране системные реформы. При этом оно не утрачивает свои властные полномочия, но 140 “” № 4 (47) все чаще делегирует их преданным ему светским элементам, оставляя за собой высшие контрольные функции. Таковые, кстати, традиционно являются главным рычагом воздействия иранских богословов на проис ходящие в стране процессы. Можно предположить, что, не отказываясь от принципа «велаяте факих», предложенного в свое время аятоллой Р.Хомейни, высшее духовенство страны все более склоняется к позици ям, которые в свое время разделяли такие религиозные авторитеты, как аятоллы Шариат Мадари, Талегани и Гольпаегани. Они считали пред почтительным для высшего духовенства дистанцироваться от прямого управления государственными делами, но при этом обеспечить полный контроль за политическими и экономическими процессами, делая осо бый упор на социальную политику. Сегодня абсолютный контроль выс шего шиитского духовенства за происходящими в Иране событиями обеспечивается полномочиями рахбара, Наблюдательного совета, Сове та по целесообразности, а также через СМИ и существующую в стране систему судопроизводства. Решающую роль в этом вопросе играет так же деятельность служителей многочисленных мечетей.

Из сказанного выше можно сделать несколько выводов, напря мую связанных с формулированием внешнеполитических задач России в отношении этой страны.

Во первых, крах исламского режима в Иране в обозримой перс пективе представляется маловероятным. Он оказался на удивление ус тойчив именно потому, что не боится отказываться от сложившихся стереотипов, если они мешают успешному развитию общества и госу дарства. Такая политика позволила Ирану не только противостоять всем тем бесчисленным объективным и субъективным бедствиям и проблемам, которые буквально волнами накатывали на эту страну пос ле революции, но и сохранить облик легитимного цивилизованного государства. Известно, что после революции исламское руководство сумело мобилизовать население страны на преодоление послереволю ционной анархии и разрухи, подавило широкомасштабные формы тер роризма. Оно сохранило унитарность многонационального иранского государства, которая подверглась серьезному испытанию не только из за выступлений некоторых национальных меньшинств в самом Иране, но и из за воздействия дезинтеграционных процессов в соседнем СССР и в Югославии. Иран с честью выдержал самое серьезное для него ис пытание — восьмилетнюю войну с Ираком. Затем он успешно противо стоял американской блокаде, политическим и экономическим демар шам западноевропейских стран и ряда международных организаций, включая МВФ, Мировой банк, а сегодня и МАГАТЭ. Все это, конечно, сильно затормозило выполнение социально экономических программ в стране, но не сломило волю ее руководства к проведению суверенного политического курса. Серьезному испытанию социально экономиче ская ситуация в ИРИ подверглась и в результате послереволюционного демографического взрыва, удвоившего население этой страны, а также “” № 4 (47) 2007 стихийных бедствий, прежде всего катастрофических землетрясений, унесших жизни десятков тысяч иранцев и превративших в руины целые города.

При решении всех этих проблем большую роль сыграла мобилиза ция духовенством широких масс иранского населения. При этом в ос нову своей политики оно заложило целый ряд мер, направленных на переустройство иранского общества и наполнение его новым «ислам ским» содержанием. В целом эту политику можно подразделить на две составляющие — ревизионистскую, подвергающую критике социаль ную концепцию шахского периода, которая основывалась на западных ценностях, и конструктивную — предлагающую свое видение общест венного развития в исламском обществе. Первая отвергает такие импе ративы западной цивилизации, как получение сверхприбыли в качестве конечной цели производства, индивидуализм и личное преуспевание каждого как залог процветания общества в целом, фактическую узако ненность спекулятивных операций как в банковской, так и в торгово промышленных сферах, оправданность деления общества на преуспе вающую элиту и париев, примат материального над духовным и т. п.

Вторая нацелена на преобразования общества в духе исламских пред ставлений о равенстве, справедливости и достойном человека благосо стоянии.

Следует отметить, что на первых порах, борясь за право руково дить послешахским Ираном, духовенство довольно широко применяло методы подавления и дискредитации своих внутренних и внешних про тивников. Но даже в эти смутные и кровавые годы оно апеллировало ко всему иранскому народу и особенно к той его многочисленной части, которая игнорировалась шахским режимом. Данная категория даже по лучила от духовенства специальный термин «мостазефин» — обездолен ные. При этом речь не обязательно шла только о бедных и неимущих, а обо всех иранцах, пострадавших от прозападной трансформации обще ства и выступивших за восстановление в стране традиционных духов ных и моральных ценностей. В дальнейшем исламский режим всячески инспирировал и поддерживал те акции, которые приобретали всенарод ный характер. Таковыми, в частности, являлись массовые кампании по обличению США или Израиля, против публикации книги С.Рушди или карикатур на пророка Мухаммеда и т. д.

Постепенно такие общенародные кампании стали охватывать со циальную и экономическую сферы. В связи с этим следует упомянуть движение за переход на ношение традиционных исламских одежд, борьбу с проституцией, алкоголизмом и наркоманией, возникновение общественных благотворительных фондов, превратившихся со време нем в неотъемлемую часть иранской экономики, деятельность Органи зации созидательного джихада, борьбу с неграмотностью, развитие об щедоступной системы образования и здравоохранения. В последующем общенародный характер приобрело выполнение пятилетних планов ре конструкции и развития, курс на создание устойчивой экономики вне 142 “” № 4 (47) нефтяного сектора и т. д. Только на первый взгляд может показаться, что все эти меры носили исключительно популистский характер. На са мом деле это эффективный способ дойти до каждого и убедить, что он ценный и полезный член общества, а в стране все делается для него са мого и с его помощью.

Очевидно, что все вышеназванные установки не только позволили преодолеть последствия послереволюционного кризиса в ИРИ, но и сыграли свою конструктивную роль в деле обеспечения большей, по сравнению с шахским периодом, консолидации и демократизации иранского общества. При этом произошло моральное оздоровление иранского общества, где оказались практически искоренены такие об щественные пороки, как пьянство, азартные игры, наркомания, ушел в прошлое страх перед терроризмом и бандитизмом. С другой стороны, страна переживает расцвет национальной культуры, она добилась пере хода к всеобщему среднему образованию и медицинскому обслужива нию населения, с помощью программы самообеспечения продуктами питания и товарами первой необходимости удалось добиться ликвида ции нищеты и голода. В Иране приняты гарантированные государством программы защиты материнства и детства.

Поэтому есть основания полагать, что существующий в Иране ре жим будет в состоянии и в дальнейшем преодолевать отнюдь не про стые проблемы, возникающие перед страной. Важнейшей из них, на наш взгляд, является диалог руководства страны с новым поколением иранцев, родившимся и выросшим в послереволюционный период.

Ведь молодежь, которая составляет сегодня более половины всего насе ления страны и состоит, в основном, из юношей и девушек, получив ших среднее и высшее образование, не может не подвергать сомнению взгляды, сформулированные и воспринятые старшими поколениями иранцев в других условиях почти три десятилетия назад. И это пробле ма не одного Ирана. Достаточно вспомнить о тех социальных потря сениях, которые переживало большинство стран Западной Европы в 60 е годы минувшего столетия, когда неформальные молодежные дви жения «хиппи» и им подобные камня на камне не оставили от иллюзий благопристойного буржуа относительно непоколебимости существую щих западных устоев. Впрочем, сегодня повзрослевшие бывшие нефор малы уверенно вписались в рамки западных цивилизационных ценнос тей и не помышляют о каких либо переменах.

В Иране многомиллионная молодежная среда сейчас также бур лит в поисках своего места в обществе и государстве. Это естественно и исторически оправданно. В этой ситуации перед иранским руковод ством стоит задача не сорваться на менторский тон, быть готовым к конструктивному диалогу с молодым поколением, подавать личный пример в отстаивании принципов справедливости, равенства, нестяжа тельства, личной добродетели. Именно это, а не получение известных прав и свобод может примирить иранскую молодежь с необходимостью более терпимого отношения к пока еще не очень впечатляющим ре “” № 4 (47) 2007 зультатам общественно политических и экономических преобразова ний. Ведь для молодежи главный вопрос состоит в том, чтобы она не подвергалась дискриминации в обществе и чтобы за ее счет не создава лось благосостояние других. В этом смысле у правящего в Иране режи ма есть определенные основания для уверенности в обеспечении конт роля за складывающейся в молодежном движении страны непростой ситуацией.

С одной стороны, мусульманское духовенство обязано соблюдать скромность и непритязательность в личной жизни. Образцом такого поведения в Иране всегда был аятолла Р.Хомейни, который до самых последних своих дней вел скромный и даже аскетичный образ жизни.

Не менее скромно ведут себя и нынешние руководители иранского го сударства. С другой стороны, иранская Конституция является, пожа луй, единственной в мире, где четко зафиксировано положение о том, что «собственность лидера страны, президента, министров, а также их жен и детей проверяется главой судебной власти до и после окончания службы указанных лиц на предмет предотвращения ее незаконного приращения».

Все это, безусловно, создает базу для взаимопонимания между иранской молодежью и правящим исламским режимом, увеличивает шансы на достижение между ними позитивного консенсуса, предотвра щения в дальнейшем массовых антиправительственных выступлений иранской молодежи, подобных тем, которые происходили в Иране в 1999 г. и в 2002 г.

Во вторых, поступательное развитие Ирана, его постоянно укреп ляющаяся военная мощь не оставляют шансов на насильственное свер жение исламского режима заинтересованным в нем странам. Провал наступательной операции Израиля в Ливане и трагическое для амери канской внешней политики развитие ситуации в Ираке и Афганистане, последовавшее за их вооруженным вмешательством, со всей очевиднос тью демонстрируют нелепость попыток повторения соответствующих сценариев в Иране.

В связи с этим представляется, что отношения между Россией и Ираном следует переводить на долговременную основу. Как показывает практика, сколько бы мы ни прислушивались к мнению американских политиков, мы им все равно не понравимся. Российско американские интересы в области внешней политики во многом расходятся, особенно на Востоке и, в частности, в отношении Ирана. Если для США Иран является частью мировой «оси зла», то Россия, напротив, может рас сматривать Иран как фактор стабильности на южных рубежах наших границ. Расположенные там закавказские и центрально азиатские рес публики оказались подвержены внутренним кризисам и стали центром притяжения для не относящихся к этому региону государств, заинтере сованных в присвоении природных и людских ресурсов этих стран, в одностороннем освоении их товарных рынков. Очевидно, что Иран полностью разделяет позицию России о необходимости стабилизации 144 “” № 4 (47) положения в этом регионе и недопущении бесконтрольного хозяйнича нья на территориях, некогда являвшихся частью России, межнацио нальных корпораций, часто не желающих учитывать интересы прожи вающих здесь народов. Россию не может не устраивать также позиция Ирана по ряду внешнеполитических проблем, которые наша страна вряд ли сможет решить в одиночку. Речь, в частности, идет о таких воп росах, как стремление НАТО продвигаться все дальше на Восток, необ ходимость урегулирования региональных конфликтов в Закавказье и Центральной Азии, справедливое внутриафганское урегулирование и мирное «возвращение» России в Афганистан, блокирование шагов США и их западных союзников по созданию постоянных военных баз в закавказском и центрально азиатском регионах, стремление видеть мир многополярным и многовариантным, повышение роли ООН при реше нии возникающих международных проблем и т.п. Учитывая все это, вряд ли стоит выстраивать наши отношения с Ираном в зависимости от того, как далеко американцы продвинутся в своем стремлении восста новить утраченные в этой стране позиции.

Что касается Ирана, то он уже давно заявляет о своем стремлении вывести развитие двусторонних отношений на стратегический уровень, совершенно справедливо считая Россию своим естественным союзни ком. Единство взглядов России и ИРИ на многие международные про блемы было, в частности, отражено в Договоре об основах взаимоотно шений и принципах сотрудничества между Российской Федерацией и Исламской Республикой Иран, подписанном руководителями двух го сударств по итогам официального визита в нашу страну президента ИРИ С.М.Хатами в 2001 г. Существует целый ряд политических и эко номических проектов, которые, без сомнения, усилили бы позиции обеих стран, будь на то добрая воля России. Это и перспектива полноп равного участия Ирана в ШОС, а возможно, и в ОДКБ, совместная борьба с терроризмом и наркотрафиком, открытие транспортных кори доров из России через территорию Ирана, совместные нефтегазовые, энергетические и научно технические проекты. Одно только создание единого газового консорциума позволило бы нашим странам контроли ровать около половины газового рынка планеты.

Жаль, если все это будет принесено в жертву нашему проамери канскому лобби, которое почему то считает, что развитие дружествен ных и взаимовыгодных отношений России с ее соседями должно обяза тельно выстраиваться в русле американских интересов. В то же время в самих США существуют влиятельные силы, которые уверены, что уми ротворение Ирана возможно только путем экономического и полити ческого сближения двух стран, а не через военную конфронтацию.

Иначе не затрещал бы так быстро по швам дискриминирующий Иран закон Д’Амато, на который уже давно обращают мало внимания не только иностранные, но и американские компании. Сегодня некоторые союзники США (например, Италия) без оглядки на своего воинствен ного партнера все увереннее осваивают иранские рынки, извлекая зна “” № 4 (47) 2007 чительные прибыли. Видимо, и России надо открыть дорогу для широ кого сотрудничества с нашим южным соседом. Для этого необходимо как минимум прекратить «демонизацию» иранской ядерной программы и выполнить свои обязательства перед этой страной по завершению строительства и обеспечению противовоздушной защиты атомной электростанции в Бушере. Ведь при любом развитии событий в обозри мом будущем Иран не будет представлять для России (впрочем, как и для США) сколько нибудь серьезной военной угрозы, а вот полномас штабное сотрудничество с этой страной может серьезно помочь нам в решении многих неотложных проблем.

146 “” № 4 (47)




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.