WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

СТРУКТУРА И ДИНАМИКА КОЛЛЕКТИВА НАУЧНОЙ ЛАБОРАТОРИИ Автор: В. П. БОНДАРЕВ, О. В. БОЙЧЕНКО БОНДАРЕВ Валерий Петрович - кандидат географических наук, старший научный сотрудник географического факультета и

доцент социологического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова (E-mail:

valery_bondarev@mail.ru). БОЙЧЕНКО Ольга Викторовна - аспирант социологического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова (E-mail: OBoichenko@Mercury.ru).

Аннотация. Исследуются особенности научных коммуникаций коллектива научно-исследовательской лаборатории с сорокалетним стажем успешной работы, имеющей авторитет в мировом географическом научном сообществе1. Представлены результаты статистического анализа массива публикаций сотрудников лаборатории, позволяющие выявить циклы публикационной активности, охватывающие три 12-летних периода в процессе развития лаборатории. Проведен тематический анализ публикаций, что позволило установить устойчивые группы соавторства и выдвинуть предположение о наличии в коллективе лидеров неформальных групп, обеспечивающих продуктивное сотрудничество членов коллектива.

Ключевые слова: научная лаборатория * коммуникация в науке * авторство * лидерство в научном коллективе Исследования развития науки охватывают не только рассмотрение особенностей теоретического познания, но также изучение функционирования научных сообществ, в рамках которых осуществляется научная деятельность. Научное сообщество, понимаемое как совокупность исследователей-профессионалов, объединенных вокруг единой цели, научной школы или направления, представляет собой сложную самоорганизующуюся систему, в которой действуют как отдельные ученые, так и разнообразные государственные институты, общественные организации, неформальные группы и т.д.

Научно-исследовательская лаборатория представляет собой одну из важнейших форм организации научной деятельности в первичных коллективах. В мировой литературе можно найти немало примеров изучения лабораторий как единиц структуры научного сообщества. Так, для анализа процесса производства научного знания К. Кнорр-Цетина выбрала в качестве объекта изучения деятельность лаборатории как малой социальной группы, обладающей собственными механизмами интеграции, неформальными и формальными лидерами, групповыми ценностями и особой структурной организацией коллективной деятельности [1].

Заметим, что К. Кнорр-Цетина Работа выполнена при содействии гранта Президента РФ по Программе государственной поддержки научных исследований, проводимых ведущими научными школами Российской Федерации (грант НШ 3284.201075).

стр. считается сегодня одной из ведущих представительниц этнографического направления исследований научной деятельности, которое сложилось в начале 1980-х годов во многом под влиянием этнометодологии Гарфинкеля [2]. Этнографы науки склонны рассматривать академическое сообщество как особого рода культурную среду, объединяемую не только общим знанием, но также повседневными практиками, которые передаются и поддерживаются в ходе повседневных коммуникаций на неформальном уровне как традиция.

Поэтому при проведении науковедческих исследований научных сообществ Б. Латур и С. Вулгар обратились к изучению научных лабораторий. В их совместной работе "Жизнь лаборатории...", написанной по результатам конкретного исследования биохимической лаборатории в Калифорнии, впервые была затронута проблематика, связанная с выделением границ научных коллективов на основе анализа научных коммуникаций [3].

Объектом социологических и этнографических исследований научной деятельности выступают, как правило, устойчивые и продуктивные коллективы. Их история позволяет проследить процесс становления и развития научной школы на достаточно обширном временном интервале. В этом отношении представляет интерес рассмотрение процессов научной коммуникации на отечественном примере Научно исследовательской лаборатории эрозии почв и русловых процессов им. Н. И. Маккавеева географического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова. Данная лаборатория существует 41 год и занимает ведущие позиции в изучении эрозионно-аккумулятивных процессов не только в России, но и за рубежом. Целью исследования явилось изучение структуры и динамики научно-исследовательской лаборатории, основанное на статистическом анализе массива публикаций ее сотрудников.

Методика исследования Профессиональная научная деятельность ученого предполагает наличие множества коммуникативных контактов с коллегами. Научные коммуникации - это необходимое условие развития науки и механизм распространения научного знания в обществе. На сегодняшний день именно коммуникативность признается определяющей характеристикой научной деятельности [4]. Поэтому без рассмотрения особенностей коммуникативного взаимодействия ученых невозможно оценить состояние и перспективы развития научного коллектива.

Вкладываемые в понятие "коммуникации" значения оказываются различными в рамках лингвистических, психологических, социологических и культурологических исследований. Исследователи выделяют безличные и межличностные, адресные и безадресные, непосредственные и опосредованные, устные и письменные коммуникации [6;

7]. В социологическом словаре "научные коммуникации" определяются как "совокупность знаковых средств, технических устройств и организационных структур, при посредстве которых происходит распространение и накопление информации о результатах исследований, а также ее преобразование в достоверное и практически полезное знание" [5]. Н. Ф. Богданова в качестве компонентов структуры научной коммуникации выделяет "а) непосредственные связи - личные беседы, очные научные дискуссии, устные доклады;

б) связи, опосредованные техническими средствами тиражирования информации - публикации <...>;

в) смешанные связи - научные семинары, конференции, симпозиумы, научно-технические выставки и др." [7, с. 140]. Письменные коммуникации разделяются по степени новизны передаваемых материалов, а также по характеру обобщения научных сведений. По этим двум критериям все научные материалы можно условно разделить на первичные и вторичные. Первичные документы содержат оригинальные материалы, полученные непосредственно в ходе аналитического исследования, полевой работы или лабораторного эксперимента. В отличие от них вторичные материалы обычно содержат результаты аналитико-синтетической переработки первичных материалов. Следует, однако, иметь в виду, что это деление отличается значительной условностью, поскольку многие виды научной стр. коммуникации не поддаются дихотомической классификации по тому или иному основанию, а возникают на стыке формально выделяемых видов коммуникативного взаимодействия.

Поле научной коммуникации обширно и неоднородно, а бессистемное изучение отдельных видов коммуникации трудоемко и не дает целостной картины профессиональных взаимодействий в научном сообществе. При изучении особенностей научной коммуникации в том или ином исследовательском коллективе первоочередной задачей является выделение наиболее значимых для данного научного сообщества видов коммуникации, а также определение особенностей их реализации.

Авторами было проведено исследование особенностей коммуникации в географическом научном сообществе (на основе экспертного опроса активных участников научной коммуникации - практикующих ученых-администраторов, имеющих опыт руководства научными коллективами). Как показали его результаты [8], основным видом коммуникации здесь выступают публикации монографий, статей, учебников. При этом наибольший статус имеют (по мере убывания значимости) монографии, статьи, учебники и рецензии. Еще один вид публикаций, которому был присвоен очень высокий статус в рамках географического научного сообщества - это атласы и карты.

В социологии науки изучение публикационной деятельности как одного из основных видов научной коммуникации проводится в рамках статистического анализа массивов публикаций. Единичная публикация рассматривается в качестве конечного продукта научной деятельности. Это позволяет на основе результатов анализа определенных характеристик публикаций получить представление о принципах разделения труда в науке (на основе изучения соавторства), о тесноте междисциплинарных связей (на основе анализа тематик опубликованных работ), о продуктивности деятельности научного коллектива (на основе количества и объема публикаций) и т.д. [9].

Массив публикаций в рамках профессиональной коммуникации образует особое информационное поле, продуцируемое конкретным научным сообществом. Это документально-информационный поток научных работ, состав и структура которого меняется в зависимости от целей его создания [10]. Он постоянно расширяется, пополняется новыми работами, меняется путем фильтрации и изменения статуса входивших в него ранее работ.

Следует также обратить внимание на иерархическую структуру эшелонов публикаций в рамках публикационного массива. Научные публикации различаются по формальному статусу, зависящему от приписываемой конкретным типам работ значимости в рамках их вклада в расширение научного знания.

Так, количество научных работ, включенных в массив публикаций и имеющих статус монографии, может выступать показателем внешнего профессионального статуса их автора, тогда как количество членов коллектива, имеющих в составе опубликованных работ монографии и учебники, влияет на статус, присваиваемый всему коллективу со стороны дисциплинарного сообщества более высокого порядка.

Следует отметить, что вопрос о статусе определенного вида научной работы является дискуссионным. Все зависит от конкретной ситуации. Сборник статей или даже единичная статья, содержащая новые идеи и предложения, порой вносит более значительный вклад в науку, чем монография или учебник. Между тем, количественные оценки массива публикаций подразумевают формализованный подход, в рамках которого на основе эшелона статей исследуется продуктивность работы коллектива, а на основе эшелона монографий определяются статусы его членов.

Статус сотрудника в научном коллективе зависит не только от степени его формального профессионального признания. Необходимо отметить, что многие ученые специализируются на определенном виде научных работ как в связи с личностными особенностями, так и из-за внутренних потребностей научного коллектива.

Следовательно, анализ приверженности конкретных авторов к выполнению научных работ определенного типа помогает исследовать функциональное разделение труда в научном коллективе. Неформальная оценка важности вклада ученого в деятельность стр. всего коллектива формируется не столько формальным статусом опубликованных работ определенного автора, сколько их актуальностью и качеством, а также известностью в научном сообществе более высокого уровня. Это позволяет осуществлять исследование стратификации научного коллектива по критерию продуктивности, а также проводить анализ различных форм накопления научного капитала.

Путем проведения исследования массива публикаций можно выделить основные направления научной деятельности его членов. Речь идет об изучении специализации членов коллектива уже не на определенном виде работ, а на разработке одного из направлений научных исследований. Как правило, научный коллектив изначально создается для разработки определенных исследовательских направлений. Развиваемые исследовательские направления получают формальное выражение в ходе формирования рабочих групп во главе с назначаемыми, в том числе административно, лидерами. Однако в ходе развития деятельности научного коллектива совершается корректировка направлений исследований, формирование новых направлений, что приводит к трансформации формальных рабочих групп и к возникновению сети неформальных коммуникаций с центрами вокруг новых лидеров, имеющих неформальный статус и признание. Анализ реально существующих направлений научных исследований, а также их соотнесение с формально закрепленными направлениями научной деятельности коллектива помогает выявить возможности для их оптимизации путем приведения в соответствие формальной и неформальной структур научного коллектива в процессе организационных преобразований.

Содержание массива публикаций дает определенное представление об уровне развития научного коллектива как особого типа организации профессиональной деятельности. Эшелон опубликованных статей позволяет выявить имена наиболее активных исследователей, используемые ими способы исследования и их результаты;

эшелон обзоров помогает определить основные направления наиболее интенсивных исследований, а эшелон монографий позволяет судить о наиболее крупных направлениях исследований.

Чем больше работ входит в эшелоны более высокого порядка, тем ближе научный коллектив к формированию в его рамках научных школ и направлений, что свидетельствует о высокой степени его организационного развития и эффективности его функционирования [11].

Интерес в изучении массива публикаций определенного научного коллектива представляет также уровень междисциплинарности работ его членов [12]. Часто самые яркие научные работы имеют смежный характер дисциплинарной принадлежности. Именно на стыке различных дисциплин и школ возникают новые направления и методы исследований. Приток необходимых для дальнейшего развития коллектива специалистов также происходит благодаря междисциплинарным связям его представителей. Выделение наиболее тесных профессиональных взаимосвязей между членами изучаемого коллектива и представителями иных дисциплинарных сообществ позволяет проследить направление его дальнейшего развития. Однако большой акцент на междисциплинарных исследованиях может свидетельствовать не только о зарождении новых направлений, но и об отмирании старых из-за потери ими актуальности или самодостаточности. Необходимо также учитывать, что преобладание внешних связей над внутриколлективными нередко свидетельствует о слабости структуры коллектива, отсутствии в нем неформального лидера и о возможности его полного распада. Следовательно, анализ показателей соавторства членов коллектива (как внутреннего, так и внешнего по отношению к составу исследуемой группы ученых) имеет большое значение для оценки его структуры.

Анализ изменений массива публикаций за продолжительный период времени существования коллектива открывает широкую перспективу в плане изучения зависимости деятельности коллектива от социально экономических условий его функционирования. Внешняя среда оказывает заметное влияние на основные направления научных исследований. Успешность научной деятельности зависит от ее востребованности и во многом - от ее соответствия социальному заказу, который напрямую стр. определяется социально-экономическими условиями функционирования науки. Изучая на основе массива публикаций смену направлений коллективной деятельности ученых под влиянием внешних социально экономических условий, можно делать выводы о гибкости и адаптивности структуры научного коллектива.

В данном исследовании статистическому анализу был подвергнут массив статей, изданных коллективом лаборатории за период ее существования с 1969 по 2006 год. Некоторые элементы исследования потребовали выхода за рамки обозначенного периода и привлечения эмпирических материалов предшествовавшего (до 1969 г.) и более позднего времени (2007 - 2009 годы). Эшелон статей был выбран по критерию его необходимой и достаточной статусности и численности работ. Подбор материалов был максимально облегчен публикацией в 2008 г. "Библиографии научных работ лаборатории" [13], которая и явилась основным источником информации для нашего исследования.

Возникновение лаборатории и периодизация ее деятельности Обобщая сведения, опубликованные в различных юбилейных статьях и материалах, можно коротко проследить историю возникновения и развития исследуемого научного коллектива лаборатории с 1969 г. по настоящее время. Как показывают примеры из истории науки, формирование научного направления требует длительного времени. Этому предшествует определенный латентный период, продиктованный как внутренними факторами научного развития, так и внешним социальным заказом. Первыми явными предпосылками нарождающегося научного направления, которое потом явилось фундаментом формирования и функционирования лаборатории, можно признать два события. Во-первых, это организация Н. И. Маккавеевым в 1954 г. и его дальнейшее руководство первой в СССР лабораторией экспериментальной геоморфологии. Во-вторых, это публикация в 1955 г. монографии Н. И. Маккавеева "Русло реки и эрозия в ее бассейне", которая положила начало новой географической школе в изучении эрозионных и русловых процессов. В 1967 г. Н. И. Маккавеев становится заместителем председателя координационного совета МГУ по межфакультетской проблеме "Склоновые и русловые процессы", а с г. возглавляет выделившийся из него совет по проблеме "Эрозия почв и русловые процессы", который объединил исследования трех факультетов МГУ: географического, физического и почвоведения.

Результатом этих и многих других шагов явилось создание в 1969 г. на географическом факультете МГУ Проблемной лаборатории эрозии почв и русловых процессов, научным руководителем которой и стал ее основатель Н. И. Маккавеев. Итак, подготовительный период, предшествующий организации лаборатории, охватывает примерно 15 лет. Его итогом стало формально закрепленное объединение исследований в рамках единой научной школы - лаборатории, получившей в дальнейшем имя ее основателя - Н. И.

Маккавеева.

Лаборатория первоначально состояла из четырех отделов, три из которых соответствовали основным направлениям полевых исследований: эрозия почв;

овражная эрозия;

русловые процессы. Четвертый отдел объединял работы по этим направлениям, выполняющиеся в лабораторных условиях. С 1969 по 1980 г.

лаборатория функционировала в рамках этих четырех отделов. Происходил быстрый рост новых направлений деятельности, в основном связанных с практическим применением результатов фундаментальных исследований. Однако в 2000 г. система лабораторных секторов (отделов) была упразднена. С этого момента вплоть до настоящего времени в рамках коллектива функционируют неформальные рабочие группы, возникающие на основе определенных исследовательских проектов. Эти группы формально не фиксируются. Но в целом такой переход был предопределен возникновением и развитием межотраслевых направлений в рамках единого учения об эрозионных и русловых процессах.

стр. Рис. 1. Распределение количества опубликованных статей по годам с разбивкой на двухгодичные периоды.

Для выявления общей активности коллектива было подсчитано ежегодное количество публикаций, принадлежащих членам коллектива лаборатории. Удалось зафиксировать следующие тенденции:

непрерывный рост количества публикаций, на который накладываются циклические спады и подъемы публикационной активности. Опыт показывает, что минимальный исследовательский цикл в рассматриваемой научной отрасли от начала исследований до публикации работы в среднем составляет не менее двух лет. Следовательно, можно проследить годовые колебания объединением лет по парам (рис. 1).

Отбросив случайные годовые флуктуации, обнаруживаем, что на полученном графике четко прослеживаются три полных периода публикационной активности и намечающийся четвертый.

Обращает на себя внимание то, что циклы охватывают по 11 - 13 лет. Причем, латентный этап становления лаборатории (как уже сообщалось, он занял 15 лет) вполне сопоставим с этими циклами. Остается открытым вопрос о причинах данных флуктуации. Сопоставление по пятилеткам (период, в расчете на который осуществлялось централизованное планирование экономики в СССР и который до сих пор принят как основа при составлении планов НИР в МГУ) не показывает какой-либо значительной корреляции. Это является основанием для предположения, что лаборатория не сильно "сковывалась" этими планами. Между тем границы периодов явно совпадают со значимыми событиями в жизни страны, а также с уходом из жизни лидеров изучаемого коллектива.

Длительность периодов также подталкивает к ассоциации их с солнечной активностью - именно такие периоды имеет солнечный цикл. Как было показано еще в первой половине XX века А. Л. Чижевским [14], космические ритмы влияют на биологическую (физическое и психическое состояние) и общественную (войны, бунты, революции) жизнь человека. Во время минимальной солнечной активности происходит не более 5% всех социальных проявлений в обществе, тогда как во время пика активности Солнца их доля достигает 60%. Для подтверждения гипотезы были сопоставлены циклы развития лаборатории с данными по активности Солнца за последние полные три цикла, полученные Р. Вильсоном и А. В. Мордвиновым [15].

Обнаружилось удов- стр. летворительное совпадение повышения публикабельности с высокой активностью Солнца, тогда как пониженние совпадает со спокойным солнечным периодом.

Публикационная активность членов лаборатории Для оценки эффективности деятельности всей лаборатории, а также выявления реальных лидеров в коллективе целесообразно проведение анализа публикабельности сотрудников. В наукометрии существует несколько критериев, которые позволяют определить лидерство в коллективе по публикациям. Широко известно приписываемое В. Парето эмпирическое правило 80/20, как обобщение закономерности, установленной Парето в отношении распределения доходов для Италии (80% богатств этой страны принадлежат 20% ее населения). Парето полагал, что распределение людей по иным характеристикам, таким как интеллектуальные, политические, научные и иные способности и качества принимает форму, аналогичную форме их распределения по размерам доходов. Руководствуясь этой гипотезой, англичанин Ричард Кох [18] расширил наблюдения В. Парето, первоначально касавшиеся исключительно экономических и социологических вопросов, и вывел ряд следствий из принципа 80/20, которые сейчас нередко трактуются как самостоятельные эмпирические правила (следствия Закона Парето). Согласно одному из них, люди зачастую выполняют 80% объема работы, прилагая только 20% усилий, поскольку 20% усилий дают 80% результата, а остальные 80% усилий - лишь 20% результата. Согласно другому следствию, наиболее продуктивно трудится меньшая часть работников (как фирмы, так и трудового коллектива). Мы попытались проверить действие этого правила в отношении распределения научной активности среди коллектива изучаемой нами лаборатории. Выполненный нами расчет лидеров публикабельности по этому правилу приводится в табл. 1. Как можно видеть, данное правило выполняется не строго. Количество публикаций 20% лидирующих авторов находится в интервале от 61 до 67%. Если принять соотношение 20/80 за некую норму, то получается, что в продуктивном научном коллективе авторы, не являющиеся лидерами, также вносят существенный вклад, хотя и не столь значительный, как лидеры.

В области социологии науки для выявления лидеров публикабельности, а, следовательно, и кандидатов на реальное лидерство в коллективе, более широкое распространение получил закон Прайса, согласно которому 50% научных работ пишется авторами, число которых равно квадратному корню из численности коллектива [19]. Имеющиеся данные позволяют рассчитать эту величину, сопоставить ее с ранжированным по количеству публикаций списком членов коллектива и получить данные о лидерах по публикабельности (табл. 1). Как видно из таблицы, этот закон лучше, чем Таблица 1 Соответствие реальной публикационной активности авторов правилу Парето 80/20 и закону Прайса Период Общее Общее число Число лидеров по численности Количество публикаций, число публикаций публикаций (абсолютные значения/в % принадлежащих авторам - авторов сотрудников от общего числа) "лидерам" (абсолютные лаборатории значения/в % от общего за период числа) По правилу Парето 1969 - 76 684 17/(22%) 431/(67%) 1983 - 82 829 18/(22%) 527/(64%) 1995 - 68 997 15/(22%) 608(61%) По закону Прайса (расчетное/эмпирически полученное значение) Периоды 9/11 362/(53%) те же 9/11 406/(49%) 8/11 513/(51%) стр. правило Парето, подходит для выделения лидеров в научных коллективах и более точно описывает вклад авторов в общую публикабельность коллектива.

В настоящем исследовании было выделено 11 лидеров для каждого периода развития коллектива. Из этих лидеров только 6 оказались представлены во всех трех периодах. Можно считать, что они определяли и продолжают определять стратегическую линию развития лаборатории. Остальные встречаются только в двух или в одном периоде, придавая этим отрезкам времени функционирования лаборатории важные отличительные черты. В то же время, в числе лидеров первого этапа присутствуют три автора (Н. И.

Маккавеев, М. Н. Заславский, Б. Ф. Косов), которые, уйдя из жизни в начале второго этапа, во многом определили "лицо" лаборатории на много лет вперед.

Еще одной важной характеристикой активности членов научного коллектива является соотношение собственных публикаций к публикациям в соавторстве. В результате экспертного опроса, проведенного авторами ранее [8], было показано, что соавторство является одной их самых острых и дискуссионных проблем коммуникации членов научного сообщества, так как: 1) совместная публикация зачастую не позволяет выделить продуктивный вклад каждого из соавторов;

2) в большинстве случаев существует разделение труда - статью пишет один из авторов, а участие остальных ограничивается комментариями к готовому тексту или подготовкой материала;

3) принципиальные вопросы обсуждаются до начала написания работы, так что итоговый вклад большинства соавторов носит лишь редакционный характер;

4) соавторство зачастую носит принудительный характер и не отражает настоящей картины распределения ученых по исследовательским группам. Заметим, что выделенная проблема является актуальной для всего научного сообщества в целом [16].

Для выявления индивидуальной и групповой активности целесообразно также рассмотреть вопрос соавторства в рамках лаборатории. Подсчет количества участий каждого сотрудника, когда-либо входящего в состав лаборатории, показал, что 56% коллектива никогда не публиковали индивидуальных статей. В то же время, среди выделенных лидеров все имеют индивидуальные публикации. Причем индивидуальная публикабельность у некоторых из них достигает 71 % от общего числа их публикаций.

Важным параметром развития научного коллектива является также сотрудничество (и, как результат, совместная публикабельность) членов лаборатории с внешними коллегами (табл. 2). Н. Маллинз [17] показал, что количество внешних связей участников научного коллектива должно неуклонно расти с развитием научной школы (специальности). В рамках исследования был проведен подсчет количества внутренних и внешних соавторов. Оказалось, что количество внутренних связей принципиально не менялось, а вот количество внешних соавторов возросло с первого до третьего периода почти в 2,5 раза.

Следовательно, можно констатировать стабильность внутрилабораторных коммуникаций и устойчивый рост внешних связей. То есть, налицо все признаки расширения научных связей и развития научной школы Н. И.

Маккавеева.

Таблица Количество внутренних и внешних соавторов Период Соавторы внутренние внешние 1969 - 1982 76 1983 - 1994 82 1995 - 2006 68 стр. Тематический анализ публикаций лаборатории В социологии науки распространено представление о том, что простой количественный анализ публикабельности позволяет выявить лишь наиболее общие тенденции, но не обеспечивает понимания глубинных процессов, происходящих в научном сообществе. Поэтому целесообразно дополнить его тематическим анализом публикаций лаборатории.

Первый показатель, который легко поддается тематическому анализу, - это источник, в котором опубликована статья. Подсчет показал, что работы сотрудников лаборатории были опубликованы в журналах и сборниках различного профиля, во многих из них - неоднократно. То есть, результаты научной деятельности коллектива широко известны ученым и практикам в различных отраслях знания.

Показательны первые девять периодических изданий, наиболее часто используемые членами лаборатории для публикаций. Первую позицию по частоте публикаций занимает "Вестник Московского университета.

Серия 5. География" - основной журнал географического факультета, в структуру которого входит лаборатория. Такое же количество статей (вторая позиция) опубликовано в журнале Российской академии наук "Геоморфология", что свидетельствует о высокой степени интеграции лаборатории в национальное научное сообщество геоморфологов. Третью позицию занимает регулярно выходящий сборник трудов лаборатории. Наличие такого сборника свидетельствует об успешности коллективной деятельности и о высокой внутренней сплоченности коллектива. Шестую позицию занимает сборник статей, выходящий под эгидой Межвузовского научно-координационного совета по проблеме эрозионных, русловых и устьевых процессов при МГУ, который показывает важную роль лаборатории в деле развития вузовской науки.

Остальные позиции демонстрируют широту научных интересов и успешность деятельности членов коллектива в таких областях научного знания, как гидрология, природные ресурсы, почвоведение и земледелие. Это такие издания, как "География и природные ресурсы" (4-е место), "Почвоведение" ( место), "Водные ресурсы" (7 место), "Земледелие" (8 место), и "Труды Академии проблем водохозяйственных наук" (9 место).

В целях выявления степени тематического разнообразия публикаций и, следовательно, научных интересов членов коллектива, были выделены и подсчитаны наиболее часто встречающиеся темы. Оказалось возможным выделить 19 ведущих тематик, а остальное разнообразие было объединено в раздел "другое".

Появление новых направлений исследовательской деятельности отслеживалось на основе анализа взаимозависимости тематик публикаций в исследуемом массиве. К началу деятельности лаборатории существовали 3 основные тематики исследований: эрозия почв, овражная эрозия, русловые процессы.

Соответственно, все новые тематики появлялись в рамках первоначальных, проследить же происхождение новой тематики оказалось возможным на основе анализа направленности и силы ее связи с какой-либо из первичных трех тематик.

На первом этапе в эволюции лаборатории был отмечен наиболее активный поиск и формирование новых тем. Причем, темы часто являются сквозными. Так, практически во всех трех направлениях появляется тематика, связанная с анализом антропогенного влияния на процессы, их картографирование. На последующих этапах хорошо видна стабилизация тематических интересов членов коллектива лаборатории.

Для демонстрации возможности лаборатории реагировать на актуальные запросы общественной жизни особенно нагляден график частоты встречаемости в названиях работ слов "антропогенный" и "экологический" (рис. 2). Согласно рисунку, использование производных слова "антропогенный" началось с середины 1970-х годов. Именно тогда в общественном сознании закрепляется идея, что антропогенный фактор существенно влияет на изменение окружающей среды, которая, деградируя, не позволяет человеку пользоваться природными ресурсами как прежде, не ограничивая себя. Как результат, возникает необходимость изучения антропогенного фактора, что влечет стр. Рис. 2. Частотность встречаемости производных от слов "антропогенный" и "экологический" в названиях публикаций: 1 - экологический;

2 - антропогенный.

за собой формирование устойчивой тематики исследований. Всплеск использования производных от слова "экологический" приходится на время существенных социальных преобразований, как в нашей стране, так и в мире в целом. Приходит осознание того, что антропогенные изменения, влияя на окружающую среду, оказывают непосредственное влияние и на все человечество - как на индивидуальном, локальном, государственном, так и на планетарном уровне. Результатом этого является всплеск в конце 1980-х годов исследований экологического характера. Следовательно, можно констатировать, что лаборатория всегда своевременно реагировала на социальные запросы и актуальные общественные проблемы.

Говоря о механизме формирования тематических направлений и соответствующих устойчивых групп соавторов, необходимо отметить следующее. Динамика возникновения новых тем исследований и соавторских коллективов показывает, что этапы появления новых тем исследований предупреждают всплески публикаций лидеров соответствующих соавторских коллективов на один период, а иногда полностью совпадают с ними. Ядро соавторского коллектива формируется, как правило, на следующем этапе после возникновения новой тематики.

Статистический анализ публикационного массива также позволяет выявить более или менее устойчивые группы соавторов, занимающихся разработкой определенных исследовательских проблематик на данный момент. Анализ наличия устойчивых групп соавторства осуществлялся на основе данных о распределении авторов по темам и о соавторских связях. Были выделены соавторские группы, наиболее активно развивающиеся на протяжении третьего периода и предположительно существующие по состоянию на г.

Лидеры в устойчивых соавторских группах выделялись одновременно по нескольким основаниям:

превосходство в количестве публикаций по соответствующей тематике;

наличие высокостатусных публикаций (монографии, учебники, атласы, карты);

анализ направленности соавторских связей в группе, который проводился на осно- стр. вании таблиц соавторства. Превосходство в количестве публикаций рассчитывалось согласно таблице распределения публикаций авторов по эшелонам публикационного массива. В результате были выявлены устойчивые группы соавторства в рамках основных направлений деятельности научного коллектива, определены лидеры групп. Это позволило составить представление о неформальной структуре научной лаборатории и дать рекомендации по оптимизации функционирования изучаемого коллектива.

Заключение Анализ массива публикаций является достаточно надежным методом, который может служить основой количественного и качественного социологического анализа структуры и динамики научных коллективов, чтобы дать диагноз и предложить пути оптимизации научной организации на будущее. Диагноз для конкретного рассмотренного выше случая выглядит следующим образом.

1. Лаборатория за прошедший со дня ее образования (41 год) активно развивалась и на данном этапе находится на стадии зрелости, имея большой потенциал к дальнейшему развитию. В ее становлении можно выделить несколько соразмерных периодов длительностью 11 - 15 лет (четыре цикла, включая латентный период становления). В настоящее время можно констатировать вхождение лаборатории в следующий, пятый этап развития.

2. Статистический анализ массива публикации лаборатории позволил выделить "ядро" коллектива - членов лаборатории, которые определяли ее развитие в прошедшие периоды и продолжают поддерживать наиболее активную деятельность на сегодняшний день. Тематический анализ публикаций помог выявить основные направления деятельности лаборатории, динамику их становления и развития. Из "ядра" коллектива были выделены лидеры определенных тематических направлений научной работы. Стало возможным также очертить устойчивые группы соавторства и выдвинуть предположение о наличии в коллективе неформальных групп, обеспечивающих продуктивное сотрудничество членов коллектива.

3. Анализ общей продуктивности коллектива, его внутренних и внешних связей позволил сделать заключение о том, что лаборатория обладает высоким статусом в научном сообществе, устойчивой и адаптивной организацией и имеет благоприятные перспективы дальнейшего развития. Лаборатория, обладая высоким научным потенциалом, восприимчива к внешнему социальному заказу, что обеспечивает ее устойчивость в нестабильных социальных условиях.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Knorr-Cetina K. The manufacture of knowledge: an essay on the constructivist and contextual nature of science.

Oxford: Pergamon Press. 1981.

2. Knorr-Cetina K. The Etnographic Study of Scientific Work: Towards a Constructivist Interpretation of Science // Science-observed: Perspectives on the Social Study of Science. London, 1983.

3. Latour B., Woolgar S. Laboratory Life. Construction of Scientific Facts. 2nd. ed. Princeton: Princeton University Press. 1986.

4. Огурцов А. П. Научный дискурс: власть и коммуникация (дополнительность двух традиций) // Философские исследования. 1993. N 3.

5. Краткий словарь по социологии. М.: Политиздат. 1989.

6. Мирский Э. М., Садовский В. Н. Проблемы исследования коммуникаций в науке//Коммуникация в современной науке. М.: Наука. 1976.

7. Богданова И. Ф. Онлайновое пространство научных коммуникаций // Социология науки и технологий.

2010. N 1.

8. Бондарев В. П., Бойченко О. В. Особенности коммуникации в современном географическом сообществе // География: проблемы науки и образования. LXII Герценовские чтения / Т. 1. СПб. 2009.

9. Дюментон Г. Г. Сети научных коммуникаций и организация фундаментальных исследований. М.: Наука, 1987.

стр. 10. Мирский Э. М. Массив публикаций и система научной дисциплины. Хрестоматия по социологии науки // http://www.courier.com.ru/pril/posobie/00.ritm 11. Маллинз Н. Анализ содержания неформальной коммуникации между биологами // Коммуникация в современной науке. М.: Наука. 1976.

12. Дюментон Г. Г. Исследование сети научных контактов и его практическое значение // Социологические проблемы науки. М.: Наука. 1974.

13. Библиография научных работ научно-исследовательской лаборатории эрозии почв и русловых процессов им. Н. И. Маккавеева МГУ (1969 - 2006). М.: МГУ. 2007.

14. Чижевский А. П. Земное эхо солнечных бурь. М.: Мысль. 1973.

15. Willson R.C., Mordvinov A.V. Secular total solar irradiance trend during solar cycles 21 - 23 / Geophys. Res. Let.

30(5), 2003.

16. Фролов И. Т., Юдин Б. Г. Этика науки. Проблемы и дискуссии. М.: Политиздат. 1986.

17. Маллинз Н. Модель развития теоретических групп в социологии // Научная деятельность: структура и институты. М.: Прогресс. 1980.

18. Koch R. Living the 80/20 Way. Doubleday: Nicholas Brealey Publishing, 2004;

Kox P. Жизнь по принципу 80/20. M., 2005.

19. Price D.J., De Solla. A General Theory of Bibliometric and Other Cumulate Advantage Processes // Jour.

Inform. Sci. 1976. V. 27. N 5.

стр.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.