WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 | 12 |   ...   | 13 |

«ТРАВМАТОЛОГИЯ И ОРТОПЕДИЯ РУКОВОДСТВО ДЛЯ ВРАЧЕЙ В 3 ТОМАХ Под редакцией члена-корр. РАМН Ю. Г. Ш А П О Ш Н И К О В А МОСКВА «МЕДИЦИНА» 1997 Щ4 \ ОРТОПЕДИЯ томЗ МОСКВА «МЕДИЦИНА» 1997 ...»

-- [ Страница 10 ] --

полусухожильная, портняжная мышцы и напрягатель широкой фас­ ции бедра. Пересадка одной мышцы клинического эффекта не дает. Сочетание паралича четырехглавой мышцы с контрактурой колен­ ного сустава при величине угловой деформации 160—150° является показанием к комбинированной операции, включающей пересадку мышц и надмыщелковую остеотомию бедра одномоментно. Если сгибательная контрактура составляет угловую величину меньше 20° или имеется торсионная деформация голени с контрактурой или без нее, то одномоментно выполняют две операции — пересадку мышц и осте­ отомию большеберцовой кости выше места прикрепления связки над­ коленника. При сочетании паралича четырехглавой мышцы бедра с вальгусной или варусной деформацией в области колена и растяжени­ ем связочно-капсулярного аппарата одномоментно с корригирующей остеотомией и пересадкой мышц производят укорочение или пластику растянутого связочно-капсулярного аппарата. Пересадка сухожилий сгибателей голени по К р а с н о в у (рис. 8.3). Первый разрез кожи проводят по задненаружной поверхности бедра и коленного сустава длиной 10—12 см по проекции двуглавой мышцы бедра, начиная от головки мало­ берцовой кости и далее вверх. После рассечения фасции бедра выделяют и мобилизуют длинную головку двуглавой мышцы бедра от места ее слияния с короткой и до места прикрепления сухожилия к головке малоберцовой кости. На кожу и на мышцу на одном уровне накладывают швы-метки. Сухожилие удлиняют на 4—5 см за счет фасции голени и отсекают. Второй разрез аналогично первому проводят по задневнутренней поверхности этого же бедра длиной 10—12 см, начиная несколько выше и медиальнее бугристости боль­ шеберцовой кости, и следуют вверх по проекции тонкой и полусу­ хожильной мышц, выделяют сухожилия и дистальные отделы этих мышц. Накладывают швы-метки на кожу и мышцы. Сухожилия удлиняют за счет «гусиной лапки» и отсекают. Третий разрез кожи проводят по передней поверхности коленного сустава через середину надколенника длиной 6—8 см. Надколенник распиливают во фрон­ тальной плоскости. Переднюю створку откидывают кверху. В про­ должении плоскости распила надколенника расщепляют на 5—6 см кверху сухожилия четырехглавой мышцы бедра. В задней створке надколенника формируют желобоватым долотом канавку для сухо­ жилий. Третью операционную рану соединяют с предыдущими тун­ нелями в подкожной жировой клетчатке. Через эти туннели проводят выделенные сухожилия, натягивают до совпадения меток, уклады­ вают в расщеп сухожилия прямой мышцы бедра, в костный желоб задней порции надколенника, фиксируют их к сухожилию прямой мышцы бедра и между собой на протяжении. Переднюю створку укладывают на свое место и фиксируют к задней порции надко­ ленника костными швами. Концы сухожилий пересаживаемых мышц проводят через туннели в связке надколенника и фиксируют в канал большеберцовой кости на уровне бугристости. Раны ушивают, на Рис. 8.3. Пересадка сухожилий сгибателей голени по Краснову.

кладывают гипсовую повязку до верхней трети бедра на 6 нед. На 3—4-й день после операции начинают комплекс упражнений, на­ правленный на выработку функции разгибания пересаженных мышц. П е р е с а д к а с г и б а т е л е й голени с п л а с т и к о й буг­ р и с т о с т и б о л ь ш е б е р ц о в о й к о с т и. Наши биомеханические исследования показали, что сдвиг точек фиксации пересаживаемых мышц кпереди на уровне бугристости большеберцовой кости увеличи­ вает силу этих мышц в процессе разгибания. С учетом указанных ис­ следований разработан способ пересадки мышц с пластикой бугристо­ сти большеберцовой кости. Операцию выполняют по вышеописанному способу. Второй этап операции — пластика бугристости большеберцо­ вой кости — состоит в следующем. Остеотом углубляют под бугри­ стость, надламывают кортикальную пластину, отодвигают ее кпереди вместе со связкой надколенника. Образовавшееся пространство треу­ гольной формы заполняют ауто- или аллотрансплантатом (рис. 8.4). Пересадка сгибателей голени с надмыщелковой остеотомией и укорочением связочно-капсулярн о г о а п п а р а т а. Операцию выполняют в три этапа. Первый этап — пересадка части сгибателей к бугристости большеберцовой кости. Второй этап — надмыщелковая клиновидная остеотомия с шипом и сдвигом фрагментов. Третий этап — укорочение связочно-капсулярного аппарата гофрирующими швами Кюнео на выпук­ лой стороне искривления.

Рис. 8.4. Пересадка сгибателей голени с пластикой бугристости большеберцовой кости.

П е р е с а д к а с г и б а т е л е й голени на б у г р и с т о с т ь большеберцовой кости с высокой остеотомией (А. Ф. Краснов, А. П. Чернов). Операцию выполняют в два этапа. Первый этап включает пересадку и фиксацию сухожилий пере­ саживаемых мышц в расщеп надколенника. Второй этап — вме­ шательство на проксимальном отделе большеберцовой кости. Вы­ деляют связку надколенника, отбивают от бугристости остеотомом и откидывают кверху. Прямым и изогнутым распаторами отсла­ ивают надкостницу от большеберцовой кости, подводят под нее лопаточки Буяльского и производят клиновидную остеотомию на 2,5—3 см ниже суставной щели, на проксимальном фрагменте формируют шип. Фрагменты сопоставляют, шип внедряют в дистальный фрагмент, который при этом сдвигают кпереди на 0,5—0,8 см и ротируют в нужную сторону для исправления торсионной деформации голени. Связку надколенника расщепляют во фронталь­ ной плоскости, в расщеп укладывают пересаживаемые сухожилия и фиксируют швами. Концы сухожилий и связку надколенника фик­ сируют в костномозговой полости дистального фрагмента большебер­ цовой кости. Раны ушивают. Гипсовую повязку накладывают от кончиков пальцев до ягодичной складки на 8 нед. Оперативное лечение рекурвации коленного сустава. Рекурвация коленного сустава обычно связана с недостаточностью сги­ бателей голени или развивается вторично при неустраненной кон­ ской стопе. У больных с параличом четырехглавой мышцы бедра небольшая рекурвация с угловой деформацией меньше 10° спо­ собствует пассивному замыканию коленного сустава. При прогрес­ сирующих формах рекурвации с угловой величиной более 10° показано оперативное лечение. Среди разнообразных методик можно выделить две: способ Бойчева — поперечная чрезмыщелковая остеотомия большеберцовой кости с клиновидным трансплантатом, рамочный задний лавсанодез коленного сустава по Мовшовичу. Первый способ применяют при костной форме;

второй — при мягкотканной. Способ о п е р а т и в н о г о л е ч е н и я р е к у р в а ц и и к о ­ л е н н о г о с у с т а в а по Ч е р н о в у (рис. 8.5). Применяют при Рис. 8.5. Способ лечения рекурвации коленного сустава по Чернову.

смешанной форме, когда имеются костные изменения и растяжение задних структур коленного сустава. Операция включает два этапа. Первый — поперечная остеотомия больше-берцовой кости выше места прикрепления связки надколенника с внедрением между фрагмен­ тами аллотрансплантата трапециевидной формы, который удержи­ вает голень в корригированном положении и повышает тонус задних мягких структур коленного сустава. Второй этап — формирование зад небоковых связок сустава из широкопетлистой лавсановой ленты. Связки устраняют боковую разболтанность сустава и способствуют укреплению его задних структур. А р т р о д е з к о л е н н о г о с у с т а в а. Производят больным с паралитической разболтанностью при параличе мышц, окружаю­ щих сустав. Для более быстрого образования анкилоза наклады­ вают аппарат Илизарова и создают умеренную компрессию между костями.

8.3. ПАРАЛИТИЧЕСКИЕ ДЕФОРМАЦИИ СТОПЫ В зависимости от глубины и распространенности поражения мышц голени могут сформироваться различные деформации стопы. Наи­ более типичные из них следующие: конская стопа;

пяточная стопа;

паралитическая косолапость;

плосковальгусная стопа;

паралитиче­ ская стопа. Основной целью оперативного лечения является стабилизация стопы в корригированном положении. Этого можно достигнуть раз­ личными пересадками мышц и операциями на скелете стопы. Для исправления конской стопы недостаточно выполнить только ахиллотомию, необходима одновременная пересадка задней болыпеберцовой и длинной малоберцовой мышц на тыл стопы. Улучшения стабильности при пяточной стопе можно достигнуть пересадкой сухожилий задней болыпеберцовой и длинной малоберцовой мышц к пяточной кости и корригирующим артродезом подтаранного сус­ тава. Наилучшим способом лечения паралитической косолапости и плосковальгусной стопы является комбинация корригирующего трехсу ставного артродеза с пересадкой сухожилий;

в первом случае болыпеберцовой мышцы к наружному краю стопы;

во втором — длинной малоберцовой к внутреннему краю. Особое место для целей стабилизации стопы занимает трехсуставной артродез стопы — замыкание таранно-пяточного, таранно-ладьевидного и пяточно-кубовидного суставов. С помощью этого метода можно исправить различные деформации стопы и выключить из фун­ кции боковые и ротационные движения стопы. С целью исправления конской стопы используют способ Ламбринуди;

пяточной стопы — ме­ тод Новаченко—Николаева;

отвисающей — метод Ревенко. Способ Чернова применяют у больных с разболтанностью в подтаранном и шопаровом суставах без деформации стопы. В случае сохранения силы икроножной мышцы в 3 балла и более при отвисающей паралитической стопе применяют раздель­ ную пересадку икроножной мышцы на тыл стопы по Мовшовичу (рис. 8.6, а) или по Чернову (рис. 8.6,6). В последнем случае вместе с наружной порцией икроножной мышцы пересаживают длинную малоберцовую мышцу;

с внутренней порцией — заднюю болынеберцовую или она подкрепляется сухожилием передней большеберцовой мышцы. Дополнительная пересадка сухожилий на тыл стопы вместе с порциями икроножной мышцы способствует форми­ рованию мощных сухожильных комплексов из аутоткани, способных выдерживать значительные нагрузки. Артродез голеностопного сустава и панартродез стопы как нефизи­ ологичные операции в настоящее время применяют редко. Показанием для их выполнения служит резкая разболтанность стопы с недоразви­ тием костей, составляющих голеностопный сустав.

8.4 ПАРАЛИТИЧЕСКИЕ ДЕФОРМАЦИИ ВЕРХНЕЙ КОНЕЧНОСТИ Поражение мышц плечевого пояса и верхней конечности при по­ лиомиелите встречается реже поражения нижней конечности. Вер­ хняя конечность вследствие своего положения больше подвержена действию гравитации, поэтому в отличие от нижней здесь чаще наблюдается разболтанность в суставах, чем сгибательные контр­ актуры. Учитывая это обстоятельство, в паралитической и восста­ новительных стадиях необходима надежная профилактика растяже­ ний связочно-капсулярного аппарата путем наложения шин и лонгет.

Рис. 8.6. Пересадка икроножной мышцы, а — но Мовшовичу;

б — по Чернову.

Ортопедическое восстановительное лечение проводят так же, как и при поражении нижней конечности. Применяют восстановитель­ ные, стабилизирующие и комбинированные операции. У больных с параличом мышц плечевого пояса и разболтанностью в суставе производят артродез плечевого сустава;

при параличе дельтовидной мышцы — пересадку трапециевидной мышцы на плечо по Майеру. Больным, имеющим паралич двуглавой мышцы, производят пере­ садку трахглавой мышцы на переднюю поверхность локтевого сус­ тава. При поражении мышц предплечья и кисти используют один из способов сухожильно-мышечной пластики, а в отдельных случа­ ях — артродез кистевого сустава.

8.5. ПОРАЖЕНИЕ МЫШЦ ТУЛОВИЩА Тяжелым последствием распространенного поражения спинного моз­ га является полиомиелитический сколиоз, который встречается у 22,5% больных с последствиями полиомиелита. Причиной развития сколиоза при полиомиелите является паралич мышц туловища и в первую очередь мышц, выпрямляющей позвоночник. Я. Л. Цивьян выделяет три группы больных с паралитическим поражением мышц туловища. Первая группа: больные с парезами или параличами части мышц туловища с одной стороны. Деформации у них обычно не очень тяжелые. Вторая группа: пациенты с распространенными параличами мышц туловища, тяжелым S-образным сколиозом, выраженным реберным горбом, перекосом таза и нарушением функции органов дыхания и кровообращения. Третью группу составляют больные с комбинированными пора­ жениями: в процесс вовлечены не только мышцы туловища, но также верхних и нижних конечностей. Эта группа больных наиболее сложна для оперативного лечения. В восстановительном периоде и при легких степенях искривления проводят консервативное лечение, направленное на улучшение мик­ роциркуляции в спинном мозге и мышцах спины, выработку мы­ шечного корсета. Назначают ношение легкого опорного ортопеди­ ческого корсета. При прогрессировании сколиоза необходимо ставить вопрос об оперативном вмешательстве. Путем вмешательства на задних и передних структурах позвоночника создают опорный, же­ сткий позвоночник, способный выдерживать приходящиеся на него нагрузки. У больных с тяжелыми формами сколиоза операцию выполняют в несколько этапов.

ГЛАВА ДЕТСКИЕ ЦЕРЕБРАЛЬНЫЕ ПАРАЛИЧИ t. Детский церебральный паралич — полиэтиологическое заболевание головного мозга, которое может возникнуть в период внутриутроб­ ного его формирования, в период родов и новорожденности, а также в постнатальном периоде. Задержку развития головного мозга могут вызвать инфекцион­ ные, токсико-аллергические, радиационные, ишемические и трав­ матические факторы. Тяжесть последствий их влияния на мозг зависит не только от характера повреждающего фактора, но и от продолжительности его действия. У матерей, родивших детей с церебральным параличом, нередко имеют место отклонения в течении данной, а также предшествующих беременностей (асфиксия плода, выкидыш, недоношенность, мертворожденность, кровотечения, обвитие шеи ребенка пуповиной, при­ водящее к гипоксии мозга). Дети с церебральными параличами часто рождаются недоношен­ ными, с малой массой новорожденного (700—900 г). Все это сви­ детельствует о ведущем значении внутриутробных факторов в раз­ витии церебральных параличей. Термин «детские церебральные параличи», предложенный Фрей­ дом в 1893 г., подразумевает резидуальные состояния самых раз­ личных по происхождению и неоднородных по клиническим про­ явлениям параличей. В зависимости от характера пареза различают спастический (пи­ рамидный), гиперкинетический (подкорковый), атактический (моз­ жечковый) и смешанные формы: спастико-гиперкинетический с пре­ обладанием спастического или гиперкинетического компонента, спастико-атактический и атакто-гиперкинетический парезы. По распро­ страненности двигательных нарушений различают монопарез, парапарез, гемипарез (правосторонний, левосторонний), тетрапарез и др. По тяжести различают легкий, средней тяжести и тяжелый парез. Спастические парезы сопровождаются той или иной степенью расстройств интеллекта (от задержки психического развития до олигофрении). Степень расстройства интеллекта можно приблизительно оценить по способности ребенка к обучению в общей или специализированной школе, по его успеваемости, соответствию возраста и класса или полной неспособности к обучению.

Среди расстройств речи различают псевдобульбарную, гиперки­ нетическую, мозжечковую и смешанную дизартрию. У детей с детским церебральным параличом нередко выявляются гидроцефалия, микроцефалия, эпилепсия, атрофия зрительного нер­ ва, тугоухость, диэнцефальный синдром, врожденный порок сердца (тетрада Фалло), усугубляющие тяжесть церебрального поражения. У новорожденных часто наблюдаются синдром нарушения моз­ гового кровообращения, гидроцефально-гипертензионный или судо­ рожный синдром, угнетение врожденных двигательных рефлексов. Поэтому дети с церебральными параличами в послеродовом периоде часто требуют реанимационных мер под контролем невропатолога, педиатра. Послеродовые синдромы у детей могут сохраняться до 6 мес и более. Ортопедическое лечение таким детям можно начинать лишь после ликвидации указанных синдромов. При выборе консервативного или хирургического метода лечения контрактур суставов и деформаций стоп и кистей следует различать контрактуры и деформации, сохраняющиеся в покое, и сгибательные установки, возникающие в вертикальном положении больного. Контрактуры в суставах и деформации формируются контрагированными спастико-паретическими мышцами. Поэтому, определяя показания к хирургическому лечению, необходимо выявить ту мыш­ цу, которая более всего определяет контрактуру сустава и дефор­ мацию;

она и является объектом хирургического вмешательства. Тяжесть пареза мышц определяют по 5-балльной системе оценки. У детей с церебральными параличами могут развиваться сколиоз, вывих бедра, укорочение конечности, усугубляющие тяжесть дви­ гательных нарушений и ухудшающих возможности их активного передвижения. Учитывая двигательные, психические нарушения, сопутствующие церебральным синдромам, деформации позвоночника и нижних ко­ нечностей, определяют возможности больного к передвижению (са­ мостоятельно, на костылях, с палочкой, с посторонней помощью, неспособен к передвижению и к самообслуживанию), на основании чего устанавливают тяжесть пареза и прогноз лечения. Методы лечения, особенно хирургические, более всего опреде­ ляются локализацией зон поражения головного мозга, в связи с чем необходимо учитывать клиническую характеристику. Церебральный спастический (корковый, пирамидный) парез. Характеризуется повышенным тонусом мышц сгибателей и разги­ бателей, приводящих и отводящих (спастическая ригидность). При максимальном расслаблении мышц в момент сгибания и разгибания выявляется сопротивление (ригидность) в мышцах сгибателей и разгибателей, приводящих и отводящих. Спастико-паретические мышцы (в отличие от таковых при других параличах) имеют склон­ ность к контрагированию. Контрактуры суставов носят преимущественно миогенный харак­ тер. Артрогенный компонент у детей обычно небольшой, но после 10—11 лет он носит стойкий характер.

Контрактуры суставов и деформации стопы, кисти определяют типичную позу больных и характерный спастический тип походки с монопарезом, гемипарезом, парапарезом и тетрапарезом. У больных с нижним спастическим моно-, геми-, пара- и тет­ рапарезом в тазобедренном суставе формируются сгибательно-приводящая, а в ряде случаев и внутреннеротационная, в коленном и голеностопном суставе, сгибательные контрактуры. В вертикальном положении больных они значительно увеличиваются за счет стати­ ческих установок. На верхней конечности формируется сгибательная контрактура в локтевом и лучезапястном суставах, пронаторная контрактура предплечья, пальцы кисти обычно сжаты в кулак, большой палец приведен, в плечевом суставе формируется приводящая и внутрен­ не-ротационная контрактура. При тетра- и гемипарезах чаще встречается смешанный спастико-гиперкинетический парез с преобладанием гиперкинетического пареза на верхней и спастического — на нижней конечности. Для спастического (пирамидного) пареза характерны высокие сухожильные, периостальные рефлексы с расширенными рефлексо­ генными зонами, клонусы стоп и надколенника, патологические рефлексы (Бабинского, Россолимо, Менделя—Бехтерева, Корнило­ ва—Жуковского, Оппенгейма, Гордона, Шеффера). Среди них на­ иболее постоянно выявляется рефлекс Бабинского. У детей с цереб­ ральным тетрапарезом голова остается часто опущенной в результате задержки развития нормального лабиринтного выпрямительного ре­ флекса головы и цепного симметричного шейно-тонического рефлек­ са. Гиперкинетические (подкорковые) парезы. Для данного вида паралича наиболее характерны гиперкинезы (хореические, атетоидные, хореоатетоидные, двойной атетоз, торсионная дистония). У детей с гиперкинетическим парезом в покое в положении лежа контрактуры и деформации в суставах верхних и нижних конеч­ ностей отсутствуют, но при попытке произвести любое движение или в момент любого психогенного возбуждения в мышцах возникает тоническое напряжение, особенно в аддукторах, в силу чего насту­ пают приведение бедер вплоть до их перекрещивания, резкая эквинусная установка стоп, наклон или разгибание и поворот головы и другие патологические установки. Сухожильные и периостальные рефлексы у детей с гиперкине­ тическим парезом обычной живости или несколько оживлены, па­ тологические рефлексы не выявляются, психическое развитие не отстает от такового здоровых сверстников, а наблюдающиеся нару­ шения речи носят гиперкинетический характер. Этим детям ортопедохирургическое лечение противопоказано. Атактические (мозжечковые) парезы. Основу атактических дви­ гательных расстройств составляет поражение или недоразвитие лобно-мостомозжечковой системы или аплазия мозжечка. Для этого типа паралича наиболее характерны выраженная мышечная гипо­ тония или атония мышц с рекурвацией в коленных суставах, на рушение равновесия, атаксия верхних и нижних конечностей, гиперметрия и дисметрия, атаксия стояния и походки. Такие больные не могут перешагнуть и перепрыгнуть через предметы из-за потери равновесия. При грубых расстройствах дети с закрытыми глазами не могут стоять и падают, у них положительная пальценосовая и коленно-пяточная пробы. Устойчивость их передвижения обеспечи­ вается лишь зрительным контролем. В психической сфере могут наблюдаться расстройства по типу лобного синдрома с картиной психомоторного возбуждения с нару­ шением внимания или преобладанием астенических явлений. Эта форма церебрального пареза также не подлежит ортопедохирургическому лечению. Дифференциальная диагностика между этими тремя типами церебрального пареза основывается на описанной клинической кар­ тине. В то же время в послеродовом периоде нередко возникает не­ обходимость в дифференциальной диагностике церебральных парезов с родовыми повреждениями позвоночника и спинного мозга. При повреждениях позвоночника и спинного мозга доминирует травма, а не патология беременности и родов, как это наблюдается при церебральных параличах. Характерно, что повреждения обычно бывают при родах со стимуляцией или ручным пособием. Соответственно частоте головного предлежания чаще поврежда­ ется шейный отдел позвоночника и спинного мозга. У детей с повреждениями спинного мозга вначале развиваются вялый парез (верхних, нижних или всех четырех конечностей), позже переходящий в спастический, парез дыхательной мускулатуры с брюшным типом дыхания, высоким стоянием диафрагмы. Поэтому дифференциальная диагностика церебральных и спинальных парезов у детей в более старшем возрасте затруднена. При электромиографическом обследовании 40 детей с сохранной психикой и относительно легкой степенью спастического пареза нижних конечностей в сравнении с 6 здоровыми детьми выявлены типичные для этой патологии изменения нормального мышечного электрогенеза и соответствие таких изменений определенной выра­ женности спастичности. На электромиограмме (ЭМГ) отмечены уси­ ление колебаний потенциала спастико-паретических мышц во время различных тонических напряжений и их ослабление во время про­ извольных сокращений. Диффузность нарушения функции нейромоторного аппарата при нижнем спастическом парезе электромиографически документировалась сходными, хотя и менее отчетливыми изменениями электрогенеза мышц рук, которые казались по кли­ нической оценке непострадавшими. Во всех исследованных мышцах выявлялись нарушения координации активности мышц при любых двигательных реакциях. При одновременной записи ЭЭГ и ЭМГ у больных со сравнительно легкой степенью пареза выявлены грубые изменения биоэлектри­ ческой активности мозга. Нарушения эти, как правило, были диф­ фузными, без четкой межполушарной асимметрии ЭЭГ. Отсутство вали характерные для нормы а-колебания: средняя величина доми­ нирующей частоты была 2—4 колебания в секунду. У некоторых больных патологически медленная активность усиливалась при ги­ первентиляции. Реактивные изменения ЭЭГ у 10—12-летних боль­ ных отсутствовали. В норме эти реактивные изменения электроак­ тивности мозга формируются уже к 6 годам. Таким образом, при синдроме церебрального спастического па­ реза у детей механизм нарушения электрогенеза при фазных и тонических реакциях может быть связан с первичным повреждением надсегментарных структур мозга, что ослабляет их регуляторные влияния на активность сегментарных мотонейронов и мышц при произвольных сокращениях, либо с вторичным изменением возбу­ димости всех типов мотонейронов (а-, у -вставочных) при ослаблении надсегментарной регуляции. Спастическое повышение тонуса мышц при этом еще больше возрастает вследствие усиленного притока проприоцептивных импульсов, идущих от контрагированных натя­ нутых спастико-паретических мышц к центру и обратно. Консервативное лечение. Консервативное лечение детей с це­ ребральными параличами является основным при всех формах па­ реза, во все возрастные периоды, перед оперативным вмешательством и в послеоперационном восстановительном периоде, а также на протяжении всей жизни. При консервативном лечении должно быть предусмотрено сле­ дующее. 1. С помощью медикаментозных средств уменьшение зоны воз­ буждения и снижение тонуса мышц, что обеспечивает более бла­ гоприятные условия для устранения контрактуры мышц и суставов и воспитания активных функций мышц. 2. Дополнительными средствами (иглотерапия, точечный и рас­ слабляющий массаж, лечебная гимнастика в ванной, теплое уку­ тывание и др.) достигается максимальное расслабление спастикопаретических мышц. 3. Устранение контрактуры мышц и суставов. 4. Воспитание активной функции и укрепление силы растянутых мышц-антагонистов. 5. Воспитание навыка прямостояния и передвижения первона­ чально с посторонней помощью, а затем и самостоятельно или с помощью костылей, палочки, ортопедической обуви, туторов, ап­ паратов. 6. Воспитание навыков самообслуживания. 7. Стимулирование психического развития и воспитание пра­ вильной речи. 8. Воспитание трудовых навыков. Лекарственные средства, применяемые при лечении церебраль­ ных параличей, по своим фармакологическим действиям можно разделить на четыре группы. К первой группе относят ингибиторы холинэстеразы (галантамин, нивалин, п роз ери н, оксазил). Ко второй группе относят средства с центральным холинолити ческим действием, среди них различают вещества с м-холшюлитической активностью, влияющие на ретикулярную формацию ство­ ловых и подкорковых образований (амизил и др.), и вещества смешанного действия, влияющие на М- и Н-холинореактивные си­ стемы в области синапсов коры большого мозга и подкорковой системы (циклодол, динезин и др.). К третьей группе относят препараты с периферическим холинолитическим курареподобным и антидеполяризующим действием (диплацин и др.). К четвертой группе относят препараты с общим действием, улуч­ шающим обмен и регенерацию клеток ЦНС (витамины Bi, Вб, Вп, глутаминовая кислота, церебролизин, пирогенал). Детям с церебральным спастическим и гиперкинетическим па­ резом наиболее показаны препараты холинолитического действия, причем для воздействия на мышечную гипертонию пирамидного и экстрапирамидного происхождения более показаны препараты с цен­ тральным холинолитическим действием, а при гиперкинезах под­ коркового происхождения — центральные и периферические холинолитические препараты. Детям с мозжечковым парезом и выраженной мышечной гипо­ тонией более показаны антихолинэстеразные препараты в сочетании с витаминами группы В. Продолжительность медикаментозного лечения 3—4 нед с пере­ рывами от 2 мес до 1 года в зависимости от полученного эффекта. Ортопедическое лечение целесообразно проводить через 30—40 мин после приема медикаментозных препаратов и начала их дей­ ствия. Детям раннего возраста с целью устранения контрактур исполь­ зуют пассивную гимнастику, лечебные укладки, точечный массаж, направленные на растяжение контрагированных мышц и уменьше­ ние контрактуры суставов. После этих приемов используют актив­ ную лечебную гимнастику в отдельных суставах, фиксируя другие суставы лонгетой, мешочками с песком, поясом. Для улучшения активной функции ослабленных и растянутых разгибателей проводят электростимуляцию, тренируют их активную функцию в облегченных условиях (в воде, на блоках), а по мере нарастания силы мышц используют отягощение. Этот лечебный комплекс наиболее показан детям с легким и средней тяжести парезом. У детей в возрасте после 10—12 лет с распространенным и более тяжелым парезом для устранения выраженных контрактур в суставах используют этапные гипсовые повязки, туторы, лонгеты. После снятия гипсовой повязки суставы необходимо фиксировать съемной лонгетой, перед лечебной гимнастикой давать детям аналь­ гетики и проводить гимнастику в теплой ванне или бассейне. Вос­ питание правильной вертикальной позы целесообразно начинать после устранения боли в суставах, используя гипсовые или поли­ этиленовые туторы, лонгеты, а позже — и без дополнительной фиксации.

Детям с выраженным парезом мышц, у которых в вертикальном положении формируются статические установки, изготавливают об­ легченные полиэтиленовые аппараты с замком в коленных и тазо­ бедренных суставах, а в голеностопном — с шарниром, ограничи­ вающим сгибание. Достигнутый в ортопедическом или специализи­ рованном отделении эффект лечения может быть сохранен лишь при условии систематического последующего поддерживающего ле­ чения в домашних условиях или в специализированном интернате (не менее 2—3 раз в день). В противном случае рецидив контрактур в суставах нижних и верхних конечностей неизбежен. Хирургическое лечение. Общие задачи хирургического лечения спастического церебрального пареза у детей сводятся к следую­ щему: 1) упрощению координированной активности мышц (при сохранении их участия в двигательной реакции) путем вмеша­ тельства на периферическом двигательном звене. Такое упрощение более всего достигается перемещением сухожилия контрагированной двусуставной мышцы с превращением ее в односуставную с единой функцией;

2) уменьшению потока проприоцептивной импульсации от контрагированной и натянутой спастико-паретической мышцы к сегментарным мотонейронам, что достигается путем подшивания сухожилий перемещенной мышцы без прежнего на­ тяжения. Указанные общие задачи позволяют определить показа­ ния и противопоказания к хирургическому лечению церебральных парезов у детей. 1. Хирургическому лечению подлежат только спастические (пи­ рамидные) или смешанные спастико-гиперкинетические парезы. Исключением является гиперкинетический парез верхней конеч­ ности с резким постоянным сжатием кисти в кулак и повреждением ногтями кожных покровов ладонной поверхности кисти или с резкой болезненностью в напряженных мышцах. У таких больных переме­ щение сгибателей пальцев и запястья вместе с круглым пронатором на предплечье не улучшает функции кисти, но ослабляет силу ее сжатия в кулак и устраняет болезненность в мышцах. 2. Хирургическое лечение показано детям с 6—8 лет, когда консервативные меры не дают эффекта или контрактуры после устранения быстро рецидивируют;

детям старше 10 лет, у которых нарастающие контрактуры ухудшают возможности к передвижению и самообслуживанию. 3. Операция показана только на первично контрагированной спастико-паретической мышце, которая остается натянутой и под наркозом с миорелаксацией. 4. Хирургическое вмешательство на сухожильно-мышечном ап­ парате предусматривает сохранение равновесия в антагонистических группах мышц и сохранение стабильности в суставах. Ошибочно определенные показания к хирургическому лечению детских церебральных парезов могут привести к ухудшению и не­ редко к утрате ранее имевшихся функций и возможностей. Поэтому при выборе метода лечения необходимо также строго учитывать обоснованные противопоказания.

1. Ортопедохирургическое лечение противопоказано при чистых гиперкинетических и атактических формах пареза.

2. Вмешательство противопоказано на неконтрагированной спастико-паретической и вторично контрагированной мышцах. 3. Детям с тяжелыми и распространенными плегиями с пораже­ нием мышц спины и шеи (в результате чего дети активно неспособны удерживать голову и корпус) хирургическое лечение противопока­ зано. Лишь при тяжелой аддукторной и сгибательной контрактуре в коленных и тазобедренных суставах хирургическое лечение может быть предпринято с целью облегчения ухода за такими больными. 4. Корригирующие остеотомии (и особенно артродезы суставов) у больных с церебральными параличами противопоказаны, так как приводят к формированию дискордантных деформаций, исключаю­ щих формирование статических сгибательных установок, обеспечи­ вающих устойчивое положение в ходьбе. Все хирургические вмешательства у детей с церебральным спа­ стическим парезом следует проводить только под наркозом с уп­ равляемым дыханием. Это диктуется необходимостью надежного обеспечения оксигенации мозга. Миорелаксация при этом виде наркоза вызывает расслабление, но сохраняет натяжение контрагированных мышц. Устранение контрактуры тазобедренного суста­ ва. В тазобедренном суставе у детей с церебральным спастическим нижним парапарезом формируются сгибательно-приводящая и внутреннеротационная контрактуры, для устранения которых применяют отдельные вмешательства. Сгибательная контрактура наиболее часто формируется за счет контрактуры прямой мышцы бедра. Поэтому при выявлении такой контрактуры показано отсечение проксимального сухожилия мышцы от нижней передней подвздошной ости. Техника операции следующая. В положении больного на спине производят дугообразный разрез 8—10 см на 1,5 см ниже верхней передней подвздошной ости. Рассекают фасцию и входят в межмы­ шечный промежуток между портняжной мышцей и напрягателем широкой фасции, выполненный жировой клетчаткой. Мышцы тупо раздвигают и обнажают сухожилие прямой мышцы бедра, которое отсекают и подшивают к межмышечной фасции на бедре при мак­ симальном сгибании в коленном суставе. Больного укладывают на живот, а бедра подвешивают на манжетах в положении максималь­ ного разгибания на балканской раме. У детей, но чаще у подростков, с вывихом и подвывихом бедра и наличием болей в суставе возникают показания к внутритазовой резекции запирательного нерва, а при выраженной сгибательно-приводящей контрактуре — к отсечению сухожилия прямой мышцы бедра, закрытой миотенотомии приводящих мышц бедра. Для устранения приводящей контрактуры бедра более показано вмешательство на сухожилиях приводящих мышц. Закрытая миотенотомия проксимальных сухожилий этих мышц осуществляется недозированно и потому приводит к формированию небольшой отводящей контрактуры, которая больных вполне уст­ раивает. С. Polock (I958, 1963) предложил при наличии приводящей контрактуры в тазобедренном и сгибательной в коленном суставах, обусловленных контрактурой полу сухожильной, пол у перепончатой и тонкой мышц, их дистальные сухожилия пересаживать с голени на бедро. Техника операции следующая. В положении больного лежа на животе над указанными выше напряженными сухожилиями в под­ коленной ямке с внутренней стороны производят кожный разрез 12—15 см, чуть изогнутый кпереди. Выделяют, а затем отсекают почти у места прикрепления на голени дистальные сухожилия полу­ перепончатой, полусухожильной и тонкой мышц. В промежутке между сгибателями и разгибателями голени обнажают заднюю по­ верхность бедренной кости над медиальным мыщелком, где на про­ тяжении 2—3 см продольно рассекают надкостницу. Края ее моби­ лизуют и прошивают четырьмя—пятью нитями шелка. Этими ни­ тями с двух сторон прошивают отсеченные сухожилия, которые погружают под надкостницу, и нити завязывают. При наличии контрактуры большой приводящей мышцы сухожилие ее удлиняют. Рану дренируют и ушивают наглухо. Конечность фиксируют высо­ ким гипсовым сапожком при полном разгибании в коленном суставе в отведении и наружной ротации бедра. У детей с выраженной внутренней ротационной и приводящей контрактурами в тазобедренном и сгибательной — в коленном воз­ никают показания к пересадке дистальных сухожилий полупере­ пончатой, полусухожильной и тонкой мышц на задненаружную поверхность латерального мыщелка бедра. Техника операции следующая. В положении больного лежа на животе производят разрез 15—18 см через середину подколенной ямки, причем разрез на бедре должен быть длиннее, чем на голени. Внутренний кожный лоскут мобилизуют и отводят кнутри. Обна­ жают и отсекают сухожилия полу перепончатой, полусухожильной и тонкой мышц по возможности у места их прикрепления к кости. По сухожилию кверху мобилизуют эти мышцы, рассекая перитеноний, чтобы при последующем перемещении не создавалось перекрута и ущемления. Затем мобилизуют наружный кожный лоскут и входят тупо между латеральной широкой и двуглавой мышцы бедра. Надкостницу бедренной кости в надмыщелковой области над­ секают продольно на протяжении 3 см и отсепаровывают. С каждой стороны надкостницу прошивают четырьмя—пятью шелковыми прочными нитями. Сухожилия отсеченных мышц по диагонали пе­ реводят кнаружи, где подшивают с некоторым напряжением к над­ костнице, предупреждая их перегиб и перекручивание. Рану дре­ нируют и ушивают наглухо. Конечность фиксируют высоким гип­ совым сапожком с разогнутым коленным суставом. Обеспечивают наружную ротацию. Устранение сгибательной контрактуры колен­ ного с у с т а в а. При вышеописанных двух вариантах операции устраняются и сгибательная контрактура в коленном суставе. Однако при более тяжелых и распространенных парезах сгибательная конт­ рактура в коленном суставе может быть обусловлена контрагированием всех сгибателей голени. В этих случаях, особенно если имеется слабость икроножной мышцы (после ранее проведенного удлинения пяточного сухожилия), показана пересадка проксималь­ ных сухожилий двуглавой мышцы бедра, полуперепончатой и пол­ усухожильной мышц с седалищного бугра на бедро. Однако эта операция может быть произведена лишь при удовлетворительной функции ягодичных мышц. Техника операции следующая. В положении больного лежа на животе производят дугообразный разрез 10 см по ягодично-бедренной складке над седалищным бугром. Продольный разрез у больных с преимущественно сидячим образом жизни нерационален из-за постоянной травматизации и мацерации послеоперационного рубца. Большую ягодичную мышцу отводят кверху и обнажают седа­ лищный бугор с прикрепляющимися к нему сухожилиями сгибателей голени. Вдоль рассекают их общее сухожильное влагалище, внутри которого выделяют и отсекают сухожилия полу перепончатой, полу­ сухожильной мышц и двуглавой мышцы бедра. Отсечение сухожилия внутри их влагалища предупреждает повреждение седалищного нер­ ва, расположенного с наружной стороны, и рассечение приводящих мышц с внутренней стороны. При разгибании в коленном суставе отсеченные сухожилия сме­ щают. Устранение сгибательной контрактуры голено­ с т о п н о г о с у с т а в а и д е ф о р м а ц и и с т о п ы. Если конская стопа формируется за счет контрактуры икроножной мышцы, то при сгибании в коленном суставе эквинус уменьшается. В этом случае показана пересадка головок икроножной мышцы с бедра на голень. Техника операции следующая. В положении больного лежа на животе производят срединный разрез в подколенной ямке размером 15—18 см, мобилизуя края раны с внутренней и наружной стороны, обнажают обе головки икроножной мышцы. При отсечении медиальной головки под нее подводят элеватор изнутри кнаружи. Над элеватором отсекают ее косо идущее су­ хожилие, при этом возможно повреждение капсулы коленного сустава, которое необходимо ушить. Выделение латеральной го­ ловки и подведение под нее элеватора производят снаружи внутрь. Общий малоберцовый нерв осторожно отводят и сохраняют под визуальным контролем на время отсечения сухожилия латеральной головки. После отсечения обеих головок и редрессации эквинуса стопы головки икроножной мышцы смещают на голень, где их подшивают к межмышечным фасциям. Рану дренируют и ушивают наглухо. Конечность фиксируют высоким гипсовым сапожком. Гипс на тыле стопы и голеностопного сустава вырезают. Со следующего дня под подошвенную поверхность стопы подкладывают деревянные клинья для устранения остаточного эквинуса. Одновременно тренируют активное разгибание стопы и пальНебольшой эквинус стопы может быть устранен дозированным удлинением пяточного сухожилия. У детей после 12 лет и подростков формируется костная эквинополоварусная деформация стопы, которая может быть устранена лишь тройным артродезом, иногда с дополнительным небольшим удлинением пяточного сухожилия. При попытке использовать дистракционный аппарат для устра­ нения деформации стопы или для устранения остаточной деформа­ ции после операции Сильвершельда и тройного артродеза стопы нами выявлено увеличение тонического напряжения мышц с выра­ женной болевой реакцией. В то же время X. А. Умханов (1985) широко использовал дист­ ракционный аппарат для устранения деформаций стоп у детей с церебральными парезами с положительными результатами. Таким образом, опыт показывает, что сравнительно небольшие контрактуры суставов (коленного, голеностопного) могут быть уст­ ранены удлинением сухожилий контрагированных мышц. При выраженных контрактурах суставов и мышц показано пе­ ремещение точек прикрепления проксимальных сухожилий контра­ гированных мышц с превращением их в односуставные. В этих условиях функция мышцы не ослабляется, а, напротив, постепенно возрастает сила их произвольных сокращений. Самым важным преимуществом этого вмешательства является обеспечение условий для тренировки изолированных сокращений мышц и произвольных движений в суставах. Устранение контрактур суставов верхней ко­ н е ч н о с т и. На верхних конечностях при геми- и тетрапарезе, реже монопарезе, наблюдается подкорковый или смешанный корково-подкорковый тип пареза. Поэтому к хирургическому лечению контрактур и деформаций на верхних конечностях прибегают значительно реже, чем на ниж­ них. Показанием к ним являются контрактура суставов и мышц, а также выраженное болезненное тоническое напряжение мышц. При наличии пронаторно-сгибательной контрактуры в локтевом, лучезапястном суставах и в суставах пальцев кисти показана пе­ ресадка проксимальных сухожилий сгибателей запястья и пальцев вместе с сухожилием круглого пронатора с медиального надмыщелка плечевой кости на предплечье. Техника операции следующая. Производят дугообразный разрез (10—15 см) по ладонной поверхности локтевого сустава, огибающий медиальный надмыщелок плечевой кости. Обнажают мыщелок с прикрепляющимися к нему мышцами, при этом с их внутренней стороны выделяют и отводят локтевой нерв. Сосуды располагаются глубже. Элеватор подводят под выделенные мышцы изнутри кнаружи при согнутом локтевом суставе. Сухожилия мышц отсекают от надмыщелка, сохраняя визуальный контроль за локтевым нервом. Производят разгибание в локтевом и лучезапястном суставах, а также в пальцах кисти и супинацию предплечья и кисти. Отсеченные сухожилия перемещают на предплечье, где их подшивают к меж­ мышечным фасциям. Рану дренируют и ушивают наглухо. Конеч­ ность фиксируют гипсовой лонгетой в положении супинации и разгибания в локтевом и лучезапястном суставах, а пальцы кисти фиксируют на ватно-марлевом валике в максимально разогнутом положении. Такую фиксацию сохраняют до 3—4 нед. Пассивные движения в пальцах начинают с первых дней после операции, а затем подключают и активные.

.

'., • Г Л А В А ОСТЕОПАТИИ 1 0. 1. ОСТЕОХОНДРОПАТИИ Остеохондропатии — это заболевание апофизов и эпифизов труб­ чатых костей, губчатого вещества коротких костей у детей, возни­ кающие на гипо- или аваскулярной основе. В зависимости от локализации в костных образованиях различают четыре группы остеохондропатии [Рейнберг С. А., 1964]. 1. Остеохондропатия эпифизарных концов трубчатых костей: 1) головки бедренной кости (болезнь Легта—Кальве—Пертеса);

2) го­ ловки II—III плюсневой кости (болезнь Келера И);

3) грудинного конца ключицы;

4) фаланг пальцев рук. 2. Остеохондропатия коротких губчатях костей: 1) ладьевидной кости стопы (болезнь Келера I);

2) полулунной кости кисти (болезнь Кинбека);

3) тела позвонка (болезнь Кальве);

4) сесамовидной кости первого плюснефалангового сустава. 3. Остеохондропатия апофизов: 1) бугристости болынеберцовой кости (болезнь Осгуда—Шлаттера);

2) бугра пяточной кости;

3) апофизарных колец позвонков (болезнь Шейерманна—May, или юношеский кифоз);

4) лобной кости. 4. Частичные остеохондропатии суставных поверхностей (osteochondritis dissecans Кенига). У детей наиболее часто встречается остеохондропатия головки бедра (тазобедренного сустава), позвоночника и апофиза большеберцовой кости, значительно реже выявляются заболевания других локализаций.

10.1.1. Остеохондропатия позвоночника (болезнь Шейерманна-May, юношеский кифоз) Остеохондропатия позвоночника относится к распространенному за­ болеванию детского возраста, составляющему от 0,42 до 37% [Sheuermann Н., 1936;

RiibeW., HemmerW., 1962 J. С годами от­ мечается увеличение числа детей, страдающих этим заболеванием, но причина его не установлена. Большинство авторов считают, что основу заболевания составляет асептический некроз апофизов тел позвонков. G. Schmorl (1929, 1930, 1933), F. Rathke (1955, 1956) основой остеохондропатии позвоночника считают врожденную неполноцен­ ность дисков с их фиброзом и недостаточную прочность замыкательной костной пластинки тел позвонков. Заболевание авторы от­ носят к группе дизонтогенетических с его проявлением в период активного роста позвоночника. Е. А. Абальмасова и А. П. Свинцов (1978, 1980) на основании изучения 122 семейных случаев остеохондропатии позвоночника (преимущественно у родителей и детей) считают, что наследствен­ ные формы заболевания встречаются часто. Наблюдая родителей как больных в поздней фазе развития одного и того же процесса, авторы прогнозируют течение заболевания у детей. М. Н. Павлова и соавт. (1988) в позвоночнике мертворожденных обнаружили все признаки, характерные для остеохондропатии (хря­ щевые узелки Шморля, фиброз студенистого ядра с его равномерным и неравномерным сужением, нарушение роста тел позвонков). Выявленные патоморфологические изменения в позвоночных сег­ ментах относятся к дизонтогенетическому процессу;

они могут объ­ яснить не только происхождение остеохондропатии позвоночника, но и других сходных с ней изменений. Во всех этих случаях страдает позвоночный сегмент с большей или меньшей выраженностью какого-либо признака. В развитии остеохондропатии позвоночника различают уровень, стадию и тяжесть. Остеохондропатическому процессу свойственна типичная локализация в грудном отделе (58,6% случаев);

реже в пояснично-грудном (18,2%) и поясничном отделах (17,8%), а у 5,4% детей остеохондропатия бывает распространенной и выявляется на двух уровнях [Свинцов А. П., 1980]. В шейном отделе заболевание встречается редко, но чаще, чем его выявляют. Тяжесть заболевания определяется распространенно­ стью процесса, степенью деформации тел позвонков, выраженностью изменений в межпозвоночных дисках (сужение диска, эксцентричное положение студенистого ядра с уменьшением его диаметра и нару­ шением параллельности межтеловых пространств), наличием еди­ ничных или множественных, передних и особенно задних грыж Шморля. Клиника и диагностика. Ранним и наиболее характерным кли­ ническим признаком дизонтогенетических изменений является фик­ сированный кифоз с вершиной, смещенной каудально от вершины физиологического кифоза. По данным А. П. Свинцова (1978), фик­ сированный кифоз у детей и подростков с остеохондропатией выявлен в 51% случаев, а тяжелый — лишь в 5,1% случаев. Наиболее часто и рано (с 5—6 лет) у детей с остеохондропатией и другими сходными дизонтогенетическими изменениями в позво­ ночнике выявляется паравертебральная асимметрия, которая явля­ ется следствием однонаправленной ротации позвонков в грудном и поясничном отделах (в отличие от разнонаправленной торсии груд­ ных и поясничных позвонков при диспластическом сколиозе). Мышечный валик в грудном и поясничном отделах располагается с одной стороны и постоянно сочетается с асимметрией линий и треугольников талии, лопаток, надплечий, асимметрией передних подвздошных остей, иногда с поясничным сколиозом. В вертикальном положении больного эти асимметрии увеличи­ ваются, становятся более заметными, могут сопровождаться откло­ нением корпуса, в силу чего у таких детей устанавливают диагноз патологической осанки. У взрослых (родителей), перенесших аналогичный процесс в детстве, описанные признаки, как правило, не прогрессируют. При пальпации остистых отростков нередко отмечается болез­ ненность, но чаще не на вершине патологического кифоза, а в области нижних шейных и верхних грудных позвонков, реже в нижних грудных и еще реже в поясничных позвонках. Болезненными бывают 4—5 и более остистых отростков, реже 2—3 и еще реже один. Болезненность остистых отростков сохраняется стойко, не под­ дается лечению. Наличие аналогичных симптомов у родителей за­ ставляет думать о наследовании признака. В шейном и поясничном отделах позвоночника у детей и подростков иногда выявляется хруст при движениях. Уже в начальной стадии процесса может наблюдаться ограни­ чение наклона корпуса кпереди (а у подростков и наклона головы). Часто выявляются оболоченные и корешковые симптомы, которые нерезко выражены, а в ряде случаев они ограничиваются ощущением натяжения в подколенной области, в коленном суставе и по передней поверхности бедра. Значительно реже встречаются дети с резким ограничением подвижности в позвоночнике с так называемой пояснично-бедренной экстензионной ригидностью (синдром Фюрмайера). С помощью контрастной миелографии и данных, полученных во время операции, у них выявляются опухоль, спаечный процесс в позвоночном канале, протрузия в него межпозвоночного диска. Поэтому дети с подобной клиникой требуют особого внимания, и при отсутствии положительной динамики после вытяжения у них возникают показания к контрастной миелографии, на основе которой определяются показания к оперативному вмешательству [Мала­ хов О. А., 1987]. В течении остеохондропатии различают три стадии в зависимости от возраста [Brocher J., 1962]. Однако, учитывая, что кардинальные признаки остеохондропатии выявляются по мере оссификации апо­ физов тел позвонков и исчезают или уменьшаются после их сино­ стоза с телами, целесообразно I стадию соотносить со стадией не­ зрелого позвоночника;

11 стадию — с периодом интенсивного роста позвоночника;

III стадию, завершающую, — с синостозом апофизов. Во II стадии остеохондропатии у 51% детей формируется кифоз, который у взрослых после 40—50 лет может увеличиваться, у 55% детей и подростков выявляются ротация позвонков и сколиоз, среди них тяжелый кифоз и сколиоз наблюдаются не более чем в 5 % случаев. У 15% детей с остеохондропатией позвоночника форми­ руется плоская спина. У 39% детей, подростков и взрослых физи­ ологические изгибы позвоночника остаются в пределах нормы.

Рентгенологическое обследование обеспечивает достоверную ди­ агностику только во II стадии. До тех пор могут иметь место ротация позвонков в грудном и поясничном отделе, легкий поясничный сколиоз, проекционное сужение межтеловых пространств ниже вер­ шины физиологического кифоза (на фасной рентгенограмме), реже клиновидная форма тел позвонков ниже физиологического кифоза, изредка сужение межпозвоночных пространств. Во II стадии с появлением ядер окостенения апофизов тел позвонков (с 7—8 лет) на профильной рентгенограмме позвоноч­ ника выявляются плоскоклиновидные тела позвонков с увеличен­ ным дорсовентральным размером, массивные поясничные позвонки, в том числе с краевым отломом, сужение межтеловых пространств, нарушение целости замыкательных пластинок с образованием грыж Шморля (передних, задних, единичных, множественных). К редким признакам остеохондропатии относится краевой отлом тела (чаще в поясничном отделе), кальцификация дисков, ретролистез, спондилолистез. В III стадии остеохондропатии уменьшается клиновидная дефор­ мация тел позвонков (до 10°), но более отчетливо выявляется платиспондилия, несколько уменьшаются кифоз, сколиоз, выравнива­ ются замыкательные пластинки тел позвонков, в силу чего боль­ шинство грыж Шморля исчезает. В семейных случаях заболевания грыжи Шморля на рентгено­ граммах позвоночника у детей выявлены в 64% случаев, а у их родителей, перенесших аналогичное заболевание в детском возрасте, они сохранились в 2,9% случаев [Свинцов А. П., 1981]. У больных с остеохондропатией позвоночника, прослеженных до 25 лет, т. е. до полного завершения патологического процесса, ни разу не было выявлено признаков остеохондроза. У родителей в возрасте 30—52 лет, перенесших остеохондропатию позвоночника в детстве, на уровне остаточных ее признаков осте­ охондроз развился в 75% случаев [Абальмасова Е. А., Свинцов А. П., 1981 ]. Дифференциальная диагностика. Остеохондропатию позвоночни­ ка следует дифференцировать прежде всего от других дизонтогенетических процессов. К ним относятся фиксированная круглая спина Линдеманна, врожденный фиброз дисков Гюнтца, юношеский остеохонд­ роз, системный остеопороз. Клинические их признаки не отличаются от таковых при остеохондропатии. Поэтому достоверная их дифферен­ циальная диагностика основывается на рентгенологических данных. Ф и к с и р о в а н н а я к р у г л а я с п и н а. Описана К. Lindemann в 1931 г. Для нее характерна клиновидная деформация тел позвонков в двух плоскостях без дорсовентрального их удлинения. Замыкательные пластинки тел могут быть неизмененными или слегка узурированными. Межпозвоночные пространства расширены спереди и сужены сзади. После синостоза апофизов с телами де­ формация позвонков уменьшается, а сужение дисков в задних от­ делах увеличивается. Деформация прослеживается в ряде поколений или у родственников в одной семье.

В р о ж д е н н ы й ф и б р о з д и с к о в. Описан Гюнтцем в 1957 г., встречается нередко. Для него характерна ящикообразная форма тел позвонков, высота которых больше дорсовентрального размера или равна ему. Замыкательные пластинки тел не нарушены или слегка неровные, а диски равномерно сужены. Сужение дисков увеличивается после синостоза апофизов с телами. Встречаются семейные случаи заболевания. У взрослых на уровне суженных дисков развивается остеохондроз. Ю н о ш е с к и й о с т е о х о н д р о з. Развивается на основе хондроостеонекроза. К ранним признакам юношеского остеохондроза относят снижение высоты межпозвоночных дисков, их разрывы, обызвествления и уплотнения покровных пластин, смещения по­ звонков, которые могут выявляться у детей с 6 лет. Н. Schultze (1968) предлагает случаи, не укладывающиеся в сим­ птоматику остеохондропатии, относить к юношескому остеохондрозу. Вследствие недостаточно четкого описания признаков юношеского остеохондроза его отождествляют с остеохондропатией, а раннее развитие остеохондроза расценивают как признак завершающей ста­ дии остеохондропатии. На основании собственного опыта установлено, что для юноше­ ского остеохондроза прежде всего характерны раннее появление и стойкость болей в позвоночнике (с 5—6 лет), их резистентность к лечению. На рентгенограмме тела позвонков могут быть малоизмененными, (особенно в поясничном отделе) или они имеют плоскоклиновидную форму с увеличенным дорсовентральным размером. Наиболее ха­ рактерным признаком юношеского остеохондроза является наличие остеофитов, огибающих апофизы тел позвонков и придающих пе­ редним контурам тел вид катушки. Апофизы тел позвонков в передних отделах отличаются плот­ ностью, иногда они имеют вид отдельных глыбок. Такая картина изменений сохраняется у подростков 15—16 лет, что свидетельствует о замедленном развитии апофизов и особенно задержке их слияния с телами позвонков. Этот процесс как бы блокирован, что, очевидно, послужило основанием К. Lindemann рассматривать его как хондроостеонекроз. Замыкательные костные пластинки тел позвонков расслоены, как мы полагаем, также вследствие замедленного слияния апофизов. Диски чаще остаются нормальной высоты, но иногда в задних отделах они ниже, чем в неизмененных выше и ниже расположенных сегментах. Встречаются семейные случаи остеохондроза с одинаковым уров­ нем поражения, но с более выраженными и разнообразными изме­ нениями у детей. О с т е о п о р о з п о з в о н о ч н и к а. У детей встречается часто, но выявляется преимущественно после травмы спины. Значительно реже дети поступают на стационарное лечение с генерализованным выраженным остеопорозом с резкими болями в позвоночнике, в костях и суставах.

У детей, госпитализированных по поводу компрессионного пе­ релома тел преимущественно грудных позвонков, после 1,5—2 мес постельного режима нарушается походка, иногда появляется боль в стопах. Причиной тому является нарастание остеопороза в костях вследствие длительной разгрузки. Встречаются семейные случаи остеопороза со сходными поздними изменениями в позвоночнике у детей и родителей, но значительно более выраженными изменениями в детском возрасте. На рентгенограмме остеопороз позвонков может быть выражен по-разному. При неизмененной форме тел позвонков для него ха­ рактерны вдавленные тонкие замыкательные пластинки, которые отличаются плотностью. Тела позвонков как бы контурированы. Межпозвоночные пространства высокие прямоугольные или двояко­ выпуклой формы. На профильной рентгенограмме может просле­ живаться балочная структура тел позвонков. В тех случаях, когда тела позвонков уплощаются, диагностика остеопороза становится достоверной. У большинства детей со скрыто протекающим остеопорозом (вы­ явленным в связи с травмой позвоночника) к 13—14 годам и по­ стоянно после апофизирования тел позвонков высота тел самопро­ извольно увеличивается, остеопороз уменьшается. После 50 лет остеопороз позвонков снова может прогрессировать, при этом увеличивается грудной кифоз и могут нарастать сколиоз и остеохондроз. Некоторые авторы остеопороз позвоночника считают одной из причин остеохондропатии, что ими подтверждено морфологическим исследованием остистых отростков и подвздошных костей. Прогнозирование и лечение. Единая локализация патологиче­ ского процесса (позвоночный сегмент) при всех дизонтогенетических изменениях в позвоночнике у детей, большое сходство их клини­ ческого течения и болезненных проявлений (боль, вторичный оболочечно-корешковый синдром, ограничение функции), частота се­ мейных случаев заболевания и сходство их поздних изменений в позвоночнике позволили разработать для них единую схему про­ гнозирования и определить задачи лечения. Ранние и стойкие боли в позвоночнике с вторичным оболочечнокорешковым синдромом и ограничением функции почти постоянно на­ блюдаются при юношеском остеохондрозе поясничной и шейной ло­ кализации, остеохондропатии, при наличии множественных грыж Шморля, сужении дисков, особенно в задних отделах, у подростков с декомпенсированной спиной и отклонением корпуса назад. Течение процесса более всего определяется ростом, поэтому ле­ чение проводится только при болезненных проявлениях: быстрой утомляемости и недостаточной выносливости позвоночника к на­ грузке, боли в спине, ограничении функции позвоночника, вторич­ ном оболочечно-корешковом синдроме, нестабильности. С другой стороны, следует учитывать физиологическую вариабельность де­ тского позвоночника. Детям свойственны вялый тип осанки, пять форм тел позвонков и межпозвоночных пространств, постепенное формирование физиологических изгибов позвоночника, наибольшая мобильность, а следовательно, и нестабильность позвоночника. Эти физиологические свойства растущего позвоночника сохраняются и у детей с патологически развивающимся позвоночником. При на­ личии любой патологии позвоночника у детей с наиболее выражен­ ной его мобильностью во всех случаях целесообразно повышать его стабильность и функциональную выносливость, что возможно до­ биться только с помощью наращивания силы мышц спины, плечевого пояса, брюшной стенки и ягодичных мышц. Поэтому всем детям с дизонтогенетическими изменениями в позвоночнике, независимо от стадии и тяжести процесса, показана систематическая утренняя гимнастика с включением в нее целе­ направленных упражнений для укрепления указанных групп мышц. После гимнастики обязательны водная процедура в виде душа с сильным напором воды или контрастный душ, плавание. Детям без болей и вторичного корешково-оболочечного синдрома рекомендуется обычный двигательный режим без ограничений. Такие же лечение и режим сохраняются для детей и подростков с нерезко выраженным ограничением движений, легким оболочечно-корешковым синдромом, но без болей. Детям и подросткам с болями, выраженными оболочечно-корешковым синдромом и ограничением функции позвоночника, вплоть до синдрома негнущейся спины, показано обследование в ортопе­ дическом стационаре с переводом в санаторий, где проводят про­ дольное вытяжение, нефорсированное подводное вытяжение (с гру­ зом 3—6 кг), мануальную терапию и иглотерапию или электроаку­ пунктуру, физиотерапию (ультразвук, электрофорез эуфиллина, но­ вокаина, никотиновой и аскорбиновой кислот), инъекции витамина Bi, Вб, Вп, прозерина и др. Упражнения в вертикальном положении завершают указанную последовательность лечебных мер. Такое лечение приводит к улуч­ шению. У детей с синдромом Фюрмайера улучшение и регресс симптомов наступают не ранее чем через 2,5—3,5 мес. Если после такого лечения (через 2—3 нед) улучшения не отмечается или наступает даже ухудшение, возникают показания для повторного неврологического обследования, контрастной миелографии, эпидурографии, КТ и ЯМР с целью выявления прежде всего спинномоз­ говой опухоли (эпендинома, невринома) или опухоли позвоночника с выходом в позвоночный канал. Все эти исследования должны осуществляться в специализированных отделениях. В домашних условиях детям и подросткам рекомендуется про­ должать поддерживающее лечение: систематически утренняя гим­ настика, водные процедуры в виде теплого или контрастного душа с сильным напором воды, прогулки на воздухе, плавание, в зимний период прогулки на лыжах, в летнее время отдых с плаванием. Им следует исключать только перегрузки. Вопрос об их участии в спорте решается индивидуально. Штанга, борьба, метание копья, легкая атлетика с участием в соревнованиях им противопоказаны.

Участие в других видах спорта должно способствовать повышению выносливости спины и органов опоры и движения, без достижения высоких спортивных показателей. Им можно рекомендовать плава­ ние, игры в волейбол, баскетбол, танцы, лыжи, коньки, бег. У детей и подростков с дизонтогенетическими изменениями в позвоночнике, занимающихся различными видами спорта, ограни­ чения функции позвоночника и оболочечно-корешковых симптомов, как правило, не наблюдается, но более стойко сохраняется боль преимущественно в поясничном отделе. 10.1.2. Остеохондропатия тазобедренного сустава у детей (болезнь Легга-Кальве-Пертеса) Остеохондропатия головки бедра у детей выделена в самостоятель­ ную группу из воспалительных заболеваний тазобедренного сустава [LeggA. Th., 1909;

Perthes G. С, 1910;

Calve J., 19101. С тех пор оно называется именами этих авторов. Заболевание относится к числу распространенных и встречается от 0,17 до 1,9% среди ортопедических больных. Среди всех остеохондропатий костей и суставов оно составляет от 0,2 до 3%, среди заболеваний тазобедренного сустава до 25,3% [Шапиро М. Н., Ципкин Б. Н., 1935;

Низовская М. М., Грацианский В. П., 1940;

Кры­ лова М. Д., 1966;

Богоявленский И. Ф., 1976]. Заболеванию подвержены дети преимущественно в возрасте от 4 до 10 лет, но встречаются случаи заболевания в более раннем и более позднем возрасте. Мальчики поражаются в 4—5 раз чаще девочек. Заболевание двух суставов встречается в 7—20% случаев, но необходимо учи­ тывать, что среди них могут быть системные заболевания костей и суставов, в частности эпифизарные дисплазии. Для остеохондропатии тазобедренного сустава характерно дли­ тельное течение (от 1,5 до 5—6 и даже 8 лет), в целом с благо­ приятным исходом, но с сохранившимися условиями раннего раз­ вития деформирующего артроза. Дистрофические и некротические изменения во всех элементах тазобедренного сустава доказаны мно­ гими авторами, но причины прекращения или снижения кровоснаб­ жения тазобедренного сустава до настоящего времени не установ­ лены. Выявленные в капсуле тазобедренного сустава скопления плаз­ матических клеток [Капитанаки А. Л., 1964], периваскулярных ин­ фильтратов, состоящих из лимфоцитов и плазматических клеток [Mass Р., 1957], утолщение и гипертрофия капсулы сустава [Спи­ ридонов Г. Т., 1959] могут быть расценены как показатели вялоте­ кущего инфекционно-аллергического воспаления. Однако экспериментально воспроизведенный асептический не­ кроз проксимального отдела бедра (прерыванием капсулярного кро­ вообращения) дает сходную картину ранних дорентгенологических изменений в капсуле тазобедренного сустава, в том числе и кле­ точную инфильтрацию. Поэтому остается неясным происхождение синовита: является ли он исходным пунктом или развивается в результате уже нарушенного кровообращения. В патогенезе болезни Пертеса выделяют четыре патогенетических звена: 1) первично-сосудистые нарушения;

2) изменения в капсуле (синовит);

3) высокое внутрикостное давление;

4) некроз костей, образующих тазобедренный сустав, и содержимого костномозговых пространств. На протяжении многих десятилетий наибольшее внимание как в исследовательском, так и в лечебном плане уделяется конечному патогенетическому звену заболевания, т. е. некрозу кости. В то же время первичное сосудистое звено остается малоизучен­ ным. Многими авторами при использовании непрямых методов ис­ следования отмечено нарушение кровообращения во всей нижней конечности у детей с болезнью Пертеса. При радионуклидных исследованиях выявлено понижение погло­ щения радиофармацевтического препарата в области пораженного тазобедренного сустава в сравнении со здоровым суставом и со всей нижней конечностью. Значительно более выражена задержка выве­ дения препарата, что свидетельствует о выраженном венозном застое [Абальмасова Е. А. и др., 1972;

Мавыев Б. О., 1985]. Полнокровие в одних и запустение в других сосудах капсулы тазобедренного сустава выявлено при микроскопическом ее исследовании [Мавыев Б. О., 1985]. С помощью реовазографических исследований выявлено значи­ тельное снижение показателей периферического кровообращения при болезни Пертеса. М. Д. Крылова (1964) во II стадии болезни Пертеса у детей с помощью флебографии выявила значительную задержку оттока. Ангиографическим исследованием, проведенным Б. О. Мавыевым (1985), у 6 детей с болезнью Пертеса с двух сторон статистически достоверно доказано уменьшение величины суммарного бассейна на пораженной стороне. Однако при этом не исследованы основные сосуды, питающие капсулу и проксимальный отдел бедра. В. Д. Шарпарь (1985) у 32 детей с болезнью Пертеса от ранней до конечной стадии процесса с помощью внутрикостной флебографии выявил замедление венозного оттока до 5—7 мин, замедление вы­ ведения контраста, иногда до 30 мин и более, уменьшение количества сосудов и их калибра, отток контраста через вены костномозговой полости, депонирование контраста в костных лакунах в месте его введения. Активность ретроградного оттока находилась в прямой зависимости от величины внутрикостного давления. Аналогичные, но менее выраженные изменения выявлены на флебограммах здорового тазобедренного сустава. На основании полученных данных автор считает, что сосудистые изменения носят системный характер с преимущественным локаль­ ным поражением в области тазобедренного сустава. Учитывая, что аваскулярный некроз на вскрытии выявлен не только в эпифизе, но и в шейке бедра и суставной впадине, можно предположить, что нарушение кровообращения в них происходит 16—1241 за счет сосудов капсулы. Поэтому изучение капсулы тазобедренного сустава и особенно сосудов капсулы у детей с болезнью Пертеса представляет большой интерес. В III стадии заболевания в полости сустава определялось избы­ точное количество синовиальной жидкости, густоватой консистен­ ции, желтоватого цвета. Капсула тазобедренного сустава была утолщенной и уплотненной, а синовиальная мембрана гипертрофированной и гиперемированной, особенно вокруг шейки бедра, где она образовывала наплывающий на край суставного хряща валик (В. А. Штурм). С помощью сканирующей и трансмиссионной электронной мик­ роскопии у 14 больных с болезнью Пертеса исследована капсула [Мавыев Б. О., 1985]. Выявлено, что суставная капсула имеет не­ однородное строение. В наружных слоях капсулы выявлено разрых­ ление волокнистых структур. Внутренние слои капсулы разрыхлены в большой степени. Среди тонких пучков фибрилл образуются ши­ рокие полости и щели, заполненные межтканевой жидкостью. В ультраструктуре клеток и фибрилл не было выявлено грубых из­ менений. В наружном слое капсулы фибриллы в пучках организованы параллельными рядами, а в их строении отмечаются признаки мукоидного набухания. Отчетливо выявляется полнокровие просвета венозных сосудов. В суставной капсуле встречаются капилляры с закрытыми, опавшими просветами. Просвет других капилляров до­ статочно широкий. Для патологического состояния характерным является чередование светлых и темных эндотелиальных клеток. Матрикс цитоплазмы просветленных клеток содержит микропиноцитозные везикулы, расположенные в основном по цитоплазматической мембране. Просветление цитоплазмы указывает на потерю калия и набухание цитоплазмы. В темных клетках с уплотненным матриксом микропиноцитозные везикулы заполняют цитоплазму по всему объему, и повышенная фиксация осмия связана с накоплением в клетке продуктов белкового распада. При исследовании крови у 14 больных с различными стадиями болезни Пертеса на содержание в крови кальция, фосфора, щелочной фосфатазы, общего белка, мукопротеидов, остаточного азота, глю­ козы, креатинина, калия, натрия, при проведении тимоловой пробы и при определении в моче кальция, фосфора, аминоазота и креа­ тинина отклонений от их содержания, как и у здоровых детей того же возраста, не выявлено [Мавыев Б. О., 1985]. Вегетососудистые расстройства при болезни Пертеса встречаются также нередко, но поскольку они у детей с односторонней болезнью Пертеса выявляются с двух сторон, их также можно рассматривать как фоновую реакцию. Можно предположить, что болезнь Пертеса у детей возникает как процесс, в котором какой-то остро возникающий сосудистый фактор остается пока нераскрытым, но он действует на указанных фоновых аллергических и сосудистых изменениях. Внутрикостное кровяное давление при его исследовании в межвертельной области у детей с болезнью Пертеса оказалось повышенным в 3 раза в сравнении с нормой (до 420±19 мм вод. ст. при норме 90—120 мм вод. ст.). Однако оно оказалось также повышенным и в противопо­ ложном здоровом тазобедренном суставе [Шарпарь В. Д., 1985]. Это может подтверждать ранее высказанную мысль о наличии нервнососудистого фона у больных с болезнью Пертеса. Также было от­ мечено, что в начальной стадии заболевания внутрикостное давление выше, чем у больных с более поздними стадиями [Крылова М. Д., 1964 ]. Подъем давления у детей с начальной и I стадией заболевания происходил значительно быстрее (за 5—7 мин), чем у детей со И—IV стадией (за 10—12 мин) [Шарпарь В. Д., 1985]. Некроз костных структур тазобедренного сустава при болезни Пертеса является следствием сосудистых расстройств. В I стадии процесса некроз костных балок с желтым костным мозгом, бедным клеточными элементами, выявляется в эпифизе, в шейке бедра, в меньшей степени в крыше впадины и большом вертеле. Исход болезни Пертеса и, в частности, раннее развитие дефор­ мирующего артроза связывают с изменениями формы и размеров эпифиза головки бедра. Однако изменения в покровном хряще го­ ловки в последующем развитии деформирующего артроза могут иметь большее значение, чем принято считать. Изменения в гиалиновом хряще головки, по мнению большинства авторов, связаны с нарушением его питания со стороны субхондрального слоя кости эпифиза, находящегося в состоянии некроза. На вскрытии В. А. Штурм подробно описал изменения в тазо­ бедренном суставе в III стадии болезни Пертеса, дающие объяснение неблагоприятным анатомическим исходам лечения заболевания, а также необходимость их учета при разработке новых методов ле­ чения, особенно хирургических. Вследствие некроза костных балок эпифиз головки бедра напоминает губку, и при надавливании он сморщивается. Аналогичное размягчение кости выявляется в параэпифизарной зоне шейки бедра, вследствие которого шейка сминается, а эпифиз головки оказывается надетым на сплющенную шейку, как колпачок. Головка имеет грибовидную форму или ее верхненаружный квадрант сдавлен. Валикообразно завернутые края головки, смещаясь к боль­ шому вертелу, наплывают на шейку, почти полностью ее покрывая. Эти изменения наводят на мысль о необходимости длительной и надежной разгрузки компонентов тазобедренного сустава до полного восстановления костно-хрящевых структур. Латеропозиция головки, наблюдающаяся в более ранней стадии болезни Пертеса, возникает вследствие отека жировой подушки, гиперплазии синовиальной мем­ браны и утолщения наружных слоев капсулы, увеличения синови­ альной жидкости в полости сустава. В покровном хряще головки и особенно в эпифизарной хрящевой пластинке происходят глубокие дистрофические и некротические изменения, захватывающие как клеточные элементы, так и матрикс, нередко образующие тканевый детрит. В нем выявляются некроти16* чески измененные хондроциты, их фрагменты и жировые капли, кристаллы солей, располагающиеся диффузно либо в виде целых конгломератов. Глубокие изменения коллагеновых фибрилл приводят к дезор­ ганизации волокнистого матрикса основного вещества [Мавыев Б. О., 1985]. При этом наблюдаются фиброзное набухание и распад кол­ лагеновых фибрилл на протеофибриллы. Фибриллы в местах дезорганизации фрагментируются, наруша­ ется их целость, а следовательно, и целость всего волокнистого каркаса. Клетки находятся в состоянии дегенеративных изменений или с признаками гидропической дистрофии. В хряще, окружаю­ щем некротизированную ткань, наблюдаются дистрофические из­ менения, главным образом со стороны клеточных элементов. Среди хрящевых клеток преобладают разбухшие клетки с просветленной цитоплазмой. Органеллы в таких клетках редуцируются и сохра­ няются в виде небольших канальцев зернистой эндоплазматической сети и единичных разбухших митохондрий. Почти все клетки содержат жировые включения в виде крупных или мелких капель и миелиновых включений. Накопление в цитоплазме воды, липидов свидетельствует о признаках водяночной и жировой дист­ рофии. Встречаются и функционально активные хондроциты. Их цитоп­ лазма заполнена расширенными канальцами, содержащими мелко­ дисперсный секреторный материал. В них хорошо развит один из основных синтезирующих компонентов клетки — пластинчатый ком­ плекс. Канальцы его часто отшнуровываются в виде везикул, со­ держащих секретирующии материал. Молодые несекретирующие хрящевые клетки встречаются довольно редко;

они содержат мно­ гочисленные митохондрии и полисомы. Функционально активные хондроциты содержат в цитоплазме водяночные вакуоли. В межклеточном веществе наблюдаются многочисленные коллагеновые фибриллы. Основное вещество богато гранулами протеогликанов, волокнистый остов имеет своеобразную структуру. Сет­ чатый волокнистый каркас местами заполнен гомогенным матриксом, содержащим замурованные фибриллы. Аналогичные изменения в хряще головки были получены и дру­ гими авторами [Catterall A. et al., 1982;

Ponseti et al., 1983]. Более выраженные дистрофические изменения выявлены в эпифизарной хрящевой пластинке [Штурм В. А., 1937]. В патогенезе болезни Пертеса большое значение придают пато­ логической антеторсии, считая ее первичным диспластическим ком­ понентом, усугубляющим расстройства кровообращения. Согласно современному представлению о патогенезе болезни Пер­ теса у детей, имеется поражение всех элементов тазобедренного сустава — капсулы, хрящей головки и впадины, эпифизарного хря­ ща, костей, образующих сустав. Поэтому есть все основания назы­ вать болезнь Пертеса остеохондропатией тазобедренного сустава (как это предлагал В. А. Штурм в 1935 г.) и иметь в виду, что задачи лечения этого заболевания значительно более сложные, а само лечение не должно усугублять имеющихся дистрофических изменений в тканях тазобедренного сустава. Клиника и диагностика. Патогномоничных симптомов для остеохондропатии тазобедренного сустава практически не существует, что и затрудняет ее раннюю диагностику. В одних случаях ранним симптомом заболевания является боль, в других — хромота. Атрофия мышц нижней конечности, более выраженная на бедре и в области ягодичных мышц, возникает рано и сохраняется постоянно. Для болезни Пертеса характерно самопроизвольное исчезновение боли и хромоты с возобновлением их через 3—4 мес. Боль нередко появляется или усиливается после физической нагрузки и стихает после отдыха. Локализация боли неодинаковая: у 65,9% больных она возникает в области тазобедренного сустава, у 12,4% — в коленном суставе, у 10,6% — во всей нижней конечности [Капитанаки А. Д., 1964]. Дети могут жаловаться на чувство «стягивания» в области большого вертела, где иногда определяется плотный отек на ограниченном участке. Хромота в начале заболевания может быть следствием боли и контрактуры в суставе. Позже хромота обусловливается снижением высоты эпифиза, укорочением шейки бедра, легким подвывихом бедра и слабостью ягодичных мышц. У детей с остеохондропатией тазобедренного сустава наиболее часто и рано ограничивается внутренняя ротация бедра, несколько реже встречается ограничение наружной ротации и сгибания, а также приведения. У 55% детей рано формируется сгибательная и наружноротационная контрактура [Капитанаки А. Л., 1964;

Лимин А. Л., Хвисюк Н. Н., 1970]. При болезни Пертеса почти постоянно выявляются вегетососудистые нарушения в виде мраморного рисунка кожи, бледности, похолодания и потливости стоп, замедления капиллярного пульса на пальцах стоп, снижение температуры, морщинистая кожа подо­ швенной поверхности стопы, замедление биологической и гидро­ фильной проб, асимметрия реакции потоотделения, нарушение кро­ вообращения во всей конечности, выявляемое при радионуклидном и вазографическом исследовании. Острое начало болезни Пертеса встречается в 0,4—6% случаев;

оно сопровождается подъемом температуры тела, внезапным появ­ лением выраженной боли и быстрым формированием контрактуры в тазобедренном суставе, воспалительным сдвигом в крови. У детей с обычным течением заболевания также нередко наблю­ даются субфебрильная температура, повышение СОЭ, лейкоцитоз, почти постоянно лимфоцитоз. В течении остеохондропатии головки бедренной кости у детей различают пять последовательно развивающихся стадий, каждой из которых свойственны свои патоморфологические и рентгенологиче­ ские особенности. Начальная (I) стадия характеризуется некрозом губчатой кости эпифиза и костного мозга, II стадия — импрессионным переломом, III стадия — фрагментацией эпифиза, IV ста­ дия — репарацией, V стадия — окончательным восстановлением структуры кости. Наибольшие трудности в рентгенологической диагностике испы­ тывают именно при начальной стадии заболевания. Поэтому для ее диагностики используют три группы признаков: изменения в мягких тканях (капсуле и мышцах), проекционные изменения в костях таза и тазобедренного сустава, прямые признаки заболевания. На мягкой рентгенограмме обоих тазобедренных суставов в I стадии можно выявить усиление интенсивности и расширение тени капсулы тазобедренного сустава вследствие синовита, расширение межмышечных пространств между средней, малой ягодичной и подвздошно-поясничной мышцами вследствие отека. Прямыми признаками I стадии заболевания являются остеопороз костей тазобедренного сустава и соответствующей половины таза, особенно верхненаружного отдела суставной впадины, неоднород­ ность, пятнистость параэпифизарной зоны шейки бедренной кости, извилистость и неравномерность хрящевой эпифизарной пластинки, уплощение сферического контура эпифиза, появление выпуклого наружного контура шейки бедренной кости, увеличение высоты суставной щели. Проекционные признаки можно выявить лишь при условии пра­ вильной симметричной укладки больного, рентгенографии костей таза и обоих тазобедренных суставов. К этим признакам относят разную проекцию крыла подвздошной кости, запирательного отвер­ стия справа и слева, расширение фигуры слезы. В качестве ранних косвенных признаков болезни Пертеса пред­ ложены рентгенометрические: смещение крестца в здоровую сторону;

изменение формы линии Шентона из дугообразной в квадратную, увеличение эпифизарно-диафизарного угла Альсберга, увеличение угла, образованного пересечением оси бедра с плоскостью входа в суставную впадину, уменьшение угла, образованного пересечением линии Хильгенрейнера с продолжением линии эпифизарного хряща, смещение вершины и увеличение угла, образованного пересечением сагиттальной оси таза с продолжением плоскости входа в суставную впадину [Крюкова Н. Н., 1979]. В конце I стадии в параэпифизарной зоне шейки бедра могут выявляться очаги деструкции, в области которых позже формируются кистевидные просветления;

шейка укорачивается, становится шире. I стадия продолжается до 6 мес [Рейнберг С. А., 1964]. Во II стадии некротические костные балки, теряя прочность под влиянием статической и динамической нагрузки, надламываются и импрессируются. Рентгенологически в этой стадии тень эпифиза уплотняется;

структура его утрачивается, а высота снижается, су­ ставная щель соответственно расширяется. Начиная с этой стадии диагностика заболевания не представляет затруднений. II стадия продолжается от 3 до 6—8 мес. В III стадии происходит реваскуляризация эпифиза, хряща го ловки, губчатой кости шейки. В глубь некротизированной кости эпифиза врастает соединительная ткань, а вместе с ней и сосуды. Они разделяют головку на отдельные фрагменты, а в шейке обра­ зуются кисты различных размеров. Эта стадия продолжается от одного года до 1,5 лет. Одновременно за рассасыванием старой кости следует процесс образования новой кости, который идет активнее с внутренней стороны, а в центре головки могут, длительно сохра­ няться плотные секвестроподобные тени. IV стадия характеризуется тем, что исчезают секвестроподобные тени, эпифиз полностью замещается новообразованной костью с участками просветления в центре. V стадия соответствует завершению структурной перестройки шей­ ки бедра, восстановлению формы головки. Восстановление головки мо­ жет быть двояким;

при благоприятных исходах высота эпифиза голо­ вки приближается к его высоте в здоровом суставе. Однако при самых идеальных исходах высота головки восстанавливается не более чем на 85 %. При менее благоприятных исходах головка имеет грибовидную форму;

она на 30—70% не перекрывается впадиной, у 75% больных впадина уплощается и вытягивается кверху [Радулеску А., 1967]. Шейка бедренной кости укорачивается и расширяется. В этих случаях может формироваться подвывих бедра. У детей с подвывихом создаются условия к раннему возникно­ вению болей и развитию деформирующего артроза, который В. М. Ермолаев и Н. Д. Мицкевич наблюдали у больных в возрасте 15—20 лет. Встречаются атипичные формы болезни Пертеса, клинически от нее неотличимые, но рентгенологически различные. М. Д. Крылова (1971) описала локализованную форму остеохондропатии в верхненаружном квадранте головки, а А. Л. Лимин и Н. И. Хвисюк (1970) в 19% случаев наблюдали субкапитальную форму — с более благоприятным течением. Дифференциальная диагностика болезни Пертеса у детей часто затруднена и требует динамического наблюдения при ограниченном двигательном режиме. Наиболее часто ее приходится дифференцировать от так назы­ ваемых болезней роста, клинически ничем не отличающихся от болезни Пертеса. У этих детей боль возникает часто в период скачка роста, может наблюдаться в обоих тазобедренных суставах, голенях, реже колен­ ных суставах;

она нередко усиливается в ночное время, стихает после массажа, ванны, теплого укутывания. На рентгенограмме в двух проекциях изменения выявляются преимущественно в эпифизарной зоне, которая имеет извилистый характер. В параэпифизарной зоне шейки бедра структура кости неоднородна: очаги остеопороза чередуются с остеосклерозом, при­ давая эпифизарной зоне расширенный вид. Первоначально эти изменения нами были расценены как ранние признаки болезни Пертеса, и дети получали соответствующее ле­ чение.

Динамическое наблюдение за ними показало, что у всех у них через 3—6 мес боли исчезали, структура шейки бедра и эпифизарной зоны нормализовалась, а изменения, характерные для болезни Пертеса, ни в одном случае не развились. Атрофия мышц сохраняется стойко, как и при болезни Пертеса. Если при наличии болей в тазобедренных суставах формируются и сгибательно-приводящая контрактура, ограничение внутренней ротации, тогда возникает необходимость в дифференциальной ди­ агностике болезни Пертеса между вялотекущим инфекционным ар­ тритом и полиартритом. У детей после перенесенного инфекционного заболевания или после обострения хронического тонзиллита, отита, гайморита может возникнуть боль в тазобедренном суставе со сгибательно-приводящей или отводящей контрактурой и хромотой, атрофией мышц как след­ ствие инфекционного синовита. Поскольку болезнь Пертеса нередко возникает после тех же инфекционных заболеваний и также начинается с синовита, то таким детям необходимо исключить нагрузку на сустав и проводить лечение основного инфекционного очага. При выраженных болях дополнительно назначают бруфен, ограничивают двигательный ре­ жим с полным исключением прыжков, бега, занятий физкультурой в школе (не менее чем на 3 мес) до следующей рентгенограммы. По мере ликвидации инфекционного заболевания у больных исчезают боль и контрактура в тазобедренном суставе, полностью восстанавливается функция и исчезает хромота. Если и на контрольной рентгенограмме патологические измене­ ния не выявляются, то диагноз инфекционного синовита подтвер­ ждается. Если после ликвидации инфекционного заболевания сохраняются боль, контрактура в суставе и хромота, а в крови воспалительный сдвиг, то дифференциальную диагностику следует проводить с ин­ фекционным артритом. При двустороннем поражении следует иметь в виду эпифизарную дисплазию. Лечение. Комплексное консервативное лечение болезни Пертеса у детей показано во всех случаях, как только установлен диагноз. При этом предусматриваются полная разгрузка конечности, улуч­ шение и нормализация кровообращения в области тазобедренного сустава и во всей пораженной конечности, стимулирование процессов рассасывания некротизированной кости и следующих за ним про­ цессов новообразования, сохранение функции тазобедренного сус­ тава, поддержание тонуса мышц конечности и общего мышечнэго тонуса. Полную разгрузку конечности следует назначать немедленно, как только установлен диагноз. С целью разгрузки используют вытяжение манжетой за голено­ стопный сустав или шинно-гильзовый тутор, обычно туго фиксиро­ ванный на бедре и голени. При атрофии мышц, распространенных вегетососудистых нарушениях во всей конечности (прежде всего выраженных застойных явлениях в венозном русле) такие виды вытяжения следует считать нерациональными, так как они сами способствуют венозному застою в конечности. Широкое применение нашли гипсовая кроватка и глухая гипсовая повязка, лечение в которых каждые 3—4 мес чередуют с функци­ ональным восстановительным лечением или скелетным вытяжением. Использование обширного арсенала медикаментозных средств и, в частности, сосудорасширяющих препаратов, как и физиотерапев­ тических агентов, оказалось не всегда оправданным. Выявленные при болезни Пертеса расстройства кровообращения сохраняются стойко во всех стадиях, что, очевидно, и определяет длительность течения заболевания. Поэтому возникает необходимость в изучении ответной сосуди­ стой реакции при назначении медикаментозных средств, физиоте­ рапевтических и курортных факторов для выявления наиболее эф­ фективных из них и определения наиболее оптимальных условий их применения (в стадии реваскуляризации). Массаж пораженной конечности проводят во всех стадиях заболевания с перерывами на 1—2 мес;

он направлен прежде всего на устранение застойных явлений в лимфатической и венозной системах конечности и улуч­ шение активного кровообращения. Дети с болезнью Пертеса на весь период лечения должны полу­ чать витамины, соки, фрукты, овощи, белковую пищу. Общую гимнастику (с включением пораженной конечности) де­ тям следует проводить не менее 2 раз в день с самого начала и до окончания лечения. Больший эффект укрепления мышечной систе­ мы, улучшения дыхательной функции и сосудистого тонуса можно получить при использовании отягощения с постепенно возрастающей нагрузкой. Упражнения, направленные на поддержание мышечного тонуса, чередуют с дыхательными упражнениями. Увеличения емкости груд­ ной клетки можно добиться раздуванием цветных шариков, затем камер надувных игрушек, контролируя эффект спирометрией. На пораженной стороне активные движения в голеностопном и коленном суставах, активное напряжение ягодичных мышц начинают с I стадии и продолжают до завершения лечения. В III стадии болезни Пертеса детям разрешают присаживаться, а с IV стадии пассивные движения в тазобедренном суставе допол­ няют активными. С восстановлением структуры эпифиза и шейки бедра используют упор больной ноги на пружинных приспособлениях (ходьба лежа), вращение стационарного велосипеда или тренажера, легкую опору на конечность во время ходьбы на костылях. Полную нагрузку на конечность разрешают лишь после того, как на двух последних рентгенограммах, сделанных с интервалом в 2—3 мес после указанного выше подготовительного лечения, струк­ тура головки и шейки бедра остается неизменной. Нагрузку на конечность без костылей в первый год после окон­ чания лечения увеличивают постепенно, исключая прыжки, пере­ ходы на большие расстояния, подъем тяжести, приседания. В это время рационально использовать прогулки на велосипеде, плавание. В дальнейшем лицам, перенесшим болезнь Пертеса, необходимо избегать чрезмерных нагрузок на сустав, систематически проводить утреннюю гимнастику (преимущественно лежа, исключая упраж­ нения приседания), теплый или контрастный душ на нижние ко­ нечности и спину, пребывать на море в летнее время и плавать в бассейне зимой. Продолжительность и исходы лечения болезни Пертеса находятся в прямой зависимости от возраста детей и стадии болезни к началу лечения. Исход более всего определяется степенью сосудистых рас­ стройств и тяжестью изменений в тазобедренном суставе. Результаты лечения болезни Пертеса оценивают преимущест­ венно по трехбалльной системе. Н. Waldenstrom получил отличные функциональные исходы у 62% детей, хорошие — у 25%, удов­ летворительные — у 13%, а рентгенологически хорошие исходы определены только у 30% детей, удовлетворительные — у 54%, плохие — у 16% детей. Остеохондропатический процесс лишь в редких случаях не оставляет последствий, и поэтому нельзя рас­ считывать на хорошие исходы самоизлечения. К хирургическому лечению остеохондропатии головки бедренной кости прибегают сравнительно редко. Оно направлено на ускорение реваскуляризации эпифиза головки и сокращение сроков лечения. А. Л. Капитанаки (1963) считает хирургическое лечение пока­ занным в случаях замедленного рассасывания некротизированных костных балок эпифиза, а Э. И. Шаиро (1970) — во всех случаях в стадии импрессионного перелома. Предложены различные хирургические методы лечения болезни Пертеса: чрезвертельная остеотомия бедра [Козловский А. А., 1924], туннелизация шейки и эпифиза бедра спицей Киршнера при затя­ нувшейся III стадии. В качестве постоянного раздражителя для реваскуляризации и костеобразования используют свободный ауто­ трансплантат, аутотрансплантат на питающей ножке. Небольшое число наблюдений каждого из перечисленных методов в руках одного автора не позволяет дать им объективную оценку. А. Л. Капитанаки отметил ускорение реваскуляризации эпифиза головки бедра у 8 из 9 больных после туннелизации и у одного из 3 — после меж­ вертельной остеотомии бедра. Э. И. Шаиро (1970) при введении в шейку и эпифиз бедра аутотрансплантата на питающей сосудистой ножке отметил сокращение сроков восстановления эпифиза головки бедра. Собственный опыт показывает, что после чрезвертельной остео­ томии развивается остеопороз в проксимальном отделе бедра, ко­ торый сохраняется длительное время, но при этом ускорения вос­ становительных процессов и улучшения исходов нами не установ­ лено. Гомотрансплантат, введенный в шейку бедра, сохраняется неизменным до 4—6 лет, а в ряде случаев вокруг него образуется склеротический вал, возможно, как проявление тканевой несовме­ стимости. Такие трансплантаты, безусловно, не являются стимуля­ торами процессов реваскуляризации и костеобразования.

С развитием сосудистой хирургии стали пересаживать сосуды в эпифиз головки бедра. Однако при исследовании кровообращения в области тазобедренного сустава через 4—6 мес после пересадки сосуда установлено прежнее его снижение [Мавыев Б. О., 1985].

10.1.3. Остеохондропатия бугристости большеберцовой кости (болезнь Осгуда— Шлаттера) Заболевание впервые описано С. Schlatter и R. В. Osgood в 1903 г. Встречается часто, поражает преимущественно мальчиков в возрасте 13—15 лет, занимающихся спортом, нередко наблюдается с двух сторон. В основе заболевания лежат нарушения процессов окостенения [Шапиро М. И., Ципкин Б. Н., 1935]. При микроскопическом ис­ следовании тканей апофиза некроз костных балок не обнаружен [Крылов Н. Л., 1968]. У ряда подростков изменения в области бугристости большебер­ цовой кости сочетаются с изменениями в позвоночнике, напомина­ ющими остеохондропатию, что подтверждает дизонтогенетическую природу этих двух процессов. Боль и припухлость в области бугристости большеберцовой кости часто возникают после повышенной физической нагрузки или трав­ мы, при натяжении связки надколенника. Клиническая диагностика заболевания более достоверна, чем рентгенологическая. В оценке рентгенологических признаков болезни Осгуда—Шлат­ тера необходимо учитывать варианты нормальной оссификации апо­ физа большеберцовой кости, неравномерность с обеих сторон [РейнбергС. А., 1964;

Радулеску А. И., 1967]. Именно поэтому диагностику заболевания основывают на данных клиники (боль, припухлость) и несоответствии между значительным увеличением хряща апофиза, выявляемого при пальпации, и мень­ шей его величиной на рентгенограмме. Заболевание следует дифференцировать от инфрапателлярного бурсита, остеомиелита, хрящевой опухоли. При лечении предусматриваются исключение всех видов пере­ грузок, электрофорез эуфиллина, никотиновой и аскорбиновой кис­ лот, новокаина, а при выраженных и стойких болях — гидрокор­ тизона. Целесообразно чередовать их с УВЧ, диатермией постоянным магнитным полем [Долганова А. А., 1984]. Согревающий компресс, в том числе с ронидазой, на ночь уменьшает боль в области буг­ ристости. Процесс, как правило, протекает благополучно и завершается выздоровлением. Среди хирургических вмешательств следует отме­ тить просверливание каналов в бугристости большеберцовой кости [Judet, 1946], продольное рассечение связки надколенника [Cole J., 1942]. Наиболее часто прибегали к синостозирующим операциям и даже удалению фрагментов апофиза большеберцовой кости [Крупко И. А., 1967;

Крылов Н. А., 1968, и др. ]. Необходимо учитывать, что апофиз болыыеберцовой кости образуется из ее эпифиза, поэтому преждевременное синостозирование апофиза у детей может привести к развитию рекурвации коленного сустава.

10.1.4. Остеохондропатия тела позвонка (болезнь Кальве, плоский позвонок) Плоский позвонок впервые описан J. Calve в 1925 г. Как указывает С. А. Рейнберг (1964), это заболевание не относится к числу редких, а по данным М. В. Волкова и В. Л. Андрианова (1970), среди опу­ холевых и диспластических процессов в позвоночнике у детей и подростков оно составило 20%. По представлению Кальве, в основе плоского позвонка лежит асептический некроз губчатого вещества тела позвонка, что под­ тверждено микроскопическими данными. Однако при пункционной биопсии установлено, что развитие плоского позвонка наблюдается при болезни Гоше, лимфогрануле­ матозе и наиболее часто при эозинофильной гранулеме. Плоский позвонок чаще встречается у мальчиков, преимущест­ венно в возрасте 7—14 лет. По данным К. X. Хакимжановой (1974), из 47 больных у 27 были поражены грудные, у 13 — поясничные, у 7 — шейные позвонки, а у 25 больных выявлен множественный эозинофилез. Ранними симптомами заболевания являются утомляемость в спине, боль в позвоночнике или иррадиирующая боль, которая может впервые возникнуть в момент прыжка, кувырка через голову. В этих случаях боль может быть следствием патологического перелома тела позвонка, иногда она сопровождается кратковременной слабостью в ногах. При пальпации остистых отростков определяются болезненность и пуговчатое выступление остистого отростка пораженного позвонка. Наклон корпуса и разгибание могут быть ограниченными, возможны корешковые и спинальные симптомы. У 6% детей заболевание начинается с подъема температуры тела до 39°С. В анализах крови выявляются увеличенная СОЭ, эозинофилия. На профильной рентгенограмме в начале заболевания могут выяв­ ляться склероз нижней и смежной площадки тела позвонка, снижение высоты и легкая клиновидность его;

в Ve случаев может обнаружи­ ваться паравертебральная тень, напоминающая натечный абсцесс. С нарастанием уплощения тела и увеличением его диаметра, увеличе­ нием высоты межпозвоночных промежутков, уплотнением тени упло­ щенного позвонка трудности в диагностике болезни Кальве исчезают. Болезнь Кальве в ранней стадии следует дифференцировать от инфекционного остеохондрита, остеомиелита, туберкулезного спон­ дилита, плоского позвонка у детей с остеопорозом. Если основу уплощения позвонка составляет эозинофильная гра­ нулема, то больному назначают строгий постельный режим, как только установлен диагноз. У детей с поражением грудных и поясничных по­ звонков в реклинирующей кроватке добиваются максимальной раз грузки тела позвонка, предупреждая дальнейшее уплощение и созда­ вая благоприятные условия для восстановления его высоты и структу­ ры. В положении лежа проводят массаж, общую и лечебную гимнасти­ ку, при этом упражнения, направленные на реклинацию уплощенного позвонка и укрепление мышц спины, занимают ведущее место. На время обучения и подготовки уроков ребенок лежит на животе с под­ ложенной под грудь высокой и жесткой подушкой. В. Л. Андрианов и К. X. Хакимжанова (1972) у 16 детей приме­ нили металлическую стяжку позвонков, сократившую сроки лече­ ния. Однако активность восстановительных процессов более всего определяется возрастом ребенка: чем меньше возраст, тем активнее и быстрее завершается процесс. На весь период лечения в рацион вводят пищу, богатую вита­ минами, назначают поливитамины, а при наличии неврологических симптомов проводят курсы витаминов Bi, Вб, Вц, прозерина. В стадии восстановления позвонка разрешается ходить в корсете, обес­ печивающем разгрузку или реклинацию уплощенных позвонков. После выписки из стационара в домашних условиях больные продолжают гимнастику (2 раза в день), теплый душ на спину вместо массажа, домашние уроки готовят лежа.

10.1.5. Остеохондропатия бугра пяточной кости Остеохондропатия апофиза пяточной кости описана P. Haglund в 1907 г. и Н. Schinz в 1922 г.;

у детей встречается редко. Забо­ левание начинается с острых или постепенно усиливающихся болей в области бугра пяточной кости, особенно после нагрузки. Над пяточным бугром возникает припухлость без признаков воспале­ ния. При пальпации или разгибании стопы в этой области пятки появляется выраженная боль. Больные ходят с опорой на передний отдел стопы. Трудности рентгенологической диагностики связаны с тем, что и в норме апофиз пяточной кости у детей имеет до четырех ядер окосте­ нения, среднее из которых, как правило, уплотнено. Смежные повер­ хности пяточной кости и апофиза, как правило, зазубрены. Наиболее характерным для остеохондропатии апофиза пяточной кости рентгенологическим признаком является пятнистая структура уплотненного ядра окостенения. Заболевание следует дифференци­ ровать от ахиллобурсита, тендопериостопатии, пяточной шпоры. Лечение консервативное. При выраженных болях, усиливающих­ ся при опоре, конечность фиксируют гипсовой лонгетои и исключают нагрузку. Одновременно проводят электрофорез новокаина, чередуя его с сосудорасширяющими средствами, ультразвук, диатермию, на ночь — согревающие компрессы. После ликвидации болей разре­ шают нагрузку на конечность в обуви с широким устойчивым каблуком. С целью уменьшения нагрузки на пятку используют стельку с выкладкой продольного (внутреннего и наружного) и поперечного сводов.

10.1.6. Остеохондропатия ладьевидной (болезнь Келера I) кости стопы Заболевание впервые описано A. Kdhler в 1908 г., встречается редко, преимущественно у детей в возрасте 8—12 лет. Процесс может развиваться на обеих стопах. Микроскопически доказан асептиче­ ский некроз губчатой ладьевидной кости и сохранность покровного хряща. Заболевание начинается с боли по тыльной поверхности стопы, хромоты. На уровне ладьевидной кости выявляется припухлость, болезненная при пальпации. Возможны ночные боли. Дети ходят с опорой на наружный край стопы. Болезнь продолжается от 8—12 мес до 1—2 лет. Рентгенологическая картина, в начальной стадии характеризуется остеопорозом, затем уменьшением ядра окостенения ладьевидной кости с последующим его уплотнением и сплющиванием и фраг­ ментацией. Процесс обычно заканчивается неполным восстановле­ нием высоты кости. Как только установлен диагноз, полностью исключают нагрузку. Стопу фиксируют гипсовым сапожком или лонгетой. Одновременно проводят физиотерапевтическое лечение: электрофорез сосудорас­ ширяющих средств, ультразвук, диатермию. После ликвидации припухлости и болей разрешают ходьбу в обуви с лечебной стелькой, поддерживающей своды. Все виды пе­ регрузок исключают до полного завершения процесса.

10.1.7. Остеохондропатия головки (болезнь Келера II) плюсневой кости Заболевание описано A. Kohler в 1920 г. Встречается преимущест­ венно у лиц женского пола в возрасте 10—20 лет. В основе лежит асептический некроз эпифиза головки II, реже III, плюсневой кости и крайне редко — обеих костей. Заболевание начинается с болей у основания II—III пальцев стопы, усиливающихся при ходьбе и при пальпации. На тыле стопы у осно­ вания пальца появляется отек. Больные ходят с опорой на пятку, раз­ гружая передний отдел стопы. Боль сохраняется продолжительное вре­ мя, затем постепенно стихает. В позднем периоде боль может возоб­ новиться в связи с развитием деформирующего артроза. Рентгенологически чаще выявляются уплотнение и снижение высоты головки плюсневой кости;

затем она приобретает пятнистый рисунок, суставная щель расширяется. В конечной стадии полного восстановления формы головки не наступает. Лечение консервативное. В стадии острых болей и наличия отека стопу фиксируют гипсовой лонгетой с моделированием поперечного свода и каблучком для опоры. Одновременно проводят электрофорез поочередно новокаина и сосудорасширяющих средств. Используют ультразвук, диатермию, озокеритовые и грязевые аппликации, на ночь согревающие компрессы.

После устранения отека и исчезновения болей назначают орто­ педическую обувь с выкладкой продольного и поперечного сводов, обеспечивающих разгрузку переднего отдела стопы. А. Радулеску (1967) у больных с выраженными болями предложил резекцию головки с пластикой акриловым протезом. Однако детям и подросткам это вмешательство противопоказано.

10.1.8. Остеохондропатия надколенника (болезнь Синдинга-Ларсена) Заболевание встречается редко. Больные предъявляют жалобы на боль в коленном суставе. При объективном исследовании выявляется локальная выраженная болезненность на ограниченном участке ниж­ него полюса надколенника, она усиливается при движениях и на­ тяжении связки надколенника. На рентгенограмме отмечается не­ четкость контура надколенника, чаще у нижнего полюса на огра­ ниченном участке с прилежащей секвестроподобной тенью. При консервативном лечении боль и литический характер очага сохра­ няются длительно (до 1—1,5 лет).

10.1.9. Остеохондропатия полулунной (болезнь Кинбека) кости кисти Заболевание описано R. Kienbock в 1925 г. У детей и подростков встречается редко, возникает преимущественно у лиц мужского пола в возрасте 17—50 лет, чаще без видимых причин. В основе его лежит субхондральный некроз полулунной кости. Болезнь проявляется локальной болью и припухлостью в области полулунной кости. При тыльном сгибании кисти, сжатой в кулак, боль усиливается. На рентгенограмме определяются сначала сма­ занная картина структуры кости, секвестроподобно уплотненные тени, затем снижение высоты полулунной кости. Лечение консервативное: фиксация кисти гипсовой лонгетой в положении легкого разгибания, электрофорез новокаина и сосудо­ расширяющих средств, ультразвук, озокеритовые и грязевые апп­ ликации. Исход лечения благоприятный при ранней диагностике и длительном лечении. У взрослых может появиться боль, обусловленная деформирую­ щим артрозом, по поводу которого проводят повторные курсы кон­ сервативного лечения, а при его безуспешности могут возникнуть показания к оперативному лечению.

10.1.10. Остеохондропатия грудинного конца ключицы Заболевание относится к числу редких. Начинается с припухлости и болезненности в области грудино-ключичного сустава. При пальпации выявляются утолщение грудинного конца клю­ чицы, болезненность.

На рентгенограмме отмечаются несколько расширенный грудинный конец ключицы, неравномерная оссификация в его области. Лечение консервативное, предусматривающее ограничение дви­ жений соответствующей верхней конечности. Местно — физиоте­ рапевтическое лечение (ультразвук, диатермия, электрофорез но­ вокаина и сосудорасширяющих средств).

10.1.11. Рассекающий остеохондроз суставных поверхностей (болезнь Кёнига) Заболевание описано F. Konig в 1920 г. Рассекающий остеохондроз (остеохондрит) представляет собой ограниченный субхондральный некроз суставного отдела кости. Среди ортопедических заболеваний встречается в 0,8%, а среди заболеваний коленного сустава — до 2%. У детей встречается сравнительно редко [Диасемидзе А. X., 1976]. Этиология заболева­ ния окончательно не выяснена. Некоторые авторы считают причиной субхондрального некроза эмболию сосудов, питающих ограниченный участок эпифиза. Другие ведущее значение придают травме, в том числе микротравме, так как локальный некроз возникает в наиболее нагружаемых отделах у молодых лиц, испытывающих постоянные большие нагрузки. Рассекающий остеохондроз возникает преимущественно в возра­ сте 20—40 лет;

у лиц мужского пола в 2 раза чаще. Патологический очаг у 93% больных локализуется в коленном суставе, причем у 68% больных с двух сторон;

значительно реже — в локтевом, голеностопном и тазобедренном суставах. Различают три стадии течения процесса. Заболевание обычно начинается с боли в суставе и небольшого синовита, возникающих после нагрузки и исчезающих после отдыха и покоя. В этой стадии на рентгенограмме в области суставной поверхности может выявляться ограниченный участок субхондрального уплотне­ ния кости, иногда с узкой зоной просветления в окружности. Во II стадии боль в суставе приобретает более постоянный и выраженный характер. На рентгенограмме уплотненный субхонд­ ральный участок кости окружен более широкой зоной просветления. В III стадии у детей и взрослых сохраняется боль в суставе, но у детей синовит бывает редко, в то время как у взрослых он более постоянный. Если некротизированный костно-хрящевой фраг­ мент отделился и превратился в свободное тело, то возможны блокады. Трудности диагностики испытываются при атипичных формах, проявляющихся в виде плоских и миниатюрных кистозных очагов. Рассекающий остеохондроз суставных поверхностей у детей, осо­ бенно если имеется двустороннее или множественное поражение, наиболее часто следует дифференцировать от множественной эпифизарной дисплазии. У детей, подростков и взрослых также следует иметь в виду повреждение хряща мыщелков бедра и надколенника, сопровождающееся болями и синовитом.

В I и во II стадии процесса показано только консервативное лечение в виде ограничения нагрузки с полным исключением прыжков, бега и других видов перегрузки. Местно — ультразвук, диа­ термия, электрофорез новокаина, сосудорасширяющих средств, гид­ рокортизона. Такое лечение у детей и подростков дает хорошие результаты, у взрослых с синовитом могут быть повторные обострения. Хирургическое лечение показано в случаях частных блокад, обусловленных ущемлением отделившегося свободного костно-хрящевого тела. При артроскопии можно не только уточнить диагноз, но одно­ временно удалить мелкие хрящевые тела, а также значительно уменьшить объем хирургического вмешательства для удаления более крупных свободных костно-хрящевых тел. Для этого свободное тело специальным инструментом подтягивают и фиксируют в наиболее доступном для разреза участке сустава, над которым делают разрез в 2—3 см, и тело удаляют. Рану ушивают наглухо. После удаления суставной мыши боль и синовит, как правило, исчезают. При значительных очагах некроза, длительном их сохранении без положительной динамики, сопровождающихся болями и сино­ витом, прибегают к туннелизации или удалению некротизированных участков кости.

10.2. РАХИТ И РАХИТОПОДОБНЫЕ ЗАБОЛЕВАНИЯ У ДЕТЕЙ Рахит — системное заболевание, встречающееся чаще у детей ран­ него возраста и характеризующееся расстройством кальциевого и фосфорного обмена. Проявляется нарушениями костеобразования, функций нервной системы и внутренних органов. Частота рахита у детей первого года жизни колеблется от 56,5 до 80,6%. В последние годы обращено внимание на учащение ранних форм рахита, проявляющихся уже в периоде новорожденности, в возникновении которых важное значение придается хроническим заболеваниям беременных, осложненному течению беременности, перенесенным заболеваниям в раннем неонатальном периоде [Лукь­ янова Е. М., Антипкин Ю. Г., Омельченко Л. И., 1988]. С точки зрения детской ортопедии важное значение имеют два периода рахитического процесса: острый или подострыи и период остаточных явлений. В острой стадии лечебные мероприятия вклю­ чают медикаментозные средства, диетическую коррекцию и орга­ низацию правильного режима ребенка. В периоде остаточных яв­ лений проводят хирургические вмешательства. Этиология и патогенез. На современном уровне знаний среди этиологических факторов сохраняет значение гиповитаминоз D [Krause et al., 1984;

Markestad et al., 1984]. По мнению многих исследователей [Lawson et al., 1979;

Heath, 1983], эндогенный синтез витамина D в коже под влиянием ультрафиолетовых лучей имеет решающее значение для поддержания нормального D-витаминного статуса организма, тогда как потребление его с пищей при обычной диете существенно не влияет на уровень 25(ОНШз в крови. Недо­ статочное пребывание вне помещения, загрязнение окружающей среды, сезонные колебания интенсивности инсоляции остаются свое­ образными факторами риска в развитии рахита. К предрасполагающим факторам относят также недоношенность, дефицит минеральных веществ в пищевом рационе, неодновременное созревание в процессе постнатального развития многочисленных ферментных, транспортных и структурных белковых систем, уча­ ствующих в регуляции фосфорно-кальциевого гомеостаза и метабо­ лизма витамина D [Спиричев В. Б., 1977]. Определенная роль в возникновении рахита отводится алиментарной недостаточности ви­ таминов A, Bi, B2, В6 [Тажабаев Ш. С, 1984] и микроэлементов [Мякишева Л. С, 1981]. Успехи, достигнутые в изучении патогенетических механизмов рахита, связаны с изучением обмена и механизма действия витамина D в организме человека и животных. Установлено, что для прояв­ ления физиологической активности в организме стероидная молекула витамина D должна подвергнуться определенным преобразованиям. Первая реакция гидроксилирования боковой цепи стероида проис­ ходит в печени с образованием 25-оксивитамина D3 — 25(ОН)Бз. Второй этап осуществляется в почках, где 25(ОН)Оз под воздейст­ вием ферментов (гидроксилаз) превращается в два активных мета­ болита: 1,25-диоксивитамин Бз — 1,25(ОН)д1>а и 24,25-диоксивитамин D3 — 24,25(OHhD3. Наибольшей биологической активностью из них обладает 1,25(ОН)зЬз (кальцитриол), который относится к стероидным гормонам, регулирующим кальциевый обмен. Именно 1,25(ОН)2Оз оказывает на кишечник и всасывание кальция наиболее сильное и специфическое действие [Бауман В. К., 1987]. При рахите вследствие недостаточности экзогенного поступления витамина D или его эндогенного синтеза возникает дефицит транспортной формы 25(OH)D3 и почечной активной формы 1,25(ОН)гОз. Это приводит к нарушению абсорбции кальция и фосфора в кишечнике и дефициту этих минералов в крови. Большую роль в патогенезе рахита играет повышение функции паращитовидных желез. Явления вторичного гиперпаратиреоидизма вследствие снижения ионизированного кальция в крови доказаны прямым определением повышенной концентрации паратиреоидного гормона (ПТГ) в крови больных рахитом. С гиперфункцией паращитовидных желез связано появление таких биохимических мар­ керов рахита, как гиперфосфатурия и гипераминоацидурия и легкий метаболический ацидоз. При рахите нередко выявляется нарушение функций ряда других эндокринных желез (щитовидной, гипофиза, надпочечников), осо­ бенно в период разгара. Для правильного формирования костного скелета необходимо оптимальное соотношение солей кальция и фосфора в крови — 1:2. Если концентрация этих солей снижается, то наступают изменения в костях, в других системах и органах. При рахите это соотношение становится 1:3 или 1:4. Нарушения фосфорного и кальциевого обмена динамичны, и чем тяжелее протекает рахит, тем значительнее снижается содержание этих солей, особенно фосфора. Они достигают своего максимума в разгар заболевания, при выздоровлении ребенка нормализуется содержание в крови фосфора, а затем и кальция. Гипофосфатемия ведет к понижению окислительных процессов в организме ребенка, что сопровождается накоплением недоокисленных продуктов обмена и развитием ацидоза. Эти нарушения при­ водят к недостаточному отложению солей кальция в новообразо­ ванной кости и вымыванию их из образовавшейся нормальной ко­ стной ткани. Поэтому кости размягчаются и деформируются. Наряду с этим происходит разрастание неполноценной остеоидной ткани. Патогенез рахита сложен и в полной мере еще не объяснен, но новые сведения о нем помогают созданию комплексного патогене­ тического лечения. Классификация и клиника. По существующей классификации выделяют периоды, степень тяжести и характер течения рахита. Различают периоды болезни: начальный, разгар, реконвалесценцию, остаточные явления;

характер течения: острое, подострое, рециди­ вирующее заболевание;

степень тяжести: I степень — легкая, II степень — средней тяжести, III степень — тяжелая. Первые клинические признаки рахита у доношенных детей обыч­ но обнаруживают в возрасте 2—3 мес, у недоношенных детей — с конца 1-го месяца жизни. Самые ранние его признаки — это функциональные нарушения нервной системы: чрезмерная потли­ вость, облысение затылка, пугливость, тревожный, неспокойный сон. В начальном периоде болезни могут быть податливость при пальпации краев переднего родничка, изменения со стороны желу­ дочно-кишечного тракта. Данные биохимического анализа крови показывают снижение фосфора и нормальное содержание кальция, понижение щелочного резерва крови. К концу начального периода обнаруживают изменения со стороны костной системы, которые начинаются с костей черепа, так как кости черепа очень интенсивно растут в этом возрасте, а затем изменения обнаруживают и со стороны грудной клетки, конечностей и таза. Мягкость костей черепа способствует развитию уплощенного затылка, а избыточное обра­ зование остеоидной ткани — формированию лобных и теменных бугров («олимпийский лоб», «квадратная голова»). У детей с рахитом запаздывает появление первых зубов, нарушается порядок их про­ резывания, они легко подвергаются кариозным изменениям. В более тяжелых случаях размягчение костей основания черепа и глазницы приводит к развитию экзофтальма и запавшей переносицы. Изменения грудной клетки, которые обычно появляются после 3-месячного возраста, наиболее выражены на V—VIII ребрах, в местах прикрепления реберного хряща в костной части ребра («чет­ ки»), боковых отделов по линии прикрепления диафрагмы («гаррисонова борозда»). В тяжелых случаях грудина выступает вперед («куриная грудь») или сильно вдавлена. Изменения нижних конечностей становятся видимыми чаще по еле 7—8-месячного возраста, после начала опоры на ноги, стояния или ходьбы ребенка. При варусных, или О-образных, деформациях бедренные кости искривляются под углом, открытым кнутри и кзади, в сочетании с внутренней торсией их дистальных отделов. Нару­ шение биомеханической оси нижних конечностей приводит к рас­ тяжению наружных боковых связок коленного сустава, что в зна­ чительной степени усугубляет деформацию. Валыусные, или Х-образные, искривления нижних конечностей в большинстве случаев сочетаются с деформациями бедренных костей и наружной торсией сегментов. Голени деформируются преимущественно на уровне метафизов во фронтальной плоскости и на уровне диафизарных отделов в сагиттальной. У ряда больных деформации на уровне коленных суставов сочетаются с вывихами надколенников III—IV степени. Встречаются сочетания варусной деформации одной нижней конеч­ ности с вальгусной другой. Изменения позвоночника по типу кифоза обнаруживаются в конце 1-го, начале 2-го года жизни. Он захватывает грудной и поясничный отделы позвоночника и отчетливо заметен при сидении и стоянии ребенка. В положении лежа на спине кифоз исчезает и позвоночник выравнивается. Вследствие «размягчения» тел позвон­ ков суставные щели суживаются и при отсутствии антирахитического лечения может формироваться рахитический горб. Утолщения дистальных метаэпифизарных отделов предплечий («браслетки») и фаланг («нити жемчуга») появляются после 6—7месячного возраста. Реже встречаются искривления плечевых костей и таза. Патологические изменения костной ткани носят хотя и генера­ лизованный характер, тем не менее степень их выраженности может быть различной в зависимости от периода, тяжести течения и свое­ временности проводимого лечения. Наряду с костными изменени­ ями при рахите часто обнаруживают мышечную гипотонию и сла­ бость связочного аппарата, что сопровождается разболтанностью суставов, искривлением позвоночника (кифоз, сколиоз), увеличе­ нием живота («лягушачий живот»), развитием плоскостопия. У детей с рахитом запаздывают развитие моторных функций и выработка условных рефлексов. При рахите II—III степени страдают дыхательная функция, кровообращение, кроветворение, нередко об­ наруживается увеличение печени и селезенки. Период реконвалесценции характеризуется обратным развитием симптомов болезни. Период остаточных явлений наблюдается чаще в возрасте 2—3 лет после перенесенного рахита II—III степени тяжести, когда активный процесс заканчивается, нормализуется ми­ неральный обмен и определяются деформации костей. Выделяют три степени рахита по тяжести заболевания: легкая степень характеризуется слабо выраженными симптомами, в основ­ ном со стороны нервной и костной систем;

среднетяжелая — вы­ раженными нарушениями нервной, костной, мышечной и кровет­ ворной систем. Нарушается общее состояние, появляются изменения органов дыхания, сердечно-сосудистой системы и желудочно-кишеч ного тракта;

тяжелая степень наблюдается редко, характеризуется резко выраженными изменениями указанных выше органов и систем организма. Течение рахита может быть острым, чаще у детей первых 6 мес жизни, и характеризуется быстрым развитием симптомов, выражен­ ным размягчением костей черепа и яркостью остальных признаков рахита. При подостром течении развитие симптомов рахита более медленное и чаще наблюдается у детей во втором полугодии жизни или при сопутствующей гипотрофии. Рецидивирующее течение ха­ рактеризуется сменой периодов улучшения и обострения и наблю­ дается чаще у детей при сопутствующих заболеваниях или неадек­ ватной антирахитической терапии. При появлении или усилении рахита после 2—3 лет говорят о позднем рахите. Диагностика и дифференциальный диагноз. Биохимические из­ менения при рахите зависят от периода болезни, тяжести процесса и его течения. При остром течении рахита чаще наблюдается сни­ жение кальция (до 2—2,2 ммоль/л) и фосфора (до 0,6—0,8 ммоль/л) в крови, пониженные уровни 25(OH)D3 (до 10—20 н/л), 1,25(ОН)гОз (до 3—5 нг/л), низкие показатели содержания лимонной кислоты в крови (до 0,01—0,02 г/л), повышение активности щелочной фосфатазы (на 30—100%). Рентгенологическое исследование скелета позволяет получить важные данные для оценки периода болезни, активности процесса и динамики костных изменений. В ранних стадиях рахита этот метод имеет небольшое значение, так как в данном периоде рент­ генологическая картина костей, как правило, не отличается от нор­ мы. В дальнейшем на рентгенограммах дистальных отделов труб­ чатых костей определяются остеопороз, нечеткость зон предвари­ тельного обызвествления, контуры метафизов становятся нечеткими, их концы приобретают изъеденные очертания. Расстояние между ядрами окостенения увеличивается. Ядра окостенения теряют кос­ тную структуру. Иногда определяются поднадкостничные переломы, зоны перестройки. Под влиянием лечения эти изменения исчезают. При дифференциальной диагностике следует иметь в виду забо­ левания, при которых имеются сходные и отличительные признаки: группа рахитоподобных заболеваний (фосфат-диабет, синдром Фанкони, псевдодефицитный рахит, почечный тубулярный ацидоз), врожденные дефекты окостенения черепных костей, ахондроплазия, дисхондроплазия, гипотиреоз, несовершенное костеобразование, врожденный сифилис, гиперпаратиреоз, недостаточность аскорбино­ вой кислоты, кишечная мальабсорбция с вторичным рахитическим синдромом. Лечение и профилактика. В острый период рахита при наличии активности рахитического процесса ведущую роль играют медика­ ментозные средства. Лечение должно быть комплексным, длитель­ ным и систематическим и направлено на устранение причин, вы­ звавших рахит. Оно должно проводиться с учетом индивидуальной реактивности, течения рахита, условий внешней среды. Основные методы лечения включают правильную организацию режима дня, диетотерапию, назначение витамина D или его активных метабо­ литов, солей кальция и фосфора, физиотерапию. Питание ребенка должно оптимально обеспечить его потребности в белках, жирах, углеводах, витаминах и микроэлементах. Для ребенка в возрасте до 6 мес лучшей пищей является грудное молоко, а при искусст­ венном вскармливании — кислые молочные смеси. Из медикаментозных препаратов назначают витамин Ог или D3 в относительно небольших дозах — от 1000 до 5000 ME в сутки в течение 1—3 мес, что обеспечивает полное выздоровление. В по­ следние годы нашли применение искусственно синтезированные ме­ таболиты витамина D: отечественные — оксидевит, 1-альфахолекальциферол и зарубежные — рокартрол, кальцитриол. Суточные и курсовые дозы определяются индивидуально в зависимости от степени тяжести заболевания, остроты процесса и возраста ребенка. В комплекс лечебных средств включают препараты кальция и фос­ фора (глюконат кальция, глицерофосфат, фитин), цитратные смеси по 15—30 мл в сутки (3—5 мес), витамины (тиамин, рибофлавин, пиридоксин, витамины С, А, Е) в возрастных дозировках. Можно использовать УФО курсом в 15—25 сеансов, начиная с Ve—*Л биодозы и постепенно увеличивая до 2,5—3 доз. Этот.метод при­ меняют главным образом в начальной стадии рахита и легкой его степени тяжести. Одновременное назначение витамина D и УФО нецелесообразно и не показано. Массаж и соляно-хвойные ванны не включаются в фазу острого течения процесса и разгара заболе­ вания. При назначении комплекса медикаментозных средств необ­ ходим постоянный контроль за общим состоянием ребенка и пока­ зателями фосфорно-кальциевого обмена. Повышение содержания кальция в сыворотке крови более 2,8 ммоль/л и его суточной экскреции более 3—4 ммоль/сут свидетельствует о начинающемся гипервитаминозе D, что требует отмены препаратов витамина D и пересмотра терапии. Ортопедическое лечение детей, больных рахитом, должно про­ водиться в комплексе с медикаментозным антирахитическим лече­ нием и начинается как можно раньше. Оно направлено прежде всего на предупреждение прогрессирования заболевания и форми­ рования стойких костных деформаций. С этой целью рекомендуется ограничение раннего вставания ребенка первого года жизни и раннего начала ходьбы. При наличии рахитических деформаций нижних конечностей целесообразно ограничивать длительное пребывание ребенка на ногах и ходьбу. При genu valgum и плосковальгусной стопе показана обувь с супинаторами, что уменьшает степень вы­ раженности вальгусных деформаций и улучшает походку ребенка. Напротив, при genu varum обувь с супинаторами противопоказана, так как она усиливает степень варусных деформаций. При неболь­ ших рахитических искривлениях комплекс медикаментозных и ор­ топедических средств по мере роста ребенка могут полностью исп­ равить возникшие деформации конечностей. При выраженных искривлениях длинных трубчатых костей ниж­ них конечностей у пациентов с поздним или рецидивирующим рахитом в остром или подостром периодах показано этапное исп­ равление деформаций гипсовыми повязками с последующей пато­ генетической медикаментозной терапией [Асилова Н. К., 1982]. 10.2.1. Витамин D-зависимый рахит Витамин D-зависимый рахит (врожденный псевдодефицитный ра­ хит) — это сходное с рахитом врожденное наследственное заболе­ вание, передающееся по аутосомно-рецессивному типу. Родители больных детей, как правило, здоровы, но являются носителями патологического гена. В связи с тем что витамин D-зависимый рахит может полностью излечиваться при применении витамина D в боль­ ших дозах и эта зависимость сохраняется на протяжении всей жизни больного, было предложено называть эту форму витамина D-зависимым рахитом. При анализе родословной нередко выявляют нали­ чие кровнородственного брака у родителей больных детей. Выделяют два типа витамин D-зависимого рахита: I тип (тип Прадера) связан с дефектом почечного фермента — гидроксилазы, осуществляющей преобразование 25-оксивитамина D в более актив­ ный метаболит — 1,25-диоксивитамин D, т. е. по существу этот вариант является наследственной ферментопатией;

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 | 12 |   ...   | 13 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.