WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

..,..

« » Политический дискурс насыщен различного рода метафорами — 1 строительными, милитарными, театральными, спортивными и т.д.1 Чудинов 2007а:

133—148.

Именно с помощью метафор происходит осмысление и интерпретация политической реальности, и активизация тех или иных из них служит признаком серьезных сдвигов в ментальности политического класса и 2 Чудинов 2007б. широких масс, смены их ценностных ориентаций2. Сегодня в сознании политической элиты и рядовых граждан доминирует рыночная система ценностей, дискурсивно концептуальным ядром которой выступает 3 Русакова, Спас метафора политического рынка3.

ский 2004: 46—49.

Широкое распространение метафоры рынка — это не только есте ственная реакция на маркетизацию всех сфер общественной жизни, но и результат целенаправленного внедрения в массовое сознание марке тинговой парадигмы посредством интенсивной пропаганды ценностей и поведенческих практик общества потребления через рыночно ориен Русакова 2003;

тированные СМИ, PR технологии и т.п.4 Начиная с середины прошло Lees Marshment го века оптимальная модель общественного устройства прочно ассоци 2004.

ируется с чем то вроде глобального супермаркета как воплощения по требительского рая. Соответствовать сформированному рекламными и медийными дискурсами образу идеального потребителя стало жизнен ным кредо и повседневной заботой значительной части наших совре менников.

Разразившийся в 2008 г. мировой финансово экономический кри зис в дискурсивно ментальном плане знаменовал собой кризис норма тивно деонтологической модели общества потребления, а следователь но — и претендующей на доминирующее положение в современном дискурсе маркетинговой парадигмы. Отдельные индивиды и общест венная мысль в целом столкнулись с необходимостью пересмотра или ревизии прежней иерархической системы ценностей, ключевое место в которой занимает рынок. Одновременно с этим актуализировался во прос о роли и значении метафоры рынка в научном, политическом и обыденном осмыслении реальности.

Следует отметить, что при всей популярности этой метафоры в политическом дискурсе в настоящее время еще не в полной мере разра “” № 4 (55) 2009 “” “” “” “” ботан научный инструментарий, легитимирующий ее применение в ка честве теоретико методологической основы политического маркетинга как одной из областей современных политических исследований. Не смотря на наличие солидного массива работ, где рассматриваются предметная область и отраслевая структура политического маркетинга и выделяются его субдисциплины (избирательный, партийный, государ ственный, муниципальный, президентский, идеологический, глобаль См., в частно ный политический и т.д. маркетинг)5, пока нет специализированных сти, Морозова трудов, посвященных систематизации категориальных форм и когни 1998;

Пшизова тивных фигур, возникающих в процессе развертывания метафоры «по 2002;

Нежданов 2003а, 2003б;

литический рынок» в дискурсе современной политологии. Не выра Русакова, ботана типология политических субметафор, порожденных рыночной Спасский 2004;

Недяк 2008;

Lees парадигмой, а также типология самого политического рынка. Недоста Marshment 2001, точно исследована методология метафорического моделирования поли 2003;

Henneberg, O'Shaughnessy тических институтов и процессов в политологическом дискурсе. Рас 2002.

смотрению данных вопросов и посвящена эта статья. В первой ее части мы коснемся общих теоретико методологических проблем изучения метафоры «политический рынок», во второй — остановимся на мето дологических аспектах метафорического моделирования партийного дизайна. Исходной для нашего анализа будет гипотеза о системообразу ющей роли метафоры «политический рынок» в современном академи ческом политологическом дискурсе, а также в дискурсе политических коммуникаций в целом.

Широкая и интенсивная экспансия маркетинговой парадигмы, а - соответственно, и метафоры рынка есть следствие развития коммуни кативных систем и технологий, отстаивающих и культивирующих идеи консьюмеризма (реклама, консалтинг, пиар и т.п.). В результате кон сьюмеризации общественных отношений и медийных процессов, как справедливо замечает С.Н.Пшизова, на смену гражданоцентричной (citizen centric) модели политических коммуникаций приходит рыноч но ориентированная (market oriented)6, что влечет за собой ценностную девальвацию парадигмы гражданского общества и связанных с нею идей Пшизова 2009: гражданского участия, гражданской солидарности и ответственности.

46.

Чтобы получить самое общее представление о том, каким образом та или иная метафора может выступить теоретико методологическим основанием конкретного исследования, обратимся к классификацион ным схемам, структурирующим метафорическое поле научного знания, Печерская 2004: и в частности к типологии, предложенной Н.В.Печерской7. В соответ 97—99.

ствии с этой типологией, метафоры делятся на три ключевые группы, различающиеся по своей когнитивной силе.

Первая группа охватывает глубинные метафоры, которые упоря дочивают дискурс, не обязательно присутствуя в нем в явной форме.

Подобного рода метафоры, как правило, носят «абсолютный» характер и вовлекают исследователя в контексты, которые настолько глобальны “” 186 “” № 4 (55) “” “” “” и глубоки, что просто не поддаются теоретическому осмыслению. К данному типу относятся такие метафоры, как «свет», «тьма», «пучина», «бездна».

Вторая группа — корневые метафоры, устанавливающие когни тивные рамки дискурса о мире и его составляющих и очерчивающие границы того, что вообще может быть познано. По сути дела речь идет о метамоделях, в терминах которых определяются модели более узкого диапазона.

Третья группа включает в себя иллюстративные метафоры, чья когнитивная сила заключается в том, что они создают новый язык опи сания реальности, тем самым порождая новые смыслы и новые ракурсы рассмотрения исследуемых проблем. «Язык религии переводится на язык экономики (М.Вебер, „Протестантская этика и дух капитализма“) или социологии (Э.Дюркгейм, „Элементарные формы религиозной жиз ни“), язык социологии — на язык физики (теория динамического равно весия Т.Парсонса, социальная статистика и социальная динамика П.Со Там же: 98. рокина) или психологии восприятия (фрейм анализ Э.Гоффмана)»8.

Отталкиваясь от предложенной Печерской классификации, мож но выделить два когнитивных кластера политических метафор, подраз делив их на художественные и научные. Художественная политическая метафора — это особый вид иллюстративной метафоры, предполагаю щий иносказательное, образное отражение политической реальности.

По справедливому замечанию Р.Бойда, одной из важнейших особенно Boyd 1980: 24. стей метафор данного типа является наличие «дома»9, то есть отсылки к автору. Художественная метафора всегда принадлежит своему создате лю, а значит, и своему тексту, и в случае частого употребления она пре вращается в банальность. Напротив, научная метафора сразу «уходит в люди»: если она удачна, то становится достоянием всего научного сооб щества, и ее стремятся чаще употреблять.

В качестве исследовательской гипотезы мы предлагаем подразде лять научные метафоры на системообразующие и спекулятивные. Под системообразующими мы понимаем научные метафоры, создающие основу для генерации нового знания путем проецирования достижений одной научной дисциплины на другую, экстраполяции обобщений более высокого теоретического уровня на более низкий. В свою очередь, спеку лятивные научные метафоры представляют собой единичную иллюстра цию опыта некоей сферы через образ, заимствованный из другой сферы.

Структурные различия между двумя типами метафор отражены на рис. 1.

На системообразующий, базовый характер метафоры «политиче ский рынок» указывает то, что при последовательно проводимой ана логии с рыночными отношениями важное эвристическое значение приобретают такие производные метафоры (субметафоры), как «партийный дизайн», «политический франчайзинг», «политический маркетинг», «политический капитал», «партийный лизинг» и т.д.

Серьезными конкурентами метафоры «политический рынок» в последнее время выступают так называемые «геометрические» метафо “” № 4 (55) 2009 “” “” “” “” 1 Системообразующая Спекулятивная научная метафора научная метафора Вертикаль Пример: Политический рынок Пример:

власти Система Система Политический Политический субметафор субметафор продукт маркетинг 1 го порядка 1 го порядка Система — политиче — политиче Система субметафор ский бренд ское позицио субметафор 2 го порядка нирование 2 го порядка — партийный дизайн — политиче ская реклама — политиче ский пиар — политиче ский франчай зинг ры, прежде всего «вертикаль власти». Однако когнитивные возможнос ти данной метафоры применительно к сфере политических коммуника ций весьма ограниченны, в том числе и потому, что ее развертывание имеет исключительно линейную логику (иерархия властных структур и полномочий). В отличие от метафоры «вертикаль власти», метафора «политический рынок» позволяет выйти в пространство сетевых отно шений («сетевой рынок») и использовать сетевой подход к анализу раз личных моделей политической архитектуры, вводя в оборот дополни тельные рыночные метафоры («политический капитал», «инвесторы Морозова, Ми политического капитала» и др.)10. Иными словами, по своему когнитив рошниченко 2009.

ному потенциалу метафора политического рынка существенно превос ходит метафору «вертикаль власти» и родственные ей метафоры «гео метрического» типа, являясь более продуктивной и концептоемкой.

Обращаясь к опыту метафорического применения термина «ры нок» в отношении политической сферы, в первую очередь следует упо мянуть теорию общественного выбора Дж.М.Бьюкенена. Как и многие его предшественники, Бьюкенен усматривал основное сходство между экономикой и политикой в процедуре рыночного обмена разными цен ностями и благами: «На рынке люди меняют яблоки на апельсины, а в политике — соглашаются платить налоги в обмен на блага, необходи Бьюкенен 1997: мые всем и каждому: от местной пожарной охраны до суда»11. Отталки 17.

ваясь от концепции «экономического человека», он разоблачал миф, согласно которому у государства нет иных целей, кроме заботы о благе народа. В условиях доминирования рыночных отношений, доказывал он, человек действует прагматично рационально, стремясь принять такие решения, которые сулят ему максимальную пользу. Рыночная рациональность имеет универсальный характер. Это означает, что все “” 188 “” № 4 (55) “” “” “” политические акторы — от избирателей до президентов — руководству ются рыночной логикой, а именно сопоставляют предельные выгоды и издержки, связанные с принятием того или иного решений.

Упор на «рыночную» сторону политических отношений делает и Дж.Ориц, который подчеркивает, что если мы ожидаем от государства решения конкретной проблемы, то мы как граждане должны добро вольно оплатить эту услугу и пожертвовать чем то (например, заплатить налоги, предоставить личную информацию и т.д.) в обмен на нее12.

Oritz 2003. В свою очередь, Т.Джексон констатирует, что позиция избирателя в сущности сводится в следующему: «Если Вы хотите получить мое одоб рение или мой голос, тогда дайте мне что нибудь, заслуживающее вни Jackson 2003. мание, нечто действительно значимое, реальное»13.

По мнению американского политолога Дж.Оулдфрейзера, поли тический рынок является захватывающей игрой по реализации личных намерений через политику демократии. Естественно, что в этой игре, как и в любой другой, есть проигравшие — те, кто несет основную часть издержек, часто ничего не получая взамен. По темпам развития совре менный политический рынок соперничает с рынком частных благ, но в ходе этого развития возникла специфическая ситуация: «система госу дарственного управления стала настолько огромной, сложной и статич ной, что уже практически не поддается изменению, и большинство из нас просто ее игнорирует». Именно фрустрация граждан, обусловлен ная действиями правительства, считает Оулдфрейзер, ведет к постанов ке новых целей общественного развития, и если одна из таких целей заключается в превращении государственной машины в слугу граждан, то другая состоит в том, чтобы граждане как потребители были доволь Oldfraser 2008. ны работой этого слуги14.

Но наиболее широкие возможности для создания теоретической модели политического рынка, как нам кажется, открывает системно коммуникативный подход. В соответствии с этим подходом, полити ческий рынок должен трактоваться как система условий и отношений (политико культурных, правовых и др.), обеспечивающих коммуника тивный процесс обмена благами на основе конкуренции между различ ными акторами, участвующими в принятии политических решений и распределении властных ресурсов. Со своей стороны, конкуренция по литических сил стимулирует разработку и освоение актуальных полити ческих технологий, а также изменение внешнего и внутреннего облика политических структур ради увеличения их влияния в пространстве власти.

В последние годы исследователи общественно политических про : цессов все чаще обращают внимание на то, что всякая продуктивная че ловеческая деятельность по сути своей является проектированием (de sign). Наряду с привычными терминами «технический дизайн», «про мышленный дизайн» и «художественный дизайн», утвердились понятия “” № 4 (55) 2009 “” “” “” “” социального и политического дизайна. Понятие дизайна активно ис пользуется, в частности, при изучении PR технологий, а также особен ностей конструирования современных социальных и политических ми Ульяновский фологий15 и различного рода брендов (коммерческих, институцио 2005.

нальных, политических и др.)16.

Согласно одному из современных определений, дизайн есть «лю Русакова, Руса ков 2008.

бая проектная деятельность, нацеленная на творческое использование научных сведений и знаний... для создания концепции и изготовления Бахтина 2003. изделия в целях удовлетворения потребностей и запросов человека»17.

На наш взгляд, под политическим дизайном следует скорее понимать плод (результат) проективно дискурсивной деятельности субъектов в пространстве политического рынка как коммуникативного поля обме на и распределения властных ресурсов.

Одним из продуктов политико дизайнерской деятельности явля ется политический бренд как особого рода символический капитал, включение которого в маркетинговый оборот дает определенный соци альный эффект, связанный с формированием положительного образа соответствующего субъекта на политическом рынке. Политический бренд символизирует как властные ресурсы и репутационные характе ристики политического актора, так и надежды, мечты, идеалы, соци Русакова, Мак альные запросы и ожидания публики18. К важнейшим свойствам по симов 2007.

литического бренда, наряду с узнаваемостью, относится способность внушать доверие, вплоть до фанатичной привязанности, к своему носи телю. В связи с этим можно утверждать, что бренд обладает определен ной суггестивной силой. В целом же дискурс бренда как сложнострук турированное символическое образование можно представить в виде следующей формулы:

Дискурс бренда = известное имя + репутационный капитал + суг Там же: 245. гестивная сила19.

Будучи разновидностью капитала, политический бренд наделен способностью наращивать свою ценность. Чем активнее он участвует в маркетинговых коммуникациях на политическом рынке, тем продол жительнее и интенсивнее его воздействие на публику, шире круг при верженцев и выше социальная значимость.

Формирование брендов различных институтов, действующих на политическом рынке (государств, межгосударственных объединений, партий, парламентов и т.д.), предполагает профессиональную дизай нерскую практику, направленную на развитие как публичного, так и внутриинституционального (непубличного) дискурса. Например, ког да речь идет о бренде политической партии, партийный дизайн будет представлять собой совокупность специально формируемых внутриор ганизационных (партийный интерьер) и публичных (партийный эксте рьер) характеристик партии, внедряемых в целях повышения ее конку рентоспособности, популярности, привлекательности для инвесторов, а также усиления влияния на принятие значимых политических реше Нежданов 2006. ний20 (см. рис. 2).

“” 190 “” № 4 (55) “” “” “” 2 Публичные составляющие Непубличные составляющие (партийный экстерьер) (партийный интерьер) 1. Название партии 1. Система управления, принципы формирования руководящих органов 2. Образ и социальная роль лидера 2. Источники финансирования партии и популярных ее членов 3. Позиционирование по отношению 3. Принципы формирования членско к другим партиям го состава 4. Позиционирование по отношению 4. Территориальная структура к исполнительной власти 5. Артикулируемые политические цен 5. Организация работы с кадровым ности и подходы к решению актуаль составом ных проблем 6. Политические технологии электо 6. Административные технологии по ральной конкуренции литической мобилизации Важным элементом партийного экстерьера выступает дискурс по зиционирования партии на политическом рынке, нацеленный на фор мирование в общественном сознании устойчивого образа не только са мой партии, но и ее лидера как персонифицированного партийного бренда. Для маркировки партийного экстерьера часто прибегают к дис курсивным формулам, обозначающим ролевые особенности и отличи тельные свойства партийных лидеров. Так, в конце 90 х годов прошло го века в России использовались следующие дискурсивные формулы:

«антицарь» (маркер лидера КПРФ), «самый честный политик» (маркер лидера «Яблока»), «деятельные младореформаторы» (маркер лидеров СПС), «бесстрашный мститель обличитель» (маркер лидера ЛДПР).

Специфика российского политического дизайна привела к воз никновению особой формы политического маркетинга — «политичес кого фрайчайзинга», то есть практики передачи бренда, что позволяет «реципиенту» укрепить свои позиции на политическом рынке за счет публичной проекции на него привлекательных черт «донора» и исполь зования его структурно функциональных возможностей. В качестве примера можно привести решение В.В.Путина возглавить список «Еди См. Нежданов ной России» на выборах в Государственную Думу в 2007 г. 2009.

«Рыночная политика» диктует необходимость отказа от прежних моделей интерпретации партийных программ как выражения (артику ляции) интересов определенных социальных классов или групп. В усло виях маркетизации политических процессов и институтов на смену клас сическим идеологиям приходит квазиидеологический дискурс, i.e. со вокупность идей, символических образов и презентационных шоу, генерируемых партиями в целях стимулирования поддержки со сторо ны избирателей. Учитывая размах, который приобрели в последнее вре “” № 4 (55) 2009 “” “” “” “” мя политические шоу в качестве проводников идейного влияния партий, можно, пожалуй, говорить о том, что современный партийный Русакова 2008. дискурс все больше становится дискурсом шоу политики22.

Шоу политика является прямой наследницей двух типов комму никации — театрализованного спектакля и шоу бизнеса как части рыночной потребительской культуры. В шоу бизнесе символический обмен оборачивается обменом утилитарным, а инвестиции в потребля емые публикой шоу — выгодным капиталовложением. Политику и шоу бизнес объединяет наличие сильного игрового начала. И там, и там игра носит остро конкурентный характер;

и там, и там выигрывает тот, у кого больше ресурсов — экономических, информационных, твор ческих. Подобно шоу бизнесу, современная политика не может разви ваться без таких средств и источников влияния, как СМИ, реклама и пиар. Именно в этих родственных рыночных сферах оттачиваются эф фективные способы воздействия на публику посредством шоу дискур са. Нарастает тенденция к «шоуизации» политики.

Дискурсу шоу политики присуще несколько важных черт: зре лищность и иллюзионистичность, интерактивность, презентацион ность, маркетинговая прагматичность, карнавальность, гедонистич ность и, наконец, «звездность» (имеется в виду не только участие в по литических шоу звезд шоу бизнеса, спорта, политики, искусства, но прежде всего культивирование эмоциональной привязанности публики к звезде как к бренду).

Звезда — важнейшая категория шоу политики. С помощью звез ды значительно проще и легче улучшить имидж партии или движения, «продать» идею, заразить ею массового зрителя. Любая звезда полити ческого шоу выступает олицетворением неких благ. При этом она не редко разыгрывает спектакль личной преданности той или иной уста новке, системе ценностей.

Дискурс шоу политики как коммуникативный элемент полити ческого рынка имеет ряд свойств, позволяющих эффективно воздейст вовать на массового потребителя продвигаемой политической продукции.

Одним из таких свойств является преобладание визуально чувственно го компонента над рационально рассудочным. В этом отношении дис курс шоу политики вполне соответствует общемировой тенденции, ха рактерной для информационного общества и общества массового по требления, которая может быть обозначена как тотальная визуализация.

Другое свойство дискурса шоу политики, вытекающее из домини рования визуального компонента, — способность расширять символи ческое пространство политики. Данное свойство активно используется политтехнологами. Примером может служить массовая раздача на ули цах георгиевских ленточек накануне празднования Дня Победы, позво лившая на порядок увеличить число приобщенных к символам нацио нальной гордости за счет случайных прохожих. Аналогичная техноло гия была применена в Киеве в дни «оранжевой революции». Тогда «носителями оранжевой идеи» предстали не только люди, но и элементы “” 192 “” № 4 (55) “” “” “” городского ландшафта, что создало визуальный эффект тотального присутствия сторонников революции. Зрелищность дискурса шоу по литики лежит в основе и технологии флэшмоба, к которой часто прибе гают антиглобалисты и новые молодежные движения.

Наиболее весомым игроком на политическом рынке является го сударство, существенно превосходящее других игроков по объему ры ночного капитала (символического, экономического, административ ного, правового, информационного) и ресурсам воздействия на массы.

Государство выступает также в роли главного маркетолога националь ного масштаба, управляющего политическим рынком страны и ее по литическим дизайном.

Как и в случае с регулированием экономики, государственное ре гулирование политики предполагает воздействие уполномоченных го сударством органов на объекты политического рынка в целях придания политическим процессам более организованного характера, упорядоче ния действий политических акторов, реализации государственных и об щественных интересов, а также интересов лиц, выступающих их носи телями. Более того, как показывают наблюдения за ходом последних избирательных кампаний в России, применительно к сфере политики государство, по сути, использует те же методы, что и при регулировании экономики (контингентирование, лицензирование, квотирование и ра ционирование).

Если эксплицировать рыночную метафору на тенденцию к усиле нию влияния государства на политическую архитектуру России, то рос сийскую политическую систему можно охарактеризовать как «админи Ковалев 2007: 31. стративный рынок» с огромным дефицитом предложения23. И здесь не вольно вспоминаются слова В.О.Ключевского, как то заметившего, что в России никогда не было борьбы партий, а была лишь борьба ве домств. Это суждение вполне применимо к ситуации, сложившейся на выборах 2003 г., когда одно крыло кремлевской администрации куриро вало «Единую Россию», другое — Народную партию, а вместе все — блок «Родина». Примерно то же самое происходило и на выборах 2007— 2009 гг., во время которых, несмотря не некоторые изменения в составе политических игроков, всем по прежнему заправляла бюрократия, для поддержания своего доминирования использовавшая широкий набор инструментов, начиная с «франчайзинговой» эксплуатации политичес кого бренда второго президента России и заканчивая «редактировани По оценкам экс ем» электората24.

пертов, в случае В целом надо отметить, что вследствие повышения роли админис политической не тративного ресурса российский политический рынок стал, с одной сто обходимости чис ленность избира роны, более упорядоченным, более устойчивым в структурном плане и, телей на отдель соответственно, более цивилизованным, а с другой — менее конкурент ных территориях могла за квартал ным и состязательным. Иначе говоря, маркетизация российского поли измениться почти тического пространства на поверку оказалась частичной, половинча на 2 млн. человек (см. Орешкин, Коз той. Впрочем, по целому ряду показателей, связанных с утверждением лов 2008: 63).

рыночных практик в политике (развитие технологий партийного дизай “” № 4 (55) 2009 “” “” “” “” на и политического брендинга, а также дискурса шоу политики), Рос сия опережает многие другие страны.

* * * Подводя итог вышесказанному, еще раз подчеркнем, что исполь зование метафоры политического рынка при изучении и описании со временных политических реалий чрезвычайно плодотворно в гносео логическом отношении. По мере развития экономической теории и углубления анализа рынков частных благ расширяется и методологи ческий инструментарий политических исследований. Надеемся, что в своей работе нам удалось продемонстрировать системообразующий ха рактер данной метафоры, ее способность обогащать политическую на уку новыми смыслоемкими понятиями и категориями. Думается, что методология метафорического терминотворчества, рассмотренная нами на примере развертывания метафоры политического рынка, может стать основой для дальнейшей разработки категориального аппарата политической науки и новых подходов к исследованию широкого кру га актуальных проблем государственного управления и публичной по литики.

Бахтина М.Д. 2003. Дизайн эргономиста (http://www.ncstu.ru/ content/_docs/pdf/conf/past/2003/xxxii/19/03.pdf).

Бьюкенен Дж. 1997. Границы свободы // Нобелевские лауреаты по экономике: Джеймс Бьюкенен. — М.

Ковалев В.А. 2007. О перспективах политических партий в РФ // Свободная мысль. № 11.

Морозова Е.В., Мирошниченко И.В. 2009. «Инвесторы полити ческого капитала»: социальные сети в политическом пространстве ре гиона // Полис. № 2.

Морозова Е.Г. 1998. Политический рынок и политический мар кетинг: концепции, модели, технологии. — М.

Недяк И.Л. 2008. Политический маркетинг. Основы теории. — М.

Нежданов Д.В. 2003а. Политический маркетинг: вчера, сегод ня, завтра. — СПб.

Нежданов Д.В. 2003б Электоральный менеджмент. Ч. 1: Введе ние в организацию современной избирательной кампании. — Екате ринбург.

Нежданов Д.В. 2006. К вопросу о понятии «партийный дизайн» // Социум и власть. № 3.

Нежданов Д.В. 2009. Метафора «политический рынок» как ме тодологическая основа политических исследований. Автореферат дисс. на соискание уч. степени канд. полит. наук. — Екатеринбург.

Орешкин Д.Б., Козлов В.Н. 2008. Выборы и демография: конф ликт статистик // Свободная мысль. № 3.

“” 194 “” № 4 (55) “” “” “” Печерская Н.В. 2004. Знать или называть: метафора как когни тивный ресурс // Полис. № 2.

Пшизова С.Н. 2002. Финансирование политического рынка: тео ретические аспекты практических проблем (I) // Полис. № 1.

Пшизова С.Н. 2009. От «гражданского общества» к «сообществу потребителей»: политический консьюмеризм в сравнительной перспек тиве // Полис. № 2.

Русакова О.Ф. 2003. Парадигма маркетинга в гуманитарных и со циально политических исследованиях // Образование в условиях фор мирования нового типа культуры: II Международные Лихачевские научные чтения. СПб., 22—23 мая 2003 г. — СПб.

Русакова О.Ф. 2008. Дискурс шоу политики // Без темы. № 1 (7).

Русакова О.Ф., Максимов Д.А. 2007. Дискурс политического бренда // Вестник Южно Уральского государственного университе та. Сер. «Социально гуманитарные науки». Вып. 9. № 24 (96).

Русакова О.Ф., Русаков В.М. 2008. PR Дискурс: теоретико ме тодологический анализ. — Екатеринбург.

Русакова О.Ф., Спасский А.Е. 2004. Что такое политический маркетинг? — Екатеринбург.

Ульяновский А.В. 2005. Мифодизайн: коммерческие и социаль ные мифы. — СПб.

Чудинов А.П. 2007а. Политическая лингвистика. — М.

Чудинов А.П. 2007б. Метафора в индивидуальном дискурсе поли тического лидера // Дискурсология: методология, теория, практика.

Доклады Второй Международной научно практической конферен ции, посвященной памяти Жана Бодрийяра. Т. 2. — Екатеринбург.

Boyd R. 1980. Metaphor and Theory Change: What is «Metaphor» a Metaphor for? // Metaphor and Thought. — Cambridge.

Henneberg S.C., O’Shaughnessy N.J. 2002. The Idea of Political Marketing. — Westport.

Jackson T.E. Jr. 2003. Brand Marketing in Today's Cluttered Political Marketplace // Campaigns and Elections. Apr.

Lees Marshment J. 2001. The Marriage of Politics and Marketing // Political Studies. Vol. 49.

Lees Marshment J. 2004. The Political Marketing Revolution. — Manchester.

Oldfraser J. 2008. Goals and the Political Marketplace (http:// oldfraser.lexi.net/publications/books/musketeers/pol_market.html).

Oritz J. 2003. Linking Public Interest, Trust and Value Topic: Building Credibility and Trust through Public Involvement // The American Society for Public Administration. Vol. 26. № 7.

“” № 4 (55) 2009 “” “” “” “”




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.