WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

ПЕРЕКОДИРОВКА ФРЕЙМА "ЛИЧНОСТЬ" В ДИСКУРСЕ ОТЕЧЕСТВЕННОГО СОЦИУМА (1984 2008 гг.) О. А. ПОЛЮШКЕВИЧ ПОЛЮШКЕВИЧ Оксана Александровна - кандидат философских наук, доцент Иркутского государственного

университета (E-mail: okwook

Аннотация. В статье рассматривается трансформация фрейма "личность" в СМИ с 1984 - 2008 гг. с использованием концепции Гофмана. Выявляется влияние социальных изменений на ключевые позиции личности, анализируется смысловое и контекстное содержание фрейма "личность".

Ключевые слова: личность * фрейм * трансформация * общественный дискурс Общественное развитие происходит при постоянных изменениях, как социальных институтов, так и отдельных акторов. Ему присущи как периоды относительной стабильности, так и стагнация. Эти изменения приводят к формированию новых духовно-нравственных установок, ценностей, идеалов, жизненных смыслов и поведенческих реакций, к иным стратегиям адаптации и поведения в новых условиях.

Одной из возможных объяснительных парадигм в современной ситуации является теория фреймов И.

Гофмана [Гофман, 2003]. Данная теория представляет собой интерпретационную схему, с помощью которой человек определяет для себя понимание ситуации, в которой он оказался, или которую сам создал. Это понятие является и одним из элементов, объясняющих социальные изменения. Фрейм позволяет выделить и интерпретировать деятельность отдельной личности или группы людей, выступает своего рода схемой, позволяющей понять мотивы поступков, объяснить их протекание, предсказать и проанализировать их последствия. Если фреймы не совпадают, то возможен конфликт, непонимание, отчуждение индивидов, групп, поколений, когда новые внешние условия задают иные стратегии "успешного" реагирования. Социализация молодого поколения происходила при ломке или трансформации старых схем, тогда как более старое поколение воспринимает "успешное" поведение еще в рамках старых образцов. Это несовпадение провоцирует ситуацию разрушения поколенческой преемственности и передачи социокультурного опыта. Для участников этого процесса данная схема является условием адекватного понимания и взаимодействия, воспринимается в рамках обычного поведения, включая знаковый факт события, явления, проблемы и проч.

Статья написана по материалам проекта "Социальное изменение как трансформация символических форм", поддержанного АВЦП Рособразования "Развитие научного потенциала высшей школы (2009 - 2010 годы)" (грант N 2.1.3./1260).

стр. В современной науке сложилось несколько направлений трактовки теории фреймов И. Гофмана.

Первое направление включает школы коллективных действий, в которых рассматривается деятельность, ее причины и следствия уже в рамках определенного фрейма. Например, школа мобилизационных ресурсов трактует фрейм-деятельность как инструмент достижения стратегической цели развития, определяемой лидерами. По мнению Д. Сноу и Р. Бенфорда, фреймы представляют собой "стратегические усилия групп людей по конструированию разделяемых ими схем понимания мира и самих себя, которые легитимируют и мотивируют коллективное действие", а "фрейминг" - интерактивный, коллективный способ придания смыслов действиям акторов. Трансформация фреймов создает новые ценности, верования и смыслы;

они способствуют участию в движениях;

возникают новые коллективные идентичности [McAdam, p. 435].

С точки зрения школы культурного процесса, культура является не только инструментом освоения правил, но и задает рамки коллективных действий (что ближе к теории Гофмана). По мнению Р. Ч.

Вильямса, политические и социокультурные изменения "создают условия для зарождения и развития набора идей и ценностей, делающих возможным коллективное действие" [Willams, p. 95]. Поэтому успешная "фрейм-деятельность" должна находить отклик у публики или сочетаться с доминантным фреймом. На наш взгляд, близка этой школе и позиция Л. Тевено о "прагматических режимах" [Thevenof] в практиках повседневной жизни, позволяющих людям приспособиться к окружающей реальности.

Ко второму направлению можно отнести исследования, использующие теорию фреймов через анализ символической трансформации разнообразных систем. Например, К. Клеман и О. Мирясова пытаются выявить "условия, этапы и содержание процесса трансформации фреймов" [Клеман, p. 9], А.

Мавлетова показывает многомерность раскрытия и развития фреймированной реальности пространства (на примере казино) [Мавлетова].

Исследования, проводимые за рубежом и в России, недостаточно освещают социально трансформационный аспект фреймов. Данная теория, в аспекте рассматриваемой проблематики представляется достаточно эвристичной в сравнении с другими подходами, то есть, может, по нашему мнению, привнести знание о логике и механизмах изменения структур общественного сознания. В своем исследовании мы выявляли внутренние (причины и мотивы) и внешние (действия и поступки) формы проявления изменения фреймов (на примере фрейма "личность").

Ключевую роль в процессе изменений фреймов "личность" занимают средства массовой информации, т.к. они являются наиболее эффективным инструментом распространения и усвоения информации для мужчин и женщин, людей разных возрастов и профессий, представителей различных религиозных течений и социального статуса;

через них мы усваиваем нормы и ценности, узнаем приоритеты и цели развития, как отдельного человека, так и общества в целом. Поэтому, для анализа фреймов, иллюстрирующих категорию "личность", изучался соответствующий тематический дискурс, отраженный на страницах СМИ за последние 25 лет (с 1984 по 2008 гг.). Выбор такого временного отрезка был продиктован задачами исследования: выявить динамику трансформации доперестроечного и постперестроечного восприятия данной категории в общественном сознании (проследить изменения фреймов), обозначить переломные моменты и выявить ключевые тенденции дальнейшего изменения.

Был проанализирован массив газеты "Аргументы и Факты" с 1984 по 2008 г., всего изучено номеров. Выбор материалов этого издания обусловлен его распространенностью и охватом различных социально-демографических групп (читательская аудитория газеты - около 8 млн. человек во всех регионах СССР (России)). Для этого применялась методика контент-анализа, которая была основана на единообразных стандартизированных правилах поиска, учта и подсчта количественных показателей, отражающих существенные смысловые стороны изучаемого понятия "личность".

Исследуемые параметры: частота упоминания (вычислялась относительно общего числа упоминаний понятия "личность", в рамках проекта "Социальное изменение как трансформация символических форм", общее число всех упоминаний понятия "лич- стр. ность" - 100%), объем внимания (вычислялся как произведение количества строк и печатных знаков данного сообщения, суммированное и выраженное в %), общий оценочный контекст (+/-). Категория "+" формировалась за счет информации позитивного, нейтрального и проблематично-сочувствующего характера, категория "-" за счет проблематично-осуждающей и негативной информации.

В исследовании также использовалась методика транссимволического анализа (ТСА)*, направленная на выявление символических характеристик изучаемых категорий через когнитивные, аффективные и деятельностные символы. Структура символической триады конкретна и верифицируема, отражает комплексное единство символов, формирующих определенную коннотацию личности. ТСА-анализ, применяемый на продолжительном временном отрезке (с 1984 по 2008 г.), позволяет через символические триады обозначить границы фреймов (где начинается один и заканчивается другой), их качественные характеристики, смысловые подтексты и семиотические значения, и объяснить эти изменения в связи с социально-политическими событиями в стране.

В ходе исследования мы выяснили, что частота упоминания категории "личность" с 1984 по 1990 г.

была относительно стабильна (3 - 4%), но объем внимания в эти годы был минимален - 1%. Это говорит о том, что в советское время о личности говорили преимущественно с политико идеологических позиций - "коммунист", "гражданин", "труженик" и пр. Личность в социально психологическом аспекте практически не рассматривалась. Именно эти черты присущи пропагандируемому фрейму "личность" в советском обществе.

С 1991 г. частота упоминаний начинает уменьшаться, вплоть до 1994 г. (2 - 3%), хотя объем внимания возрос (4 - 5%). Рефрейминг заключался в том, что меньше стали говорить в "тяжелые" времена для страны о личности вообще, но больше освещали в СМИ вклад, деятельность, творчество каких-то знаковых, символических фигур, которые могли стать символами, способными стабилизировать ситуацию, улучшить положение страны. К ним относятся такие фигуры как Петр I, Солженицын, Сахаров и проч.

С 1995 г. интерес к личности заметно возрастает. По частоте упоминания от 3% до 6%, по объему внимания от 4% до 7%. Максимальная частота упоминания "личности", приходится на 1996 - 1997, 2000 и 2004 годы (по 6%). Максимальный объем внимания, посвященного "личности", приходится на 1996 - 1997, 2004 - 2005, 2008 гг. (по 7%). Увеличение частоты упоминания и объема внимания к данному понятию говорит о качественном изменении фреймов, отвечающих за е смысловую нагрузку. Фрейм "личность" советской эпохи окончательно потерял свои позиции, его заместил фрейм "российской личности". Для детального анализа этой трансформации рассмотрим изменения смыслов анализируемого понятия на страницах СМИ. Исходной точкой анализа явился 1984 г. Фрейм "личность" освещался через положительные коннотации (от 75% до 86%). "Личность" в этот период обладает "нужными" идеологии чертами, и в прессе конструируется "идеальный" образ советского человека ("образцовой личности труженика", "профессиональной личности рабочего", "знаковой личности учителя", "умелой личности шахтера" и проч.). Негативные контексты, использующие фрейм "личность", раскрываются в основном в статьях, посвященных западному обществу ("личность угнетенного работника", "личность обманутого и бедного гражданина") или эмигрантам ("личность изменщика", "личность бедствующего эмигранта).

По материалам газетных публикаций формируется фрейм "личность" скорее через идеологические, нежели чем индивидуально-психологические особенности актора. Мнение личности учитывалось и использовалось через призму партийной "полезности" и "пригодности". Например, "гражданин (45,4%) - советский (34,4%) - стр. * Транссимволический анализ (ТСА) - метод социального исследования, базирующийся на некоторых положениях социологии и психологии знания, социальной эпистемологии и исторической антропологии. ТСА строится на положении о том, что изучение социальной реальности возможно через конструируемые в ней символы - когнитивный (существительное), аффективный (прилагательное) и деятельностный (глагол). Подробнее о методике ТСА см.: Кармадонов О. А. [2, 3].

старается (57,6%)", "люди (42,9%) - советские (33,1%) - трудятся (55,3%)", "коммунист (40,1%) - идейный (30,2%) - отстаивает (53,1%)". Уникальность человека рассматривалась с точки зрения пригодности для развития общества (круга коллег и товарищей, детей и соседей, народа и страны - на любом уровне), а не его лично.

В советском обществе существовала государственно-гражданская идентичность "советский человек".

И личность воспринималась преимущественно через идейно-политические критерии. Но перестройка привнесла серьезные изменения в восприятие личности как социально- и личностно-ответственного индивида. Если раньше социализм провозглашал "от каждого по способности - каждому по труду", то теперь личность воспринималась как самостоятельно ответственная за свое развитие и творчество, за свою деятельность и инициативность, за форму и объем получения вознаграждения. Это приводило к изменениям потребностно-мотивационной сферы человека, физических и духовных способностей каждой личности.

Картина мира советского человека" формировалась в рамках установок власти, в индивидуальном жизненном опыте преломлялись различные, типичные для того общества, социальные отношения.

Личностная ориентация советского человека выражалась в приверженности декламируемым ценностям и идеалам коммунистического общества.

Трансформация дальнейшего смыслового содержания фрейма "личность" имела несколько этапов.

Первый этап изменения приходится на 1985 - 1989 годы. Положительное освещение в СМИ варьируется от 75% до 86%. Перестройка создает новую ситуацию для каждого человека: такие условия, которые раскрывают возможность развития инициативы, ответственности, чувства хозяина, гражданского долга, творчества. Человек перестает позиционироваться в СМИ через свою идеолого политическую "адекватность" обществу. Акценты фрейма "личность" смещаются с политических на социальные. Если раньше о личности писали как о "коммунистической", "социалистической", "идейной", то теперь как об "ответственной", "хозяйственной", "заботящейся" и проч. На личность возложили ответственность за свою жизнь, благополучие и будущее.

В символических триадах этот период отразился следующим образом: "гражданин (57,7%) - свободный (59,7%) - получает (55,4%)", "советский человек (55,5%) - с энтузиазмом (53,4%) - работает (48,2%)", "человек (46,3%) - идейный (46,7%) - пробивает (52,1%)", "человек (57,8%) - творческий (37,8%) - создает (47,6%)" и пр. Через данные символические триады прослеживается типичное эмпирическое проявление "рефрейминга" или фрейм-трансформации. Включаясь в социальные процессы, личность тем самым изменяет и обстоятельства своей жизни, активно определяет и развивает "линию" собственной судьбы. Иначе говоря, основным условием самоопределения личности и сознательного регулирования своей жизнедеятельности является ее общественная активность.

Второй этап изменений фрейма приходится на переломные 1990 - 1991 годы. Положительное освещение в прессе занимает 41 - 44%, т.е. по сравнению с предыдущим периодом снизилось практически вдвое.

Фрейм "личность" постепенно меняется. Он приобретает два контекста: положительный и негативный. Положительный воспринимается в рамках обретения человеком различных социальных благ, социального статуса, обладает атрибутами престижа той или иной категории ("личность успешного предпринимателя", "личность видного политика", "личность значимого в городе лица").

Негативный воспринимается в рамках не достижения человеком критериев, указанных в положительном контексте или же "опускания на дно" ("личность опустившегося человека", "неадаптированная личность", "личность деградирующего человека").

В этот период личность описывается в основном на деятельностном, поведенческом уровне, а смысловые, ценностные, мотивационные ориентации личности человека практически не затрагиваются. В символических триадах это выражается следующим образом: "люди (55,3%) - простые (46,2%) - бедствуют (44,6%)", "богатеи (22,1%) - наглые (28,9%) - воруют (28,9%)", "жертвы (23,4%) - запутывающиеся (31,6%) - страдают (23,5%)" и пр.

Переломный момент в жизни страны привнес изменения в понимание и оценку личности, как со стороны общества, так и со стороны самого индивида. Человек и об- стр. щество оценивали личность как успешную или неуспешную только с позиции успеха и достижения важных и значимых целей, социально одобряемых маркеров. В России в 1990 - 1991 гг. на первый план выходили более "важные" проблемы непосредственного выживания, а ценностные отодвигались на второй план.

В критические моменты изменения социально-политического уклада общества ценятся внешние показатели успешности и адаптивности к новым условиям. Приоритетность социального статуса, общественного одобрения над личностной позицией и индивидуальной оценкой объясняется нестабильностью положения человека в обществе. Эта общая неуверенность в завтрашнем дне консолидирует социальные связи на микроуровне - семьи и первичного социального окружения. Но как членов данного социума она их разъединяет.

Третий этап изменения фрейма приходится на 1992 - 1999 гг. Положительное освещение в этот период опускается еще ниже, варьируясь от 32% до 53%. В прессе слово "личность" рассматривалось на уровне выживания и адаптации, более высокие ценности - ее саморазвитие, самосовершенствование отодвигались на второй план. На фоне все большего отчуждения личности от власти (когда власть живет по своим законам, а народ - по своим) формируется общее состояние неудовлетворенности и напряженности социальной атмосферы в стране. Неуверенность в своей социальной защищенности, недоверие к государственным институтам неизбежно порождали социальную пассивность. Формировались такие свойства личности, как нерешительность и социальное безразличие, безответственность. Вместе с тем появлялась и культивировалась такая личность, для которой характерным было "чувство безнаказанности" за любые совершаемые поступки.

Изменения фрейма "личность" отражались в ценностных ориентациях, социальных установках, мотивах и стереотипах поведения, в сознании и мышлении людей, в особенностях личности. Он раскрывался через социально-пассивные характеристики человека, сниженное чувство ответственности, недостаточно развитые инициативу и профессионализм;

произошло размывание нравственности, потеря чувства гражданского долга.

Таким образом, деформированные общественные отношения отразились в системообразующем свойстве - в направленности развития личности. У многих членов нашего общества эта направленность оказалась связанной с узкими личными интересами. В публикациях этого периода личность раскрывается как деятель, способный изменить окружающий мир своими усилиями (идеализация, свойственная советскому периоду восприятия личности). Если в 1990 - 1991 гг. позиция личности выражалась только на поведенческом уровне, то в последующие годы к поведенческому уровню добавился личностно-оценочный (небезразличность, честность, активность и проч.). Но публикации, раскрывающие этот ракурс "личности", носили скорее декларативный характер, как идеальный пример для подражания и др. В символических триадах этот период отразился следующим образом: "профессионалы (32,5%) - бедствующие (35,1%) выживают (26,5%)", "деятель (14,5%) - активный (18,9%) - отстаивает (21,4%)", "личность (41,6%) - небезразличная (41,8%) - участвует (43,1%)", "люди (57,8%) - честные (55,4%) - отстаивают (57,8%)" и пр. Личность воспринимается как более сложное образование, сочетающее в себе личные цели и установки, возможность и желание что-то изменить в окружающем мире.

Четвертый этап изменения фрейма личность начинается в 2000 г. и продолжается по настоящее время.

Положительное освещение в данные годы увеличивается от 40% до 70%. Фрейм "личность" опять трансформируется и приобретает все больше положительных коннотаций. Социально-политические изменения, произошедшие в стране после прихода В. В. Путина к власти, повлекли за собой изменения на всех уровнях. В прессе личность после 2000 г. описывается совсем иначе, чем во все предшествующие периоды. Фрейм "личность" отражается через обладание ключевыми, стержневыми чертами, вокруг которых формируются взгляды, поведение, ценности, определяющие целостный образ человека. Причем, по материалам АиФ видно, что к главным чертам личности относятся "вера" и "патриотизм", "отечество" и "нация", "россияне" и "граждане" и проч. Особое отношение у "настоящей личности" к власти, и президенту в частности, - вера в положительные изменения в стране, в президента, стр. который "изменит все к лучшему" (так фрейм "личности" вновь наполняется коннотациями политической ангажированности). Символические триады иллюстрируют это следующим образом:

"личность (56,3%) - патриотичная (58,9%) - борется (49,4%)", "человек (53,2%) - российский (57,2%) - верит (43,2%)", "президент (57,8%) - хороший (52,3%) - спасает (47,8%)", "президент (40,8%) - умный (42, 1%) - изменяет (42,1%)", "человек (65,4%) - обманутый (62,5%) - отстаивает (58,8%)", "человек (39,7%) - верящий (38,7%) - находит (32,6%)", "личность (55,4%) патриотичная (56,2%) - не изменяет (43,2%)" и пр.

Начиная со второго срока президентства В. В. Путина (с 2004 г.), заметно усиливается тенденция восприятия личности как религиозно-духовного единства, национально-патриотической формы реализации человека. Причем государственная политика, мнение и позиция президента направлены на поддержание таких тенденций развития личности.

К 2008 г. фрейм "личность", выражался через следующие символические триады: "человек (59,6%) - православный (57,7%) - верит (60,5%)", "гражданин (57,3%) - ответственный (55,2%) - знает (57,8%)", "патриот (65,5%) - истинный (51,3%) - верит (54,7%)" и пр. Личность может делать свой выбор. Хотя в СМИ определяется направление возможного осуществления данного выбора. Он касается, прежде всего, религиозной веры (в основном - православия) и веры во власть (в то, что она справится и сможет сделать жизнь лучше). Вера во власть сочетается с убежденностью, что власть далека и влиять на нее простой человек не может - т.е. происходит усиление тенденции отчуждения народа и власти. Социальная ответственность и справедливость личности проявляются в чувстве патриотизма и ответственности за воспитание новых поколений.

Таким образом, фрейм "личность" в наши дни воспринимается более многогранно и многопланово, хотя в "настоящей" личности в прессе выделяются "главные" признаки, которые согласуются с установками властей, но оставляют гораздо больше свободы и возможностей для россиян в формировании собственной личностной позиции, личностной идентичности, нежели после перестройки.

Изменение фрейма "личность" на массовом уровне говорит о том, что изменились установки не только отдельных людей, но всего общества. Процесс изменения данного фрейма важен в понимании эволюции ментальных установок и ориентиров жителей нашей страны. Благодаря установкам, закрепляются новые, приемлемые для всех граждан фреймы, позволяющие правильно "понимать" и интерпретировать социальную реальность.

Итак, в советском обществе (1984 г.) данный фрейм конструировался "сверху" - в приказном порядке в русле политико-идеологической направленности. В российском обществе (2008 г.) данный фрейм формируется "снизу" - как адаптационно-приспособленческая стратегия встраивания в идеологию власти и ее политический вектор. Принципиальная разница в этих точках в том, что первая иллюстрирует конструирование такой личности, которая необходима власти, выполняла бы все е приказы и установки, на основании чего поддерживалось бы единство "власти" и "личности". Во второй же точке обнаруживается разрыв этих начал, но в то же время личность вынуждена приспосабливаться к решениям и задачам власти.

Фрейм личности периода перестройки (1985 - 1989 гг.) характеризовался таким лозунгом как - "нет воли сверху, есть воля человека - КАКИМ ему быть". На втором этапе (1990 - 1991 гг.) в ходе разрушения одного государства и формирования нового фрейм определялся лозунгом: "личность выживает самостоятельно". На третьем этапе (1992 - 1999 гг.), когда вырабатывались новые механизмы, позволяющие вписаться в окружающий мир, доминантной стала метафора "выживание личности - это способ ее приспособления". Наконец, на четвертом этапе (2000 - 2008 гг.) - через реализацию новой государственной политики стали формироваться принципиально новые стратегии презентации и самореализации личности. Ключевой элемент фрейма этого периода - "личность - это аполитичный человек".

Необходимость в сильной власти и порядке, с одной стороны - это реакция на прошедший тяжелый период слабости власти в 1990-х гг., с другой стороны - это базовая ценность россиян. Поэтому индивидуальная и социальная комфортность формируется в рамках четко предписанных норм. Свобода выбора и действий усложняет жизнь людей, стр. она предполагает ответственность, а ее готовы на себя брать далеко не все. Возможно, сказывается влияние советского прошлого. Чем больше предписаний, инструкций, стандартов, законов, касающихся всех сфер жизни, чем меньше свободы выбора - тем больше порядка в обществе.

Сказывается и традиционное восприятие власти, в рамках которого народ доверяет ей не столько выполнение различных функций, сколько управление своей судьбой. Социальные изменения влекут за собой трансформацию фрейма личность. Поэтому возникает необходимость четко прослеживать данные тенденции, чтобы на основе новых смыслов и контекстов, раскрывающих данную категорию, понимать потребности и возможности "нового типа "личности.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Гофман И. Анализ фреймов: эссе об организации повседневного опыта. М., 2003.

2. Кармадонов О. А. "Символ" в эмпирических исследованиях: опыт зарубежных социологов // Социол. исслед. 2004. N 6.

3. Кармадонов О. А. Престиж и пафос как жизненные стратегии социоэкономической группы (анализ СМИ) // Социол. исслед. 2001. N 1.

4. Клеман К., Мирясова О. От обывателя к активисту: трансформация фрейма (исследование жилищного движения в Астрахани) // Социальная реальность. 2008. N 3.

5. Мавлетова А. Казино: территория эмоциональности или расчета? // Социальная реальность. 2008. N 3.

6. McAdam D., McCarthy J.D., Zald M.N. Comparative perspectives on social movements: political opportunities, mobilizing structures, and cultural framing. Cambridge: Cambridge Univ. Press, 2004.

7. Thevenot L Pragmatic Regimes Governing the Engagement with the World // The practice turn in contemporary theory. New York: Routledge, 2001.

8. Willams Phys H. The Cultural Contexts of Collective Action: Constraints, Opportunities and the Symbolic Life of Social Movements // The Blackwell Companion to Social Movements. Ed. By D.A. Snow, S.A. Soule, H. Kriesi. Blackwell Publishing, 2005.

стр.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.