WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

"ПОВОРОТНЫЕ ПУНКТЫ" В БИОГРАФИИ И ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЕ КАРЬЕРЫ СПЕЦИАЛИСТОВ И. П. ПОПОВА ПОПОВА Ирина Петровна - кандидат социологических наук, старший научный сотрудник Института социологии РАН (Е-mail:

popova-book

Аннотация. В статье на основе анализа биографий российских специалистов рассматривается влияние поворотных пунктов в их жизни, связанных со сферой занятости, на изменение профессиональных карьер и формирование новых профессиональных ПОЗИЦИЙ.

Ключевые слова: биография * биографическое исследование * мобильность * профессиональная карьера * специалисты * профессиональная структура Постановка проблемы Цель данной работы - исследовать процессы социальной мобильности, связанные с формированием новых социально-профессиональных групп, используя анализ индивидуальных профессиональных карьер и их изменений. Основной исследовательский вопрос, организующий этот анализ - каково качество новой социально-профессиональной структуры, человеческих ресурсов и институтов, ее формирующих. Ответ на него требует решения более узких задач на материалах биографических интервью, среди которых - фокусирование внимания на барьерах и факторах формирования новых социально-профессиональных групп, и прежде всего анализ тех периодов в жизни людей, когда они оказывались перед выбором смены своего положения в сфере занятости и поиска новой ниши, адаптации к новым принципам устройства изменяющейся сферы деятельности.

В историях жизни специалистов весьма важны траектории в занятости. Они складывались в периоды социализации, связанные с выбором учебы и сферы профессиональной деятельности, продвижением в ней, испытывали влияние условий, которые стимулировали или ограничивали эффективность использования накопленного профессионального потенциала (образования, знаний, умений, навыков), соответствие установкам его реализации. В итоге достигнутое профессиональное положение, как правило, становилось основанием социального положения, его устойчивости, перспективности и т.д.

Важной особенностью нашего исследования стала возможность анализировать процессы мобильности с точки зрения понимания биографии человека как некой уникальной целостности, в которой все события взаимосвязаны и могут рассматриваться и оцениваться с позиций понимания их значения для самого индивида. Методологическая основа анализа - подход, который рассматривает важность исследования социально-исторического контекста в формировании социальных структур через биографии людей (см. об этом: [Миллс, 2001;

Bertaux, Kohli, 1984;

Bertaux, 2003]). Иными Работа выполнена в рамках проекта "Институциональные, мотивационные и личностные факторы социальной мобильности в период реформ", поддержанного РГНФ (грант N 09 - 03 - 00626а).

стр. словами, вклад биографического метода в исследование мобильности в сфере занятости (практик трудоустройства, получения послевузовского образования в ходе трудовой деятельности, продвижения, формирования карьеры) - в соотнесении с жизненной ситуацией индивида.

Особый фокус внимания обращен к поворотным, или кризисным моментам в траекториях занятости специалистов. Это внимание важно в различных аспектах. С одной стороны, это специфическая ситуация, определяемая с точки зрения трансформаций в сфере занятости, имевших для России всеобщий характер и глубину (после смены строя). Здесь определяющими являются внешние условия. С другой, - это общая для современных обществ тенденция неустойчивости, гибкости, изменений в балансе сфер занятости - возникновения новых, постепенного упадка старых профессий. Нестабильность, уязвимость профессиональных карьер (как основания идентичности современного человека) осмысливаются как знаковые характеристики современных обществ. У.

Бек, говоря об институционализации индивидуализации, которая разрушает прежние сословные рамки, подчеркивает мысль об институциональном изменении биографических образцов:

вторжении в биографии, их формируемости средствами политики;

стандартизации [Бек, 2000, с. - 196]. Кризис "нормальных биографий" приводит к появлению гибкости в выборе "вариантов сборки" из блоков биографического "конструктора" (там же, с. 199), и, следовательно, к появлению неких переходных типов биографий на пути к возможной новой стандартизации. Причем эти процессы надкультурны, наднациональны, в них биография "открывается всемирному обществу", а всемирное общество становится частью биографии (там же, с. 201). Драматичность этих процессов для целостности биографий и карьер Р. Сеннет связывает с понятием "гибкого капитализма", блокирующего прямой карьерный путь, вызывающий его "коррозию" [Сеннет, 2004, с. xxii]. 3.

Бауман, развивая эту мысль, выделяет характеристики эпохи "легкой", или "растекающейся модернити" (следующей за "тяжелой" или твердой), и среди них "гибкий" рынок труда, в условиях которого занятость краткосрочна и эпизодична, а регуляторы индивидуальной профессиональной карьеры теряют свое основание: "правила, касающиеся игры в карьерное продвижение или увольнение, отменяются" или изменяются по ходу этой игры [Бауман, 2002, с. 31, 37]. Становится актуальной проблема возможности планирования карьеры в биографиях вообще, как общая проблема постмодернити, обостренная ситуацией социетальных трансформаций [Kupferberg, 1998].

Здесь внешние обстоятельства также играют значительную роль, но большую роль, как представляется, могут играть личные обстоятельства - мотивация, способность к переводу накопленных знаний и умений в новые, более перспективные формы деятельности, способность увидеть, почувствовать, предвидеть новую перспективу и использовать шансы для того, чтобы "уловить" ее и органично "вплести" в свою биографию.

Каковы в действительности масштаб и глубина изменений "карьерных стандартов" в современную эпоху? Представляется, что процессы трансформации "биографических образцов" и карьер дифференцированы, их интенсивность в определенных сегментах социальной и профессиональной структуры может сигнализировать о том, что именно здесь формируются новые типы профессиональной деятельности.

Выделение и анализ кризисных, переломных периодов в биографиях людей - традиционно важная часть исследований индивидуальных жизненных траекторий (см.: [Биографический метод..., 1994]), соотнесении их с социальными изменениями, общая когнитивная фигура [Kupferberg, 1998].

Поворотный пункт (момент) в индивидуальной судьбе, откуда начинается отсчет значимым изменениям в ней - важный элемент всех биографических повествований. Дензин выделяет эпифании - переломные моменты и опыты в жизни людей, которые изменяют базовые смысловые структуры жизни [Denzin, 1989, р. 70]. Ж. -П. Альмодовар, исследующий индивидуальные траектории через рассказы о жизни на границе социологии и психологии, делает важные замечания о типах разрывов, определяющих развитие индивидуальных траекторий. Это могут быть деструктурирующие разрывы-выключения и несущие интегрирующий стр. потенциал разрывы-включения [Альмодовар, 1992, с. 103]. Выделение таких моментов придает особый смысл повествованию о жизни, организует вплетение и объяснение событий в нить рассказа и его последующий анализ.

Поворотные (кризисные) периоды в" биографиях людей, с точки зрения формирования новых социальных структур, можно рассматривать в рамках концепции статусного перехода (staus passage, англ.). Эта концепция основывалась на изучении роли обрядов, ритуалов, сопровождающих переходы из одного состояния в другое (Геннеп, 1999, с. 9). Промежуточная фаза статусных переходов описывается как лиминальная, пороговая фаза (liminal phase, лат.), или промежуточная ситуация (marge) (В. Тернер) [Геннеп, 1999, с. 22, Eazzy, 2001, р. 43]. В целом же возрастание количества незапланированных и неопределенных статусных переходов, различных типов лиминальности становится проблемой в современных обществах. Концепция статусных переходов приобрела значимость в описаниях структурных изменений, поскольку такой переход стал пониматься как индивидуальное "движение в другую часть социальной структуры, или потерю или рост преимуществ, влияния, власти, измененную идентичность и самоощущение (sense of self), так же как и измененное поведение" [Glaser, Strauss, 1971].

Особенности исследования в последнем случае определяются задачами исследования субъективных факторов социетальных трансформаций, а биографии становятся материалом для осмысления их механизмов или источников на уровне умозаключений о характере этих переходов. Примером могут служить исследования биографий "восточных" немцев (ситуация социетального сдвига, достаточно близкая в общих чертах к российской), которые могут рассматриваться как комплексы факторов совладения с ситуацией (рамок, ресурсов и контроля компетентности) [Струк-Меббек, 1997], сложности компетентностной адаптации "по ходу" изменений [Мещеркина, 1997], выбора работника между различными типами (моделями) трудовой культуры в "частной" и государственной сферах занятости [Semenova, 2004] и т.д.

Отметим близкие к биографическому подходы к исследованию личности в условиях кризиса занятости в психологии. Комплекс психологических явлений, связанных с такой ситуацией, рассматривается с точки зрения личных, личностных кризисов, кризисов идентичности и утраты, профессионального развития, кризисов-переходов и кризисов, поворотов карьеры, ролевых переходов, трудных жизненных ситуаций, индивидуального кризиса занятости и т.д. (см.: [Демин, 2004, с. 26 - 27]). Эти исследования позволяют глубже понять разрушающую или, наоборот, мобилизующую роль таких кризисов, пути их преодоления с точки зрения развития, социализации личности в изменяющихся условиях.

В изучении биографий российских специалистов проблема кризисных, переломных периодов, связанных с социальными трансформациями, остается актуальной. Изменения в сфере занятости оказывают влияние на процессы структурных изменений в экономике, социальной сфере. Это актуально в связи с возможностями эффективного использования интеллектуально профессионального потенциала, формирования профессиональной структуры, ориентированной на так называемые постиндустриальные тенденции, в центре которых - современное технологическое развитие, новые отрасли и виды деятельности, связанные с ним, а также старые, находящие в нем новые источники развития. Исследование "поворотных пунктов" в сфере занятости в жизненных траекториях квалифицированных специалистов позволяет обнаружить и оценить эти процессы (формирования системы занятости и социально-профессиональной структуры) с точки зрения формирования новых биографических образцов построения профессиональных карьер.

Итак, под поворотными пунктами в биографиях специалистов мы понимаем комплексную жизненную ситуацию смены места работы (занятости), существенно меняющую социально профессиональное положение, характер и план сложившейся (или складывающейся) профессиональной карьеры. Под профессиональной карьерой понимается последовательность продвижения в выбранной сфере деятельности, стр. в том числе по ступеням иерархии. Предполагается, что можно выделить два основных типа поворотных пунктов: обусловленных в основном внешними обстоятельствами (прежде всего изменениями в структурах занятости) и преимущественно личными обстоятельствами (изменением мотивации, установок в связи, например, с появлением семьи, и т.д.). Выход из такой ситуации для индивида может быть удовлетворяющим или неудовлетворяющим. Здесь важен анализ совпадения мотивации респондента с выходом из ситуации поворота, его личных оценок реализованности своего потенциала.

Сам характер создания таких ситуаций и выход из них зависят от поколенческих характеристик (характер выбора профессии, перспектив и целей, которые при этом виделись, во многом зависит от того, в каком времени и месте "повезло" родиться). Использование шансов времени (шансов поколения) при этом зависит от индивидуальных характеристик. Важно также, как работают в реальности различные элементы структур занятости, помогая трансформировать профессиональные карьеры в кризисные моменты: навыки и знания, полученные в учебном заведении, службы занятости, социальные сети, кадровые службы предприятий и т.д.

Типы поворотных пунктов в биографиях специалистов выявлялись на базе общей выборки исследования, которая включала 79 человек (2009 г.). Объектом исследования стали специалисты с высшим образованием - наемные работники. Всего респондентов с высшим образованием - человек (в мегаполисе - 10, крупном городе - 13, среднем городе - 13, малом городе - 3), 15 из них получили еще и среднее специальное образование. Из имеющих высшее образование предпринимателей и пенсионеров по 8 человек. Две последние группы имеют ряд специфических черт в поведении и оценках сферы занятости, в связи с чем заслуживают отдельного внимания и фокусирования исследовательских вопросов. В исследуемую подвыборку попало 23 человека, из которых 8 человек - в возрасте до 40 лет, 10 - старше 40 и до 50 лет и 5 - старше 50 лет. Анализ биографических схем показал, что поколенческий фактор важен для понимания изменений в типах поворотных пунктов и профессиональных карьер. Поэтому мы условно выделили три поколения респондентов - старшее, профессиональные биографии которых сложились в советское, доперестроечное время (поступали и оканчивали вузы, поступали на работу, продвигались по службе), среднее (время учебы и ее окончания совпало с перестройкой - началом 90-х годов, и в этот нестабильный период были сделаны первые трудовые шаги);

и молодое (поступление в вуз и первые этапы профессиональной карьеры складывались уже после рубежа 1990-х годов).

Основной метод - анализ жизненных траекторий на основе биографического интервью (продолжительность в среднем два часа и более), при котором выделяется схема событий биографии по трем основным линиям (образование, работа, семья) а также семейного, исторического и общественно-политического контекстов. Относительно каждого респондента выстраивалась схема этих трех линий, где по годам отмечались события и делались заметки об их условиях и оценке респондентами, отмечалась связь, которую сами респонденты устанавливали с более широким социальным контекстом через его оценки и упоминание о влиянии на свою жизнь.

Анализ текстов интервью проводился с помощью программы QDA Miner (на данном этапе исследования применение этой программы носило вспомогательный характер).

Биографии и профессиональные карьеры под воздействием структурных изменений Слом прежней профессиональной карьеры и формирование новой в результате структурных изменений в занятости, через достаточно хаотичные поиски - особенно наглядны у людей, чьи судьбы и профессиональные карьеры уже сложились в постсоветский период.

стр. Представления о профессиональной карьере были четко связаны с основными периодами социализации, проходящими в основном по принятому в обществе сценарию: поступление в школу, получение образования (поощряемым престижным сценарием было завершение полного среднего образования и поступление в вуз), распределение на работу после окончания высшего учебного заведения и последовательное продвижение по квалификационно-должностным позициям по выбранной специальности и (желательно) на одном, постоянном месте работы. При этом продвижение зависело не от принадлежности к социальному слою, а от успешной встроенности в этот общий сценарий через получение высшего образования. По словам одной из респонденток:

"Все знали, что если человек хорошо учится, он обязательно поступит в институт, потом профессия, потом квартира, как молодому специалисту, потом семья и так далее. Вс было запланировано уже за тебя" (ж., 49 лет, средний город).

Одна из таких историй жизни (Е., 53 года, мегаполис) показывает влияние полученного в школе образования как значительного ресурса в жизни, который помогал выстраивать успешную профессиональную карьеру, улучшающую социальное положение в прошлом и способную существенно продвинуть его в период общего трансформационного кризиса (1990-е годы). Его дала "престижная" школа с "французским уклоном", в которую респондентка поступила после переезда семьи из коммуналки барачного типа. Обучение в школе было связано с переживаниями из-за особого статуса этой школы, в которой учились, в том числе, и дети советской элиты - дипломатов, журналистов, что усложняло социализацию ребенка из обычной семьи (отец - мастер на заводе, мать - врач). С одной стороны, это ощущение несоответствия статуса семьи престижности школы, в которой уже чувствовалось "расслоение", с другой стороны, - некоторая дистанция в общении с другими детьми, которые учились в обычных школах (поскольку в спецшколе практиковалась переписка со школьниками из Франции, это давало определенные социальные преимущества - "Не видели люди ничего этого, а нам показали как-то тот мир немного"). Эта неуверенность в своем соответствии элитности школы, чувство некоторой социальной изоляции, возможно, порождалось и неуспешной учебой ("Если там [в первой школе] была отличницей... не знаю, или тяжело мне это давалось?.. я не могу сказать. Я училась здесь не хорошо, <...> но поняла, что надо как-то выходить в свет, наверное, учиться"). После окончания школы в языковый вуз поступить не удалось. Однако полученные знания и умения (например, печатание на машинке с латинской клавиатурой) определили дальнейший путь. Это обучение в техникуме (где Е. чувствовала себя уже "немного выше" остальных студентов, хотя и переживала из-за подтверждения своего несоответствия элитности школы) и работа на международной телефонной станции с использованием французского языка. Постоянно работая здесь в течение более 10 лет, респондентка сделала достаточно успешную профессиональную карьеру и получила высшее образование без отрыва от производства, что помогло ей стать начальником смены. Этот статус она рассматривала как свое достижение. Поворотный момент в ее биографии связан с двумя обстоятельствами: рождением ребенка и уходом в "декретный отпуск", закончившийся как раз на границе 1990-х годов, и изменениями на работе, связанными с внедрением новых технологий связи.

В результате на телефонной станции "пошли сокращения", паническое состояние в этот момент также было связано с неуверенностью в своей профессиональной состоятельности на открывающемся рынке труда: "Я поняла, что карьера моя... уже крест поставила. Я ничего не могу, как инженер я никакая, потому что я работала всегда в эксплуатации. Я инженер-практик <...> То есть с людьми начальник и все, понимаете ? И вот куда идти дальше работать, -я совершенно была в шоке". Возможность пережить этот период вновь дали навыки, полученные в спецшколе - работа во французском отеле, полученная через биржу труда, затем на международном почтамте переводчиком (здесь уже пригодились не только знания языка, но и техническое образование). Дальнейшая работа была также связана с базовой сферой деятельность (связь) и была отмечена повышением статуса (начальник над курьерами). Однако остается ощущение несостоявшейся профессиональной карьеры, которая связывалась в ее представлениях с работой на государственном предприятии: "работаю нормально, платят нормально. Единственное, стр. что, может быть, хотелось в жизни чего-то более большого... <...> в производстве каком-то работать, а не в такой маленькой ООО. Понимаете, это все-таки не такое. Все равно у меня какая-то душа в СССР. Меня там все как-то больше устраивало, чем сейчас, когда все это частное. Хотя на хорошем месте, на хорошей должности, тоже лишнего не скажешь, хозяин есть хозяин... <...>. А куда сейчас? До пенсии 1,5 года. Уже изменить что-то... хотелось бы, честно говоря... Чувствую, что у меня есть какой-то потенциал, резервы. Но кто меня возьмет в этом возрасте?".

Трудности поиска новой идентичности и новой профессиональной "тропы" характеризуют и другие истории жизни поздних 40- и 50-летних респондентов*.

Продолжение начатой профессиональной карьеры после поворотного пункта, связанного со структурными изменениями в занятости (включая значительные территориальные переезды), характеризует достаточно редкие в выборке случаи, и они связаны с массовыми профессиями в сфере социальных услуг.

Не всегда поворотные пункты, происходившие в биографиях специалистов в 1990-е годы, заставляли полностью и навсегда сменить профессию, ставя крест на прежней профессиональной карьере. При этом случаи в нашей выборке демонстрируют, что устойчивость характеризует массовые профессии, востребованные в любом обществе - врачи, учителя. В истории Т., 49 лет, (средний город), врача по специальности, такой поворотный пункт во многом совпал с изменениями в семейной жизни, связанными с переездом на место службы мужа на Дальний Восток в конце 1980-х, рождением ребенка. В это время перестали платить зарплату (военным не платили по полгода), и выход семья нашла в нелегальной торговле никотином и спиртом, в торговле товарами, которые привозили из Китая. Такая полу- и нелегальная деятельность стала практически основой выживания (муж уволился из армии), и это позволило повысить материальный уровень и говорить о том, что в этом отношении семья жила "лучше всех", и проблем с деньгами не было. При этом сама Т. продолжала работать по специальности терапевтом - врачом общего профиля в госпитале, хотя рассматривала эту работу как своего рода профессиональную деградацию, поскольку приходилось иметь дело с простыми случаями заболеваний ("деградируешь - зато зарабатываешь'). Главной целью в это время становится переезд "в Россию", что осложнялось вдвойне - и респондентка, и ее муж родились в Узбекистане, а Дальний Восток "... уже отошел к китайцам. Там китайцев больше, чем русских... - при первой же возможности... ничего не останется там от нас... Там мы уже не хозяева". Переезд состоялся только в 2000 г. в средний город на Юге России, выбор был определен тем, что в нем жил родственник мужа. На обустройство ушло несколько лет, однако работа по специальности была получена достаточно быстро - терапевтом в городской больнице. Условия работы были гораздо более тяжелыми, чем в военном госпитале (прежний опыт работы не дал необходимых навыков), и вскоре Т. переходит на более узкую специализацию - нарколога, после отклика на объявление в газете и согласования с главным врачом наркологического диспансера. Это позволило ей сделать следующий шаг в карьере - занять позицию заведующей наркологического отделения, что, судя по интервью, завершает планы по иерархическому продвижению в ее профессиональной карьере. По иронии судьбы, пафос ее нынешнего профессионального этоса ("не нравится, что Россия вымирает... без выстрелов. Вырывают себе могилки и закапываются сами, сами русские [употребляя алкоголь и наркотики]) входит в своеобразное межвременное противоречие с тем периодом ее жизни, когда, выживая, ей приходилось подпольно торговать именно наркологическими препаратами. Однако современное положение Т. оценивает как уровень "выше чем у остальных", и следовательно, этот этап - повышение ее социального статуса по сравнению с тем положением, которое занимала родительская семья (она воспитывалась с сестрой в семье матери-одиночки при участии бабушки и тети). В то время, когда жили "очень, очень бедно", она, при соответствующей установке родных, сумела получить образование и профессию (что определялось, по ее словам, только собственными усилиями стр. * Особенности этих процессов все чаще становятся темой отдельных исследований (в т.ч. автора [Попова, 2004]).

в учебе и установкой поступить в вуз), которые помогли ей в дальнейшем не только сохранить (правда, потратив время на то, чтобы "выправить" профессиональную карьеру в драматично изменившихся условиях), но и улучшить социальное положение.

Смена образцов профессиональных карьер при вступлении в трудовую жизнь под влиянием поворотных пунктов, связанных со структурными изменениями в занятости - характерна для большинства наших респондентов в возрастном диапазоне от 35 до 45 лет. Особенность возрастной группы в том, что эти люди, пройдя первые этапы социализации еще в советское время накануне перестройки, начали практически выстраивать свою карьеру, исходя из принятых правил и ресурсов, обычных для этого времени, а меняли ее уже по ходу обучения и первых трудоустройств, подстраиваясь и даже во многом формируя новые правила игры на рынке труда и новые позиции в структуре занятости. В нашей выборке специалистов эту группу сформировали в основном мужчины.

Наглядной иллюстрацией может послужить история П. (41 год, крупный город). Его детство прошло в небольшом шахтерском городе, в обеспеченной, к началу его учебы в школе, шахтерской семье. Он при содействии отца продолжает семейную традицию и поступает по направлению от шахты в соответствующий вуз. Лидерские и предпринимательские качества, проявленные еще в школе, он развивал и в вузе, занимаясь нелегальной торговлей и обеспечивая себе в институте "элитные" условия жизни. Стремление - "быть предпринимателем" и "быть руководителем" - определилось к завершению учебы. И после окончания института в знаменательном 1991 г., когда надо было выбирать трудовую карьеру, предпринимательская стратегия становится основной сферой приложения сил. Весьма показательно описание респондентом возвращения после учебы в родной город и обсуждение с отцом перспектив выбора трудового пути и карьеры. Отец настаивал на необходимости трудоустройства на шахту управленцем (ИТР), используя его поддержку в дирекции, поскольку была возможность быстро сделать карьеру ввиду практически полного отсутствия конкуренции: "И попадешь в струю... Сейчас придешь, побудешь там, откатаешься горным инженером... ой, горным мастером... потом станешь начальником участка, потом не за горами старший инженер шахты, а там и директор, а там и в трест пойдешь...". Тяжелое (предположительно, временно) материальное положение (шахтерам не платили по нескольку месяцев зарплату) можно было поправить неформальными способами ("...на шахте всегда есть лазейка, где можно своровать что-то'). Но сын видел проблему глубже: "меня такое предпринимательство не устраивало, чтобы по-мелкому там где-то что-то, на жизнь, на хлеб вот воровать <...> быть директором несуществующей шахты... <...>. Я говорю: "Скорее всего, эта отрасль загнется ". Он [отец] говорит: "Да ты что! Ты что! Шахты -это вечное". На данном этапе сейчас шахты вообще в К все закрыты, последняя шахта закрылась в позапрошлом году...".

В поисках более прочной предпринимательской карьеры П. после армии работал по найму в различных торговых фирмах. Однако карьерный рост не всегда устраивал, что заставляло менять место работы. И сегодняшнее положение (коммерческого директора компании) в целом не устраивает, несмотря на устойчивое материальное положение, что связано с ограничениями в карьере и возможностях открыть собственный бизнес: "Я понимаю, что я в чьем-то бизнесе, что я кому-то создаю доход, кому-то создаю актив, и в любой момент меня могут убрать. То есть людей используют, для того чтобы расширить свой бизнес, и выжимают из них по максимому. И потом, если человек имеет большие запросы, его либо меняют, либо договариваются с ним на более низкую оплату".

История А. (36 лет, мегаполис) также представляет собой пример изменения первоначально задуманной карьеры под влиянием рыночных запросов по ходу учебы в вузе и ее окончания, вектор которого был направлен на формирование позиции в слое новых профессионалов - специалистов менеджеров в сфере маркетинга в высокотехнологичных отраслях. Это спланированная еще в советский период карьера, в которой и "стартовые" условия (благополучная родительская семья инженерно-технических работников), и увлечения в школе (радиокружок, авиамоделизм) способствовали поступлению в престижный, заранее запланированный вуз (альма-матер отца).

стр. В это время профессиональные планы связывались с работой в ракетно-космической отрасли.

Однако в 1990-е годы установки достаточно плавно трансформировались в поиск путей выживания и достижения благополучия с помощью высоких должностных позиций. "Добиться хотелось многого, но планы были - выжить в ближайшее время. Потому что там как раз денежная реформа, а потом в 98-м и кризис финансовый, ну и вот только чтоб выжить. А так планы были, ну.., как, может, и до какого-то директора предприятия дорасти". Достаточно спланированным поворотным пунктом можно считать поступление после окончания вуза техническим специалистом по продаже компьютеров в фирму знакомого родителей. С этого момента начинается череда трудоустройств в этой сфере, которые происходили по объявлениям или по рекомендации знакомых (социальные сети в сфере спорта и отдыха). Часто новая работа подыскивалась через кадровые агентства или подачу резюме в соответствующие интернет-службы еще до увольнения, т.е. этот процесс заранее планировался. Уход обуславливался нередко исчерпанностью профессионального роста, либо недовольством сложившимися отношениями, приводящими к незащищенности сотрудников от произвола руководителей.

Таким образом, эта достаточно успешная, но прерывистая профессиональная карьера строится по специфическим правилам, обеспечивающим попадание в слой высокооплачиваемых, квалифицированных, получающих новые, востребованные в рыночном обществе знания профессионалов - не производящих что-то новое (несмотря на достаточно высокий интеллектуальный потенциал), но, благодаря широкому кругу знаний, имеющих возможность продвижения (торговли) технологических разработок из-за рубежа в России. Поворот в траектории занятости, спланированный заранее, определяется одним из основных мотивов - достижением социального благополучия. На практике это связывается с освоением нового сегмента в экономике и нового типа занятости - гибкой смены рабочих мест на основе многофункциональности. С одной стороны, такая гибкость обусловлена прочными ресурсами - хорошим образованием, навыками, молодым возрастом, адаптивностью. В то же время, независимость на рынке труда относительна - работник зависим от спроса на его рабочую силу со стороны западных фирм, осваивающих российское пространство, от расположения начальства. Работая в каждой из фирм, он приобретает специфический человеческий капитал, необходимый для освоения нового вида деятельности, но это не дает прочного карьерного роста, отражаясь скорее в количестве и разнообразии сменяемых "элитных" рабочих мест.

Биографии и профессиональные карьеры в режиме социализации в новых условиях и "плавной адаптации" Своеобразие профессиональных карьер, не испытавших серьезных перемен в связи с изменениями в структурах занятости, связано, во-первых, с их начальными этапами и установившимися "правилами игры" у респондентов младшего поколения, а также специфическими личными установками в отношении профессиональной деятельности.

В жизненных историях самых молодых респондентов (30 - 35 лет) прослеживается уже стабильная профессиональная карьера, планируемая и осуществляемая во многом по обычным сценариям, но с "рыночной корректировкой". В нашей выборке это касается представителей массовых профессий - врачей, учителей, инженеров - т.е. тех групп, которые в прежнее время связывались с бюджетной сферой, имели невысокий доход и пострадали больше всего во время перестройки. Биографии и профессиональные карьеры молодых специалистов оказываются в большей степени связанными между собой. И потому, что жизненный путь еще невелик по продолжительности, и потому, что основные структурные изменения, инициированные кризисом и трансформациями 1990-х годов и породившие поворотные пункты в биографиях многих людей старших поколений, уже не оказывают существенного деформирующего влияния на профессиональные карьеры молодых. Они находят свои рыночные ниши с гораздо меньшим напряжением. Вознаграждения, получаемые молодыми специалистами на стр. своем рабочем месте в виде зарплат, оказываются выше, чем это принято считать в прошлом относительно этих профессий. И связано это с рыночной ориентированностью молодых специалистов, умением найти или создать свою нишу на рынке. Такая ориентированность и "органичное" умение встроиться в рыночную ситуацию характеризуют почти все истории молодых респондентов. Поворотные пункты в биографии, связанные с встраиванием в новую систему координат в занятости, практически отсутствуют, поскольку профессиональные карьеры выглядят вполне стабильными. Они нацелены здесь не только на должностной рост в своей сфере, но и на создание либо дополнительных площадок, расширяющих сферу деятельности за счет коммерческих услуг, либо полную их коммерциализацию.

Так, О. (33 года, крупный город), получив высшее педагогическое образование по собственному выбору (после того, как закончила машиностроительный техникум по настоянию матери), проработала несколько лет в школе и искала более оплачиваемую работу, мечтая заняться бизнесом, чтобы повысить благосостояние семьи. Она открыла отделение маркетинга в техникуме, где стала преподавать после работы в школе. Перспективы связаны с преподаванием в техникуме, его реорганизацией и открытием коммерческого отделения, в котором она надеется работать. Эти перспективы и нынешний уровень жизни оцениваются ею достаточно высоко. Другой пример - И.

(30 лет, средний город), получая в институте специальность инженера по водоснабжению, с 3-го курса стала работать в частной фирме по проектированию систем водоснабжения, где продолжает работать уже начальником группы. Свой уровень жизни оценивает выше среднего, по крайней мере, выше того, который был в ее родительской семье (ниже среднего, по ее оценке). Достаточно успешна профессиональная карьера и уровень благосостояния и у А. (35 лет, средний город), врача по специальности. Для этого ей пришлось освоить не только побочную медицинскую деятельность (в коммерческой поликлинике), но и дополнительную работу не по специальности (автострахование).

В выборке встречаются биографии, в которых профессиональная карьера не играет важной роли в установках, определяющих выбор типа образования и места работы. Жизненные обстоятельства складываются так, что такая карьера изначально выстраивается стихийно, под влиянием окружения, практически не планируется самостоятельно, и после поворотного пункта, который бывает уже связан не со структурными изменениями в занятости, а с личными обстоятельствами - возникает представление о собственном стиле жизни, в котором формируется новый тип профессиональной карьеры.

Так было в истории М. (51 год, крупный город). Выбор вуза, мест работы был несамостоятельным, под влиянием родителей и подруг. И хотя в "послужном списке" оказывается много курсов дополнительного образования, попытки найти свое место не были активными. Поворотный пункт формируется под влиянием изменений в семье (развод) и связан с учебой на университетских курсах по повышению квалификации (психология), которые респондентке казалось необходимым пройти прежде всего с целью "разобраться в себе". В эти годы (середина 2000-х) она начинает работать в сетевом бизнесе и продолжает свою карьеру в рекламных агентствах, постепенно укрепляя ее и мечтая развивать собственный сетевой бизнес.

Попутно отметим специфическую гендерную особенность некоторых женских трудовых биографий - именно потеря постоянной поддержки супруга-кормильца после развода давала возможность мобилизовать усилия, активно искать и находить новые сферы приложения сил и реализовываться в них. "Если бы я не рассчитывала никогда [на помощь мужа], я бы раньше [начала] трудиться упорнее. Я все время на него надеялась".

Несколько иной, достаточно редкий в выборке вариант поворота в профессиональной карьере, связанного с внутренними установками, - в биографии, в которой стандартная профессиональная карьера не играет (или до сих пор не играла) значимой роли. Этот своеобразный "богемный" тип профессиональной карьеры, спонтанный, зависящий скорее от интереса, внутреннего драйва, чем от необходимости занимать иерархически определенные должности, проявляется в биографии В.

стр. (32 года, средний город). Многое можно объяснить тем, что его детство и юность были постоянно связаны с частыми переездами семьи (отец - военный), поэтому респондент привык к жизни "в разных измерениях". К тому же он умудрился год учиться одновременно в двух учебных заведениях - вертолетном техникуме и строительном институте. Для него привычны частые увольнения и переезды в другие города, что респондент объясняет потребностью ("организм этого требует..."), характером: "В одном и том же [месте работы] я бы не смог. У меня либо планку б сорвало, либо я передрался бы со всеми... Поэтому <...> работу надо менять раз в два года, это минимум. Но для меня это хотя бы раз в год... Можно потом возвращаться, но надо все равно перерыв делать. А деньги нужны всегда, нужно их зарабатывать". Область относительно постоянной занятости оказалась выбранной случайно, после того как знакомый предложил поработать в театре осветителем - т.е. по роду деятельности, с которым респондент не был знаком.

Принятие решения работать он описывает как "судьбу" (надо заметить, что в интервью респондент акцентирует воспитанную с детства любовь к театру): "как-то вот так, судьба. Начали показывать, - я не знал, как лампочки в этих приборах менять. Всему постепенно меня научили, через два, наверное, месяца где-то я себя уже в Музкомедии ощущал как родной". Этот момент можно расценить как поворотный, который определил постоянную сферу занятости, хотя и не обозначил четко начало профессиональной карьеры (возможно, из-за частой смены театров - мест работы).

Эта история, несмотря на специфичность, в то же время - своеобразный пример отхода от стандартной профессиональной карьеры, возможности создавать собственный "стиль занятости" и профессиональную биографию, зависящую от требований рынка и структурных сдвигов в экономике в меньшей степени, чем от внутренних побуждений работника.

...Таким образом, диапазон ситуаций, в которых происходили изменения в жизненных траекториях и профессиональных карьерах специалистов, под влиянием событий, связанных в основном со структурными изменениями в занятости, достаточно широк. Наиболее устойчивы так называемые массовые профессии, связанные с социальными услугами населению, которые, с одной стороны, пострадали в большей мере как "бюджетные" (в прежней системе занятости), но оказались наиболее "восстановимыми" и гибко меняющими формы деятельности. Сегодня молодые специалисты, получающие подобные специальности, выстраивают свои карьеры таким образом (согласуясь с рынком), что, продвигаясь, добиваются удовлетворяющих их вознаграждений. Это способствует развитию достаточно стабильных профессиональных карьер, с гибким использованием их институционального оформления.

Новые профессиональные позиции, которые способствуют попаданию в наиболее благополучные средние слои современного российского общества, формируются молодым и средним поколением.

Они соответствуют рыночным условиям - это, как правило, предпринимательская (представительская или менеджерская, без открытия своего бизнеса), маркетинговая деятельность в крупных, в том числе зарубежных фирмах. Она в слабой степени соответствует полученному образованию, его профессиональной подготовке, сложившейся еще в системе советского образования, и поэтому поворотные пункты формируются, как правило, в первоначальные моменты профессиональной карьеры (вуз - первое место работы). Эта деятельность позволяет занять достаточно обеспеченное в материальном отношении положение, и в то же время именно здесь формируются нестабильные профессиональные карьеры. Эта нестабильность не воспринимается драматично, с одной стороны, потому, что предыдущая социализация к посттрансформационным условиям у молодых людей состоялась в значительно более плавном адаптационном режиме, по сравнению с профессионалами старшего поколения. С другой стороны, она в современных условиях позволяет маневрировать и искать другие условия приложения сил (уверенность в своей востребованности у таких респондентов, как правило, весьма, высока). В то же время уровень удовлетворенности положением и ощущения самореализации не столь высок, как можно было бы ожидать, из-за ограничений в возможностях открыть частный бизнес (собственное дело) или развиваться как профессионалу. В ряде случаев стр. нестабильная профессиональная карьера приводит к тупику, обозначающему назревание очередного поворотного пункта в биографии.

Современные условия, скорее всего, стимулируют развитие прерывистых профессиональных карьер, формируемых в условиях профессиональных траекторий, не нацеленных на ограничения в смене рабочих мест. Нестабильные, "гибкие" профессиональные карьеры сформировались в сфере, связанной с предпринимательством. Эта гибкость образует в основном два типа. Наиболее жесткий режим их протекания -в крупных фирмах, укрепляющих правила своего функционирования и подчиняющих развитие профессионального потенциала работников достаточно прагматичным задачам. Другой тип профессиональной карьеры - в более мелких предпринимательских организациях, образующихся часто при участии работников и реализующих их бизнес-идеи. В то же время наиболее рискованный тип такой занятости формирует и наиболее нестабильный, прерывистый тип карьеры.

Профессиональные карьеры в рамках этого типа могут рассматриваться как индикаторы становления новых видов профессиональной деятельности, и, согласно представлениям о "политической формируемости" новых стандартов биографических и карьерных образцов, требуют внимания к институциональным инструментам их формирования.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ Альмодовар Ж. -П. Рассказ о жизни и индивидуальная траектория: сопоставление масштабов анализа // Вопросы социологии. 1992. Т. 1. N 2.

Бек У. Общество риска. На пути к другому модерну: Пер. с нем. М.: Прогресс-Традиция, 2000.

Бауман З. Индивидуализированное общество: Пер. с англ. М.: Логос, 2002.

Биографический метод. История, методология, практика / Ред. Е. Ю. Мещеркина, В. В. Семенова.

М.: Ин-т социологии РАН, 1994.

Геннеп А., ван. Обряды перехода. Систематическое изучение обрядов / Пер. с франц. М.: Восточная литература, 1999.

Демин А. Н. Личность в кризисной ситуации: стратегии и механизмы преодоления кризиса.

Краснодар: Куб. ун-т, 2004.

Мещеркина Е. Биографическая реконструкция: образовательные и профессиональные стратегии адаптации к рыночной экономике // Биографический метод в изучении постсоциалистических обществ: Материалы международного семинара / Под ред. В. Воронкова и Е. Здравомысловой;

Центр независимых социологических исследований. Труды. Вып. 5. СПб., 1997. С. 42 - 50.

Миллс Ч. Социологическое воображение: Пер. с англ. М. NOTA BENE, 2001.

Попова И. П. Профессиональный статус специалистов в меняющемся российском обществе. М.:

Наука, 2004.

Сеннет Р. Коррозия характера: Пер. с англ. Новосибирск: ФСПИ "Тренды", 2004.

Струк-Меббек О. Траектории совладания с ситуацией в постсоциалистическом обществе // Биографический метод в изучении постсоциалистических обществ: Материалы международного семинара... СПб., 1997. С. 50 - 56.

Bertaux D. The usefulness of life stories for realist and meaningful sociology // Biographical research in Eastern Europe. Altered lives and broken biographies / Ed. by R. Humphrey, R. Miller, E. Zdravomyslova.

Ashgate, 2003. P. 39 - 53.

Bertaux D., Kohli M. The life story approach: a continental view // Annual Review of Sociology. 1984.

Vol. 10. P. 215 - 237.

Denzin N.K. Interpretive Biography // Qualitative Research Methods Series. No 17. London: Sage, 1989.

Ezzy D. Narrating unemployment. Ashgate, 2001.

Glaser B., Strauss A. Status Passage. London: Routledge and Kegan Paul, 1971.

Kupferberg F. Transformation as Biographical Experience. Personal Destinies of East Berlin Graduates before and after Unification // Acta Sociologica. 1998. Vol. 41. No. 3.

Semenova V. Professional choices between private and state position in Russia's transformation // Biographical method and professional practice. An international perspective / Ed by P. Chamberlayne, J.

Bonart & U. Apitshch. Glasgow, 2004. P. 115 - 130.

стр.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.