WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

М.М. Соколов ИНДИВИДУАЛЬНЫЕ ТРАЕКТОРИИ И ПРОИСХОЖДЕНИЕ «ЕСТЕСТВЕННЫХ ЗОН» В ПЕТЕРБУРГСКОЙ СОЦИОЛОГИИ* В статье исследуются биографические причины, обуславливающие принадлежность к одной из основных

«естественных зон» в петербург ской социологии. Исследуется возможный вклад (а) парадигматических принадлежностей, (б) либеральных/ консервативных политических пред почтений;

(в) ассимиляционистских/ изоляционистских научных взгля дов;

(г) конъюнктуры академических рынков труда;

(д) происхождения и унаследованных ресурсов. Полученные данные указывают на первосте пенное значение идеологических взглядов (связанные между собой либера лизм и ассимиляционизм) и унаследованных ресурсов, демонстрируя, что разные «естественные зоны» локального академического сообщества рекрутируют пополнение из разных социальных сред, карту которых они в некотором роде повторяют.

Ключевые слова: социология социальных наук, академические карье ры, академические рынки, социальные среды, политические идеологии.

Keywords: sociology of the social sciences, academic careers, academic markets, social milieu, political ideologies.

В предыдущих текстах было продемонстрировано, что петербургская социология должна выглядеть на карте как сообщество (или несколько * Я хотел бы добавить к общим благодарностям, выраженным в конце ввод ной статьи, две личные — Борису Фирсову, который стал для меня проводни ком в сетевой истории ленинградской социологии, и Эдуарду Понарину, ука завшему на несколько важных недостатков в статистических выкладках. Ни тот, ни другой не несут никакой ответственности за дефекты этой статьи. Как всегда, отдельная благодарность ЦФИ ГУ-ВШЭ, поддержавшему проект «Ин ституциональная динамика, экономическая адаптация и точки интеллектуаль ного роста в локальном академическом сообществе: Петербургская социология после 1985 года».

Социология социологии связанных между собой сообществ), растянутых с условного «Запада» на условный «Восток» с расположенным где-то посередине «Севером»*.

История появления этой структуры может быть рассказана как история последовательных делений прежде единой сети, части которой выбира ли повороты в западном или восточном направлении (по аналогии с Ab bott 2001): вначале — отделение от сети ЛГУ группы, становящейся яд ром различных институтов Академии наук, затем — отделение уже от нее фрагментов, создающих ЕУ СПб, ЦНСИ и факультет социологии СПб ГУ-ВШЭ. Данная статья пытается ответить на вопрос о том, что определяло положение конкретного индивида в какой-то части спектра, возникшего в результате этого ветвления. Те, кто уже был частью сети к моменту очередного деления, должны были решить, с кем они (следу ют ли они за Ядовым в 1967 г. или остаются в НИИКСИ, следуют ли они за Фирсовым в 1989 г. или остаются в ИСЭПе и т. д.)** Те, кто находился в некотором отдалении от зоны раскола, рано или поздно должны были определиться, с кем они предпочитают сотрудничать. Те, кто присоеди нился к профессиональному сообществу после того, как деление завер шилось, должны были решить, к какой из групп они хотят примкнуть.

Ниже делаются попытки найти генеративный принцип, описывающий индивидуальный выбор в этих условиях. Но за вопросом о персональном выборе стоит другой, и более сложный. Мы должны были попытаться по нять, какие факторы провоцируют деления сети, поскольку именно они — чем бы они ни были — стоят за приданием сообществу той формы, которую оно приняло сегодня.

Гипотезы Источниками наших гипотез была, во-первых, литература по социо логии, во-вторых, данные интервью, и, в-третьих, некоторое количест во здравого смысла, использованного для интерпретации рис. 1 в первой статье этого блока. Суммируя все это, мы предположили, что в опреде лении траектории могло иметь значение:

* «Север» находится посередине, но не совсем на прямой, а так, что между «Востоком» и ««Западом» наличествуют минующие его обходные пути — или, во всяком случае, одна тропинка. Эта тропинка ведет через совместную маги стерскую программу факультетов социологии СПбГУ и университета Биле фельда, на которой преподает и администрированием которой занимается сме шанный состав преподавателей Ист- и Вест-Энда.

** Помимо собственного желания, разумеется, имела значение готовность лидеров каждой из групп принять их под свои знамена, — и дополнением к по ставленному выше является вопрос о том, что определяло эту готовность.

Соколов М.М. Индивидуальные траектории и происхождение...

(А) Теоретико-методологическое кредо. Интуитивное наиболее оче видное объяснение представляет дифференциацию сообщества как ре зультат несовпадения в областях интересов или выбираемых парадигма тических основаниях исследования. Эта гипотеза неплохо согласуется с возрастными характеристиками разных групп (если смена парадигм, по Куну, эмпирически обычно связана со сменой генераций ученых, то можно понять, почему разные части сообщества различаются по возра сту). В пользу этого предположения также высказывались некоторые из информантов из Вест-Энда, которые предполагали, что другие части со общества «заражены позитивизмом». Тем не менее, предыдущее иссле дование заставило нас скептично относиться к этому допущению. Тогда было обнаружено лишь минимальное предпочтение в пользу таких об ластей, как гендерные исследования или социология повседневности в Вест-Энде или история русской социологии и проблемы управле ния — в Ист-Энде (Соколов 2009). Свои специалисты по самым массо вым областям исследований, вроде социальной структуры или проблем этничности, есть в каждой из частей сообщества. Ни одно из интервью также не подтвердило предположения о тематическом фокусе как о диф ференцирующем обстоятельстве. Аналогичным образом мы не нашли сколько-нибудь отчетливых корреляций с заявленными теоретически ми и методологическими ориентациями. Тем не менее, мы разработали и тестировали шкалу «позитивизма-антипозитивизма», которая описы вается ниже.

(Б) Ориентация на национальную/интернациональную науку (изоляцио низм-ассимиляционизм). И все же разница в круге чтения и наборе авто ритетов между частями сообщества, безусловно, присутствует. Граница здесь проходит, однако, не между адептами разных полюсов традицион ных бинарных оппозиций (микро-макро, объективизм-субъективизм), а между теми, кто ориентируется на «западную», преимущественно анг лоязычную литературу, и теми, кто стоит на стороне национальной тра диции и независимого от интернациональных влияний развития дис циплины. Раскол такого рода проходит уже несколько десятилетий через все не-англоязычные академические миры. Решение публиковаться на английском языке и бороться за признание широкой интернациональ ной аудиторией или не делать этого — одно из центральных, которое каждый ученый индивидуально должен принять для себя. Более того, аналогичное политическое решение, принятое на уровне национально го академического мира в целом, во многом определяет шансы разных групп в нем (Учитывать ли англоязычные публикации наравне, выше или ниже публикаций на национальном языке? Использовать ли индек сы цитирования при оценке «результативности научной деятельно Социология социологии сти»?). Не удивительно, что вокруг этого комплекса проблем часто воз никает политический раскол, актуальность которого в современной России может оценить всякий, кто прослушал хотя бы несколько пле нарных докладов на крупных конференциях. Предсказуемо, эта тема раз за разом спонтанно всплывала в наших интервью, в которых информан ты делили сообщество на более и менее вписанную в «современную нау ку» или более и менее выпавшую из «национальной традиции» части.

Мы использовали шкалу ассимиляционизма-изоляционизма (табл. 2), которая должна была измерить общее предпочтение, которое отдается «западной» науке перед «национальной» или наоборот. Мы предполага ли, что шкалы позитивизма и ассимиляционизма могут коррелировать друг с другом (в пользу такой возможности высказывались респонден ты, которые говорили, например, что «вся западная социология теперь количественная»), однако допускали влияние как в ту, так и в другую сторону.

(В) Либерализм-консерватизм. Эта гипотеза перекликается с преды дущей, однако если в той речь идет о предпочтении «западной» или «на циональной» науки, то в этой — о более широком одобрении или отвер жении «западного» образа жизни и соответствующей ориентации на отношения с Европой и США. В пользу правдоподобия этой гипотезы высказывается вся долгая традиция в социологии науки, ищущая связи между интеллектуальными позициями и солидарности с одним из со циально-политических лагерей (напр., Гоулднер 2003). Как и в других периферийных странах, в России политические расколы любого рода накладываются на геополитические идентичности: «либерализм» неот делим от «западничества», а «консерватизм» сливается со «славянофиль ством» (Greenfeld 1990;

Wallerstein 2001: 1–26). Шкала либерализма консерватизма (табл. 2) была составлена с использованием пунктов из всевозможных политических дискуссий прошлых лет и оказалась на удивление удачной по формальным критериям. Мы предполагали не сколько возможностей относительно ее взаимодействия с предыдущи ми шкалами. Во-первых, представлялось возможным, что либерализм влияет на позицию в сообществе не прямо, а косвенно, через ассими ляционизм — предпочтение «западного» общественного устройства отражается на вере в превосходство «западной» науки как части этого устройства. Во-вторых, либерализм мог действовать независимо от ас симиляционизма. Это значило бы, что Вест-Энд с его интернациональ ными связями и космополитичным образом жизни привлекателен для либералов и несимпатичен консерваторам вне зависимости от оценки отношения российской/ западной науки. В-третьих — хотя это и пред ставлялось несколько менее вероятным — можно было допустить обрат Соколов М.М. Индивидуальные траектории и происхождение...

ную связь — выбор в пользу западной науки стоял за предпочтением за падного общества. Гипотезы такого рода легко проверялись регрессия ми, которые должны были отсеять часть корреляций как ложные при контроле по второму признаку.

(Г) Генерация и конъюнктура рынка труда. Следующие две гипотезы исходят из примата экономических шансов в определении направления траектории. Согласно им, в конечном счете, зоны организованы вокруг академических рынков. Они различаются, однако, тем, каким атрибу там индивида придается решающее значение. Первая гипотеза опи рается на интуитивно очень привлекательную интерпретацию рис. 1 из вводной статьи к этому блоку, который обнаруживает, что в разных ес тественных зонах преобладают представители разных генераций (см.

также данные о возрастном составе субсетей в статье Марии Сафоно вой). Проще всего объяснить это, сославшись на то, что в нормальной биографии есть сравнительно короткий период активного поиска заня тости, после которой смена работодателя, а тем более полное перепро филирование, происходит относительно редко. Этот период приходится на годы после окончания университета. Те, для кого соответствующий возраст пришелся на период расширения того или иного сектора акаде мического рынка, оказываются втянутыми в него, т. к. он гарантирует рабочие места и перспективы быстрого роста. Так, НИИКСИ и СИРАН представлены людьми, на чьи годы между 20 и 30 пришлась экспансия социально-научных академических институтов и быстрое распростра нение лабораторий НОТ, также создававших рынок труда для социоло гов. Вест-Сайд заполнили выпускники 1990-х, для которых грантовая экономика была единственным привлекательным источником заработ ков, и т. д. Если эта гипотеза верна, то мы обнаружим наиболее сильную связь между положением на оси Восток-Запад и возрастом. Предыду щие гипотезы также допускают возможность такой связи — или потому, что молодые могут поддержать парадигму, отличающуюся от той, кото рую принимают старшие, или потому, что среди младших поколений либеральные и западнические взгляды, судя по результатам всевозмож ных массовых опросов, в целом более распространены. В каждом из этих случаев корреляция между возрастом и координатой по оси Восток-За пад окажется ложной и исчезнет при контроле по шкалам позитивизма или либерализма. Если правильной является данная гипотеза, то она исчезнет (или уменьшится) также, если мы введем специальные шкалы экономической специализации, соответствующие внезапно разрос шимся рынкам — университетского преподавания и грантовой эко номики. Эта гипотеза не утверждает, что связь между локализацией в сообществе и политическими взглядами отсутствует (мы уже видели, Социология социологии что она присутствует), но настаивает, что корреляция является лож ной — политические и научно-политические предпочтения выбираются уже позже, как рационализация для попадания в определенную рыноч ную нишу.

(Д) Ресурсы. В отличие от предыдущей, эта гипотеза вводит в качест ве основного фактора, определяющего карьерную траекторию, унасле дованные от семьи капиталы (очевидным источником вдохновения здесь является П. Бурдье: Bourdieu 1988). Предыдущая модель предпола гала, что основной причиной специализации на каком-то академиче ском рынке является просто совпадение фазы активного поиска заня тости в биографическом цикле с экспансией этого рынка. Эта гипотеза утверждает, что рабочая сила более мобильна, и позиции на любом рын ке получают те, кто обладает конкурентными преимуществами на нем.

Применительно к ситуации 1990-х гг., когда оформилась нынешняя экономическая база сообщества, данная модель предполагает следую щее. Сжатие старых рынков и возникновение новых (грантовая эконо мика, массовое высшее образование) привели к ожесточенной конку ренции, в которой наиболее привлекательным призом были позиции, омываемые потоками грантовых денег. Эти позиции доставались в пер вую очередь тем, кто обладал унаследованным культурным капиталом, измеряемым образованием родителей, в свою очередь, определяющим обладание принципиальным для новой ситуации ресурсом — знанием иностранных языков. Именно последнее обстоятельство в начале 1990-х определило сортировку людей между академическими рынками, а это, в свою очередь — зональную принадлежность: некоторые освоили позиции, которые требовали энергично взаимодействовать с западными партнерами, некоторые вынуждены были удовольствоваться тем, что оставалось. Весьма вероятно, что мы будем наблюдать дальнейшее со вершенствование языковых навыков у вовлеченных в грантовую эконо мику, и разрыв между группами по этому параметру только возрастет.

Простая корреляция с возрастом также возможна — но только как отра жение экспансии высшего образования в СССР. Идеологические пере менные в этой модели представляют собой лишь легитимацию соб ственной позиции и любая их связь с позицией в сообществе должна устраниться при статистическом контроле. Надо отметить, что хотя все остальные переменные также могут объяснить корреляцию положения на оси с владением языками (либерализм — через приобщение к языку как к части образа жизни «Запада», ассимиляционизм — как необходи мый ресурс для освоения интернациональной науки), — только эта ги потеза говорит, что связь является истинной и не будет устранена при контроле по другим переменным.

Соколов М.М. Индивидуальные траектории и происхождение...

Переменные и операционализации Зависимая переменная: метрика Центральной Оси Поскольку те методы, которые мы рассчитывали использовать для изучения связей между переменными, требовали измерения этих пере менных на интервальной шкале, нашей основной задачей было эту шка лу создать. Сетевые методы не могли ее нам предоставить;

шкалирова ние результатов опроса позволило бы вычислить координаты только для тех, кто более ли менее полно ответил на вопросы анкеты, и, кроме того, мы не хотели попадать в слишком сильную зависимость от данных са моотчетов. И здесь мы обратились назад, к самому началу проекта и на шей первой попытке картографировать социологическое сообщество.

В ней мы исходили из одного из основных элементов определения «ес тественной зоны»: ее существование в той или иной мере сегрегирует ее членов, ограничивая ее контакты с обитателями других зон. Мы избрали самый простой критерий контакта: вероятность физически оказаться в одном помещении. Два типа отношений делают эту вероятность очень высокой — работа в одной организации или участие в одном публичном мероприятии. Для всех 622 случаев в нашей выборке мы собрали доступ ную информацию об их вероятных присутствиях в стенах каких-то учреждений. Мы также собрали программы крупнейших конференций и семинаров (более 25 событий, в которых участвовало 30 и более до кладчиков из Петербурга), происходивших в течение последних 12 лет*.

Табл. 1, представленная ниже, суммирует часть этих данных.

В табл. 1 очевидна неравномерность распределения докладчиков из разных организаций по публичным площадкам. Одна ясно проступаю щая тенденция состоит в преобладании на каждой из них представителей того же учреждения, в котором мероприятие происходит. Ею, однако, не льзя объяснить все вариации. Представители разбросанных по городу небольших факультетов и кафедр социологии регулярно собираются на конференции в СПбГУ и НИИКСИ, но практически не участвуют в со бытиях Европейского университета и ЦНСИ, а последние обмениваются докладчиками постоянно, обеспечивая также некоторым их количеством семинары СИРАНа. Мероприятия за пределами Петербурга (помимо трех перечисленных больших московских конференций, использовались данные о конференции, проводившейся ESA в Хельсинки в 2001 г.), не смотря на физическую удаленность от всех учреждений, тем не менее, имеют профиль, очень близкий к некоторым из городских.

* Изначальной целью было охватить 25-летний период, однако задача пок рыть годы до 1997 г. оказалась практически не решаемой — программы конфе ренций того периода просто не сохранились.

Социология социологии Таблица Число докладчиков из основных социологических организаций Санкт-Петербурга, выступавших на крупнейших публичных мероприятиях 1997–2009 гг.* Совместные семинары Леонтьевского центра и СИ 14 6 7 4 24 9 1 РАН, 2001– (переменная LEONTIEFF) Ежегодные конференции «Проблемы трансформации властных институтов» в СИ 5 0 0 1 49 14 9 РАН, с 2001 г.

(POWER_INST) Чтения памяти В.Б. Голо фаста в СИ РАН 2007, 2008 5 4 3 0 58 5 6 и 2009 (GOLOFAST) Семинары в ЦНСИ, 28 79 15 0 8 9 0 с 2002 г. (CISR_EVENTS) Регулярные семинары в Европейском университете 28 12 12 0 8 4 0 в СПб, с 1998 г.

(EU_EVENTS) * Один и тот же докладчик, выступавший на одном мероприятии в разные годы, считался несколько раз, выступавший с несколькими докладами в один и тот же год — один раз. Учитывались не только аффилиации, заявленные в программе, но и те, о которых свидетельствовали собранные из других источ ников биографические данные. Данные обо всех образовательных подразделе ниях, кроме факультетов социологии СПбГУ, ГУ-ВШЭ и ПНиС ЕУСПб, здесь и далее объединены в категорию SOC_CHAIRS.

ВСЕГО (SIRAS) (SPbSU) (EU_SPb) исследований (NIIKSI) кафедры (SOC_CHAIRS) Факультет социологии СПб ческих исследований (CISR) Все остальные факультеты и Факультет социологии СПбГУ филиала ГУ-ВШЭ (HSE_SPb) Центр независимых социологи НИИ комплексных социальных Социологический институт РАН Европейский университет в СПб Соколов М.М. Индивидуальные траектории и происхождение...

Конференция «Проблемы социологического образова ния» на факультете социо- 0 1 0 3 4 38 13 логии СПбГУ, (SOC_ED_98) Первый Всероссийский социологический конгресс, 3 7 3 17 22 76 21 соцфак СПбГУ, (CONGRESS_00) Конференция «Современные проблемы российской ментальности», соцфак 0 0 0 28 2 25 5 СПбГУ-НИИКСИ, (MENTALITY_05) Всероссийский социологи ческий конгресс на соцфаке 0 0 0 8 9 37 20 МГУ, (CONGRESS_06) Конференция «Питирим Сорокин и проблемы современной социологии», 0 0 0 17 5 44 22 СПбГУ, (SOROKIN_09) Ковалевские чтения, соцфак СПбГУ, 2006, 2007 и 2008 0 1 0 51 11 153 45 (KOVALEVSKY) Третий Всероссийский соци ологический конгресс, ГУ 4 4 15 13 35 28 14 ВШЭ / ИС РАН (CONGRESS_08) Рис. 1 визуализирует обнаруженные ковариации при помощи анализа корреспонденций*. Для полноты картины к основным мероприятиям * Основным дефектом этой визуализации является то, что анализ корре спонденций определяет местоположение элементов одной категории (рядов) по их дистанции относительно элементов другой (столбцов) и наоборот. В этом смысле пространственная близость элементов одной и той же категории не свидетельствует о каких-либо непосредственных пересечениях между ними.

Семинар в институте Х может быть действительно полностью укомплектован его сотрудниками, однако только одной их половиной. Вторая половина может вместо этого собираться на семинаре Y в соседней комнате, причем сотрудник, появившийся и там, и там, рискует стать предметом санкций (в одном из по Социология социологии были добавлены периодические издания, в которых, как мы установили в ходе сбора библиографической информации, было опубликовано на ибольшее число статей представителей нашего сообщества — «Журнал со циологии и социальной антропологии» (JSSA), «Телескоп» (TELESCOPE), «Социологический журнал» (SOC_JOUR), «Социологические исследова ния» (SOC_RES) и социологическая серия «Вестника СПбГУ» (HERALD).

Рис. 1. Коммуникативное и институциональное пространство:

анализ корреспонденций (83 % объясненной инерции) Рис. 1 не несет никаких сюрпризов по сравнению с планами, нарисо ванными прежде. Очень высокий по социологическим меркам процент объясненной инерции при двумерном решении заставляет нас предполо жить, что сообщество может быть описано как состоящее не более чем из трех основных частей. При этом на первый фактор приходится в два раза больше инерции, чем на второй (55.4: 27.5). Это значит, что для верной передачи масштаба рисунок должен был бы быть вытянут в два раза при постоянной высоте, что сделало бы противопоставленность Норд-Энда остальным частям сообщества гораздо менее выраженной.

На рис. 2 указаны персонально некоторые из тех, кто входит в каждую из частей сообщества (индивидуальные координаты были вычислены как усредненные суммы баллов за каждую аффилиацию, мероприятие или публикацию, которые набирал индивид по каждому из двух измерений).

павших на рис. 1 учреждений фактически происходит нечто похожее). Анализ корреспонденций, однако, расположит их непосредственно рядом.

Соколов М.М. Индивидуальные траектории и происхождение...

Рис. 2. «Естественные зоны» сообщества Далее мы используем стандартизованные баллы по шкале «Восток Запад» как оценку нашей зависимой переменной.

Независимые переменные Выдвинутые гипотезы предполагают разные наборы истинных кор реляций между одним и тем же набором переменных, отчасти уже пере численных выше:

(1) Возраст (В) — год рождения;

(2) Образование родителей (О) — респондентам был задан вопрос «Каким был высший достигнутый уровень образования ваших родите лей?» и предложены варианты ответа: «незаконченное среднее» (оцени валось в 8 баллов по полным годам школьного обучения), «среднее» (10), «среднее специальное» (11), «высшее» (15), «кандидат наук» (18), «док тор наук» (23)*. Баллы родителей затем суммировались, давая очень близкое к нормальному распределение;

* Кандидат и доктор наук, строго говоря, не соответствуют уровням фор мального образования, но никто из наших весьма придирчивых респондентов в данном случае не сообщил, что это нестыковка вызывает у него или нее воз ражения. Баллы за кандидатскую и докторскую степень оценивались по мини мальным вероятным срокам, проходящим между присуждением данной квали фикации и квалификации предшествующего уровня.

Социология социологии (3) Языковые навыки в момент окончания школы (ЯШ) — респонден тов просили оценить свое знание английского, немецкого и француз ского в момент окончания школы, пользуясь шкалой «могу свободно (2) — могу с затруднениями (1) — не могу (0)» по следующим пунктам — «прочитать статью в журнале по специальности», «самостоятельно на писать статью в журнал по специальности», «общаться на бытовом уров не (в магазине, транспорте)», «понять содержание доклада и принять участие в его обсуждении на конференции», «сделать доклад на конфе ренции и ответить на вопросы аудитории». Баллы по всем компетенци ям и по всем языкам затем суммировались;

(4) Языковые навыки в настоящее время (ЯН) — аналогичный вопрос про нынешнее состояние;

(5) Изменение языковых навыков (ЯИ) — вычислялось как разность между ЯН и ЯШ.

(6) Позитивизм-антипозитивизм (П) — шкала, измерявшая согласие или несогласие с основными пунктами позитивистской программы, пункты которой с нагрузками по первому фактору в анализе основных компонент перечислены в табл. 2;

(7) Политический либерализм-консерватизм (Л) — оценивался по специально разработанной «шкале либерализма-консерватизма». Пунк ты и нагрузки — в табл. 2;

(8) Научный ассимиляционизм-изоляционизм (А) — представляет со бой шкалу, направленную на оценку предпочтения «национальной» или «западной» социологической традиции. Пункты и нагрузки — в табл. 2;

(9) Специализация на «грантовой экономике» (ГЭ) — оценивалась на основании ответов на вопрос «Какое место в структуре ваших доходов в течение прошлого (2008) года занимали следующие источники?».

1 присваивался тем, что указал, что извлекал какую-то часть своих дохо дов из «исследовательских грантов зарубежных фондов, совместных ис следований с западными коллегами» и/или «стипендий западных ВУЗов или фондов», 0 — всем остальным*.

(10) Специализация на образовательной экономике (ОЭ) — оценива лась на основании указанной доли доходов от преподавания в ответах на тот же вопрос, 1 присваивался тем, кто получал более 25 % доходов от преподавания, 0 — всем остальным**.

* Учитывались даже те, кто извлекал менее 10 % доходов. Преимуществен но это было обусловлено вычислительными соображениями: число всех как-то причастных к грантовой экономике составляло 81 из 251 опрошенного (32 %).

** Разбиение производилось по медианному респонденту. Всего на доходы от преподавания указало почти 80 % опрошенных.

Соколов М.М. Индивидуальные траектории и происхождение...

(11) Специализация на российских исследовательских грантах (РГ) — 1 — респонденты, указавшие получение каких-то средств из этого ис точника, 0 — все остальные*.

Таблица Основные шкалы, использованные в исследовании Шкала позитивизма-антипозитивизма Качественные методы могут принести социологам больше полезных –0. результатов, чем количественные Социологам следует стремиться к такой же научности, как та, кото 0. рую демонстрируют физика и химия Знание статистики необходимо всем социологам;

нельзя быть специа 0. листом в нашей дисциплине, не зная ее Нельзя оценивать социологию, применяя к ней стандарты естествен –0. ных наук — она представляет собой иной тип знания Шкала либерализма-консерватизма Модель либеральной рыночной экономики в целом не подходит для. России Я поддерживаю легализацию однополых браков –. Я поддерживаю отмену моратория на смертную казнь (восстановле. ние смертной казни) Россия поступила правильно, применив силу для сдерживания Грузии. летом 1998 г., несмотря на негативную реакцию западного мира Распад СССР был геополитической катастрофой, которую тогдашнее. руководство страны должно было предотвратить любой ценой По моему мнению, либеральные демократии стран Запада — тот тип –. политической системы, к которому России надо стремиться Русской культуре принадлежит особая роль в становлении российской государственности, и государство должно специально заботиться о ее. сохранении Шкала ассимиляционизма-изоляционизма Российским социологам следует стремиться к сохранению и развитию 0. национальной социологической традиции Российская социология отстала от западной на десятилетия, и мы –0. должны сейчас учиться у западных коллег Западные теории многого не объясняют в российской жизни;

нужно 0. работать с собственными теоретическими моделями Для российских социологов сейчас более важно читать англоязычные –0. (франко-, германо-) книги и журналы, чем русскоязычные Проводя исследования, социологи должны прежде всего думать об 0. интересах своей страны и своего государства * Критерий и здесь был медианным. Всего на получение каких-то средств из этого источника указало 40 % опрошенных.

Социология социологии Результаты Простые корреляции между переменными сведены в табл. 3, где, как мы видим, почти все столбцы и строки связаны между собой.

Исключение составляют баллы по шкалам позитивизма и получение российских грантов, дающие лишь очень слабые корреляции (макси мальная находится на уровне значимости 0.05). После проверок на на личие нелинейных связей (не давших никаких результатов) они были исключены из анализа вместе с гипотезой А («Теоретико-методологи ческой»). Кроме того, образование родителей оказалось не связано с из менением языковых навыков во взрослом возрасте и работой в вузе, языковые навыки после школы — не связаны с либерализмом и ассими ляционизмом (связи с работой в вузе и получением грантов находятся где-то на пределе значимости). Эта картина меняется, однако, когда мы обращаемся к табл. 4, которая содержит те же самые корреляции с уче том статистического контроля по всем остальным переменным. Иными словами, в ней удалены любые связи между А и В, которые могут быть результатом связи обеих переменных с какой-то еще переменной С из нашего списка. Как и следовало ожидать, число связей сокращается. Те, которые остаются, складываются в следующую картину (табл. 4).

Ни одна из гипотез не переживает проверку в неизменном виде, но две, В, Г и Д («Ресурсная» и две идеологические), оказываются вполне пригодными после некоторых адаптаций. Интерпретируя получивший ся рисунок, мы получаем, что основными факторами, обуславливающи ми расположение на оси Восток-Запад, оказываются, во-первых, поли тические и научно-политические взгляды (чем сильнее либеральные и ассимиляционистские убеждения, тем «западнее» оказывается их но ситель в нашем сообществе) и, во-вторых, специализация на академи ческом рынке (чем круче поворот к «грантовой экономике, тем «запад нее», чем глубже вовлеченность в преподавание — тем «восточнее»)*.

При этом либерализм и ассимиляционизм представляют собой разные факторы, не сводимые полностью друг к другу, хотя и тесно взаимосвя занные. Они не связаны напрямую со специализацией на академических рынках. Складывается впечатление, что два механизма, экономически * Читатель мог уже отметить для себя самый слабый момент в дизайне этого исследования. По умолчанию предполагается что либерализм и ассимиляцио низм — неизменные атрибуты, и, оценив аттитюды по этим шкалам сегодня, мы можем экстраполировать их на прошлое индивида. Наличествующий конт роль снимает вероятность того, что убеждения — это просто рационализация, вытекающая из занятия определенной рыночной ниши, но не устраняет веро ятности того, что есть еще какой-то фактор Х, который привел их в соответ ствие с положением в сообществе, который мы не учли.

Таблица Корреляции Пирсона между основными переменными* Год 1.000 –0.204** 0.290** 0.382** 0.137* 0.332** 0.297** 0.087 - 0.293** –0.095 0.244** рождения East(+) 1.000 –0.180** –0.282** –0.234** –0.575** –0.535** –0.023 0.432** 0.150* –0.500** West(–) Образование родителей 1.000 0.281** 0.099 0.235** 0.229** 0.135 –0.090 0.045 0.218** Языковые навыки после –0.241** 1.000 0.055 0.020 –0.040 –0.070 –0.160* 0. школы Изменение языковых 1.000 0.292** 0.275** 0.021 –0.111 0.060 0.330** навыков Либерализм-консерва 1.000 0.687** 0.081 –0.363** 0.025 0.401** тизм Ассимиляционизм- 1.000 –0.054 –0.382** –0.038 0.341** изоляционизм Позитивизм-антипози 1.000 –0.080 0.014 0. тивизм Зарплата преподавателя/ 1.000 –0.025 –0.237** администратора вуза Российские гранты 1.000 0. Западные гранты и 1. стипендии * обозначает p < 0.05, ** – p < 0.01, *** – p < 0.001.

Соколов М.М. Индивидуальные траектории и происхождение...

кие ние Год визм лизм Язык после в вузе школы гранты родите Либера Ассими Измене Позити гранты и Российс Зарплата East West Западные ние языка стипендии Образова ляционизм Таблица Частные корреляции между основными переменными (контроль по остальным 6 переменным) Год 1.000 0.080 0.134* 0.330*** 0.160* 0.163* 0.070 –0.194** –0. рождения East(+) 1.000 –0.022 –0.115 –0.050 –0.259*** –0.184** 0.258*** –0.267*** West(–) Образование родителей 1.000 0.236*** 0.090 0.062 0.087 0.056 –0. Языковые навыки после школы 1.000 –0.345*** –0.050 –0.076 0.043 0.158* Изменение языковых навыков 1.000 0.062 0.066 0.069 0.233*** Либерализм-консерватизм 1.000 0.490** –0.009 0. Ассимиляционизм-изоляционизм 1.000 –0.036 –0. Зарплата преподавателя/ администратора 1.000 –0. вуза Западные гранты и стипендии 1. Социология социологии Год низм школы East West родителей Язык после Либерализм и стипендии Образование Ассимиляцио Зарплата в вузе Западные гранты Изменение языка Соколов М.М. Индивидуальные траектории и происхождение...

стратификационный и культурно-идеологический, действуют парал лельно. Если зайти с другой стороны схемы, возраст связан с образова нием родителей (следствие экспансии высшего образования в СССР), знанием языков после школы (вероятно, отражение успехов советской школы в этой области), либерализмом и изменениями в языковых ком петенциях после школы (в целом, молодые люди учат языки энергичнее и в университете). Образование родителей не связано прямо ни с поли тическими взглядами, ни с рынком, ни, соответственно, с естественной зоной. Единственное влияние, которое оно оказывает, оно оказывает косвенно, через знание языков — более образованные семьи инвестиру ют больше усилий в языковые компетенции детей, которые в более позд них поколениях оказываются выше еще и вследствие изменения при оритетов образовательной системы. Наконец, вопреки кумулятивному предположению, языки после школы наиболее интенсивно учат те, кто хуже всего знал их прежде — что, правда, уже не сказывается на опре делении зоны их обитания (правда, мы обнаруживаем возрастание язы ковых навыков и у тех, кто попадает в грантовую рыночную нишу).

Идеологические и ресурсная гипотезы, таким образом, получают при близительно равную по силе поддержку*.

Полученные модели были протестированы с использованием дру гого статистического метода — многомерных регрессий. Координаты в измерении «Восток-Запад» использовались в качестве зависимой пе ременной (Востоку были приданы положительные значения, Западу — отрицательные), все остальные — вводились в качестве независимых.

Табл. 5 суммирует изменения в модели.

Как мы видим, принципиальных отклонений от той модели, которая кристаллизовалась ранее, нет. Статистическая связь возраста с обитани ем в естественной зоне сокращается, когда в модель вводится образова ние родителей и языковые навыки после школы, которые влияют на выбор академического рынка, специфичного для данной части сооб щества. Однако все вместе эти переменные объясняют примерно 6 % вариации — пренебрежимо малую долю. Введение в модель экономи ческих переменных (специализации на образовательных рынках и гран * Выборка расщеплялась на гендерные группы — мужчин и женщин — но паттерн для каждой из них в отдельности оказался тем же самым. Аналогичное расщепление было произведено на младшую и старшую возрастные группы.

Здесь уже были зафиксированы некоторые различия — влияние образования родителей на языковые навыки детей оказалось на границах статистической значимости для старшей группы, но проявились отчетливее для младшей. Это кое-что говорит нам об изменении направлений родительских инвестиций в позднем СССР.

Таблица Регрессионные модели, зависимая переменная — положение на измерении «Восток-Запад» Модель 1 Модель 2 Модель 3 Модель 4 Модель 5 Модель 6 Модель 7 Модель 8 Модель Переменные (OLS) (OLS) (OLS) (OLS) (OLS) (OLS) (OLS) (OLS) (OLS) Год рождения (В) –0.204** –0.166* –0.154* –0.139* –0.035 –0.048 0.027 0.050 0. Образование родителей –0.132* –0.123 –0.096 –0.118* –0.097 –0.023 –0.003 –0. (О) Языковые навыки после –0.046 –0.010 –0.055 –0.024 –0.101 –0.118* –0. школы (ЯШ) «Грантовая экономика» –0.435*** –0.362*** 0.215*** (Г) Преподавание (П) 0.416*** 0.331*** –0.238*** Либерализм (Л) –0.571*** –0.394*** –0.288*** Ассимиляционизм (А) –0.273** –0.197** R 0.042 0.058 0.059 0.245 0.219 0.341 0.342 0.380 0. Скорректированный R 0.037 0.049 0.046 0.230 0.204 0.325 0.321 0.356 0. * обозначает p < 0.05, ** – p < 0.01, *** – p < 0.001.

Социология социологии Соколов М.М. Индивидуальные траектории и происхождение...

товой экономике) практически нивелирует их дальнейшее влияние, од новременно увеличивая объясненную дисперсию до 0,341*. Сделав шаг назад и добавив политические аттитюды, мы вновь изменим картину.

Влияние возраста и происхождения опять исчезнет (подтвердив наше предположение о двух путях, которыми влияет генерация и происхож дение), зато процент объясненной вариации снова вырастает до вполне респектабельных 0,342. Добавление ассимиляционизма сокращает влияние более широких культурно-политических установок, но несу щественно — предположение о том, что либерализм или консерватизм значимы лишь постольку, поскольку обуславливают предпочтение на циональной или интернациональной науки, неверно. Стиль академи ческого существования разных частей сообщества — российские или зарубежные источники денег, направления поиска партнеров и развер тывания связей, по всей видимости, политизированы сами по себе, вне связи со спецификой производимого там и здесь знания. И выбор между ними часто делается на политических основаниях, с предпочтением «за падного» или «национального» стиля науки в качестве простого прило жения. Наконец, полная модель с включением всех предыдущих факто ров дает нам примерно 0,475 дисперсии — немного менее половины.

Отличия между регрессионной моделью и той интерпретацией, которая была дана паттерну частных корреляций, незначительны и в основном касаются слабых связей.

Заключение Самым неожиданным в этих результатах было, пожалуй, их полное несоответствие картине, которую можно было реконструировать на ос новании интервью. Ни один из тридцати с лишним человек, чьи биогра фические повествования мы анализировали, не упомянул политические взгляды в качестве оснований, на которых был сделан тот или иной про фессиональный выбор. Превалирующими темами в историях о пово ротных ситуациях в карьере были господство случая и сила связей, не всегда слабых — оказавшись на распутье, рассказчик принимал первое же поступившее предложение — абитуриент подавал документы на фа * Возраст фактически не влияет на вероятность включения в грантовую экономику, но сильно влияет — в положительную сторону — на вероятность работы в образовательном учреждении. Учитывая, что большая часть рабочих мест на соответствующем рынке была создана экспансией 1990-х гг. — т. е. пе риодом, когда в избытке представленные на нем индивиды были уже немоло ды — это может интерпретироваться как указание на то, что преподавательские кадры в этот период проходили скорее отрицательный рыночный отбор. Но мо жет существовать и какое-то иное объяснение.

Социология социологии культет, который предлагал посильный проходной балл и не требовал сдавать математику, аспирант отзывался на предложение научного ру ководителя стать ассистентом и начать преподавать, научный сотруд ник — на предложение не самого близкого знакомого пойти знакомить ся с директором — организатором нового института или заняться маркетинговыми исследованиями. Самым частым ответом на просьбу рассказать о своей профессиональной биографии, который вы услыши те от социолога, будет фраза «Знаете, я никогда не думал, что стану со циологом». Благодаря этим рассказам, мы уже знали, какая гипотеза должна подтвердиться, еще до того, как начали обсчитывать результаты.

Это была гипотеза В, «Экологическая». Именно она описывала ситуа цию, когда выбор в каждом конкретном случае делался, в общем-то, случайно, а распределение индивидов по частям сообщества полностью определялось неизвестной им конъюнктурой на академических рынках в момент окончания ими вуза.

Как уже видел читатель, эта наша наиболее правдоподобная гипоте за оказалась хуже всего согласующейся с фактами. Возраст не оказывал никакого влияния, которое не было бы опосредовано другими перемен ными. Выбор части сообщества оказывался гораздо жестче детермини рован личными атрибутами, чем мы предполагали. Одним из этих атри бутов было владение иностранными языками. Относительно языковой компетентности в интервью можно было обнаружить некоторые ключи, хотя, как правило, они находились не сами собой, а лишь когда индиви дов, оказавшихся на «Востоке», специально спрашивали, почему они не делают чего-то, что делается на «Западе». Тогда они — как правило, не очень охотно — упоминали о языковом барьере. Ассимиляционизм так же возникал в интервью, когда интервьюер проявлял некоторую настой чивость, прося объяснить, чем отличаются части сообщества, но гораздо реже — когда информанту предлагали рассказать собственную историю.

Наконец, либерализм или консерватизм, оказавшийся в статистическом анализе самым значимым фактором, на материале интервью не прояви лись ни разу. Даже информанты, активно вовлеченные в перестроечную политику и с удовольствием рассказывавшие об этом, не проводили па раллелей с политическим климатом окружавшей их части сообщества.

Как объяснить то, что статистически фиксируемая важность идеоло гических факторов так слабо рефлексируется? Возможное предположе ние заключается в том, что их воздействие двухтактно: они не влияют напрямую на характер предложений взяться за работу, которую получа ют индивиды, или на их готовность на эти предложения согласиться, но они влияют на конфигурацию сетей, из которых те поступают. Полити ка — это то, из-за чего люди ссорятся в России, и, в некоторых социаль Соколов М.М. Индивидуальные траектории и происхождение...

ных средах — главная причина, по которой они ссорятся. Политические взгляды — это фактор, определяющий, кто с кем будет поддерживать от ношения и, соответственно, какая информация достигнет индивида, какими ресурсами он будет обладать и т. д. и т. п. Разные сегменты сети, таким образом, складывались из индивидов, максимально сходных по этому признаку, и отталкиваются от других сегментов, которые отлича ются по политическому климату. Рис. 3 иллюстрирует этот тезис.

А В С1 С 0 7% 29% 68% 61% 1 81% 53% 22% 26% 9 10% 16% 9% 12% «1» (светло-серый на рисунке) обозначает приверженность респондента либеральным взглядам «0» (темно-серый) — консер вативным «9» (белый) — отсутствие информации Рис. 3. Политические взгляды на сетевой карте сообщества (в таблице слева обозначения зон — в соответствии со статьей М. Сафоновой в этом номере, любезно предоставившей его автору, бинарная классификация — по медианному респонденту, размер — в соответствии с числом входящих связей) История ленинградской социологии особенно богата примерами драматических коллизий, в которых политические аттитюды трансфор мировались в личные отношения и обратно. Разделение сети на универ ситетскую и академическую (т. е. относящуюся к АН) части в 1967 г.

произошло вслед за затяжной полемикой Василия Ельмеева и Владими ра Ядова, в которой широко использовались политические аргументы;

позднее ИСЭП пережил несколько политических чисток 1983–1984 гг.

(дела Алексеева, Воронкова, Голофаста) и конфликты, сопровождавшие выборы директора в 1989 г., другие эпизоды того же характера включают революционную смену руководства Северо-Западного отделения ССА в 1987 г. и утверждение кандидатуры декана факультета социологии ЛГУ в 1989 г. (основные эпизоды описаны в: Алексеев 2001;

«Ленинград ская…» 1998;

интриги вокруг факультета в ЛГУ — в: Ельмеев, Долгов, Галактионов 2003). В каждом из этих случаев выбор в пользу советской, Социология социологии марксистской и партийной или сравнительно неидеологичной и интер национальной позитивистской науки приводил выбирающего в ряды одной из партий, которые вели войну на уничтожение. Не удивительно, что их однажды оказавшиеся по разные стороны баррикад участники никогда впоследствии не обменивались приглашениями на семинары и конференции или предложениями занять освободившееся рабочее место. Хотя после 1989 г. мы не наблюдаем ни одного прямого полити ческого столкновения внутри Ленинграда-Петербурга, реакции разных сетей внутри сообщества на внешние события поддерживают мораль ную дистанцию между ними — реакции на события вокруг социологи ческого факультета МГУ 2007 г. могут быть примером.

«Естественные зоны» внутри петербургской социологии повторяют контуры социально-политических лагерей и социальных сред за ее пре делами. Идеологические переменные определяют, в какой сети индивид сможет удержаться, ресурсные — в какой степени для него/ нее открыты академические рынки, на которых эта сеть специализируется. Связь с переменными, характеризующими унаследованные ресурсы, впрочем, в целом слабее, чем с идеологическими переменными (и при этом ощу тимо сильнее в случае с младшими генерациями социологов, чем со старшими). Карта социологического сообщества является микрокосмом скорее политического пространства, чем классовой структуры.

Литература Алексеев А.Н. Год Оруэлла (Из опыта драматической социологии). СПб.:

«Ступени», 2001.

Гоулднер А. Грядущий кризис западной социологии. СПб.: Наука, 2003.

Ельмеев В.Я., Долгов В.Г., Галактионов Г.Г. Социология в Ленинградском Санкт-Петербургском университете: История становления // Журнал социоло гии и социальной антропологии. 2003. Том 6. № 3. С. 25–30.

Ленинградская социологическая школа (1960-е — 1980-е). / Под ред. В. Кос тюшева. М: Институт социологии РАН, 1998.

Соколов М. Российская социология после 1991 года: Интеллектуальная и институциональная динамика «бедной науки» // Laboratorium. Журнал соци альных исследований. 2009. № 1. С. 20–57.

Abbott A. The Chaos of Disciplines. Chicago and London: University of Chicago Press, 2001.

Bourdieu P. Homo Academicus. Cambridge, UK : Polity Press, 1988.

Greenfeld L. The Formation of Russian National Identity: The Role of Status In security and Ressentiment // Comparative Studies in Society and History. 1990. Vol.

32 (3). Pp. 549–591.

Wallerstein I. The Politics of the World Economy. Cambridge University Press, 2001.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.