WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

«А. ЭЙНШТЕЙН ТЕОРИЯ ОТНОСИТЕЛЬНОСТИ ИЗБРАННЫЕ РАБОТЫ Научно-издательский центр «Регулярная и хаотическая динамика» 2000 УДК 530.18 Э-534 Э-534 Эйнштейн А. Теория относительности. — Ижевск: НИЦ ...»

-- [ Страница 3 ] --

тогда возникает задача проверить, соответствует ли действительности этот теоретический результат. Аналогично обстоит дело со всеми физическими утверждениями, в которых играет роль понятие «одновременности». Это понятие существует для физика лишь в том случае, если имеется возможность найти в конкретном случае, соответствует ли действительности это понятие. Следовательно, необходимо такое определение одновременности, которое дало бы метод, позволяющий в каждом данном случае решить на основании экспериментов, вспыхивают ли обе молнии одновременно. Пока это требование не выполнено, я как физик (так же как и нефизик) впадаю в самообман, связывая какой-то смысл с утверждением одновременности. (Не читай дальше, любезный читатель, прежде чем ты не согласишься с этим вполне.) После некоторых размышлений ты предлагаешь следующий способ констатировать одновременность. Отрезок АВ измеряется вдоль рельсового пути и в середине М отрезка находится наблюдатель, снабженный устройством (например, двумя зеркалами, расположенными под углом 90° друг к другу), которое позволяет ему наблюдать одновременно оба места А и В. Если наблюдатель воспринимает обе молнии одновременно, то они произошли одновременно. Я очень доволен этим предложением, однако считаю вопрос не вполне выясненным и вынужден выдвинуть следующее возражение: «Твое определение было бы безусловно правильным, если бы я уже знал, что свет от удара молнии, воспринимаемый наблюдателем в точке М, распространяется с одинаковой скоростью на отрезках AM и ВЫ. Однако доказательство этой предпосылки было бы возможно лишь в том случае, если бы мы имели способ измерения времени. Таким образом, здесь получается замкнутый логический круг». После некоторого дальнейшего размышления ты не без основания бросишь на меня несколько презрительный взгляд и скажешь: «Я все же § 8. О понятии времени в физике считаю свое первоначальное определение справедливым, так как в нем не содержится никаких предположений о свете. К определению одновременности можно предъявлять лишь одно требование, а именно: чтобы в каждом реальном случае можно было опытным путем решить вопрос о справедливости введенного понятия. Мое определение бесспорно удовлетворяет этому требованию. Утверждение, что свет проходит расстояния AM и ВЫ в одно и то же время, в действительности не является предпосылкой или гипотезой о физической природе света, а утверждением, которое можно сделать на основании свободного выбора, чтобы прийти к определению одновременности». Ясно, что этим определением можно воспользоваться для того, чтобы придать точный смысл понятию одновременности не только двух, но и сколь угодно большого числа событий, независимо от того, как расположены места этих событий относительно тела отсчета (в нашем примере относительно железнодорожного полотна) 1. Это приводит нас к определению «времени» в физике. Именно, представим себе, что в точках А, В, С рельсового пути (систем координат) помещены одинаковые часы, стрелки которых одновременно (в вышеупомянутом смысле) показывают одинаковое время. Тогда под «временем» некоторого события подразумевается показание (положение стрелок) тех из часов, которые находятся в непосредственной близости к месту события. Следовательно, каждое событие связывается с таким значением времени, которое принципиально наблюдаемо. Это утверждение содержит еще одну физическую гипотезу, в справедливости которой вряд ли можно сомневаться, если только эмпирические данные не будут ей противоречить. Именно, предполагается, что ход всех этих часов «одинаков», если они имеют одинаковую конструкцию. Точнее говоря, если двое покоящихся часов, помещенных в различных местах тела отсчета, поставлены так, что некоторое показание стрелок одних из этих часов одновременно (в вышеупомянутом смысле) с таким же показанием других часов, то одинаковые показания стрелок обоих часов одновременны всегда (в смысле приведенного выше определения). Мы принимаем в дальнейшем, что если три события А, В, С происходят в различных местах таким образом, что А одновременно с В и В одновременно с С (одновременно в смысле данного выше определения), то критерий одновременности соблюден также и для пары событий А — С. Это допущение представляет собой физическую гипотезу о законе распространения света;

она должна, безусловно, выполняться, если только закон постоянства скорости света в пустоте твердо установлен.

О специальной и общей теории относительности § 9. Относительность одновременности До сих пор мы относили наши рассуждения к определенному телу отсчета, роль которого выполняло «железнодорожное полотно». Пусть очень длинный поезд идет с постоянной скоростью v по рельсовому пути в направлении, указанном на рис. 1. Людям, находящимся в этом поезде, более удобно принять поезд за твердое тело отсчета (систему координат), все события они относят к поезду. Всякое событие, происходящее на протяжении железнодорожного пути, происходит также и в определенной точке поезда. Определение одновременности для поезда может быть дано точно таким же способом, что и для рельсового пути. Однако естественно возникает следующий вопрос. v M' М v Поезд / В Полотно железной дороги Рис. Являются ли два события (например, удары молнии в А и В), происходящие одновременно относительно полотна дороги, также одновременными и относительно поезда? Сейчас мы покажем, что ответ может быть только отрицательным. Когда мы говорим об ударах молнии в А и В, одновременных относительно полотна дороги, то это означает, что световые лучи, исходящие из А и В, встречаются в средней точке М участка полотна АВ. Но событиям А и В соответствуют также места А и В на поезде. Пусть М' — средняя точка отрезка АВ движущегося поезда. Хотя эта точка в момент ударов молнии 1 и совпадает с точкой М, она движется со скоростью v поезда вправо (см. рис. 1). Если бы находящийся в поезде в точке М' наблюдатель не обладал этой скоростью, то он продолжал бы оставаться в точке М и тогда световые лучи от ударов молнии в А и В достигли бы его одновременно, т.е. оба эти луча встретились бы в том месте, где он находится. Однако в действительности он движется (если наблюдать с полотна дороги) навстречу световому лучу, идущему из точки В, и в то же время движется по световому лучу, идущему из точки А. Следовательно, наблюдатель увидит световой луч из В ранее, Если наблюдать с полотна дороги.

§ 10.

Об относительном понятии пространственного расстояния чем луч из А. Наблюдатели, пользующиеся поездом в качестве тела отсчета, должны, таким образом, прийти к выводу, что удар молнии в В произошел ранее, чем удар молнии в А. Следовательно, мы приходим к важному результату. События, одновременные относительно полотна железной дороги, не являются одновременными по отношению к поезду, и наоборот (относительность одновременности). Всякое тело отсчета (система координат) имеет свое особое время;

указание времени имеет смысл лишь тогда, когда указывается тело отсчета, к которому оно относится. До появления теории относительности физика молчаливо принимала, что указания времени абсолютны, т. е. не зависят от состояния движения тела отсчета. Но мы только что видели, что это предположение несовместимо с наиболее естественным определением одновременности;

если же отказаться от этого предположения, то исчезает и описанный в § 7 конфликт между законом распространения света в пустоте и принципом относительности. Именно к этому конфликту приводит рассуждение в § 6, которое теперь уже неприемлемо. Там мы полагали, что человек в вагоне, проходящий относительно вагона за одну секунду отрезок w, проходит этот же отрезок по отношению к полотну дороги также за одну секунду. Но, согласно только что изложенным соображениям, время, необходимое для определенного процесса относительно вагона, не может быть равно длительности этого же процесса относительно полотна железной дороги как тела отсчета;

следовательно, нельзя утверждать, что человек, который проходит некоторый отрезок w, проходит его относительно полотна дороги в промежуток времени, равный — при наблюдении с полотна дороги — одной секунде. Рассуждение в § 6 основывается еще на другой предпосылке, которая после внимательного рассмотрения оказывается произвольной, хотя до появления теории относительности она всегда (молчаливо) предполагалась.

§ 10. Об относительном понятии пространственного расстояния Рассмотрим два определенных места поезда, движущегося по железной дороге со скоростью v, и выясним, каково расстояние между этими местами. Мы уже знаем, что для измерения расстояния необ Например, середины первого и сотого вагонов.

О специальной и общей теории относительности ходимо тело отсчета, относительно которого измеряется расстояние. Проще всего принять за тело отсчета (систему координат) сам поезд. Находящийся в поезде наблюдатель измеряет расстояние, откладывая свой масштаб по прямой линии, например, вдоль пола вагона, пока не достигнет от одной отмеченной точки до другой. Число, показывающее, сколько раз должен быть отложен масштаб, и есть искомое расстояние. Иначе обстоит дело, если расстояние должно измеряться по полотну железной дороги. Тогда можно воспользоваться следующим методом. Пусть А' и В' — две точки поезда, расстояние между которыми требуется определить;

пусть обе эти точки движутся вдоль железнодорожного полотна со скоростью v. Сначала мы найдем точки А и В полотна железной дороги, с которыми совпадают точки поезда А' и В' в определенный момент времени t при наблюдении с полотна дороги. Эти точки Аи В полотна дороги можно найти с помощью определения времени, данного в § 8. Затем измеряется расстояние между этими точками А и В путем откладывания единичного масштаба вдоль полотна дороги. Априори не исключено, что результат этого последнего измерения не совпадает с результатом первого. Следовательно, при измерении с полотна железной дороги длина поезда может оказаться иной, чем при измерении в самом поезде. Это обстоятельство является вторым возражением против, на первый взгляд очевидного, вывода § 6. Именно, если человек в вагоне проходит в единицу времени, измеряемого в поезде, отрезок w, то при измерении с полотна дороги этот отрезок не обязательно должен равняться w.

§ 11. Преобразование Лоренца Выводы последних трех параграфов показывают, что кажущаяся несовместимость закона распространения света с принципом относительности, отмеченная в § 7, выведена на основе двух ничем не оправдываемых гипотез классической механики;

эти гипотезы гласят: 1. Промежуток времени между двумя событиями не зависит от состояния движения тела отсчета. 2. Расстояние между двумя точками твердого тела не зависит от состояния движения тела отсчета. Если отказаться от этих гипотез, то исчезает дилемма § 7, поскольку выведенная в § 6 теорема сложения скоростей будет уже неприме § 11. Преобразование Лоренца нима. Появляется возможность согласовать закон распространения света в пустоте с принципом относительности. Мы приходим к вопросу: какие изменения надо внести в рассуждения § 6, чтобы устранить кажущееся противоречие между обоими этими фундаментальными эмпирическими фактами. Этот вопрос приводит к более общему вопросу. В § 6 мы встречаемся с понятиями места и времени относительно поезда и относительно полотна дороги. Как найти место и время какоголибо события относительно поезда, если известны место и время события относительно полотна железной дороги? Мыслим ли такой ответ на этот вопрос, чтобы закон распространения света в пустоте не противоречил принципу относительности? Иными словами, мыслимо ли такое соотношение между временем и местом отдельных событий относительно двух тел отсчета, чтобы любой световой луч обладал одной и той же скоростью с относительно полотна дороги и относительно поезда? Этот вопрос приводит к вполне определенному утвердительному ответу, к вполне определенному закону преобразования пространственно-временных величин некоторого события при переходе от одного тела отсчета к другому. Прежде чем перейти к этому, сделаем несколько предварительных замечаний. До сих пор мы рассматривали лишь события, происходившие вдоль полотна железной дороги, которое формально играло роль прямой линии. Однако указанным в § 2 способом это тело отсчета можно представить себе продолженным, как было при помощи системы стержней, в стороны и вверх таким образом, что любое событие может быть локализовано по отношению к этой системе. Аналогично можно представить себе поезд, идущий со скоростью v и заполняющий все пространство так, что любое сколь угодно удаленное событие могло бы быть локализовано и относительно этого второго тела отсчета. Не делая принципиальной ошибки, можно отвлечься от того обстоятельства, что в действительности такая система не может существовать вследствие непроницаемости твердых тел. В каждой подобной системе представим себе три взаимно перпендикулярные плоские стенки, которые назовем «координатными плоскостями» («система координат»). Тогда полотну железной дороги соответствует система координат К, а поезду — система координат К'. Всякое событие фиксируется в пространстве тремя перпендикулярами ж, у, z, опускаемыми на координатные плоскости, и во времени — указанием некоторого момента времени t. To же событие — относи О специальной и общей теории относительности тельно координатной системы К' фиксируется в пространстве и времени соответствующими значениями ж', yf, zf, tf, очевидно, не совпадающими с ж, у, z, t. Выше мы подробно изложили, как надо интерпретировать эти величины в терминах физических измерений. Наша задача в точной формулировке сводится к следующему. Каковы значеV ния ж', yf, zf, t' некоторого события относительно системы К', если заданы значения ж, у, z, t того же события относи-*~ У' тельно системы К1 Соотношения должУ V ны быть выбраны так, чтобы для одно/ го и того же светового луча (причем для / V^ К' / х' любого) относительно К и К' выполнялх ся закон распространения света в пусток те. Эта задача для приведенного на рис. 2 Рис. 2 пространственного расположения систем координат решается следующими уравнениями:

/ X — Vt x = —.

У =У, z = z, t' = Эта система уравнений носит название «преобразования Лоренца»1. Но если бы вместо закона распространения света мы молчаливо исходили из представлений старой механики об абсолютном характере времени и протяженности, то вместо этих уравнений преобразования мы получили бы уравнения ж' = x— vt, у' = У, z' = z, t' = t. Последнюю систему уравнений часто называют «преобразованием Галилея». Преобразование Галилея выводится из преобразования Лоренца, если в последнем скорость света с положить равной бесконечно большому значению.

Простой вывод преобразования Лоренца дан в Приложении I.

§ 12. Свойства движущихся масштабов и часов Справедливость закона распространения света в пустоте как для тела отсчета К, так и для тела отсчета К' при преобразовании Лоренца легко видеть из следующего примера. Пусть в положительном направлении оси ж посылается некоторый световой сигнал, который распространяется согласно уравнению х = et, т. е. со скоростью с. Согласно уравнениям преобразования Лоренца, это простое соотношение между ж и обусловливает соотношение между х' и t'. В самом деле, если в первое и четвертое уравнения преобразования Лоренца подставить et вместо ж, то получаем, (с - v)t t=, С1 ~ v l c ) t ж' = et'.

откуда путем деления получаем Это уравнение описывает распространение света, когда оно отнесено к системе К'. Таким образом, скорость света равна с также и относительно тела отсчета К. Аналогичный результат может быть получен и для световых лучей, распространяющихся в любом другом направлении. Это и неудивительно, так как уравнения преобразования Лоренца выведены именно в предположении этого результата.

§ 12. Свойства движущихся масштабов и часов Я кладу метровую линейку вдоль оси ж' системы К' так, чтобы ее начало находилось в точке ж' = 0, а конец — в точке ж' = 1. Какова длина этой линейки относительно системы КЧ Чтобы узнать это, достаточно спросить лишь, где находятся ее начало и конец относительно К в определенный момент t в системе К. Для начала и конца линейки из первого уравнения преобразования Лоренца при t = О находим ж(начало линейки) = 0 • \/l — (v2/c2), ж(конец линейки) = 1 • y/l — (v /c ).

2 О специальной и общей теории относительности Таким образом, расстояние между обеими этими точками равно у/1 — (v2/c2). Но относительно К метровая линейка движется со скоростью v. Отсюда следует, что длина твердой метровой линейки, движущейся в направлении своей длины со скоростью v, составляет y/l — (v2/c2). Таким образом, движущаяся твердая линейка короче, чем та же линейка, находящаяся в покое, причем тем короче, чем быстрее она движется. При скорости v = с получаем у/1 — (v2/c2) = 0;

при еще больших скоростях корень становится мнимым. Из этого мы заключаем, что в теории относительности с играет роль предельной скорости, которой нельзя достигнуть и которую тем более не может превзойти скорость какого-либо реального тела. Эта роль с как предельной скорости вытекает уже из самих уравнений преобразования Лоренца, поскольку эти уравнения теряют смысл, когда v превышает с. Наоборот, если бы мы рассматривали метровую линейку, расположенную вдоль оси х и покоящуюся относительно К, то нашли бы, что относительно К' ее длина равна у/1 — (v2/c2);

это заключено уже в самом смысле принципа относительности, положенного в основу наших рассуждений. Априори ясно, что из уравнений преобразования можно получить некоторые данные о физических свойствах масштабов и часов. В самом деле величины ж, у, z, t представляют собой не что иное, как результаты измерений с помощью масштабов и часов. Если бы мы положили в основу преобразования Галилея, то мы не имели бы сокращения масштабов вследствие движения. Рассмотрим теперь секундомер, покоящийся длительное время в начале координат (ж' = 0) системы К'. Тогда t = 0 и t = 1 соответствуют двум последовательным ударам этих часов. Для этих моментов времени первое и четвертое уравнения преобразования Лоренца дают: =0 и *= Относительно системы К часы движутся со скоростью v;

при наблюдении из этой системы отсчета между двумя ударами этих часов 2 2 проходит не секунда, a l/\/l — (v /c ) секунд, т.е. несколько большее время. Часы, вследствие своего движения, идут медленнее, чем в состоянии покоя. Здесь скорость с также играет роль недостижимой предельной скорости.

§ 13.

Теорема сложения скоростей. Опыт Фиэо § 13. Теорема сложения скоростей. Опыт Физо Так как на практике мы можем сообщать масштабам и часам лишь скорости, незначительные по сравнению со скоростью света с, то выводы предыдущего параграфа вряд ли можно непосредственно сравнить с опытом. Но так как эти выводы покажутся читателю весьма странными, то можно привести еще одно следствие теории, которое легко выводится из вышеизложенного и блестяще подтверждается опытом. В § 6 мы вывели теорему сложения скоростей, имеющих одинаковое направление, в таком виде, как она следует из гипотез классической механики. Это же можно легко получить и из преобразования Галилея (§11). Вместо идущего по вагону человека мы рассматриваем точку, движущуюся относительно системы координат К' в соответствии с уравнением х' = wt'. Из первого и четвертого уравнений преобразования Галилея х' и t' можно выразить через х и Ц тогда получим х = (v + w)t.

Это уравнение выражает не что иное, как закон движения точки относительно системы К (движение человека относительно полотна железной дороги);

обозначая скорость этого движения через W, как и в §6, получаем W = v + w. (А) Но подобное рассуждение можно с таким же успехом провести на основе теории относительности. В уравнении х' = wt' выразим х' и t' через х и t, применяя первое и четвертое уравнения преобразования Лоренца. Тогда вместо уравнения (А) получим уравнение 1 + vw/cz которое соответствует теореме сложения одинаково направленных скоростей в теории относительности. Теперь возникает вопрос, какая из О специальной и общей теории относительности этих двух теорем подтверждается на опыте. Ответ на этот вопрос дает исключительно важный эксперимент, поставленный более половины столетия назад гениальным физиком Физо и повторенный с того времени некоторыми лучшими физиками-экспериментаторами, так что его результат является бесспорным. Этот эксперимент решает следующий вопрос. В покоящейся жидкости распространяется свет с определенной скоростью w. С какой скоростью распространяется он в трубе R (см. рис. 3) по направлению, указанному стрелкой, если упомянутая жидкость течет по этой трубе со скоростью vi Во всяком случае мы можем предполоR жить в смысле принципа относительности, что у^ относительно жидкости свет распространяется всегда с одной и той же скоростью w незарис з висимо от того, движется ли жидкость относительно других тел или она неподвижна. Следовательно, известны скорость света относительно жидкости и скорость последней относительно трубы;

требуется найти скорость света относительно трубы. Ясно, что мы снова имеем задачу § 6. Труба играет роль полотна железной дороги, т.е. системы координат К, а жидкость — роль вагона, т.е. системы координат К', и, наконец, свет — роль бегущего в вагоне человека или роль движущейся точки в настоящем параграфе. Таким образом, обозначая через W скорость света относительно трубы, можно ожидать, что она выразится либо уравнением (А), либо уравнением (Б), в зависимости от того, соответствует ли действительности преобразование Галилея или преобразование Лоренца. Эксперимент 1 решает вопрос в пользу уравнения (Б), полученного из теории относительности, и притом с большой точностью. Влияние скорости течения жидкости v на распространение света, согласно последним превосходным измерениям Зеемана, выражается формулой (Б) с ошибкой, меньшей 1 %. Правда, следует отметить, что задолго до появления теории относительности Г.А.Лоренц дал теорию этого явления и обосновал чисто электродинамическим путем при помощи определенных гипотез об Физо нашел, что W — w + v (l — 1/гс2), где п — c/w — показатель преломления 2 жидкости. С другой стороны, вследствие того, что величина vw/c мала по сравне2 нию с 1, из уравнения (Б) получаем: W — (w + v) {l — vw/c ) или, с одинаковой степенью точности, w + v (l — 1/гс2), что совпадает с результатом эксперимента Физо.

х § 14. Эвристическое значение теории относительности электромагнитной структуре материи. Однако это обстоятельство нисколько не уменьшает доказательную силу эксперимента Физо, как experimentum crucis в пользу теории относительности, поскольку электродинамика Максвелла-Лоренца, на которой базировалась первоначальная теория, нисколько не противоречит теории относительности. Можно сказать, что теория относительности выросла из электродинамики как поразительно простое обобщение и объединение ряда независимых друг от друга гипотез, на которых была основана электродинамика.

§ 14. Эвристическое значение теории относительности Изложенный здесь ход мыслей можно кратко резюмировать следующим образом. Опыт привел к убеждению, с одной стороны, в справедливости принципа относительности (в узком смысле), и с другой стороны, в том, что скорость распространения света в вакууме равна постоянному значению с. В результате объединения обоих постулатов получился закон преобразования прямоугольных координат ж, у, z и времени t событий, составляющих явление природы;

при этом получилось не преобразование Галилея, но (в противоречие с классической механикой) преобразование Лоренца. Важную роль в этих рассуждениях играл закон распространения света, который подтверждается нашими фактическими знаниями. Однако, имея в своем распоряжении преобразование Лоренца, мы можем соединить этот закон с принципом относительности и выразить теорию следующим образом. Всякий общий закон природы должен быть таким, чтобы он сохранял свой вид при замене пространственно-временных переменных ж, у, z, t первоначальной системы координат К новыми простf f ранственно-временными переменными ж', y, z, t' другой системы координат К';

при этом математическая связь между штрихованными и нештрихованными величинами определяется преобразованием Лоренца. Сформулируем это кратко: общие законы природы ковариантны относительно преобразований Лоренца. Таково определенное математическое условие, которое накладывает на законы природы теория относительности;

вследствие этого теория относительности становится ценным эвристическим вспомогательным О специальной и общей теории относительности средством для отыскания общих законов природы. Если бы был найден некоторый общий закон природы, не удовлетворяющий указанному условию, то тем самым было бы опровергнуто по меньшей мере одно из двух основных положений теории. Посмотрим теперь, к каким общим результатам привела до настоящего времени эта теория.

§ 15. Общие результаты теории Из изложенного выше видно, что (специальная) теория относительности выросла из электродинамики и оптики. Она мало изменила положения этих теорий, но значительно упростила теоретические построения, т. е. вывод законов, и — что несравненно важнее — заметно уменьшила число не зависящих друг от друга гипотез, лежащих в основе теории. Теория относительности придала теории Максвелла-Лоренца такую степень очевидности, что физики были бы полностью убеждены в ее справедливости даже в том случае, если бы эксперимент говорил бы в ее пользу не столь убедительно. Классическая механика нуждается в некоторой модификации, чтобы быть в согласии с требованиями специальной теории относительности. Однако эта модификация касается по существу лишь законов быстрых движений, когда скорость движения материи v не очень мала по сравнению со скоростью света. Такие быстрые движения мы встречаем лишь для электронов и ионов;

в других движениях отклонения от законов классической механики слишком малы, чтобы их можно было заметить практически. О движениях звезд мы будем говорить лишь в связи с общей теорией относительности. Согласно теории относительности, кинетическая энергия материальной точки с массой га дается уже не общеизвестным выражением а выражением ЭТО выражение становится бесконечным, когда скорость v приближается к скорости света с. Следовательно, скорость всегда должна оставаться меньшей с, как бы ни была велика энергия, затраченная на § 15. Общие результаты теории ускорение. Разлагая приведенное выше выражение для кинетической энергии в ряд,получаем 2 г;

2 3 г;

4 гас + т-х- + о Ш — +.... Z 6с Третий член этого разложения всегда мал по сравнению со вторым (который только и принимается во внимание в классической механике), если величина v2 /с 2 значительно меньше единицы. Первый член гас2 не содержит скорости v и, следовательно, неинтересен в тех случаях, когда в задаче существенна лишь зависимость энергии материальной точки от скорости. О принципиальном значении этого слагаемого будет сказано ниже. Важнейший результат общего характера, к которому привела специальная теория относительности, относится к понятию массы. Дорелятивистская физика знала два фундаментальных закона сохранения, а именно: закон сохранения энергии и закон сохранения массы;

оба этих фундаментальных закона считались совершенно независимыми друг от друга. Теория относительности слила их в один. Расскажем кратко, как это произошло и как следует понимать это слияние. Принцип относительности требует, чтобы закон сохранения энергии был справедлив не только относительно одной системы координат К, но и относительно всякой другой системы координат К', движущейся относительно К (короче говоря, относительно всякой «галилеевой» системы координат) равномерно и прямолинейно. Переход от одной такой системы к другой, в отличие от классической механики, определяется преобразованием Лоренца. Из этих предпосылок вместе с основными уравнениями электродинамики Максвелла можно путем сравнительно простых рассуждений с необходимостью прийти к следующему выводу. Некоторое тело, дви1 жущееся со скоростью v и получающее энергию Ео в форме излучения и без изменения своей скорости, увеличивает при этом свою энергию на величину EQ VI-№/с2) Тогда искомая энергия тела с учетом приведенного выше выражения Здесь Ео — полученная телом энергия при наблюдении из системы координат, движущейся вместе с телом.

О специальной и общей теории относительности для кинетической энергии будет Е0/с2)с Следовательно, тело обладает такой ж е энергией, как и тело, двитр жущееся со скоростью v и имеющее массу га Н—. Таким образом, с можно сказать: если тело получает энергию EQ, TO его инертная масса 2 возрастает на Е0/с ;

инертная масса тела не является постоянной, но изменяется с энергией тела. Инертная масса системы тел может рассматриваться как мера энергии этой системы. Закон сохранения массы системы совпадает с законом сохранения энергии и выполняется потому, что система не получает и не отдает энергию. Записав выражение для энергии в виде гас2 + Ео увидим, что член гас2, уже встречавшийся ранее, есть не что иное, как энергия, которую имело тело 1 до получения энергии Ео. Непосредственное сравнение этого заключения с опытом пока что невозможно потому, что изменения энергии Ео, которые мы можем сообщить телу, недостаточно велики, чтобы их можно было заметить как изменения инертной массы системы. Величина Е0/с2 слишком мала по сравнению с массой га, которую имело тело до изменения энергии. Этим обстоятельством объясняется тот факт, что закон сохранения массы с успехом мог иметь самостоятельное значение. Сделаем еще одно принципиальное замечание. Успех объяснения Фарадеем и Максвеллом электромагнитного дальнодействия с помощью промежуточных процессов, имеющих конечную скорость распространения, привел физиков к убеждению, что непосредственные, мгновенные дальнодействия типа ньютоновского закона тяготения в действительности не существуют. Согласно теории относительности, вместо мгновенного действия на расстоянии, или дальнодействия с бесконечной скоростью распространения, должно существовать дальнодействие со скоростью света. Это обстоятельство связано с той принципиальной ролью, которую скорость с играет в этой теории. Во второй части настоящей работы будет показано, каким образом этот результат видоизменяется в общей теории относительности.

Х С точки зрения системы координат, движущейся вместе с телом.

§ 16. Специальная теория относительности и опыт § 16. Специальная теория относительности и опыт Ответ на вопрос, в какой мере специальная теория относительности подтверждается опытом, невозможно дать по одной причине, о которой мы уже упоминали в связи с фундаментальным опытом Физо. Специальная теория относительности выкристаллизовалась из теории Максвелла-Лоренца электромагнитных явлений. Тем самым все опытные данные, подтверждающие эту теорию электромагнитных явлений, подтверждают и теорию относительности. Упомяну здесь в качестве особенно важного факта, что теория относительности чрезвычайно просто и в согласии с опытом объясняет влияние движения Земли, относительно неподвижных звезд, на свет, испускаемый этими звездами. Этими эффектами являются: годичное перемещение кажущегося положения неподвижных звезд вследствие движения Земли вокруг Солнца (аберрация) и влияние радиальной составляющей относительного движения неподвижных звезд по отношению к Земле на цвет посылаемого звездами света;

последний эффект проявляется в небольшом смещении спектральных линий доходящего до нас света неподвижной звезды по сравнению с положением тех же спектральных линий, получаемых от земных источников света (принцип Допплера). Экспериментальные аргументы в пользу теории Максвелла-Лоренца, являющиеся вместе с тем и аргументами в пользу теории относительности, слишком многочисленны, чтобы излагать их здесь. В действительности они настолько суживают возможности теории, что нельзя отстаивать никакую другую теорию, кроме теории Максвелла-Лоренца, не входя в противоречие с опытом. Однако имеется два класса экспериментальных данных, которые могут быть объяснены теорией Максвелла-Лоренца лишь с помощью вспомогательной гипотезы;

причем эта гипотеза сама по себе, т. е. без привлечения теории относительности, выглядит странной. Известно, что катодные лучи и так называемые /?-лучи, испускаемые радиоактивными веществами, состоят из отрицательно заряженных частиц (электронов), обладающих весьма незначительной инертной массой и большими скоростями. Исследуя отклонение этих лучей в электрическом и магнитном полях, можно очень точно изучить закон движения этих частиц. При теоретическом изучении этих электронов встречаются затруднения, заключающиеся в том, что одна электродинамика ниче О специальной и общей теории относительности го не может сказать об их природе. В самом деле, поскольку электрические заряды одного знака отталкиваются, то образующие электрон отрицательные электрические заряды должны бы были разлетаться вследствие взаимодействия, если бы между ними не существовали еще силы другого рода, природа которых нам до сих пор неизвестна 1. Если теперь предположить, что относительные расстояния электрических зарядов, образующих электрон, остаются неизменными при движениях электрона (жесткая связь в смысле классической механики), то мы придем к закону движения электрона, не согласующемуся с опытом. Г.А.Лоренц с чисто формальной точки зрения впервые выдвинул гипотезу, согласно которой части электрона при движении испытывают сокращение в направлении движения, пропорциональное величине s/l — v2/с2. Эта гипотеза, ничем не оправдываемая с электродинамической точки зрения, приводит к закону движения, с большой точностью подтвержденному опытом в последние годы. Теория относительности выводит этот же закон движения, не прибегая к какой-либо специальной гипотезе о строении и поведении электрона. Как мы видели в § 13, аналогично обстоит дело и с опытом Физо, результаты которого были объяснены теорией относительности без каких-либо гипотез о физической природе жидкости. Второй класс фактов, на которые было указано выше, касается вопроса о том, можно ли в опытах, производимых на Земле, обнаружить движение последней в мировом пространстве. В § 5 уже было отмечено, что все такие усилия дали отрицательный результат. До установления теории относительности это отрицательное обстоятельство ставило науку в затруднительное положение: а именно, ситуация была следующей. Предубеждения о пространстве и времени, унаследованные от механики Галилея-Ньютона, не позволяли сомневаться в том, что переход от одного тела отсчета к другому определяется преобразованием Галилея. Если предположить, что уравнения Максвелла-Лоренца справедливы для некоторого тела отсчета К, то мы найдем, что они не выполняются для тела отсчета К', равномерно движущегося относительно К, если принять, что координаты в системе К связаны с координатами в системе К' преобразованием Галилея. Отсюда, по-видимому, следует, что из всех галилеевых систем координат физически выделена одна система (К), движущаяся определенным образом. Физическая интерпреС точки зрения общей теории относительности можно предположить, что электрические заряды электрона удерживаются силами тяготения.

Х § 16. Специальная теория относительности и опыт тация этого результата состоит в том, что система К рассматривается как покоящаяся относительно гипотетического светового эфира. Напротив, все движущиеся относительно К системы координат К' должны быть движущимися относительно эфира. Этому движению К' относительно эфира («эфирному ветру» в системе К') приписывали более сложные законы, которые должны были бы выполняться относительно К'. Приходилось предполагать, что такой эфирный ветер должен существовать и относительно Земли, и физики стремились обнаружить этот ветер. Майкельсон нашел для этого путь, который, казалось, должен был привести к цели. Представим себе, что на твердом теле прикреплены два зеркала, отражающие поверхности которых направлены друг к другу. Луч света проходит от одного зеркала к другому и обратно за определенный промежуток времени Т, если вся эта система покоится относительно светового эфира. Но вычисления дают другое время Т", если тело вместе с зеркалами движется относительно эфира. Более того, вычисления показывают, что это время Т" при данной скорости v относительно эфира будет иным в том случае, когда тело движется перпендикулярно к плоскостям зеркал, чем в случае, когда оно движется параллельно этим плоскостям. Несмотря на то, что вычисленная разность этих промежутков времени исключительно мала, Майкельсон и Морли выполнили интерференционный эксперимент, в котором эта разность должна была отчетливо обнаруживаться. К большому смущению физиков, эксперимент дал отрицательный результат. Лоренц и Фицджеральд вывели теорию из этого затруднительного положения, предположив, что движение тела относительно эфира вызывает сокращение тела в направлении движения, и следствием этого сокращения является исчезновение указанной разности промежутков времени. Такой выход из затруднения, как показывает сравнение с рассуждениями § 12, правилен и с точки зрения теории относительности. Но истолкование, предлагаемое теорией относительности, несравненно более удовлетворительно. Согласно этой теории не существует никакой привилегированной системы координат, которая давала бы повод для введения концепции эфира, а следовательно, и эфирного ветра, а также эксперимента, способного доказать его существование. Сокращение движущихся тел следует здесь без особых гипотез из обоих основных принципов теории, причем это сокращение определяется не движением самим по себе, которое для нас не имеет никакого смысла, а движением относительно избран О специальной и общей теории относительности ного в данном случае тела отсчета. Следовательно, тело с зеркалами Майкельсона и Морли не сокращается в системе отсчета, движущейся вместе с Землей;

но сокращение происходит относительно системы, покоящейся относительно Солнца.

§ 17. Четырехмерное пространство Минковского Когда нематематик слышит о «четырехмерном», его охватывает мистическое чувство, подобное чувству, возбуждаемому театральными привидениями. Тем не менее нет более банального утверждения, что окружающий нас мир представляет собой четырехмерный пространственно-временной континуум. Пространство представляет собой трехмерный континуум. Это значит, что положение (покоящейся) точки можно описать тремя числами (координатами ) ж, у, z и что около каждой точки имеются сколь угодно близкие «соседние» точки, положение которых может быть описано такими значениями координат (координатами) х±, у±, z±, которые могут быть сколь угодно близки к координатам ж, у, z исходной точки. Благодаря последнему свойству мы говорим о «континууме» (непрерывности), а ввиду того, что число координат равно трем — о его «трехмерности». Аналогично, мир физических явлений, названный Минковским просто «миром», естественно, является четырехмерным в пространственно-временном смысле. В самом деле, он складывается из отдельных событий, каждое из которых описывается четырьмя числами, а именно: тремя пространственными координатами ж, у, z и временной координатой — значением времени t. «Мир» в этом смысле является также непрерывным (континуумом);

для каждого события имеются сколь угодно близкие «соседние» (происходящие или мыслимые) события, координаты которых х±, 2/1, zi, t\ сколь угодно мало отличаются от координат первоначально наблюдавшегося события ж, у, z, t. Тот факт, что мы обычно не рассматриваем мир в этом смысле как четырехмерный континуум, объясняется тем, что время в дорелятивистской физике играет иную, более самостоятельную по сравнению с пространственными координатами роль. Поэтому и выработалась привычка рассматривать время как самостоятельный континуум. В самом деле, в классической физике время абсолютно, т.е. не зависит от положения и состояния движения системы отсчета. Это находит свое выражение в последнем уравнении преобразования Галилея (t = t').

§ 17. Четырехмерное пространство Минковского Благодаря теории относительности появляется возможность четырехмерной трактовки «мира», так как в этой теории время утрачивает свою самостоятельность, как показывает четвертое уравнение преобразования Лоренца: t-(v/c*)x ^ f/= Действительно, согласно этому уравнению, разность At' времен двух событий относительно К', вообще говоря, не обращается в нуль, и тогда, когда разность времен At этих событий относительно К исчезает. Чисто пространственному расстоянию двух событий относительно системы отсчета К соответствует расстояние во времени этих же событий относительно К'. Однако и не в этом заключается открытие Минковского, важное для формального развития теории относительности. Оно состоит скорее в осознании того, что четырехмерный пространственно-временной континуум теории относительности по своим основным формальным свойствам глубоко родствен трехмерному континууму евклидовой геометрии 1. Для полного выявления этого родства необходимо вместо обычной временной координаты t ввести пропорциональную ей мнимую величину yf^lct. Но тогда законы природы, удовлетворяющие требованиям (специальной) теории относительности, принимают такую математическую форму, в которой временная координата играет точно такую же роль, как и три пространственные координаты. Формально эти четыре координаты совершенно точно соответствуют трем пространственным координатам евклидовой геометрии. Даже нематематику должно быть ясно, что благодаря этому чисто формальному положению теория относительности чрезвычайно выиграла в наглядности и стройности. Эти краткие указания дают читателю лишь смутное представление о важных мыслях Минковского, без которых общая теория относительности, основные положения которой излагаются ниже, быть может, оставалась бы в зачаточном состоянии. Но более глубокое усвоение этого материала, несомненно, трудного для читателя без математической подготовки, не является необходимым для понимания как специальной, так и общей теории относительности;

поэтому мы оставим здесь изложение этого вопроса и снова вернемся к нему лишь на последних страницах этой работы.

Ср. несколько более подробное изложение этого вопроса в Приложении II.

О специальной и общей теории относительности II. Об общей теории относительности § 18. Специальный и общий принцип относительности Основным тезисом, вокруг которого развивалось все предшествующее изложение, был специальный принцип относительности, т.е. принцип физической относительности всякого равномерного движения. Тщательно проанализируем еще раз его содержание. Всегда признавалось, что всякое движение по определению должно мыслиться как относительное движение. В неоднократно использовавшемся нами примере с полотном железной дороги и вагоном можно, например, с одинаковым правом говорить о движении в двух формах: а) вагон движется относительно полотна железной дороги;

б) полотно железной дороги движется относительно вагона. В случае «а» телом отсчета служит полотно дороги, а в случае «б» — вагон. При простом констатировании или описании движения принципиально безразлично, к какому телу отсчета относится движение. Это утверждение, как мы уже говорили, очевидно само собой и его не следует смешивать с более глубоким утверждением, которое мы назвали «принципом относительности» и положили в основу наших исследований. Примененный нами принцип утверждает не только то, что для описания любого события в качестве тела отсчета можно выбрать как вагон, так и полотно дороги (это также очевидно). Он утверждает значительно большее: если общие законы природы формулировать в том виде, как они получаются из опыта, пользуясь в качестве тела отсчета: а) полотном железной дороги, б) вагоном, то эти общие законы природы (например, законы механики или закон распространения света в пустоте) будут совершенно одинаковыми в обоих случаях. Это можно выразить также следующим образом: для физического описания процессов природы ни одно из тел отсчета К, К' не выделено среди других. Это последнее положение не обязано быть справедливым априори;

оно не содержится в понятиях «движение» и «тело отсчета» и не выводится из них;

вопрос о его справедливости может быть решен только опытом. Однако до сих пор мы не утверждали равноценности всех тел отсчета К в отношении формулирования законов природы. Наш путь был следующим. Мы исходили прежде всего из предположения о существовании тела отсчета К, движущегося таким образом, что по отно § 18. Специальный и общий принцип относительности шению к К применим основной закон Галилея: материальная точка, предоставленная самой себе и достаточно удаленная от других материальных точек, движется равномерно и прямолинейно. По отношению к К (галилеево тело отсчета) законы природы должны выражаться возможно проще. Но кроме К, все тела отсчета К', которые движутся относительно К прямолинейно, равномерно и без вращения, совершенно эквивалентны К при формулировании законов природы;

все эти тела отсчета можно рассматривать как галилеевы. Справедливость принципа относительности предполагалась только для этих, но не для других (иначе движущихся) тел отсчета. В этом смысле мы говорим о специальном принципе относительности или о специальной теории относительности. В противоположность этому под «общим принципом относительности» мы подразумеваем утверждение, что все тела отсчета К, К' и т. д. эквивалентны в отношении описания природы (формулирования общих законов природы), каким бы ни было их состояние движения. Заметим здесь же, что эта формулировка должна быть позднее заменена другой, более абстрактной, по причинам, которые выяснятся позже. После того как введенный специальный принцип относительности нашел оправдание на опыте, всякому, кто стремится к обобщению, может показаться заманчивым сделать шаг и к общему принципу относительности. Но одно простое и, на первый взгляд, совершенно бесспорное соображение как будто обрекает подобную попытку на неудачу. Пусть читатель представит себе, что он находится в столь часто упоминавшемся нами равномерно движущемся вагоне железной дороги. Пока вагон движется равномерно, пассажир совершенно не замечает движения. Отсюда следует, что пассажир может без особого труда интерпретировать это событие таким образом, будто вагон покоится, а движется полотно дороги. Впрочем, с точки зрения специального принципа относительности эта интерпретация полностью оправдывается и с физической точки зрения. Однако, если движение вагона становится неравномерным, например, при сильном торможении вагона, то пассажир испытывает сильный толчок вперед. Ускорение вагона проявляется в механическом движении тел по отношению к нему;

механическая картина здесь иная, чем в предшествующем случае, и поэтому представляется невозможным, чтобы одинаковые механические законы были справедливы как относительно неравномерно движущегося вагона, так и по отношению О специальной и общей теории относительности к покоящемуся или равномерно движущемуся вагону. Во всяком случае ясно, что в отношении неравномерно движущегося вагона основной закон Галилея не выполняется. Поэтому сначала мы чувствуем себя вынужденными, вопреки общему принципу относительности, приписать неравномерному движению некоторого рода абсолютную физическую реальность. Однако мы скоро увидим, что этот вывод неоснователен.

§ 19. Поле тяготения На вопрос: «Почему камень, который мы поднимаем и затем выпускаем из рук, падает на землю?» — обычно отвечают: «Потому что его притягивает Земля». Современная физика формулирует ответ несколько иначе по следующей причине. Более точное исследование электромагнитных явлений показало, что непосредственное действие на расстоянии не имеет места. Например, в случае притяжения магнитом куска железа нельзя удовлетворяться представлением, что магнит действует на железо непосредственно через пустое пространство между ними;

согласно Фарадею, магнит вызывает появление в окружающем пространстве некоторой физической реальности, называемой «магнитным полем». В свою очередь это магнитное поле воздействует на кусок железа так, что он стремится двигаться к магниту. Мы не будем обсуждать здесь законность этого, несколько произвольного, вспомогательного представления. Заметим лишь, что с его помощью можно дать значительно более удовлетворительное теоретическое описание электромагнитных явлений и в особенности распространения электромагнитных волн, чем без этого представления. Аналогичным образом истолковывается и действие тяготения. Воздействие Земли на камень происходит не непосредственно. Земля создает в окружающем пространстве поле тяготения. Последнее действует на камень и вызывает его падение. Как показывает опыт, действующая на камень сила уменьшается с расстоянием от Земли по вполне определенному закону. Согласно нашему толкованию, это означает: закон, управляющий пространственными свойствами поля тяготения, должен быть вполне определенным, чтобы правильно описывать убывание силы тяготения с увеличением расстояния между взаимодействующими телами. Представим себе, что тело (например, Земля) в непосредственной близости от себя создает поле;

величина и направление поля на большем расстоянии определяются отсюда законом, регулирующим пространственные свойства полей тяготения.

§ 20. Равенство инертной и тяжелой массы В противоположность электрическому и магнитному полю, поле тяготения обладает одним в высшей степени замечательным свойством, имеющим фундаментальное значение для дальнейшего. Тела, которые движутся исключительно под действием поля тяжести, испытывают ускорение, не зависящее ни от материала, ни от физического состояния тела. Например, кусок свинца и кусок дерева падают в поле тяжести (в безвоздушном пространстве) в точности одинаково, если они имеют одинаковую, в частности равную нулю, начальную скорость. Этот исключительно точно выполняющийся закон можно также формулировать иначе на основе следующих соображений. Согласно закону движения Ньютона, (Сила) = (Инертная масса) х (Ускорение), где «инертная масса» представляет собой характерную постоянную ускоряемого тела. С другой стороны, если силой, вызывающей ускорение, является тяжесть, то (Сила) = (Тяжелая масса) х (Напряженность поля тяжести), где «тяжелая масса» также представляет собой постоянную, характеризующую тело. Из этих соотношений следует: (Ускорение) = (Тяжелая масса) (Инертная масса) х (Напряженность поля тяжести).

Если, как показывает опыт, в заданном поле тяжести ускорение не зависит от природы и состояния тела, то и отношение тяжелой массы к инертной, равным образом, должно быть одинаковым для всех тел. Следовательно, это отношение при надлежащем выборе единиц можно положить равным единице. Тогда можно выдвинуть следующее положение: тяжелая и инертная массы тела равны. До настоящего времени механика констатировала, но не истолковывала это важное положение. Удовлетворительное истолкование можно дать в следующей форме: в зависимости от обстоятельств одно и то же качество тела проявляется либо как «инерция», либо как «тяжесть». В какой мере это оправдывается в действительности и как связан этот вопрос с общим постулатом относительности, будет показано в последующих параграфах.

О специальной и общей теории относительности § 20. Равенство инертной и тяжелой массы как аргумент в пользу общего постулата относительности Представим себе обширную область пустого мирового пространства, настолько удаленную от звезд и значительных масс, что со значительной степенью точности осуществляется случай, предусмотренный основным законом Галилея. Тогда для этой части мира можно выбрать галилеевское тело отсчета, относительно которого покоящиеся точки остаются в покое, а движущиеся — в состоянии прямолинейного и равномерного движения. В качестве тела отсчета представим себе обширный ящик в виде комнаты;

в нем находится наблюдатель, снабженный необходимыми приборами. Для него, естественно, тяжесть не существует. Он должен прикрепить себя к полу веревками, чтобы от малейшего удара о пол не всплывать медленно к потолку комнаты. Пусть в центре крышки ящика с наружной стороны прикреплен трос, за который какое-то существо начинает тянуть ящик с постоянной силой. Тогда ящик с наблюдателем будет двигаться равномерно ускоренно «вверх». Его скорость с течением времени будет возрастать до фантастической величины, если наблюдать с другого тела отсчета, которое уже никто не тянет. Как же судит об этом явлении человек, находящийся в ящике? Ускорение ящика передается ему давлением со стороны пола. Следовательно, он будет воспринимать это давление своими ногами, если только не захочет прийти в соприкосновение с полом всем своим телом. При этом он стоит в ящике совершенно так же, как и в комнате своего дома на Земле. Если он выпускает из рук некоторое тело, то этому телу уже не будет передаваться ускорение ящика;

поэтому оно будет приближаться к полу ящика с ускорением относительно последнего. Далее наблюдатель убедится, что ускорение тела относительно пола ящика всегда одинаково, с каким бы телом ни производился опыт. Итак, человек в ящике, основываясь на своих сведениях о поле тяжести в том виде, как мы изложили их в последнем параграфе, придет к выводу, что он вместе с ящиком находится в постоянном во времени поле тяжести. Правда, какое-то время он будет удивлен тем, что сам ящик не падает в этом поле тяжести. Но затем он обнаружит в центре крышки крюк с прикрепленным к последнему натянутым тросом и придет к выводу, что ящик подвешен и покоится в поле тяжести.

§ 20. Равенство инертной и тяжелой массы Можем ли мы посмеяться над этим человеком и сказать, что его предположение ошибочно? Думаю, что мы не вправе поступить так, если хотим оставаться последовательными;

мы должны также признать, что его предположение не содержит ни логических противоречий, ни противоречий с известными законами механики. Мы можем рассматривать ящик покоящимся, если даже он движется ускоренно относительно упомянутого выше «галилеевского пространства». Следовательно, мы имеем достаточное основание распространить принцип относительности на тела отсчета, движущиеся ускоренно одно относительно другого;

таким путем мы получаем сильный аргумент в пользу обобщенного постулата относительности. Следует учесть, что возможность такого понимания основывается на фундаментальном свойстве поля тяжести сообщать всем телам одно и то же ускорение или, иными словами, на равенство инертной и тяжелой масс. Если бы этот закон природы не существовал, человек в движущемся с ускорением ящике не мог бы объяснить поведение окружающих его тел с помощью предположения о существовании поля тяжести и никакой опыт не давал бы ему основания считать, что его тело отсчета «находится в состоянии покоя». Пусть человек в ящике прикрепил внутри ящика к его крышке веревку и к свободному концу ее привязал какое-либо тело. Под действием последнего веревка будет натянута в «вертикальном» направлении. Мы ставим вопрос о причине натяжения веревки. Человек в ящике скажет: «Подвешенное тело испытывает действие силы тяжести, направленной вниз и уравновешиваемой натяжением веревки;

то, чем определяется натяжение веревки, это тяжелая масса подвешенного тела». Но, с другой стороны, наблюдатель, который свободно парит в пространстве, так объяснит натяжение веревки: «Веревка ускоренно движется вместе с ящиком и передает это ускорение прикрепленному к нему телу. Величина натяжения веревки такова, что она сообщает данное ускорение телу. Величина натяжения веревки определяется инертной массой тела». Из этого примера видно, что из нашего обобщения принципа относительности с необходимостью следует положение о равенстве инертной и весомой масс. Тем самым мы получаем физическую интерпретацию этого положения. Рассмотрение явлений в ускоренно движущемся ящике показывает, что общая теория относительности должна привести к важным выводам о законах тяготения. Фактически последовательное проведение О специальной и общей теории относительности идеи общего принципа относительности привело к законам, которым удовлетворяет поле тяготения. Однако я здесь же должен предостеречь читателя от одного недоразумения, которое легко может возникнуть при этих рассуждениях. Для человека в ящике существует поле тяготения, в то время как для первоначально выбранной системы координат таковое не существует. В связи с этим можно подумать, что существование поля тяготения всегда является лишь кажущимся. Можно также подумать, что в любом поле тяготения всегда можно выбрать такое другое тело отсчета, относительно которого никакого поля тяготения не существует. Однако это возможно отнюдь не для всех полей тяготения, но лишь для полей весьма специальной структуры. Так, например, невозможно выбрать такое тело отсчета, чтобы при наблюдении с него поле тяготения Земли (на всем его протяжении) исчезало. Теперь мы видим, почему неубедителен аргумент против общего принципа относительности, приведенный в конце § 18. Конечно, совершенно правильно, что наблюдатель, находящийся в заторможенном железнодорожном вагоне, вследствие торможения испытывает толчок вперед и тем самым замечает неравномерность движения (ускорение) вагона. Но ничто не заставляет его объяснять этот толчок «истинным» ускорением вагона. Свое ощущение он может интерпретировать иначе: «Мое тело отсчета (вагон) продолжительное время остается в состоянии покоя. Но в вагоне (в течение времени торможения) действует поле тяжести, направленное вперед по движению и меняющееся во времени. Под влиянием этого поля железнодорожное полотно вместе с Землей движется неравномерно, так что его первоначальная, направленная назад скорость постоянно уменьшается. Именно это поле тяжести и дает толчок, который испытывает наблюдатель».

§ 21. Насколько неполны основы классической механики и специальной теории относительности?

Уже неоднократно упоминалось, что классическая механика исходит из следующего положения: материальные точки, достаточно удаленные от других материальных точек, движутся прямолинейно и равномерно или же находятся в состоянии покоя. Мы также неоднократно указывали, что этот основной закон выполняется лишь для тел отсчета К, находящихся в определенном состоянии движения, а именно §21. Насколько неполны основы классической механики?

движущихся равномерно и прямолинейно относительно друг друга. По отношению к другим телам отсчета это положение несправедливо. Как в классической механике, так и в специальной теории относительности различают тела отсчета К, относительно которых законы природы выполняются, и тела отсчета К, относительно которых законы природы не выполняются. Но такое положение вещей не может удовлетворить последовательно мыслящего человека. Он задает вопрос: «Каким образом возможно такое положение, что определенные тела отсчета (или их состояния движения) отличаются от других тел отсчета (или их состояний движения)? Какое основание для такого предпочтения?». Чтобы ясно показать, что я подразумеваю под этим вопросом, воспользуюсь таким сравнением. Я стою перед газовой плитой. На ней поставлены рядом два совершенно одинаковых чайника. Оба они до половины наполнены водой. Я замечаю, что из одного непрерывно поднимается пар, а из другого нет. Я удивлен этим больше, чем зрелищем газовой плиты и чайников, хотя бы ранее мне никогда не приходилось их видеть. Но если я замечаю, что под первым чайником светится нечто голубое, а под другим нет, то мое удивление исчезает, если даже я никогда не видел газового пламени. Я могу лишь сказать, что это нечто голубоватое вызывает (или, по крайней мере, может быть, вызывает) возникновение пара. Однако, если я не замечаю этого нечто голубоватого ни под одним из чайников и в то же время вижу, что в одном из них вода непрерывно кипит, а в другом нет, то я останусь удивленным и неудовлетворенным до тех пор, пока не открою какого-либо обстоятельства, на которое я могу возложить ответственность за различное поведение обоих чайников. Аналогично, тщетно было бы искать в классической механике (а также в специальной теории относительности) то реальное нечто, к которому можно было бы свести различное поведение тел относи1 тельно систем отсчета К и К'. Это возражение предвидел уже Ньютон, который тщетно стремился ослабить его. Однако яснее всего его понял Э. Мах, который выдвинул требование, чтобы механика была построена на новом основании. Этого возражения может избежать только физика, основанная на общем принципе относительности. Уравнения такой Это возражение приобретает особое значение в том случае, когда состояние движения тела отсчета таково, что для своего сохранения оно не нуждается во внешнем воздействии, например, в случае равномерного вращения тела отсчета.

О специальной и общей теории относительности теории справедливы для любого тела отсчета, в каком бы состоянии движения оно ни находилось.

§ 22. Некоторые выводы из общего принципа относительности Рассуждения в § 20 показывают, что общий принцип относительности дает нам возможность вывести чисто теоретическим путем свойства гравитационного поля. Именно, пусть нам известно пространственно-временное развитие какого-либо естественного процесса, происходящего в галилеевом пространстве относительно галилеева тела отсчета К. Тогда посредством чисто теоретических операций, т. е. лишь с помощью вычислений, можно найти, как будет протекать этот процесс относительно тела отсчета К', движущегося с ускорением относительно К. Но так как относительно этого нового тела отсчета К' существует гравитационное поле, то таким путем мы найдем, как влияет гравитационное поле на изучаемый процесс. Мы узнаем, например, что тело, движущееся относительно К прямолинейно и равномерно (в соответствии с законом Галилея), относительно ускоренно движущегося тела отсчета К' (ящика) совершает ускоренное, вообще говоря, криволинейное движение. Это ускорение и кривизна соответствуют влиянию на движущееся тело гравитационного поля, существующего относительно К'. Такое влияние гравитационного поля на движение тел известно, так что эти рассуждения не вносят ничего принципиально нового. Однако получается новый фундаментальный результат, если провести соответствующее рассуждение применительно к световому лучу. Свет распространяется относительно галилеевского тела отсчета К по прямой линии со скоростью с. Относительно же движущегося с ускорением ящика (тело отсчета К') путь того же светового луча, как легко показать, уже не будет представлять собой прямую линию. Отсюда следует заключить, что в гравитационных полях световые лучи распространяются, вообще говоря, по криволинейному пути. Этот вывод важен в двух отношениях. Во-первых, этот вывод можно проверить экспериментально. Хотя при ближайшем рассмотрении оказывается, что искривление световых лучей, согласно общей теории относительности, крайне незначительно для гравитационных полей, доступных нашему опыту, тем не менее для световых лучей, проходящих вблизи Солнца, искривление долж §22. Некоторые выводы из общего принципа относительности но составлять 1,7 угловой секунды. Это должно было бы проявляться в том, что неподвижные звезды, видимые вблизи Солнца при полных солнечных затмениях, казались бы смещенными на указанную величину по сравнению с тем положением, которое они занимают в том случае, когда Солнце находится в другом месте неба. Проверка правильности этого вывода представляет собой задачу чрезвычайной важности и мы надеемся на скорое решение ее астрономами 1. Во-вторых, этот вывод показывает, что закон постоянства скорости света в пустоте, представляющий собой одну из двух основных предпосылок специальной теории относительности, не может, согласно общей теории относительности, претендовать на неограниченную применимость. Изменение направления световых лучей может появиться лишь в том случае, если скорость распространения света меняется в зависимости от места. Можно было бы думать, что вследствие этого вывода становится несостоятельной специальная теория относительности, а вместе с ней и теория относительности вообще. На самом же деле это не так. Можно лишь заключить, что специальная теория относительности не может претендовать на неограниченную применимость;

ее результаты применимы лишь до тех пор, пока можно не учитывать влияние гравитационного поля на физические явления (например, световые). Поскольку противники теории относительности часто утверждали, что общая теория относительности опровергает специальную теорию относительности, для разъяснения действительного положения вещей обратимся к сравнению. До установления электродинамики законы электростатики считались просто законами электрических явлений. Теперь мы знаем, что электростатика может дать правильное описание электрического поля лишь в том никогда строго не реализующемся случае, когда электрические массы покоятся относительно друг друга и относительно системы координат. Опровергается ли тогда электростатика электродинамическими уравнениями Максвелла? Никоим образом! Электростатика содержится в электродинамике в качестве предельного случая;

законы электродинамики приводят непосредственно к электростатике в случае полей, не зависящих от времени. Лучший удел физической теории состоит в том, чтобы указывать путь создаСуществование требуемого теорией отклонения света было экспериментально установлено во время солнечного затмения 29 мая 1919 г. двумя английскими экспедициями Королевского и Королевского астрономического обществ под руководством астрономов Эддингтона и Кроммелина. (См. Приложение III.) О специальной и общей теории относительности ния новой более общей теории, в рамках которой она сама остается предельным случаем. В только что приведенном примере распространения света мы видели, что общий принцип относительности дает нам возможность теоретически определить влияние поля тяготения на течение процессов, законы которых в отсутствие поля тяготения уже известны. Однако наиболее увлекательной задачей, ключ к решению которой дает общий принцип относительности, является отыскание закона, которому подчиняется само гравитационное поле. Здесь дело заключается в следующем. Мы знаем пространственно-временные области, которые при соответствующем выборе тела отсчета обладают (приблизительно) «галилеевскими» свойствами, т. е. области, в которых гравитационные поля отсутствуют. Если такую область мы отнесем теперь к любому движущемуся телу отсчета К', то относительно К' будем иметь переменное во времени и пространстве гравитационное поле 1. Свойства этого поля зависят, очевидно, от того, каким мы выберем движение тела отсчета К'. Общий закон гравитационного поля должен, согласно общей теории относительности, выполняться для всех получаемых таким образом гравитационных полей. Хотя отнюдь не все гравитационные поля могут быть созданы таким путем, все же можно надеяться вывести из этих специального типа гравитационных полей общий закон гравитации. Эта надежда блестяще оправдалась! Но между ясным пониманием этой цели и ее действительным осуществлением остается преодолеть еще одну серьезную трудность, о которой я не могу умолчать перед читателем, так как она связана с существом вопроса. Нам необходимо еще раз углубить понятие пространственно-временного континуума.

§ 23. Поведение часов и масштабов на вращающихся телах отсчета До сих пор я умышленно не говорил о физической интерпретации пространственных и временных отсчетов в случае общей теории относительности. Тем самым я допустил некоторую небрежность, которая, как мы знаем из специальной теории относительности, никоим образом не является несущественной и простительной. Теперь весьма своевре Это следует из обобщения рассуждений в §20.

§23.

Поведение часов и масштабов на вращающихся телах отсчета менно восполнить этот пробел;

однако замечу, что это потребует от читателя терпения и способности к абстрактному мышлению. Мы опять исходим из много раз использованных, но весьма частных примеров. Рассмотрим пространственно-временную область, в которой относительно тела отсчета К, движущегося соответствующим образом, не существует никакого гравитационного поля;

тогда К в отношении данной области является галилеевым телом отсчета, и к нему применимы выводы специальной теории относительности. Отнесем ту же область ко второму телу отсчета К', равномерно вращающемуся относительно К. Для того чтобы картину сделать наглядной, представим себе К' в виде плоского диска, равномерно вращающегося вокруг оси, перпендикулярной его плоскости и проходящей через его центр. Наблюдатель, который сидит не в самом центре диска К', подвергается действию силы, направленной радиально от центра;

наблюдатель, находящийся в покое относительно первого тела отсчета К, будет считать эту силу действием инерции (центробежной силой). Пусть, однако, наблюдатель, находящийся на диске, рассматривает этот диск как «покоящееся» тело отсчета;

он вправе это сделать на основании общего принципа относительности. Силу, которая действует на него и вообще на тела, покоящиеся относительно диска К', он считает действием гравитационного поля. Правда, пространственное распределение этого по1 ля тяжести не может быть согласовано с законом тяготения Ньютона. Но наблюдатель убежден в справедливости общего принципа относительности и это его не смущает;

он справедливо надеется, что можно установить такой общий закон тяготения, который правильно объяснит не только движение созвездий, но и наблюдаемое им силовое поле. Наблюдатель, находясь на диске, производит эксперименты с часами и измерительными стержнями, стремясь на основании своих наблюдений дать точное определение временным и пространственным отсчетам относительно диска К'. Какие при этом эксперименты он будет производить? Прежде всего наблюдатель поместит двое одинаковых часов: одни — в центре диска, другие — на его периферии, так что и те и другие покоятся относительно диска. Сначала мы спросим, одинаково ли будут идти эти двое часов с точки зрения невращающегося галилеева тела отсчета К. Относительно этого тела часы, находящиеся в центПоле обращается в пуль в центре диска и растет к периферии пропорционально расстоянию от центра.

О специальной и общей теории относительности ре, покоятся, тогда как часы, расположенные на периферии, движутся вследствие вращения относительно К. Поэтому, согласно одному из выводов § 12, часы на периферии, с точки зрения тела отсчета К, будут идти медленнее, чем часы в центре диска. То же самое, очевидно, должен был бы констатировать и человек на диске, если мы представим его сидящим почти в центре диска, вблизи соответствующих часов. Следовательно, на таком диске и вообще во всяком гравитационном поле часы будут идти быстрее или медленнее, в зависимости от места, где они расположены (покоятся). Таким образом, разумное определение времени с помощью часов, неподвижных относительно тела отсчета, невозможно. Подобная же трудность возникает и при попытке применить здесь ранее данное нами определение одновременности, но я не буду подробно останавливаться на этом. Но в данном случае и определение пространственных координат с самого начала встречает непреодолимые трудности. Именно, если наблюдатель, движущийся вместе с диском, приложит свой единичный масштаб (линейку, длина которой очень мала, по сравнению с радиусом диска) по касательной к внешнему краю диска, то этот масштаб, с точки зрения галилеевой системы, будет короче единицы длины, так как, согласно § 12, движущиеся тела испытывают сокращение в направлении движения. Если же масштаб приложить в направлении радиуса диска, то он, с точки зрения К, не сокращается. Следовательно, если наблюдатель измерит своим масштабом сначала длину окружности диска, а затем его диаметр, и разделит первый результат измерения на второй, то получит для отношения не общеизвестное число тг = 3,14..., а большее число 1 ;

в тоже время, если сам диск покоится относительно К, то мы должны при этой операции получить в точности число тг. Тем самым доказано, что положения геометрии Евклида не могут точно выполняться на вращающемся диске и, таким образом, вообще в гравитационном поле по крайней мере в случае, когда масштабу во всех точках и при всех ориентациях приписывается длина, равная единице. При этом понятие прямой также теряет свой смысл. Поэтому мы не можем точно определить координаты ж, у, z относительно диска с помощью метода, использованного в специальной теории относительности. Но если не определены ни координаты, ни времена событий, то не Во всех этих рассуждениях в качестве тела отсчета следует применять галилееву (невращающуюся) систему К, так как выводы специальной теории относительности справедливы лишь относительно К (относительно же К' существует гравитационное поле).

х § 24. Евклидов и неевклидов континуум имеют точного смысла и законы природы, в которые входят эти координаты. Все это ставит под сомнение правильность изложенных выше рассуждений об общей относительности. На самом деле для точного применения общего принципа относительности требуется точный обходной путь. Последующим изложением читатель должен быть подготовлен к нему.

§ 24. Евклидов и неевклидов континуум Пусть передо мной поверхность мраморного стола. Я могу перейти от какой-либо точки поверхности к любой другой точке, переходя большое число раз к «соседним» точкам, или, другими словами, переходя от точки к точке без «скачков». Читатель, по-видимому, достаточно ясно понимает (если только он не очень придирчив), что означает здесь понятие «соседний» и «скачки». Эту же мысль мы выражаем, утверждая, что поверхность представляет собою континуум. Теперь представим себе большое количество небольших по сравнению с размерами стола линеек одинаковой длины;

это значит, что концы любой пары линеек совпадают при наложении. Расположим на поверхности стола четыре линейки таким образом, чтобы они образовали четырехугольник, диагонали которого равны между собой (квадрат). Чтобы обеспечить равенство диагоналей, мы пользуемся контрольной линейкой. К этому квадрату мы подстраиваем такие же квадраты, имеющие одну общую сторону с первым;

таким же образом рядом с этими последними квадратами строим новые и т. д. В конце концов вся поверхность стола будет покрыта квадратами, причем каждая сторона является общей для двух квадратов и каждая вершина — для четырех квадратов. То, что это можно сделать без больших трудностей, — истинное чудо! Достаточно только подумать о следующем. Если в некоторой вершине уже сходятся три квадрата, то тем самым уже имеются две стороны четвертого квадрата. Этим уже полностью определено, как должны быть уложены остальные две стороны. Но теперь я уже не могу составить четырехугольник так, чтобы его диагонали были равны. Если они уже равны сами по себе, то это объясняется особо благоприятными свойствами стола и линеек, которым я могу только удивляться! С подобным чудом мы должны были сталкиваться неоднократно, если это построение нам удалось довести до конца.

О специальной и общей теории относительности Если все это удалось действительно гладко, то можно утверждать, что точки поверхности стола образуют евклидов континуум относительно использованных линеек в качестве отрезков. Взяв вершину одного из квадратов за «начальную точку», я могу охарактеризовать любую другую вершину одного из квадратов по отношению к начальной точке двумя числами. Чтобы достигнуть рассматриваемой вершины квадрата, я должен указать, сколько линеек я должен отложить «вправо» и сколько — «вверх» от начальной точки. Тогда эти два числа и будут представлять собой «декартовы координаты» указанной вершины относительно определяемой уложенными линейками «декартовой системы координат». То, что существуют случаи, когда подобный эксперимент не удается, можно увидеть, несколько изменив этот мысленный эксперимент. Как известно, линейки должны «удлиняться» в зависимости от температуры. Пусть крышка стола нагрета в середине, а по краям остается ненагретой, причем любые две наши линейки по-прежнему могут быть совмещены друг с другом в любом месте стола. Но при этом наша конструкция из квадратов неизбежно должна расстроиться, так как линейки в середине стола удлинились, а линейки у краев стола — нет. По отношению к нашим линейкам, определенным в качестве единиц длины, поверхность стола уже не будет евклидовым континуумом, и мы уже не в состоянии непосредственно определить с ее помощью декартовы координаты, так как вышеописанное построение более невыполнимо. Однако имеются другие предметы, на которые температура стола влияет иначе, чем на наши линейки (или вовсе не влияет), и, следовательно, можно естественным путем сохранить представление о поверхности стола как об «евклидовом континууме»;

это может быть достигнуто удовлетворительным образом более тонким определением понятия измерения, т. е. сравнения отрезков. Но если бы длина линеек любого рода, т. е. из любых материалов, одинаковым образом зависела от температуры на неодинаково нагретой поверхности стола, и если бы у нас не было другого средства установить влияние температуры, кроме геометрических свойств линеек при опытах, аналогичных описанному выше, то было бы целесообразно принять за единицу расстояние между двумя точками на поверхности стола, если концы одной из наших линеек совпадают с этими точками. В самом деле, как можно было бы иначе определить отрезок без явного произвола? Однако в таком случае мы должны отказаться от ме §25. Гауссовы координаты тода декартовых координат и заменить его другим методом, который не предполагал бы применимости евклидовой геометрии к твердым телам 1. Читатель замечает, что описанное здесь положение соответствует тому, которое привело к общему принципу относительности (см. §23).

§ 25. Гауссовы координаты Аналитико-геометрический метод рассмотрения может быть, согласно Гауссу, описан следующим образом. Представим себе, что на поверхность стола нанесена система некоторых кривых (см. рис. 4), которые мы назовем «-кривыми и пронумеруем их какими-либо числами. На рис. 4 изображены кривые и = 1, и = 2, и = 3. Но между кривыми и = 1 и и = 2 Рис. 4 следует представить себе бесконечно много кривых, которые соответствуют всем вещественным числам между 1 и 2. Тогда получается система «-кривых, которые бесконечно плотно покрывают всю поверхность стола. Ни одна кривая и не должна пересекать другую;

через каждую точку поверхности стола проходит одна и только одна кривая. Тогда каждой точке поверхности стола соответствует совершенно определенное значение и. Начертим на той же поверхности систему ^-кривых, которые удовлетворяют тем же условиям и обозначены соответствующим образом числами, но также могут Математики формулируют нашу задачу следующим образом. Если в трехмерном евклидовом метрическом пространстве дана некоторая поверхность, например, эллипсоид, то на этой поверхности, так же как на плоскости, выполняется двумерная геометрия. Гаусс поставил перед собой задачу исследовать эту двумерную геометрию, не предполагая, что поверхность принадлежит евклидову континууму трех измерений. Если на этой поверхности осуществляются построения из жестких линеек (аналогичные описанному выше построению на поверхности стола), то для этих построений выполняются уже иные законы, отличные от законов евклидовой геометрии на плоскости. Поверхность не будет евклидовым континуумом в отношении линеек, и на поверхности нельзя определить декартовы координаты. Гаусс показал, на каких принципах может быть основана трактовка геометрических соотношений на поверхности, и тем самым указал путь к риманову методу исследования многомерных неевклидовых континуумов. Таким образом, математиками уже давно решены формальные проблемы, к которым приводит общий принцип относительности.

О специальной и общей теории относительности иметь произвольную форму. Тогда каждой точке поверхности стола соответствует одно значение и и одно значение v;

эти два числа мы назовем координатами поверхности стола (гауссовы координаты). Например, точка Р на рис. 4 имеет гауссовы координаты и = 3, v = 1. Тогда две соседние точки Р и Р' на поверхности соответственно имеют координаты и, v и и + du, v + dv, где du и dv означают весьма малые числа. Расстояние между Р и Р', измеренное линейкой, также является весьма малым числом ds. Тогда, согласно Гауссу, мы имеем ds2 = gu du2 + 2gi2 du dv + gii dv2, где gii, gi2, g22 — величины, которые вполне определенным образом зависят от и и v. Величины gu, gn и g22 определяют поведение линеек по отношению к «-кривым и ^-кривым, а следовательно, по отношению к поверхности стола. Только в том случае, когда точки рассматриваемой поверхности образуют евклидов континуум (по отношению к измерительным линейкам), можно начертить «-кривые и ^-кривые и приписать им числа таким образом, что ds2 = du2 +dv2.

В этом случае «-кривые и ^-кривые становятся прямыми линиями в смысле евклидовой геометрии, причем перпендикулярными друг другу. Здесь гауссовы координаты являются просто декартовыми координатами. Гауссовы координаты, очевидно, и есть сопоставление точке рассматриваемой поверхности пары чисел, причем такое, что очень мало различающимся численным значениям однозначно соответствуют соседние точки в пространстве. Это рассуждение применимо прежде всего к двумерному континууму. Но метод Гаусса может быть применен также к континууму трех, четырех и более измерений. Если, например, имеется четырехмерный континуум, мы можем представить его следующим образом. Каждой точке континуума мы произвольно ставим в соответствие четыре числа х±, Х2, жз, Ж4, которые называются «координатами». Соседние точки соответствуют соседним значениям координат. Если соседним точкам Р и Р' сопоставлено расстояние ds, измеренное и вполне § 26. Пространственно-временной континуум определенное с физической точки зрения, то выполняется следующая формула: ds = gn dx1 + 2gi2 dx\ dx-i +... + #44 dx4, где величины gu и т. д. имеют значения, которые изменяются от точки к точке в континууме. Лишь в том случае, когда континуум является евклидовым, координаты х\, жг? #з? Ж4 можно связать с точками континуума так, что мы получаем формулу ds = dx\ + dx\ + dx\ + dx\.

Тогда в четырехмерном континууме выполняются соотношения, которые аналогичны соотношениям, справедливым для измерений в трехмерном пространстве. Правда, приведенная выше гауссовская трактовка ds2 не всегда возможна;

она возможна лишь в том случае, когда достаточно малые области рассматриваемого континуума можно считать эвклидовыми континуумами. Например, это осуществляется, очевидно, в случае неравномерно нагретой доски стола, температура которой изменяется в зависимости от места. Температура малой части доски стола практически постоянна, и таким образом геометрические свойства линеек почти такие, какими они должны быть в соответствии с правилами эвклидовой геометрии. Следовательно, указанные в предыдущем параграфе затруднения в построении квадратов не проявятся четко до тех пор, пока это построение не распространено на значительную часть поверхности стола. Резюмируя, мы можем сказать следующее: Гаусс предложил метод математического описания любого континуума, в котором определены метрические соотношения («расстояния» между соседними точками). Каждой точке континуума приписывается столько чисел (гауссовых координат), сколько измерений имеет континуум. Способ приписания выбран таким, чтобы он был однозначным и чтобы соседним точкам соответствовали числа (гауссовы координаты), отличающиеся на бесконечно малую величину. Гауссова система координат является логическим обобщением декартовой. Она применима также и к неевклидовым континуумам, но лишь тогда, когда малые по отношению к определенному размеру («расстоянию») части рассматриваемого континуума тем более похожи на эвклидов континуум, чем меньше рассматриваемая часть континуума.

О специальной и общей теории относительности § 26. Пространственно-временной континуум специальной теории относительности как евклидов континуум Теперь мы можем несколько точнее сформулировать мысль Минковского, которая лишь в общих чертах намечена в § 17. Согласно специальной теории относительности, преимущества для описания четырехмерного пространственно-временного континуума дают определенные системы координат. Мы назвали их «галилеевыми системами координат». Для этих систем четыре координаты х, у, z, t, которые определяют некоторое событие, или, иначе говоря, точку четырехмерного континуума, физически определяются простым путем, подробно описанным в первой части настоящей работы. Для перехода от одной галилеевой системы к другой, движущейся равномерно относительно первой, применимы уравнения преобразования Лоренца. Последние служат основой для вывода следствий специальной теории относительности и представляют собой не что иное, как выражение универсальной применимости закона распространения света для всех галилеевых систем отсчета. Минковский нашел, что преобразования Лоренца удовлетворяют следующим простым условиям. Рассмотрим два соседних события, взаимное положение которых в четырехмерном континууме по отношению к галилеевому телу отсчета К определяется разностями dx, dy, dz пространственных координат и разностью dt времени. По отношению ко второй галилеевой системе отсчета мы будем предполагать, что соотf f f ветствующие разности для этих двух событий есть dx, dy, dz, dt'. 1 Тогда для этих величин всегда выполняется следующее условие : «fa* + dy2 + dz2 - C2dt2 = dx'2 + dy'2 + dz'2 - C2dt'2. Из этого условия следует справедливость преобразования Лоренца. Это можно выразить следующим образом. Величина ds2 = dx2 + dy2 + dz2 c2dt2, которая относится к двум соседним точкам четырехмерного пространственно-временного континуума, имеет одно и то же значеСм. Приложения I и II. Выведенные там соотношения (На) и (12) для самих координат справедливы также для разностей координат, а следовательно, и для дифференциалов координат (бесконечно малых разностей).

§ 27. Пространственно-временной континуум не евклидов ние для всех выбранных (галилеевых) тел отсчета. Если мы заменим х, у, z, yf^lct соответственно на х±, Х2, жз? х±, то в результате получим, что выражение ds2 = dx\ + dx\ + dx\ + dx не зависит от выбора тела отсчета. Величину ds мы называем «расстоянием» между двумя событиями или точками четырехмерного континуума. Итак, если мы выбрали в качестве временной переменной мнимую величину у/— let вместо вещественной величины t, мы можем рассматривать пространственно-временной континуум — согласно специальной теории относительности — как «евклидов» четырехмерный континуум;

этот результат следует из последнего параграфа.

§ 27. Пространственно-временной континуум общей теории относительности не является евклидовым В первой части этой работы мы имели возможность пользоваться пространственно-временными координатами, которые допускали непосредственную простую физическую интерпретацию и которые могли, согласно § 26, рассматриваться как четырехмерные декартовы координаты. Эта возможность следовала из закона постоянства скорости света. Но, согласно § 21, в общей теории относительности этот закон уже не справедлив. Наоборот, мы пришли к выводу, что, согласно последней, скорость света всегда должна зависеть от координат, если присутствует гравитационное поле. В связи со специальным примером в § 23 мы нашли, что гравитационное поле делает невозможным то определение координат и времени, которое привело нас к цели в специальной теории относительности. Из этих соображений мы приходим к убеждению, что, согласно общему принципу относительности, пространственно-временной континуум не может рассматриваться как евклидов и что здесь мы встречаемся с общим случаем, с которым мы ознакомились на примере двумерного континуума неравномерно нагретой доски стола. Так же, как в указанном примере было невозможно построить декартову систему координат из одинаковых линеек, здесь невозможно построить из твердых тел и часов такую систему (тело отсчета), чтобы линейки и часы, О специальной и общей теории относительности закрепленные жестко по отношению друг к другу, непосредственно указывали бы положение и время. В этом состоит сущность той трудности, с которой мы встретились в § 23. Однако соображения, изложенные в § 25 и 26, указывают нам путь преодоления этой трудности. Отнесем четырехмерный пространственно-временной континуум произвольным образом к гауссовым координатам. Припишем каждой точке континуума (событию) четыре числа ал, х<1-> жз, я?4 (координаты), которые не имеют никакого непосредственного физического смысла, но служат лишь для определенной, хотя и произвольной нумерации точек континуума. При этом нумерация вовсе не должна быть такой, чтобы ал, Х2, жз рассматривались обязательно как «пространственные» координаты, а Ж — как «временная» 4 координата. Читатель может подумать, что подобное описание мира было бы совершенно неадекватным;

какой смысл в том, что я приписываю некоторому событию определенные координаты ал 5 жг, жз, Ж4, если сами эти координаты лишены смысла? Однако более внимательное рассмотрение показывает, что это беспокойство неосновательно. Рассмотрим, например, любую движущуюся материальную точку. Если бы эта точка существовала лишь мгновение, а не продолжительное время, то она описывалась бы в пространстве-времени единственной системой значений ал 5 жг, а?з, Ж4- Длительное же существование материальной точки характеризуется бесконечно большим числом таких систем значений, которые примыкают друг к другу, образуя континуум. Таким образом, материальной точке соответствует (одномерная) линия в четырехмерном континууме. Другим движущимся материальным точкам соответствует столько же линий нашего континуума. Только те из утверждений относительно этих точек могут претендовать на физическую реальность, которые касаются встреч этих точек. В нашей математической формулировке такая встреча описывается тем, что обе линии, представляющие соответствующие движения рассматриваемых материальных точек, имеют одну определенную общую систему значений координат ал, жг, жз, х±. После тщательного размышления читатель, несомненно, согласится с тем, что единственное реальное утверждение пространственно-временного характера, которое содержится в наших физических высказываниях, относится только к таким встречам. Описывая движение материальной точки относительно некоторого тела отсчета, мы констатировали лишь встречи этой точки с опреде § 28.

Точная формулировка общего принципа относительности ленными точками тела отсчета. Соответствующие значения времени мы можем также определить путем констатации встреч тела с часами вместе с констатацией встреч стрелок часов с определенными точками циферблатов. После некоторого размышления мы видим, что точно так же обстоит дело с пространственными измерениями с помощью масштабов. Вообще, всякое физическое описание сводится к некоторому числу констатации, каждое из которых относится к пространственновременному совпадению двух событий А и В. В гауссовых координатах всякая такая констатация выражается через совпадения четырех координат жх, я?2, жз, я?4 этих событий. Таким образом, в действительности описание пространственно-временного континуума в гауссовых координатах вполне заменяет описание с помощью тела отсчета, не страдая при этом недостатками последнего метода описания;

оно не связано с евклидовым характером описываемого континуума.

§ 28. Точная формулировка общего принципа относительности Теперь мы в состоянии заменить предварительную формулировку общего принципа относительности, данную в § 18, более точной. Первоначально мы формулировали общий принцип следующим образом: «Все тела отсчета К, К' и т. д. эквивалентны для описания природы (формулировки общих законов природы), каково бы ни было состояние движения этих тел отсчета». Эта формулировка не может быть сохранена, поскольку невозможно пользоваться твердыми телами отсчета в том смысле, в каком это делалось в специальной теории относительности, при пространственно-временном описании. Место тела отсчета занимает гауссова система координат. Основной идее общего принципа относительности соответствует следующее утверждение: «Все гауссовы системы координат в принципе эквивалентны для формулирования общих законов природы». Этот общий принцип относительности можно выразить еще и в другой форме, из которой еще отчетливее видно, что он является естественным обобщением специального принципа относительности. Согласно специальной теории относительности, уравнения, которые выражают общие законы природы, сохраняют свою форму, если вместо пространственно-временных переменных ж, у, z, t относительно (галилеева) О специальной и общей теории относительности тела отсчета К ввести с помощью преобразования Лоренца переменные ж', yf, zf, t' относительно нового тела отсчета К'. Согласно же общей теории относительности, эти уравнения при любом преобразовании гауссовых переменных х\, жг, #з? Ж4 должны переходить в уравнения того же вида, поскольку всякое преобразование (не только преобразование Лоренца) отвечает переходу от одной гауссовой системы координат к другой. Тот, кто не желает отказываться от обычного трехмерного представления, может охарактеризовать развитие основной идеи общей теории относительности следующим образом: специальная теория относительности относится к галилеевым областям, т. е. к таким, в которых не существует гравитационного поля. При этом телом отсчета служит галилеево тело отсчета, т. е. твердое тело, находящееся в таком состоянии движения, что для него выполняется галилеев закон равномерного и прямолинейного движения «изолированных» материальных точек. Некоторые соображения позволяют распространить те же галилеевы области и на негалилеевы тела отсчета. Тогда относительно последних существует гравитационное поле специального вида (см. §§20 и 23). Но в полях тяготения не существует твердых тел с евклидовыми свойствами;

поэтому понятие твердого тела отсчета не применимо в общей теории относительности. Гравитационные поля влияют и на ход часов, так что физическое определение времени непосредственно с помощью часов совершенно не обладает той степенью очевидности, какой оно обладает в специальной теории относительности. Поэтому используются нежесткие тела отсчета, которые могут не только двигаться произвольным образом как целое, но и претерпевать изменения формы при своем движении. Для определения времени служат часы со сколь угодно нерегулярным ходом. Мы должны представить себе, что эти часы помещены в какой-либо точке нежесткого тела отсчета;

они удовлетворяют лишь одному условию, которое заключается в том, что одновременно воспринимаемые показания часов, находящихся в соседних пространственных точках, различаются бесконечно мало. Это деформируемое тело отсчета, которое не без основания можно назвать «моллюском отсчета», по существу равноценно любой четырехмерной гауссовой системе координат. По сравнению с гауссовой системой «моллюск» имеет известную наглядность, благодаря формальному сохранению (собственно говоря, без оснований) самостоятельного су § 29. Решение проблемы гравитации ществования пространственных координат по отношению к временной координате. Каждая точка моллюска рассматривается как пространственная точка, и каждая покоящаяся относительно моллюска материальная точка считается просто покоящейся, пока сам моллюск рассматривается как тело отсчета. Общий принцип относительности требует, чтобы все эти моллюски могли быть использованы в качестве тел отсчета с одинаковым успехом при формулировании общих законов природы;

эти законы совершенно не должны зависеть от выбора моллюска. Именно в далеко идущих ограничениях, которые налагаются на законы природы, и лежит истинная сила общего принципа относительности.

§ 29. Решение проблемы гравитации на основе общего принципа относительности Если читатель внимательно следил за всеми предыдущими рассуждениями, то он без труда поймет и методы, ведущие к решению проблемы гравитации. Мы исходим из рассмотрения галилеевой области, т.е. области, в которой не существует поле тяготения относительно галилеева тела отсчета К. Поведение масштабов и часов так же, как и поведение «изолированных» материальных точек относительно К, известно из специальной теории относительности;

последние движутся прямолинейно и равномерно. Теперь отнесем эту область к любой системе гауссовых координат или к «моллюску» как телу отсчета К'. Тогда по отношению к К' существует гравитационное поле G (особого вида). Поведение измерительных линеек, часов, а также свободно движущихся материальных точек относительно К' мы изучаем просто путем математических расчетов. Это поведение мы интерпретируем как поведение измерительных линеек, часов и материальных точек под влиянием гравитационного поля G. Затем мы вводим следующую гипотезу: гравитационное поле воздействует на измерительные линейки, часы и свободно движущиеся материальные точки согласно тем же законам и в том случае, когда существующее гравитационное поле не может быть выведено путем простого преобразования координат из галилеева специального случая. Следующим шагом является исследование пространственно-временного поведения гравитационного поля G, которое было выведено из О специальной и общей теории относительности галилеева специального случая только путем преобразования координат. Это поведение формулируется в виде закона, который справедлив всегда, независимо от выбора тела отсчета (моллюска). Этот закон еще не является общим законом гравитационного поля, поскольку изученное поле представляет собой поле специального вида. Для нахождения общего закона гравитационного поля необходимо обобщить полученный закон, что и может быть сделано без какого-либо произвола при учете следующих требований: а) искомое обобщение должно также удовлетворять общему принципу относительности;

б) если в рассматриваемой области имеется материя, то создаваемое ею гравитационное поле определяется только ее инертной массой, и, следовательно, согласно § 15, только ее энергией;

в) гравитационное поле и материя вместе должны удовлетворять закону сохранения энергии (и импульса). Наконец, общий принцип относительности дает возможность выяснить влияние гравитационного поля на все те процессы, законы которых в отсутствие поля известны, т. е. уже включены в рамки специальной теории относительности. При этом пользуются в принципе тем же методом, который был изложен выше применительно к масштабам, часам и свободно движущимся материальным точкам. Выведенная таким образом из общего принципа относительности теория гравитации не только отличается своим изяществом, не только устраняет присущие классической механике недостатки, отмеченные в § 21, не только интерпретирует эмпирический закон равенства инертной и тяжелой масс. Но она также объяснила уже два существенно различных результата астрономических наблюдений, которые не могла объяснить классическая механика. Мы уже упоминали о втором из этих результатов, а именно: об искривлении световых лучей в поле тяготения Солнца;

первый же касается орбиты планеты Меркурия. Если уравнения общей теории относительности применить к случаю, когда гравитационные поля можно считать слабыми и когда все массы движутся относительно системы координат со скоростями, малыми по сравнению со скоростью света, то как первое приближение получается прежде всего теория Ньютона. Последняя получается здесь без особых предположений, тогда как Ньютон вынужден был ввести в качестве гипотезы силу притяжения, обратно пропорциональную квадрату расстояния между двумя взаимодействующими материаль § 29. Решение проблемы гравитации ными точками. При повышении точности вычислений выявляются отклонения от теории Ньютона, которые, правда, настолько незначительны, что почти все ускользают от наблюдения. Одно из этих отклонений мы должны здесь рассмотреть специально. Согласно теории Ньютона, планета движется вокруг Солнца по эллипсу, который вечно сохраняет свое положение относительно неподвижных звезд, если можно было бы отвлечься от воздействия других планет на рассматриваемую планету и от собственного движения «неподвижных» звезд. После введения поправок в наблюдаемое движение планет на оба эти эффекта орбита планеты по отношению к неподвижным звездам должна представлять собою неизменный эллипс, если теория Ньютона верна в точности. Для всех планет, за исключением ближайшей к Солнцу планеты Меркурий, был подтвержден этот вывод теории, который может быть проверен с высокой точностью, какая только достижима при современных методах наблюдения. Со времен Леверье о планете Меркурий известно, что эллипс ее орбиты с учетом указанных выше поправок не остается в неизменном положении относительно неподвижных звезд, но вращается, хотя и чрезвычайно медленно, в плоскости орбиты и в направлении орбитального движения планеты. Это вращение эллипса орбиты составляет 43 угловых секунды в столетие, причем это значение установлено с точностью до нескольких секунд. В классической механике это явление удается объяснить лишь ценой введения маловероятных гипотез, придуманных только для данного случая. Согласно общей теории относительности получается, что эллипс орбиты каждой планеты должен вращаться вокруг Солнца вышеуказанным образом и что это вращение для всех планет, кроме Меркурия, слишком мало, чтобы его можно было заметить при современной точности наблюдений;

для Меркурия же вращение должно составлять именно 43 угловых секунды в столетие, в точном согласии с наблюдаемым. Кроме этого, из теории до сих пор можно было вывести еще два следствия, доступных проверке наблюдением: искривление световых лучей гравитационным полем Солнца1 и смещение спектральных линий света, посылаемого к нам большими звездами, по сравнению со спектральными линиями света, испускаемого теми же самыми атома Впервые наблюдалось А. Эддингтоном и другими в 1919 г. (см. Приложение III).

О специальной и общей теории относительности ми на Земле. Я не сомневаюсь в том, что и это последнее следствие теории скоро найдет свое подтверждение.

О мире как целом § 30. Космологические затруднения теории Ньютона Кроме изложенного в § 21 затруднения, классическая небесная механика встречается со вторым принципиальным затруднением, которое, насколько мне известно, было впервые подробно рассмотрено астрономом Зеелигером. Если подумать над вопросом, как следует представлять себе мир в целом, то прежде всего напрашивается следующий ответ. Мир бесконечен в пространстве (и времени). Всюду существуют звезды, так что хотя плотность материи в отдельных случаях весьма различна, в среднем она всюду одинакова. Иными словами: как бы далеко ни проникать в мировое пространство, всюду мы найдем рассеянные скопления неподвижных звезд примерно одного типа и одинаковой плотности. Это представление несовместимо с теорией Ньютона. Больше того, последняя требует, чтобы мир имел нечто вроде центра, где плотность числа звезд была бы максимальной и чтобы эта плотность убывала с расстоянием от центра так, что на бесконечности мир был бы совсем пустым. Звездный мир должен представлять собой конечный остров в бесконечном океане пространства 1. Это представление не очень удовлетворительно само по себе. Оно неудовлетворительно еще и потому, что приводит к следствию, что свет, излучаемый звездами, а также отдельные звезды звездной системы должны непрерывно удаляться в бесконечность, никогда не возвращаясь и не вступая во взаимодействие с другими объектами природы. Обоснование. Согласно теории Ньютона, на некоторой массе т оканчивается определенное число «силовых линий», которые приходят из бесконечности, причем это число пропорционально массе т. Если плотность ро массы в мире в среднем постоянна, то в шаре объемом V заключается в среднем масса poV. Таким образом, число силовых линий, входящих внутрь шара через его поверхность F, пропорционально величине poV. Через единицу поверхности шара проходят силовые линии, число которых пропорционально величине po(V/F), или poR. Следовательно, напряженность поля на поверхности возрастала бы до бесконечности с увеличением радиуса шара R, что невозможно.

§31. Возможность конечного и все же неограниченного мира Такой мир, материя которого сконцентрирована в конечном пространстве, должен был бы медленно, но систематически опустошаться. Чтобы избежать этих следствий, Зеелигер изменил закон Ньютона, предположив, что притяжение двух масс на больших расстояниях убывает быстрее, чем по закону 1/г2. Тогда плотность может оставаться постоянной всюду в бесконечной Вселенной, не приводя к бесконечно большим полям тяготения. Так можно освободиться от неприятного представления о том, что материальный мир обладает каким-то центром. Правда, это освобождение от описанных выше принципиальных трудностей достигается ценой изменения и усложнения закона Ньютона, которые не имеют ни экспериментального, ни теоретического обоснования. Можно указать сколько угодно законов, приводящих к тому же результату, причем нет оснований предпочесть один другому;

каждый из этих законов, как и закон Ньютона, не обоснован общими теоретическими принципами.

§ 31. Возможность конечного и все же неограниченного мира Предположения о структуре Вселенной развивались еще и в совершенно ином направлении. А именно: развитие неевклидовой геометрии привело к осознанию того факта, что можно сомневаться в бесконечности нашего пространства, не вступая в противоречие с законами мышления и с опытом (Риман, Гельмгольц). Эти соображения уже детально выяснены с исключительной отчетливостью Гельмгольцем и Пуанкаре;

здесь же я могу лишь кратко коснуться этого вопроса. Сначала представим себе некоторое двумерное пространство. Пусть в плоскости свободно передвигаются плоские существа с плоскими инструментами, в частности с плоскими жесткими масштабами. Для них ничего не существует вне этой плоскости, тогда как все происходящее в их плоскости и наблюдаемое ими самими или при помощи их плоских инструментов является каузально замкнутым. В частности, для них осуществимы построения плоской евклидовой геометрии с помощью линеек, например, рассмотренное в § 24 построение сетки. Мир этих существ, в отличие от нашего, является пространственнодвумерным, но, как и наш мир, простирается в бесконечность. В их мире умещается бесконечно много одинаковых квадратов, построенных О специальной и общей теории относительности из линеек, т. е. объем (поверхность) этого двумерного мира бесконечен. Утверждение существ этого мира, что их мир является «плоским», имеет тот смысл, что при помощи имеющихся у них линеек можно выполнить построения из квадратов в плоской евклидовой геометрии, причем каждая линейка, независимо от своего положения, всегда представляет один и тот же отрезок. Теперь снова представим себе двумерное существо, но не на плоскости, а на сферической поверхности. Плоские существа со своими масштабами и другими предметами лежат точно на этой поверхности и не могут покинуть ее;

весь воспринимаемый ими мир простирается исключительно на сферическую поверхность. Могут ли эти существа рассматривать геометрию своего мира как двумерную геометрию Евклида и при этом рассматривать свои линейки как осуществление понятия «расстояния»? Они не могут поступить так, поскольку при попытке провести прямую они получат кривую, которую мы, трехмерные существа, называем дугой большого круга, т. е. замкнутую линию определенно конечной длины, которую можно измерить с помощью линейки. Площадь поверхности этого мира также конечна и ее можно сравнить с площадью одного из квадратов, построенного из линеек. Прелесть такого рассуждения заключается в том, что мы увидели мир этих существ конечным и все же не имеющим границ. Но существам, обитающим на поверхности шара, не требуется совершать кругосветного путешествия, чтобы заметить неевклидовость мира, в котором они живут. Они могут убедиться на всяком участке своего мира, если этот участок не слишком мал. Они проводят из некоторой точки во всех направлениях «прямые отрезки» (дуги окружностей, с точки зрения трехмерного пространства) одинаковой длины. Линию, соединяющую свободные концы этих линий, они будут называть «окружностью». Согласно евклидовой геометрии на плоскости, отношение длины окружности, измеренной некоторой линейкой, к длине диаметра, измеренной той же линейкой, равно постоянной величине тг, не зависящей от диаметра окружности. Наши плоские существа на своей сферической поверхности нашли бы для этого отношения следующую величину:

ТГ = sin {r/R) (r/R) т. е. величину, меньшую тг, причем отличающуюся от тг тем значительнее, чем больше радиус окружности по сравнению с радиусом R этого §31. Возможность конечного и все же неограниченного мира мира (сферы). Из этого соотношения существа, обитающие на сфере, могут определить радиус R своего мира, если даже их измерениям доступна лишь сравнительно небольшая часть их мира-сферы. Но если эта часть слишком мала, то они уже не в состоянии установить: находятся ли они на сферической поверхности или на евклидовой плоскости;

небольшой участок сферической поверхности очень мало отличается от участка части плоскости такой же величины. Таким образом, если сферически-поверхностные существа обитают на планете, солнечная система которой составляет лишь ничтожно малую часть сферического мира, то они не могли бы решить, живут ли они в конечном или бесконечном мире, поскольку часть мира, доступная их опыту, в обоих случаях является практически плоской, т.е. евклидовой. Непосредственно видно, что для обитающих на сфере существ длина окружности сначала возрастает с радиусом до «окружности мира» и затем, при дальнейшем возрастании радиуса, постепенно уменьшается до нуля. При этом площадь круга постоянно возрастает, пока она наконец не станет равной полной площади всего сферического мира. Читатель, быть может, удивится тому, что мы поместили наши существа именно на сферу, а не на какую-либо иную замкнутую поверхность. Но это имеет свое оправдание, поскольку сфера отличается от всех других замкнутых поверхностей тем свойством, что все ее точки равноценны. Отношение длины окружности и к своему радиусу г хотя и зависит от г, но при данном г оно одинаково для всех точек сферического мира;

иными словами, этот мир-сфера есть «поверхность постоянной кривизны». Имеется трехмерный аналог двумерного сферического мира,а именно: трехмерное сферическое пространство, открытое Риманом. Все его точки также равноценны. Оно обладает конечным объемом, который 2 3 определяется его «радиусом» R и равен 2тг Я. Можно ли представить себе сферическое пространство? Представить себе какое-либо пространство означает не что иное, как представить себе сущность «пространственных» опытов, т. е. опытов, которые можно производить при движении «твердых» тел. В этом смысле сферическое пространство можно себе представить. Пусть из некоторой точки проведены прямые (или натянуты шнуры) во всех направлениях и на каждой из них отложена при помощи масштаба длина г. Все свободные концы этих отрезков лежат на сфере.

О специальной и общей теории относительности Эту поверхность F мы можем измерить масштабным квадратом. Для евклидова мира F = 4тгг2;

если же мир сферический, то F всегда меньше 4тгг2. С возрастанием г площадь поверхности F растет от нуля до некоторого максимума, определяемого «радиусом мира», а при дальнейшем возрастании г величина F снова постепенно уменьшается до нуля. Выходящие из начальной точки радиальные прямые сначала все более удаляются друг от друга, а затем снова сближаются и в конце концов вновь сходятся в точке, «противолежащей» начальной точке;

таким образом, они промеряют все сферическое пространство. Легко убедиться, что трехмерное сферическое пространство вполне аналогично двумерному (поверхности сферы). Оно конечно (т.е. имеет конечный объем), но не имеет границ. Заметим, что существует еще одна разновидность сферического пространства, а именно «эллиптическое пространство». Его можно представить себе как сферическое пространство, в котором «противолежащие точки» совпадают. Таким образом, эллиптический мир можно рассматривать до некоторой степени как центрально-симметричный сферический мир. Из сказанного следует, что мыслимы замкнутые пространства, не имеющие границ. Среди них выделяется своей простотой сферическое (и соответственно, эллиптическое) пространство, все точки которого равноценны. Отсюда перед астрономами и физиками возникает чрезвычайно интересный вопрос: является ли мир, в котором мы живем, бесконечным или же он, подобно сферическому миру, конечен? Наш опыт далеко не достаточен для ответа на этот вопрос. Однако общая теория относительности дает возможность ответить на этот вопрос со значительной достоверностью;

при этом разрешается также затруднение, изложенное в § 30.

§ 32. Структура пространства, согласно общей 1 теории относительности Согласно общей теории относительности, геометрические свойства пространства не самостоятельны: они обусловлены материей. Отсюда можно сделать какое-либо заключение о геометрической структуре х См. приложение IV (стр. 212). — Прим. ред.

§32. Структура пространства мира, лишь положив в основу рассмотрение предположения о том, что состояние материи является известным. Из опыта известно, что, при соответствующем выборе системы координат, скорости звезд малы по сравнению со скоростью распространения света. Поэтому мы можем в грубом приближении выяснить свойства мира в целом, считая материю покоящейся. Из предшествующих рассуждений мы уже знаем, что поля тяготения, т.е. распределение материи, влияют на поведение часов и масштабов. Отсюда уже ясно, что не может быть и речи о точной применимости евклидовой геометрии в нашем мире. Однако мыслимо, что наш мир мало отклоняется от евклидова;

это предположение допустимо, поскольку, согласно расчету, даже массы порядка массы нашего Солнца лишь совершенно незначительно влияют на метрику окружающего нас пространства. Можно представить себе, что наш мир по своим геометрическим свойствам подобен поверхности, неравномерно искривленной в некоторых частях, нигде, однако, не отклоняющейся значительно от плоскости, и похож на поверхность слабо волнующегося моря. Такого рода мир можно назвать квазиевклидовым. Он был бы пространственно бесконечным. Однако вычисления показывают, что в квазиевклидовом мире средняя плотность материи должна равняться нулю. Следовательно, такой мир не может всюду быть заполнен материей;

он приводит к той неудовлетворительной картине, которую мы набросали в § 30. Но если средняя плотность материи в мире даже очень мало отличается от нуля, то мир не может быть квазиевклидовым. Больше того, вычисления показывают, что при равномерно распределенной материи мир с необходимостью должен быть сферическим (или эллиптическим). Так как в действительности в отдельных областях материя распределена неравномерно, то реальный мир в отдельных частях будет отклоняться от сферического;

он будет квазисферическим. Однако он должен быть конечным. Теория дает простое соотношение1 между пространственной протяженностью мира и средней плотностью материи в нем.

А именно, для «радиуса мира» R получается соотношение При этом в системе СГС 2/>с — 1,08 • 10 2 7, а р — средняя плотность материи.

О специальной и общей теории относительности Приложение I Простой вывод преобразования Лоренца (дополнение к § 11) При расположении систем координат, изображенном на рис. 2, оси X обеих систем постоянно совпадают. Мы можем здесь разделить задачу на две части и сначала рассматривать лишь события, локализированные на оси X. Такое событие определяется относительно системы координат К абсциссой х и временем t, а относительно К' — абсциссой х' и временем t'. Требуется найти х' и ', если даны х и t. Световой сигнал, распространяющийся в положительном направлении оси X, движется в соответствии с уравнением х = et, ИЛИ х - et = 0. (1) Так как этот же световой сигнал распространяется и относительно К' с той же скоростью с, то его движение относительно системы К' будет описываться уравнением х' - et' = 0. (2) Пространственно-временные точки (события), удовлетворяющие уравнению (1), должны удовлетворять также уравнению (2). Это, очевидно, будет иметь место в том случае, если вообще выполняется соотношение + п /1\ х' - et' = \{х - et), (3) где А — некоторая постоянная. В самом деле, согласно соотношению (3), обращение в нуль выражения х — et означает обращение в нуль и х' — et'. Совершенно аналогичное рассуждение, примененное к световым лучам, распространяющимся в отрицательном направлении оси X, приводит к условию x' + ct' = /i(x + ct). (4) Складывая и вычитая соотношения (3) и (4) и при этом вводя для удобства вместо постоянных Аи//, новые постоянные A + /z а = —^—, A - /1 Ь=—^—, §32. Структура пространства получаем х' = ах + bet, et = act — bx.

(5) Наша задача была бы решена, если бы были известны постоянные а и Ь;

последние определяются из следующих соображений. Для начала координат системы К' все время х' = 0, следовательно, согласно первому уравнению (5), имеем ха г.

Обозначая через v скорость, с которой начало координат системы К' движется относительно К, находим • = 7? • (6) То же самое значение v получается из уравнений (5), если вычислять скорость какой-либо другой точки системы К' относительно К или скорость некоторой точки системы К (направленную в сторону отрицательных значений х) относительно К'. Итак, величину v кратко можно назвать относительной скоростью обеих систем. Далее, из принципа относительности ясно, что с точки зрения системы К длина некоторого единичного масштаба, покоящегося относительно К', должна быть точно такой же, как и длина такого же масштаба, покоящегося относительно К, с точки зрения К'. Чтобы знать, как ведут себя точки оси X', с точки зрения системы К, нам надо лишь сделать «моментальный снимок» системы К' из системы К;

это значит, что вместо t (время системы К) мы должны подставить некоторое определенное значение его, например, t = 0. Тогда из первого уравнения (5) получим х = ах. Следовательно, две точки оси X', расстояние между которыми при измерении в системе К' равно 1 (Ах' = 1), на нашей моментальной фотографии находятся на расстоянии Ах = \. (7) О специальной и общей теории относительности Но если моментальный снимок делается из системы К' (t' = 0), то, исключая t из уравнений (5) при помощи равенства (6), получаем Отсюда заключаем, что две точки на оси X, находящиеся на расстоянии, равном единице (относительно К), на нашей моментальной фотографии разделены расстоянием Ах' = а 11 - ^ J.

-(-ЙтфщX — Vt (7а) Так как, согласно сказанному выше, обе моментальные фотографии должны быть идентичны, то Ах в соотношении (7) должно быть равно Ах' в соотношении (7а), так что получаем а2= (7б) Равенства (6) и (76) определяют постоянные а и Ъ. Подставляя выражения для а и Ъ в уравнения (5), получаем первое и четвертое уравнения, приведенные в § 11:

*" Итак, мы получили преобразование Лоренца для событий на оси X. Оно удовлетворяет условию х' -сН' =х -сН.

2 2 2 (8а) Распространение этого результата на события, происходящие вне оси X, достигается сохранением уравнений (8) и добавлением уравнений iv'rv:

да §32. Структура пространства При этом постулат постоянства скорости света в пустоте остается в силе для световых лучей любого направления как для системы К, так и для системы К'. Это можно показать следующим образом. Пусть в момент времени t = 0 из начала координат системы К посылается световой сигнал. Он будет распространяться согласно уравнению г = л/х2 + у2 + z2 = et, или, после возведения этого уравнения в квадрат, х2 + у2 + z2 - сН2 = 0. (10) Закон распространения света в соединении с постулатом относительности требует, чтобы упомянутый сигнал — при наблюдении из системы К' — распространялся согласно формуле г' = et', или x >2+y> + z >2-c*t' = 0.

(10а) Чтобы уравнение (Юа) было следствием уравнения (10), должно выполняться соотношение:

х '2 + у'2 + z'2 _ c2t'2 = a(x +y2+z2 c2t2).

(11) Так как для точек на оси X должно выполняться уравнение (8а), то а = 1. Легко убедиться, что преобразование действительно удовлетворяет соотношению (11) при и = 1;

именно соотношение (11) является следствием соотношения (8а) и уравнений (9), а следовательно, и уравнений (8) и (9). Тем самым преобразование Лоренца выведено. Преобразование Лоренца, выраженное уравнениями (8) и (9), еще должно быть обобщено. Очевидно, несущественно, что координатные оси системы К были выбраны пространственно параллельными осям системы К'. Несущественно также, что скорость равномерного и прямолинейного движения системы К' относительно К имела направление оси X. Из простого рассуждения следует, что в этом общем случае преобразование Лоренца можно составить из двух преобразований, а именно: из преобразований Лоренца для частного случая и из чисто пространственных преобразований, которые соответствуют переходу О специальной и общей теории относительности от одной прямоугольной системы координат к другой, с иным направлением осей. Обобщенное преобразование Лоренца характеризуется математически таким образом. Оно выражает переменные ж', у', z', t' как такие однородные линейные функции переменных ж, у, z, t, что тождественно выполняется соотношение ж' 2 + у'2 + z'2 - сЧ'2 =x2+y2+z2с2*2. (Па) Это означает: если в левую часть последнего равенства вместо ж', у', zf, t' подставить их выражения через ж, у, z, t, то левая часть равенства (Па) совпадет с правой.

Приложение II Четырехмерный мир Минковского (дополнение к § 17) Обобщенное преобразование Лоренца может быть охарактеризовано еще проще, если вместо t как переменной времени ввести мнимую величину у/— let. Если в соответствии с этим положить Ж1 = Ж, Х2 =У, ж 3 = z, Ж = V— Id, и аналогично для системы К', то условие, которому преобразование тождественно удовлетворяет, будет иметь вид Жц + Ж2 "Г Жд + Ж^ — Жц + Ж2 "Г Жд + Ж^. (-'-•") Именно в это соотношение переходит соотношение (Па) при указанном выборе «координат». Из соотношения (12) видно, что мнимая временная координата Ж 4 и пространственные координаты х\, жг, жз входят в него симметрично. На этом основании, согласно теории относительности, «время» Ж 4 входит в выражение законов природы в такой же форме, что и пространственные координаты жх, жг, жз §32. Структура пространства Четырехмерный континуум, описываемый «координатами» х\, х2, хз, Х4, Минковский назвал «миром», а событие в данной точке — «мировой точкой». Из изучающей «происходящее» в трехмерном пространстве физика становится в известном смысле изучающей «существующее» в четырехмерном «мире». Этот четырехмерный «мир» имеет глубокое сходство с трехмерным «пространством» (евклидовой) аналитической геометрии. Именно, если в последней ввести новую декартову систему координат (х[, х'2, ж 3 ) с тем же началом, то х[, х'2, х'3 будут однородными линейными функциями х\, х<1-> Ж3, которые тождественно удовлетворяют соотношению Аналогия с соотношением (12) полная. Мир Минковского формально можно рассматривать как четырехмерное евклидово пространство (с мнимой временной координатой);

преобразование Лоренца соответствует «вращению» системы координат в четырехмерном «мире».

Приложение III Экспериментальное подтверждение общей теории относительности С точки зрения теории познания эволюцию опытной науки можно представить себе как непрерывный процесс индукции. Теории развиваются и выражаются как объединения большого числа отдельных опытных фактов в форме эмпирических законов, из которых путем сравнения устанавливаются общие законы. С этой точки зрения развитие науки имеет сходство с составлением каталога и является чисто эмпирическим делом. Но эта точка зрения никоим образом не охватывает весь действительный процесс. Она умалчивает о важной роли интуиции и дедуктивного мышления в развитии точной науки. Как только какая-нибудь наука выходит из начальной стадии своего развития, прогресс теории достигается уже не просто в процессе упорядочения. Исследователь, отталкиваясь от опытных фактов, старается развивать систему понятий, которая, вообще говоря, логически опиралась бы на небольшое число основных предположений, так называемых аксиом. Такую систему Перевод приложений III и IV выполнен по 15-му английскому изданию книж ки. — Прим. ред.

О специальной и общей теории относительности понятий мы называем теорией. Теория черпает свое подтверждение в том, что она связывает большое число отдельных эмпирических фактов и в этом состоит ее «справедливость». Для одного и того же комплекса опытных фактов может существовать несколько теорий, значительно различающихся друг от друга. Но в отношении выводов из теорий, которые доступны для опытной проверки, согласие между теориями может быть настолько полным, что трудно найти такие следствия, в которых эти теории отличаются друг от друга. Широко известным примером такого рода в области биологии служит дарвиновская теория развития видов путем естественного отбора в процессе борьбы за существование и теория эволюции, основывающаяся на гипотезе наследственности приобретенных свойств. Другой случай далеко идущего совпадения следствий двух теорий встречается в механике Ньютона, с одной стороны, и в общей теории относительности — с другой. Это совпадение идет настолько далеко, что до настоящего времени мы смогли найти лишь немного допускающих опытную проверку следствий общей теории относительности, к которым не приводила дорелятивистская физика;

и это несмотря на глубокое различие основных предпосылок обеих теорий. Здесь мы еще раз рассмотрим эти важные следствия, а также обсудим относящиеся к ним опытные данные, которые получены.

а. Движение перигелия планеты Меркурий Согласно ньютоновой механике и ньютонову закону тяготения, некоторая планета, вращающаяся вокруг Солнца, должна описывать эллипс вокруг последнего, точнее, вокруг общего центра тяжести Солнца и планеты. При этом Солнце, или общий центр тяжести, находится в одном из фокусов эллиптической орбиты, так что в течение планетного года расстояние между Солнцем и планетой растет от минимума к максимуму и затем снова уменьшается до минимума. Если вместо закона Ньютона мы примем несколько иной закон притяжения, то найдем, что и при этом новом законе движение по-прежнему будет происходить так, что расстояние между Солнцем и планетой будет испытывать периодические колебания;

но в этом случае угол, описываемый линией, соединяющей Солнце и планету, за время такого периода (от перигелия — ближайшего положения к Солнцу — до перигелия) отличался бы от угла 360°. Траектория не была бы тогда замкнутой, но заполняла §32. Структура пространства бы с течением времени кольцеобразную область в плоскости орбиты, т.е. между окружностями с радиусами, равными наименьшему и наибольшему расстояниям планеты от Солнца. Согласно общей теории относительности, которая, конечно, отличается от теории Ньютона, должно также иметь место небольшое отклонение от движения планеты по орбите в соответствии с законами Кеплера-Ньютона, так что угол, описываемый радиусом, соединяющим Солнце и планету, от одного перигелия до другого должен превосходить угол, соответствующий полному обороту, на величину, определяемую выражением 24тг3а2 2 Т с2(1-е2)' (Один полный оборот соответствует углу 2тг в абсолютной угловой мере, как это обычно принято в физике.) Здесь а — большая полуось эллипса, е — его эксцентриситет, с — скорость света, Т — период обращения планеты. Этот результат можно представить также и в следующем виде: согласно общей теории относительности, большая ось эллипса вращается вокруг Солнца в направлении вращения планеты. Согласно теории, это вращение должно составлять для планеты Меркурий 43 угловых секунды в столетие, а у других планет нашей солнечной системы оно должно быть настолько незначительным, что недоступно наблюдению 1. В самом деле, астрономы нашли, что теория Ньютона недостаточна для того, чтобы рассчитать наблюдаемое движение Меркурия с точностью, которая может быть достигнута при наблюдениях в настоящее время. После того как были приняты в расчет все возмущающие влияния остальных планет на движение Меркурия, было найдено (Леверье, 1859;

Ньюкомб, 1895), что остается необъясненным движение перигелия орбиты Меркурия, скорость которого не отличается заметно от упомянутых выше +43 угловых секунд в столетие. Ошибка этого эмпирического результата составляет лишь несколько секунд.

б. Отклонение луча света гравитационным полем В § 22 уже было упомянуто, что, согласно общей теории относительности, луч света, проходя через гравитационное поле, должен исОсобенно, если учесть, что орбита следующей планеты, Венеры, представляет собой почти точный круг, а это затрудняет точное определение положения перигелия.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.