WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 |

«А.Г.Чучалин Хронические обструктивные болезни легких Москва ЗАО «Издательство БИНОМ» 2000 Ч81 Чучалин А. Г. ...»

-- [ Страница 10 ] --

Григорян А.В.. Лохвицкий С.В., Недвецкия Л.М и др. Бронхоскопия в хирургии и пульмонологии. Тез. докл. объед. пленума правления Всесоюзн., Всеросс. и Белорусок, об ва хирургов. — Минск, 1975. с. 73-74.

Климаиская ЕВ., Андрющенко Е.В.,Сосюра В.Х. и др. Эндобронхиальная антибиотикотерапия при хронических неспецифических заболеваниях легких. Грудная хирургия.

1986. — №4: 85-89.

Клчманская Е.В., Шехпкр А.Б.,Сосюра В.Х и др. Клинико-морфологический анализ результатов эндобронхиального применения гелий-неонового лазера при лечении хронической пневмонии у детей. Грудная хирургия. 1989. №4: 59-64.

Климанская Е.В., Оичиренко С.И„ Андрющенко Е.В. и др. Современный подход к эндобронхиальной терапии ХНЗЛ. Сборник резюме. 1й Всесоюзный конгресс по болезням органов дыхания. — Киев, 9-12 октября 1990г.—№1054.

Лукомский Г.И. Трахеобронхоскопия под наркозом. Вестн.хирургии им. Грекова, 1961. —№5: 100-105.

Лукомский Г.И., Шулупко МЛ., Виппер МГ. и др. Бронхология. — М, Медицина, 1973. — 359 с.

Лукомский Г.И., Шулугпко МЛ., Виппер МГ. и др. Бронхопульмонология. — М, Медицина, 1982. — 400 с.

Логинов Л.Е., Заводное В.Я., Морозова Н.В и др. Оптимизация эндобронхиальной антибиотикотерапии бронхолегочной инфекции с экстракорпоральным использованием низкочастотного ультразвука т vitro. Сборник резюме. 6 Национальный конгресс по болезням органов дыхания. — Новосибирск, 1-4 июля 1966 г. — № 879.

Милишникова В. В. Бронхофиброскопия при диагностике пылевых заболеваний легких. Автореф. дис. канд. — М, 1981. — 20 с.

Нагродский С.Л. Интрабронхиальная иммунотерапия хронического обструктивного бронхита. Дне. канд.—М., 1997.— 156с.

Овчиречко С.И., Филиппов В.В., Заводное В.Я., Кочановская И.В., Логинов Л.Е., Морозова Н.В., Миколкин В.И. Применение ультразвуковой низкочастотной бронхоскопической санации в комплексной терапии бронхиальной астмы. Сборник резюме. 1-й Всесоюзный конгресс по болезням органов дыхания. — Киев, 9-12 октября 1990 г. — №1054.

Овчинников А.А., Милишникова В.В., Гориюнтова М.Н. и др. Клинико-эндоскопическая и цито-морфоло-гическая характеристика хронического бронхита у рабочих пылевых производств. В сб. «Профессиональные бронхиты». — М, 1978. — с. 94-102.

Овчинников А.А. Роль и место бронхофиброскопни в диагностике и лечении хирургических и некоторых пограничных заболеваний легких. Дис.докт. — М., 1980. — 363 с.

Овчинников А.А., Ясногородский 0.0. Краевая резекция легкого во время торакоскопии. — Совр. технологии в тор. хирургии. Тез.научн.конф. — Омск, 1995. — с. 121 -123.

Перельман МИ., Королева Н.С. Астматический синдром при заболеваниях трахеи. Тер. Архив, 1978. — №3: 31-35.

Порханов В.А. Торакоскопическая и видеоконтролируемаа хирургия легких, плевры и средостения. Авто-реф.дис. докт. — М., 1996. — 38 с.

Смоленский B.C., Даниляк И.Г„ Калиничева МВ. О бронхоспастическом синдроме. Тер. Архив, 1975. — № 3: 95-99.

Сосюра В.Х. Эндобронхиальная терапия хронических заболеваний легких у детей. Автореф. дне. докт. — М., 1991.—46с.

Уткин В.В., Озолс А.Я. Контрастное исследование бронхиальных артертш при легочных кровотечениях неясной этиологии. Гр. хир., 1975. —№ I: 90-93.

Ярема И.В., Мыльников А.В. Эндолимфатическое введение антибиотиков — новый метод глубокой асептики. В кн.: Асептика и антисептика. — М., 1979. — с. 62-63.

А. Г. Чучалин, Е. Н. Калманова Теофиллин в лечении хронических обструктивных болезней легких Введение Метилксантины используются в течение столетия для лечения обструктивных заболеваний легких, но в последние 20 лет использование теофиллина (ТФ) было ограничено его побочными эффектами. Бронхолитическое действие ТФ хорошо известно, но исследования последних лет показали, что ТФ обладает также иммуномодуляторным, противовоспалительным и бронхопротективным свойствами. Это значительно расширяет его показания при длительном лечении больных хроническими обструктивными болезнями легких.

Противовоспалительные свойства теофиллина Основываясь на исследованиях последних лет, в настоящее время установлено, что ХОБЛ подобно бронхиальной астме, характеризуется воспалением дыхательных путей. Однако воспаление при ХОБЛ проявляется отличным от астмы паттерном. Известно, что при ХОБЛ основную роль в воспалении играют мононуклеарные клетки. При хроническом бронхите в клеточной инфильтрации стенок дыхательных путей доминируют мононуклеарные клетки.

Saetta et al. изучили степень лейкоцитарной инфильтрации в биопсиях бронхов у больных хроническим бронхитом и выявили значительное увеличение количества общих лейкоцитов (СD45), общих (CD3) и активированных (CD25) Т-лимфоцитов и макрофагов в подслизистом слое бронхов у пациентов с хроническим бронхитом по сравнению с нормой.

Эти данные дают повод предположить, что препараты, подавляющие функцию мононуклеарных и нейтрофильных клеток и их миграцию, могут быть эффективны при лечении ХОБЛ.

Мононуклеарные клетки вырабатывают цитокин фактор некроза опухолей — TNF-, который повышает выраженность адгезии молекул на эндотелиальных клетках. Таким образом можно предположить, что препараты, подавляющие синтез TNF-, могут ограничивать воспаление дыха тельных путей при ХОБЛ.

В различных исследованиях последних лет было показано, что ТФ подавляет высвобождение медиаторов воспаления из различных воспалительных и иммунокомпетентных клеток, включая альвеолярные макрофаги, нейтрофилы, эозинофилы, тучные клетки и Т-лимфоциты. ТФ может подавлять высвобождение цитокинов, таких как TNF-, из моноцитов дыхательных путей и макрофагов (Bames, Pauwels, 1994). Подавление высвобождения TNF-a моноцитами зависит от концентрации ТФ в плазме. Практически при концентрации ТФ 9 мг/мл в 40% подавляется выброс TNF-. Проведенные исследования показали также, что ТФ при терапевтических концентрациях значительно подавляет активность нейтрофилов (Kidney et. al.,1995;

MacLeod, Djukano vic,1996). Во всех исследованиях противовоспалительной активности ТФ показано, что достижение уровня концентрации ТФ в плазме 10-20 мг/мл не обязательно, поскольку его проти вовоспалительные свойства проявляются уже при концентрации ниже 10 мг/мл.

В исследованиях Hdi-Ng et al., (1995) было показано, что в зависимости от концентрации ТФ подавляет хемотаксис лимфоцитов, вызванный цитокинами IL2 и IL8, лейкотриеном В4, триптазой и PAF. Способность ТФ подавлять инфильтрацию слизистой бронхов мононуклеарными клетками при хроническом бронхите осуществляется посредством следующих механизмов:

1) Подавление продукции TNF- моноцитами.

2) Подавление хемотаксиса Т-лимфоцитов.

3) Подавление пролиферации Т-лимфоцитов.

Таким образом, клинические проявления применения ТФ при ХОБЛ не ограничиваются только его бронходилатирующей активностью, но также являются результатом его противовоспалительного влияния на различные клетки и ткани, вовлеченные в патологический процесс при ХОБЛ.

Действие ТФ на мукоцилиарный клиренс При хронических обструктивных болезнях легких часто наблюдается ухудшение мукоцилиарного клиренса, что может привести к образованию слизистых пробок и способствовать бронхиальной обструкции. Мукоцилиарный клиренс регулируется различными факторами, такими как частота колебаний ресничек, секреция воды, секреция слизи и химический состав слизи, определяющий ее вязкость. Во многих исследованиях in vitro было показано, что ТФ повышает частоту колебаний ресничек, а также секрецию воды и слизи (Fragoso, Miller, 1993).В этих исследованиях улучшение мукоцилиарного клиренса не сопровождалось повышением показателей функции легких, что может частично объяснить факт снижения одышки у пациентов, принимающих ТФ, без изменения показаний FEV1.

Бронходилатирующее действие ТФ ХОБЛ характеризуется ограничением обратимости бронхиальной обструкции после назначения прямых бронходилататоров. Однако использование препаратов бронходилатирующего действия остается неотъемлемой частью терапии хронических бронхитов.

Основным эффектом ТФ является релаксация гладкой мускулатуры дыхательных путей.

Многочисленные исследования in vitro показали, что ТФ расслабляет крупные и средние бронхи, а также оказывает релаксирующее действие на изолированные бронхиолы человека диаметром от 0,5 до 1мм (Persson, Pauwels, 1991). ТФ при концентрациях в плазме, соответствующих терапевтическому уровню, продемонстрировал значительную релаксацию (20-50%) гладкой мускулатуры бронхов человека in vitro (Rabe et al., 1995).

Эти данные были подтверждены различными клиническими исследованиями, показавшими, что ТФ значительно улучшает функцию легких у пациентов с тяжелой формой ХОБЛ. В двойном слепом рандомизированном перекрестном исследовании (Murciano et al.,1989) 60 пациентов с тяжелой формой ХОБЛ (средний FEV1 = 32% от должн.) получали либо ТФ, либо плацебо в течение двух месяцев. Средняя концентрация ТФ в плазме в группе, получавшей активное лечение, составила 14,8 мг/л. Это привело к возрастанию FEV1 на 13%, что было статистически достоверно по сравнению с группой, получавшей плацебо.

Как известно, повышение бронхиальной гиперчувствительности представляет собой фактор риска возникновения и развития ХОБЛ. В нескольких длительных исследованиях было показано, что у пациентов с повышенной бронхиальной гиперреактивностью в начале наблюдения отмечалось увеличение скорости снижения FEV1 в течение исследуемого периода (Rijcken et al.,1995).

Таким образом, можно предположить, что при раннем фармакологическом вмешательстве, направленном на снижение бронхиальной гиперреактивности, можно снизить скорость падения FEV у больных хроническим бронхитом.

В различных исследованиях показано, что ТФ действует как функциональный антагонист бронхоспазма, подавляет сокращение в ответ на различные спазмогены, и его релаксирующий эффект не зависит от типа медиатора.

В последних клинических исследованиях показано, что назначение ТФ на 1 неделю снижает гиперреактивность к метахолину (Ferrari et al., 1994). В исследование, выполненное двойным слепым рандомизированным перекрестным методом, были включены 16 пациентов с бронхиальной обструкцией легкой степени (средний FEV1 = 85% от должн.). Пациенты получали либо ТФ в различных дозах, либо плацебо. В разные периоды лечения концентрация ТФ в плазме составила 0,10 и 12,6 мг/л. Через 1 неделю после назначения ТФ бронхиальная гиперреактивность значительно снизилась, что проявилось в увеличении РD20 к метахолину. Влияние более длительного применения ТФ на бронхиальную гиперреактивность не описано, но можно предположить, что раннее введение ТФ в комплекс лечения больных ХОБЛ может отсрочить клинические проявления заболевания (Fer rari et al.,1994;

Rijcken et al.,1995).

ТФ действует на сократимость гладкой мускулатуры опосредованно. Известно, что ксантины ограничивают гиперплазию гладкой мускулатуры бронхов, которая является типичной патофизиологической характеристикой ХОБЛ. Гиперплазия гладкой мускулатуры бронхов развивается в результате сужения дыхательных путей и ограничения легочной функции. Ряд исследователей показали, что ксантины значительно подавляют пролиферацию гладкой мускулатуры дыхательных путей человека in vitro (Tomlinson et al.,1995). Основываясь на этих данных, полученных in vitro, возникает вопрос, может ли раннее применение ТФ при ХОБЛ предотвращать пролиферацию гладкой мускулатуры бронхов in vivo.

Влияние ТФ на гладкую мускулатуру лёгочной артерии ТФ в тех же концентрациях, при которых он вызывает бронходилатирующий эффект, оказывает значительную релаксацию (15-30%) предварительно спазмированной простагландином F гладкой мышцы легочной артерии человека in vitro (Rabe et al.,1995). Эти данные могут быть одним из объяснений того, что у больных с ХОБЛ и легочным сердцем инфузия аминофиллина приводит к снижению давления в легочной артерии и сопротивления легочных сосудов (Ramsdell,1995).TaiuM образом, можно предположить, что ТФ снижает давление в легочной артерии у пациентов с легочным сердцем при тяжелой форме ХОБЛ. Это положение было подтверждено клиническими исследованиями, выполненными Parker et al., 1996. В исследование были включены 9 пациентов с ХОБЛ тяжелой степени, характеризующейся средними значениями отношения остаточного объема к общей емкости легких (RV/TLC) около 54 % и наличием признаков легочного сердца. Для измерения давления в легочной артерии и в правом желудочке катетеры помещались в полость правого желудочка и непосредственно в легочную артерию. Исходно у всех пациентов было повышено среднее давление в легочной артерии, и повышение давления в правом желудочке было отмечено у 5 пациентов. Измерение давления в легочной артерии и в правом желудочке проводилось в различные периоды после внутривенного на значения ТФ. Через 30 минут после введения ТФ среднее давление в легочной артерии значительно снизилось с 39,4 до 25,4 мм рт. ст. (р < 0,001).

Параллельно отмечено снижение конечного-диастолического давления в правом желудочке с 8,6 (исходно) до 2,1 мм рт.ст, (через 30 минут после введения ТФ с р < 0,001).

Таким образом, ТФ значительно снижает давление в легочной артерии и в правом желудочке у пациентов с тяжелой формой ХОБЛ и наличием легочного сердца. Снижение давления в легочной артерии может быть обусловлено непосредственной релаксацией легочной артерии, а также являться результатом улучшения функции легких и газообмена.

Влияние ТФ на функцию легких и газообмен Длительное использование ТФ у больных с ХОБЛ приводит к улучшению различных показателей функции легких, включая жизненную емкость легких (VС), объем форсированного выдоха за первую секунду (FEV1), минутную вентиляцию (MV) и показатели газообмена.

При хронической обструкции бронхов часто наблюдается дисбаланс между легочной вентиляцией и перфузией, что может привести к снижению напряжения кислорода (Ра02).В двойном слепом перекрестном плацебо контролируемом исследовании участвовало 60 пациентов с тяжелой степенью ХОБЛ (средняя FEV1 = 31% от должного). Murciano et al. (1989) показали, что назначение ТФ в течение двух месяцев (средняя концентрация ТФ в плазме 14,8 мг/л) значительно повышает PaО2 и снижает РаСО2. Этот положительный эффект ТФ на газы артериальной крови параллельно приводит к улучшению функции легких (FVС) и улучшает работу респираторной мускулатуры. Улучшение клинических симптомов у больных с тяжелым течением ХОБЛ (например, снижение одышки) под действием фармакологических препаратов не всегда коррелирует с из менением FEV1 и FVC. Известно, что главным аспектом ХОБЛ является обструкция мелких дыхательных путей, которая вызывает незначительные изменения FEV1 и FVC. При мониторировании клинических проявлений ХОБЛ наиболее важным является динамика изменений ловушечного газа, который определяется как разница между общей емкостью легких, измеренной методом растворения гелия и бодиплетизмографическим способом. Ловушечный газ обозначает наличие объема воздуха в плохо вентилируемых альвеолах, и этот объем значительно возрастает у больных с ХОБЛ. Во многих исследованиях было показано, что при тяжелых формах ХОБЛ ТФ значительно снижает ловушечный газ на 30-60% (Mulloy et al., 1993;

Waterhouse et al., 1993). Эти же исследователи обнаружили, что ТФ вызывает снижение объема ловушечного газа в среднем на 23% при концентрации ТФ в плазме 5-10 мг/л, на 43% при концентрации ТФ 10-15 мг/л и на 63% при концентрации 15-20 мг/л.

Значительное падение объема ловушечного газа сопровождалось увеличением общей емкости легких (ОЕЛ), измеренной методом растворения по гелию, и снижением ОЕЛ, измеренной бодиплетизмографически. Повышение ОЕЛ в первом случае указывает на увеличение калибра мелких дыхательных путей вследствие приема ТФ. С другой стороны, снижение ОЕЛ во втором случае интерпретируется как рефлекторное ТФ-зависимое обратное изменение градиента давления между альвеолярным пространством и ротовой полостью, который зависит от степени обструкции дыхательных путей.

Параллельно с падением объема ловушечного газа при приеме ТФ в работах Chiystyn et al. (1988) показано увеличение физической работоспособности у пациентов, получающих ТФ.

Физическая работоспособность оценивалась по дистанции, которую больной проходил за 6 минут прогулочным шагом. Было выявлено дозазависимое увеличение дистанции. При концентрации ТФ в плазме 10-15 мг/л дистанция увеличилась до 26 метров. Кроме того, улучшение физической работоспособности у больных с ХОБЛ на фоне приема ТФ сопровождалось снижением тяжести одышки (Chrystyn et al., 1988).

Таким образом, при тяжелых формах ХОБЛ применение ТФ приводит к снижению плохо вентилируемой области легких, что доказано снижением объема ловушечного газа на фоне приема ТФ. Такое улучшение вентиляции легких в результате применения ТФ приводит к улучшению физической работоспособности и снижению тяжести одышки.

Роль ТФ в лечении ХОБЛ Клинические положительные эффекты введения ТФ у больных с ХОБЛ были показаны при многочисленных клинических исследованиях. Положительное влияние ТФ обусловлено тем, что ТФ воздействует на многие аспекты ХОБЛ. ТФ улучшает функцию легких, снижает объем плохо вентилируемых участков легких, снижает бронхиальную гиперчувствительность, улучшает физическую работоспособность и качество жизни, улучшает газообмен во время нагрузки, в состоянии покоя и во время сна, улучшает работоспособность дыхательной мускулатуры, снижает утомление диафрагмы, снижает давление в легочной артерии.

Развитие ХОБЛ характеризуется ежегодным снижением FEVi. Поэтому один из наиболее острых вопросов ХОБЛ — каким образом (фармакологически, изменение стиля жизни и др.) можно приостановить ежегодное снижение функции легких. Учитывая патофизиологические особенности ХОБЛ, можно предположить, что фармакологическое вмешательство ТФ способно успешно препят ствовать ожидаемому снижению функции легких, оказывая противовоспалительные и бронходилататорные эффекты. Однако для того, чтобы более адекватно ответить на этот вопрос, необходимы длительные исследования, по крайней мере, в течение трех лет. Было бы интересно исследовать, может ли раннее использование ТФ предотвратить ежегодное снижение FEV1 и таким образом отсрочить появление клинически значимых симптомов ХОБЛ.

При длительной терапии ХОБЛ трудно выбрать показания для монотерапии теофиллином.

Принципиально вопрос ставится так: какова роль ТФ при сочетанном применении с другими лекарственными препаратами в комплексном лечении больных ХОБЛ. Большое количество клинических исследований рассматривают вопрос: может ли ТФ оказывать дополнительные положительные эффекты у пациентов с ХОБЛ, получающих лечение 2-агонистами и антихолинерги ческими препаратами.

Nishimura et.al. (1995) выполнили двойное слепое перекрестное исследование у пациентов с тяжелой степенью ХОБЛ (FEVi=36,8% от должного), которые регулярно получали в качестве лечения альбутерол (400 мкг 4 раза в день) и ипратропиум бромид (80 мкг 4 раза в день).

Пациенты были рандомизированы как получающие ТФ (средняя концентрация ТФ в плазме около мг/л) или плацебо в течение 4 недель. Функция легких оценивалась непосредственно перед назначением ингаляционных бронходилататоров, через 15 и 30 минут после их применения.

Выявлено, что ТФ значительно увеличивал значения FEVi, и этот эффект был добавочным к эффектам альбутерола и ипратропиума бромида. В исследованиях Taylor et al. (1985) было показано, что комбинация ТФ и альбугерола добавочно (аддитивно) увеличивает значения FEV почти на 21%. В этом же исследовании было показано, что в соответствии с улучшением FEV1 боль шинство пациентов предпочитали комбинацию ТФ и альбутерола. В работах Gyatt et al. (1987) сравнивались эффекты альбутерола, ТФ и их комбинации на качество жизни, физическую работоспособность и одышку. В двойное слепое плацебо контролируемое исследование были включены 19 пациентов, которые получали ТФ, альбутерол или их комбинацию в течение 2 недель.

Было обнаружено, что ТФ и альбутерол значительно улучшают качество жизни, уменьшают одышку и увеличивают физическую работоспособность. Оба препарата оказывают сопоставимые эффекты на эти параметры, и их комбинация была аддитивной.

Клинические проявления длительного назначения ТФ у пациентов с ХОБЛ также могут быть показаны на примере мониторирования изменений легочной функции после отмены ТФ. Aamodt et al. (1988) исследовали эффекты отмены ТФ у 21 больного с ХОБЛ (среднее значение FEV1 = 2,0 л), которые получали ТФ в сочетании с пероральными или ингаляционными кортикостероидами более чем 6 месяцев. Исследование было выполнено двойным слепым перекрестным рандомизированным методом. Средняя концентрация ТФ в плазме составила 12 мг/л. Отмена ТФ привела к значительному изменению функции легких (FVC снизилась на 14,5%, FEV1 на 20,8% и PEF на 15,3% по сравнению с исходным уровнем). Ночные приступы диспноэ возросли на 46,7%, и использование 2-агонистов по потребности возросло на 24,2%. После возобновления приема ТФ отмечено нивелирование вышеперечисленных изменений.

Можно заключить, что длительная терапия ТФ больных ХОБЛ приводит к значительному улучшению функции легких и симптомов даже у пациентов, которые уже получали терапию ингаляционными или пероральными стероидами. Таким образом, можно говорить о добавочных (аддитивных) к стероидам эффектах ТФ у больных ХОБЛ.

Prowse et al. (1979) исследовали, может ли дополнительное назначение ТФ снижать дозу пероральных кортикостероидов у больных с ХОБЛ. В исследование были включены стероидозависимых пациентов, которые получали перорально преднизолон (10 мг/день) в течение последнего года. Снижение дозы стероидов начали через 2 недели после назначения ТФ и затем продолжали 33 недели. В конце исследуемого периода доза стероидов была снижена наполовину.

Несмотря на снижение дозы стероидов, отмечено улучшение функции легких в виде повышения значений FEV1 и VC почти на 14 и 10%, соответственно. Результаты этих исследований указывают, что ТФ имеет стероидсберегающий эффект у больных ХОБЛ, который свидетельствует о противовоспалительном действии ТФ. Стероидсберегающий эффект и аддитивные эффекты ТФ с антихолинергическими препаратами и 2-агонистами связаны с двойным механизмом действия ТФ и опосредованы через ингибирование ФДЭ.

Препараты ТФ имеют важные потенциально положительные эффекты: 1) выпускаются в капсулах;

2) оказывают мультисистемные эффекты;

3) имеют добавочные свойства у больных ХОБЛ;

4) имеются препараты ТФ с замедленным высвобождением.

Несмотря на длительную историю применения ТФ в лечении больных обструктивными заболеваниями легких и на многочисленные клинические исследования эффективности различных препаратов ТФ, в настоящее время остается еще много спорных и не до конца выясненных вопросов о роли и месте ТФ в лечении ХОБЛ.

Как рано необходимо применять ТФ при лечении ХОБЛ? Какая наиболее эффективная комбинация препаратов при лечении ХОБЛ? Влияет ли ТФ на приостановление ежегодного падения FEV1 при ХОБЛ? Какая польза от противовоспалительного эффекта ТФ при ХОБЛ?

Несмотря на большое количество вопросов, препараты ТФ широко применяются у больных ХОБЛ во многих странах благодаря его мультисистемным эффектам и их относительно низкой стоимости. Основные современные руководства по лечению ХОБЛ отмечают необходимость раннего применения ТФ при лечении ХОБЛ. ТФ может быть назначен в комбинации с холинолитиками или 2 агонистами для улучшения функции легких и качества жизни. Кроме того, ТФ может быть использован для снижения дозы пероральных гормонов.

ЛИТЕРАТУРА Aubier M., Barnes P.J. Theophylline and phosphodiesterase inhibitors. Eur.

Respir. J., 1995. — 8(3): 457-462;

347-348.

Banner K.H.. Page C.P. bnmunomodulatory actions ofxanthines and isoenzyme selective phosphodiesterase inhibitors. Monaldi Arch. Chest. Hs„ 1995. — 50:

286-292.

Barnes P. J.. Pauwels RA. Theophylline in asthma: time for reappraisal.

Eur. Respir. J., 1994. — 7:.579-591.

Brenner M.R.Berkowitz R. Marshall N.. Saunk R C. Need for theophylline in severe steroid-requiring asthmatics. din. Allergy, 1988. -18: 143-150.

Chazan R, Karwat K., Tyminska K. et al.. Cardiac arrhythmias as a result of ntravenous infusions of theophylline in.patients with airway obstmction.Int.

J. Clin. Pharmacol. Ther., 1995. — 33(3): 170-175.

Jacobson K.A, van Galen P.J.M.. Williams M. Adenosine receptors: pharma cology, structure-activity relationships, and therapeutic potential. J. Med.

Chem., 1992. — 35: 407-422.

Jaffar ZH.,&tllivan P.,Page C.Coslello J. Low-dose theophylline modulates T-lymphocyte activation in allergen-challenged asthmatics. Eur. Respir. J., 1996. -9: 456-462.

Jenne J. W. Theophylline as a bronchodilator in COPD and its combination with inhaled beta-adrenergic agents. Chest, 1987.-92: 7S-14S.

Jenne W.J. Two New Roles for Theophylline in Asthma. J.of Asthma, 1995. — 32: 89-95.

Johnslon 1.. Jenldnson D. Are theophyllines being prescribed effectively and safely in general practice? Br. J. Clin. Pract., 1995.-49(1): 16-18.

Kidney J., Dominguez M, Taylor P.M. et al.. Immunomodulation by theophyl line in asthma. Danonstration by withdrawal of therapy. Am. J. Respir. Crit.

Care Med., 1995. — 151(6): 1907-1914.

Lam A.. Newhouse M.T. Management of asthma and chronic airflow limitation.

Are methyl xanthines obsolete? Chest, 1990.-98: 44-52.

Lanes S. Birmann В., Walker A. et al.. The characterization and evaluation of current asthma management. Int. Arch. Allergy. Immunol., 1995. — 107(1-3):

398-399.

Martin RJ., PakJ. Overnight theophylline concentrations and effects on sleep and lung function in chronic obstructive pulmonary disease. Am. Rev. Res pir. Hs., 1992. — 145: 540-544.

Mallhys H, Mutter S., Herceg R Theophylline vs. budesonide in the treat ment of mild-to-moderate bronchial asthma. Respiration, 1994. — 61(5): 241-248.

McFadden E.R Methylxanthines in the treatment of asthma: the rise, the fall, and the possible rise again.Ann. Intern. Med., 1991. — 115;

323-324.

McLeod D.,Djukamvic R Low-dose theophylline: a new anti-inflammatory role in asthma management? Monaldi Arch. Chest. Dis., 1996. — 51:30-34.

Ммоп N.A., Henry J.A. Prevention of drug absorption in simulated theo phylline overdose. J. Toxicol. din. Toxi-col., 1995. — 33(1): 43-49.

Pashka &, Simons WR, Sena MM, Soddard ML Rate of exposure to theophylline drug interactions. din. Ther„ 1994.- 16(6): 1068-1077.

Pauwets R. The relationship between airway inflamation and bronchial hy perresponsiveness. din. Exp. All.,1989. — 19: 395-398.

Persson C.G.A.Pauwels ЛА Pharmacology of anti-asthma xanthines. In: Page C.P. at.al. Handbook of Experimental Pharmacology, 1991. — 98:207-226.

Ramsdell J. Use of theophylline in the treatment of OOPD. Chest, 1995.

107, Suppi 5: 206S-209S.

Wvington RN., Boutet LP., Cole J. et al.. Efficacy of Uhiphyl, salbutamol, and their combination in asthmatic patients on high-dose inhaled steroids. Am.

J. Respir. Crit. Care Med., 1995. — 151(2 Pt I): 325-332.

SchiffG.D., Hedge H.K., ladoche L El al. In-patient theophylline toxicity:

preventable factors. Ann.I ntem. Med., 1991 -114:748-753.

Steimjans V. W. Pharmacokinetic characterization of controlled-release formulations. Eur. J. Drug. Metab. Phar-macoldnet, 1990.- 15: 173-181.

SulUvan P., Bekir S.. Jaffar Z, Page C., Jeffery P.. Coslello J. Anti inflammatory effects of low-dose oral theophylline in atopic asthma. Lancet, 1994. — 343: 1006-1008.

Trigg C.J., Davies RJ. Use of slow-release theophylline in asthma: is it justified? Respir. Med., 1990. — 84: 1-3.

А. Н Цой Применение глюкокортикостероидов в лечении хронических обструктивных болезней легких Введение Хронические обструктивные болезни легких (ХОБЛ) являются широко распространенным заболеванием среди лиц старше 40 лет. При ХОБЛ в 80-90% случаях курению отводится роль фактора риска, а прогностическим фактором, определяющим степень ее тяжести, считают величину ежегодного снижения ОФВ1. Курение является единственным и постоянным фактором, связанным со снижением ОФВ1, причем больные с длительным анамнезом курения отличаются более «крутым» снижением показателя. Вместе с тем учитывая, что только 20-25% курящих имеют ХОБЛ, необходимо выявить и другие причины «крутого» снижения ОФВ1. К одной из таких причин можно отнести бронхиальную гиперреактивность, но не как постоянный фактор. Наилучшим способом задержки прогрессирующего снижения ОФВ1 признано прекращение курения, однако не всем больным удается избавиться от вредной привычки. Лечебные мероприятия малоэффективны, так как при применении бронхолитиков не удается получить стабильного улучшения в степени снижения;

а терапия кислородом может незначительно уменьшить уровень снижения ОФВ1 у больных с гипоксией. Дли тельное лечение пероральными кортикостероидами (КС) может и способно положительно замедлить снижение ОФВ1, однако риск проявлений нежелательных эффектов (НЭ) лимитирует их использование с этой целью. Поэтому большую надежду возлагают на ингаляционные формы КС.

Вместе с тем, если для лечения бронхиальной астмы (БА) КС применяются повсеместно: системные — для купирования обострения заболевания, а ингаляционные КС (ИГКС) —в качестве базисного противовоспалительного средства, то их роль в лечении ХОБЛ все еще не установлена. Успешный опыт лечения КС больных БА не может быть полностью экстраполирован на больных ХОБЛ, ввиду того, что природа хронического воспаления в дыхательных путях у больных ХОБЛ отличается от вос паления при БА. Более того, имеются сведения, что воспалительный процесс при ХОБЛ, в отличие от БА, резистентен к противовоспалительному действию КС (Keatings V. M. et al.,1997). Поэтому на практике их применение у больных ХОБЛ в большинстве случаев основано на личном опыте клиницистов, так как недостаточно ясно определены критерии для показаний к их назначению, равно как и критерий для оценки их эффективности.

Наличие воспаления как обоснование для применения кортикостероидов В сравнительных исследованиях мокроты, стимулированной 3% раствором NaCl, многие авторы демонстрируют у больных ХОБЛ наличие признаков воспаления в дыхательных путях. У курящих здоровых лиц было обнаружено не только увеличение уровня клеточных маркеров воспаления, таких как нейтрофилы, макрофаги, но и уровня воспалительных цитокинов — интерлейкина-8 (Ил-8) и маркера активации эозинофилов — эозинофильного катионного белка (ЭКБ).

У курящих больных ХОБЛ, наряду с увеличением концентрации вышеуказанных веществ, значительно увеличивается концентрация маркеров активации нейтрофилов — миелопероксидазы, фактора некроза опухоли и человеческого нейтрофильного липокалина, а также общего глютатиона (Keatings V. М. et al., 1997). Они увеличиваются и в жидкости бронхоальвеолярного лаважа (БАЛ), причем концентрация этих веществ, как и количество нейтрофилов, тесно коррелирует со степенью бронхиальной обструкции. Доказано, что в проявлении воспалительного ответа у больных ХОБЛ большая роль принадлежит таким цитокинам, как фактору некроза опухоли и ИЛ-8 (Keatings V. М.

et al., 1997). Клинические и часто функциональные параметры при ХОБЛ и БА имеют много общих черт, что нередко затрудняет дифференциальную диагностику заболеваний, тем не менее можно выявить различия в морфометрических признаках (Jeffery R- K-, 1994). Это прогрессирующее снижение ОФВ) при ХОБЛ, в отличие от БА, где обструкция дыхательных путей изменчива и включает обратимый и необратимый компоненты. В мокроте больных с обострением (бактериальным) ХОБЛ находят преобладание макрофагов и нейтрофилов, в то время как при БА характерно наличие эозинофилии. Посмертная картина легких больных ХОБЛ отличается наличием эмфиземы и большого количества слизи, а при БА находят вязкий секрет и слизистые пробки в просвете, разрушение поверхностного эпителия бронхов с утолщением сетчатой базальной мембраны, расши рение сосудов бронхов и отек. Утолщение волокон гладкой мускулатуры бронхов и массы подслизистых желез встречается при обоих заболеваниях. При БА продукция муцина бронхиальными железами нормальна, а у больных ХОБЛ имеется увеличение продукции кислого гликопротеина. Если при БА находят увеличенную воспалительную инфильтрацию бронхов активированными лимфоцитами и эозинофилами с последующей их дегрануляцией, а аллергический компонент при астме связывают с присутствием CD4+ субпопуляций Т-лимфоцитов и экспрессией гена для Ил-4 и Ил-5, то при ХОБЛ инфильтрация бронхов происходит за счет макрофагов и, в некоторой степени, эозинофилов, причем последние, как правило, не дегранулируются. Таким образом, хроническое воспаление дыхательных путей при ХОБЛ имеет, по крайней мере, два отличительных признака от БА — инфильтрацию бронхов макрофагами и эмфизему.

Все вышеприведенные данные указывают на возможную пользу применения КС, способных оказывать у больных ХОБЛ противовоспалительное, иммуномоделирующее и антиаллергическое действие.

КС назначаются перорально (системные) или ингаляционно с учетом наличия или отсутствия обострения и степени тяжести состояния больных ХОБЛ. Однако еще недостаточно разработаны и обоснованы показания к применению и режимы их дозирования, особенно ИГКС, что объясняет имеющиеся в литературе противоречивые сведения по эффективности применения КС при лечении больных с клиническим диагнозом ХОБЛ.

Анализируя данные литературы о применении КС у больных ХОБЛ, можно выделить следующие показания к их применению:

1) купирование тяжелых обострений с помощью системных КС;

2) пробное лечение для выявления больных, отвечающих и не отвечающих на терапию стероидами для последующего лечения ИГКС;

3) применение КС вне обострения заболевания (поддерживающее лечение системными и ИГКС) у больных, имеющих положительный ответ к лечению системными КС.

Применение КС для лечения тяжелых обострений Из системных ГКС для этой цели чаще используются преднизолон и преднизон. Преднизолон по глюкокортикоидной активности в 4 раза превосходит активность гидрокортизона и уступает ему по минералокортикоидной активности. Преднизон близок к преднизолону по активности и представляет собой пролекарство, т. к. в печени он превращается в преднизолон, что лимитирует его использование у больных при тяжелых нарушениях функции печени. Преимуществом препарата может быть низкая стоимость. Метилпреднизолон на 20% активнее преднизолона, обладает меньшей минералокортикоидной активностью, реже вызывает НЭ, такие как изменения психики, аппетита, ульцерогенное действие;

однако его стоимость превышает стоимость преднизолона. Все указанные препараты относятся к так называемым «нефторированным» КС. Они быстро и полностью всасываются из верхнего отдела тонкого кишечника, максимальная концентрация в крови появляется через 0,5-1 час. Период полувыведения из плазмы крови составляет 2-3 часа, а биологический Ti/ составляет до 12 час. Дневную дозу системных КС лучше назначать в один прием и, как обычно принято, в режиме быстрого снижения дозы по мере проявления признаков улучшения в состоянии больных: уменьшение одышки, кашля, признаков гипоксии и увеличение ОФВ[ более 10% должной величины с последующим переводом больных на минимальную эффективную дозу либо их отменой при неэффективности или при появлении серьезных НЭ.

Американским торакальным обществом (ATS,1995) рекомендуется применение КС у больных ХОБЛ в качестве последующей ступени при неэффективности или недостаточной эффективности регулярной терапии бронхолитиками в максимальных дозах, при этом предлагают назначать преднизон перорально в дозе 40 мг/день в течение 10-14 дней. При появлении признаков улучшения заболевания рекомендуют быстро уменьшать дозу до минимально эффективной или переводить больного на лечение альтернативным режимом дозирования препарата, например, 7,5 мг через день. Для купирования тяжелого обострения ХОБ большинство исследователей также рекомендует применять короткие курсы системных КС, обычно в дозе 20-40 мг/день преднизолона перорально в течение большего периода времени — 2-4 недели. При этом нужно стремиться избегать необоснованно длительного лечения и, соответственно, проявлений серьезных НЭ. При тяжелом обострении возможно и парентеральное введение системных КС, в частности, ATS (1995) рекомендует внутривенное введение метилпреднизолона в дозе 50-100 мг каждые 6-8 часов.

Последний может иметь преимущество перед преднизолоном из-за большего распределения в легочной ткани, лучшей эффективности, возможности применения меньших доз препарата и, соответственно, снижения риска НЭ. Было показано, что при эффективном двухнедельном лечении метилпреднизолоном (20 мг/день) и преднизолоном (30 мг/день) больных с обострением ХОБ и исходными значениями ОФВ1 менее 1,5 л количество больных с клинически значимым увеличением ОФВ1 (более 15 или 20%) было в 2 раза больше среди лиц, получавших метилпреднизолон, а систем ные НЭ в виде увеличения массы тела выявлялись только у больных, получавших преднизолон.

Несмотря на многочисленность опубликованных работ по результатам применения системных КС у больных с обострением ХОБЛ, существующие различия в критериях включения больных в исследования и оценки эффективности лечения часто делают затруднительным анализ результатов исследований. Поэтому более убедительными, показывающими эффективность применения КС у больных с обострением хронического бронхита могут служить результаты только контролируемых исследований. В первом рандомизированном двойном слепом и плацебо контролируемом исследовании доказана высокая эффективность преднизолона у амбулаторных больных с обо стрением ХОБЛ при назначении высоких доз препарата перорально в течение 9 дней: 60 мг, 40 мг и 20 мг по три дня. В группе больных, получавших преднизолон, лечение было эффективно у всех больных, а в группе лиц, получавших плацебо, 57% больных выбыли из исследования из-за неэффективности лечения и необходимости госпитализации. Лечение системным КС приводило к более быстрому улучшению РаО2, разницы альвеоло-артериального градиента О2, нарастанию показателей пикфлоуметрии и уменьшению одышки, в то время как в группе принимавших плацебо изменений не отмечалось (Thompson W. Н. et al.,1996).

В то же время на основании мета-анализа 10 плацебо контролируемых исследований по применению короткого курса системных КС при обострении хронического бронхита N. Gross (1996) выявил, что пероральное лечение ГКС в дозе 40 мг/день в течение 2 недель значительно улучшало ОФВ1 только лишь у 10% больных ХОБ.

Необходимо отметить, что у больных с тяжелым обострением ХОБЛ, в отличие от больных БА, небулайзерная терапия ИГКС не имеет преимущества перед пероральной, так как 5-ти дневное назначение высоких доз будесонида (2 мг 2 раза в день) через небулайзер не приводило к улучшению показателя ОФВ), в то время как пероральная терапия преднизолоном в дозе 30 мг быстро, уже через 5 дней, приводила к увеличению ОФВ1 с 1,8 л до 2,1 л. Однако, лечение преднизолоном сопровождалось снижением уровня остеокальцина и соотношений кальций/креатинин и гидроксипролин/креатинин;

напротив, лечение высокими дозами будесонида не оказывало влияния на уровнень биохимических маркеров остеопороза.

Пробное лечение системными КС Многие исследователи считают целесообразным проведение пробного лечения системными КС уже при первичном диагнозе ХОБЛ с целью раннего выявления больных, отвечающих на стероиды. Существует мнение, что нужно рассматривать больных ХОБЛ как кандидатов для стероидной терапии. N. Gross (1996) считает, что пробное лечение преднизоном в начальной дозе 40 мг/сутки в течение 2-3 недель должно проводиться у всех больных, не имеющих адекватного улучшения симптоматики при агрессивной терапии бронхолитиками. Подобное отношение к пробному лечению системными КС связано с тем, что больные, ответившие положительно на терапию КС, лучше поддерживают свою легочную функцию в течение длительного периода и увеличивают толерантность к физической нагрузке. Этим больным лечение системными КС должно быть продолжено на минимально эффективной дозе вне обострения ХОБЛ, причем терапия КС не должна продолжаться у больных, не получающих адекватной симптоматической бронхолитической терапии.

В рекомендациях пульмонологических обществ ряда стран Европы, США и Канады также предлагается проведение пробного лечения преднизолоном перорально при ХОБЛ в дозе 0,4-0,6 мг/ кг массы тела в течение 2-4 недель на фоне оптимальной бронхолитической терапии и с применением теста на обратимость с 2-адреностимуляторами (2-АС).Существуют некоторые различия в критериях оценки ответа на лечение стероидами. Одни считают положительным ответом на пробное лечение стероидами увеличение ОФВ1 на 10 или 20%, или 200 мл в абсолютной величине (ERS, 1995;

Канадское общество пульмонологов, 1992), а другие — 30%, или 300 мл в абсолютной величине. Нет сомнения, что больных лучше переводить на прием ИГКС из-за возможности появления тяжелых НЭ, особенно у больных пожилого возраста, причем N. Gross (1996) предлагает с дневной дозы преднизона переводить на прием 1 мг ИГКС, что, например, соответствует 20 вдохам беклометазона по 50 мкг, 10 вдохам триамсинолона по 100 мкг или 4 вдохам флунизолида по 250 мкг в день. Однако в период обострения ХОБЛ больных необходимо вновь переводить на пероральное применение системных КС. В случае отсутствия ответа на пробное лечение КС, т. е. когда не отмечается увеличения ОФВ[ на 10-20% или по крайней мере, на 200 мл в абсолютных значениях, терапия КС должна быть прекращена.

Рациональность пробного лечения КС на фоне неэффективности терапии максимальными дозами бронхолитиков заключается и в том, чтобы выявить больных, у которых может иметь место недиагностированная БА, вероятность которой может достигать 45% у больных с клинически установленным диагнозом ХОБЛ (Chanez P. et al., 1997), Авторы с целью установления взаимосвязи между функциональным ответом больных на пробное лечение КС и наличием черт недиагностированной БА по выявлению «эозинофильного» воспаления обследовали 25 больных с клинически установленным диагнозом ХОБЛ, которым назначался преднизолон перорально в дозе 1,5 мг/ кг массы тела на протяжении 15 дней. Функциональным ответом на терапию КС авторы считали увеличение ОФВ1 на 12% от исходного значения или на 200 мл абсолютной величины в конце лечения. «Эозинофильное» воспаление устанавливалось подсчетом количестна эозинофилов в периферической крови, в жидкости БАЛ, в материале бронхиальных биопсий по EG моноклональным антителам и уровню эозинофильного катионного белка в жидкости БАЛ. У 12 из больных, положительно ответивших на лечение КС, было обнаружено значительное увеличение количества эозинофилов, уровня эозинофильного катионного белка в жидкости БАЛ и утолщение сетчатой базальной мембраны гладкой мускулатуры бронхов, т. е. выявлялись признаки, более характерные для БА.

Применение системных КС вне обострения ХОБЛ (поддерживающее лечение) У части больных на фоне пробной терапии системными КС может наблюдаться улучшение самочувствия с улучшением функции легких, а в некоторых исследованиях показано и увеличение толерантности к физической нагрузке. Однако, клиническое впечатление эффективности не всегда подтверждается изменением в функции легких и не исключается, что это может быть связано с изменением психоэмоционального восприятия лечения, так как известен неспецифический подъем настроения на фоне лечения КС. Применение преднизолона перорально в дозе 30 мг в течение двух недель не выявило изменений в концентрации маркеров воспаления в мокроте у больных ХОБЛ, в отличие от больных с атопической астмой, где имелась существенная их динамика (Keatings V. М.

et al., 1997). Эти данные могут служить доказательством различий воспалительного процесса в дыхательных путях больных БА и ХОБЛ. Поэтому одно только симптоматическое улучшение не может предсказать пользу кортикостероидной терапии, а тем более длительной. При недостаточной выраженности ответа к пробной терапии системными КС продолжение терапии ИГКС сроком более 6 8 недель и даже до 6 месяцев нецелесообразно, так как при лечении будесонидом в дозе 800 мкг в течение б месяцев у больных с необратимостью обструкции не выявили улучшения ни в уровне симптомов заболевания, ни в количестве обострений и, более того, ни у одного больного дополнительно не появлялась обратимость обструкции.

В то же время у части больных с недостаточно выраженным ответом на пробного лечения пероральными КС длительное лечение ИГКС может приводить к замедлению прогрессирующего снижения ОФВ1. Большой интерес представляет опубликованные Р. S. Burge et al., (1996) предварительные данные продолжающегося трехлетнего исследования (The Isolde trial), где больным ХОБЛ легкого течения с необратимостью обструкции при тесте с 400 мкг сальбутамола назначали перорально преднизолон в дозе 0,6 мг/кг/сутки в течение 14 дней, затем рандомизировали на прием флютиказона или плацебо на период в 3 года. По результатам первых 599 больных, закончивших исследование, среднее увеличение ОФВ] в группе получавших флютиказон составляло 60 мл и ФЖЕЛ 120 мл по сравнению с группой, получавшей плацебо: ОФВ1 (–20 мл) и ФЖЕЛ (–90 мл).

Так как пероральное назначение преднизолона в течение 14 дней оказывало незначительное улучшение в легочной функции, то авторы не поддерживают деления больных на отвечающих и не отвечающих на пробное лечение ГКС перед длительным назначением ИГКС.

Системные КС вне периода обострения назначаются и с целью продолжения эффективного пробного курса терапии. При этом N. Gross (1996) однозначно считает, что для поддерживающей терапии пероральное назначение КС допускается только в качестве последнего средства при условии, если у больных во время первоначальной пробной терапии наблюдалось, по крайней мере, 15% увеличение ОВФ1, и если это улучшение не может поддерживаться приемом ИГКС.

По мнению многих исследователей, улучшение состояния больных вне периода обострения ХОБЛ от перорального применения КС наблюдается только в 20-30% случаев, однако из-за погрешностей в критериях исследования, различий в оценке результатов лечения и в режимах дозирования системных КС результаты многих исследований часто становятся неубедительными.

Так, например, С. М. Callachan (1991) на основании мета-анализа 33 работ, опубликованных за период с 1951 по 1989 гг и посвященных пероральному назначению КС у больных ХОБЛ вне обострения, выявил только 10 работ, которые отвечали критериям исследования. Автором оценивался ответ на терапию КС, который определялся увеличением ОФВ1 на 20% и более (объем терапевтического эффекта) как пропорция больных, ответивших на терапию КС с вычетом пропорции больных, ответивших на плацебо. При анализе оказалось, что терапевтический объем колебался от до 56%, составляя в среднем 10% (95% CI = 2-18%). Это дало основание автору сделать вывод, что больные ХОБЛ вне обострения имеют положительный ответ на пероральную терапию КС приблизительно на 10% чаще, чем подобные больные, принимавшие плацебо.

Таким образом, сомнения клиницистов о целесообразности лечения системными КС больных вне обострения не беспочвенны, а риск развития тяжелых НЭ при назначении высоких доз системных КС, особенно у лиц пожилого возраста, требует тщательного документирования эффективности терапии коротким курсом перед назначением больному поддерживающего лечения КС на длительный срок или перевода на альтернативный режим дозирования. Последний может быть более безопасным, однако в литературе нет достаточно убедительных данных, оценивающих такой режим дозирования у больных ХОБЛ. Также нельзя исключать возможность усугубления тяжести течения ХОБЛ при применении системных КС, например, при обострении инфекции в нижних дыхательных путях или у больных со стероидиндуцированной миопатией, однако в литературе пока также недостаточно убедительных данных по адекватной оценке этого предположения.

Общеизвестно, что стероидная терапия сопровождается риском появления множества серьезных НЭ, таких как стероидный диабет и язва, остеопороз, миопатия, угнетение функции коры надпочечников с развитием глюкокортикоидозависимости, обострение инфекций и др., что диктует принятие мер предосторожности, направленных на безопасность и предотвращение риска развития НЭ системных КС. К таким мерам следует отнести следующее:

1) Уменьшать дозу до минимальной эффективной или быстро, как только исчезнут симптомы, перевести больного на альтернативный прием ингаляционных форм. Помнить, что после окончания стероидной терапии глюкокортикоидозависимые больные требуют кортикостероидного прикрытия во время любого стресса в течение многих месяцев, при отмене КС необходимы повторные осмотры больных.

2) Следить за уровнем артериального давления, глюкозы в крови, за увеличением массы тела, изменением памяти, за развитием инфекций, проявлением центральной полярной катаракты, за утончением кожных покровов и пурпурой, остеопорозом, остеонекрозом, а также своевременно проводить профилактику остеопороза, особенно у пожилых женщин.

3) Объективизировать улучшение по исследованию ОФВ] после 2 недель от начала терапии.

Нежелательные явления системных КС Стероидная миопатия Известно, что у больных ХОБЛ в связи с повышением сопротивления в дыхательных путях увеличивается рабочая нагрузка на дыхательные мышцы, приводя к снижению их мощности и повреждению функции. Причин этому может быть несколько: наличие гипервоздушности (эмфиземы), снижение массы тела, гиперкапния, ограничение физической активности, присоединение сердечной недостаточности и др. Поэтому назначение системных КС больным, у которых уже имеется повреждение функции дыхательных мышц, в определенной степени представляет риск в плане возможности индуцирования стероидной миопатии, которая является одним из самых серьезных НЭ терапии КС у больных ХОБ (Van Balkom R. H. et al., 1994). По данным различных авторов, частота слабости мышц, связанная с приемом КС, колеблется от 2,5 до 21%. Часто она не диагностируется у больных, хотя известно, что слабость бедренной мышцы может возникать более чем у 50% больных БА, принимающих преднизолон более 40 мг/день. Стероидная миопатия, разви вающаяся на фоне длительного лечения высокими дозами системных КС, поражает как дыхательные, так и периферические мышцы, причем выявлялась прямая корреляция между степенью снижения силы мышц и дозами КС, особенно в период их снижения. После ступенчатого снижения дозы КС значения максимального давления вдоха и выдоха (PImax и РЕтах) уменьшались еще в большей степени. Снижение силы в четырехглавой мышце бедра отмечалось даже через месяцев после окончания стероидной терапии и было более значительно, чем величина PImax и РЕтах.

При применении коротких курсов высоких доз системных КС во время тяжелого обострения ХОБЛ может развиться острая миопатия с распространенной (проксимальные и дистальные) слабостью мышц. Это осложнение наблюдали у больных с острой тяжелой астмой, леченных гидрокортизоном 3-4 г/сутки внутривенно, и даже у тех, кто никогда ежедневно не принимал более г/сутки. Гистологическая картина характеризуется значительным увеличением креатинкиназы, атрофией всех типов мышечных волокон, дегенеративными изменениями волокон с распространенным некрозом, миофибриллярной дезорганизацией и потерей толстых и тонких миофиламентов. Напротив, хроническая миопатия появляется после длительной терапии системными КС и приводит к слабости проксимальных мышц и атрофии волокон типа IIb, белых, быстросокращающихся и чувствительных к утомлению. Причем клиническое проявление осложнения может быть от обычной слабости до неспособности самостоятельно поднять конечности. В гистологической картине обнаружены незначительные колебания в размере волокон с селективной атрофией типа IIb волокон. При электронной микроскопии главным признаком является обнаружение большого количества гранул гликогена в пространстве между волокнами, что бывает и при острой миопатии. Выявлены большие колебания во времени появления симптомов миопатии, слабо коррелирующие как с общей дозой КС, так и продолжительностью терапии. Однако большинство авторов сообщают о стероидной миопатии после лечения преднизоном в дозе 30-40 мг/сутки.

Патофизиология стероидной миопатии еще точно не установлена. КС вызывают комплекс нарушений в мышечных тканях, из которых снижение синтеза белка и аккумуляция гликогена играют ключевую роль. Они нарушают окислительные процессы в митохондриях, первично ингибируют синтез белка в мышечных волокнах типа II, увеличивают мышечную цитоплазматическую активность и внутриклеточный протеолиз, приводящие к деструкции миофибрилл. КС увеличивают синтез гликогена и снижают его утилизацию, что приводит к увеличению его содержания в мышцах.

Причиной миопатии может быть и избыточное накопление ионов кальция в мышечной ткани, вследствие чего подавляется функция митохондрий. В качестве другой причины миопатии может быть проявление катаболического действия системных КС.

Наряду с этим существует и другая гипотеза, по которой слабость мышц у больных ХОБЛ скорее может быть связана с ограничением или исключением из работы атрофичных мышц, чем с генерализованной миопатией.

Диагноз стероидиндуцированной миопатии затруднителен из-за отсутствия специфического лабораторного теста. При острой миопатии отмечается высокий уровень креатинкиназы, миоглобинурия, а при хронической — повышение уровня миоглобина в крови, а наиболее чувствительным тестом является увеличение выделения креатина с мочой.

Таким образом, степень отрицательного воздействия системных КС на состояние и силу дыхательных и периферических мышц может служить не только критерием тяжести состояния больных, но и показателем выживаемости больных, о чем свидетельствуют нижеприводимые сведения.

М. Decramer et al. (1996) в проспективном исследовании 8 больных ХОБЛ и миопатией, вызванной стероидами, в сравнении с 24 аналогичными больными, не получавшими стероидной терапии (ОФВ1 35 и 36%, ЖЕЛ 69 и 80%, соответственно), у больных с миопатией выявил четко выраженную слабость в дыхательных и четырехглавой мышцах и высоко достоверное увеличение уровня ЛДГ и креатина. В последующие 2 года наблюдения среди больных с миопатией снижалась выживаемость, так как 4 из 8 больных с миопатией умерли в течение 3 месяцев наблюдения, в то время как в контрольной группе без стероидной терапии смертность составила 2 из 24 больных. При гистологическом исследовании мышц умерших были обнаружены изменения четырехглавой мышцы в виде рассеянности мышечных волокон, большей изменчивости в диаметре волокон, зернистости сарколеммы и центрального ядра. Аналогичные, но выраженные в меньшей степени изменения были обнаружены и в диафрагме. Свое сообщение авторы дополняют размышлениями о необходимости ранней диагностики стероидиндуцированной миопатии, о важности значения легочной реабилитации для повышения выживаемости больных, а также о том, что этой группе, возможно, была показана трансплантация легких.

Лечение стероидной миопатии состоит в уменьшении дозы КС и переводе больных на нефторированный КС, в применении анаболических стероидов. Положительный эффект могут оказать р2-АС — кленбутерол и салбутамол, которые снижают распад белка и одновременно увеличивают синтез протеинов. Прием одного кленбутерола или в комбинации с гормоном роста увеличивал поперечно-полосатую зону обоих типов IIа и IIb волокон. Наблюдали увеличение силы в периферических мышцах и PImax у больных после приема 8 мг салбутамола 2 раза в день. С другой стороны, применение 2-АС и теофиллина может маскировать проявление миопатии у больных ХОБЛ.

Остеопороз Другим значимым НЭ ГКС является их способность угнетать функцию остеобластов и ингибировать кишечную абсорбцию Са2+ приводящие к угнетению фиксации и увеличению резорбции кальция костей, что, несомненно, может негативно отражаться на состоянии минерального обмена, особенно у лиц пожилого возраста. Степень выраженности данного НЭ прямо зависит от дозы и длительности применения КС. При сравнительной оценке влияния системных (преднизон перорально 16 мг/сутки, 35 больных) и ингаляционных (1200 мкг/сутки будесонида, 20 больных) КС на состояние минерального обмена в костях через 6 недель лечения была снижена плотность поясничного позвонка (L4), более выраженное у женщин, в то время как в группе получавших будесонид изменений не выявлялось. Уровень снижения остеокальцина и плотности позвонков зависит не только от дозы системных КС, но и от длительности их приема: больные с низким уровнем ос теокальцина получали КС более длительное время — 6,27 года против 2,9 лет у больных с нормальным уровнем. Эти сведения подтверждают данные об отрицательном влиянии системных КС, усугубляющих признаки остеопороза у пожилых больных. Поэтому для профилактики последнего при лечении больных системными КС необходимо назначение диеты, препаратов кальция, кальциферола и др.

В случаях применения ИГКС отсутствуют сведения о подобном риске, а вызываемые ими НЭ носят локальный характер, например, имеется небольшой риск развития кандидоза и проявления легочной инфекции, которые обычно легко устранимы полосканием ротовой полости после каждой ингаляции и применением спейсеров с большим объемом.

Общепринято считать, что длительный прием ИГКС безопасен, однако в литературе еще недостаточно сведений о НЭ у больных ХОБЛ, в частности, о супрессии функции надпочечников, остеопорозе и др. Тем не менее необходимо соблюдать предосторожность при назначении ИГКС:

учитывать объем всей терапии больных для исключения снижения комплаентности больных по отношению к другим аэрозольным препаратам;

следить за развитием кандидоза и фарингеальной дисфункцией, проявлениями НЭ со стороны костной ткани, кожных покровов, надпочечников и др.;

на фоне назначения ИГКС у больных, находящихся на лечении системными КС, последние необходимо отменять медленно.

Фармакодинамика ИГКС Структурная модификация системных КС введением хлора, фтора и метильных, ацетатных, гидроксильных и др. функциональных групп привела к синтезу высокоэффективных и безопасных КС, у которых при экспериментальных исследованиях было найдено уникальное соотношение местной и системной глюкокортикоидной активности, имеющих высокое сродство к глюкококортикоидным рецепторам (ГКР) и продолжительный период связи КС с рецептором (T1/2 КСР), что определяет высокую их противовоспалительную активность при местном ингаляционном применении.

Галогенизация КС привела и к изменению их фармакокинетических свойств: уменьшению абсорбции с клеточных мембран, уменьшению или отсутствию проникновения через гистогематический, гематоэнцефалический и плацентарный барьеры и предотвращению быстрой их инактивации при ингаляционном применении. Для ИГКС характерен высокий пресистемный ме таболизм с минимальной биодоступностью проглатываемой части ингалируемого препарата.

В настоящее время в клиническую практику внедрены следующие ИГКС — триамсинолон ацетонид (азмакорт), беклометазон дипропионат (бекотид, беклазон, бекломет, беклокорт), будесонид (пульмикорт, бенакорт), флунизолид (ингакорт), флютиказон пропионат (фликсотид). Они выпускаются в виде обычных аэрозольных карманных ингаляторов (MDI), в контейнере которого отдельно от раствора КС содержится пропеллент хлорфлюорокарбон для генерирования аэрозоля.

Ингалятор снабжен системой клапанов. При нажатии на головку ингалятора он заряжается, а имеющееся в ингаляторе дозирующее устройство обеспечивает подачу строго постоянной ингаляционной дозы. Доза препарата может быть различной для разных препаратов, на что необходимо обращать внимание перед назначением и инструктажем больного. Несмотря на кажущуюся простоту в их использовании, не все больные, особенно лица пожилого возраста, способны координировать вдох с вдыханием аэрозоля из ингалятора. Поэтому как альтернатива дозированным ингаляторам внедрены различные приспособления (системы) для вдыхания ИГКС в виде сухой пудры (PDI). Они отличаются тем, что для одних систем необходимо вкладывание в него каждой дозы или блистеров с содержанием нескольких доз сухого порошка (инхалер, ротахалер, дискхалер), в других, так называемых мультидозирующих системах-ингаляторах, имеется резервуар, куда закладывается 200-300 доз сухого порошка с измерением каждой дозы во время вдоха больным (турбухалер, изихалер, циклохалер), а в третьих мультидозирующих ингаляторах-системах каждая измеренная доза запакована в фольгу с содержанием таких доз не менее 60 (аккухалер или дискус) и др. Заряжаются системы поворотом, выдвижением или нажатием основания головки устройства.

Вдыхание сухой пудры обеспечивается усилием больного и созданием воздушного потока в фазу его замедленного глубокого вдоха, оптимальной скоростью воздушного потока считается 60-120 л/мин.

Фармакокинетика ИГКС ИГКС не растворимы в воде, и при их ингаляции в виде MDI или PDI только 10-20% вдыхаемого препарата достигает легочной ткани, причем процент их отложения в дыхательных путях зависит от правильности техники ингаляции. Большая часть препарата проглатывается и превращается в основном в неактивные или слабоактивные метаболиты в печени, за исключением беклометазона дипропионата. Обычно активность метаболитов в 100 раз меньше, чем у препарата, но в случае беклометазона дипропионата, полностью метаболизирующегося с образованием активного метаболита — беклометазона 17-монопропионата — фармакологическая активность в большей степени определяется последним. Они хорошо связываются с белками плазмы (таблица 28.2). В связи с тем, что только свободная форма препарата способна связываться с ГКР и оказывать фармакологическое действие, необходимо ориентироваться на величины свободной фракции, составляющие 29% у триамсинолона и 20% у флунизолида, и менее 15% у других ИГКС (Derendorf H., 1997). Объем распределения, показатель внелегочного распределения препарата наибольший у флютикасона и составляет 318л, что свидетельствует о высокой степени его липофильности, и не обязательно является показателем высокой системной активности препарата, так как последняя зависит от того, какое количество распределено в связанной/свободной форме. В отличие от перорально принимаемых КС, ИГКС в значительной мере подвергаются первому эффекту прохождения через печень, поэтому биодоступность их низкая с колебаниями от 1% (флютиказон) до 25% (триамсинолон.) Для ИГКС характерен быстрый системный клиренс (CL), величина которого примерно одинакова с величиной печеночного кровотока. В случае беклометазона величина его системного клиренса преобладает над величиной печеночного кровотока, и это указывает на наличие внепеченочного метаболизма препарата, приводящего к образованию его активного метаболита.

(Данные о клиренсе последнего в литературе отсутствуют).

Величина периода полувыведения (Т|/2) из плазмы крови любого препарата зависит от объема распределения (Vd) и величины системного клиренса и является показателем скорости изменения концентрации, а не величины самой концентрации. Как правило, на него ориентируются для определения кратности введения лекарственных средств, но не в случае ингаляционных ГКС.

Несмотря па рекомендации Американского торакального общества и некоторых авторов, предлагающих назначать их как обычные препараты 2-4 раза в день по 2-4 вдоха, ИГКС целесообразно назначать 2 раза в день вне зависимости от величины T1/2 для обеспечения большей безопасности, в целях профилактики как местных, так и возможных системных НЭ. Кроме того, если абсорбция препарата происходит медленно, необходимо учитывать конечный Т1/2 из периферической камеры, который будет отличаться от Т1/2 после внутривенного введения. Это характерно для флютиказона, конечный Т1/2 которого составляет 10 час и более, а после внутривенного введения — 7-8 час, и это является показателем того, что препарат абсорбируется только из легких, и что он относительно длительно находится в легких после ингаляции. Сходные данные были обнаружены и после ингаляции триамсинолона, где T1/2 после ингаляции в 2 раза превышает T1/2 после внутривенного введения. Конечные T1/2 будесонида и флунизолида остаются короткими после ингаляции, что указывает на одинаково быструю абсорбцию обоих препаратов из легких и желудочно-кишечного тракта.

Применение ИГКС вне обострения ХОБЛ (поддерживающее лечение) Местное применение КС в ингаляционных формах преследует цель блокирования локальных воспалительных процессов и местного повреждения тканей в результате высвобождения медиаторов воспаления, цитокинов, токсичных метаболитов и др., поступающих преимущественно из аггрегированных и адгезированных нейтрофилов в дыхательных путях.

Опубликованные данные об эффективности ИГКС, так же как и системных, весьма противоречивы. С одной стороны, это связано с тем, что у больных ХОБ, имеющих выраженную обструкцию дыхательных путей с необратимыми изменениями стенок бронхов — фиброзом — затрудняется доставка ингалированного препарата. С другой стороны, природа воспалительного процесса в дыхательных путях у больных ХОБЛ носит иной нежели, чем при астме, характер, и он относительно резистентен к противовоспалительному действию КС в любой форме. Имеет значение и длительность проводимой терапии. Так, при краткосрочных исследованиях одни исследователи находят полное отсутствие противовоспалительного эффекта как ИГКС (будесонид 800 мкг 2 раза в день), так и системных КС (преднизолон перорально 30 мг/день), назначенных в течение 2 недель (Keatings V. М. et al., 1997), то другие при наличии противовоспалительного эффекта на фоне двухмесячного лечения высокими дозами беклометазона (500 мкг 3 раза в день) отсутствие функционально-клинического ответа. Разноречивость данных при исследовании противовоспалительного эффекта ГКС, возможно, зависит и от степени выраженности воспалительных процессов в дыхательных путях. У больных ХОБЛ вне обострения, принимавших ИГКС в два этапа по 8 недель с периодом отмывания между ними, в мокроте резко снижалось общее количество клеток, нейтрофилов и концентрация Ил-6 во время обоих этапов лечения ИГКС и не изменялись эти показатели в периоде отмывания. Таким образом, с отменой КС показано отсутствие значимых эффектов ИГКС на параметры воспаления при ХОБЛ вне обострения (De Backer W. A.

et al., 1996). В то же время снижение количества нейтрофилов в мокроте при повторном назначении ИГКС наводит на мысль, что их применение, возможно, является более адекватным во время обострения заболевания, однако сведения, подтверждающие такое предположение, в ли тературе отсутствуют.

У тяжелых больных ХОБЛ вне обострения, в отличие от больных БА, эффект высоких доз беклометазона (2 мкг 2 раза), принимаемых в течение месяца, отсутствует при назначении в виде MDI, PDI и даже через небулайзер, так как такой режим дозирования не вызывает улучшения ни в клиническом состоянии, ни в показателях газов крови, ни в объёме физической нагрузки.

Одним из проявлений положительного эффекта ИГКС у больных может быть реакция при тесте с 2-АС: при положительном ответе на 2-АС выявляется лучшая эффективность при лечении КС. Кроме того, в одном из исследований показано, что ответ на ИГКС был лучше у некурящих больных в возрасте менее 40 лет и имеющих аллергию. Поэтому ответ на 2-АС, уровень тотального IgE и фактор курения можно считать независимыми параметрами, предсказывающими эффект на ИГКС, а некурящие больные с обратимостью обструкции могут иметь лучшую эффективность лечения, чем курящие. Большой интерес вызывает факт, что имеющийся эффект ИГКС на низкой дозе не улучшается применением более высоких их доз или даже системных ГКС, что было продемонстрировано P.Weiner et al., (1996), когда больным с ХОБЛ с обратимо обструкцией при тесте с 2-АС с двух недельными периодами отмывания между рандомизацией назначалось последовательно 6-недельное лечение КС: сначала будесонид в дозе 800 мкг, затем будесонид в дозе 1600 мкг и потом перорально преднизон в дозе 40 мг/сутки. Оказалось, что во время лечения будесонидом в дозе 800 мкг ОФВ1 увеличивался с 1,4 до 1,92 л, и потребность в дополнительном приеме 2-АС снизилась. Эти изменения ОФВ1 оставались без динамики при увеличении в 2 раза дозы будесонида и при применении преднизона перорально, равно как не было изменений и на плацебо и у больных, не ответивших на тест с 2-АС, что, возможно, связано с их влиянием только на те механизмы, которые участвуют в формировании обратимости обструкции. В то же время имеются данные, что эффект ИГКС зависит не только от дозы, но конкретно от применяемого препарата. С. Р.

Van Schayck (1996) для мета-анализа из 103 работ, указанных в Medline, выбрал рандомизированных контролируемых исследований с ИГКС у больных ХОБЛ, из них краткосрочных исследований с длительностью лечения от 2 недель до 3 месяцев и только 4 — с длительностью 12-30 месяцев. При анализе выявлено, что во всех исследованиях беклометазон в дозе 1500-3000 мкг/сутки незначительно улучшал параметры функции легких, при этом не оказывая влияния на бронхиальную гиперреактивность, в то время как будесонид в дозе 800-1600 мкг/сутки не вызывал изменений показателей. Более того, ИГКС, даже когда были эффективны, оказывали более слабый эффект по сравнению с пероральным применением. По-видимому, данный факт может служить подтверждением отличия природы хронического воспаления у больных ХОБЛ и БА, с одной стороны, а с другой — что применяемые дозы препаратов являются не сопоставимыми по силе противовоспалительной активности.

Вместе с тем существуют и единичные сведения о том, что длительное лечение (3 года) беклометазоном в дозе 800 мкг/ сутки уменьшало бронхиальную гиперреактивность у больных ХОБЛ, однако в значительно меньшей степени, чем у больных БА.

Остается неясным вопрос, как долго больные ХОБЛ должны продолжать прием ИГКС в качестве поддерживающего лечения, и имеется ли возможность их отмены. В качестве предварительного ответа на этот вопрос можно привести результаты контролируемого 5-летнего проспективного исследования Van Schayk (1995), полученные при терапии ИГКС глюкокортикоидзависимых больных БА и ХОБЛ вне обострения, имеющих ежегодный уровень снижения ОФВ) 80 мл/год и, как минимум, одно обострение в год после двух лет лечения брон холитиками. Больным в последующие два года дополнительно назначали беклометазон 400 мкг раза в день, а затем в конце лечения 16 больных, желающих прекратить прием беклометазона, были включены на полугодовое наблюдение с приемом только бронхолитической терапии. Оказалось, что после отмены ИГКС не выявлялись изменения в уровне ОФВ1 по сравнению с предыдущим 2-летним периодом приема КС. Не были выявлены какие-либо изменения в состоянии больных за исключением увеличения колебания показателя пикфлоуметрии. На основании исследования автор сделал вывод, что у некоторых больных с БА или ХОБЛ после 2- летнего регулярного лечения ИГКС возможна от мена препарата, и это означает, что для определенной группы больных с легкой астмой или ХОБЛ в планировании лечебной тактики можно разработать схему периодического лечения КС.

В последнее время появляется все больше сведений о проявлении положительного эффекта длительного лечения ИГКС на величину ежегодного снижения ОФВ1, при этом подчеркивается способность ИГКС замедлить прогрессирующее снижение ОФВ1. Из законченных и опубликованных работ можно привести результаты, полученные Т. Е. Renkema (1996), к сожалению, охватывающие малое число наблюдений, всего 58 больных ХОБЛ без наличия аллергического компонента.

Сравнивались годовая эффективность ингаляции будесонида 1600 мкг/день с комбинацией будесо нида в той же дозе + преднизолон и преднизолон 5 мг + плацебо с контролем ОФВ1 каждые 2 месяца.

По ежегодному снижению ОФВ1 рассчитывали индивидуальный коэффициент регрессии. Утренний уровень кортизола не изменялся у больных всех групп. Число выбывших было 5 из 18 больных группы плацебо и 2 из 40 больных группы активного лечения. При анализе оказалось, что лечение ИГКС значительно уменьшало симптомы заболевания и прогрессирующее среднее снижение ОФВ1, составляя 60 мл/год в группе преднизолон + плацебо, по сравнению с 40 мл/год в группе будесонид + преднизолон и 30 мл/год в группе будесонида. Таким образом, комбинация будесонида с преднизолоном не была эффективнее, чем один преднизолон, и уровень ежегодного снижения ОФВ действительно уменьшается на фоне лечения будесонидом. В другом исследовании Р. S. Burge et al. (1997) доза беклометазона рассчитывалась в зависимости от массы тела у 98 больных ХОБЛ тяжелого течения, не получавших до этого стероидов. Больных рандомизировали на три группы по величине ОФВ1: менее 0,75 л;

0,75-1,5 л и более 1,5 л. В течение двух лет больные с массой тела меньше 50 кг получали беклометазон в дозе 1500 мкг/сутки и 2000 мкг/сутки — при массе более 50 кг в сопоставлении с группой, получавших плацебо. К концу первого года снижение ОФВ1 составлял 64,8 мл/год на плацебо и до 44,4 мл/год из числа больных, закончивших исследование с беклометазоном. При этом выявлен хороший эффект беклометазона на наклон регрессии ОФВ1 (+ 120 мл/год) и ФЖЕЛ (+ 260 мл/год) по сравнению с группой плацебо: ОФВ1 (+ 96 мл/год) и ФЖЕЛ(- мл/год), соответственно. Полученные результаты ученых оправдывают будущие исследования ИГКС на большом контингенте больных.

И, наконец, следует отметить, что за последнее десятилетие наблюдается медленное нарастание частоты приема ИГКС (с 13,2% в 1987 г до 38 % в 1996 г) и снижение употребления теофиллина с 63,4% в 1987 г до 29,2% в 1996 г при анализе исходно принимаемых препаратов у 551 больного ХОБЛ, включенных в 9 клинических исследований. Нет сомнения, что длительное лечение ИГКС повлечет за собой увеличение стоимости лечения больных ХОБЛ, однако она может компенсироваться значительной экономией в стоимости других мер по охране здоровья.

Заключение Вопрос применения ГКС является составной частью противовоспалительной терапии больных ХОБЛ. Доказано отличающееся от БА наличие воспаления в дыхательных путях при ХОБЛ, что служит основанием для применения ГКС: коротких курсов препаратов системного действия — для купирования острого тяжелого обострения заболевания, а ингаляционных их форм — для длительно го поддерживающего лечения больных вне обострения ХОБЛ;

они способны задерживать прогрессирующее ежегодное снижение ОФВ1. Не вызывает сомнения целесообразность проведения больным пробного лечения системными КС для оценки реакции больного на такое лечение и выработки дальнейшего плана индивидуальной фармакотерапии. Вместе с тем недостаточно разработаны методы контроля за проявлением НЭ системных ГКС и высоких доз ИГКС, особенно при длительном лечении. Также нет разработок в плане эффективного лечения таких серьезных осложнений терапии КС как стероидная миопатия и остеопороз. Поэтому применение системных ГКС у больных ХОБЛ должно являться последней ступенью фармакотерапии, при этом необходимо большое внимание уделять мероприятиям по профилактике возможных местных и системных НЭ.

Несмотря на то, что эффективность длительного, применения высоких доз ИГКС у части больных не вызывает сомнения, нет ясности в адекватности режима их дозирования, в возможности снижения дозы при стабилизации состояния больных, в продолжительности терапии и др. Все эти вопросы требуют дальнейших исследований.

ЛИТЕРАТУРА American thoracic society statement. Standards for the diagnosis and care of patients with chronic obstructive pulmonary disease. Am. J. Respi.r Crit. Care Med., 1995. — v. 152 (5-2 pt2): s 1-119.

Surge P.S.. Daniels J.E.. Calverley P.MA. The Isolde Trial: Results of 14 days oral prednisolone in a group with non-asthmatic COPD. Eur. Respir. J., 1996. — v. 9, suppl. 23: 48s.

Surge P.S., Weir D.C., Bale G.A. A double blind placebo controlled 2 year study of inhaled beclomethasone dipropionate in patients with non-asthmatic COPD. Am. J. Respir. Crit. Care Med., 1997. — v. 155 (4,2-2pts): A279.

Callachan CM.. Dillus RS., Kulz B.P. Oral corticosteroid therapy for patients with stable chronic obstructive pulmonary disease. Ann. Int. Med., 1991. — 114: 216-223.

Chanez P.. Vignola A.M. 0»Smugnessy T. et al. Corticosteroid reversibility in COPD is related to features of asthma. Am. J..Respir. Crit. Care Med. 1997. — 155 (5): 1529-1534.

Cross N.J. COPD management: the question of steroids. J. Respir. Dis., 1996. — 17: 299-303.

De Backer W.A., Pecivova J,. van Overveld F.J., Vermeire P.A. Changes of inflammatory parameters in induced sputum after treatment with inhaled corticosteroids in stable chronic pulmonary disease. Eur. Respir. J„ 1996. — v. 9,suppl23: 152s.

Decramer M, De Bock V., Dom R. Rmctional and histologic picture of ster oid-induced myopathy in chronic obstructive pulmonary disease. Am. J. Respir.

Crit. Care Med. 1996. — 153: 1958-1964.

Derendorffi Pharmacokinetic and pharmacodynamic properties of inhaled cor ticosteroids in relation to efficacy and safety. J. Respir. Med., 1997. — v. 97, suppl A: 22-28.

Jejfery PK. Comparative morphology of the airways in asthma and chronic obstructive pulmonary disease. Am. J. Respir. Crit. Care Med., 1994. — 150: 6 13.

Highlights of the expert panel report 2: Guidelines for the diagnosis and management of asthma. NIH Pulication № 97 — 4051 A;

May 1997. — s 1-50.

Keatings V.M., Jalakanon A, Worsdell Y.M, Barnes P.J. Effects of inhaled and oral glucocorticoids on inflammatory indices in asthma and COPD. Am. J. Res pir. Crit. Care Med., 1997. — 155 (2): 542-548.

Renhema Т.Е. Schouten J.P., Koelen G.H., Postma D.S. Effects of long-term treatment with corticosteroids in COPD. Chest, 1996. — 109 (5): 1156-1162.

Thompson W.H, Nelson СР., Carvalho P. et al. Controlled trial of oral prednisolone in outpatients with acute COPD exacerbation. Am. J. Respir. Crit.

Care Med., 1996. — 154 (2. pti): 407-412.

Van Balkom Rfi, van der Hejden HK, van Herwaarden CL et al. Coiticoster oid-induced myopathy of the respiratory muscles. Neth. J. Med., 1994. — 45 (З):

114-122.

Van Schayck СР., van Gnmsven P.M., De Knhuijzen P.N.R. Do patients with OOPD benefit from treatment with inhaled steroids. Eur. Respir. J., 1996. — v.

9: 1969-1972.

Van Schayck СР., van den Brock P.J., den Otter ].]. et al. Periodic treatment regimens with inhaled steroids in asthma or chronic obstructive pulmo nary disease. Is it possieble? Jama, 1995. — 274 (2): 161-164.

Weiner P., ffsiner M., Pabner M el al. The response to inhaled and oral steroids in patients with stable chronic obstructive pulmonary disease. Eur.

Respir. J., 1996. — v. 9, suppl 23: 110s.

О. Е. Авдеева, С. Н Авдеев, А. Г. Чучалин Современные представления об облитерирующем бронхиолите Введение Облитерирующий бронхиолит (bronchiolitis obliterans) — редкое заболевание из группы «болезней малых дыхательных путей». К бронхиолам относят дыхательные пути (ДП) диаметром менее 2-3 мм, не имеющие хрящевых колец и слизистых желез (Wright et al.,1992).

Различают терминальные (мембранозные) и респираторные бронхиолы. Терминальные (мембранозные) бронхиолы относятся к воздухопроводящим (кондуктивным) ДП, их стенка содержит гладкомышечные клетки. В состав каждой вторичной легочной дольки входит от 4 до 8 терминальных бронхиол с соответствующими им первичными дольками (ацинусами) (Garg etal.,1994). Стенка респираторных бронхиол содержит реснитчатые эпителиальные клетки и альвеолоциты и не имеет гладкомышечных клеток, поэтому респираторные бронхиолы относятся к переходным ДП, т. е. они принимают участие и в проведении воздуха, и в газообмене. Концепция «малых ДП» была предложена J. С. Hogg и соавт., в исследованиях которых при помощи ретроградной катетерной техники впервые была измерена резистентность ДП (Hogg et al.,1968). Как оказалось, на долю малых ДП, общая площадь сечения которых (53-186 см3) во много раз превышает площадь трахеи (3-4 см3) и крупных бронхов (4-10 см3), приходится лишь 20 % от общего сопротивления ДП Поэтому поражение малых бронхиол на ранних этапах может протекать бессимптомно и не сопровождаться изменениями традиционных функциональных тестов, которые обнаруживают, как правило, уже при далеко зашедшем поражении малых ДП.

Частота развития облитерирующего бронхиолита (ОБ) точно не установлена. По данным J.

S. LaDue (1941), ОБ был обнаружен лишь в одном случае из 42 тысяч аутопсий, а в исследовании К- A. Hardy и соавт. (1988), посвященном анализу 3 тысяч педиатрических аутопсий, — в 7 случаях.

Считается, что через крупный пульмонологический университетский центр в год проходит не менее 2 4 больных облитерирующим бронхиолитом (Ezri et al.,1994).

Первое классическое описание ОБ было сделано в 1901 г. W. Lang, который детально осветил морфологическую картину легких 2 пациентов, умерших от быстро прогрессирующей дыхательной недостаточности. Однако на протяжении нескольких десятилетий об этом заболевании не встречалось никаких упоминаний. В 1977 г. D. M. Geddes с соавт. (1977) описал и клинико морфологическую картину ОБ как один из вариантов поражения легких при ревматоидном артрите.

Пожалуй, наибольшее внимание данной проблеме стали уделять после работы G. R. Ep ier и соавт. (1985). Они проанализировали около 2 500 образцов открытой биопсии легких, выполненной в течение 30 лет в университетской клинике Бостона, и обнаружили 67 случаев облитерирующего бронхиолита. В 10 образцах была обнаружена картина поражения только терминальных и респираторных бронхиол — т. е. «классический», или изолированный, бронхиолит, а в 57 случаях наряду с поражением бронхиол наблюдалась своеобразная картина вовлечения в воспалительный процесс альвеол с наличием организованного экссудата в их просвете, этот синдром получил название «облитерирующего бронхиолита с организующейся пневмонией»— ОБОП (bronchiolitis obliterans organizing pneumonia — BOOP) (Epier et al., 1985).

ОБОП был представлен как новый клинико-морфологический синдром, отличный от изолированного облитерирующего бронхиолита, идиопатического фиброзирующего альвеолита или обычного интерстициального пневмонита. Незадолго до Epier схожий синдром описали А. G. Davi son et al. (1983), однако они использовали термин криптогенный организующийся пневмонит — КОП (cryptogenic organizing pneumonitis). Как оказалось, несмотря на одинаковые термины, клинико-морфологические синдромы, описанные D. Geddes и G. Epier, являются по своей сути совершенно различными видами патологии. Облитерирующий бронхиолит, рассмотренный Geddes D., относится к группе обструктивных заболеваний малых дыхательных путей, характеризуется клинической картиной непрерывно прогрессирующей одышки, рентгенологической картиной повышенной прозрачности легочных полей, отсутствием ответа на стероиды и плохим прогнозом.

ОБОП, описанный G. Epier, относится к группе интерстициальных заболеваний легких и характеризуется непродолжительной историей кашля и одышки, лихорадки, слабости, рентгенологической картиной рассеянных пятнистых инфильтратов в легких, хорошим ответом на стероиды и благоприятным прогнозом.

Необходимость четкого разграничения этих двух заболеваний послужила причиной многочисленных дискуссий на страницах ведущих медицинских жур налов (Geddes,1991;

Wood head & duBois,1991;

Colby & Myers,1992). Для избежания терминологической путаницы было предложено использовать в качестве синонимов для «изолированного» ОБ термин «констриктивный бронхиолит» (constrictive bronchiolitis) — этот термин введен в 1973 г. В.

В. Gosink, а для ОБОП — термины «криптогенный организующийся пневмонит» и «пролифера тивный бронхиолит», впервые предложенные, соответственно, A. Davison в 1983 г. и Т. Е. Jr.

King в 1994 г (Garg К. et al.,1994). Наряду с ОБ и ОБОП известны и другие, также довольно редкие заболевания малых ДП: диффузный панбронхиолит (diffuse panbronchiolitis) — заболевание жителей Тихоокеанского региона, характеризующееся поражением пазух носа, бронхиол, развитием бронхоэктазов, колонизацией Pseudomonas aeruginosa, неуклонным нарастанием дыхательной недостаточности (Homma & Yamanaka,1983);

и респираторный бронхиолит, ассоциированный с интерстициальным заболеванием легких (respiratory bronchiolitis with associated interstitial lung disease) — заболевание легких, связанное исключительно с курением, сопровождающееся невыраженными симптомами одышки и кашля, хорошо поддающееся терапии стероидами или просто регрессирующее при отказе от курения (Yousem et al., 1989).

Интерес к ОБ существенно возрос в течение последних 12-15 лет, что связано с бурным развитием транспланталогии во всем мире. Первое сообщение об ОБ, развившемся после трансплантации, принадлежит С. М. Burke et al. (1984), которые описали развитие обособленного заболевания, проявляющегося в виде нарастающей одышки и обструкции дыхательных путей у пациентов, успешно перенесших пересадку комплекса сердце-легкие. Авторы подчеркнули аналогию описанного синдрома с ОБ, вызванным другими причинами, и его отличие от хронического бронхита, обструктивной эмфиземы легких и бронхиальной астмы.

Этиология и патогенез Причины ОБ довольно разнообразны. Это заболевание обычно встречается после трансплантации комплекса сердце-легкие (Burke et al., 1984;

Yousem et al., 1989), двух и одного легких (Cooper et al., 1993;

Kelly& Hertz, 1997), костного мозга (Breuer et al., 1993), после вирусных инфекций (Ham,1964;

Hardy et al., 1988;

Diaz et al., 1997), ингаляции токсических веществ (Weiss & Lakshminarayan, 1994), на фоне диффузных заболеваний соединительной ткани — ДЗСТ (Geddes et al., 1977;

Begin et al., 1982;

Godeau et al, 1991;

Porter, 1992;

Pegg et al., 1994), воспалительных заболеваний кишечника (Ca mus et al., 1993), на фоне приема некоторых медикаментов (Schwartzman et al., 1995), лучевой терапии (Kaufman & Komorowsky, 1990), синдрома Стивена-Джонсона (Tsunoda et al., 1990), IgA-нефропатии (Hemandes J.L. et al., 1997). Основные причины ОБ перечислены в табл. 29.1. В большинстве случаев удается выяснить причину развития ОБ, идиопатические формы встречаются реже (Woodhead & duBois, 1991). Наиболее хорошо изучены формы ОБ, развившегося после трансплантации.

Таблица 29. Основные состояния, ассоциированные с облитерирующим (констриктивным)бронхиолитом Посттрансплантационны пересадка легких, е осложнения комплекса сердце-легкие, костного мозга Диффузные заболевания ревматоидный артрит, соединительной ткани системная красная волчанка, синдром Шегрена Mycoplasma pneumo Инфекции nia, RSV, CMV, Adenovirus, HIV и др.

Осложнения D-пеницилламин, медикаментозной терапии препараты золота, сульфасалазин Ингаляции токсичных окислы серы, азота, веществ фосген и др.

Воспалительные заболевания кишечника Осложнения лучевой терапии Синдром Стивена-Джонсона Идиопатический (криптогенный) ОБ Считается, что ОБ является проявлением неспецифичных тканевых реакций на различные повреждающие стимулы на уровне мелких дыхательных путей. После повреждения эпителия бронхиол происходят миграция и пролиферация мезенхимальных клеток в просвет и стенки брохиол, приводя в конечном итоге к депозии в них соединительной ткани.

Первичным событием при ОБ часто является некроз бронхиолярного эпителия и денудация базальной мембраны в ответ на повреждающие стимулы (токсичные пары, вирусы и др.), что приводит к избыточной продукции различных регуляторных пептидов: факторов роста, цитокинов и адгезивных молекул. При аутоиммунных, лекарственных, посттрансплантационных ОБ первичным звеном патогенеза может быть повышение экспрессии антигенов МНС (major histocompatibil ity complex) 2-го класса на клетках бронхиолярного эпителия, что является результатом локальной продукции цитокинов (Taylor et al.,1989). Данные нарушения приводят к презентации аутоантигенов, Т-клеточной активации, развитию воспаления и фиброзообразования в мелких дыхательных путях, т. е. развивается та же цепь событий, что и при многих других аутоиммунных заболеваниях (Ezri et al., 1994). Воспаление при ОБ, как правило, ассоциировано с наличием в воспалительных инфильтратах цитотоксических Т-лимфоцитов (Hol land et al.,1990). Одним из наиболее вероятных факторов роста, принимающих участие в стимуляции пролиферации фибробластов при ОБ, считается тромбоцитарный фактор роста.

Повышение содержания ТФР было выявлено при бронхоальвеолярном лаваже (БАЛ) у пациентов с активным ОБ (Hertz et al.,1992). Среди цитокинов важную роль при ОБ играют IFN- и интерлейкин 1, генная экспрессия которых увеличена при этом заболевании (Whitehead et al.,1993). Интерлейкин 1 регулирует рост лимфоцитов, их дифференцировку и цитотоксичность при аутоиммунных и инфекционных процессах, a IFN- индуцирует экспрессию антигенов МНС 2-го класса на эпителиальных клетках и регулирует продукцию иммуноглобулинов.

Важную роль в патологии ОБ также играют эпителиальные клетки. Эпителиальные клетки секретируют фибронектин, являющийся хемоаттрактантом для фибробластов (Pardi et al.,1992). Регенерирующие эпителиоциты способны усиливать пролиферацию фибробластов и продукцию компонентов экстрацеллюлярного матрикса (Rennard et al.,1994).

В последние годы все большее внимание получает изучение значения интегринов при фибропролиферативных процессах, т. к. им принадлежит роль адгезии мезенхимальных клеток к компонентам экстрацеллюлярного матрикса. Основными клеточными компонентами грануляционной ткани являются фибробласты и эндотелиальные клетки, а основными протеинами внеклеточного матрикса — фибронектин и фибрин/фибриноген (Kelly & Hertz, 1997). Адгезия клеток к фибронектину происходит при помощи 5 1-интегрина, к фибриногену—при помощи 015 3 интегрина. Блокада процессов адгезии клетки матрикс может ингибировать реакции фиброгенеза и предотвратить развитие и прогрессирование ОБ, поэтому изучается возможность вмешательства в воспалительный процесс на этом этапе (Walhetal.,1994).

Морфологическая картина Гистологическая картина ОБ характеризуется концентрическим сужением преимущественно терминальных бронхиол, которые частично или практически полностью облитерированы грубой рубцовой соединительной тканью, располагающейся в подслизистом слое и/или в адвентиции (Colbv & Myers, 1992). Другой важной особенностью морфологической картины является наличие бронхиолярного или перибронхиолярного хронического воспалительного инфильтрата различной плотности, развитие бронхиолоэктазов со стазом секрета, скоплением макрофагов, формирующих слизистые пробки в люминальном отделе бронхиол. Возможными элементами гистологической картины могут быть гипертрофия гладкой мускулатуры терминальных бронхиол и некроз бронх иолярного эпителия, также могут присутствовать гиперплазия бокаловидных желез и метаплазия бронхиального эпителия (Kellv & Hertz, 1997). На ранних этапах развития ОБ может быть представлен картиной бронхиолярного воспаления с минимальным рубцеванием или только лимфоцитарным воспалением без признаков фиброзообразования (lymphocytic bronchitis) (Yousem, 1993). Если процессы фибропролиферации сопровождаются перибронхиолярными лимфоцитарными инфильтратами то ОБ расценивается как активный, если же лимфоцитарные инфильтаты отсутствуют, то ОБ считается неактивным (Kelly & Hertz, 1997). Паттерн морфоло гического повреждения обычно «пятнистый» (patchy distribution), т. е насяду с грубыми изменениями паренхимы встречаются и сохранные структурно-анатомические единицы (Wright et al., 1992).

При ОБ обычно поражаются терминальные бронхиолы, вовлечения в воспалительный процесс респираторных бронхиол, альвеолярных ходов альвеолярных мешочков и альвеол, как правило, не бывает. Может наблюдаться развитие интерстициального фиброза, однако он никогда не достигает такой выраженности, как при классических инфекционных заболеваниях легких Кроме малых дыхательных путей, в процесс воспаления также вовлекаются и крупные бронхи, где часто обнаруживают развитие цилиндрических бронхоэктазов, слизистых пробок, гнойного экссудата и хронического воспалительного инфильтрата, состоящего из лимфоцитов, макрофагов и плазмати ческих клеток (Yousem et al., 1990).

При посттрансплантационном ОБ характерной морфологической находкой является поражение легочных сосудов: фрагментация базальной мембраны, склеротические изменения в артериях мышечного и эластического типов и в мелких венах и венулах (Scott et al., 1997).

Данные изменения характерны для реакции хронического отторжения, наблюдающегося и в других солидных органах.

Диагностика Диагноз ОБ обычно основывается на данных анамнеза, клинической картины, физикального обследования, рентгенологической картины грудной клетки и результатах других методов исследования (газового анализа артериальной крови, БАЛ), но наиболее надежным методом диагностики является гистологический.

Клиническая картина ОБ в немалой степени зависит от его причины. Так, заболевание развивается остро после ингаляций НС1 и S02 или после вирусных инфекций, «отсроченно», т. е.

после светлого промежутка, — после ингаляции N02, и незаметно, или «исподволь», — при диффузных заболеваниях соединительной ткани и после трансплантации (Ezri et al., 1994).

Клиническая картина соответствует классическому описанию (Geddes et al., 1977).

Прогрессирующая одышка является кардинальным признаком заболевания. Сначала одышка появ ляется только при физической нагрузке, однако в дальнейшем отмечается довольно быстрое нарастание тяжести диспноэ, малейшее напряжение вызывает одышку. Одышка часто сопровождается малопродуктивным кашлем. При аускультации на ранних этапах развития заболевания выслушиваются сухие свистящие хрипы, особенно в базальных отделах, иногда слышен характерный инспираторный «писк», однако по мере нарастания гиперинфляции легких дыхание ослабевает, и хрипы практически исчезают. В некоторых случаях дебют заболевания напоминает картину вирусного бронхита: острое или подострое начало, сухой кашель, свистящее дыхание, субфебрильная лихорадка. Но симптомы носят «застывший» характер — отсутствует какое-либо улучшение или разрешение заболевания (King, 1989). Хотя ОБ и относится к болезням малых дыхательных путей, часто в процесс вовлекаются и крупные бронхи, что проявляется клиническими симптомами бактериальной суперинфекции или бронхоэктазов. Как и при бронхоэктазах другой природы, часто обнаруживают хроническую колонизацию Pseudomonas aeruginosa и Aspergil lus fumigatus, данные возбудители обычно персистируют при снижении FEV1 до 1,5 л, или 40 % от нормы (Scott et al., 1997). Высокая лихорадка и продуктивный кашель обычно являются признаками бактериальной суперинфекции, которая иногда может стать непосредственной причиной смерти больного ОБ (Chaparo et al., 1994). Прогрессирование заболевания у многих пациентов имеет скачкообразный или ступенчатый характер — периоды ухудшения общего состояния и функциональных параметров чередуются с периодами относительно стабильного состояния (Kelly & Hertz, 1997). На поздних стадиях заболевания развивается диффузный теплый цианоз, выраженное напряжение вспомогательных респираторных мышц шеи, «пыхтящее» дыхание, что дало повод Burke и соавт, назвать больных ОБ «синими пыхтелыциками» (Burke et al., 1984).

Стандартные рентгенограммы грудной клетки часто оказываются без изменений, хотя могут наблюдаться признаки гиперинфляции (гипервоздушности) легких, реже определяется слабовыраженная диссеминация по очагово-сетчатому типу. Иногда легочные объемы даже уменьшены, как, например, при синдроме Маклеода или посттрансплантационном ОБ. В целом, изменения рентгенологической картины находят не более чем в 50 % всех случаев ОБ (Zampatory et al,. 1992).

Более чувствительным диагностическим методом является компьютерная томография высокого разрешения (КТВР) — изменения обнаруживают более чем в 90 % случаев (Zompatori et al., 1997). Неизмененные бронхиолы, особенно расположенные интралобулярно (диаметр мм), не визуализируются на КТВР, потому что толщина их стенки не превышает 0,2 мм, т. е. менее разрешающей способности метода (Muller & Muller, 1995). При развитии в бронхиолах пато логического процесса (перибронхиального воспаления, фиброза, экстралюминальной экспансии, эндобронхиального развития грануляционной ткани) происходит значительное утолщение стенки бронхиол, и они начинают визуализироваться. Различают прямые и непрямые диагностические признаки ОБ, обнаруживаемые при помощи КТВР. К прямым признакам ОБ относятся мелкие разветвленные затемнения (branching opacities), или центролобулярные узелки, отражающие перибронхиальные утолщения, слизистые пробки и бронхиолоэктазы. Прямые признаки встречаются лишь в 10-20 % (Muller & Muller, 1995).

Наиболее частыми непрямыми признаками ОБ являются бронхоэктазы и участки мозаичной олигемии, особенно хорошо выявляемыми на выдохе (около 70%) (Stem et al., 1995). При синдроме Маклеода при помощи КТВР истинные бронхоэктазы выявляют в 30-100 % всех исследований (Hartman et al., 1994;

Teeletal., 1996).

Мозаичная олигемия имеет «пятнистый», или «географический», тип распространения и является результатом гиповентиляции и «воздушной ловушки» в сегментах и дольках (Muller & Muller, 1995). Облитерация бронхиол сопровождается вторичной вазоконстрикцией, развивающейся как следствие локальной гипоксии. Мозаичная олигемия может быть единственным КТВР-признаком поражения бронхиол и иногда выявляется исключительно при выдохе (Teel et al., 1996). На выдохе области паренхимы легких, соответствующей неизмененным бронхиолам, становятся более плотными, в то время как пораженные сегменты остаются сверхпрозрачными, т. к.

облитерация бронхиол препятствует полной эвакуации воздуха — феномен «воздушной ловушки».

Благодаря различию в плотности нормальных и пораженных отделов паренхимы (нормальные сегменты выглядят как более плотные — псевдозатемненными), а также перераспределению кровототока в сторону непораженных сегментов, может создаваться феномен «псевдоматового стекла» (Muller & Muller, 1995). Однако данный феномен отличается от паттерна заболеваний с признаками истинного «матового стекла» тем, что при последнем сосуды одинакового порядка и расположенные на одном и том же уровне (в зонах с повышенной и пониженной плотностью) имеют одинаковый калибр и, кроме того, на экспираторных сканах не выявляется «воздушной ловушки» (Zompatori et al., 1997).

Признаки дезорганизации и деструкции легочной паренхимы, буллёзные изменения при ОБ, как правило, отсутствуют, что позволяет четко отграничить ОБ от эмфиземы легких (Teel et al., 1996).

КТВР позволяет также отличить ОБ от другой более частой причины обструкции дыхательных путей — бронхиальной астмы, так, после фармакологических проб с бронходилататорами при астме зоны «воздушной ловушки» или исчезают, или существенно уменьшаются.

В тех редких случаях, когда поражение бронхиол является диффузным, и отсутствует неравномерность или «пятнистость» КТВР-изменений, основным диагностическим признаком, наряду с повышенной прозрачностью и диффузной олигемией, является отсутствие уменьшения легочных объемов во время выдоха (Zompatori et al., 1997).

Функциональные тесты. По данным тестов функции внешнего дыхания (ФВД) выявляется обструктивный паттерн: уплощение кривой поток-объем, снижение скоростных потоковых показателей, повышение статических легочных объемов. Обструкция, как правило, необратимая.

Наиболее чувствительным функциональным изменением является снижение показателя максимального среднеэкспираторного потока (FEF25-75) (Wright et al., 1992). Инфекции дыхательных путей также могут вызвать изменения этого показателя, и, хотя V. А. Stames et al.

(1989) показали, что снижение FEF25-75 больше выражено при ОБ, чем при инфекционных бронхобронхиолитах, такая информация вряд ли может помочь в дифференциальной диагностике этих процессов. Существуют определенные закономерности изменения функциональных показателей: раньше всего происходит снижение FEF25-75 при относительно нормальной величине объема форсированного выдоха за одну секунду (FEV1), затем вскоре происходит и снижение форсированной жизненной емкости (FVC), сопровождающиеся значительным повышением остаточного объема легких (RV). Показатель FEV1 претерпевает большие изменения, чем FVC, что закономерно приводит к снижению соотношения FEV1/FVC (коэффициента Тиффно).

Очень чувствительным методом для выявления поражения малых дыхательных путей является тест вымывания азота при одиночном вдохе. Так, в недавно проведенном исследовании М.

Giljam et al. (1997) было показано, что при посттрансплантационном ОБ наклон альвеолярного плато (фаза 3) является более ранним и более специфическим показателем, чем FEVi. При посттрансплантационном ОБ может присутствовать и небольшой рестриктивный компонент, проявляющийся снижением общей емкости легких (TLC), что, вероятнее всего, является следствием постоперационных изменений грудной клетки (Theodore, 1990). Диффузионная способность легких (DLCO) обычно умеренно снижена.

Изменения газового состава артериальной крови обычно несколько отличны от такого при других обструктивных заболеваний легких — чаще находят гипоксемию и гипокапнию, гиперкапния крайне редка (Burke et al., 1984). Характерно расширение альвеоло-артериального градиента до 20 мм рт. ст. и выше. Еще одним диагностическим тестом, который может иметь определенное значение для оценки активности ОБ, является определение окиси азота (eNO) в выдыхаемом воздухе. Вьщыхаемый NO признан адекватным маркером для неинвазивной оценки воспаления дыхательных путей при бронхиальной астме, муковисцидозе, бронхоэктатической болезни (Singhn et al., 1997). Исследования, посвященные eNO при ОБ, пока немногочисленны и довольно противоречивы. Так, в исследовании S. Lok et al. (1997) не было замечено различий по уровню eNO в посттрансплантационный период между пациентами с ОБ и без ОБ. С другой стороны, в работе G. М. Verieden et al. (1997), также посвященной посттрансплантационному ОБ, про демонстрированы достоверные различия по уровню eNO между здоровыми добровольцами (9± ppb), пациентами без ОБ (11±3 ppb) и пациентами с ОБ (22±12 ppb).

Бронхоскопия, биопсия легких и БАЛ. Бронхологическая картина обычно не имеет характерных особенностей, так как патологические изменения локализуются дистальнее бронхов, доступных обзору, однако бронхоскопия позволяет получить биопсийный материал и выполнить БАЛ.

Трансбронхиальная биопсия (ТББ) признана довольно ценным диагностическим методом при ОБ, так как может многократно выполняться у одного и того же больного, однако чувствительность ТББ колеблется от 15 до 60 % по сравнению с «золотым» стандартом диагностики — открытой биопсией легких (Кеllу & Hertz, 1997). Низкая чувствительность связана с неравномерностью распространения патологических изменений и небольшим объемом биопсийного материала (Yousem et al., 1994). Специфичность ТТБ довольно высока, т. е. при наличии в биоптате морфологической картины ОБ вероятность развития ОБ велика. Компьютерно-томографическое исследование может помочь более точно определить локализацию для возможной биопсии легких.

Результативность ТББ повышается при взятии нескольких биоптатов, некоторые авторы рекомендуют производить забор от 6 до 12 биоптатов (Kelly & Hertz, 1997). Когда образцы ткани легких, полученные при ТББ, неинформативны, проводится открытая биопсия легких или торакоскопическая биопсия. Перспективным методом ранней диагностики посттрансплантационного ОБ является определение экспрессии антигена МНС класса 2 на клетках эпителия бронхиол, полученных при ТББ (Taylor et al., 1989). Цитологический анализ БАЛ практически не несет какой-либо информации при развитии ОБ, большее значение придается исследованию неклеточных компонентов (или растворимых факторов) БАЛ, которые являются возможными маркерами иммунновоспалительных процессов при ОБ. При посттрансплантационном ОБ изучалось значение таких растворимых факторов БАЛ как рецепторы IL-2 (Jordan et al., 1992), цитокины IL-6 и TNF- (Hausen et al., 1994), IL-8 (Riise et al., 1997). Хотя перечисленные факторы могут отражать процессы иммуной активации и воспаления дыхательных путей, ни один из этих маркеров не имеет достаточной чувствительности, специфичности и предсказательной ценности при мониторировании воспаления при ОБ. Более универсальное значение имеет маркер активации фиброобразования гиалуронан, который является одним из основных компонентов экстрацеллюлярного матрикса и секретируется фибробластами. Значение уровня этого маркера в БАЛ было показано в нескольких исследованиях, посвященных интерстициальным заболеваниям легких (Milman et al., 1995).

J. Scott et al. (1997) предлагают использование гиалуронана для оценки активности воспаления и при ОБ. В настоящее время практически не существует никаких маркеров ранней фазы ОБ — повреждения бронхиолярного эпителия, таким потенциальным маркером может стать внутриклеточный энзим креатинкиназа (Scott et al., 1997).

Особенности некоторых форм облитерирующего бронхиолита Посттрансплантационный ОБ занимает заметное место в структуре заболеваемости и смертности больных, перенесших трансплантацию комплекса сердце-легкие, двух легких, реже — одного легкого (Levine et al., 1995). В 80-х гг. посттрансплантационный бронхиолит развивался в 30 80 % после пересадки комплекса сердце-легкие, летальность при этом осложнении превышала 80 % (Scott et al., 1997). Использование более агрессивных схем иммуносупрессии, включая циклоспорин А, азатиоприн, кортикостероиды, позволило значительно снизить частоту развития ОБ — до 20-50 % (McCarthy et al., 1990). Считается, что данный синдром является проявлением реакции отторжения (chronic graft-versus-host reaction) (Griffith et al., 1988).

Также не исключена и роль инфекционного фактора, например, вирусные инфекции (цитомегаловирус — CMV, респираторно-синцитиальный вирус — RSV, вирус парагриппа— pa rainfluanzae), к которым особенно уязвим больной после трансплантации (Dauber et al., 1990). Так, замечена существенная корреляция между частотой развития CMV-пневмонита и развитием ОБ (Rubin,1989). Еще одним фактором риска развития ОБ является хроническая ишемия дыхательных путей трансплантированного легкого (Bando et al.,1995). ОБ может развиться практически в любые сроки после трансплантации, хотя наиболее типичным является начало заболевания через 8-12 месяцев после операции. Ведущей жалобой является прогрессирующая одышка. Пациенты с посттрансплантационным ОБ, как правило, имеют нор мальную рентгенологическую картину, нарушение ФВД по обструктивному типу (снижение FEF25 75), отсутствуют цитологические или микробиологические признаки инфекционного процесса (Kel ler et al.,1995).

Ввиду особо неблагоприятного прогноза ОБ в настоящее время считаются оправданными ранние многократные инвазивные диагностические методы — ТББ, БАЛ, что позволило значительно улучшить диагностику этого опасного осложнения. Так как пациенты могут иметь гистологические признаки ОБ без клинических и лабораторных нарушений, и, наоборот, существует вероятность ложноотрицательных результатов ТББ при наличии прогрессирующей одышки и изменении ФВД считается оправданным выделения синдрома ОБ (bronchiollitis obliterans syndrome). Для унификации оценки тяжести и определения терапевтических программ ОБ Международным Обществом Трансплантации Сердца и Легких разработана классификация синдрома ОБ (Cooper et al.,1993) (табл. 29.2).

Таблица 29. Клиническая классификация синдрома облитерирующего бронхиолита Определить «базальный» уровень FEV i как среднее двух наилучших предшествующих измерений Сравнить С FEV1 80 % от настоящее значение тепень «базального» FEV1 с «базальным»: С FEV1- 66- 79 % от тепень «базального» С FEV1 — 51 — 65 % от тепень «базального» С FEV1 50 % от тепень «базального» Оценить — нет признаков гистологическую облитерирующего бронхиолита (или нет картину :

биопсии) — облитерирующий бронхиолит После пересадки костного мозга ОБ развивается несколько реже — у 10 % пациентов с реакциями отторжения. Бронхиолит обычно развивается через 6 месяцев после трансплантации, хотя возможно развитие в любые сроки в течение 2-20 месяцев (Breuer et al.,1993). Чаще страдают пациенты, которым трансплантация аллогенного костного мозга производилась по поводу апластической анемии или хронического миелолейкоза (Wyatt et al.,1984). Однако развитие ОБ не всегда можно объяснить реакциями отторжения. Н. L. Paz и соавт. (1992) описали развитие ОБ у двух пациентов, перенесших аутологичную трансплантацию костного мозга по поводу лимфомы.

Клиническая и морфологическая картина ОБ этого типа не отличается от ОБ другой природы, хотя некоторые авторы подчеркивают, что течение ОБ после трансплантации костного мозга может ослож няться развитием легочных инфекций, пневмотораксом и пневмомедиастинуMOM (Breuer et al., 1993). Летальность при ОБ через 3 года после трансплантации около 65 % (dark et al., 1989).

Другой большой группой заболеваний, при которых может встречаться ОБ, являются диффузные заболевания соединительной ткани. Почти исключительно ОБ встречается при ревматоидном артрите (Geddes et al., 1977;

King, 1989), хотя и имеются единичные сообщения о возможности развития заболевания при ювенильном ревматоидном артрите (Pegg et al., 1994), системной красной волчанке (Godeau et al., 1991;

Porter, 1992;

Beylott et al., 1994) и при синдроме Шегрена (Nemeto et al., 1991). Как уже упоминалось, впервые ОБ при ревматоидном артрите был описан D. Geddes et al. (1977). Однако до сих пор существуют сомнения, является ли ОБ осложнением основного заболевания или результатом лечения этих больных D-пеницилламином. Но если из 6 больных, описанных Geddes, этот препарат принимали трое, то в группе пациентов, рассмотренных R. Begin и соавт. (1982), из шести человек с ОБ на фоне ревматоидного артрита D-пеницилламин принимал только один больной. Чаще ОБ развивается у пациентов, имеющих длительный анамнез ревматоидного артрита, в основном у женщин в возрасте 50-60 лет. Заболевание характеризуется резистентностью к терапии стероидами, развитием неуклонно прогрессирующей дыхательной недостаточности, приводящей к гибели больного.

Рентгенологическая картина легких выявляет выраженную гиперинфляцию, а функциональные легочные тесты — обструктивный тип нарушения вентиляции с развитием синдрома воздушной ловушки. Прогноз ОБ на фоне диффузных заболеваний соединительной ткани крайне неблагоприятный: выживаемость больных не превышает 1-1,5 года.

ОБ может явиться осложнением некоторых легочных инфекций. Чаще всего причиной являются вирусные инфекции: RSV, Adenovirus, Rhinovirus, Coronavirus, Varicella zoster, CMV и другие (Ham, 1964;

Ezri et al., 1994). Описано развитие ОБ при Mycoplasma pneumonia (Prabhu et al., 1991). В детском возрасте наиболее частыми фоновыми заболеваниями для развития ОБ являются легочная дисплазия у недоношенных детей и, возможно, муковисцидоз (Hardy et al., 1988). F. Diaz et al. (1997) описали развитие ОБ у пациента с ВИЧ-инфекцией (СD4-лимфоциты = 0,168109 /л, 17 %) при отсутствии других инфекционных ос ложнений. Последствием вирусного бронхиолита может быть синдром Маклеода (Macleod syn drome) или Свиера-Джеймса (Swyer- James syndrome): развитие одностороннего сверхпрозрачного легкого, гипоплазии легочной артерии и бронхоэктазов. Другой редкой причиной инфекционного ОБ является плесневой гриб Aspergillus fumigatus, заболевание описано у двух пациентов с выраженными нарушениями иммунитета, в одном случае ОБ сочетался с бронхоцентрической гранулемой (Sieber et al., 1994).

Лекарственный ОБ встречается относительно редко. Отмечена связь этого заболевания с такими препаратами, как D-пеницилламин (Epier et al., 1979), сульфасалазин (Gabazza et al., 1992), препаратами золота (Holness et al., 1983;

Schwartzman et al., 1995), тиопронином (Demaziere et al., 1993), амфотерицин В (Roncoroni et al., 1990).

Клиническая картина и течение заболевания напоминают ОБ на фоне диффузных заболеваний соединительной ткани или после трансплантации. Близок к лекарственному ОБ, развивающийся на фоне употребления пищевых продуктов. В августе 1995 г на Тайване описано 23 случая ОБ у женщин молодого и среднего возраста, принимавших внутрь с целью похудания сок тропического овоща Sauropus androgynus (Lai et al., 1996;

Geret al., 1997).

Ассоциация постингаляционного ОБ отмечена с широким спектром токсичных веществ:

диоксид азота, диоксид серы, хлор, аммиак, фосген, хлорпикрин, хлорид и стеарат цинка, трихлорэтилен, гидрогены серы и фтора, карбонилы никеля и железа, пентахлорид серы (Weiss, 1994;

Ezri et al., 1994), не исключается также и роль термического фактора (Jaspar et al.,1982). Обычно ингаляциям токсических веществ подвержены работники промышленных предприятий, особенно там, где производятся или используются горючие материалы, проводится выплавка металлов, сварка и т. д. (King, 1989). Повреждения бронхиол вызываются различными путями, однако чаще всего повреждающие вещества являются либо сильными кислотами, либо сильными основаниями, либо окислителями. Морфологическое повреждение нередко развивается под влиянием двух и более факторов. Пожалуй, эта форма ОБ является наиболее «мягкой» по течению и благоприятной по прогнозу по сравнению с ОБ другой природы. Клинические симптомы обычно перманентны, возможно полное выздоровление, однако могут развиваться тяжелые морфологические повреждения, приводящие к выраженной дыхательной недостаточности.

Лечение ОБ считается заболеванием с крайне плохим ответом на проводимую терапию, и потому с неблагоприятным прогнозом. Ввиду того, что заболевание чаще всего диагностируется на стадии развития в бронхиолах грубых фиброзных изменений, никакая противовоспалительная терапия не может вызвать обратного развития процесса. Целью терапии является не восстановление нормального морфофункционального состояния легких, а стабилизация воспалительного и фибропролиферативного процессов и предотвращение дальнейшего прогрессирования заболевания (Paradis et al., 1993). Иногда при ранней диагностике заболевания, когда отсутствуют грубые фиброзные изменения бронхиол, «агрессивная» терапия позволяет добиться регрессии патологического процесса.

Терапией выбора являются глюкокортикостероиды: обычно назначается преднизолон per os в дозе 1 -1,5 мг/кг массы тела (King, 1989), метилпреднизолон внутривенно — до l г/сутки в течение 3-5 дней. Применение преднизолона в дозе 60-100 мг в сутки в течение 6-8 недель рекомендовано при постингаляционном ОБ (Kizer, 1984). Применение стероидов у детей при развитии ОБ после вирусных инфекций должно быть ограничено лишь тяжелыми формами заболе вания (Hardy et al., 1988). При ревматоидном артрите и лекарственном ОБ стероиды чаще всего неэффективны.

Однако следует учесть, что несмотря на включение в посттрансплантационный период в современные режимы иммуносупрессии трех препаратов — преднизолона (0,2 мг/кг/сутки), циклоспорина А (концентрация в цельной крови 600-800 нг/мл) и азатиоприна (1-2 мг/кг/сутки), примерно у трети пациентов все равно развивается ОБ, т. е. даже цитостатики не гарантируют успеха лечения таких больных. Существуют единичные сообщения о возможности успешного применения циклофосфамида при ОБ — В. Godeau et al. (1991) добились значительного улучшения состояния больной ОБ на фоне системной красной волчанки, применяя следующую схему:

в первые пять дней назначали циклофосфамид в дозе 4 мг/кг внутривенно, а затем переходили на длительный прием препарата per os в дозе 2 мг/кг. Также эффективность циклофосфамида была отмечена при терапии больного ОБ, развившимся после трансплантации одного легкого: назначение препарата внутрь в дозе 50-75 мг/кг/сутки к 3-му месяцу привело к восстановлению FEV| и улучшению вентиляционно-перфузионных отношений в пересаженном легком (Fabri et al., 1997). Перспективным направлением терапии ОБ является применение новых иммуносупрессивных препаратов, таких как Tacrolimus (FK506), Mycopheolate Mofetil (MMF), SiroliiTius (Rapamycin). Получены первые положительные результаты при использовании препарата FK. 506 (концентрация в цельной крови 10-20 нг/мг) у больных с синдромом ОБ (Wiebeetal.,1997).

В посттрансплантационном периоде в нескольких исследованиях было продемонстрировано положительное влияние так называемой «цитолитической» терапии на течение ОБ. Применение антилимфоцитарных антител ОКТ-3 и ATG (antithymocyte globulin) позволяет либо стабилизировать, либо замедлить прогрессивное падение показателя FEV| (Kesten et al., 1996;

Snell, 1996), однако следует отметить, что, несмотря на эффективность антилимфоцитарных препаратов, они обладают значительной токсичностью и поэтому могут применяться не более 10-14 дней (Ross, 1996).

В некоторых ситуациях большое значение имеют ингаляционные глюкокортикостероиды, особенно улучшение наступает при развитии ОБ после ингаляции N02 (King, 1989). Они должны применяться при первых симптомах постингаляционного ОБ с первых же часов заболевания.

Ингаляционные кортикостероиды также эффективны при поствирусном ОБ у детей (Wong et al., 1997) — применение будесонида в дозе 150 мкг дважды в день позволило значительно уменьшить дневные и ночные симптомы, включая кашель и эпизоды свистящего дыхания. Ингаляционные кортикостероиды могут оказаться эффективными даже в тех случаях, когда высокие дозы внутривенных стероидов не приносят успеха: в двух контролируемых исследованиях получены положительные результаты при применении будесонида в дозе 2 000 мкг 2 раза/день (Takaoetal., 1995) и флютиказона в дозе 1 000 мкг 2 раза/день (Speich et al., 1997) у пациентов с ОБ, развившимся после трансплантации комплекса сердце-легкие или легких. В недавно проведенном исследовании (Iacono et al., 1996) была продемонстрирована высокая эффективность ингаляционного циклоспорина А: ингаляция препарата в дозе 300 мг (концентрация в крови нг/мл) привела к улучшению гистологической картины легочных биоптатов и функциональных показателей у 7 из 9 обследуемых больных с посттрансплантационным ОБ. Эффективность ингаляционной терапии объясняется достижением более высоких «пиковых» концентраций препаратов в тканях (Кееnаn et al., 1992), чем при назначении системных препаратов;

кроме того, из за значительного снижения кровотока в слизистой бронхов и бронхиол при ОБ системные препараты не в состоянии достичь такой же концентрации в тканях, которую обеспечивает ингаляционная терапия (Takao et al., 1991).

Некоторые авторы предлагают применение колхицина для терапии ОБ, так как этот препарат обладает важными антифиброзными и иммуномодулирующими эффектами и является относительно безопасным препаратом (Ezri et al., 1994). Этиотропная терапия ограничивается, пожалуй, только вирусными ОБ — назначается рибавирин при помощи небулайзера (Rakshi et al., 1994), хотя в некоторых исследованиях целесообразность такой терапии оспаривается (Everaldetal., 1997).

В некоторых ситуациях при ОБ выполняется трансплантация легких (Smith, 1997), в том числе не исключена возможность выполнения повторной трансплантации, по данным 34 центров Северной Америки и Европы в период с 1985 по 1994 г. по поводу посттрансплантационного ОБ было сделано 80 ретрансплантаций легких (Novick et al., 1995), и, хотя выживаемость после повторной трансплантации хуже, чем после первой, тем не менее, хороший эффект был получен у многих пациентов.

При ОБ применяется также и симптоматическая терапия: при развитии гипоксемии — кислородотерапия, при инфекционных осложнениях — антибиотики и противогрибковые препараты, часто применяются ингаляционные симпатомиметики, хотя их эффективность невысока (Horst, 1994).

ЛИТЕРАТУРА Baiido К., Paraclis !.L, Sinilo S. et al. Obliterative bronchiolitis after lung and heart-lung transplantation. An analysis of risk factors and management.

J, Thorac. Cardiovasc. Surg., 1995. — 110: 4-14.

Begin R, Masse S., Cantin A. el al. Airway disease in a subset of nonsmok ing rheumatoid patients. Am. J. Med., 1982.—72:743-750.

Beylolt B.M., Douire M.&, Bletry 0. et al. Bronchiolite obliterante lu pique: difficultes therapeutiques. Rev. Med. Interne 1994;

15:332-335.

Втечет R, Lossos /.&, Berhnan N.. Or R Pulmonary complications of bone marrow transplantation. Resp.Med., 1993.—87:571-579.

Bwke CM, Theodore J., Dawkiiis K.D. et al. Post-transplant obliterative bronchiolitis and other late lung sequelae in human heart-lung transplantation.

Chest, 1984. — 86: 824-829.

Ctinius P., Piaci F., Ashcrofl T. etal. The lung in inflammatory bowel disease. Medicine. — Baltimore, 1993. — 72: 151-183.

dark J.C., Crawford S.W., Madies D.K. et al. Obstructive lung disease af ter allogenic marrow transplantation. Ann. Intern. Med., 1989. — 111: 368-376.

Colby T.V., Myers 3.1* The clinical and histoiogic spectrum of bronchioli tis obliterans including bronchiotitis obliterans organizing pneumonia (BOOP).

Semin. Respir. Med., 1992,— 13: 119-133.

Cooper J.D.. Billingham M., Egan T. et al. A working fonmulation for stan dartization of chronic dysfunction in lung allografts. International Society for Heart Lung Transplantation. J. Heart Lung Transplant., 1993. — 12: 713-716.

Dauber J.H., Ptiradis I.L, Dumnwr J.S. Infectious complications in pulmo nary allograft recipients, din. Chest Med., 1990.— 11: 291-308.

Davison A.G., Heard B.E., McAllisler W.A.C., Turner-Warwick M.E.H. Crypto genic organizing pneumonitis. Q. J.Med., 1983.—52:382-394.

Denmziere A., htmgars Y, Chollet S., Prost A. Non-fatal bronchiolitis obliterans possibly associated with tio-pronin. A case report with long-term follow-up. Br. J. Rheumatol., 1993;

32: 172-174.

Diaz F., Collazos J., Marlinez E., Mayo J. Bronchiolitis obliterans in a patient with HIV infection. Respir. Med., 1997.—91: 171- 173.

Epier G.R.. Colby T.V., McLoud T.C. el al. Bronchiolitis obliterans orga nizing pneumonia. N. Engl. J, Med., 1985.—312: 152-158.

Epier G.R, Slider G.L, Gaenster E.A. el al. Bronchiolitis and bronchitis in connective tissue disease: A possible relationship to the use of penicil lamine. JAMA, 1979. — 242: 528-532.

EveraldM.L, S»'arbrick A., Kgby A. el al. The effect of ribavirin on symp toms and bronchial responsiveness postRSV bronchiolitis. Eur. Respir. J., 1997.

— 10, Suppl. 25: A2189.

Ezri Т., Kunichezky S., ElirazA. el al. Bronchiolitis obliterans — current concepts. Q. J. Med., 1994. —87;

1-10.

Ftibri R., Verleclen G.M., Van Ruenidonck D. el al. Cyclophosphamide for obliterative bronchiolitis after single lung transplantation: A case report.

Eur. Respir. J., 1997. — 10, Suppl. 25: A2330.

Gabazza E.C., Taguchi 0., Yanuikana T. Pulmonary infiltration and skin pigmentation associated with sul-fasalazine. Am. J. Gastroenterol., 1992. — 87:

1654-1657. Talcao M, Katayama Y., Onoda К- et al. Significance of bronchial mu coeal blood flow for the monitoring of acute rejection in lung transplantation.

J.Heart Lung Transplant. 1991;

10: 956- 967.

Tasaka S., Kanazava M., Mori M. et al. Long-term course of bronchiectasis and bronchiolitis obliterans as late complication of smoke inhalation. Respira tion 1995;

62: 40- 42.

Taylor P.M., Rose ML., Yacob MH. Expression of MHC antigens in normal hu man lungs and transplanted lungs wilh obliterative bronchiolitis. Transplanta tion 1989;

48: 506- 510.

Teel G., EngelerC.,TashijanJ.,DuCretR. Imaging of small airways diseases.

Radiographics 1996;

16: 27-41.

Theodore J., Stames V.A., Lewiston NJ. Obliterative bronchiolitis. din.

Chest Med.1990;

11: 309-321.

Tomioka H., King T.E Jr. Gold-induced pulmonary disease: clinical fea tures, outcome, and differentiation from rheumatoid lung disease.

Am.J.Respir.Crit.Care Med. 1997;

155: 1011- 1020.

Tsunoda N., Iwanaga Т., Saito Т. Rapidly progressive bronchiolitis oblit erans associated with Stevens-Johnson syndrome. Chest 1990;

98: 243- 245.

Verieden G.M., Rochete R, Van Raemdonck D. et al. Is there a role for measuring exhaled NO in lung transplant recipients? Eur.RespirJ. 1997;

10(Suppl.25): A0245.

Wahl S., Alien J., Hnes K. et al. Synthetic fibronectin peptides supress arthritis in rat by interrupting leukocyte adhesion and recruitment.

J.din.Invest. 1994;

94: 655- 662.

Weiss S.M, Lakshminarayan S. Acute inhalation injury. din.Chest Med. 1994;

15: 108-116.

Whitehead B.R, Stoehr С., Wu C.J. et al. Cytokine gene expression in human lung transplant recipients. Transplantation 1993;

56: 956-961.

Wiebe К., Hamngen W., Wahlers Т. et al. Effects of FK 506 in Bronchiolitis obliterans syndrome after lung-transplantation. Eur.RespirJ. 1997;

10(Suppl.25):

A0247.

Wong J., Moon S., O'Collaghan C. et al. Inhaled steroids reduce respira tory symptoms following bronchiolitis in infancy: A double-blind, randomized, placebo-controlled study. Eur.RespirJ. 1997;

10(Suppl.25): A2767.

Woodhead MA., duBois R.M Bronchiolitis obliterans, cryptogenic organising pneumonitis and BOOP. Respir.Med. 1991;

85: 177-178.

Wright J.L. Small airway diseases: its role in chronic airway obstruction.

Semin.Respir.Med.l992;

13: 72- 84.

Wright J.L., Cagle P., Chung A. et al. Diseases of the small airways.

Am.Rev.Respir.Dis. 1992;

146: 240-262.

Wyatt S.E., Nunn P., Howls J.M et al. Airway obstruction associated with graft versus host desease after bone marrow transplantation. Thorax 1984;

39:

887- 894.

Yang C.R, Wu MT., Chiang A.A. et al. Correlation of high-resolution CT and pulmonary function in bronchiolitis obliterans: a study based on 24 patients as sociated with consumption of Sauropus androgynus. AJR 1997;

168: 1045-1050.

Yatsunami J., Nakanishi Y., Matsuld H. et al. Chronic bronchobronchiolitis obliterans associated with Stevens-Johnson syndrome. Intem.Med. 1995;

34(8):

772- Yousem S.A. Lymphocytic bronchitis/ bronchiolitis in lung allograftrecipi ents.AmJ.Surg.Pathol.l993;

17: 491-496.

Yousem S.A., Colby T.V., Gaensler E.A. Respiratory bronchiolitis associated interstitial lung disease and its relationship to desquamative inter stitial pneumonia. Mayo din.Proc. 1989;

64: 1373-1380.

Yousem S.A., Paradis I.L., Griffith B.P. et al. Can transbronchial biopsy aid in the diagnosis of bronchiolitis obliterans in lung transplant recipients?

Transplantation 1994;

57: 151- 153.

Yousem S.A., Pardis I.L., Dauber J.A. et al. Large airway inflammation in heart-lung transplant recipients — its significance and prognostic implications.

Transplantation. 1989;

49: 654- 656.

Zompatory M., Poletti V., Rimondi M et al. Imaging of small airways dis eases, with emphasis on high resolution computed tomography. Monaldi Arch.Chest QS. 1997;

52: 242- 248.

С. Ю. Каганов, H. H. Розинова, M. E. Дрожжев, H. А. Геппе Хроническая обструктивная патология легких как проблема пульмонологии детского возраста В настоящее время в педиатрии сформировался крупный раздел — пульмонология детского возраста. Клинические наблюдения больных, обогащенные инструментальными методами функциональных исследований, бронхологии, компьютерной томографии, радионуклидной диагностики, иммунологии, мембранологии, позволяют дифференцировать многообразные формы хронических бронхолегочных болезней у детей. И тем не менее современный педиатр нередко сталкивается со сложными диагностическими, терапевтическими и профилактическими проблемами.

Одна из них — хроническая обструктивная патология. В терапевтической литературе большое распространение получил термин «хронические обструктивные болезни легких», объединяющий бронхиальную астму, хронический обструктивный бронхит и эмфизему легких (Палеев H. Р., 1990;

Чучалин А. Г., 1997). Еще Б. E. Вотчал подчеркивал необходимость выделения из общей массы бронхолегочных болезней патологии, протекающей с обструктивным синдромом. Хронические обструктивные заболевания легких предполагают генерализованную стойкую обструкцию дыхательных путей, связанную с различными комбинациями хронического бронхита, дистального бронхиолита, бронхиальной астмы и эмфиземы (Барроуз Б., 1997). Аналогичную точку зрения высказывает в главе «Хронический бронхит, эмфизема легких и бронхообструктивный синдром» в многотомном издании по внутренним болезням Т. Р. Харрисона Р. Г. Ингрэм младший (1995).

В числе болезней нижних дыхательных путей, относимых многими клиницистами к обструктивным болезням легких, в международной статистической классификации болезней ( пересмотр В03,1992) значится целый ряд нозологических форм, а именно: хронический бронхит простой и слизисто-гнойный (J41) при исключении хронического бронхита обструктивного;

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.