WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Как романы породили права человека Андрей Лазарев ично я всегда знал, что литература — не только чудо из чу дес, но и могучейший инструмент по преображению соци альной реальности. Вот только доказательств

не доставало.

ЛНу разве вспомнить, как некоторые короли «осени Средне вековья», начитавшись куртуазных романов, начинали вести себя настолько по-донкихотски и трубадурски, что проигрывали весьма ответственные войны. Или более современные американские поли тики, ужаснувшись картинами «1984 года», кого-то стали поддержи вать, а кого-то, наоборот, стремились загнать к ногтю. Иногда лите LYNN HUNT. In- ратура влияла на моду: дамы бросали носить корсеты, а благородные venting Human господа напяливали на голову «политически окрашенные» шляпы.

Rights: A History. Однако согласитесь, это все было как-то не убедительно.

London — New York: И тут пришла Линн Хант.

W.W.Norton, 2007. Пришла не откуда-нибудь, не с улицы. Линн Хант — она даже пред 272 р. седателем Американской ассоциации историков однажды была, т. е.

главным американским историком. А до «Изобретения прав челове ка» она издала «Изобретение порнографии» (Inventing pornography, 1500 – 1800. Obscenity and the origins of modernity, 1993). Нет, кроме шу ток. Линн Хант действительно прославленный историк, на счету кото рой «Политика, культура и класс во Французской революции» (1984), книга, которая до сих пор переиздается, которая потрясла такими темами, как «Поэтика власти», и предвосхитила «лингвистический (он же „культурный“) поворот» в истории. Кроме того, она — из влия тельных историков-теоретиков. Благодаря ей вышло в свет более томов серии Studies on the History of Society and Culture, и несколько теоретических сборников: «Правда об истории» (1994) «За пределами культурного поворота» (1999), и, наконец, «Новая культурная история» (1989). Причем ее собственные статьи в этих сборниках теперь входят уже в другие, новые антологии, по истории исторических теорий, на ряду с творениями П. Бурдье, М. Фуко, Х. Уайта и других известных корифеев. На самом деле, на протяжении ряда лет Линн Хант была лидером «новой культурной истории».

И теперь — блистательное, увлекательное «Изобретение»-2.

В чем-то тоже предвосхищающее и намечающее новый поворот Линн Хант. Изобретение прав человека. в истории.

72 ПУ ШК ИН № Э М П А Т И Я К А К У С Л О В И Е П Р А В Ч Е Л О В Е К А n g a e h V C i X e w F e D r P w Click to buy NOW!

m w o w c.

.

d k o c c a r u t Книг об эпохе Просвещения, Войне за независимость, что говорить об универсальных пра- КУЛЬТУРА Французской революции и даже о правах человека — вах, т. е. правах всех людей, стало ес не счесть. Одни досадно академичны, другие прогрессив- тественно. Как писал Дидро, хотя писал еще о «естествен но фривольны. Чего стоит один Роберт Дарнтон, верный ных правах»: у всех есть «внутреннее чувство», что это так, последовать Клиффорда Гирца, который не устает прово- что они существуют.

цировать старорежимную профессуру и радовать сторон- История самой идеи «прав человека» хорошо и давно ников свободного полета мысли. В своем «Фальшивом зубе известна: слово впервые употребил Руссо (1762), его под Джорджа Вашингтона», показав повышенный интерес эпо- хватили Вольтер, Гольбах и Мерсье, а понятие шло от идей хи Просвещения к стоматологии и протезам, он обещает Гроция и Пуффендорфа через дискуссии с Гоббсом и Лок доказать, что и само Просвещение, и его отважные вож- ком. Но что заставило людей так просто ее принять? То, ди, и даже отцы-основатели так же фальшивы, как и про- что рабовладелец Томас Джефферсон и аристократы, мар тезы! кизы Лафайет и Кондорсе, начали убежденно толковать У Линн Хант не так. Ее дерзость заключается не в пере- об очевидности одинаковых прав для всех. Лишь Джеф толковании отдельных идей, не в покушениях на застояв- ферсон немного опомнился, заволновавшись, что этак шихся идолов. Всего лишь — в перемене акцентов. и женщины себе прав потребуют! С рабством в Америке, В книге можно выделить три слоя изложения. Один — как известно, понадобилось бороться еще почти сто лет.

своего рода заявка на ту самую, новую парадигму. На рас- Линн Хант считает, что изменение это было психоло смотрение истории со стороны психологии или, если гическое. «Права человека», хотя и считались естествен угодно, когнитивной психологии. ными, могли возникнуть в созна « » По моему мнению, это самое инте- ИДЕЯ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА нии человека, у которого уже есть два ресное. Второй слой более традици- ценных качества: личная «автоно ПОЧЕМУ - ТО ПОТРЕБОВАЛА онный. Это тот самый, от которого мия» и «эмпатия» (в русском языке, Линн Хант предлагает понемногу от- ДЛЯ СВОЕГО УТВЕРЖДЕНИЯ скорее, соответствует «сочувствию», ходить — история идей. То есть в ко- «сопереживанию», а не «симпатии»).

НАСИЛИЯ В ВИДЕ ДВУХ нечном счете история авторитетов Но «автономия и эмпатия — это куль и их сочинений. Наконец, третий ЛЕТ ТЕРРОРА турные практики, не просто идеи, слой — публицистически-общегума- это телесная отделенность от других нитарный. Это раздумья Хант по поводу истории «прав и уважение к другим». Далее исследовательница просле человека» и нынешних связанных с ними проблем. В по- живает изменения, связанные с отношением к телесно следнем слое изобилуют, даже, можно сказать, «кишат», сти, и объясняет это так: «Понятия телесной целостности весьма неожиданные примеры. Тем не менее именно его и эмпатической самости, прослеживаемые в дальнейших обсуждать почему-то не хочется. Возможно, потому что главах, имеют свою историю, не совсем похожую на ис здесь Хант выходит за рамки своей профессии и сама это торию прав человека, с которой они связаны настолько чувствует. Здесь нет особенных откровений, а есть лишь тесно, что кажется, будто бы изменения во взглядах слу некоторое грустное отчаяние. Его можно разделять или чились все одновременно в середине XVIII в.». Вот эти нет, но это уже дело политических симпатий и личного изменения: стала оспариваться абсолютная власть отца темперамента. над детьми;

зрители стали смотреть спектакли и слушать Итак главный, осевой вопрос, которым задается Линн оперу в молчании;

в живописи портретный жанр сменил Хант: почему авторы первых деклараций, американской исторический;

частная жизнь стала доступной через ро «Декларации независимости» (1776) и французской «Дек- маны и газеты, которые распространялись с бешеной ско ларации прав человека и гражданина» (1789) считали ростью;

пытки стали рассматриваться как нечто непра «права человека» очевидными? Если до них никто этой вильное. Все это имело отношение не только к телесности, очевидности не замечал? И при этом никто из коммента- но и к «чувствительности». «Моя аргументация отсылает торов, исправителей и дополнителей двух текстов на эту к влиянию новых видов опыта, от рассматривания кар тему тоже особенно не распространялся. Значит, для них тин на публичных выставках до чтения исключительно это тоже было дело ясное. Но об очевидном не говорят, популярных эпистолярных романов о любви и браке. Эти и его не декларируют. переживания помогли распространиться практикам авто Ведь даже здесь, в этом маленьком тексте — уже не пер- номии и эмпатии».

вый абзац идет, а о том, что это за «права человека», ни сло- До сих пор все звучит несколько неуверенно. Как заме ва не сказано, и ничего! Потому что всем и так очевидно. чали многие рецензенты, основной аргумент здесь — син Но это сейчас, в начале XXI в., а в конце XVIII в. новизна хронность, которая может быть и простым совпадением, все же явно наличествовала. Однако, едва появившись, что признает и Линн Хант. Совпадением по времени этих идея «прав человека» (прав, как уточняет Линн Хант, под- вышеперечисленных изменений и возникновения и ши разумевающих: 1) естественность 2) равенство для всех рокого распространения идеи прав человека. Но Линн Хант и 3) универсальность распространения) легла на готовую не строит свои рассуждения на одной лишь синхронности.

почву. И проросла декларациями, а потом и законами, чу- Она видит причинно-следственную связь и, вспоминая десно поменявшими столь многое в жизни европейцев. «воображаемые сообщества» Бенедикта Андерсона, говорит Потом, правда, почему-то потребовала для своего утвер- о «воображаемой эмпатии». Тут, говорит она, «нужна вера:

ждения насилия, скажем, в виде двух лет Террора… И тут, ты воображаешь, что кто-то другой — такой же, как ты».

в общем-то, надолго остановилась. Как возникала эта воображаемая эмпатия? Романы впер Линн Хант обнаружила, что за несколько десятилетий вые начали повествовать о внутренней жизни, а в отчетах до деклараций, а точнее даже, с 1760-х гг., нечто поменя- о пытках так убедительно описывались страдания и физи лось в общественном восприятии. Поменялось настолько, ческая боль, что они должны были вызвать сочувствие. Как Э М П А Т И Я К А К У С Л О В И Е П Р А В Ч Е Л О В Е К А ПУ ШК ИН № n g a e h V C i X e w F e D r P w Click to buy NOW!

m w o w c.

.

d k o c c a r u t признает сама исследовательница, доказать такой переход Рассматриваются три романа в письмах, все три о жен довольно сложно: даже современные психологи и социоло- щинах и написанные двумя мужчинами: «Памела» (1740) ги не могут четко уловить реакцию людей на то, что они и «Кларисса» (1748 – 1749) Самуэля Ричардсона и «Жюли, или смотрят на экране, или читают в книгах и газетах. Одна- Новая Элоиза» (1761) Жан-Жака Руссо. Ни сюжет, ни стиль, ко когнитивная психология и нейрология (neuroscience) ни даже мастерство написания этих книг ныне никого уже кое-что сумели отыскать касательно связи биологии мозга не впечатляют. Однако реакция современников была уди и психологических и социально-культурных последствий. вительной. Обоим авторам приходили тысячи писем (не Способность к эмпатии, пытается доказать Линн Хант, име- которые на сотни страниц!), описывающие именно пе ет «биологическую основу». Но в таком случае эта основа реживания читателей. Книги заколдовывали, заставляли была всегда. Какое отношение к этому имеет история? Вот взрослых почтенных мужчин рыдать и даже выть в пол тут, наконец, и начинаются новшества, и мы совсем близ- ный голос. Невзирая на внушительные объемы («Кларис ко подходим к самому интересному: как романы вызвали са», например, была в семи томах, каждый на 300 – появление прав человека. страниц!), их проглатывали, пожира Историки мало что знают о «само- ли. Пожирал, например, Дидро и ав ЧИТАТЕЛЯМ НЕЗАМЕТНО сти» (selfhood, personhood), хотя мно- тор американской декларации Томас ПРЕДЛАГАЛОСЬ ПРЕСТУПИТЬ гие согласны, что эта ускользающая Джефферсон тоже. В списке авторов, сущность меняется, и, скажем, в X в. которых Джефферсон рекомендует СРАЗУ ДВЕ ГРАНИЦЫ — ПОЛА она была совсем не такая, как сей- своему молодому родственнику, был час. Можно было бы назвать эту сущ- И СОЦИАЛЬНОГО СТАТУСА и Ричардсон, и Руссо, и Генри Филь ность «личностью», если бы за этим динг, хотя всем им он предпочитал термином уже давно не закрепилось особенное значение, Лоуренса Стерна, автора «Жизнеописания Тристама Шен подразумевающее именно ощущение собственной авто- ди» и знаменитейшего «Сентиментального путешествия».

номии, а ведь только о развитии этого ощущения Линн Критиков тоже было достаточно — от мало известных те Хант и говорит. Историки много писали об индивидуализ- перь моралистов и деятелей Церкви до скептичного Гора ме, личности и автономии как доктринах, но мало о «само- ция Уолпола, но это никому не мешало: количество чита сти», в частности, о том, как люди реагировали на эти док- телей только росло, включив в свое число уже и городских трины. И, самое главное, откуда в конечном счете брались слуг, и даже крестьян, которые отметили колокольным зво идеи — ну не всегда же они порождали друг друга? Вни- ном сообщение о том, что Памела наконец-то, выходит за мание уделялось контекстам, социальному и культурному, муж за Мистера Б.

но не тому, как «индивидуальный ум понимает и переде- Для развития эмпатии («Эмпатия развивается только че лывает этот контекст». рез социальные взаимодействия, следовательно, формы это Историки не только мало знают об этом, но, как извест- го взаимодействия важным образом конфигурируют эмпа но, делают вид, что и знать не хотят. «История так долго тию. В XVIII в. читатели романов учились расширять свою презирала психологические доводы в любой форме — мы, область эмпатии… и пересекать традиционные социальные историки, говорим о психологическом редукционизме, границы») — важно было все. Эпистолярная форма, при ко но никогда о социологическом или культурном редукцио- торой авторский голос почти начисто исчезает, и возника низме». Хотя, на самом деле, что может быть интереснее ет иллюзия непосредственного общения с героями и, соот того, что «происходит в индивидуальных умах»? Именно ветственно, возможность им лучше сопереживать, а потом такую «перефокусировку внимания» Линн Хант и предла- и идентифицироваться с ними. Например, некоторые муж гает. Лично я готов встретить эту книгу как провозглаше- чины, из тех, что рыдали при чтении, сознавались, что ощу ние новой психологической истории или новой вариации щали себя несчастными героинями, а несчастий в их исто старой, так и недоразвившейся, исторической психологии. риях было достаточно — например, у несчастной Клариссы, Конечно, в цепи аргументов этой книги-провозвестницы которая бежит из дома в поисках той самой «автономии», много лакун и натяжек, однако само стремление «перефо- а попадает в руки коварному соблазнителю Ловеласу, кото кусировать», как мне кажется, заслуживает внимания. рый ее сначала насилует, а потом предлагает жениться. Ва Теперь от славословий и предвкушений новой историче- жен был выбор героев: во-первых, герои были героинями, ской парадигмы вернемся к конкретности истории прав че- и притом — женщинами не из высшего общества. Памела ловека. «Я полагаю, что для некоторых людей переживание, вообще была служанкой. Таким образом, читателям неза личный опыт — а не просто идея [автономии и эмпатии] метно предлагалось преступить сразу две границы: пола изменились в XVIII в.». «Чтение отчетов о пытках и эпи- и социального статуса. Сюжеты, безусловно, имели огром столярных романов производило физическое влияние, ное значение. Как суммирует их Линн Хант: все они о сво которое транслировалось в мозговые изменения, и воз- боде и индивидуальной автономии, что в XVIII в. именно вращалось уже в виде новых концепций организации со- благодаря таким романам стало синонимами. Таким обра циальной и политической жизни» (с. 34). Таким образом, зом, второй элемент из диады свойств, необходимых для переживания — «воображаемая эмпатия» — вызывали но- того, чтобы кто-либо смог обрести «права человека», тоже вые концепции «и создали новый социальный контекст». приходит через романы. И не только любовные. Вся лите Но здесь Линн Хант вынуждена частично вернуться к исто- ратура Просвещения уделяет огромное внимание автоно рии идей. Действительно, заглянуть в мозги к читателям мии и свободе, а также правильному воспитанию, которое романов можно только условно, а вот увидеть, какие идеи не губит стремления к ним. И это внимание транслирова в них зародились, — это вполне осуществимо. И не толь- лось через трактаты Гроциуса и Локка и другие романы, на ко в умах важных, прославленных авторитетов, а, напри- пример, того же Руссо («Эмиль», 1762).

мер, рядовых читателей. Этому посвящена вся первая гла- Кроме романов Линн Хант рассматривает описания пы ва «Изобретения прав человека». ток и созерцания пыток, приведшие к зарождению эмпа 74 ПУ ШК ИН № Э М П А Т И Я К А К У С Л О В И Е П Р А В Ч Е Л О В Е К А n g a e h V C i X e w F e D r P w Click to buy NOW!

m w o w c.

.

d k o c c a r u t КУЛЬТ РА КУ РА КУ РА КУ РА КУ ТУРА КУ ТУ РА КУ ТУ РА КУ ТУ РА КУ ТУ РА КУ ТУ РА КУ Ь ТУ РА КУ Ь ТУ РА КУ Ь ТУ РА КУ Ь ТУ РА КУ Ь ТУ Р КУ Ь ТУ Р КУ ЛЬТУ РА КУ ЛЬТУ РА КУ ЛЬТУ РА КУ ЛЬТУ РА КУ ЛЬТУ РА КУ ЛЬТУ РА КУ ЛЬТУ РА КУ ЛЬТУ РА КУ ЛЬТУ РА КУ ЛЬТУ Р КУ ЛЬТУ РА КУ ЛЬТУ РА КУ ЛЬТУ РА КУ ЛЬТУ РА КУ ЛЬТ РА КУ ЛЬТУ РА КУ ЛЬТ РА КУ Л Ь Т У РА К У Л Ь ТУ РА КУ ЛЬТ У РА КУ ЛЬТ У РА КУ ЛЬТУ РА К У ЛЬТ У РА КУ Л Ь ТУ Р КУ ЛЬТУ РА КУ ЛЬТ У РА КУ ЛЬТУ РА КУ ЛЬТУ РА К У ЛЬТ У РА КУ ЛЬТУ РА КУ ЛЬТУ РА К У Л Ь ТУ РА КУ ЛЬТ У Р А КУ ЛЬТУ Р А КУ ЛЬТУ Р А К У Л Ь ТУ РА К У ЛЬТУ Р А КУ Л Ь ТУ РА К У Л Ь ТУ Р А К У ЛЬТ У РА КУ Л Ь ТУ РА К У Л Ь ТУ Р А К У Л Ь ТУ Р А КУ ЛЬТ У РА К У Л Ь ТУ РА К У ЛЬТУ Р А К У Л Ь ТУ РА КУ Л Ь ТУ РА К У Л Ь ТУ РА К У Л Ь Т У Р А К У ЛЬТ У Р А К У ЛЬТ У Р А К У ЛЬТ У Р А У У У У РА тии, «сопереживания». Собственно, в XVIII в. это «сопере- ний прочерчена даже сильнее, чем в итальянском ори живание» никто не отрицал, даже самые жестокие судьи. гинале. И Вольтер словно прозрел. Он даже включил две В это время ни пытка, ни казнь уже не имели ритуально- статьи о пытке в свой «Философский словарь» 1769 г.

го, очистительного значения. Исключительно педагоги- Линн Хант так и пишет: «Очевидно, с глаз был снят ческое, назидательное: именно благодаря возможности некий вид шор, который мешал испытывать эмпатию почувствовать боль наказанного злодея кто-нибудь да от- до 1760-х гг.». По ее мнению, это произошло благодаря вратиться с пути преступления. «новой концепции человеческого тела». Обнаружить сле Линн Хант анализирует, как эта «эмпатия» привела ды этой концепции можно в некоторых переменах в по к кампании за отмену пыток. Все началось с дела 1762 г. ведении и во вкусах. «Музыкальные и театральные пред Жана Каласа, старика-протестанта, которого обвиняли ставления, домашняя архитектура и портретная живопись в убийстве собственного сына, якобы, за то, что тот воз- строились на этих долговременных переменах отноше намерился обратиться в католичество, государственную ния. Мало того, эти новые переживания оказались кри религию Франции. На самом деле, старик был не вино- тически важными для самого появления чувствительно вен, а лишь желал скрыть самоубийство сына. Тем не ме- сти». Портретная живопись не требует объяснений: Линн нее его страшно мучили и под пыткой он умер. Во Фран- Хант имеет в виду то, что более трети всех живописных ции тогда было две разные вариации или, скорее, фазы полотен с середины XVIII в. стали портретами. В домаш пыток: первая, призванная вырвать у человека признание ней элитной архитектуре появлялось все больше и больше собственной вины;

и вторая, призванная заставить его на- специализированных помещений, а в театры и оперу, на звать имена соучастников — эта пытка предшествовала са- конец, стали ходить, чтобы послушать и посмотреть пред мой казни, какой бы она ни была. ставление, а не поболтать с друзьями и выпить (в 1759 г.

Первым возмутился Вольтер. Да и то, в деле Каласа его во Франции было запрещено сидеть на сцене, а в 1782 г.

сначала разозлила религиозная подоплека. То, что муча- появились лавки в партере, где до этого толпа свобод ют и пытают старика, его вначале само по себе не трево- но перемещалась, занимаясь собственными делами и ча жило. Но потом во Франции появился перевод трактата стенько устраивая потасовки).

Чезаре Беккария «Трактат о преступлениях и наказани- Новые концепции человеческого тела обратились ях». Во французском переводе связь между естественны- на пытки, было написано множество полемических трак ми правами человека, его правом на собственное тело татов, и, наконец, тут вновь всплывает литература, правда, и боль, и отвратительностью пыток и телесных наказа- своеобразная. В 1786 г. магистрат из Бордо по имени Шарль Э М П А Т И Я К А К У С Л О В И Е П Р А В Ч Е Л О В Е К А ПУ ШК ИН № В ЛАДИМИР С АЛЬНИКОВ. Мандрем-бич, 2007. Холст, акрил n g a e h V C i X e w F e D r P w Click to buy NOW!

m w o w c.

.

d k o c c a r u t Маргерит Дюпати посетил в парижской тюрьме трех осуж- зародился национализм, вызванный самим Наполеоном денных на казнь дыбой и написал об этом «письмо» в 251 или противодействием ему (не только военным). Понят страницу. Описание слов и вида несчастных, которые уже но, что когда торжествует партикуляризм (по этническо прошли через пытки, стало последней каплей. Давние тре- культурно-языковому признаку), ни о каких универсаль бования судебной реформы, вызванные все тем же трак- ных правах говорить не приходится. Потом проклюнулись татом Беккариа, зазвучали чуть ли не хором со всех сто- социализм и коммунизм. Никто из прославленных тео рон. К тому времени сам король Людовик XVI уже отменил ретиков, начиная с Фурье и заканчивая Марксом и Лени (в 1780 г.) пытку первого рода. Пытку второго рода, для ным, в эти буржуазные фантазии не верил и тратить свое выяснения имен соучастников, отменило уже революци- драгоценное время на них не желал. Потом, сразу после онное правительство, Национальная Ассамблея, в 1789 г. того, как в 1848 г. национализм стал достоянием правых, Итак, все пытки запрещены. Эмпатия восторжествовала. появился расизм (А. Гобино) и антисемитизм. Потом нача В 1792 г. революционное правительство лись войны… даже ввело повсеместное использование СРАЗУ ПОСЛЕ ТОГО, КАК После Второй мировой, при обсужде гильотины — из человеколюбия. Теперь нии будущего ООН, тема прав челове В ГОДУ НАЦИОНА казнить стали всех одинаково, как дей- ка всплыла вновь, впервые после 150 лет ствительно равных, и наименее болез- отвлечений на вопросы национально ЛИЗМ СТАЛ ДОСТОЯНИЕМ ненным способом. го и пролетарского самосознания. Одна ПРАВЫХ, ПОЯВИЛСЯ У Линн Хант есть еще несколько ко с какими сложностями всплыла! Это иллюстраций и попыток проникнуть Линн Хант тоже описывает: «Несмотря РАСИЗМ ( А. ГОБИНО) в психологию человека XVIII в. На мой на продолжавшие возникать свидетель взгляд, не лучше и не хуже тех, о кото- И АНТИСЕМИТИЗМ ства нацистских преступлений против рых уже сказано выше. Стоит добавить, евреев, цыган, славян и других, дипло что на глаза психологам книга «Изобретение прав челове- матов, которые встретились в Сан-Франциско [чтобы соз ка» тоже попала, и они даже написали несколько доброже- дать ООН], требовалось понукать и подталкивать к тому, лательных рецензий. Другие читатели, как и я, восхвалив чтобы в повестке дня оказались права человека. В 1944 г.

Линн Хант за попытку, ждут новых трудов по историче- Великобритания и Советский Союз отвергли предложения ской психологии или хотя бы откликов от корифеев ког- включить права человека в устав Организации Объеди нитивных наук. Возможно, они и появятся. ненных Наций. Британия боялась, что это будет воспри Второй слой книги, как уже говорилось, был неодно- нято как приглашение к движению за независимость в ее кратно вскопан, перепахан и изборожден. История того, колониях, а Советскому Союзу не хотелось, чтобы кто-ли как идея «прав человека» дискутировалась, переходила бо вмешивался в его теперь расширяющуюся сферу влия из сочинения в сочинение, критиковалась и дополнялась, ния. Вдобавок Соединенные Штаты изначально сопротив безусловно, заслуживает внимания, как и история затиха- лялись предложению Китая ввести в устав утверждение ния идеи, ее возрождения, краха и прочих приключений. о равенстве рас».

И хотя это анализировалось неоднократно, некоторые наи- Сопротивление великих держав сломил коллектив более интересные подробности из книги Хант стоит упо- ный натиск маленьких стран Азии и Латинской Америки, мянуть. Часть их относится к школярскому набору полез- не без оснований полагавших, что от победителей во Вто ных сведений, что, однако, не отрицает их значимости. рой мировой надо обезопаситься, и к тому времени уже Хант, например, показывает, как и когда «реализовыва- многочисленных гуманитарных, медицинских, феминист лись» права человека в разных странах. Начиная с граж- ских и им подобных организаций. В итоге в 1948 г. была данских и политических. Итак, во Франции: в 1789 г. были все же составлена «Всеобщая декларация прав человека объявлены гражданские и политические права для всех ООН» — документ образцовый. В первой статье его сказано протестантов, в 1791 — гражданские права для иудеев и сво- (кстати говоря, все три декларации, американская, фран бодных цветных, в 1792 — для не имеющих собственности, цузская и ООН, полностью воспроизводятся в книге): «Все в том же 1792 г. были разрешены разводы по заявлению люди рождаются свободными и равными в своем достоин как мужа, так и жены. В 1794 г. полностью отменили раб- стве и правах. Они наделены разумом и совестью и долж ство. Впрочем, в 1802 г. Наполеон все это «переиграл» и на- ны поступать в отношении друг друга в духе братства». На правил экспедиционный корпус на восставший остров Сан- конец-то! Шестьдесят лет назад способность сопереживать Доминго (Гаити), где было убито 150 тысяч человек. Кроме и сочувствовать вроде бы победила… того, как известно, не отрицая равенства всех граждан но- А дальше в книге, как уже говорилось, начинается пуб вой империи, свободу слова он все же не преминул огра- лицистика и философия, до сих пор неизбежно связанная ничить. Рабство же вновь отменили лишь при Второй рес- с грустным отчаянием. Как называется одна из глав «Изоб публике, в 1848 г. Разводы тоже запретили довольно скоро, ретения человеческих прав», «и конца этому не будет». Од в 1816 г., чтобы вернуть лишь в 1884-м. В Британии в 1807 г. нако здесь можно вспомнить, что говорит сама Линн Хант была отменена работорговля, а в 1833-м — рабство во всех о книгах: «Люди меняются через чтение книг. Не то что колониях и в отличие от Франции навсегда. В США рабст- бы они читали роман, потому что желали испытать сочув во, как известно, было запрещено лишь в 1865 г. Женщины ствие. Они брали роман, потому что другие его читали, получили право голоса: в 1920 г. в США, в 1928-м в Англии, и они сильно эмоционально реагировали на прочитанное, в 1944-м во Франции. И так далее. Абстрактные универса- и это, как я утверждаю, меняло то, как они думали о мире листские идеи, как оказалось, с трудом воплощались в кон- в целом» (интервью, данное К. Метьюзу в университете кретные законы. Калифорнии в Лос-Анджелесе, 2007). Ее книга, конечно, Занятна и картина того, как и какие идеи вызревали не роман, но тоже может рассчитывать на некоторую «силь в Европе, отвлекая внимание от «прав человека». Сначала ную эмоциональную реакцию».

76 ПУ ШК ИН № Э М П А Т И Я К А К У С Л О В И Е П Р А В Ч Е Л О В Е К А n g a e h V C i X e w F e D r P w Click to buy NOW!

m w o w c.

.

d k o c c a r u t




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.