WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 10 |

«ББК 87.3 Ш 99 Главный редактор и автор проекта «Книга света» С.Я.Левит Редакционная коллегия серии: ...»

-- [ Страница 3 ] --

Легко увидеть, что именно последний – т.е. поступок, который 116 будет совершен, – является отправной точкой всякого нашего мин «мотив» допускает двойное толкование и включает два проектирования. Я должен зрительно представить положение разных набора понятий, которые следует различать. Мы мо дел, которое должно быть вызвано моим будущим действием, жем сказать, что мотивом убийцы было завладеть деньгами прежде, чем буду иметь возможность расписать отдельные шаги потерпевшего. Здесь мотив означает некое положение дел, цель, моего будущего действия, результатом которого станет это поло ради осуществления которой действие было предпринято. Тако жение дел. Метафорически говоря, я должен иметь некоторое го рода мотив мы будем называть «мотивом для». С точки зре представление о здании, которое необходимо воздвигнуть, преж ния действующего, этот класс мотивов соотносится с его буду де чем смогу нарисовать его чертежи. Чтобы спроектировать мое щим. В рамках предложенной здесь терминологии можно будущее действие в его развертывании, я должен перенести себя сказать, что спроектированный поступок, т.е. заранее пред в фантазии в будущее время, когда действие будет уже совер ставленное в фантазии положение дел, которое должно быть шено, когда результирующий поступок будет уже материали вызвано будущим действием, конституирует мотив для того зован. Только тогда я смогу реконструировать отдельные шаги, чтобы последнего. Но что мотивируется таким мотивом для которые произведут этот будущий поступок. Таким образом, в того чтобы? Это, безусловно, не само проектирование. Я могу проекте, согласно нашей терминологии, предвосхищается не бу спроектировать в фантазии совершение убийства без дальней дущее действие, а будущий поступок, и предвосхищается он в шего намерения осуществить этот проект. Следовательно, в будущем совершенном времени, modo futuri exacti. Из этой вре модусе «для того чтобы» мотивируется «волевое приказание», менной перспективы, присущей проекту, вытекают весьма важ решение: «Ну что ж, приступим!», – преобразующее внутрен ные следствия. Во первых, проектируя свой предстоящий акт в нюю деятельность фантазирования в исполнение, или дей будущем совершенном времени, я опираюсь на мое знание ранее ствие, встраивающееся во внешний мир.

совершенных поступков, типически подобных предписываемо В противоположность классу мотивов для, следует выде му, и на мое знание типически релевантных черт ситуации, в ко лить еще один класс мотивов, которые мы предлагаем назвать торой это проектируемое действие будет происходить, в т.ч. моей мотивами «потому что». Убийца был мотивирован совершить личной биографически детерминированной ситуации. Однако свои поступки, потому что вырос в такой то и такой то среде, это знание является знанием, наличным для меня сейчас, во вре потому что, как показывает психоанализ, в младенческом воз мя проектирования, и неизбежно должно отличаться от того, расте у него были такие то и такие то переживания, и т.д. Та которым я буду обладать тогда, когда поступок, сейчас еще толь ким образом, с точки зрения действующего лица, мотив пото ко проектируемый, будет совершен. К тому времени я стану стар му что соотносится с его прошлыми переживаниями. Эти ше и, даже если ничто более не изменится, мое знание, по край переживания и заставили его поступить так, как он поступил.

ней мере, обогатится переживаниями, которые я получу в ходе В действии в модусе «потому что» мотивируется сам проект осуществления моего проекта. Иначе говоря, проектирование, действия. Чтобы удовлетворить свою потребность в деньгах, как и любое предвосхищение, несет с собой свои незаполнен действующий имеет возможность добыть их несколькими дру ные горизонты, которые будут наполняться лишь по мере осу гими способами, кроме как убив человека;

скажем, он может ществления предвосхищенного события. Это конституирует их заработать, обретя хорошо оплачиваемую профессию. Его внутреннюю неопределенность всех форм проектирования. идея достичь этой цели убийством человека была определена Во вторых, особая временная перспектива проекта объяс («причинно обусловлена») его личной ситуацией, или, точнее няет связь проекта с различными формами мотивов. говоря, его жизненной историей, отложившейся в его личных обстоятельствах.

Разница между мотивами для и мотивами потому что час Мотив «для того чтобы» и мотив «потому что» то ускользает от внимания в обыденном языке, который до пускает возможность выражения большинства мотивов «для Часто говорят, что действия в том смысле, в каком мы их оп того чтобы» с помощью предложений, построенных в модусе ределили, – это мотивированное поведение. Между тем, тер «потому что», хотя и не наоборот. Часто говорят, что убийца 118 убил свою жертву, потому что хотел завладеть ее деньгами. «потому что» для выражения подлинного отношения «для Логический анализ должен пробраться сквозь внешние одея того чтобы», я направляю свой взор на предшествующий про ния языка и исследовать, каким образом становится возмож ект и заключенный в нем в modo futuri exacti предвосхищенный ным этот курьезный перевод отношений «для того чтобы» в акт. Однако подлинный мотив потому что предполагает, как предложения «потому что». мы увидели, временную перспективу прошлого и соотносится Ответ на этот вопрос, видимо, будет двойственным, и он с генезисом самого проектирования.

открывает нам дополнительные аспекты смысла, заключенно До сих пор предметом нашего анализа был субъективный го в понятии мотивов. Мотив может иметь субъективное и аспект двух категорий мотивов с точки зрения действующего.

объективное значение. Субъективно он соотносится с пережи Было показано, что мотив для того чтобы соотносится с уста ванием действующего, живущего в своем продолжающемся новкой действующего, который живет в процессе своего раз процессе деятельности. Для него мотив означает то, что он ак вертывающегося действия. Следовательно, это по сути своей туально имеет в виду как придающее значение его продолжа субъективная категория, и она открывается наблюдателю лишь ющемуся действию, а это всегда мотив для того чтобы, интен тогда, когда он спрашивает, какое значение придает действу ция осуществить спроектированное положение дел, достичь ющий своему действию. В то же время, как мы выяснили, под заранее задуманной цели. До тех пор, пока действующий жи линный мотив потому что является объективной категорией, вет в своем продолжающемся действии, его мотивы потому доступной для наблюдателя, который должен реконструиро что не попадают в его поле зрения. И только когда действие вать из совершенного поступок – а именно, из положения дел, уже совершено, когда оно, согласно предложенной здесь тер вызванного действием во внешнем мире, – установку действу минологии, стало поступком, он может возвратиться к своему ющего в отношении своего действия. Сам действующий может прошлому действию как наблюдатель самого себя и исследо успешно схватить подлинные мотивы потому что своих соб вать, какие обстоятельства привели его к совершению того, ственных поступков лишь постольку, поскольку он поворачи что он сделал. То же относится и к случаю, когда действующий вается к своему прошлому, и тем самым становится наблюда схватывает в ретроспекции прошлые начальные фазы своего телем собственных поступков.

все еще развертывающегося действия. Кроме того, эта ретрос Смешение субъективной и объективной точек зрения, а так пекция может просто предвосхищаться modo futuri exacti. Пред же разных временных структур, заключенных в понятии моти восхищая в моей проектирующей фантазии то, что я сделаю в вов, создало много трудностей в понимании процесса, посред ходе осуществления моего проекта, я могу спросить самого ством которого мы определяем наше будущее поведение.

себя, почему мне было суждено принять именно это решение, Особенно отягощена извечными метафизическими коннота а никакое другое. Во всех этих случаях подлинный мотив по циями проблема подлинных мотивов потому что. Она отсыла тому что соотносится с прошлыми или будущими совершен ет нас к спору между детерминистами и индетерминистами, про ными переживаниями. В силу самой своей временной струк блеме свободы воли и «librum arbitrium». Этот спор нас здесь не туры он открывает себя лишь ретроспективному взгляду. Этот интересует, хотя мы и надеемся почерпнуть из трактовки, ко «зеркальный эффект» временной проекции объясняет, с одной торую он получил у некоторых философов, в частности Берг стороны, почему языковая форма «потому что» может исполь сона и Лейбница, важные прозрения, имеющие отношение к зоваться и часто используется для выражения подлинных «от нашей основной проблеме, а именно, процессу выбора между ношений для того чтобы» и, с другой стороны, почему невоз проектами и детерминации наших будущих действий. Вместе можно выразить предложением в модусе «для того чтобы» с тем, временная структура проектирования крайне для нас подлинные «отношения потому что». Используя языковую важна. Наш анализ показал, что оно всегда соотносится с не форму «для того чтобы», я направляю свой взор на разверты которым запасом знания действующего лица, наличествую вающийся процесс действия, который все еще пребывает в со щим во время проектирования, но при этом несет и свой го стоянии становления и, следовательно, является мне во вре ризонт незаполненных предвосхищений;

иначе говоря, что менной перспективе будущего. Используя языковую форму спроектированный поступок будет развертываться типически 120 подобно тому, как развертывались все типически подобные за пределы моего контроля;

что все шансы и риски должны прошлые поступки, известные ему на момент проектирования. быть взвешены в соответствии с моим наличным знанием воз Это знание – элемент сугубо субъективный, а потому пока можных событий этого рода в реальном мире;

короче говоря, действующий живет в своем проектировании и действии, он что, согласно моему наличному знанию, проектируемое дей чувствует себя мотивированным только спроектированным ствие, по крайней мере, как тип, осуществимо, а его средства и поступком в модусе «для того чтобы». цели, по крайней мере, как тип, оказались бы в наличии, если бы это действие происходило в прошлом. Выделенное курси вом ограничение очень важно. Совсем не обязательно, чтобы Фантазирование и проектирование «то же самое» проектируемое действие было заранее пережи то и, следовательно, узнано во всей его индивидуальной уни Проектирование отличается от чистого фантазирования, по кальности, со всеми его уникальными целями и средствами.

мимо всего прочего, соотнесенностью с наличным запасом Будь это так, мы никогда не могли бы спроектировать ничего знания. Если я воображаю, что стану суперменом или обрету нового. Однако в понятии проекта предполагается, что проек магические способности, и мечтаю о том, что я совершу после тируемое действие, его цель и его средства остаются совмести этого, – это еще не проектирование. В чистой фантазии я не мыми и согласованными с этими типичными элементами си стеснен никакими ограничениями, налагаемыми реальностью. туации, которые, согласно нашему опыту, наличному во время В моей власти устанавливать, что находится в моей досягаемо проектирования, до сих пор гарантировали если уж не успех, сти, и определять, что я могу. Ради собственного удовольствия то, по крайней мере, практическую осуществимость типичес я могу представить в фантазии, что будут реализованы все ус ки подобных действий в прошлом.

ловия, от которых зависит достижение моей сфантазирован ной цели сфантазированными средствами в сфантазированной Основания практической осуществимости ситуации, либо какие то из этих условий, либо никакие. В та ком чистом фантазировании мои возможные шансы полнос тью определяются моим желанием. Это мышление в оптатив Но каковы элементы ситуации, с которыми проектируемое дей ном модусе. ствие должно оставаться согласованным и совместимым, что Проектирование исполнений, или явных действий, в свою бы быть предвосхищенным в качестве выполнимого, и чем очередь, представляет собой мотивированное фантазирование – конституируется их типичность? Не углубляясь в детальный мотивированное именно предвосхищенным последующим анализ этой чрезвычайно сложной проблемы, можно очень намерением осуществить проект. Осуществимость проекта на огрубленно разграничить два набора переживаний, на которых практике есть условие всякого проектирования, могущего быть основывается допущение практической осуществимости про переведенным в цель. Проектирование этого рода является, ектируемого действия.

стало быть, фантазированием в заданных или, лучше сказать, навязанных рамках, и навязываются они самой реальностью, (а) Мир, принимаемый как данность в которой проектируемое действие должно будет быть осуще ствлено. В отличие от простого фантазирования, это мышле Первый набор включает переживания действующего лица и ние не в оптативном, а в потенциальном модусе. Эта потенци его мнения, верования, допущения, относящиеся к миру, фи альность, эта возможность исполнения проекта, предполагает, зическому и социальному, который он в момент своего проек например, что моим проектированием в воображении могут тирования принимает как неоспоримую данность. Этот набор приниматься в расчет лишь цели и средства, которые я считаю переживаний до сих пор выдерживал проверку и, следователь находящимися в моей актуальной или потенциальной досяга но, без сомнения принимается как данность, хотя и данность емости;

что мне не дано права в ходе моего фантазирования «до последующего уведомления». Это не значит, что сами при произвольно менять те элементы ситуации, которые выходят нимаемые на веру переживания, мнения и т.д. согласованы и 122 совместимы друг с другом. Однако присущая им несогласован сущ переживаниям и мнениям, которые касаются причинно ность и несовместимость обнаруживается – а сами они ставят следственных связей, связей между средствами и целями и, ся под вопрос – только тогда, когда какое то новое пережива следовательно, практической осуществимости человеческих ние оказывается неподводимым под не вызывавшую до сих действий (как наших собственных, так и наших собратьев) в пор сомнения схему соотнесения. Тем не менее, сфера мира, царстве вещей, принимаемых на веру. И, исходя из этого, есть принимаемого как данность, даже сама не вызывая сомнения, принимаемый на веру объективный шанс, что действия, типи является той областью, в которой только и становится возмож чески подобные тем, которые оказывались практически осу ным сомнение и вопрошание;

и, в этом смысле, она лежит в ществимыми в прошлом, будут практически осуществимы и в основании всякого возможного сомнения. будущем.

Не вызывающие сомнения переживания изначально вос Выше мы сказали, что наши переживания, представления принимаются как типичные, т.е. несущие с собой открытые и мнения, принимаемые на веру, могут быть несогласован горизонты предвосхищаемых сходных переживаний. Напри ными и несовместимыми друг с другом. Теперь мы должны мер, не подвергаемый сомнению внешний мир изначально развить это утверждение, сказав, что каждый элемент сферы, переживается не как аранжировка уникальных индивидуаль принимаемой в качестве не подлежащей сомнению даннос ных объектов, разбросанных в пространстве и времени, а как ти, необходимо имеет двусмысленный характер неопреде «горы», «деревья», «животные», «другие люди». Я мог никогда ленности. Приведем, опять же, простой пример: предполо раньше не видеть то животное, которое вижу сейчас, но знаю, жим, какое то из мнений, неоспоримо принимаемых на что это животное и, в частности, собака. Я могу резонно спро веру, можно бы было сформулировать в виде высказывания сить: «Что это за собака?». Этот вопрос предполагает, что я «S есть р». Так вот, S, принимаемое таким, каким оно ока воспринял впервые пережитый объект как собаку, проявляю зывается нам дано, есть не только р, но еще и q, r и многое щую все типичные свойства и типичное поведение собаки, а, другое. Пока эта взаимосвязь не ставится под вопрос, выра скажем, не кошки. Иначе говоря, несходство этой конкретной жение «S есть р» является эллиптическим в том смысле, что собаки со всеми другими типами собак, которые я знаю, про полностью это утверждение должно звучать так: «S есть, по ступает наружу и становится спорным уже в одном только со мимо многого прочего, как то q и r, еще и р». Иначе говоря, отнесении с тем сходством, коим она обладает с моими нео внутри неоспоримо данного мира суждения «S есть р» и «S есть споримыми переживаниями типичных собак. q» остаются до опровержения одинаково открытыми возмож Здесь мы не можем пуститься в детальное исследование ти ностями, не противоречащими друг другу, имеющими равное пичности нашего допредикативного опыта, основы которого право на существование и равный вес. Если в отношении эле мастерски наметил Гуссерль, или анализ социальных основа мента S мира, принимаемого как данность, я утверждаю: «S ний этих типов – которые являются либо социально почерп есть р», – то делаю это потому, что, исходя из моей наличной нутыми, либо социально одобренными, либо и теми и други цели в этот конкретный момент времени, я проявляю интерес ми и передаются с помощью типизирующего посредника par только к р бытию S и обхожу вниманием как нерелевантный excellence, а именно общего языка. Нам следует ограничиться для этой цели тот факт, что S есть также q и r. Известный указанием на то, что все знание, принимаемое на веру, имеет принцип «Omnis definitio est negatio»*, открытый Спинозой, ука в высокой степени социализированную структуру, т.е., как я зывает (разумеется, на ином уровне) на то же самое.

полагаю, принимается как данность не только мной, но и нами, «каждым» (что означает: «каждым, кто принадлежит к нам»).

(б) Биографически детерминированная ситуация Эта социализированная структура придает такого рода зна нию объективный и анонимный характер: оно воспринима Но что конституирует мою наличную цель в этот конкретный ется как не зависящее от моих личных биографических об момент времени? Этот вопрос подводит нас ко второму набо стоятельств. Типичный и объективный характер наших не * «Всякое определение есть отрицание» (лат.).

вызывающих сомнения переживаний и мнений также при 124 ру наших переживаний, на которых основывается практичес как анонимные, а как уникальные, субъективно данные ему и кая осуществимость будущих действий. Его образуют пережи только ему.

вания, которые я как действующий имею в момент любого проектирования в отношении моей биографически детерми Сомнение и постановка под вопрос нированной ситуации. К этой биографически детерминиро ванной ситуации принадлежит не только мое положение в пространстве, времени и обществе, но и мое переживание Субъективно детерминированный отбор релевантных для на того, что некоторые из элементов мира, принимаемого как личной цели элементов из объективно данной целостности данность, мне навязываются, тогда как другие находятся либо мира, принимаемого на веру, рождает решающее новое пере в сфере моего контроля, либо могут быть вовлечены в сферу живание: переживание сомнения, постановки под вопрос, вы моего контроля и, стало быть, в принципе поддаются модифи бора и принятия решения – короче говоря, обдумывания. Со кации. Например, вот эти вещи находятся в моей досягаемо мнение может проистекать из разных источников;

здесь мы сти, а те – за ее пределами;

последние могут быть вещами, ко обсудим только один случай, важный для стоящей перед нами торые прежде находились в моей досягаемости и могли бы проблемы. Мы говорили, что нет такой вещи, как обособлен быть вовлечены в нее вновь, или вещами, которые никогда не ный интерес, что интересы с самого начала взаимно связыва попадали в мою досягаемость, но находятся в досягаемости ются друг с другом в системы. Тем не менее, эта взаимосвязь для тебя – моего собрата – и могли бы быть вовлечены в мою не обязательно ведет к полной их интеграции. Всегда есть воз досягаемость, если бы я, находящийся здесь, поменялся мес можность наложения и даже столкновения интересов, и, сле тами с тобой, находящимся там. Этот фактор очень важен для довательно, возможность усомниться в том, действительно ли нашей проблемы, поскольку все мое проектирование базиру элементы, отобранные из окружающего нас мира, бесспорно ется на допущении, что любое действие, происходящее в сек принимаемого на веру, релевантны нашей наличной цели.

торе мира, находящемся под моим реальным или потенциаль Действительно ли я должен принимать во внимание р бытие S, ным контролем, будет практически осуществимо. Однако это а не его q бытие? И то, и другое – открытые возможности, су еще не все. В каждый данный момент моей биографически де ществующие в рамках общей схемы мира, принимаемой до ее терминированной ситуации я испытываю интерес только к опровержения в качестве неоспоримой данности. Но сейчас некоторым элементам, или аспектам обоих секторов мира, моя биографически детерминированная ситуация заставля принимаемого как данность: того, который находится в сфере ет меня отобрать либо р бытие, либо q бытие S в качестве моего контроля, и того, который находится вне ее. Природу релевантного моей наличной цели. То, что до сих пор не вы такого отбора определяет мой преобладающий интерес, или, зывало вопросов, теперь должно быть поставлено под воп точнее говоря, преобладающая система моих интересов, ведь рос;

возникает ситуация сомнения;

создается подлинная такой вещи, как обособленный интерес, не существует. Это альтернатива. И только такая ситуация сомнения, создава утверждение остается в силе независимо от того, какое имен емая отбором элементов мира, принимаемого как данность, но значение придается термину «интерес», и независимо от отбором, который осуществляется действующим лицом в его допущения, принимаемого относительно происхождения этой биографически детерминированной ситуации, делает воз системы интересов2. Во всяком случае, в любой данный мо можными обдумывание и выбор. То, что всякий процесс вы мент времени происходит отбор вещей и аспектов, релеван бора между проектами соотносится с ситуацией сомнения, тных для меня, тогда как другие вещи и аспекты меня в это явно или неявно признавали многие философы, занимав время не интересуют или даже выпадают из поля моего зре шиеся этой проблемой. Приведем выдержку из Дьюи, кото ния. Все это биографически детерминировано. Иначе гово рый сформулировал этот вопрос в присущей ему мастерской ря, актуальная ситуация действующего лица имеет свою ис изящной манере: при обдумывании, говорит Дьюи, «каждая торию;

она есть осаждение всех его прежних субъективных из противоборствующих привычек, или импульсов, занима переживаний. Эти переживания действующий переживает не ют свою очередь в проецировании на экран воображения.

126 Каждая развертывает картину своей будущей истории, карь Согласно Гуссерлю, любой объект наших переживаний из еры, которую она бы имела, когда бы ей было отдано главен начально преддан нашему пассивному восприятию;

он оказы ство. Хотя открытое выражение ее вовне сдерживается давле вает на нас воздействие, навязывая себя нашему эго. Он, ста нием противоположных побудительных тенденций, само это ло быть, побуждает эго повернуться к объекту, обратить на притормаживание дает привычке шанс проявиться в мышле него внимание, и этот поворот к объекту есть низшая форма нии…» В мышлении, как и во внешнем действии, объекты, исходящей от эго активности. Философы зачастую описывали переживаемые при отслеживании хода действия, привлекают этот феномен как восприимчивость эго, а психологи анализи и отталкивают, доставляют удовольствие и досаду, торопят и ровали под рубрикой «внимание». Внимание есть прежде всего сдерживают. Так протекает обдумывание. Если мы говорим, напряженное тяготение эго к интенциональному объекту, од что оно, наконец, прекращается, то это значит, что происхо нако это тяготение есть всего лишь исходная точка серии ак дит выбор, принятие решения. Но тогда что такое выбор? тивных когитаций в самом широком смысле: начальная фаза Простое столкновение в воображении с объектом, дающее начинающейся активности несет с собой интенциональный го адекватный стимул для исправления внешнего действия. ризонт позднейших фаз этой активности, которые будут либо «Выбор – не возникновение предпочтения из безразличия. наполнять, либо не наполнять пустые предвосхищения в не Это появление единого предпочтения из конкурирующих прерывном синтетическом процессе, пока активность, наконец, предпочтений»3. не достигнет своего завершения или не прервется в форме «и Этот анализ в сущности полностью приемлем и для тех, кто так далее». Взяв в качестве примера нашу действительную веру не может принять исходные взгляды Дьюи на интерпретацию в существование воспринимаемого внешнего объекта, мы нахо человеческого поведения в категориях привычки и стимула. дим, что интерес к этому объекту подталкивает эго к множеству Между тем, за проблемой, обсуждаемой Дьюи, стоит еще одна других активностей, например, к сравнению образа, который проблема. Что заставляет (согласно его терминологии) привыч оно имеет относительно явленности объекта перцепции, с други ки и импульсы вступать в конфликт? Чем вызывается давление ми образами того же объекта или к обеспечению доступности сдерживающих друг друга противоположных побудительных задней его стороны, если он явлен передней стороной, и т.д.

тенденций? Какие из наших многочисленных предпочтений Каждая отдельная фаза всех этих тенденций и активностей не конкурируют друг с другом и могут быть объединены приня сет с собой свой особый горизонт протенций и предвосхище тием решения? Иначе говоря: я могу выбирать только из тех ний, т.е. того, что может произойти в позднейших фазах ис проектов, которые представлены моему выбору. Меня гложет полняющей активности. Если эти ожидания не исполняются, дилемма, я стою перед альтернативой. Но что является источ возникает несколько альтернатив. 1) Может оказаться, что ником такой альтернативы? По нашему мнению, Гуссерль – процесс по той или иной причине затруднен – либо потому, хотя и на другом уровне – внес существенный вклад в ответы что объект исчезает из поля восприятия или перекрывается на эти вопросы. другим объектом, либо потому, что первоначальный интерес уступил место другому, более сильному. В этих случаях про цесс останавливается на конституировании единичного обра Проблематичные и открытые возможности по Гуссерлю за объекта. 2) Может также оказаться, что наш интерес к объекту восприятия остается, но наши предвосхищения не ис Благодаря гуссерлевскому исследованию источника так назы полняются, а развеиваются последующими фазами процесса.

ваемых модализаций предикативных суждений в допредика Здесь, опять таки, следует различать два случая: а) наши ожида тивной сфере (таких, как определенность, возможность, веро ния развеиваются целиком;

например, задняя сторона этого ятность) мы получили важное различие между тем, что он объекта, которая, как мы ожидали, будет равномерно окра назвал проблематичными и открытыми возможностями. Это шенной в красный цвет сферой, оказывается не красной, а зе различие имеет ключевое значение для понимания проблемы леной, и не сферической, а бесформенной. Это «не.., а дру выбора. гая», это наложение нового значения объекта на заранее 128 конституированное значение того же объекта, вследствие ко Возможности и контрвозможности, конкурирующие друг с торого новое значение становится на место старого, приводит другом и возникающие из ситуации сомнения, Гуссерль назы в нашем примере к полному уничтожению предвосхищающей вает проблематичными, или спорными возможностями – спор интенции. Первое впечатление («это равномерно окрашенная ными, потому что интенция решения в пользу одной из них в красный цвет сфера») «вычеркивается», отрицается. б) Одна есть интенция вопрошания. Только в случае такого рода воз ко возможно, что первое впечатление не уничтожается полно можностей, т.е. возможностей, «в пользу которых что то гово стью, а становится в ходе продолжающегося процесса просто рит», мы можем говорить о правдоподобии (likelihood). Более сомнительным. Что это там в витрине магазина: человек (ска правдоподобно, что перед нами человек: в пользу возможно жем, служащий, занятый украшением витрины) или разоде сти того, что это человек, говорит больше обстоятельств, чем тый манекен? Происходит конфликт между одним мнением и в пользу возможности, что это манекен. Правдоподобие, ста другим, и в течение какого то времени обе апперцепции вос ло быть, это вес, принадлежащий предполагаемым верам в су приятия могут сосуществовать. Пока мы сомневаемся, ни одно ществование интенциональных объектов. От этого класса про из этих двух мнений не устраняется;

каждое из них остается, блематичных возможностей, которые имеют источник в имея право на существование;

каждое из них мотивируется, и сомнении, следует отличать класс открытых возможностей, даже более того, постулируется ситуацией восприятия;

однако имеющих источник в беспрепятственном протекании незапол один постулат противостоит другому, каждый оспаривает дру ненных предвосхищений. Если я предвосхищаю окраску не гой и оспаривается другим. Только разрешение нами этого со видимой стороны объекта, лишь фронтальная сторона кото мнения уничтожит один или другой из них. В случае сомни рого, демонстрирующая какой то образец или какие то тельной ситуации оба альтернативных мнения имеют характер фрагменты, мне известна, то любой конкретный цвет, кото «спорных», а то, что является спорным, всегда оспаривается на рый я предвосхищаю, возможно, и совпадет с тем, который предмет своего бытия – оспаривается чем то другим. Эго колеб предъявит невидимая сторона, но не обязательно. Всякому лется между двумя тенденциями верить. Оба мнения просто предвосхищению присуще качество неопределенности, и предполагаются в качестве возможностей. Эго оказывается в эта общая неопределенность задает рамки свободной измен конфликте с самим собой: оно склоняется к вере то в одно, то чивости. Тем, что попадет в эти рамки, будет какой либо из в другое. Эта склонность означает не просто аффективную множества элементов возможно более непосредственного опре тенденцию предположенных возможностей;

эти возможности, деления, о которых я знаю только одно: что они в эти рамки как говорит Гуссерль, предложены мне (me) в качестве бытия, впишутся, – но которые во всех иных отношениях остают и я (I) в процессе принятия решения следую то за одной воз ся полностью неопределенными. Это и есть понятие откры можностью, то за другой, в акте «принятия стороны» наделяю тых возможностей.

достоверностью то одну из них, то другую, хотя всегда натыкаюсь Проблематичные и открытые возможности отличаются, на препятствия, когда это делаю. Вышеупомянутое следование прежде всего, своим источником. Проблематичные возмож эго мотивируется весом самих возможностей. Активно преследуя ности предполагают тенденции веры, мотивированные ситу одну из возможностей на протяжении, по крайней мере, неко ацией и конкурирующие друг с другом;

в пользу каждой из торого периода времени, я, так сказать, принимаю мимолетное них что то говорит, каждая имеет определенный вес. От решение в пользу этой возможности. Но затем я не могу дви крытые возможности вообще не имеют никакого веса;

они гаться дальше в силу настоятельного зова другой возможнос все одинаково возможны. Нет изначально конституирован ти, которая тоже должна быть надлежащим образом опробова ной альтернативы;

все возможные в данных общих рамках на и склоняет меня в нее верить. Решение достигается в спецификации в равной степени открыты. Ничто не говорит процессе прояснения конкурирующих тенденций, в ходе кото в пользу одной из них ничего такого, что говорило бы против рого либо становится все более видна слабость контрвозмож другой. Неопределенная общая интенция, проявляющая сама ностей, либо возникают какие то новые мотивы, подкрепля по себе модальность определенности – хотя определенности ющие преобладающий вес первой. эмпирической, или презумптивной, «до последующего уве 130 домления», – несет в себе имплицитную модализацию опре Выбор между объектами в зоне досягаемости деленности, присущую ее имплицитным спецификациям. С другой стороны, поле проблематичных возможностей уни фицировано: в единстве соперничества и постижимости че Дабы упростить нашу задачу, рассмотрим сначала случай, в рез дизъюнктивные колебания А, В и С познаются как про котором я должен сделать выбор не между двумя или более бу тивоположенные друг другу и, стало быть, единые. Вполне дущими положениями дел, которые могут быть вызваны мои возможно, конечно, что только одна из этих конкурирую ми будущими действиями, а между двумя объектами А и В, щих возможностей выступит в сознании на передний план, каждый из которых действительно и в равной степени нахо тогда как другие будут оставаться незамеченными на заднем дятся в моей досягаемости. Я колеблюсь между А и В как меж фоне в качестве пустых и тематически ненаполненных репре ду двумя равно доступными возможностями. И А, и В по сво зентаций. Однако этот факт не отменяет предданности истин ему меня привлекают. Только что я был склонен взять А, и вот ной альтернативы. уже эту склонность пересиливает склонность взять В, потом Итак, все это Гуссерль. Его теория выбора между альтерна последняя вновь уступает место первой, которая, в конце кон тивами приобретает дополнительную важность для нашей цов, одерживает победу: я решаю взять А и оставить В.

проблемы, если мы вспомним, что любой проект приводит к В этом случае все происходит так, как до сих пор описыва истинной проблематичной альтернативе. Каждый проект сде лось. На выбор ставится подлинная альтернатива, уже консти лать что то несет с собой проблематичную контрвозможность туированная нашими прежними переживаниями: объекты А и не делать этого. В находятся в равной досягаемости для нас, т.е. достижимы Как ранее говорилось, задача теории открытых и проблема при одних и тех же усилиях. Моя целостная биографическая тичных возможностей Гуссерля состояла в исследовании ис ситуация, т. е. мой прежний опыт, интегрированный в мою точника так называемых модализаций суждения в допредика актуально преобладающую систему интересов, создает, по тивной сфере, и, исходя из этого, он брал в качестве примеров выражению Дьюи, принципиально проблематичные возможно когитаций восприятия объектов внешнего мира. Но при этом сти противоборствующих предпочтений. Эту ситуацию боль он часто подчеркивает общий характер этой теории, то, что шинство современных социальных наук полагает как нормаль она имеет отношение ко всем типам деятельности. ную ситуацию, лежащую в основании человеческого действия.

На наш взгляд, проделанный нами анализ двух наборов пере Предполагается, что человек в любой момент времени оказы живаний, гарантирующих практическую осуществимость проек вается помещен между более или менее четко определенными тируемых действий, совпадает с результатом гуссерлевского раз проблематичными альтернативами или что некоторый набор личения. Мир, принимаемый как данность, является общей предпочтений позволяет ему определять курс его будущего рамкой открытых возможностей, ни одна из которых не име действия. Более того, для современной социальной науки яв ет своего специфического веса и до тех пор, пока не вызывает ляется методологическим постулатом, что поведение челове сомнения, не конкурирует с другими. Все считаются эмпири ка следует объяснять так, как если бы оно происходило в фор чески или презумптивно определенными до последующего ме выбора из числа проблематичных возможностей. Не вдаваясь уведомления, т.е. до опровержения. Именно отбор из того, что в детали, мы хотели бы привести здесь для иллюстрации пару принимается как данность, производимый индивидом в его примеров.

биографически детерминированной ситуации, преобразует Человек, действующий среди других людей и воздействую отобранную совокупность открытых возможностей в пробле щий на них в социальном мире, обнаруживает, что уже кон матичные возможности, которые с этого момента выставляют ституированный социальный мир в каждый момент навязывает ся на выбор: каждая имеет свой вес, требует причитающейся ему некоторое множество альтернатив, из которых он должен ей проверки, демонстрирует тенденции противоборства, о ко сделать выбор. Согласно современной социологии, действую торых говорит Дьюи. Как можно описать эту процедуру выбо щий должен «определить ситуацию». Делая это, он преобразу ра точнее? ет свою социальную среду «открытых возможностей» в унифи 132 цированное поле «проблематичных возможностей», в пределах отсутствуют проблематичные альтернативы, между которыми которого становятся возможными его выбор и решение, осо можно было бы выбирать. Все, что позднее ставится на выбор в бенно так называемые «рациональные» выбор и решение. Допу форме проблематичной альтернативы, должно быть произведе щение социолога, что действующий в социальном мире исходит но мною, и в ходе его произведения я могу его по своей воле из определения ситуации, эквивалентно, стало быть, методо модифицировать в пределах практической осуществимости.

логическому постулату, согласно которому социолог должен Более того – и этот момент, видимо, решающий, – в первом описывать наблюдаемые социальные действия так, как если бы случае альтернативы, представленные моему выбору, сосуще они происходили в едином поле подлинных альтернатив, т.е. ствуют в одновременности во внешнем времени: вот два проблематичных, а не открытых возможностей. Аналогичным объекта, А и В;

я могу отвернуться от одного из них и вернуть образом, и так называемый «принцип прибыли», играющий ся к нему;

вот он все еще здесь, оставшийся неизменным. Во важную роль в современной экономической науке, можно ис втором случае разные проекты моих будущих действий не со толковать как научный постулат, требующий работать с дей существуют в одновременности во внешнем времени: разум ствиями наблюдаемых экономических субъектов так, как если своими актами фантазирования последовательно создает во бы они должны были выбирать между заранее заданными про внутреннем времени разные проекты, отпуская один, чтобы блематичными возможностями. обратиться к другому, и вновь возвращаясь к нему, или, точ нее говоря, воссоздавая первый. Но благодаря переходу и в са мом переходе от одного состояния сознания к последующему Выбор между проектами я стал старше, я расширил свой опыт;

я, возвращающийся к первому объекту, уже не «тот же самый», каким я был, когда Итак, мы изучили процесс выбора между двумя объектами, первоначально его составлял, и, следовательно, сам проект, к реально находящимися в моей досягаемости, каждый из кото которому я возвращаюсь, не является более тем же самым, ка рых мне равнодоступен. На первый взгляд, могло бы показать ким он был, когда я его оставил;

или – так, возможно, будет ся, что выбор между двумя проектами, или двумя курсами бу точнее – он тот же самый, но модифицированный. В первом слу дущего действия, происходит точно так же. Действительно, чае на выбор ставятся проблематичные возможности, сосуще большинство исследователей проблемы выбора не проводили ствующие во внешнем времени;

во втором случае возможности, между ними никакого различия. Возможно, к этой проблеме между которыми необходимо сделать выбор, производятся в имеет отношение старое различение между и последовательном порядке и исключительно во внутреннем, искусством творческим и искусством приобре времени, dure.

тающим, позаимствованное Платоном и Аристотелем у софи стов. Основные различия между двумя указанными ситуация Теория выбора Бергсона ми состоят, по видимому, в следующем. При осуществлении выбора между двумя или более объектами, каждый из которых реально находится в моей досягаемости и равно для меня до Бергсон, более чем кто либо из философов подчеркивавший ступен, проблематичные возможности являются, так сказать, важность двух временных измерений – внутреннего dure и уже готовыми и хорошо очерченными. Конституирование их опространствленного времени – для структуры нашей созна как таковое находится вне моего контроля;

мне приходится либо тельной жизни, в первой своей книге «Essais sur les donnes брать одну из них, либо оставлять обе такими, каковы они есть. immediates de la conscience» (1899)4 исследовал проблему выбора Проектирование, однако, осуществляю я, и в этом смысле оно именно в этом аспекте. Он обращается к ней в связи с критикой находится в сфере моего контроля. Но прежде чем я отрепети детерминистских и индетерминистских доктрин. Он утвержда рую в воображении будущие курсы моих действий, исход мо ет, что как детерминисты, так и индетерминисты основывают его проектирующего действия не вводится в пределы моей до свои выводы на ассоциативной психологии. Внутреннее dure сягаемости, и, строго говоря, во время моего проектирования с присущей ей непрерывной последовательностью и взаимо 134 связанным потоком сознания они подменяют опространств дваивался и как если бы эго, оказавшись на перепутье, долж ленным временем, в котором соседствуют бок о бок кажущи но было принять решение, какой дорогой последовать дальше.

еся обособленными переживания. Они показывают нам эго, Тот, кто выдвигает подобное положение, допускает ошибку, колеблющееся между двумя противоположными чувствами, ибо помещает себя в тот момент времени, когда действие уже мечущееся от одного к другому и, в конечном итоге, принима было совершено, но, вместе с тем, смотрит на процесс актив ющее решение в пользу одного из них. Тем самым эго и дви ности действующего так, как если бы раздвоение пути суще жущие им чувства приспосабливаются к четко определенным ствовало еще до того, как произошло обдумывание и было вещам, остающимся неизменными на протяжении всего хода принято решение. Тем самым, он путает протекающее время операции. Однако в силу самого того факта, что эго пережи с протекшим, dure с опространствленным временем и упуска ло первое чувство, оно уже изменилось к тому времени, когда ет из внимания необратимость и непоправимость времени.

переживает второе. Следовательно, в любой момент в ходе раз До того, как действие было совершено, не было ни раздво мышления оно модифицирует не только самое себя, но и чув ения, ни прослеживаемых путей, не было даже направления ства, которые на него воздействуют (agite). Таким образом со и вопрошания о пути;

и только совершенное действие про здается динамический ряд взаимопроникающих состояний ложило этот путь. Обдумывание выбора нельзя понимать как сознания, стимулирующих друг друга и приводящих в своем колебание в пространстве;

скорее, оно представляет собой ди естественном развитии к свободному акту. Если я выбираю намический процесс, в котором эго, а равно и его мотивы, на между двумя возможными действиями X и Y и перехожу по ходятся в непрерывном становлении. Эго, непогрешимое в очереди от одного к другому, то это, по словам Бергсона, оз своих непосредственных открытиях, чувствует и объявляет начает, что я прохожу через ряд состояний духа, которые мож себя свободным;

но как только оно пытается объяснить себе но распределить по двум группам, в зависимости от того, скло свою свободу, оно по необходимости становится жертвой про няюсь ли я больше к Х или его противоположности. Но даже странственного символизма со всеми свойственными ему эти противоположные склонности имеют одно единственное ошибками.

реальное существование: Х и Y – всего лишь символы различ Но довольно о Бергсоне. Если перевести его критику в тер ных тенденций моей личности в последовательные моменты минологию настоящей статьи, то она нацелена против допу моего dure. В строгом смысле, существуют не два противопо щения, что проблематичные возможности существуют в отно ложных состояния, а целый ряд последовательных и различ шении проектов уже в то время, когда все возможности еще ных состояний, через которые проходит эго, – эго, которое только остаются открытыми. Эго, живущее в своих актах, зна непрерывно растет и обогащается в процессе колебания меж ет только открытые возможности;

подлинные альтернативы ду воображаемыми тенденциями, изменяющимися на протя становятся видимыми лишь в истолковательной ретроспек жении процесса обдумывания вместе с изменением самого эго. ции, другими словами, когда поступки уже совершены, а ста Таким образом, разговор о двух тенденциях или двух направ новление тем самым переведено в существование. Памятуя о лениях – не более чем метафора: в действительности не суще проведенном нами терминологическом различии между дей ствует ни двух тенденций, ни двух направлений, а есть лишь ствием и поступком, мы можем сказать, что все действия, со эго, которое живет и развивается в самих своих колебаниях, гласно Бергсону, протекают в рамках открытых возможностей, пока свободное действие не отделяется от него, подобно со а проблематичные возможности ограничиваются совершенны зревшему плоду. Ассоциативная психология, используемая ми поступками.

одинаково как детерминистами, так и индетерминистами, по У нас нет возражений против этой теории (хотя она явно лагает, однако, что в состоянии обдумывания эго колеблется опирается на образец особого класса действий, а именно дей между двумя – мы бы добавили сюда: проблематичными – воз ствий, встраивающихся во внешний мир), за исключением можностями, которые понимаются так, как если бы это были того, что она останавливается на полпути. Разумеется, Бергсон две сосуществующие точки в пространстве, как если бы путь, указывает, что эго в самоинтерпретации своих прошлых по пройденный до сих пор сознанием эго, в некоторой точке раз ступков имеет иллюзию, что оно осуществило выбор из про 136 блематичных возможностей. Но при этом он не добавляет, что действия оказываются конституированы как проблематичные именно совершенный поступок, а не действие предвосхищает возможности, наличные в пределах единого поля, т.е. как ся modo futuri exacti в проекте. Как мы увидели, проектирова только два или более проекта ставятся на выбор, вес каждого ние есть предвосхищаемая в фантазии ретроспекция. В этой из них может быть удостоверен операциями суждения. «Ис предвосхищаемой ретроспекции, и только в ней, проектируе кусство обдумывания» – процедура, в ходе которой конф мое действие фантазируется как завершенное;

пути после раз ликтующие мотивы, обследованные рассудком, приводят в вилки – если придерживаться бергсоновской метафоры – конечном итоге к акту воления, – было тщательно проанали были проведены, но не как тропы на ландшафте, а как всего зировано Лейбницем. Как мы увидим, он очень близко подхо лишь карандашные пометки на карте. Эго, представляющее в дит к гуссерлевскому понятию мгновенного решения и берг фантазии один проект за другим, растет и обогащается, прохо соновскому понятию свободного поступка, отделяющегося от дя через ряд последовательных состояний, и, делая это, ведет эго, подобно созревшему плоду.

себя в точности так, как описывает Бергсон, действуя, как было объяснено выше, в рамках открытых возможностей, при Теория воления Лейбница сущих каждому проектированию. Однако тем, что было спро ектировано в таком проектировании (или, лучше сказать: в та кой серии последовательных активностей фантазирования), Лейбниц обращается к этой проблеме в «Теодицее» и рассмат являются предвосхищаемые modo futuri exacti совершенные ривает ее в нравственно теологическом плане. В дальнейшем акты, т.е. результаты, которые должны быть действиями дос изложении его теории мы, дабы отделить заключенный в ней тигнуты, но не сами действия, как они будут развертываться. общий анализ от этого контекста, заменили понятия «добро» Эти различные предвосхищаемые акты становятся теперь про и «зло», используемые Лейбницем, терминами «позитивный» блематичными альтернативами, наличествующими внутри и «негативный вес» (соответствующих проблематичных воз единого поля modo potentiali;

они имеют свое квазисуществова можностей), намеренно оставив на некоторое время открытым ние и представляются теперь на выбор. Между тем, их сосу вопрос о том, что именно следует понимать под «позитивным» ществование есть не более чем квазисосуществование, т.е. и «негативным весом».

проектируемые поступки только воображаются как сосуще Как и большинство проблем, затрагиваемых Лейбницем в ствующие;

они не представляют собой чего то готового и рав «Теодицее», анализ воления уходит корнями в полемику с но наличного в пределах моей досягаемости. Но все таки все Бейлем. Бейль сравнивал душу с весами, где причины и склон они находятся в сфере моего контроля и будут сохранять свое ности действия выступают как тяжести6. По его мнению, то, квазисуществование до тех пор, пока я не достигну решения что происходит в актах [принятия] решения, можно объяснить одну из них осуществить. Это решение состоит в накладыва с помощью гипотезы, что эти весы находятся в равновесии до ющейся интенции превратить один из этих проектов в мою тех пор, пока тяжести на обеих чашах равны, но склоняются в цель. Как мы увидели, этот переход требует волевого «прика одну или в другую сторону, если содержимое одной из двух зания», которое мотивируется мотивом для того чтобы выб чаш перевешивает содержимое другой. Новый аргумент при ранного проекта. дает содержимому той или иной чаши дополнительный вес, Мотивы, как говорит Лейбниц5, побуждают человека дей новая идея светится ярче старой, страх перед тяжким наказа ствовать, но не принуждают его. Он свободен выбрать, под нием может перевешивать некоторые ожидаемые удоволь даться ему своим склонностям или не поддаться, или даже ствия7. Достичь решения становится тем труднее, чем большее подвесить такой выбор. Он обладает свободой рассудитель число противоположных аргументов приобретают примерно ного обдумывания;

разум будет служить ему проводником равный вес. Это уподобление кажется Лейбницу неадекватным во взвешивании «за» и «против» каждой возможности. Мож по нескольким причинам. Во первых, чаще всего на выбор но перевести это утверждение на используемый здесь язык представлены не две возможности, а гораздо больше;

во вто следующим образом: как только возможности моего будущего рых, волевые интенции присутствуют в каждой фазе взвеши 138 вания и принятия решения;

в третьих, не существует такой царство Разума;

в свою очередь, наши чувства и наши страсти вещи, как равновесие, от которого можно было бы отталкивать поставляют лишь смутные мысли, и их путы связывают нас до ся. Исходя из этого, Лейбниц заимствует у схоластов понятия тех пор, пока нам не удастся поставить наши действия на фун «предшествующей» и «последующей» воли и, после введения дамент отчетливого знания. Эта ситуация нередко осложняет собственного понятия «средней» воли, весьма оригинально ся тем, что наши смутные мысли ощущаются ясно, тогда как использует их для объяснения механизма выбора8. наши отчетливые мысли ясны лишь потенциально: они могли Согласно этой теории, воля имеет различные фазы. В об бы стать ясными, если бы мы пожелали предпринять необхо щем и целом, можно сказать, что воля состоит в склонности димые усилия с тем, чтобы эксплицировать их скрытые содер вызывать некоторое действие пропорционально присущему жания, например, проникнув в значение слов или символов, ему позитивному весу. Этот тип воли можно назвать предше и т.д. Во вторых, и здесь Лейбниц разделяет точку зрения Локка, ствующей волей (volont antecedente), поскольку она не связ человеческий разум склонен выносить ложные суждения при на и учитывает каждый позитивный вес по отдельности в ка сравнении теперешних удовольствий и неудовольствий с бу честве позитивного, не переходя к комбинациям. Эта воля дущими, не обращая внимания на то, что это будущее станет на производила бы свое действие, если бы не было каких нибудь стоящим и явится тогда во всей своей непосредственной близо более сильных контраргументов, препятствующих ее осуще сти. Лейбниц сравнивает этот феномен с пространственной ствлению. Средняя воля (volonte moyenne) проистекает имен перспективой: малое расстояние во времени может целиком ли но из таких контраргументов. Она переходит к комбинациям, шить нас ощущения будущности, как если бы будущий объект и таким, как присоединение негативного веса к позитивному, и вовсе исчез. Что в таком случае от будущих вещей остается, так если последний все еще перевешивает первый, то воля будет и это зачастую лишь имя, или слепая мысль (cogitationes caecae).

далее тяготеть к этой комбинации. По отношению к оконча При этом может оказаться, что мы даже не поднимаем вопроса тельной воле, повелительной и решающей, среднюю волю о том, следует ли предпочесть будущие блага, а действуем со можно считать предшествующей, хотя сама она и следует за гласно нашим смутным впечатлениям. Но даже если мы это чистой и изначальной предшествующей волей9. Окончатель делаем, даже если мы все таки ставим этот вопрос, то мы, воз ное и решающее воление возникает из конфликта всех пред можно, неверно предвосхищаем будущие события или сомне шествующих воль и их комбинаций – как отвечающих на по ваемся, что наше решение приведет к предвосхищаемым по зитивные тяжести, так и отвечающих на негативные тяжести. следствиям. В третьих, идеальное уравновешивание доводов, Именно из состязания всех этих частных воль проистекает це которые определяют наш выбор, можно сравнить с процеду лостное воление, подобно тому как в механике совокупное рой счетовода, подводящего баланс. Ни один пункт не должен движение проистекает из всех тенденций, конкурирующих в быть упущен, каждый должен получить причитающуюся оцен одном и том же движущемся теле, и в равной степени удовлет ку, все должны быть правильно упорядочены и, в конечном воряет каждую из них, осуществляя всех их одновременно. Эта счете, точно просуммированы. В каждой такой деятельности последующая окончательная воля определяет направление по рассуждения могут быть допущены ошибки. В четвертых, что ступка, и именно о ней говорят, что каждый совершает то, что бы прийти к правильной оценке последствий нашего выбора он хочет совершить, при условии, что он может это совершить. (современные социальные ученые сказали бы: к «идеально ра Рассуждение, таким образом, выполняет свою функцию в оп циональному решению»), нам понадобилось бы владеть не ределении нашего выбора и превращении volontes antecedentes сколькими умениями, столь же неразвитыми сегодня, как и во в volonte finale. Однако эта функция в нескольких отношени времена Лейбница. Нам понадобились бы умение делать доступ ях ограничена. Во первых, выбор предпочтительного всегда ным для себя то, что мы знаем (l’art de s’aviser au besoin ce qu’on происходит в границах определенного состояния нашего зна sait), умение оценивать вероятность будущих событий, а имен ния (это знание включает в себя всю совокупность наших пре но, последствий наших решений, и, наконец, умение опреде жних переживаний). Но это знание не гомогенно;

оно отчасти лять позитивный и негативный вес проблематичных возможно отчетливое, отчасти смутное. Только отчетливое знание есть стей, данных нам на выбор, или, как называет их Лейбниц, 140 ценностей добра и зла. Только тогда мы могли бы надеяться развертывающегося потока сознания действующего лица, ко овладеть тем, что Лейбниц называет искусством последствий. торому предстоит сделать выбор, и не занимаются ретроспек Как в теориях Гуссерля и Бергсона, так и здесь именно эго тивной реконструкцией того, что произошло, когда такое ре в процессе жизни своего потока сознания создает возможно шение уже было принято, – реконструкцией, которая входит сти, которые предоставляются ему на выбор, и принимает в ходе в компетенцию так называемой объективной точки зрения на этого процесса окончательное решение. «Восприятия», являю блюдателя, или эго, которое как наблюдатель самого себя по щиеся для Лейбница не чем иным, как изменениями в самом ворачивается в самоинтерпретации спиной к своим прошлым разуме, создают своими подстреканиями склонности, т.е. раз переживаниям.

личные «volontes antecedentes», которые, как только в них Но тем не менее – и со всеми основаниями – прошлые пе вмешивается испытующий разум, частично уравновешивают реживания действующего лица принимаются в расчет. С точ ся «volontes moyennes». За тенденцией, таким образом, следует ки зрения Бергсона, актуальное состояние духа индивида стало контртенденция, и так происходит до тех пор, пока «мотив таким, какое оно есть, именно потому, что он пережил все для того чтобы» преобладающего проекта не приводит к свои прошлые переживания в их специфической интенсивнос «volonte consequente, decretoire et definitive», т.е. волевому при ти и их конкретной последовательности. В другом месте работы, казанию: «Приступим!» Для Бергсона выбор есть всего лишь на которую мы ссылались, Бергсон доказывает невозможность последовательный ряд событий во внутреннем dure, но никак того, чтобы ученый Петр решал, как будет действовать Павел не колебание между двумя наборами факторов, сосуществую в конкретной ситуации. Допущение, что Петр способен к тако щих в опространствленном времени;

обдумывание со всеми го рода предсказаниям, предполагало бы, что он прошел через его противоборствующими тенденциями может быть понято все переживания Павла, причем с точно такой же интенсивно лишь как такой динамический процесс, в котором эго, его чув стью и в точно такой же последовательности, как и сам Павел, ства, мотивы и цели пребывают в непрерывном становлении из чего следовало бы, что поток сознания Петра должен быть до тех пор, пока это развитие не увенчивается, наконец, свобод в точности таким же, как и поток сознания Павла, одним сло ным актом. Для Гуссерля ситуация сомнения, в которой эго всту вом, что Петр тождествен Павлу. Теория Гуссерля предпола пает в конфликт с самим собой, создает единое поле проблема гает целую сферу допредикативных переживаний, которая яв тичных возможностей;

в серии последовательных мгновенных, ляется единственным источником ситуации сомнения с ее но не окончательных решений эго принимает сторону одной конституированием проблематичных возможностей и един из конкурирующих возможностей и контрвозможностей и удос ственно в которой каждая возможность получает свой «вес».

товеряет, что могло бы говорить в пользу каждой из них. Этот Уверенность, в которую преобразуется сомнение, тоже не бо процесс продолжается до тех пор, пока не исчезает ситуация лее чем эмпирическая;

это уверенность, согласованная и со сомнения;

а это, говорит Гуссерль, происходит либо благодаря вместимая с нашими предшествующими переживаниями. С тому, что было принято решение с плохим логическим созна точки зрения Лейбница, «добро» и «зло» – термины, переве нием, либо в силу того, что сомнение преобразовалось в эмпи денные нами в «позитивный и негативный вес», – соотносятся с рическую определенность, которую он, поскольку она всего прежними переживаниями действующего, равно как и взыску лишь эмпирическая, называет «определенностью до последу ющая активность рассудка, благодаря которой различные ющего уведомления». Гуссерль изучает в категориях модализа «volontes antecedentes» превращаются в «volontes moyennes».

ции конституирование проблематичных возможностей как предпосылку всякого возможного выбора;

Бергсон описывает Проблема веса сам процесс выбора, анализируя задействованные в нем вре менные перспективы;

Лейбниц прослеживает взаимодействие волевых интенций, ведущее к конечному «приказанию», зак Теперь мы должны исследовать происхождение «веса» возмож люченному в принятом решении. Все три теории сходятся в ностей и контрвозможностей, по Лейбницу, «добра» и «зла», одной точке, поскольку помещают себя в самое средоточие как позитивного веса, присущего «volonte antecedente», или 142 негативного веса, присущего «volonte moyenne». Давайте вновь ние этой более высокой организации проектов лежит в ос обратимся к нашему примеру выбора между двумя различны новании проблематичных возможностей, представляемых на ми проектами. Можно ли сказать, что «вес» («добро» или «зло»), шему выбору, и определяет вес каждой возможности: ее характер придаваемый каждому из них, внутренне присущ специфичес позитивен или негативен лишь в соотнесении с этой системой кому проекту? По видимому, такое утверждение бессмыслен более высокого порядка. Для целей такого чисто формального но. Стандарты весов, добра и зла, позитивного и негативного, описания не требуется принимать никаких допущений ни от если взглянуть в первом приближении, не создаются самим носительно специфического содержания задействованной бо проектированием;

сам проект оценивается в соответствии с лее высокой системы, ни относительно существования так на заранее существующей рамкой соотнесения. Каждому иссле зываемых «абсолютных ценностей»;

не требуется принимать дователю этики знаком вековой спор о ценностях и заключен никаких допущений и относительно структуры нашего предва ном в них оценивании. Однако для решения нашей задачи нет рительного знания, т.е. относительно присущей ему степени нужды углубляться в его обсуждение. Нам достаточно указать, ясности, эксплицитности, смутности и т.д. Напротив, фено что проблема позитивных и негативных весов выходит за рам мен выбора может быть повторен на любом уровне смутно ки актуальной ситуации конкретного выбора и принятия ре сти. С точки зрения действующего, живущего повседневной шения, и показать, как можно объяснить этот факт, не обра жизнью, полная ясность всех элементов, вовлеченных в про щаясь к метафизическому вопросу о существовании и природе цесс выбора, а значит, и «идеально» рациональное действие, абсолютных ценностей. невозможны. Дело обстоит так потому, что, во первых, си Обсуждая выше понятие интереса, мы заметили, что для стема планов, на которой базируется конституирование аль действующего лица не существует такой вещи, как обособлен тернатив, принадлежит к области мотивов потому что его ный интерес. Интересы с самого начала имеют свойство вза действия и раскрывается лишь в ретроспективном наблюде имно связываться с другими интересами в систему. Из этого нии, оставаясь скрытой для действующего, который живет в утверждения непосредственно вытекает, что действия, моти своих поступках, ориентированных на те мотивы для того вы, цели и средства и, следовательно, проекты и задачи тоже чтобы, которые он имеет в виду;

и, во вторых, его знание, являются не более чем элементами, которые, наряду с прочи если наш анализ верен, опирается на его биографически детер ми элементами, образуют систему. Любая цель – всего лишь минированную ситуацию, которая отбирает из мира, просто средство достижения другой цели;

любой проект проектиру принимаемого как данность, элементы, релевантные его на ется в рамках системы более высокого порядка. По этой са личной задаче, а сама эта биографически детерминированная мой причине любой выбор между проектами соотносится с ситуация, преобладающая в момент проектирования, изменя ранее выбранной системой взаимосвязанных проектов более ется в ходе колебания между альтернативами, если уж не по высокого порядка. В нашей повседневной жизни проектиру какой то иной причине, то хотя бы в силу переживания самого емые нами цели являются средствами, включенными в рам этого колебания.

ки заранее составленного конкретного плана – плана на час или на год, трудового плана или плана проведения досуга, – Резюме и заключение а все эти конкретные планы подчинены нашему жизненно му плану как предельно универсальному плану, который оп ределяет подчиненные ему планы, даже если последние Наш анализ, намеренно ограниченный нами повседневно конфликтуют друг с другом. Таким образом, каждый выбор жизненной ситуацией выбора между проектами, начинался с соотносится с заранее пережитыми решениями более высо мира, принимаемого в качестве не подлежащей сомнению кого порядка, на которых основывается наличная альтерна данности, как общего поля наших открытых возможностей.

тива, – как и любое сомнение соотносится с прежде пере Наша биографически детерминированная ситуация отбирает житой эмпирической определенностью, которая в процессе некоторые элементы этого поля как релевантные нашей на сомнения ставится под вопрос. Именно наше предпережива личной цели. Если этот отбор не сталкивается ни с какими 144 препятствиями, проект просто преобразуется в цель, и дей крайней мере в некоторой степени, понять своего собрата. Как ствие выполняется как нечто само собой разумеющееся. Если это возможно?

благодаря самой смутности нашего знания, наличного в мо Второй вопрос относится к природе идеализации и генера мент проектирования, возникает ситуация сомнения, то неко лизации, производимой социальным ученым при описании торые из возможностей, которые ранее были открытыми, ста действий, происходящих в социальном мире. С одной сторо новятся сомнительными, проблематичными. Какая то часть ны, социальному ученому не позволено принимать соци мира, прежде принимавшаяся в качестве неоспоримой данно альный мир на веру, т.е. как простую данность. Суть его «гене сти и, следовательно, не вызывавшая сомнений, теперь ставит рального плана» состоит в том, чтобы поставить этот мир под ся под вопрос. Принятое решение вновь преобразует то, что вопрос и изучить его структуру. С другой стороны, как ученый стало сомнительным, в определенность, но определенность (но не как человек среди других людей, каковым он тоже, не эмпирическую – т.е. во вновь не подвергаемый сомнению эле сомненно, является), он находится в таком положении, когда мент нашего знания, принимаемый на веру до последующего элементы, релевантные для его научных действий, определя уведомления. ются не его биографически детерминированной ситуацией – Наш анализ, несмотря на его пространность, не мог не ос или, по крайней мере, определяются ею не в том смысле, в ка таться очень схематичным. Понятия «интереса», «систем инте ком определяются для действующего в повседневной жизни.

реса», «релевантности» и, прежде всего, понятие мира, прини Может ли социальный ученый иметь дело и имеет ли он дей маемого как данность, и биографически детерминированной ствительно дело с той же самой реальностью социального ситуации – все это, скорее, заголовки для целых групп про мира, которая явлена действующему лицу? И если да, то как блем, нуждающихся в дальнейшем исследовании. В заключе это возможно?

ние позволим себе указать на еще два вопроса, особенно важ Ответ на каждый из этих вопросов потребовал бы подроб ных для социальных наук, к которым, возможно, полезно ных исследований, выходящих далеко за рамки настоящей было бы применить результаты предшествующего анализа. статьи.

Первый касается понимания действия другим человеком, наблюдателем продолжающегося или совершенного действия Примечания в социальном мире. Нет никаких гарантий, что мир, субъек тивно принимаемый на веру действующим лицом, будет столь Dewey John. Human Nature and Conduct. III (Modern Library edit.). P. 190.

же несомненным для наблюдателя. Действующий может пред Поскольку то, что обычно называют интересом, является одним из основ полагать, что то, что принимается им как данность, несомнен ных элементов человеческой природы, этот термин неизбежно будет озна но для «каждого, принадлежащего к нам», но окажется ли вер чать для разных философов разные вещи, в зависимости от их базисной кон ным это допущение для конкретного другого человека, цепции человеческого существования в мире. Рискнем предположить, что зависит от того, было ли прежде между ними установлено под разные решения, предложенные для объяснения происхождения интересов, можно разделить на два типа: согласно первому, так называемые интересы линное мы отношение. Тем не менее, даже если это так, био конституируются мотивами потому что, согласно второму – мотивами для графически детерминированная ситуация действующего и того чтобы. Лейбница с его теорией «малых восприятий», определяющих наблюдателя, а стало быть, и осуществляемый ими отбор реле всю нашу деятельность, можно рассматривать как представителя первого вантных элементов из числа открытых возможностей, с необ типа, а точку зрения Бергсона, согласно которой все наши восприятия оп ределяются нашей деятельностью, – как пример второго.

ходимостью должны различаться. Вдобавок к тому, на Op. cit. P. 190 и далее.

блюдатель не участвует непосредственно в процессе выбора и См.: Бергсон A. Опыт о непосредственных данных сознания // Бергсон A.

принятия решения действующим лицом, даже если некоторые Собр. соч. Т. 1. М.: Московский клуб, 1992. C. 45–155, особенно с. 126 и да из его фаз были ему сообщены. Он должен, исходя из совер лее. – Прим. перев.

шенного внешнего поведения, или поступка, реконструиро А мотивы, с его точки зрения, всегда основываются на «восприятиях», в том широком смысле, в каком он использует этот термин, включая в него вать лежащие в его основе мотивы для того чтобы или пото «малые восприятия».

му что действующего лица. И все же человек способен, по 146 См.: Лейбниц Г.В. Опыты теодицеи о благости Божией, свободе человека и начале зла. § 324 // Лейбниц Г.В. Сочинения в 4 т. Т. 4. М.: Мысль, 1989.

С. 345. – Прим. перев.

Там же. С. 345–346. – Прим. перев.

Там же. § 119. С. 202–203. – Прим. перев.

Там же. С. 202. – Прим. перев.

Феноменология и социальные науки Значение Э. Гуссерля для * социальных наук уссерль не был сведущ в конкретных проблемах соци альных наук. Однако проблемы интерсубъективности, эмпатии и статуса общества и общины как интерсубъек тивностей более высокого порядка занимали его с пер Г вых же набросков второго тома «Идей». Когда я однаж ды спросил его, почему же он воздержался от публикации вто рого тома, он ответил, что в то время он еще не нашел решения проблемы конституирования интерсубъективности1. Он верил, что осуществил это в Пятом «Картезианском размышлении».

Тема «жизненного мира» (Lebenswelt) стала главенствующей в посмертно изданных частях его «Кризиса европейских наук».

Читателю, знакомому с работами Э. Гуссерля, не нужно пред ставлять его теорий, относящихся к данной проблеме;

крити ческий же анализ их недостатков можно найти где угодно2.

Возможно, было бы полезным кратко очертить то, как тракту ются эти проблемы некоторыми из тех мыслителей, которые основывают или думают, что основывают, свои рассуждения на философии Э. Гуссерля.

К сожалению, первая когорта учеников Э. Гуссерля, близ ко знакомых с ним лично, верила в то, что конкретные про блемы социальных наук можно разрешить с помощью непос редственного применения метода эйдетической редукции к непроясненным понятиям обыденного мышления или же к столь же непроясненным понятиям эмпирических социальных наук. Моего глубокого уважения к Эдит Штайн3 как к лично сти и мыслителю ничуть не умаляет констатация того, что наив ное использование эйдетического метода ею и Гердой Уолтер * Schutz A. Husserl’s Importance for the Social Sciences // Collected Papers. vol. 1.

P. 140–149. Пер. Н.М. Смирновой.

в анализе проблемы социальных отношений, общины и государ ром в терминах логической методологии8. М. Шелер постулирует ства привели их к формулировке определенных аподиктических в качестве предпосылки любой феноменологической редукции и претенциозно априористских суждений, которые внесли свой теорию природы реальности и нашего опыта ее восприятия. Он вклад в дискредитацию феноменологии в глазах представителей критикует Э. Гуссерля за то, что тот отождествил понятия «быть общественных наук. реальным» и «иметь место во времени». Согласно М. Шелеру, Даже Макс Шелер использовал тот же неудачный подход в всеобщий тезис реальности в естественной установке и его ан заключительных главах своей работы «Формализм в этике и ма тропоморфный характер, равно как и структуру «относитель териальная этика ценностей»5, где он попытался проанализиро но естественной концепции мира», принимаемые в качестве вать природу общества и общины в их различных формах. В не подлежащей сомнению данности, можно анализировать дальнейшем, когда этот замечательный мыслитель все более и феноменологическими методами. Само понятие этой относи более погружался в конкретные проблемы социальных наук и тельно естественной установки, однако, меняется от группы к сам становился выдающимся социологом, он отказался, как мне группе, а также и в пределах самой группы в процессе ее ис кажется, от многих теорий, развитых в этой книге. Феноменоло торического развития. Описать ее характеристики – задача гический анализ эйдетической структуры иерархии ценностей эмпирических социальных наук.

привел его к концепции Личности (Person) как центра духовных Если я правильно понял соответствующее высказывание актов. Но он гипостазировал идею индивидуальной личности, проф. М. Мерло Понти9, его взгляд на применимость феномено введя понятие коллективной личности (Gesamptperson), чьи от логических методов к поблемам социальных наук очень близок дельные духовные акты направлены на суправитальные ценнос к позиции «позднего» М. Шелера. Мерло Понти цитирует ти, такие, как правовой порядок, государство, церковь. Природа письмо Э. Гуссерля к Люсьену Леви Брюлю от 1935 года, в ко таких коллективно определенных актов, предположительно вы тором тот констатирует как антропологический факт, что ис полняемых коллективной личностью, остается всецело непрояс торический релятивизм неоспоримо имеет свое законное место ненной, и по той самой причине столь же непроясненной оста как станция на пути, ведущем к интенциональному анализу ется и природа четырех различаемых им форм социальности, а структуры социального мира. И Мерло Понти подытожил свою именно: 1) толпа или масса, 2) община, основанная на общности позицию, констатировав, что с феноменологической точки зре жизни (Lebensgemeinschaft), 3) общество в узком смысле, 4) общ ния социальный мир является не просто объектом, но, прежде ность в любви, основанная на идее божественного спасения. всего, моей ситуацией, проживаемой в живом настоящем, по Однако еще во втором издании своей книги «Природа симпа средством которой также и все историческое прошлое становится тии»6 М. Шелер использует феноменологические методы для ре мне доступным;

социальное всегда является мне как вариация шения вопроса об основании суждения о реальности других «я» отдельной жизни, в которой я участвую и с помощью которой и возможности и пределах нашего понимания их, постулируя, мой собрат всегда является для меня другим Я, alter ego.

что эта проблема является Проблемой любой теории познания в Именно эта констатация является точкой расхождения взгля социальных науках. В дальнейшем он осознал, что социология дов Ортеги и Гассета10 с позицией Э. Гуссерля. Согласно Ор должна быть основана на тщательно разработанной философ теге, Я обнаруживает свою реальность в ее имманентном ха ской антропологии. Тогда он приложил методы идеации к ре рактере, т.е. в совершенном одиночестве своей личной жизни, шению проблемы природы человека в мире, естественном и со которая для него очевидна. Человеческая жизнь Другого для циокультурном. Биологическая природа человека располагается меня латентна и гипотетична, это реальность второго порядка;

в основании его системы потребностей и строя их порядка, его его Я является для меня квази Я, трансцендентным моей жиз духовная природа определяет формы его познания. М. Шелер ни, лишь со присутствующим, но никогда не данным мне.

обещал показать в своей книге по метафизике7, которую ему Точнее, я обычно воспринимаю эти реальности второго поряд не удалось закончить, что феноменологическая редукция Э. Гус ка как непосредственно данные, как если бы они были изначаль серля является особой эпистемологической техникой, свой ны. Так что я не знаю о своей подлинной жизни в ее одиночестве ственной философской позиции, хотя и представленной авто и истине, но я живу в социально обусловленной реальности, по 152 средством которой Другой становится тем, с кем я могу и должен стью с личными убеждениями. Я превращаюсь в социальный установить отношение. Способность Другого соответствовать автомат, вхожу в состояние «неаутентичности» (заимствуя тер моим действиям, результатом которой является их взаимность, мин М. Хайдеггера, не используемый Ортегой), лишь повторяя является первым социальным фактом и фундаментальным для «то, что передумано, сказано, сделано». Короче: я социализиро конституирования общего окружения. Ортега ссылается на выс ван, подвергнут действию социализирующих сил, принудитель казывания Э. Гуссерля, что значение слова «человек» изначаль ных по отношению ко мне. Однако не существует коллективной но подразумевает взаимное существование с Другими, сообще души или коллективного сознания в дюркгеймовском смысле;

ство людей, людей в обществе. Для Ортеги, как и для Гуссерля, социальные отношения всегда межиндивидуальны.

присутствие тела Другого является указанием на со присутствие Теория Оргеги, по общему признанию, начинается с гуссер духовного начала. Но хотя тело Другого и принадлежит моему лева понятия всеобъемлющего окружения как основания консти миру, мир Другого остается для меня чужим. Ортега подвергает туирования социальности. Как и Гуссерль, он не замечает того, критике11 все содержание теории Э. Гуссерля (развитой в Пятом что лишь восприятие существования Другого делает возмож «Картезианском размышлении»), в которой конституируется ным предполагаемое общее всеобъемлющее окружение, так Другое Я (the alter ego) на основе своей собственной интенцио что все рассуждение впадает в порочный круг. Отвергнув – не нальности, – то, что Э. Гуссерль пытается постичь Другого как без некоторых оснований – взгляды Э. Гуссерля на конституиро alter ego посредством аналогизирующей проекции или переста вание Другого в трансцендентальной сфере, а с ним и на консти новки (характеристик. – Н.С.) моего тела на тело Другого. Э. Гус туирование общего интерсубъективного мира, он отвергает – серлю не удалось в должной мере учесть то, что Я наблюдаю еще более обоснованно – гуссерлеву концепцию коллективно лишь внешность тела Другого, в то время как свое тело я вос сти как интерсубъективности более высокого порядка. В неау принимаю «изнутри». И это различие не может быть сведено к тентичности гуманизированного мира Другой воспринимает различию перспектив «Здесь» и «Там». Более того, как же, сле ся не как alter ego, но как социализированное Я посредством дуя Э. Гуссерлю, эмпатическое перенесение возможно, если Я alter tu. Ортега, несомненно, проводит свой анализ в пределах мужчина, а Другой – женщина? Согласно Ортеге, ego есть не естественной установки и не принимает во внимание тот факт, что иное, как мое одинокое Я, и разговоры об alter ego лишь что заботой Э. Гуссерля в «Картезианских размышлениях» означают, что налицо абстрактный Другой, соответствующий было конституирование трансцендентальной интерсубъектив тому, чем ego является во мне самом. Но вопреки общему окру ности в пределах феноменологически редуцированной сферы.

жению, устанавливаемому способностью Другого мне со ответ Но в обеих сферах вопрос остается открытым: как возможен ствовать, изначальная реальность Другого остается недостижи общий мир с помощью общих интенциональностей?

мой для меня, как и моя для него, и присущий нам общий мир, Хотя эта проблема и остается центральной для любого фено в котором мы живем, не является ни моим, ни его;

этот объек менологического исследования, тот факт, что она до сих пор тивный мир – Ортега называет его гуманизированным миром – не нашла удовлетворительного решения, не умаляет выдающего соответствует обществу, в котором мы родились. В этом мире ся значения прижизненно опубликованных работ Э. Гуссерля Другой является прежде всего абстрактным Он, затем он может для основания социальных наук. Поскольку эти науки должны быть индивидуализирован и превратиться в Тебя. Однако Я в иметь дело не с философскими аспектами интерсубъективности, его конкретности появляется последним. Именно Другой застав но со структурой жизненного мира (Lebenswelt), воспринимаемо ляет меня обнаружить собственные границы, отделяющие меня го людьми в их естественной установке, т.е. теми, кто родился в от него и мой мир от его. Возникающее таким образом мое кон социокультурном мире, должен найти в нем свое место и пола кретное Я воспринимается мною как Другой, и особенно как Ты, дить с ним. Этот мир пред дан ему и непроблематизированно как «другой ты» (an alter tu). Общество и община, государство и воспринимается им как сам собой разумеющийся – «непроб другие формы коллективности воспринимаются мною в аноним лематизированно» в том смысле, что не вызывает вопросов до ности таких выражений, как «некто», «люди», «делать как сдела последующего упоминания, но может быть проблематизирован но». Разделяя этот мир, я перестаю быть индивидуальной лично в любое время. В естественной установке я считаю само собой ра 154 зумеющимся, что мои собратья существуют, что они воздейству или удерживаемое, и как таковое является основанием всех ют на меня, а я – на них, что между нами могут быть установле наших протенций и предвосхищений. Они же, в свою очередь, ны, – по крайней мере, в определенных пределах – коммуника являются предметом базовых идеализаций «так далее, и тому ция и взаимное понимание, и это осуществляется с помощью подобное» («und so wieder»), а также «я могу это снова» («Ich определенной системы знаков и символов в рамках определен kann immer wirder»), описанных Э. Гуссерлем14.

ной социальной организации и определенных социальных ин Более того, этот запас наличного знания содержит зоны мно ститутов, ни один из которых не является моим творением. жества степеней ясности и отчетливости. Он содержит открытые Макс Вебер показал, что все явления социокультурного неопределенные горизонты неизвестного, но потенциально по мира возникают в социальном взаимодействии и могут быть знаваемого. Он демонстрирует релевантные структуры различ отнесены к нему. Согласно его представлениям, главной задачей ных типов, и все они основаны на различных модификациях социологии является понять то значение, которым действующий внимания15, возникающих из наших практических, теоретичес наделяет свое действие («субъективное значение», в его терми ких или аксиологических интересов. Это множество измерений нологии)12. Но что такое действие, что такое значение и как запаса наличного знания является результатом синтетических возможно понимание такого значения моим товарищем, будь операций нашего сознания, с помощью которых политетичес он партнер по социальному взаимодействию, просто наблюда ки конституированные акты схватываются монотетически16, тель в повседневной жизни или социальный ученый? Я утвер короче, результатом всего множества исполнений на более ждаю, что любая попытка ответить на эти вопросы прямо при высоком уровне, которые Э. Гуссерль описал в I томе «Идей», водит к проблемам, которые занимали Э. Гуссерля и которые особенно в последней части этой книги17. Любой успешный ана он частично разрешил. Я предлагаю дать короткий и, конечно лиз проблемы наличного знания должен основываться на этих же, не вполне адекватный обзор некоторых важных проблем концепциях и их скрытых смыслах;

такой анализ чрезвычай социальных наук, выбранных наугад, к которым могут быть но важен для многих конкретных проблем социальных наук, приложены – и отчасти это уже сделано – определенные ре поскольку культуру можно определить как разделяемое зна зультаты исследований Э. Гуссерля. ние, социальное по происхождению и социально одобренное.

1) Позвольте для этой цели определить осмысленное дей 3) Любое действие включает выбор, и не только в тех слу ствие как поведение, мотивированное заранее спланирован чаях, когда несколько способов действия представлены к вы ным проектом. Проектируемое является предвосхищенным бору. Даже и в отношении отдельного проекта существует вы состоянием дел, которое нужно претворить в жизнь выполне бор, осуществить ли его или отбросить. Гуссерлевы теории нием действия. Процесс проектирования, таким образом, яв открытых и проблематичных возможностей18, различных зна ляется репетицией будущего состояния дел в фантазии. Какова чений высказывания «Я могу»19 и проблем «формальной прак природа этого фантазма? На языке I тома «Идей», это разно тики»20 открывают дорогу анализу выбора в естественной уста видность нейтральности полагающего осовременивания (Neutra новке, основополагающему для всех социальных наук.

litaetsmodifikation der setzenden Vergegenwaertigung)13. Более 4) Если я воспринимаю моего собрата в так называемом от того, отношение спланированного проекта к его мотивам, с ношении «лицом к лицу», то я разделяю с ним общее окруже одной стороны, к последующему действию – с другой, становит ние, элементом которого для меня является его тело, как мое ся понятным только с помощью предложенного Э. Гуссерлем для него. Гуссерлев анализ, осуществленный в трансценден анализа сознания внутреннего времени. тально редуцированной сфере21, окружения с позиции «Здесь» 2) Любое действие по своему проективному статусу отсыла (hic) и Там (illic) имеет огромную важность в отношении жиз ет к тому, что можно назвать реальным запасом ранее органи ненного мира (Lebenswelt), воспринимаемого в естественной зованного наличного знания, которое является, таким обра установке. Позиция «Здесь» является нулевой точкой системы зом, осаждением (sedimentation) прошлых актов восприятия координат, с помощью которой индивид организует жизнен вместе с обобщениями, формализациями и идеализациями. ный мир в зоны реальной и потенциальной досягаемости, каж Оно «под рукой», реально или потенциально припоминаемое дая из которых несет в себе открытый горизонт неопределенной 156 определимости. Система координат Другого имеет нулевой 7) Социальный мир имеет определенные измерения близос пункт, который отсюда (Here) видится как Там (There), но ко ти и удаленности в пространстве и времени, а также близости и торый является его «Здесь». «Взаимность перспектив»22, ис анонимности. Каждое из этих измерений имеет присущую ему пользуя столь дорогой социологам термин, основан на открытой горизонтную структуру и стиль восприятия. Такое восприятие возможности изменения точек зрения, т.е., метафорически вы является допредикативным, и его стиль представлен типология ражаясь, на установлении формулы трансформации, по ми, сформированными отдельно в отношении восприятия средством которой понятия одной системы координат могут современников, предков и потомков. Гуссерлев анализ такого быть переведены в понятия другой. Все это относится не только допредикативного опыта и природы типов (хотя и не использо к способам видения, основанным на положении в простран ванный и для анализа социального мира) очень важен26. Отправ стве, но и к тем, что определены определенной социокультур ляясь от этого, можно объяснить, почему мы интерпретируем ной ситуацией в ее конкретно историческом измерении. действия нашего собрата с помощью типов исполнения действия 5) Гуссерлев анализ сознания внутреннего времени и взаи и персональных типов и почему мы должны предпринять само модействия протенций и ретенций делает понятным, что я типизацию для того, чтобы прийти с ним к согласию, организо могу участвовать в потоке сознания Другого в живом настоя вывая универсум коммуникативного понимания. Социальные щем, в то время как я могу схватить – и то лишь в рефлексивной науки изучают эту проблему с точки зрения «социальных ролей», установке – только прошлые стадии своего потока сознания. посредством так называемой субъективной и объективной 6) Э. Гуссерль ясно показал, что сознательная жизнь Другого интерпретации значения действия (Макс Вебер). С другой сторо изначально доступна мне не иначе, как посредством аппрезента ны, все типизации обыденного мышления сами являются ции23. Воспринимаемые мною объекты и события внешнего неотъемлемыми элементами конкретно исторического социо мира – тело Другого как экспрессивное поле, телесные движе культурного жизненного мира (Lеbenswelt), в котором они при ния Другого или их результат, например объекты культуры, – няты как сами собой разумеющиеся и социально одобренные. Их интерпретируются мною как знаки и символы событий в созна структура определяет, среди прочего, социальное распределение нии Другого. Гуссерль исследовал природу и конституирование знания, его относительность и релевантность конкретному соци этих объектов более высокого порядка, как он их называл альному окружению тех или иных социальных групп в конкрет (fundierte Gegenstnde). В своих «Логических исследованиях»24 ной исторической ситуации. Это узаконенные проблемы ре он уже занимался – хотя и довольно фрагментарно – теорией лятивизма, историцизма и так называемой социологии знания.

знаков и символов как смыслов и выражений, как смыслона Суммируя вышеизложенное, мы можем сказать, что эмпи деляющих и смыслонаполняющих актов, индикаторов, знача рические социальные науки найдут свое подлинное основание не щих знаков и т.д. Мне, однако, кажется25, что гуссерлева теория в трансцендентальной феноменологии, но в конститутивной фе аппрезентации, развитая в его поздних работах, может быть с ус номенологии естественной установки. Выдающийся вклад Гус пехом использована для изучения взаимоотношения между зна серля в социальные науки состоит не в его неудачной попытке ком и означаемым, символом и тем, что он символизирует, а так конституирования трансцендентальной интерсубъективности в же для анализа великих символических систем, таких, как язык, пределах редуцированной эгологической сферы, не в непрояс миф, религия, искусство, каждая из которых является существен ненном понятии эмпатии как основы понимания, наконец, не ным элементом жизненного мира (Lebenswelt) и, соответственно, в интерпретации общин и обществ как интерсубъективностей представляет огромный интерес для социальных наук. Такая те более высокого порядка, природа которых должна быть описа ория должна была бы также исследовать проблему множествен на эйдетически, но, скорее, в богатстве его анализа, относяще ности уровней реальности и их взаимосвязь, а также их укоре гося к проблемам жизненного мира (Lebenswelt), который он на ненность в главенствующей реальности жизненного мира. Более меревался развить в философскую антропологию. Тот факт, что того, нужно показать, в каком смысле эти системы, с одной сто такой анализ осуществлялся в феноменологически редуцирован роны, конститутивны в отношении отдельных обществ и куль ной сфере и, более того, сами эти проблемы обретают видимость тур, а с другой стороны, каково их социальное происхождение. лишь по осуществлению такой редукции, не уменьшает досто 158 верности их результатов в сфере естественной установки. Ведь * Основные понятия феноменологии Э. Гуссерль раз и навсегда установил принцип, согласно которо му анализ, осуществленный в редуцированной сфере, сохраня ет свою значимость и для области естественной установки27.

Примечания Некоторые предварительные замечания, относящиеся к личным воспоми наниям автора о Гуссерле, содержащиеся в ранее опубликованной статье, здесь опущены. – Прим. ред. амер. изд.

I О II томе «Идей» см. журнал: Philosophy and Phenomenological Research. Vol.

XIII. March, 1953. P. 394–413;

о Пятом «Картезианском размышлении»:

В неподписанной заметке из «Американского социологичес Philosophische Rundschau. Bd. V, 1957. P. 81–107.

Stein E. Beitrge zur philosophischen Begrundung der Psychologie und der кого обозрения» (American Sociological Review) по феномено Geisteswissenschaften // Jahrbuch fur Philosophie und phnomenologische For логической литературе выражено сожаление по поводу того, schung. Bd. V. P. 1–285;

Untersuchung uber den Staat // Ibid., Bd. VII. P. 1–125.

что она недоступна даже многим философам, не говоря уж о Walther G. Zur Ontologie der sozialen Gemeinschaften // Ibid., Bd. VI. P. 1–159.

представителях социальных наук. «Мы должны подождать по 5 Scheler M. Der Formalismus in der Ethik und die materiale Wertethik. 4. Auflage пуляризирующих интерпретаций, прежде чем что либо можно (Ges. Werke, Bd. 2). Bern, 1954. P. 506–572.

Scheler M. Wesen und Formen der Sympathie. 2. Auflage. Bonn, 1922. P. 244–307;

будет сказать об отношении феноменологии к социальным на English translation: The Nature of Sympathy. New Haven, 1954. P. 213–264.

укам»1.

Scheler M. Die Wissensformen und die Gesellschaft. Leipzig, 1926. P. 352, 460.

К сожалению, это не преувеличение. До сих пор социальные Loс. cit. P. 160 и далее.

9 ученые не выработали должного отношения к феноменоло Merleau Ponty M. La philosophie et la sociologie // Cahiers Internationaux de Sociologie. Vol. X, 1951. P. 50–69. гическому движению, основы которого заложили основопо Ortega y Gasset. El Hombre y la Gente. Madrid, 1957;

Английский перевод (по лагающие труды Эдмунда Гуссерля в первые три десятиле которому цитируется): Man and People, N.Y., 1957. Chs. IV VII.

тия нашего века. В определенных кругах на феноменолога Loc. cit., особенно p. 121–128.

смотрели как на чистого наблюдателя, метафизика или онто См. разделы «Обыденная и научная интерпретация человеческого дей лога в уничижительном значении этого слова, во всяком слу ствия», а также «Формирование понятия и теории в социальных науках» наст. изд. чае, как на человека, попирающего все эмпирические фак Ideen I. 111, 114;

Zeitbewusstsein. Sec. 17, а также Beilage II.

ты и более или менее разработанные научные методы их Formale und transcendentale Logic. Sec. 74;

Erfahrund und Urteil. Secs. 51b, 58, сбора и интерпретации. Другие, более информированные, 61.

15 сознавали, что феноменология может иметь определенное Ideen I. Secs. 92, 113, 116.

значение для социальных наук, но видели в феноменологах Ideen I. Secs. 119;

. Erfahrund und Urteil, Secs. 24,50.

Ideen I. Secs. 147 и далее.

эзотерическую группу, чей язык попросту непонятен для не Erfahrund und Urteil. Secs. 21с. См. также раздел «Выбор из проектов дей посвященных. Третьи придерживались расплывчатых и по ствия» наст. изд.

большей части ошибочных представлений о феноменологии, Ideen II. Sec. 60.

основываясь на лозунгах тех авторов, которые лишь претендо Ideen I. Sec. 116, 147.

Cartesianische Meditationen. Sec. 54. вали на звание феноменологов, не используя метода Гуссерля См. раздел «Обыденная и научная интерпретация человеческого действия» (такие, как Теодор Литт), или на тех феноменологах, которые наст. изд.

использовали его методы в нефеноменологических трудах по См. Ideen I. Sec. I;

Cartesianishe Meditationen. Secs. 49 и далее.

24 социальным наукам.

Logische Untersuchungen. Bd. II, Erste und Zweite Untersuchung.

См. раздел «Символ, реальность и общество» наст. изд.

Erfahrung und Urteil. Secs. 8, 22, 24, 25, 26, 80 и особенно 83 (a) и (b).

* Schutz A. Collected Papers. Vol. 1. Martinus Nijhoff, The Hague, 1962. P. 99–117.

Cм. раздел «Феноменология и социальные науки» наст. изд.

Пер. Н.М. Смирновой.

160 Если не считать нескольких заключительных замечаний, но и претензий любых других наук, прямо или косвенно отно данная статья не была задумана ни как дискуссия об отноше сящихся к нашему опыту этого мира. Э. Гуссерль надеялся, что нии феноменологии и социальных наук, ни даже как популя подобное исследование способно разрешить очевидный для ризированная интерпретация феноменологии социальными нашего времени всеобщий кризис таких наук, как логика, учеными. Попытка свести работу великого философа к не математика, физика и психология, угрожающий именно тем скольким основным положениям, понятным и тем, кто не зна их достижениям, которые представляются наиболее бесспор ком с его мыслью, – дело, как правило, безнадежное. Феноме ными.

нологии же Э. Гуссерля присущи некоторые специфические Подобная характеристика главной цели Э. Гуссерля в со трудности. Опубликованные разделы его философии, которым стоянии объяснить те огромные трудности, с которыми стал свойственны сжатая форма изложения и высокоспециализиро кивается новичок в феноменологии в попытках приклеить ей ванный язык, носят весьма фрагментарный характер. Он счи один их расхожих ярлыков типа идеализма, реализма или эм тал очень важным вновь и вновь возвращаться к исследованию пиризма. Ни одна из этих хрестоматийных классификаций не не только с фундаментальных оснований философии как тако может быть адекватной в отношении философии, которая их вой, но также и всего научного мышления. Он задался целью проблематизирует. Феноменология, стремящаяся обнаружить обнаружить неявные предпосылки, на которых основаны не предельные основания всего философского мышления, заверша только все естественные и социальные науки, но даже и совре ет свое исследование тем, с чего традиционная философия его менная философия. Он стремился к идеалу «зачинателя» фи начинает. Она за пределами или, лучше сказать, поверх всех лософии в подлинном смысле этого слова. И лишь путем на различений между реализмом и идеализмом.

пряженного анализа, неустрашимой последовательности и Подобные вступительные пояснения способны помочь ус радикальной смены наших мыслительных привычек можно транить широко распространенное неправильное понимание надеяться обнаружить область «первой философии», отвечаю существа феноменологии – веры в то, что феноменология ан щей требованиям «строгой науки» и достойной этого имени. тинаучна, т.е. основана не на анализе и описании, а на неконт Многие науки и в самом деле называют строгими, и этот ролируемой интуиции или метафизическом откровении. Даже термин обычно означает возможность представления научно многие из тех, кто серьезно изучает философию, склонны рас го содержания в математической форме. Но Э. Гуссерль ис сматривать феноменологию как метафизику, поскольку она пользовал его в ином смысле. Во избежание непонимания важ отказывается некритически принимать данные чувственного но подчеркнуть, что как ученик Вейерштрасса сам Э. Гуссерль восприятия, биологические данные, общество и окружающую был хорошо подготовленным математиком, получившим док среду как непроблематизируемый отправной пункт философ торскую степень за диссертацию по философии арифметики. ского исследования. Более того, использование Э. Гуссерлем Но его глубокое понимание математического мышления и вос столь неудачных терминов, как Wesensschau (интуитивное ус хищение его достижениями не затмили ему его пределов. Он мотрение сущности. – Н.С.), препятствовало признанию фе был убежден в том, что ни одна из так называемых точных номенологии методом философского мышления.

наук, столь эффективно использующая математический язык, Но этот метод столь же «научен», как и любой другой. Да не может привести к пониманию нашего опыта этого мира – лее мы попытаемся предложить несколько примеров, насколь мира, существование которого они некритически предполагали, ко это возможно в неспециализированном языке, чтобы пока делая вид, что измеряют его с помощью линейки и отметок на зать, каковы основополагающие принципы этого метода и как шкале их инструментов. Все эмпирические науки относятся к они работают. Но это с необходимостью приводит к некото миру как к пред данному, но сами они и их инструменты яв рым упрощениям и неточностям. Их единственным оправда ляются элементами этого мира. И лишь философское сомнение нием является надежда на искоренение некоторых бытующих в отношении неявных предпосылок всех наших мыслительных предрассудков в отношении феноменологии, что, возможно, привычек – научных и вненаучных – может гарантировать побудит читателя познакомиться с гуссерлевским стилем фи правомочность такого – не только философского – соблазна, лософского мышления2.

162 Брентано, интенционального характера всего нашего мышле II ния. Любой опыт нашего мышления, утверждал Ф. Брентано, неизбежно отсылает нас к объекту этого опыта. Не существует Отправной пункт феноменологии – поиск области незыбле мысли, страха, фантазии, памяти как таковых;

каждая мысль мой истины – отнюдь не нов для современной философии. является мыслью о чем то, любой страх является страхом чего Напротив, можно сказать, что современная философия восхо то, любая память является памятью об объекте мысли, страха, дит к знаменитой попытке Декарта достичь абсолютной дос памяти.

товерности путем систематического отбрасывания сомнений Э. Гуссерль вводит специальный термин для обозначения из любой проблематизируемой сферы опыта. Едва ли имеет этого отношения – «интенциональность». Интенциональный смысл обсуждать избранный Декартом в «Картезианских раз характер всех наших когитаций необходимо предполагает чет мышлениях» способ установления «Cogito ergo sum» («Мыслю, кое различие между актами3 мышления, страха, удержания в следовательно существую») в качестве бесспорной очевидности, памяти и объектами, на которые они направлены. Э. Гуссерль лежащей в основе всего нашего мышления. Но следует подчерк существенно углубил исследование интенционального харак нуть важность его основной мысли: он настаивал на том, что тера когитаций, он часто провозглашал сферу интенциональ любой философ должен хотя бы раз в жизни предпринять ре ности наиболее значимой сферой феноменологического ис шительное усилие для того, чтобы критически проанализиро следования. Впоследствии мы вернемся к подразумеваемым вать все кажущиеся очевидными данные своего опыта и эле значениям понятия интенциональности;

сейчас же нас инте менты своего потока мышления;

для этой цели он должен ресует лишь тот факт, что картезианское понятие потока ко отбросить некритическую установку в отношении мира, в ко гитаций может быть существенно радикализировано указани тором он просто живет среди других людей, не заботясь о том, ем на его интенциональный характер.

существует ли этот мир его повседневной жизни или только Радикализация иного рода необходима и в отношении является. Это фундаментальное открытие Декарта открывает Декартова понятия Ego, несомненность существования ко широкий простор новому взгляду на будущее всего философ торого является результатом размышлений. Как видим, ского мышления. картезианский метод означает искусственное изменение ус Размышления Декарта сыграли выдающуюся роль в станов тановки, принимаемой человеком в повседневной жизни. В лении гуссерлевской феноменологии. Но Э. Гуссерль считал, естественной установке мы принимаем существование мира что анализ Декарта недостаточно радикален. Держа в руках как данность, и лишь с помощью философского сомнения ключ к величайшему открытию, он не решился им воспользо очевидность «ego cogito» обретает свое подтверждение. Но ваться из за боязни принять его неизбежные следствия. Точ сделав важное открытие сферы трансцендентальной субъек нее, он представил «ego cogito» незыблемой основой всего на тивности как области очевидности, Декарт тут же упустил его, шего знания и таким образом определил поток мышления как отождествив это Ego с mens sive aninus sive intellectus (человек, область всех последующих философских исследований. Но он либо душа, либо интеллект. – Н.С.) и таким образом подме не подозревал о скрытых, подразумеваемых значениях обоих нив человеческую душу или разум в мире на Ego, которое терминов словосочетания «ego cogito». может быть обнаружено лишь путем выделения из мира и Что до последнего, то Декарт рассматривал когитации рефлексии. Именно с этого момента начинается феноменоло (cogitations) потока мышления как отдельные сущности. Он гический критицизм – пункт, с которого Э. Гуссерль начи не знал о постоянно возобновляющихся внутренних взаимо нает картезианские размышления сначала. Для того чтобы связях потока мышления во внутреннем времени, а также не обрести доступ к сфере чистого сознания, Э. Гуссерль раз делал существенных различий между процессом и объектом вил знаменитый и часто неправильно понимаемый метод мышления. Первую проблему, т.е. внутренних взаимосвязей «феноменологической редукции», который мы далее и опи потока мышления, мы обсудим далее. Вторая была решена шем. Он является не чем иным, как обновленной радикали лишь благодаря открытию учителем Э. Гуссерля, Францем зацией картезианского метода.

164 веры в достоверность наших суждений о посюстороннем мире.

III Наконец, не только практическое знание о мире, но также и суждения всех наук, относящиеся к внешнему миру, все есте Феноменолог не отрицает существования внешнего мира, но ственные и социальные науки, психология, логика и даже гео в исследовательских целях он решает временно приостановить метрия – все они должны быть заключены в скобки. Это озна веру в его существование, т.е. умышленно и систематически чает, что ни одна из их истин, выдержавшая опытную или воздерживаться от всех суждений, прямо или косвенно отно логическую проверку во внешнем мире, не может быть приня сящихся к существованию внешнего мира. Заимствуя матема та в редуцированную сферу без надлежащего критического тический термин, Э. Гуссерль назвал эту процедуру «заключе анализа. Более того, я, человеческое существо, являюсь также нием мира в скобки» или «выполнением феноменологической и психофизической единицей, элементом этого мира, который редукции». В этих понятиях нет ничего мистического. Они следует заключить в скобки, поэтому сказанное равным обра всего лишь названия технических средств феноменологии, ра зом справедливо и в отношении моего тела, разума, души или дикализирующей картезианский метод философского сомне любого другого имени, которое вы пожелаете дать той схеме ния для выхода за пределы естественной установки человека в соотнесения (scheme of reference), к которой относится наш мире, будь этот мир реальностью или видимостью. опыт в этом мире. Выполняя феноменологическую редукцию, Конечно, это искусственное изменение человеческой уста я должен также приостановить веру в мое земное существова новки повседневной жизни в отношении мира и веры в его ние как человеческое существо в мире. Таким образом, про существование на установку философа, который по самой сути цесс феноменологической редукции выходит за пределы это своей проблемы вынужден отвергнуть любые предпосылки, не го мира во всех отношениях, и редуцированная сфера по выдержавшие испытания критическим сомнением. Такая техни самому значению этого слова является трансцендентальной ка нацелена на достижение неопровержимой достоверности, или, используя более понятное слово, априористской.

выходящей за рамки простого верования, иными словами, – на Но пытающийся подавить все естественные мыслительные достижение сферы чистого сознания. Как мы покажем далее, привычки вправе спросить, не ведет ли феноменологическая сферу чистого сознания можно исследовать и описывать саму редукция к абсолютному нигилизму. Если я, так сказать, отме по себе, анализировать ее генезис4. Если эта техника оказывает няю не только внешний мир и мою веру в его существование, ся успешной, – а феноменолог думает, что это так, – если она не только все результаты наук о мире, но также и себя самого делает возможным исследование сферы чистого сознания, в как психофизическое единство, что же остается? Разве это не которой укоренены все наши верования, тогда мы можем ведет к единственному выводу, что если все вышеупомянутые вновь вернуться от априорно редуцированной сферы к миру. элементы заключены в скобки, за ними не остается ничего?

А поскольку каждой эмпирической зависимости в мире обяза Ответом будет решительное «нет». То, что остается по завер тельно соответствуют определенные особенности в сфере чи шению трансцендентальной редукции, – не что иное, как уни стого сознания, мы можем быть уверены в том, что все наши версум жизни нашего сознания, поток мышления в его непре открытия в редуцированной сфере выдержат проверку и в об рывности со всеми присущими ему формами деятельности, ласти посюстороннего мира. когитаций и опыта (оба термина используются в самом широ Хотя «феноменологическая редукция» не требует магичес ком – картезианском – смысле, включающем не только вос кой или мистической способности ума, используемая ею тех приятия, теории, суждения, но также и акты воли, чувства, ника «заключения в скобки», применяемая с надлежащим ра фантазии и грезы).

дикализмом, отнюдь не проста. Ведь мы должны заключить в И теперь полезно вспомнить ранее сказанное об интенци скобки не только существование внешнего мира со всеми ве ональном характере всех наших когитаций. Они по своей сути щами, находящимися в нем, одушевленными или неодушев и с необходимостью являются когитациями чего то;

относят ленными, включая людей, объекты культуры, общество и его ся к интенциональным объектам. Подобный интенциональ институты. Равным образом нам следует воздерживаться от ный характер наших когитаций не только сохраняется в пре 166 делах редуцированной сферы;

он становится более чистым и дущим. Если совместимо, я могу осуществить синтез – отож видимым. Мое восприятие этого стула в естественной установ дествление двух явлений (точнее, последующего реального ке сопряжено с верой в его существование. Осуществив транс восприятия с припоминаемым явлением, почерпнутым из цендентальную редукцию, я воздерживаюсь от веры в суще предыдущего восприятия). Если последующее восприятие не ствование этого стула. После этого воспринимаемый стул совместимо с предыдущим, я могу подвергнуть их сомнению остается за скобками, однако само его восприятие, без сомне или искать объяснения их кажущейся несовместимости.

ния, является элементом моего потока мышления. Оно не яв В любом случае каждый акт восприятия и его интенцио ляется «восприятием как таковым» без всякого отношения к нальный объект являются неотъемлемыми элементами моего чему либо;

оно остается восприятием чего то, в данном случае – потока мышления;

и равно очевидным является сомнение, кото восприятием этого стула. Я более не связан с этим восприяти рое у меня может быть по поводу того, имеет ли «дерево как ем, с суждением, существует ли реально этот объект во внеш оно является мне» соответствующий коррелят во внешнем нем мире. Мое восприятие интенционально относится не к мире. Приведенные примеры иллюстрируют тот факт, что мои материальной вещи – «стулу», но к интенциональному объекту когитации и их интенциональные объекты являются элемен «стулу как он воспринят мною», явлению «стула как являющего тами моего потока мышления, не подверженными изменениям, ся мне», который может иметь, а может и не иметь соответству которые могут происходить с их коррелятами во внешнем мире.

ющего эквивалента в заключенном в скобки внешнем мире. Но это не означает, что когитации не подвержены модифика Таким образом, мир в его целостности сохраняется в пределах циям событиями, происходящими в пределах сферы моего со трансцендентально редуцированной сферы до тех и только до знания. Для того чтобы пояснить это, давайте сначала прове тех пор, пока он интенционально соотносится с жизнью мое дем различие между актом восприятия и воспринимаемым, го сознания, с той, однако, радикальной модификацией, что между cogitare и cogitatum или, используя специфически гуссер эти интенциональные объекты не являются более объектами левский термин, между Ноэзой (Noesis) и Ноэмой (Noema)5.

внешнего мира как они существуют и чем являются сами по Существуют модификации интенционального объекта, про себе, но представляют собой явления, какими они мне кажут истекающие из деятельности разума и являющиеся, следова ся. Это сложное различие требует дальнейших пояснений. тельно, ноэтическими. Здесь невозможно затевать развернутую дискуссию по поводу ноэтико ноэматических модификаций, систематическое исследование которых образует широкую об IV ласть феноменологического исследования. Но чтобы проде монстрировать важность этих проблем, я приведу несколько Я воспринимаю цветущее дерево в саду. Это мое восприятие примеров скрытых импликаций этого феномена.

дерева, так как оно мне является, несомненно, есть элемент Если для краткости я использую выражение типа «Я воспри моего потока мышления. То же самое справедливо и в отноше нимаю этот стул» или «Я вижу цветущее вишневое дерево в нии явления «цветущее дерево как оно мне является», высту саду», я адекватно описываю не то, что воспринимается в этих пающего интенциональным объектом моего восприятия. Это актах восприятия, но скорее результат очень сложного процес явление не зависимо от судьбы реального дерева во внешнем са интерпретации, посредством которого настоящее восприя мире. Дерево в саду может изменять свой цвет и тень в зави тие связано с предыдущим восприятием (когитацией) различ симости от солнца и облаков, оно может потерять листву или ных сторон этого вишневого дерева, когда я ходил вокруг него, быть уничтожено огнем. Но однажды воспринятое явление того вишневого дерева, которое я наблюдал вчера, мой опыт вос «цветущее дерево как оно является мне» остается незатрону приятия вишневых деревьев и деревьев вообще, материальных тым как всеми этими событиями, так и выполнением выше объектов и т.д. Интенциональный объект моего восприятия яв описанной феноменологической редукции. Другое восприятие ляется своеобразной смесью цветов и форм в определенной пер может относиться к дереву как оно являлось мне в то время и спективе, и оно выделяется среди других объектов, впослед может быть как совместимым, так и не совместимым с преды ствии названных «мой сад», «небеса», «облака». Интерпретация 168 определенной целостности, такой, как «цветущее вишневое де выше различия очень важны для решения величайшей загад рево в моем саду как оно мне является», оказывается результа ки всей психологии, проблемы очевидности: для феноменолога том сложного соотнесения с когитациями прошлого опыта. Тем очевидность является не скрытым качеством, присущим особым не менее, все относящиеся к материальным вещам когитации видам опыта, но возможностью соотносить опосредованный прошлого опыта создают определенный «универсальный стиль» опыт с изначальным.) Это различие основано на взаимосвязи интерпретации, ноэматически соотносимый с моими процесса потока мышления во внутреннем времени: данная когитация ми восприятия. Можно даже сказать, что сама ноэма, интенци окружена аурой воспоминаний и ожиданий того, что вот вот ональный объект восприятия, содержит множество имплика произойдет, когитациями более или менее отдаленного про ций, которые можно систематически прояснять. шлого в воспоминаниях и предвосхищениями будущего.

Давайте ради простоты ограничим круг наших примеров Все это приводит к совершенно новой теории памяти и восприятиями так называемых материальных вещей. То, что я опыта во внутреннем времени, бросающей вызов психологии воспринимаю, – это лишь одна сторона вещи. Другие сторо ассоциаций. Радикализируя образ постоянно возобновляю ны появляются отнюдь не только когда я хожу вокруг нее. щихся взаимосвязей нашего потока опыта, феноменология Кроме того, воспринятая сторона вещи предполагает другие сближается с ранними работами У. Джемса и доктриной геш возможные стороны: фронтальная сторона здания предполага тальтов. Но основополагающее понятие феноменологии при ет существование его тыльной стороны, фасад – интерьера, водит и к совершенно новой интерпретации логики. Но преж крыша – невидимого фундамента и т.д. Взятые вместе, все эти де чем мы поясним это, временно отвлечемся на другую тему.

моменты могут быть названы «внутренним горизонтом» вос принимаемого объекта, и его можно систематически изучать V по интенциональным признакам самой ноэмы. Но существу ет также и внешний горизонт. Дерево отсылает к моему саду, сад – к улице, городу, стране, в которой я живу, и, наконец, ко До сих пор наша дискуссия умышленно ограничивалась фе всей Вселенной. Каждое восприятие «детали» относится к номенологической интерпретацией так называемых реальных вещи, которой она подобает, данной вещи – к другим, среди ко объектов, предметов внешнего мира. Настало время ввести торых она находится и которые я называю ее основанием. Суще гуссерлевское понятие «идеальных объектов». Они не имеют ствует не изолированный объект как таковой, но поле восприя метафизического происхождения, равным образом у них нет тий и когитаций с аурой вокруг, с горизонтом или, используя ничего общего с платоновскими и кантианскими идеями или термин У. Джемса, окаймлением (fringe), соединяющим с дру с берклианским и гегелевским идеализмом. Идеальным объек гими вещами. Эта группа импликаций, которую мы назвали том, к примеру, является понятие числа или системы чисел, внутренним и внешним горизонтом, сосредоточена в ноэме которыми оперируют арифметика и алгебра, понятие теоремы как таковой, и если принять во внимание эти интенциональ Пифагора как значащей реальности, смысл предложения или ные признаки, сама ноэма окажется модифицированной, в то книга, понятие типа «гегелевская философия» или «кальвини время как ноэтическая сторона, акт восприятия, не изменится. стская трактовка первородного греха», любые осмысленные В целях дальнейшего анализа от этих ноэматических моди социально культурные объекты, способные в любое время фикаций следует отличать ноэтические модификации, кореня стать интенциональными объектами наших когитаций.

щиеся в деятельности самого восприятия. Таковы, к примеру, Особенность интенциональных объектов состоит в том, что различные установки, свойственные акту восприятия, которые они основаны на так называемых «реальных» объектах внешне в учебниках по психологии проходят под рубрикой «внимание». го мира и могут взаимодействовать только с помощью знаков Существует также важное различие между изначальным опы и символов, которые, в свою очередь, являются чувственно том воспринимаемого предмета и опытом, основанным на воспринимаемыми предметами, такими, как звуковые волны воспоминании о прошлом опыте. (Не входя в рассмотрение произносимых слов или напечатанные буквы. Следовательно, этой очень сложной проблемы, я могу добавить, что описанные феноменология должна развить очень важную для нее теорию 170 семантики. Отличительным свойством знака является то, что он он, тем не менее, понимает смысл этого высказывания, явля всегда предполагает другой объект совершенно иной природы. ющегося достоянием нашего опыта.

Хорошо известный знак квадратного корня означает специфи Обобщая сказанное, подытожим, что наш разум выстраива чески математическое понятие, совершенно независимое от ет мысль с помощью отдельных операциональных шагов, но типографской формы этого знака в различных печатных стилях, ретроспективно можно охватить единым взглядом весь про а также от того, напечатан ли этот знак в учебнике, написан ли цесс и его результат. Скажем более: наше знание объекта в он чернилами, карандашом или мелом на доске, использую ли каждый отдельный момент является не чем иным, как «осад я его в устной речи, произнося «Wurzel», «root» или «racine». То ком», кристаллизацией (sedimentation) предыдущих мысли же самое справедливо и в отношении специализированных зна тельных процессов, в которой он конституирован. У него есть ковых систем, а также для всех знаковых систем или языков. Они своя собственная история, и история его конституирования указывают на идеальные объекты, но сами ими не являются. может быть изучена. Для того чтобы это сделать, необходимо В предмете внешнего мира, интерпретируемом как знак, обратиться от готового объекта нашего мышления, каким он следует строго различать его значение в системе, значение в нам представляется, к различным формам деятельности наше рамках дискурса и специфическое значение в наличном кон го разума, в которых данный объект создавался шаг за шагом.

тексте. Изучение взглядов некоторых современных логиков, Таково ядро гуссерлевской теории конституирования, и оно желающих свести логику, науку и даже философию к определен позволяет проникнуть в одно из величайших достижений в ным системам семантики, показывает, сколь важны эти гуссер интерпретации логики.

левские различения. Это, однако, не означает, что Э. Гуссерль не вполне понимал подлинное значение проблемы mathesis VII universalis (универсальной математики. – Н.С.). Огромным вкладом феноменологии в решение этой проблемы, несомнен но, является одно из «Логических исследований», названное Преподаваемая в школе современная логика является лишь «Различие между независимым и зависимым значением и идея усовершенствованием аристотелевской формальной логики, чистой грамматики». которая рассматривает понятия как готовые и разрабатывает операциональные правила для техники суждений, вывода, де дукции и т.д. Эта логика основана на представлении о мире, в VI котором есть вещи, их свойства и отношения между вещами, и все они представлены четко очерченными понятиями. Фун Теория идеальных объектов открывает дорогу другому фено даментальным допущением такого типа логики является воз менологическому открытию, важность которого не ограниче можность приписывать предикаты, согласно хорошо извест на опытом использования идеальных объектов. Еще студентами ной формуле «S есть P».

мы научились выводить теорему Пифагора из других геомет Феноменологический анализ, однако, показывает, что су рических высказываний, шаг за шагом делая заключения из ществует до предикативный слой опыта, в пределах которого определенных достоверных посылок. Выполнение множества интенциональные объекты и их свойства вовсе не являются отдельных, хотя и взаимосвязанных, мыслительных операций четко очерченными;

что мы располагаем не изначальным опы раскрывает нам значение рассматриваемой теоремы, и это зна том изолированных объектов и их свойств, но, скорее, полем чение становится нашим неотъемлемым достоянием. Теперь, нашего опыта, в пределах которого отдельные элементы отби чтобы понять значение теоремы, нам нет необходимости по раются как выделяющиеся на фоне их пространственного и вторять все мыслительные процессы ее вывода. Напротив, не временного окружения. Посредством постоянно возобновля смотря на то, что кое кто может и затрудняться в доказатель ющихся взаимосвязей нашего потока сознания все эти выде стве того, каким образом сумма квадратов сторон правильного ленные элементы сохраняют свою ауру, окаймление, горизон треугольника всегда оказывается равной квадрату гипотенузы, ты. Анализ механизма предикативного суждения гарантирован 172 лишь обращением к мыслительным процессам, в которых и Но лишь обращением к эйдетической сфере может быть под посредством которых конституирован допредикативный опыт. твержден априористский характер феноменологии как первой Формальная логика, следовательно, должна быть построена на философии и даже как феноменологической психологии. Я хо лежащей в ее основе логике конститутивных процессов. А их тел бы особо подчеркнуть, что различие между эмпирическим можно исследовать лишь в трансцендентальной сфере, доступ и эйдетическим подходами не имеет ничего общего с различи к которой открывает феноменологическая редукция. ем между посюсторонним миром и феноменологически реду Таков упрощенный набросок гуссерлевского различия меж цированной сферой, о которой мы говорим. В рамках посю ду «формальной и трансцендентальной логикой». В книге под стороннего мира эйдетическая наука тоже возможна.

таким названием он показывает, что подобного рода анализ Неудачные термины «сущность» (Wesen) и «интуитивное ус приводит к совершенно новой интерпретации некоторых ос мотрение сущности» (Wesensschau), употребляемые Э. Гуссер новополагающих понятий современной логики, таких, как оче лем для характеристики эйдетического подхода, породили видность, тавтология, принцип исключенного третьего и т.д. много непонимания и даже отвратили добровольных читателей Вскрывая предпосылки формальной логики в определенных от изучения гуссерлевских Ideen («Идеи к чистой феноменоло онтологических допущениях, Э. Гуссерль положил начало ис гии». – Н.С.), открывавшихся изложением этого метода. Тер следованию роли интерсубъективности в сфере логики, отно мин «сущность» (Wesen) имеет метафизические коннотации в сящейся не к моему собственному, но к общему для всех нас философской литературе, а греческий термин «эйдетический» миру. И лишь исследование проблемы интерсубъективности заставляет читателя отождествить сущность с платоновской способно разрешить проблему интерсубъективной истины. идеей;

термин же «интуитивное усмотрение сущности» (Wesens Здесь, конечно же, нет возможности затевать дискуссию по schau) предполагает что то вроде иррациональной интуиции, поводу этих сложных и запутанных проблем. Даже короткий пе определенной техники откровения, доступной лишь в мисти речень приведенных выше вопросов способен продемонстриро ческом экстазе и используемой феноменологической эзотери вать их величайшую важность для всех наук. Я лишь рискну кой, дабы созерцать вечные истины.

сказать, что много выдающихся свершений в логике, которым На самом деле эйдетический подход, как и феноменологи наше поколение обязано операционализму Дьюи и прагматиз ческая редукция, – не более чем такой же методологический му Джемса, могут обрести подтверждение лишь путем обраще прием исследования. Принцип этого метода таков. Предполо ния к сфере допредикативного опыта. Все скрытые и явные жим, что передо мною на освещенном письменном столе сто онтологические допущения, сделанные представителями этих ит красный деревянный кубик размером в один дюйм. В есте школ, должны быть тщательно проанализированы для того, ственной установке сознания я воспринимаю эту вещь как чтобы очертить область законного применения этих теорий и бесспорно реальную, имеющую перечисленные выше харак избежать ошибки рассматривать их как всеобщие принципы теристики. В феноменологически редуцированной сфере фено нашего мышления, каковыми они, конечно же, не являются. мен кубика – кубика как он мне является – сохраняет те же свой ства, что и интенциональный объект моего акта восприятия. Но предположим, я интересуюсь тем, что является общим для всех VIII кубов. Я не хочу делать этого методом индукции, который не только предполагает существование сходных объектов, но и Даже краткий обзор основополагающих методов гуссерлевской содержит некоторые неоправданные логические допущения.

феноменологии был бы не полон без упоминания о важном Передо мною лишь один единственный воспринимаемый различии между эмпирическим и эйдетическим подходами. объект. Однако я могу трансформировать его в своей фантазии Согласно Э. Гуссерлю, феноменология стремится быть эйде путем варьирования его характеристик: цвета, размера, мате тической наукой, исследующей не только существование, но и риала, из которого он сделан, пространственной перспективы, сущность (Wesen). Феноменологические методы, конечно же, освещения, окружения и основания, на котором он находит могут успешно применяться также и в эмпирической области. ся, и т.д. Проделывая такие мысленные вариации, я могу пред 174 ставить себе бесконечное множество различных кубов. Но по нии этой новой территории научного исследования или их ис добные вариации не затрагивают определенных характеристик, пользование теми, кто считает себя его учениками, хотя многие общих для всех воображаемых кубов. К ним относятся прямо из них совершенно превратно понимали то, что сам Э. Гуссерль угольная форма, шесть поверхностей, материальность. Набор имел в виду. Единственная цель настоящего обзора состояла в характеристик, остающихся неизменными при всех возмож том, чтобы показать, что феноменология является серьезным и ных мысленных трансформациях конкретной воспринимае трудным занятием. Оно только началось, и впереди у феномено мой вещи, в данном случае – ядро всех возможных восприни логии огромные задачи. Но одно, я надеюсь, прояснил: резуль маемых кубов – я называю существенными характеристиками таты феноменологического исследования не могут и не должны этого куба или, используя греческий термин, эйдосом этого куба. противоречить апробированным результатам наук о земных Ни один куб нельзя помыслить без этих существенных характе делах или даже обоснованным учениям так называемых фило ристик. Все прочие свойства и характеристики конкретного софов науки. Как подчеркивалось выше, феноменология име объекта изучения являются несущественными. (Нет нужды гово ет свою собственную область исследования и надеется завер рить, что я могу использовать мой красный деревянный кубик шить его тем, с чего науки его начинают.

как основу воображаемых вариаций для обнаружения эйдоса А теперь, боюсь, мне придется разочаровать читателя. Ква цвета, материального предмета, объекта восприятия и т.д.) лифицированный феноменолог не склонен рассматривать все Таким образом, предметом эйдетического исследования вышеописанное как обзор феноменологической философии.

являются не конкретные и реальные, а воображаемые предме Возможно, он допустил бы, что тот или иной вопрос из того, ты. Именно в этом смысле мы должны понимать часто крити что Э. Гуссерль назвал феноменологической психологией, и куемое суждение Э. Гуссерля, что феноменология имеет дело был затронут. Феноменологическая философия исследует де не столько с воспринимаемыми, сколько с воображаемыми ятельность трансцендентального эго, конституирование про объектами, и что последние имеют даже большее значение для странства и времени, конституирование интерсубъективности, феноменологического подхода. проблемы жизни и смерти, проблемы монад;

это подход к воп Как видим, эйдетический подход является лишь методоло росам, до сих пор называвшихся метафизическими. В опубли гическим средством для решения определенной проблемы. кованных трудах Э. Гуссерля лишь очень фрагментарно рас Феноменолог, можно сказать, занимается не самими объекта сматриваются основания феноменологической философии, ми;

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 10 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.